Дело №2-2346/2017 

РЕШЕНИЕ

 

Именем Российской Федерации

22 августа 2017 года г. Челябинск

Тракторозаводский районный суд г. Челябинска в составе: 

председательствующего Шаповал К.И.

при секретаре Лебедевой Е.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ПАО «Сбербанк России» и ФИО1 о взыскании материального ущерба,

УСТАНОВИЛ:

ПАО «Сбербанк России» обратился в суд с иском к ФИО1, в котором просил взыскать с ответчика ущерб в размере 18 320,75 руб., оплаченную государственную пошлину в размере 732,83 руб.

В обоснование своих исковых требований истец указал, что истцу причинен ущерб. 18.01.2016 года было зарегистрировано обращение клиента ФИО2, согласно которого, кредит, оформленный и полученный на его имя 14.09.2015 года, был получен третьим лицом по паспорту похищенного у ФИО2 29.07.2015 года. По результатам проведенного служебного расследования было установлено, что 14.09.2015 года оформлением кредитной документации на имя ФИО2, внесении информации в автоматические программы и открытие счета для начисление кредита осуществлял менеджер по продажам Специализированного по обслуживанию физических лиц дополнительного офиса № 8597/0241 Челябинского отделения № 8597 ПАО «Сбербанк России» ФИО1, контроль при выдаче кредитных средств проводился менеджером по продажам ФИО3, кредитную документацию от банка подписывала заместитель руководителя ФИО4 В ходе проверки было установлено, что в нарушение п.п. 1.4, 2. 14, 4.1, 4.4, 4.10 должностной инструкции от 09.07.2015 года, а также требований п.п. 2.1.1, 3.1.1 «Памятки по проверки визуальной оценки заёмщика\созаёмщика и документов участника кредитной сделки» от 21.10.2014 № П-36-2 и Приказа от 12.04.2012 № 71-О «О мерах противодействия мошенническим действиям с использованием поддельных документов, удостоверяющих личность», а также Методических рекомендаций «Алгоритма определения подлинности паспорта гражданина РФ». Со стороны ФИО1 имел место формальный подход к проведению операций по предоставлению кредитов физическим лицам (в части визуальной оценки клиента и представляемых им документов, а также ненадлежащей идентификации клиента при подтверждении выдачи кредитных средств со вклада), невнимательность и ненадлежащее исполнение должностных обязанностей, предусмотренных инструкциями. 

В судебном заседании представитель истца ПАО «Сбербанк России» - ФИО5 на исковых требованиях настаивала.

Ответчик ФИО1 в судебное заседание не явилась извещена надлежащим образом.

Представитель ответчика ФИО1 - ФИО6 в судебное заседание исковые требования не признал.

Третьи лица ФИО3, ФИО4 в судебное заседание исковые требования поддержали, суду пояснили, что действительно банку был причинен ущерб в результате выдачи кредита, оформленного и полученного третьим лицом по паспорту похищенного у ФИО2 

Согласно ст. 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

Статьей 241 ТК РФ установлено, что за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Согласно ч. ч. 1, 2 ст. 242 Трудового кодекса Российской Федерации полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере и может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

В силу п. 2 ч. 1 ст. 243 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случае недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу.

Исходя из положений ч. 1 ст. 244 Трудового кодекса Российской Федерации письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности (п. 2 ч. 1 ст. 243 настоящего Кодекса), то есть о возмещении работодателю причиненного ущерба в полном размере за недостачу вверенного работникам имущества, могут заключаться с работниками, достигшими возраста восемнадцати лет и непосредственно обслуживающими или использующими денежные, товарные ценности или иное имущество.

Согласно разъяснениям приведенным в п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006 N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности. Если работодателем доказаны правомерность заключения с работником договора о полной материальной ответственности и наличие у этого работника недостачи, последний обязан доказать отсутствие своей вины в причинении ущерба.

В соответствии со ст. 245 Трудового кодекса Российской Федерации при совместном выполнении работниками отдельных видов работ, связанных с хранением, обработкой, продажей (отпуском), перевозкой, применением или иным использованием переданных им ценностей, когда невозможно разграничить ответственность каждого работника за причинение ущерба и заключить с ним договор о возмещении ущерба в полном размере, может вводиться коллективная (бригадная) материальная ответственность. Письменный договор о коллективной (бригадной) материальной ответственности за причинение ущерба заключается между работодателем и всеми членами коллектива (бригады). По договору о коллективной (бригадной) материальной ответственности ценности вверяются заранее установленной группе лиц, на которую возлагается полная материальная ответственность за их недостачу. Для освобождения от материальной ответственности член коллектива (бригады) должен доказать отсутствие своей вины. При добровольном возмещении ущерба степень вины каждого члена коллектива (бригады) определяется по соглашению между всеми членами коллектива (бригады) и работодателем. При взыскании ущерба в судебном порядке степень вины каждого члена коллектива (бригады) определяется судом.

Следовательно, в случаях заключения договора о полной материальной ответственности вина работника, заключившего соответствующий договор, предполагается. Для освобождения от обязанности по возмещению ущерба ответчик обязан доказать отсутствие своей вины в возникновении недостачи и причинении ущерба работодателю.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, 12.11.2012 года между ФИО7 (Довбыш) и ПАО «Сбербанк России», был заключен трудовой договор, согласно которому ФИО7 была принята на работу, на должность администратор зала (2 разряда) в универсальный дополнительный офис № 8597/0241. 29.10.2014 года ответчик была переведена на должность менеджер по продажам (6 разряда) в универсальный дополнительный офис № 8597/0241. 05.07.2015 года ответчик был переведен в специализированный офис по обслуживанию физических лиц дополнительный офис №8597/0241. В связи с вступлением в брак фамилия ФИО7 была изменена на Довбыш (л.д. 11- 26).

09.07.2015 года ФИО1 была ознакомлена с должностной инструкцией менеджера по продажам специализированного дополнительного офиса № 8597/0241 (л.д.29-34).

29.10.2014 года с ответчиком заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности (л.д.28). 

Учитывая должностные обязанности, содержащиеся в трудовом договоре, выполняемые работникам функции, работодатель вправе был заключить с ФИО1 договор о полной индивидуальной материальной ответственности, что сторонами не оспаривается.

Как установлено судом и не оспаривается сторонами, что по результатам проведенного служебного расследования ПАО «Сбербанк России» установлено, что ПАО «Сбербанк России» причинен ущерб в размере 54 966,75 руб. 

18.01.2016 года было зарегистрировано обращение клиента ФИО2, согласно, которого, был оформлен и получен кредит на сумму 55 000 руб. (оформлен кредитный договор № от 14.09.2015 года). Кредит был оформлен и получен третьим лицом по паспорту похищенного у ФИО2 

Согласно акту служебного расследования внесение информации в автоматические программы и открытие счета для зачисление кредита осуществляла ФИО1, контроль за выдачей кредитных средств проводил менеджер по продажам ДО № ФИО3, кредитную документацию от банка подписывала заместитель руководителя ДО № ФИО4 

В ходе проверки установлено, что в нарушение п.п. 1.4, 2.14, 4.1, 4.4, 4.10 должностной инструкции от 09.07.2015 года, а также требований п.п. 2.1.1, 3.1.1 « Памятки по проверки визуальной оценки заёмщика\созаёмщика и документов участника кредитной сделки» от 21.10.2014 № П-36-2 и Приказа от 12.04.2012 № 71-О «О мерах противодействия мошенническим действиям с использованием поддельных документов, удостоверяющих личность», а также Методических рекомендаций «Алгоритма определения подлинности паспорта гражданина РФ». Со стороны ФИО1, ФИО3, имел место формальный подход к проведению операций по предоставлению кредитов физическим лицам (в части визуальной оценки клиента и представляемых им документов, а также ненадлежащей идентификации клиента при подтверждении выдачи кредитных средств со вклада), невнимательность и ненадлежащее исполнение должностных обязанностей, предусмотренных инструкциями. Клиент на фото из АС фотоальбом (сфотографирован в момент оформления заявки 14.09.2015 года), имеет визуальные отличия от клиента на фото в паспорте, предъявленном для оформления заявки по кредиту - 14.09.2015 года. Фото клиента из АС фотоальбом также отличается от фото клиента в паспорте, представленном 18.01.2016 года. Кроме того, визуальный осмотр возраст клиента оформившего кредитную заявку 14.09.2015 года, не соответствует возрасту клиента по предъявленному паспорту, подписи на кредитной документации, визуально отличается от подписи в паспорте, предъявляемого при получении кредита. При анализе кредитной документации установлено, что дополнительные отметки ФИО1 не заполнены, скан-копии листов «Визуальной оценки клиента\документа» в кредитном досье отсутствует. 

ФИО2 в ходе проверки пояснил, что 29.07.2015 года на него было совершено нападение не установленными лицами, которые нанесли ему тяжкие телесные повреждения, похитили телефон и «барсетку» со всеми документами: паспорт сер. № выд. 21.06.2004 года, по его заявлению было возбуждено уголовное дело.

Нарушение со стороны работников требований внутренних нормативных документов банка о порядке совершения операций с банковскими картами стали возможны в том числе в связи с отсутствием должного контроля со стороны ФИО4, которая осуществляла подписание кредитной документации от банка.

Нарушение требований нормативных документов работниками банка позволили неустановленному лицу 14.09.2015 года оформить на имя ФИО2 кредитный договор № на сумму 55 000 руб. и снять со счета денежные средства в размере 54 966,75 руб. Платежи, предусмотренные кредитным договором для погашения задолженности по кредиту и начисленные за пользование кредитом проценты, не производились.

07.07.2016 года ПАО «Сбербанк России» была погашена задолженность по кредитному договору № от 14.09.2015 года в сумме 54 966,75 руб.

Вина ответчика ФИО1 в причинении ущерба подтверждается актом служебного расследования от 11.03.2016 года № (л.д.35-86), объяснительной ФИО8 от 28.07.2016 года, пояснениями ФИО3 и ФИО4 (л.д.87-89).

В результате действий ФИО1, ФИО3 и ФИО4 ПАО «Сбербанк России» был причинен ущерб в размере 54 966,75 руб.

ФИО3 и ФИО4 добровольно погасили ущерб в размере 18 323 руб. каждая.

ФИО1 были нарушены п.п. 1.4, 2.14, 4.1, 4.4, 4.10 должностной инструкции менеджера по продажам специализированного дополнительного офиса № 8597/0241, а также требований п.п. 2.1.1, 3.1.1 « Памятки по проверки визуальной оценки заёмщика\созаёмщика и документов участника кредитной сделки» от 21.10.2014 № П-36-2 и Приказа от 12.04.2012 № 71-О «О мерах противодействия мошенническим действиям с использованием поддельных документов, удостоверяющих личность», а также Методических рекомендаций «Алгоритма определения подлинности паспорта гражданина РФ», при оформлении кредитного договора не провела визуальный осмотр клиента, не сличила подписи клиента и не сделала скан-копии листов «Визуальной оценки клиента\документа» в кредитное досье. 

Факт ущерба ответчик ФИО1 не оспаривает.

В судебном заседании нашло свое объективное подтверждение, что в результате нарушения локальных нормативных актов ПАО «Сбербанк России» ФИО1 при оформлении кредитного договора не провела визуальный осмотр клиента, не сличила подписи клиента и не сделала скан-копии листов «Визуальной оценки клиента\документа» в кредитное досье, в результат чего был оформлен кредитный договор неустановленным лицом который получил денежные средства в размере 54 966,75 руб., тем самым причинив ущерб ПАО «Сбербанк России». 

При изложенных обстоятельствах, суд считает необходимым взыскать с ФИО9 ущерб в размере 18 320,75 руб. в пользу ПАО «Сбербанк России» (исходя из того, что с ней заключен договор о полной материальной ответственности).

Заключение специалиста № НИИСЭ «Стелс» по исследованию подписей в паспорте ФИО10 и в заявлении- анкете от имени ФИО2 не могут быть приняты судом во внимание поскольку эксперт судом не предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, образцы подчерка в экспертом не отбирались, заключение составлено по копиям документов.

Заключение специалиста № НИИСЭ «Стелс» по исследованию сходства ФИО2 (фото из паспорта и лица пришедшего в банк) не могут быть приняты судом во внимание поскольку эксперт судом не предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ.

В силу ст. 98 ГПК РФ в пользу истца взыскиваются судебные расходы с ФИО9 подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины в размере 732,83 руб. 

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ПАО «Сбербанк России» к ФИО1 о взыскании материального ущерба, удовлетворить.

Взыскать с ФИО1 в пользу ПАО «Сбербанк России» ущерб в размере 18 320,75 руб., а также государственную пошлину в размере 732,83 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Челябинский областной суд через Тракторозаводский районный суд в течение одного месяца со дня принятия в окончательной форме.

Председательствующий