РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

22 июня 2021 года г.Улан-Удэ

Советский районный суд г.Улан-Удэ в составе председательствующего судьи Смирновой Ю.А., при секретаре Цыдендоржиевой Т.Е., с участием прокурора Бадмажаповой Д.Е., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-1518/2021 по иску ФИО1, ФИО2, ФИО3 к ФИО4, несовершеннолетней ФИО6 в лице законного представителя ФИО4 о признании не приобретшими право пользования жилым помещением, 

УСТАНОВИЛ:

Обращаясь в суд, истцы ФИО1, ФИО2, ФИО3 просили признать ФИО4, несовершеннолетнюю ФИО6 не приобретшими право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: ....

В обоснование иска указывали, что являются собственниками жилого помещения, расположенного по адресу: .... Ответчик ФИО4 являлась супругой ФИО3 В 2019 г. по ее просьбе ФИО1 зарегистрировала в квартире и ее дочь. Фактически ответчики в квартире никогда не проживали, их регистрация носила формальный характер, была необходима для устройства ребенка в школу.

В судебном заседании истцы ФИО1, ФИО2, ФИО3 исковые требования поддержали. Истец ФИО3, являющийся отцом несовершеннолетней ФИО6, пояснил, что дочь должна быть зарегистрирована по месту жительства матери. Не отрицал наличие у него сведений об отсутствии у ФИО4, ФИО6 иного жилого помещения. 

Ответчик ФИО4, являющаяся также законным представителем несовершеннолетней ФИО6 пояснила, что она в добровольном порядке снялась с регистрационного учета. Исковые требования к своей несовершеннолетней дочери не признала, поясняя об отсутствии иного постоянного места жительства, поскольку проживают в арендуемом жилом помещении. 

Прокурор Бадмажапова Д.Е. дала заключение об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований, поскольку ответчик ФИО4 в добровольном порядке снялась с регистрационного учета, требования к несовершеннолетней не могут быть удовлетворены, поскольку одним из собственников жилого помещения является ее отец. 

Выслушав истца, исследовав материалы дела, допросив свидетелей, суд находит исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Истцы ФИО1, ФИО2, ФИО3 являются собственниками на праве общей долевой собственности по 1/3 на жилое помещение, расположенное по адресу: ..., подтверждено соответствующими свидетельствами о регистрации права Управления Росреестра по РБ. 

Далее, материалами дела подтверждено, что на регистрационном учете по указанному адресу на момент обращения истцов в суд значились также супруга истца ФИО3– ФИО4 и его несовершеннолетняя дочь – ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. 

В соответствии со ст. 304 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Согласно части 1 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее – ЖК РФ) к членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с данным собственником в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника.

В силу части 4 статьи 31 ЖК РФ в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи.

Правовые последствия отсутствия бывших членов семьи собственника жилого помещения в жилом помещении по причине выезда из него Жилищный кодекс Российской Федерации не регламентирует.

Исходя из аналогии закона (статья 7 Жилищного кодекса Российской Федерации) к ситуации, связанной с выездом из жилого помещения бывших членов семьи собственника, подлежат применению положения части 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации, согласно которым в случае выезда нанимателя и членов его семьи в другое место жительства договор социального найма жилого помещения считается расторгнутым со дня выезда, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Из пояснений лиц, участвующих в деле, следует, что брачные отношения между истцом ФИО3 и ответчиком ФИО4 фактически прекращены, они совместно не проживают, ФИО4 с несовершеннолетней дочерью проживают в арендованном жилом помещении. 

На момент рассмотрения дела ответчик ФИО4 с регистрационного учета по адресу: ..., в добровольном порядке снята, что подтверждено представленным паспортом с соответствующей отметкой отдела по вопросам миграции УМВД России по г.Улан-Удэ от ДД.ММ.ГГГГ, ввиду чего исковые требования к ней подлежат оставлению без удовлетворения.

Разрешая исковые требования, предъявленные к несовершеннолетней ФИО9, суд приходит к следующему. 

Статья 1 Семейного кодекса РФ, закрепляя основные начала семейного законодательства, предусматривает в качестве одного из принципов регулирования семейных отношений - обеспечение приоритетной защиты прав и интересов несовершеннолетних детей.

Согласно п. 2 ст. 20 Гражданского кодекса РФ местом жительства несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет, или граждан, находящихся под опекой, признается место жительства их законных представителей - родителей, усыновителей или опекунов.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 Семейного кодекса РФ защита прав и законных интересов ребенка осуществляется родителями (лицами, их заменяющими), а в случаях, предусмотренных Семейным кодексом РФ, органом опеки и попечительства, прокурором и судом.

Родители имеют равные права и несут равные обязанности в отношении своих детей (п. 1 ст. 61 Семейного кодекса РФ).

В силу ч. 1 ст. 65 Семейного кодекса РФ родительские права не могут осуществляться в противоречии с интересами детей. Обеспечение интересов детей должно быть предметом основной заботы их родителей.

Из разъяснений, содержащихся в п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 14 от 02.07.2009 года "О некоторых вопросах возникших при применении Жилищного кодекса Российской Федерации", следует, что в силу положений Семейного кодекса РФ об ответственности родителей за воспитание и развитие своих детей, их обязанности заботиться об их здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, расторжение брака родителей, признание его недействительным или раздельное проживание родителей не влияют на права ребенка (п. 1 ст. 55, п. 1 ст. 63 Семейного кодекса РФ), в том числе на жилищные права. Поэтому прекращение семейных отношений между родителями несовершеннолетнего ребенка, проживающего в жилом помещении, находящемся в собственности одного из родителей, не влечет за собой утрату ребенком права пользования жилым помещением в контексте правил ч. 4 ст. 31 Жилищного кодекса РФ.

Из системного анализа и толкования вышеприведенных норм следует, что возникновение и прекращение права пользования жилым помещением несовершеннолетнего ребенка производно от наличия такого права у любого из его родителей. При этом несовершеннолетние дети приобретают право на ту жилую площадь, которая определяется им в качестве места жительства соглашением родителей.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд исходит из того, что проживание несовершеннолетней ФИО5 со своей матерью ФИО4 по другому адресу, не может расцениваться как отказ несовершеннолетнего от права пользования спорным жилым помещением и не свидетельствует об утрате им права пользования данным жилым помещением.

При этом, доводы истцов, согласно которым несовершеннолетняя никогда не проживала по данному адресу, правового значения не имеют, поскольку она зарегистрирована по месту жительства своего отца ФИО3, данное жилое помещение было избрано родителями ребенка в качестве ее места жительства, соответственно, ребенок приобрел право пользования жилым помещением по месту жительства отца.

Прекращение семейных отношений между родителями несовершеннолетнего ребенка не влечет за собой утрату ребенком права пользования жилым помещением. Поскольку право несовершеннолетней ФИО5 производно от прав ее отца – ФИО3, следовательно, ее право пользования спорным жилым помещением не может быть прекращено по основаниям ч. 4 ст. 31 Жилищного кодекса РФ.

В настоящее время несовершеннолетняя ФИО5 в силу возраста лишена возможности самостоятельно реализовать свои права на проживание при отсутствии соглашения родителей, совместно не проживающих по причине прекращения брака, а выбор места жительства поставлен в зависимость от законного представителя, вследствие чего ее фактическое проживание в другом жилом помещении с матерью не может быть признано достаточным основанием для применения тех последствий, на которых настаивают истцы.

При таких обстоятельствах, доводы истцов, согласно которым ФИО6 не проживала и не проживает в спорном жилом помещении, которые они также подтверждали показаниями свидетелей, правового значения не имеют.

Доказательств нарушения прав истцов, гарантированных статьей 35 Конституции Российской Федерации, связанных с владением, пользованием и распоряжением квартирой истцами в материалы дела не представлено.

При этом, доводы истца ФИО1, согласно которым она одна несет бремя содержания жилого помещения, о нарушении прав собственников не свидетельствуют, поскольку сособственник ФИО3 является законным представителем несовершеннолетней и в силу закона должен участвовать в ее содержании, в том числе, по оплате услуг за жилье. 

С учетом изложенного, принимая во внимание установленные обстоятельства, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1, ФИО2, ФИО3 оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Республики Бурятия в течение месяца со дня изготовления в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы в Советский районный суд г.Улан-Удэ.

Судья: Ю.А. Смирнова

Решение в окончательной форме принято 28.06.2021.