Дело № 2-615/2017

Поступило в суд: 10.02.2017 г.

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

(мотивированное)

09 августа 2017 г. город Бердск

Бердский городской суд Новосибирской области в составе председательствующего судьи Новосадовой Н.В., 

при секретаре Кильевой Д.А., 

с участием: представителя истца ФИО1,

представителя ответчика Б.И., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ООО «Транспортные Технологии Сибири» к ФИО2 чу о взыскании ущерба, причиненного работником работодателю,

УСТАНОВИЛ:

ООО «Транспортные Технологии Сибири» обратилось с иском к ФИО2 о взыскании ущерба, причиненного работником работодателю.

В обоснование иска указано, что 20.04.2015 года ФИО2, на основании письменного заявления, принят на работу в ООО «Транспортные Технологии Сибири» (далее – ООО «ТТС»), с ним заключен трудовой договор, подписано обязательство о неразглашении сведений, составляющих коммерческую и служебную т айну, договор о полной индивидуальной материальной ответственности, договор аренды транспортного средства без экипажа с физическим лицом. 

24.04.2015 года ФИО2, от бывшего работника ООО «ТТС» О.Д., по акту приема-передачи, принял в пользование следующее имущество общества: ноутбук, ключ от офисного помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>, печати ООО «ТТС», карта ГСМ 0870-082596 и запорно-пломбировочные устройства (ЗПУ) – 7 штук. 

16.01.2017 года ФИО2 подал заявление об увольнении по собственному желанию. 

В период работы в ООО «ТТС» в должности диспетчера, в соответствии с договором о полной индивидуальной материальной ответственности, ФИО2 на банковскую карту получал заработную плату и подотчетные денежные средства. С 16.05.2016 по 23.12.2016 года ФИО2 перечислено в подотчет 130865,33 руб..

В соответствии с должностной инструкцией ответчик должен составлять отчеты по текущей деятельности и передавать всю первичную бухгалтерскую документацию в бухгалтерию. Однако, авансовые отчеты по полученным под отчет денежным средствам на сумму 130865,33 руб., он не представил.

Кроме того, после увольнения, ФИО2 не возвратил полученные по акту приема-передачи от 24.04.2015 года материальные ценности – ноутбук, стоимость которого, согласно бухгалтерской справке, составляет 45610,17 руб..

Также, в период трудовой деятельности ФИО2 использовал свой личный автомобиль в служебных целях, в связи с чем, для заправки автомобиля, получил корпоративную карту ГСМ №, по которой в период с 01.01.2016 по 20.01.2017 года осуществил заправку автомобиля на 1658,82 литра бензина марки АИ-92, на общую сумму 54732 руб.. Карту ГСМ № после увольнения не вернул. Доказательств тому, что топливо было потрачено в производственных целях, в бухгалтерию не представил, при этом, карта ГСМ находилась в исключительном пользовании ФИО2.

31.01.2017 года ответчик уволен с должности диспетчера ООО «ТТС».

В связи с тем, что в ООО «ТТС» не был установлен срок возврата подотчетных денежных средств и предоставления отчетных документов, истец полагает, что предельный срок отчета составляет последний рабочий день работника, то есть 31.01.2017 года. ООО «ТТС» дважды письменно обращалось к ФИО2 с требованиями о предоставлении документов и возврата ТМЦ, на указанные требования он не отреагировал. 

Просят взыскать с ФИО2 в счет возмещения материального ущерба: денежные средства полученные под отчет в размере 130865,33 руб., денежные средства, потраченные на заправку личного автомобиля за счет денежных средств ООО «ТТС» в размере 54732 руб., денежные средства в счет возмещения материального ущерба, причиненного невозвратом имущества принадлежащего ООО «ТТС», в размере 45610,17 руб., а также взыскать расходы на оплату услуг представителя в размере 30000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 5512,08 руб..

Представитель истца ООО «ТТС» - ФИО1, действующая на основании доверенности (т.1 л.д.43), в судебном заседании исковые требования поддержала по основаниям, указанным в исковом заявлении, приведенном выше. Также пояснила, что письменных заявлений о получении денежных средств в подотчет ФИО2 не писал. Поскольку сама организация находится в г. Новосибирске, а ФИО2 работал в г. Бердске, он по электронной почте направлял авансовый отчет, указывал, какой долг предприятия, и ему перечислялись денежные средства. При этом, первичные документы о том, что денежные средства потрачены ФИО2, представлены не были. Уже после увольнения и обращения в суд, ФИО2 вернул в общество запорные устройства, печати, карту ГСМ, ноутбук Самсунг. Однако ФИО2 передавался ноутбук Сони, а не ноутбук Самсунг, потому настаивают на взыскании стоимости ноутбука Сони. Для отчета по использованию ГСМ, ФИО2 должен был сдавать работодателю путевые листы, чего он в течение заявленного периода не делал. Переданные ФИО2 путевые листы уже после обращения в суд, не соответствуют табелю учета рабочего времени и данным о работе на железнодорожных станциях, потому они не были приняты. После того, как ответчик подал заявление на увольнение, проводилось служебное расследование, ФИО2 направили по почте требование отчитаться за полученные в подотчет денежные средства, но по почте он его не получил. Однако по электронной почте ранее он получил требование, писал заявление в Государственную инспекцию труда, которое они расценили, как объяснение ФИО2. Полагала, что требование Трудового законодательства, в частности ст. 247 ТК РФ, были соблюдены, неполучение объяснения от ответчика, не является основанием к отказу в возмещении ущерба. 

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, просил рассматривать дело в его отсутствие, с участием представителя (т.1 л.д. 64).

Представитель ответчика Б.И., действующая на основании ордера и доверенности (т.1 л.д.63-65), в судебном заседании исковые требования не признала, пояснила, что ФИО2 денежные средства под отчет не получал, за них не расписывался. Денежные средства, поступавшие на зарплатную карту, он считал своей заработной платой и премиальными вознаграждениями, его никто не ставил в известность, что ему перечислены какие-то денежные средства под отчет. Заработная плата у них поступала не вовремя, потому определить, что конкретно поступило на карту, невозможно, каких-либо комментариев, что это денежные средства под отчет, не было. При трудоустройстве, ФИО2 предыдущим работником, по акту был передан ноутбук Самсунг, модель: NP-N100-МА02RU, который он и возвратил ООО «ТТС», посредством направления посылки в офис компании, вместе с запорными устройствами, печатями и картой ГСМ. Что касается использования ГСМ, то ранее работодатель никогда не требовал путевые листы, просто был установлен лимит по карте, который он и использовал. При этом, в его работу входило не только доехать до станции и оформлять груз, но и подыскивать клиентов, оформлять договоры. Полагает работодателем в установленном законом порядке не доказан размер ущерба, не соблюден порядок, установленный ст. 247 ТК РФ, поскольку ФИО2 не ставили в известность о какой-либо проверке, не требовали от него объяснений по денежным средствам, не знакомили с результатами проверки. Представленный в последнем судебном заседании Акт о служебном расследовании, по мнению представителя, сделан уже в период рассмотрения дела судом, поскольку ни в исковом заявлении, ни в судебных заседаниях, представитель истца на этот Акт не ссылалась, не заявляла о его наличии. Просила также учесть, что в настоящее время, на основании решения суда, ФИО2 восстановлен на работе в ООО «ТТС», при этом, указанное решение суда добровольно обществом не исполнялось, ФИО2 вынужден был обращаться в службу судебных приставов для принудительного исполнения. 

Выслушав участников процесса, исследовав представленные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

Общие условия наступления материальной ответственности работника отражены в ст. 233 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой, материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного (действия или бездействия), если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

В силу статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере.

В судебном заседании установлено и подтверждается материалами дела, что на основании трудового договора (т.1 л.д.13-15), приказа (распоряжения) (т.1 л.д.12), 20.04.2015 года ФИО2 принят на работу в ООО «ТТС» на должность диспетчера (по совместительству). Одновременно с ним заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности (т.1 л.д.21-22), также с ФИО2 заключен договор аренды транспортного средства без экипажа - автомобиля HondaCR-V, г/н № регион (т.1 л.д.23).

Согласно должностной инструкции (т.1 л.д.18-20), в обязанности диспетчера ООО «ТТС» входит, в том числе: отслеживание своевременного выставления и оплаты счетов клиентами; составление отчетов по текущей деятельности; передача договоров, заключенных с собственниками транспорта и клиентами, на хранение личному секретарю генерального директора, всей первичной бухгалтерской документации – в бухгалтерию. Ответственность за причинение материального ущерба диспетчер несет в пределах, определенных действующим трудовым и гражданским законодательством Российской Федерации.

Приказом (распоряжение) о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (т.1 л.д.39), трудовые отношения между ООО «ТТС» и ФИО2 прекращены 31.01.2017 года, трудовой договор расторгнут на основании п. 1 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации (соглашение сторон).

В настоящее время ФИО2 восстановлен на работе в должности диспетчера в ООО «ТТС», на основании решения суда (л.д.87 т.2).

В обоснование причиненного ущерба, истцом представлены платежные поручения: №3543 от 16.05.2016 года на сумму 2040 руб. (т.1 л.д.34), №4110 от 21.07.2016 года на сумму 32025,33 руб. (т.1 л.д.35), № 4474 от 06.09.2016 года на сумму 47500 руб. (т.1 л.д.36), №4740 от 06.10.2016 года на сумму 27900 руб. (т.1 л.д.37), №5365 от 23.12.2016 года на сумму 21400 руб. (т.1 л.д.38), по которым на карту ФИО2 перечислены указанные денежные средства, в общем размере 130865,33 руб., с указанием в них «п/о», что по объяснениям представителя истца, означает перечисление денежных средств «под отчет». Также представлены бухгалтерские справки (т.1 л.д.25, л.д. 142), копия товарной накладной от 15.06.2013 года (т.1 л.д.103), счет-фактура №Н0000004195 от 15.06.2013 года (т.1 л.д.104), оборотно-сальдовая ведомость (т.1 л.д.143), подтверждающие стоимость ноутбука Сони в размере 45610,17 руб., представлен акт приема-передачи от 24.04.2015 года (т.1 л.д.24), в соответствии с которым, ФИО2, при поступлении на работу, О.Д., передано следующее имущество: ноутбук, ключ от офиса, печать – 2 штуки, карта ГСМ №, ЗПУ (запорно-пломбировочные устройства) – 7 штук, ключи – 2 штуки. Представлен отчет по обороту обслуживания карты ГСМ с №, за период с января 2016 по январь 2017 года, согласно которому, использовано ГСМ на сумму 54732 руб. (л.д.31-33). 

В силу положений ст. 238 ТК РФ, п. 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.11.2006 г. N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю", работник обязан возместить лишь прямой действительный ущерб, причиненный работодателю, под которым понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе находящегося у работодателя имущества третьих лиц, если он несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение или восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

Согласно ст. 246 ТК РФ, размер ущерба, причиненного работодателю при утрате и порче имущества, определяется по фактическим потерям, исчисляемым исходя из рыночных цен, действующих в данной местности на день причинения ущерба, но не ниже стоимости имущества по данным бухгалтерского учета с учетом степени износа этого имущества.

Размер ущерба устанавливается в ходе инвентаризации путем выявления расхождений между фактическим наличием имущества и данными бухгалтерского учета (ч. 2 ст. 11 Федерального закона от 06.12.2011 г. N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете").

Порядок проведения инвентаризации имущества и финансовых обязательств в организации установлен Методическими указаниями по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденными Приказом Министерства финансов Российской Федерации от 13.06.1995 года N 49. 

Согласно п. 1.5 Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, в соответствии с Положениями о бухгалтерском учете и отчетности в РФ, проведение инвентаризации обязательно при смене материально ответственных лиц, перед составлением годовой бухгалтерской отчетности.

В соответствии с требованиями ч. 1 ст. 247 ТК РФ, до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками, работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения.

Истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.

Работник и (или) его представитель имеют право знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном настоящим Кодексом.

В силу ст. 22 ТК РФ работодатель обязан: соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; знакомить работников под роспись с принимаемыми локальными нормативными актами, непосредственно связанными с их трудовой деятельностью.

Как следует из указанного выше договора о полной материальной ответственности, заключенного с ФИО2, последний принял на себя полную материальную ответственность за выданные ему денежные средства и иные материальные ценности, в связи с чем, обязуется вести учет, представлять в установленном порядке товарно-денежные, авансовые и другие отчеты, участвовать в инвентаризации вверенных ему материальных ценностей (пункт 1), в свою очередь работодатель обязан проводить в установленном порядке инвентаризацию материальных ценностей (пункт 2). 

Вместе с тем, истцом в материалы дела не представлено доказательств о проведении инвентаризации, для установления причин и определения размера прямого действительного ущерба, причиненного работником ФИО2.

По утверждению представителя истца в судебном заседании, на основании докладной бухгалтера (л.д.81т. 2), был вынесен Приказ № 1 от 18.01.2017 года (л.д.83 т. 2) о проведении служебного расследования, именно для установления причин и размера причиненного ущерба. 

Однако, в нарушение требований ст. 247 ТК РФ, с копией данного приказа ФИО2 не ознакомили, письменного объяснения для установления причин возникновения ущерба, у ФИО2 не затребовали, с материалами проверки ознакомиться не предложили. 

В материалы дела представлен Акт о результатах проведенного служебного расследования от 31.01.2017 года (л.д.84 т. 1), где имеются общие выводы об ущербе, однако невозможно установить, каким образом работодателем проводилось установление размера ущерба (инвентаризация) и причины возникновения ущерба, какие конкретно первичные документы (бухгалтерские документы, счета-затрат, материалы предыдущих инвентаризаций и др.) послужили основанием для его принятия, что сличалось комиссией, у кого из работников запрашивались (и запрашивались ли) объяснительные, позволяющие сделать вывод, на основании чего, для какой цели перечислялись ФИО2 денежные средства под отчет, каким образом работодателем передавались ФИО2 материальные ценности, в том числе ноутбук Сони, в связи с чем, в течение года ФИО2 пользовался картой ГСМ, не отчитываясь за это и не предоставляя путевые листы, при том, что согласно Положению об учетной политике для целей бухгалтерского учета, утвержденному в ООО «ТТС» (л.д.44-49), списание ГСМ, которое относится к косвенным расходам общества, производится на основании путевых листов, предоставляемых 1 раз в квартал (п.3.4. Положения).

Доводы представителя истца о том, что требования ст. 247 ТК РФ были соблюдены, поскольку ФИО2 направляли требования о предоставлении авансовых отчетов по полученному имуществу, суд находит необоснованными. 

В материалы дела представлено уведомление без даты (л.д.26), направленное ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ (л.д.27), из которого следует, что его уведомляют не о проведении служебной проверки или инвентаризации, а о необходимости предоставить авансовые отчеты за денежные средства, тем более, что уведомление направлено (ДД.ММ.ГГГГ) еще до вынесения приказа о проведении проверки (ДД.ММ.ГГГГ). Также представлено Требование о предоставлении документов и ТМЦ (л.д.28-29), направленное ДД.ММ.ГГГГ (л.д.30), где также не сообщалось о проведении проверки или инвентаризации, не предлагалось представить каких-либо объяснений, а предлагалось представить отчеты, при чем в срок до ДД.ММ.ГГГГ, тогда как ДД.ММ.ГГГГ уже был изготовлен Акт о проведении служебного расследования. 

Доводы представителя истца о том, что ФИО2 невозможно было известить о проведении проверки и предложить представить объяснения, поскольку он не находился на рабочем месте в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, о чем представлены акты об отсутствии на рабочем месте (л.д. 71-78 т.2), а также табели учета рабочего времени (л.д. 228-240 т.), суд также находит необоснованными, поскольку отсутствие ФИО2 на рабочем месте, не препятствует поставить его в известность о проверки и предложить представить объяснения, что можно сделать путем направления письменного уведомления по месту жительства, либо посредством электронной почты, как это делалось с указанным выше требованием. 

Таким образом, с учетом представленных в материалы дела доказательств, суд приходит к выводу, что требования действующего Трудового законодательства (ст. 22, ст. 247), Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, условия договора о полной материальной ответственности, согласно которым работодатель обязан был провести проверку для установления причин ущерба и размера прямого действительного ущерба (инвентаризацию), о чем поставить в известность работника и затребовать у него объяснение, а работник был обязан присутствовать при проверке (инвентаризации), и имел право ознакомится с ее результатами, были нарушены ООО «ТТС». 

Кроме того, судом исследованы представленные истцом доказательства в обоснование наличия прямого действительного ущерба. 

Как указано выше, в обоснование материального ущерба, по полученным под отчет денежным средствам в размере 130865,33 руб., истцом представлены платежные поручения: № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 2040 руб. (т.1 л.д.34), № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 32025,33 руб. (т.1 л.д.35), № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 47500 руб. (т.1 л.д.36), № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 27900 руб. (т.1 л.д.37), № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 21400 руб. (т.1 л.д.38). 

В соответствии с п. 6.3 Указания Банка России от ДД.ММ.ГГГГ N 3210-У "О порядке ведения кассовых операций юридическими лицами и упрощенном порядке ведения кассовых операций индивидуальными предпринимателями и субъектами малого предпринимательства" для выдачи наличных денег работнику под отчет (далее - подотчетное лицо) на расходы, связанные с осуществлением деятельности юридического лица, индивидуального предпринимателя, оформляется расходный кассовый ордер, согласно письменному заявлению подотчетного лица, составленному в произвольной форме и содержащему запись о сумме наличных денег и о сроке, на который выдаются наличные деньги, подпись руководителя и дату.

Подотчетное лицо обязано в срок, не превышающий трех рабочих дней после дня истечения срока, на который выданы наличные деньги под отчет, или со дня выхода на работу, предъявить главному бухгалтеру или бухгалтеру (при их отсутствии - руководителю) авансовый отчет с прилагаемыми подтверждающими документами. Проверка авансового отчета главным бухгалтером или бухгалтером (при их отсутствии - руководителем), его утверждение руководителем и окончательный расчет по авансовому отчету осуществляются в срок, установленный руководителем.

Выдача наличных денег под отчет проводится при условии полного погашения подотчетным лицом задолженности по ранее полученной под отчет сумме наличных денег (в редакции, действовавшей на момент правоотношений).

В авансовом отчете фиксируются суммы полученного аванса, израсходованные денежные средства, а также подсчитывается остаток или перерасход денежных средств. Также в авансовый отчет вносятся сведения о внесении остатка или выдаче перерасхода.

Таким образом, при привлечении работника к полной материальной ответственности в связи с выдачей денежных средств под отчет, необходимо учитывать, что работник должен располагать информацией, с какой целью он получает эти средства, когда и как он должен отчитаться за израсходованные ценности. 

В нарушение указанных положений, доказательств выполнения работодателем данных требований, не представлено.

Как утверждал представитель ответчика в судебном заседании, ФИО2 не было известно о том, что денежные средства ему предоставлены именно под отчет, на какие-то конкретные цели. 

В материалы дела не представлено доказательств, что ФИО2 обращался за получением на какие-либо цели денежных средств под отчет, что такое решение было принято работодателем, с указанием конкретных целей и сроков. 

Ссылку представителя истца, о том, что ФИО2 по электронной почте направлял авансовые отчеты, указывая долг предприятия, что по своей сути являлось заявлением о предоставлении денежных средств, после чего ему перечислялись денежные средства под отчет, суд находит необоснованной, не соответствующей указанному выше порядку. 

Как на доказательства своих требований в данной части, представителем истца представлены авансовые отчеты, как утверждает представитель истца, направленные ФИО2 по электронной почте, это: отчет за июль 2016 года (л.д. 169 т. 1), после чего ему перечислены деньги под отчет в июле (л.д. 170 т.1), авансовый отчет за июнь 2016 г. (л.д. 183 т. 1), после чего перечислены денежные средства под отчет за июнь (л.д. 184 т. 1), авансовый отчет за май 2016 года (л.д.196 т. 1), после чего перечислены денежные средства за май (л.д.197 т.1), авансовый отчет за ноябрь (л.д. 193 т. 1), после чего перечислены денежные средства за ноябрь (л.д. 204), авансовый отчет за октябрь 2016 года (л.д. 213 т. 1), после чего перечислены под отчет денежные средства за октябрь 2016 года (л.д.214 т. 1). 

Однако, указанные авансовые отчеты ФИО2 не подписаны. По указанному выше порядку, авансовые отчетыпредоставляются после того, как денежные средства потрачены, с предоставлением подтверждающих документов. Здесь же представитель истца утверждает, что ответчик сначала отчитывался за денежные средства, а потом их получал. Более того, из всех указанных авансовых отчетов и платежных поручений следует, что суммы не соответствуют друг другу, в авансовом отчете указана одна сумма, предоставлялась иная сумма. Соответственно невозможно установить, для каких целей она предоставляется. Более того, в соответствии с указанным выше порядком, выдача наличных денег под отчет проводится при условии полного погашения подотчетным лицом задолженности по ранее полученной под отчет сумме наличных денег. Тем не менее, не получив отчет по денежным средствам за май, как утверждает представитель истца, далее ответчику предоставляются денежные средства в июне, июле, октябре, ноябре 2016 года, в связи с чем, при отсутствии отчетов, они предоставлялись, представитель истца пояснить не смог. 

Таким образом, судом установлено, что каких-либо письменных заявок со стороны ответчика на выдачу ему денежных средств под отчет с указанием цели их получения, а также письменного согласия на их получение путем зачисления на банковскую карту, истцом не представлено, равно как и не представлено распоряжений, приказов, надлежащих авансовых отчетов, свидетельствующих о выдаче ответчику денежных средств именно под отчет. Представленные платежные поручения, несмотря на указание о назначении платежа – «п/о» (под отчет), не могут являться достаточными и бесспорными доказательствами, свидетельствующими о том, что денежные средства перечислены ответчику именно под отчет.

Что касается материального ущерба в размере 45610,17 руб., причиненного невозвратом имущества – ноутбука, представитель ответчика утверждал, что переданный О.Д. ФИО2 ноутбук Самсунг, возвращен, посредством направления курьерской службой, что подтверждается квитанциями об отправлениях (л.д. 122-125), которое получено ООО «ТТС». Представитель истца не оспаривал в судебном заседании, что ноутбук Самсунг ООО «ТТС» получен, однако ответчику передан ноутбук Сони. При этом, истцом не представлено ни одного доказательства, подтверждающего, что ФИО2 был передан именно ноутбук Сони. Согласному представленному акту от 24.04.2015 года, ответчик получил ноутбук (л.д. 24 т. 1), какой конкретно, не указано. Представленные истцом бухгалтерские справки (т.1 л.д.25, л.д. 142), копия товарной накладной от 15.06.2013 года (т.1 л.д.103), счет-фактура №Н0000004195 от 15.06.2013 года (т.1 л.д.104), оборотно-сальдовая ведомость (т.1 л.д.143), подтверждают стоимость ноутбука Сони в размере 45610,17 руб. и количество ноутбуков, находящихся на балансе ООО «ТТС», что не свидетельствует о том, что именно ноутбук Сони был передан О.Д. ФИО2. При этом, обходной лист у О.Д. был принят (л.д. 100 т. 1) вместе с актом передачи имущества ФИО2 от 24.04.2015 года, вопросов, какой конкретно ноутбук передан, у работодателя не возникло. Доказательств, что была проведена инвентаризация при смене подотчетного лица – О.Д. и установлено, что ФИО2 передан именно находящийся на балансе ООО «ТТС» ноутбук Сони, не представлено. 

В обоснование требований о взыскании денежных средств за использованный ГСМ, истцом представлен отчет по обороту обслуживания карты ГСМ с № за период с января 2016 по январь 2017 года, согласно которому, использовано ГСМ на сумму 54732 руб. (л.д.31-33).

Путевые листы, представленные ФИО2 (л.д. 66-77 т. 1) ООО «ТТС» не приняты, поскольку, по расчетам представителя истца, за период с января 2016 года по январь 2017 года, стоимость затраченного бензина могла составить лишь 11490 руб. (л.д. 99 т. 1). Тем не менее, заявлена ко взысканию вся сумма стоимости ГСМ за указанный период. При этом в судебном заседании не оспаривалось, что ФИО2 в заявленный период работал, т.е. мог использовать ГСМ именно в связи с трудовой деятельностью. Доказательства, что с ФИО2 требовали указания о количестве километров, прошедших именно в связи с исполнением трудовых обязанностей, не указаны и не представлены, равно как и не указано в связи с чем, при необходимости предоставления путевых листов раз в квартал, что указано выше и установлено п. 3.4 Положения об учетной политике для целей бухгалтерского учета, утвержденному в ООО «ТТС» (л.д.44-49), такие путевые листы не требовались от ФИО2, по каким причинам, в случае не предоставления отчетов по ГСМ в указанные сроки, карта ГСМ, находящаяся в пользовании ФИО2, не блокировалась и не изымалась. Равно, как и не представлено доказательств тому, что общество не отчиталось за использование ГСМ в конце отчетного 2016 года о том, что списано и отнесено на косвенные расходы организации ГСМ, в том числе использованное ФИО2, т.е. не доказан прямой действительный ущерб общества и в данной части. 

Таким образом, с учетом установленных по делу обстоятельств и представленных доказательств, учитывая нарушение истцом порядка привлечения ответчика к материальной ответственности, не предоставления бесспорных доказательств, подтверждающих прямой действительный ущерб ООО «ТТС», виновных действий ответчика ФИО2, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований о взыскании материального ущерба.

Поскольку, в соответствии со ст. 98 ГПК РФ, взыскание судебных расходов связано с удовлетворением исковых требований, суд приходит к выводу и об отсутствии оснований для удовлетворения требований о взыскании судебных расходов. Кроме того, настоящий спор связан с требованиями, вытекающими из трудовых отношений, что в силу ст. 393 Трудового кодекса Российской Федерации, освобождает ответчика от несения любых судебных расходов при любом исходе гражданского дела.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ООО «Транспортные Технологии Сибири» к ФИО2 чу о взыскании материального ущерба в виде: денежных средств, полученных в подотчет в размере 130865,33 руб., денежных средств затраченных на заправку ГСМ в размере 54732 руб., денежных средств, причиненных невозвратом имущества (ноутбука) в размере 45610,17 руб., а также взыскании судебных расходов в виде расходов по уплате услуг представителя в размере 30000 руб. и государственной пошлины в размере 5512,08 руб., отказать. 

Решение может быть обжаловано в Новосибирский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья (подпись) Н.В. Новосадова

Мотивированный текст решения суда изготовлен 18 августа 2017 года.

Судья (подпись) Н.В.Новосадова