Дело № 2-36/2017

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

15 мая 2017 года с. Верхние Татышлы

Балтачевский межрайонный суд Республики Башкортостан в составе:

председательствующего судьи Якупова А.Т.,

при секретаре Низамовой Э.Р.,

истца ФИО1 и его представителя ФИО2, 

представителей Татышлинского РайПО: ФИО3 по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ №, ФИО4 по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ №,

представителя ГУ – РО ФСС РФ по РБ ФИО5 по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ №, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Татышлинскому РайПО и Фонду социального страхования РФ по РБ, о компенсации морального вреда, 

у с т а н о в и л:

Истец ФИО1 обратился в суд с указанным иском мотивируя тем, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал в Татышлинском РайПО в должности водителя. В результате воздействия вредных физических факторов производственной среды у него возникло профессиональное заболевание – профессиональная пояснично-крестцовая радикулопатия L5, L1 справа. Стаж работы к моменту обнаружения профессионального заболевания составил 30 лет 7 дней. По факту выявленного профзаболевания составлен акт о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ Согласно справки МСЭ утрата профессиональной трудоспособности в связи с выявленным профессиональным заболеванием составила 10%.

Просит взыскать с Фонда социального страхования единовременное пособие в размере 214440 руб. и с Татышлинского РайПО компенсацию морального вреда 900 000 руб.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО2, поддержали заявленные требования в полном объеме, просил иск удовлетворить, взыскав с ответчиков Фонда социального страхования единовременное пособие в размере 214440 руб. и с Татышлинского РайПО компенсацию морального вреда 900 000 руб. с учетом наличия профессионального заболевания, повлекшего утрату трудоспособности 10%.

В судебном заседании представитель ответчика Фонда социального страхования ФИО5 иск не признал как необоснованный, представители ответчика Татышлинского РайПО ФИО3 и ФИО4 иск также не признали, наличие профессионального заболевания не оспаривают.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Пунктом 3 статьи 8 Федерального закона "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" на причинителя вреда возложена обязанность по возмещению застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием.

В силу ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Из материалов дела следует, что ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал шофером в различных организациях и предприятиях. В Татышлинском РайПО шофером проработал в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – всего 9 лет.11 мес. 21 день.

Судом установлено, что в 2006 году истцу установлено профессиональное заболевание. Непосредственной причиной профессионального заболевания послужило: воздействие общей вибрации, охлаждающего микроклимата и повышенной тяжести труда. 

В связи с установлением профессионального заболевания ДД.ММ.ГГГГ истцу, согласно справки МСЭ от ДД.ММ.ГГГГ, установлено 10% утраты трудоспособности бессрочно. 

В соответствии со статьей 212 ТК Российской Федерации, обязанности по обеспечению безопасных условий труда и охраны труда возлагаются на работодателя.

В случае, если работнику был причинен вред жизни или здоровью, работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, федеральными законами и иными правовыми актами (статья 22 ТК Российской Федерации).

Статьей 237 ТК Российской Федерации предусмотрена компенсация морального вреда в связи с нарушением трудовых прав работника, сопровождающихся нравственными или физическими страданиями.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (статья 237 ТК Российской Федерации).

Таким образом, судом достоверно установлен факт наличия у истца профессионального заболевания, возникшего у него в период осуществления трудовой деятельности у ответчика, что является достаточным основанием для возложения на Татышлинское РайПО обязанности по компенсации истцу морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием.

В соответствии с п. 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", при определении компенсации морального вреда должны учитывается требования разумности и справедливости. Степень нравственных и физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

При этом компенсация морального вреда должна носить реальный, а не символический характер.

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца ФИО1 суд принимает во внимание, что вред здоровью причинен последнему при исполнении трудовых обязанностей, истец в значительной степени утратил профессиональную трудоспособность, нуждается в лечении, что сказывается на снижении качества жизни ФИО1 

Оснований для освобождения ответчика от возмещения вреда в судебном заседании не установлено и ответчиком в силу требований ст. 56 ГПК РФ не представлено.

При определении размера компенсации морального вреда суд руководствуется положениями ст. 1101 ГК РФ и учитывает характер и тяжесть физических и нравственных страданий истца, его состояние здоровья, длительное время испытывал и испытывает в настоящее время физические и нравственные страдания в связи с возникновением профессионального заболевания, а также требования разумности и справедливости. Судом также принимается во внимание, что возникновение профессионального заболевания явилось следствием воздействия вредных производственных факторов и необеспечения работодателем безопасных условий труда.

В то же время в п.17 Акта о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 указано, что профессиональное заболевание возникло при обстоятельствах длительного (30 лет 07 дней) воздействия комплекса вредных производственных факторов, связанных эксплуатацией автомобилей. Судом установлено, что из 30 лет 07 дней общего стажа работы шофером, на момент установления профессионального заболевания (ДД.ММ.ГГГГ), только 7 лет 11 месяцев 09 дней ФИО1 проработал шофером в Татышлинском РайПО. 

При этом суд учитывает и другие обстоятельства, влияющие на размер компенсации морального вреда, а именно: степень утраты профессиональной трудоспособности равной 10%, а также финансовое положение ответчика Татышлинского РайПО, который согласно бухгалтерского баланса работает убыточно: 2015 год завершил с убытком - 2 млн.574 тыс., по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ убытки предприятия составили - 5 млн. 730 тыс. рублей.

Учитывая характер физических страданий ФИО1, а также их длительность, нравственные страдания, требования разумности и справедливости, суд приходит к выводу о том, что возмещению причиненного истцу вреда будет соответствовать сумма в размере 10000 руб.

В части требования истца о взыскании с Фонда социального страхования единовременного пособия (компенсации) суд приходит к следующему. 

В соответствии с п.7 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена. Поэтому, если наряду с требованиями о взыскании страхового возмещения заявлены требования о возмещении морального вреда, причиненного застрахованному в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, суд с согласия истца вправе привлечь к участию в деле в качестве соответчика причинителя вреда (работодателя (страхователя) или лица, ответственного за причинение вреда), поскольку согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ такой вред подлежит компенсации причинителем вреда. 

Судом установлено, что в связи с профессиональным заболеванием ФИО1 было начислено и перечислено, с учетом 10% утраты профессиональной трудоспособности: единовременная страховая выплата – 5853, 50 руб.; ежемесячная страховая выплата, которая в настоящее время (с ДД.ММ.ГГГГ и бессрочно) установлено в размере 813,95 руб. с последующей индексацией и истцом эти суммы не оспариваются.

Согласно статьи 11 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ (ред. от ДД.ММ.ГГГГ) "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", размер единовременной страховой выплаты определяется в соответствии со степенью утраты застрахованным профессиональной трудоспособности исходя из максимальной суммы, установленной федеральным законом о бюджете Фонда социального страхования Российской Федерации на очередной финансовый год. 

При таких обстоятельствах представленный истцом ФИО1 вариант расчета единовременного пособия не основан на законе и не может быть удовлетворен.

В силу ст. 103 ГПК РФ с Татышлинского РайПО подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета (ст. 61.1 Бюджетного кодекса РФ) в размере 300 руб. 

Руководствуясь ст.ст. 194 – 198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковое заявление ФИО1 удовлетворить частично. 

Взыскать с Татышлинского РайПО в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 10 000 (десяти тысяч) руб.

В части взыскания в пользу ФИО1 с Фонда социального страхования единовременного пособия в сумме 214440 рублей, отказать. 

Взыскать с Татышлинского РайПО госпошлину в доход местного бюджета – 300 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд РБ через Балтачевский межрайонный суд РБ в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме, то есть с ДД.ММ.ГГГГ.

Председательствующий: подпись А.Т. Якупов

Судья: подпись Решение не вступило в законную силу.