Дело № 2-481/2019 копия

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

26 июля 2019 года Лысьвенский городской суд Пермского края в составе судьи Войтко Н.Р., с участием прокурора Гориченко Л.П., при секретаре Кузнецовой О.К., рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Лысьве гражданское дело по иску ФИО1, ФИО3 в своих интересах и интересах недееспособного ФИО2 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Пермского края «Городская больница Лысьвенского городского округа» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО3 в своих интересах и интересах недееспособного ФИО2 обратились с иском к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Пермского края «Городская больница Лысьвенского городского округа» (далее ГБУЗ ПК «Городская больница ЛГО») о взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование иска истцы указали, что 21.12.2018 в ГБУЗ ПК «Городская больница ЛГО» умерла ФИО8, которая приходится матерью ФИО1 и ФИО3, и супругой ФИО2

Начиная с 17.12.2018 у ФИО8 началась одышка в вертикальном положении, ей становилось трудно дышать, в горизонтальном положении ей становилось легче.

18.12.2018 одышка у ФИО8 усилилась, она вызвала скорую помощь. Приехавшие по вызову врачи скорой помощи сделали кардиограмму, измерили давление, сказали, что все хорошо, возможно одышка появилась на нервной почве, в связи с тем, что ФИО8 длительное время ухаживает за больным мужем, предложено принимать успокоительное.

19.12.2018 ФИО8 стало хуже и вечером она вновь вызвала скорую помощь. Приехавшие на вызов медицинские работники ничего нового ей не сказали, помощь не оказали, по просьбе ФИО8 сделали анализ крови на сахар, который показал норму.

20.12.2018 утром ФИО8 потеряла сознание, очнулась на полу в коридоре, вызвала скорую помощь, приехавшие врачи взяли анализ крови на сахар, который показал превышение, в связи с чем ее госпитализировали в стационар ГБУЗ ПК «Городская больница ЛГО».

В больницу ФИО8 поступила около 12 часов и до 14 часов находилась в приемном отделении, где ее принимала врач ФИО9 ФИО8 сделали рентген грудной клетки, анализы, сняли кардиограмму и сказали, что с ней все хорошо. Однако ФИО8 было совсем плохо, ей было трудно дышать, сухость во рту и ком в горле, сидеть она уже не могла. Была просьба поместить ее в реанимацию и провести еще обследование, однако ФИО8 поместили в кардиологическое отделение в палату, которую вел врач ФИО10 Врач 20.12.2018 так и не пришел, осмотр ФИО8 не провел, никакого наблюдения за больной не было, предварительный диагноз поставлен не был, были проведены стандартные процедуры, назначенные врачом приемного отделения как для обычного больного, проходящего лечение в кардиологическом отделении. В 19 часов ФИО8 осмотрел врач-невролог, никаких отклонений не установил.

21.12.2018 в телефонном разговоре с ФИО4, ФИО8 сообщила об ухудшении состояния, сказала, что совсем не может дышать, не может дойти до туалета. Дойти до туалета ей помогла соседка по палате, по возвращении ФИО8 замертво упала на кровать. Реанимационные мероприятия эффекта не дали, спасти ФИО8 не удалось, смерть констатировали в 9 часов 35 минут.

Вскрытие показало, что причиной смерти является тромбоэмболия легочной артерии, внезапная коронарная смерть.

Считают, что при оказании медицинской помощи ФИО8 со стороны медицинских работников ГБУЗ ПК «Городская больница ЛГО» были допущены дефекты оказания медицинской помощи, выразившиеся в неправильной постановке диагноза, в связи с чем тактика лечения тромбофлебии у пациентки не соответствовала действующим медицинским стандартам, не проведена компьютерная томография с момента обращения за медицинской помощью. Считают, что имелась возможность повлиять на исход заболевания при своевременной диагностике и лечении заболевания, в связи с чем полагают, что имеется причинно-следственная связь (прямая или косвенная) между действиями (бездействиями) врачей и неблагоприятными последствиями в виде смерти ФИО8 Врачи ненадлежащим образом исполнили свои профессиональные обязанности, небрежно отнеслись к своей работе.

Страховой медицинской компанией «Астрамед-МС» проведена экспертиза качества медицинской помощи, и установлены нарушения, выразившиеся в невыполнении пациенту необходимых диагностических мероприятий, приведших к ухудшению состояния здоровья, либо создавшие риск прогрессирования имеющегося заболевания, не выполнены мероприятия в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, к ГБУЗ ПК «Городская больница ЛГО» со стороны страховой медицинской компании предъявлены штрафные санкции.

Действиями врачей истцам причинен моральный вред в связи с некачественным оказанием медицинских услуг ФИО8, выразившийся в форме страданий и переживаний по поводу смерти близкого человека, невосполнимую утрату которой они переживают до настоящего времени, что приводит к нервному стрессу.

Просили взыскать в пользу каждого из истцов с ГБУЗ ПК «Городская больница ЛГО» по 2 000 000 руб.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, доверила представлять свои интересы представителю ФИО5

Истец ФИО3, представитель ФИО5 в судебном заседании требования поддержали по доводам, изложенным в иске. 

Представитель ГБУЗ ПК «Городская больница ЛГО» ФИО6 в судебном заседании возражал против удовлетворения иска, по доводам, изложенным в письменных возражениях, ранее в судебном заседании пояснял, что 20.12.2018 ФИО8 вызвала скорую медицинскую помощь в связи с плохим самочувствием, но от предложенной госпитализации отказалась, в связи с чем в 11 часов 20.12.2018 фельдшером неотложной медицинской помощи был осуществлен активный выезд к пациентке. При осмотре ФИО8 были выявлены показания для госпитализации, но пациентка от госпитализации отказалась, сославшись на необходимость ухода за больным супругом, о чем фельдшер сообщил заведующему отделением. 

В тот же день состояние пациентки ухудшилось, и она вновь вызвала скорую медицинскую помощь, которой была доставлена в стационар ГБУЗ ПК «Городская больница ЛГО».

Проведенное в приемном отделении обследование ФИО8 свидетельствовало о необходимости оказания специализированной медицинской помощи в кардиологическом отделении, куда она была госпитализирована, и где ее осмотрел заведующий отделением ФИО10, скорректировал назначения врача приемного отделения.

Утром 21.12.2018 состояние ФИО8 внезапно ухудшилось, была диагностирована клиническая смерть, проводимые реанимационные мероприятия не дали эффекта, в 9 часов 37 минут 21.12.2018 констатирована смерть ФИО8

Причиной смерти стала тромбоэмболия легочной артерии – из сосудов нижних конечностей оторвался тромб и затромбировал легочную артерию.

По заключению врачебной комиссии ГБУЗ ПК «Городская больница ЛГО» смерть ФИО8 относится к категории внезапной смерти, и предотвратить летальный исход было невозможно.

Считает, что истцами не представлено доказательств того, что именно действия или бездействия работников ГБУЗ ПК «Городская больница ЛГО» стали причиной смерти ФИО8, и что именно ГБУЗ ПК «Городская больница ЛГО» является лицом, ответственным за причиненный истцам вред, вызванный смертью близкого родственника.

Представитель ГБУЗ ПК «Станция скорой медицинской помощи» ФИО7 в судебное заседание не явилась, ранее в судебном заседании поясняла, что ФИО8 впервые вызывала скорую помощь 19.12.2018 с жалобами на одышку, тревожность и нервозность. Ранее за оказанием скорой медицинской помощи 17.12.2018 и 18.12.2018 не обращалась. Приехавшие по вызову медицинские работники провели осмотр ФИО8, провели обследования, предусмотренные стандартами оказания скорой медицинской помощи, и на 19.12.2018 оснований для госпитализации ФИО8 не имелось. 

Утром 20.12.2018 ФИО8 вновь вызвала скорую помощь с жалобами на ухудшение состояния, приехавшие на вызов медицинские работники, провели ее осмотр и обследование, предложили госпитализацию в стационар больницы, от которой ФИО8 отказалась в связи с необходимостью ухода за больным супругом. В ГБУЗ ПК «Городская больница ЛГО» был передан контроль за состоянием пациентки.

Около полудня ФИО8 вновь вызвала скорую помощь, которая и доставила ее в приемное отделение ГБУЗ ПК «Городская больница ЛГО».

Третьи лица фельдшер ГБУЗ ПК «ССМП» ФИО14 и помощник ФИО15 в судебное заседание не явились, ранее в судебном заседании пояснили, что 19.12.2018 в 11 часов 17 минут диспетчеру ГБУЗ ПК «ССМП» поступил вызов от ФИО8, проживающей по 

<

адрес> с жалобами на то, что она задыхается. На адрес бригада скорой помощи прибыла в 11 часов 31 минуту и пробыла у пациентки до 12 часов 06 минут. ФИО8 самостоятельно открыла дверь, проводила их в комнату. Высказывала жалобы на нехватку воздуха, ухудшение сна, тревогу и беспокойство. Был произведен осмотр пациента, снята электрокардиограмма, измерено артериальное давление. На момент осмотра артериальное давление 150/90, частота сердечных сокращений и пульса в норме, температура тела нормальная, кожные покровы чистые. В анамнезе – ишемическая болезнь сердца, артериальная гипертензия, ожирение 3 степени, коксартроз (со слов пациентки). Ухудшение состояния ФИО8 отмечала в течение пяти дней, но за медицинской помощью не обращалась, медикаментов не принимала. Свое состояние пациентка связывала с усталостью, накопившейся в связи с длительным, более 10 лет, постоянным уходом за тяжелобольным супругом, отсутствием отдыха. С ее слов две дочери проживают в г. Перми, не имеют возможности ей помогать в уходе за отцом, других родственников, которые могли бы оказать помощь, нет. ФИО8 было введено успокоительное, после которого она отметила улучшение состояния. Каких-либо показаний для госпитализации на момент вызова 19.12.2018 не было. ФИО8 было рекомендовано обратиться на прием к врачу- терапевту.

Третьи лица врач ГБУЗ ПК «ССМП» ФИО16 и помощник ФИО17 в судебное заседание не явились, ранее в судебном заседании пояснили, что в 09 часов 06 минут 20.12.2018 от диспетчера им был передан вызов на адрес 

<

адрес> ФИО8, сообщено, что вызов повторный. На адрес бригада скорой помощи прибыла в 09 часов 19 минут, ФИО8 самостоятельно открыла дверь, высказывала жалобы на одышку и давление в области сердца. Учитывая состояние ФИО8 и симптомы, а также наличие хронических заболеваний (ИБС, АГ) первоначально был поставлен предварительный диагноз «нестабильная стенокардия». Пациентке был проведен осмотр, проведено ЭКГ, измерен сахар крови, проведено лечение медицинскими препаратами, а также ингаляции кислородом, после которых ФИО8 стало легче, прошли боли и одышка, в связи с чем появилось подозрение на заболевание легких, а именно внебольничную пневмонию. ФИО8 была предложена госпитализация, поскольку были необходимы медицинские исследования. От госпитализации ФИО8 отказалась, сославшись на то обстоятельство, что не с кем оставить супруга, который нуждается в постоянном постороннем уходе. В больницу она поедет после того, как приедет дочь из 

<

адрес>. Ей было предложено вызвать скорую помощь для транспортировки в стационар.

Третьи лица фельдшер ГБУЗ ПУ «ССМП» ФИО18 и помощник ФИО19 в судебное заседание не явились, ранее в судебном заседании пояснили, что в 11 часов 48 минут 20.12.2018 диспетчеру скорой помощи поступил вызов от ФИО8 Бригада скорой помощи прибыла на адрес 12 часов 09 минут, с учетом полученной информации от предыдущей бригады скорой помощи, они ехали с целью госпитализации ФИО8 в стационар. ФИО8 высказывала жалобы только на одышку, ей был проведен осмотр и исследования, предусмотренные медицинскими стандартами, измерено артериальное давление, сделано ЭКГ. В 12 часов 29 минут ФИО8 была доставлена в стационар ГБУЗ ПК «Городская больница ЛГО».

Третье лицо врач ГБУЗ ПК «Городская больница ЛГО» ФИО9 в судебное заседание не явилась, ранее в судебном заседании поясняла, что ФИО8 была доставлена в стационар бригадой скорой помощи, пациентка передвигалась самостоятельно, с предварительным диагнозом «ИБС, ХСН II декомпенсация, внебольничная пневмония?». Пациентка была осмотрена, на момент осмотра никаких жалоб на боли в ногах не высказывала, отеков нижних конечностей не было, видимых признаков тромбофлебита также не было. Для подтверждения, либо опровержения предварительного диагноза ФИО8 было назначено проведение лабораторных исследований: общий анализ крови, общий анализ мочи, биохимический анализ крови, электрокардиограмма, рентгенография грудной клетки. После получения результатов, подозрение на пневмонию не подтвердилось, результаты ЭКГ показали наличие ишемической болезни сердца, хроническую сердечную недостаточность, в связи с чем пациент была направлена на лечение в кардиологическое отделение, составлен план лечения, включающий в себя дополнительные исследования, такие как УЗИ сердца, коронарография, которые проведены не были в связи с внезапной смертью пациента.

Третье лицо заведующий кардиологическим отделением ГБУЗ ПК «Городская больница ЛГО» ФИО10 в судебное заседание не явился, ранее в судебном заседании пояснил, что медицинская помощь осуществляется в порядке и сроки, установленные приказом Минздрава России от 10.05.2017 N 203н "Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи", в соответствии с п. 2.2 которого установление предварительного диагноза пациенту производится врачом приемного отделения не позднее 2 часов с момента поступления пациента в медицинскую организацию; производится формирование плана обследования пациента при первичном осмотре с учетом предварительного диагноза; формирование плана лечения при первичном осмотре производится с учетом предварительного диагноза, клинических проявлений заболевания, тяжести заболевания или состояния пациента, лабораторных и инструментальных методов исследования (при наличии); назначение лекарственных препаратов. 

Установление клинического диагноза в соответствии с указанным приказом производится в течение 72 часов с момента поступления пациента в профильное отделение, а в случае поступлении пациента по экстренным показаниям - не позднее 24 часов с момента поступления пациента в профильное отделение.

ФИО8 была доставлена в приемное отделение ГБУЗ ПК «Городская больница ЛГО» бригадой скорой медицинской помощи 20.12.2018 в 12 часов 29 минут с предварительным диагнозом «ИБС. ХСН II декомпенсация, внебольничная пневмония?», осмотрена врачом приемного отделения ФИО9 При поступлении ФИО8 ее общее состояние было удовлетворительное, сознание ясное, кожа имела обычный цвет, отеков не было, видимых признаков тромбофлебита не было, жалоб на боли в ногах ФИО8 не высказывала, были жалобы на одышку в течение четырех дней, общую слабость, сухость во рту. Была проведена рентгенография органов грудной клетки, по заключению которой патологический теней не выявлено. Другие проведенные исследования подтвердили наличие ишемической болезни сердца, хроническую сердечную недостаточность, симптомом которых является одышка смешанного характера, имевшаяся у ФИО8, в связи с чем в 13 часов 55 минут 20.12.2018 ФИО8 была помещена в кардиологическое отделение, врачом приемного отделения был составлен план лечения. В 14 часов 20 минут 20.12.2018 ФИО8 была осмотрена заведующим кардиологическим отделением ФИО10, им был скорректирован план лечения, назначены лабораторные и инструментальные исследования, скорректированы медицинские препараты. На момент осмотра каких-либо симптомов, свидетельствующих о наличии у ФИО8 варикозных изменений и отеков нижних конечностей, не имелось. Проведенные лабораторные исследования (анализ крови), также не показал каких-либо отклонений, которые могли бы указывать на наличие веноокклюзионной болезни (тромбофлебита), либо их осложнений, а именно тромбоэмболии легочной артерии. Насыщение крови кислородом (сатурация) было в норме, внешних признаков, таких как посинение кожных покровов верхней части туловища не наблюдалось, специфического синдрома на ЭКГ, также не наблюдалось. ФИО8 помимо лабораторных исследований были назначены дополнительные исследования, такие как ЭХО-кардиограмма, холтеровское мониторирование сердца, ультразвуковая допплерография брахиоцефальных артерий, коронарография, которые не были проведены в связи с внезапной смертью пациента. 

Согласно заключению патологоанатома причиной смерти ФИО8 явилась тромбоэмболия легочных артерий.

Дополнил, что по статистике прижизненная диагностика тромбоэмболии легочных артерий (ТЭЛА) производится только у 30% больных, и, как правило, в случае эмболии мелких сосудов. ТЭЛА – одна из наиболее частых причин внезапной смерти. Считает, что медицинскими работниками ГБУЗ ПК «Городская больница ЛГО» не было допущено нарушений установленных стандартов лечения, исходя из предварительного диагноза, с которым пациент поступил в больницу и с учетом данных, полученных в результате лабораторных и инструментальных исследований. 

Представитель третьего лица Страховая медицинская компания «Астрамед» (АО) в судебное заседание не явился, обратился с заявлением о рассмотрении дела в отсутствие представителя.

Представитель Территориального органа Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по Пермскому краю в судебное заседание не явился.

Заслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее также - Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ).

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ).

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (пункт 3 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ).

В силу статьи 4 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ охрана здоровья в Российской Федерации основывается на ряде принципов, одним из которых является соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий.

В числе таких прав - право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (в редакции от 6 февраля 2007 г.), под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина (абзац первый пункта 2 названного постановления Пленума).

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др. (абзац второй пункта 2 названного постановления Пленума).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 г. N 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации", под общепризнанными принципами международного права следует понимать основополагающие императивные нормы международного права, принимаемые и признаваемые международным сообществом государств в целом, отклонение от которых недопустимо (пункт 1 этого постановления).

Российская Федерация как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод признает юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации (статья 1 Федерального закона от 30 марта 1998 г. N 54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней"), поэтому применение судами вышеназванной конвенции должно осуществляться с учетом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любого нарушения Конвенции о защите прав человека и основных свобод (пункт 10 названного постановления).

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Пунктом 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства. Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав.

Из нормативных положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод, толкования положений Конвенции в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданину при оказании ему медицинской помощи, а равно как в случае оказания ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками такого пациента, другими близкими ему людьми, поскольку в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи такому лицу, лично им в силу сложившихся семейных отношений, характеризующихся близкими отношениями, духовной и эмоциональной связью между членами семьи, лично им также причиняются нравственные и физические страдания (моральный вред).

Пунктом 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с Гражданским кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и в тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации установлены общие основания ответственности за причинение вреда.

Согласно данной норме закона вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В силу части 2 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (часть 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ).

Как установлено в судебном заседании, заявляя требования о компенсации морального вреда, истцы ссылаются на то обстоятельство, что при оказании медицинской помощи ФИО8 со стороны медицинских работников ГБУЗ ПК «Городская больница ЛГО» были допущены дефекты оказания медицинской помощи, выразившиеся в неправильной постановке диагноза, в связи с чем тактика лечения тромбофлебии у пациентки не соответствовала действующим медицинским стандартам, не были проведены необходимые лабораторные и инструментальные исследования, в частности, не проведена компьютерная томография с момента обращения за медицинской помощью. Считают, что в случае своевременной диагностики и лечении заболевания, имелась возможность повлиять на исход заболевания, в связи с чем полагают, что имеется причинно-следственная связь (прямая или косвенная) между действиями (бездействиями) врачей и неблагоприятными последствиями в виде смерти ФИО8 Врачи ненадлежащим образом исполнили свои профессиональные обязанности, небрежно отнеслись к своей работе.

Вместе с тем, доказательств наступления смерти пациента ФИО8 в результате ненадлежащего исполнения обязанностей медицинскими работниками, а также доказательств наличия дефектов оказания медицинской помощи при оказании медицинских услуг ФИО8 при рассмотрении дела судом не установлены.

Из материалов дела следует, что ФИО8 около 12 часов 20.01.2018 бригадой скорой медицинской помощи была доставлена в приемное отделение ГБУЗ ПК «Городская больница Лысьвенского городского округа» с диагнозом «ИБС, ХСН II декомпенсация, внебольничная пневмония?», с жалобами на одышку и ухудшение состояния в течение предшествующих четырех дней, повышение давления, головные боли, где была осмотрена дежурным терапевтом, ей был поставлен диагноз: «Ишемическая болезнь сердца. Стенокардия напряжения 3ф.к. Гипертоническая болезнь 2 степени, 3 стадия, риск 4. ХСН 2А/2», назначено проведение лабораторных исследований, лечение. Помещена в кардиологическое отделение. Кроме того, что 20.12.2018 в 14.20 ФИО8 была осмотрена заведующим кардиологическим отделением, которым было скорректировано лечение, назначены дополнительные лабораторные и инструментальные обследования.

21.12.2018 в 9 часов 37 минут ФИО8 скончалась в больнице.

Согласно посмертному эпикризу и патологоанатомическому диагнозу от 21.12.2018, ФИО8, страдающая хронической веноокклюзионной болезнью артерий нижних конечностей, умерла от тромбоэмболии легочных артерий (т. 1 л.д. 60).

Согласно протоколу заседания врачебной комиссии ГБУЗ ПК «ГБ ЛГО» от 01.03.2019 по рассмотрению обращения ФИО1 по качеству оказания медицинской помощи ее матери ФИО8 в период с 20.12.2018 по 21.12.2018, комиссией сделан вывод о том, что на амбулаторном этапе оказания медицинской помощи нарушений Приказа № 203Н не выявлено; на стационарном этапе оказания медицинской помощи все назначения, сделанные врачами соответствовали стандарту оказания медицинской помощи по коду 120.1 Приказа № 203н.; выполнить полностью стандарт оказания медицинской помощи не удалось, ввиду досуточной смерти пациентки; смерть пациентки наступила от осложнения хронического заболевания – веноокклюзионной болезни нижних конечностей – ТЭЛА, которое согласно статистике в 65% случаев заканчивается летальным исходом в течение первого часа с момента возникновения. На этапе оказания медицинской помощи в кардиологическом отделении стационара смерть пациентки относится к категории внезапной смерти и непредотвратима (т. 1 л.д. 166-168).

АО «Страховая медицинская компания «Астрамед-МС» в связи с поступившей жалобой 27.02.2019 проведена целевая экспертиза качества медицинской помощи ГБУЗ ПК «Городская больница ЛГО», экспертом качества медицинской помощи ФИО20 сделан вывод, что расхождение клинического и патологоанатомического диагнозов по конкурирующему с ИБС заболеванию по объективным причинам (кратковременное нахождение в стационаре, трудность диагностики). Выявлены дефекты оказания медицинской помощи, выразившиеся в невыполнении необходимых пациенту диагностических мероприятий, создавшее риск прогрессирования имеющегося заболевания (не проведены гематокрит и тромбоциты крови, ЭХО-КГ, не назначен антиагрегант). В результате проведенной экспертизы сделан вывод о снижении оплаты (т. 1 л.д. 100,101).

Определением Лысьвенского городского суда 29.04.2019 по делу была назначена судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено Санкт-Петербургскому ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы».

Согласно выводам, изложенным в заключении судебно-медицинской экспертизы от 10.07.2019 (т. 2 л.д. 66-84) при первичном обращении 20.12.2018 в стационар ГБУЗ ПК «Городская больница ЛГО» ФИО8 была своевременно осмотрена врачом приемного отделения и проконсультирована заведующим кардиологическим отделением. Общее состояние пациентки оценивалось как удовлетворительное. Данных о наличии с у ФИО8 состояния, требующего оказания неотложной медицинской помощи, на момент осмотра 20.12.2018 не имелось. При осмотре у пациентки в достаточном объеме были собраны анамнез заболевания, предъявляемые жалобы (ухудшение состояния 4 дня, периодические ноющие, давящие боли при ходьбе, умеренная одышка в покое. Слабость, недомогание, колебания артериального давления). Выполнены объективный осмотр по системам и органам (артериальное давление 130/90 мм рт.ст., частота сердечных сокращений 90 в минуту, частота дыхания 18 в минуту, насыщаемость крови кислородом 97% при аускультации дыхание везикулярное, хрипов нет) и лабораторно-инструментальные исследования (анализ мочи, крови, коагулограмма, электрокардиограмма – синусовый ритм, ишемия нижней и передней стенки, рентгенография легких – изменение легочного рисунка слева, патологический теней не выявлено). Все данные, полученные при вышеперечисленных исследованиях находились в пределах возрастной нормы. На основании собранного анамнеза заболевания, предъявляемых жалоб, результатов диагностических исследований ФИО8 был установлен обоснованный клинический диагноз: «Ишемическая болезнь сердца. Стенокардия напряжения, 3 фк. Гипертоническая болезнь 2 степени, 3 стадия, риск 4 ХСН 2А/2», с которым пациентка по показаниям была госпитализирована в кардиологическое отделение с назначением плана лечения и обследования в соответствии с установленным диагнозом.

При проведении лабораторных исследований крови в общем анализе не установлено количество тромбоцитов и уровень гематокрита (дефект диагностики), в анализе крови на свертываемость не установлено активированное частичное тромбопластиновое время (АЧТВ), однако оценка коагуляции проведена по показателям международного нормализованного отношения (МНО), протромбированному времени (ПТВ), протомбированному индексу (ПТИ).

В профилактических целях (для предотвращения тромбоэмболческих осложнений) был использован фраксипарин, назначение которого соответствовало установленному диагнозу. Кроме того, в плане лечения пациентке были назначены препараты препятствующие тромбообразованию (аспирин, клопидогрел). 

«Хроническая веноокклюзионная болезнь нижний конечностей, осложнившаяся тромбоэмболией легочной артерии» была диагностирована у ФИО8 посмертно. Диагностика указанного патологического процесса при жизни ФИО8 была затруднительной по причине скрытости протекания данного заболевания, несвоевременного обращения за медицинской помощью в стационар (в картах вызова скорой медицинской помощи указаны отказы пациентки от предложенной госпитализации), кратковременного пребывания в условиях стационара (менее суток).

Комиссий экспертов отмечено, что методы профилактики с применением медикаментозной терапии снижают вероятность развития тромбоэмболических осложнений, но не исключают их полностью.

Комиссией экспертов сделан вывод о том, что причинно-следственная связь (прямая или косвенная) между выявленным дефектом диагностики и смертью (ухудшения прогноза заболевания) ФИО8 не установлена. Выявленный дефект диагностики при оказании медицинской помощи ФИО8 не привел к ухудшению состояния ее здоровья и не был причиной развития у нее тромбоэмболии легочной артерии, по причине того, что количество тромбоцитов и уровень гематокрита являются диагностическими критериями, и сами по себе не оказывают влияние на развитие указанного патологического состояния.

Повлиять на исход заболевания, послужившего причиной смерти ФИО8 в период ее нахождения в ГБУЗ ПК «Городская больница Лысьвенского городского округа» не представилось возможным, поскольку тромбоэмболия у данного пациента протекала бессимптомно и была диагностирована только при секционном исследовании трупа.

Данные специальной литературы указывают на то, что в некоторых случаях первым проявлением тромбоэмболии легочной артерии является скоропостижная смерть больного (Тромбоэмболия легочной артерии: клинические рекомендации Европейского общества кардиологов (2014). Почти в 60% ТЭЛО не была диагностирована при жизни и привела к смерти больного (Российские клинические рекомендации по диагностике, лечению и профилактике венозных тромбоэмболических осложнений (ВТЭО) Флебология, 4, 2015, выпуск 2, Руководство по клинической практике ESC Острая тромбоэмболия легочной артерии (Диагностика и ведение). 2014// European Heart Journal.- 2014.- Volume 35.- P.3033-3080).

Таким образом, выявленный в заключении эксперта АО «СМК «Астрамед-МС» и указанный в заключении экспертизы Санкт-Петербургского ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» дефект диагностики, не является дефектом оказания медицинской помощи, поскольку, как следует из заключения экспертизы, был восполнен иными исследованиями, и не привел к неоказанию, либо некачественному оказанию медицинской помощи, поскольку пациент получил лечение, назначенное по результатам диагностики уровня коагуляции (в профилактических целях препараты, препятствующие тромбообразованию).

Учитывая, что материалами дела не установлены дефекты оказания медицинской помощи, а установленный дефект диагностики не привел к ухудшению состояния здоровья ФИО8, и не был причиной развития у нее тромбоэмболии легочной артерии, причинно-следственной связи (прямой или косвенной) между действиями (бездействиями) медицинских работников и смертью (ухудшением прогноза заболевания) ФИО8 не установлено, оснований для удовлетворения исковых требований не имеется.

Доводы истца ФИО4 и представителя ФИО5 о недостоверности заключения экспертизы Санкт-Петербургского ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы», подложности представленных медицинских документов, несоответствии обстоятельств, изложенных в заключении экспертизы пояснениям истца, суд находит несостоятельными, поскольку, как следует из заключения экспертизы, она проведена в рамках гражданского дела, на рассмотрение экспертам были представлены как медицинские документы, так и материалы гражданского дела, содержащие пояснения участников судебного разбирательства, которые были исследованы экспертами в полном объеме. Эксперты в установленном порядке предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 308 УК РФ, какой-либо заинтересованности в исходе дела не имеют.

Кроме того, выбор экспертного учреждения - Санкт-Петербургское ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы»,- судом был определен с учетом ходатайства истцов, категорически возражавших о проведении экспертизы на территории Пермского края, и предложивших указанное экспертное учреждение.

При этом суд не нашел оснований для удовлетворения ходатайства представителем истца ФИО5 о проведении дополнительной или повторной судебно-медицинской-экспертизы и назначении ее эксперту ФИО21 НОЧУ ДПО «Институт судебных экспертиз и криминалистики», поскольку в силу ст. 87 ГПК РФ дополнительная экспертизы назначается в случаях недостаточной ясности или неполноты заключения эксперта, а повторная экспертиза может быть назначена в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов. 

Заключение экспертов Санкт-Петербургского ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» содержит полные и ясные ответы на поставленные перед экспертами вопросы, сомнений в выводах экспертов не имеется, заключение экспертизы не противоречит иным, имеющимся в материалах дела доказательствам, в связи с чем каких-либо оснований доя проведения дополнительной или повторной экспертиз не имеется. 

Также судом отклоняется как необоснованный довод истца о том, что фактически медицинская помощь ФИО8 при поступлении в стационар 20.12.2018 не оказывалась, поскольку указанные обстоятельства, опровергаются материалами дела, в том числе и показаниями свидетелей, допрошенный по ходатайству истца в судебном заседании, ФИО22, ФИО23, ФИО24, из которых следует, что при помещении в палату ФИО8 была сделана капельница и укол.

При этом, показания свидетелей не являются допустимыми доказательствами, которыми может быть подтверждено оказание медицинской помощи ненадлежащего качества, поскольку указанные обстоятельства в данном случае доказываются заключением экспертов.

Доводы истца и представителя о том, что медицинские документы с момента смерти ФИО8 и до представления в суд находились в распоряжении ГБУЗ ПК «Городская больница ЛГО», в связи с чем в них могли быть внесены корректировки, в связи с чем они не могут считаться достоверными, суд находит несостоятельными, поскольку, как указано ранее, по медицинским документам в разное время проводилась проверка, как самого медицинского учреждения (протокол от 01.03.2019), так и страховой медицинской страховой компанией (заключение от 27.02.2019), каких-либо расхождений в назначенных и проведенных лабораторно-инструментальных исследованиях, назначенных и проведенных лечениях ФИО8 в указанных заключениях и медицинских документах, представленных на экспертизу, установлено не было.

Таким образом, суд полагает, что в судебном заседании не установлены дефекты оказания медицинской помощи ФИО8, не установлена причинно-следственная связь между действиями (бездействиями) медицинских работников и смертью (ухудшением состояния) ФИО8, в связи с чем оснований для удовлетворения исковых требований не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

ФИО1, ФИО3, ФИО2 в удовлетворении исковых требований к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Пермского края «Городская больница Лысьвенского городского округа» о взыскании компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Лысьвенский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме. 

Судья: (подпись)

Копия верна.

Судья Н.Р. Войтко