Дело № 1-143-2021

11RS0004-01-2021-000942-67

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Печора РК 05 июля 2021 года

Печорский городской суд Республики Коми в составе председательствующего судьи Барабкина А.М. при секретаре Уляшовой Т.М., с участием государственного обвинителя помощника Печорского межрайонного прокурора Глебова А.А., подсудимого ФИО1, его защитника - адвоката Кожевина И.Н., рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении: ФИО1, ****

- 07 апреля 2008 года по ст. 162 ч. 3 УК РФ к восьми годам лишения свободы (приговором мирового судьи Западного судебного участка г. Инты РК от 06 августа 2008 года (с учетом внесенных изменений) по ст. ст. 319, 69 ч. 5 УК РФ к восьми годам одному месяцу лишения свободы) (освобожден по отбытию наказания 19 февраля 2016 года);

- 11 июня 2020 года по ст. 314.1 ч. 1 УК РФ к шести месяцам лишения свободы (освобожден 10 декабря 2020 года по отбытии наказания),

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст. 158 ч. 3 п. «а» УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

Подсудимый ФИО1 совершил кражу, т.е. тайное хищение чужого имущества, совершенную с незаконным проникновением в жилище, а именно: 01 января 2021 года в период до 02 часов, находясь в состоянии алкогольного опьянения, ФИО1 в целях хищения чужого имущества путем подбора ключа незаконно проник в ********** откуда умышленно, тайно, из корыстных побуждений похитил телевизор «Супра» с пультом управления и блоком питания стоимостью 2000 рублей, телеприемник с принадлежностями стоимостью 560 рублей, детектор напряжения «Фит» стоимостью 100 рублей, радиоприемник «Санрайз» стоимостью 200 рублей, аудио-видео кабель стоимостью 50 рублей, 4 элемента питания общей стоимостью 200 рублей, USB-кабель и кусок материи, обратив их в свою пользу и причинив М. ущерб на сумму 3110 рублей.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании вину в совершении преступления не признал, заявив о наличии у него ключа от комнаты потерпевшего с 16 декабря 2020 года, одновременно высказал мнение о том, что вещи потерпевшего могли быть подброшены ему в комнату иными лицами, в частности В. настаивал, что имущества М. не похищал, а причастность к преступлению на первом этапе признал из-за того, что ему пообещали за это отпустить его домой.

В ходе предварительного следствия при допросе в качестве подозреваемого ФИО1 показал, что 31 декабря 2020 года с утра употреблял водку, сильно опьянел и после полуночи 01 января 2021 года решил пойти в комнату М. зная, что на ночь тот должен куда-то уйти, чтобы похитить что-нибудь ценное для продажи, чтобы в дальнейшем можно было купить спиртного. Для этого он взял находившийся в его комнате ключ в надежде открыть замок с его помощью, прошел к комнате потерпевшего (№ 5), суме открыть замок подобранным ключом, а затем в комнате где в течение 10 минут собрал в тряпку телевизор, приставку и иные предметы, в поисках денег осмотрел документы, затем похищенные вещи пронёс в свою комнату, где продолжил выпивать, пока не заснул, рассчитывая на продажу телевизора и других предметов, когда окончится спиртное. В тот же день при проверке показаний на месте ФИО1 в комнате потерпевшего указал на тумбы, где похитил оборудование и искал деньги, сообщив об обстоятельствах совершения им преступления. В ходе указанных следственных действий ФИО1 выразил готовность выдать вещи потерпевшего и подобранный к замку ключ (т. 1, л.д. 52-54),

В дальнейшем при допросе в качестве обвиняемого (т. 1, л.д. 205-206; т. 2, 32-33) подсудимый заявил, что не знает, как вещи потерпевшего попали к нему, предположил, что их к нему в комнату могли принести сам М. либо его сестра и В. Также в ходе судебного заседания подсудимый оспорил содержание оформленной без участия адвоката явки с повинной (т. 1, л.д. 36), сообщив, что явку писал собственноручно, но под диктовку сотрудников полиции, пообещавших его освободить.

Судом с участием сторон также исследованы следующие доказательства:

Потерпевший М. суду показал, что в своей комнате общежития проживает порядка 30 лет, в комнате хранит исключительно свое имущество. Вечером 31 декабря 2020 года оказывал помощь знакомой, сопровождал её в больницу, затем до 02 часов ухаживал за ней на дому, после чего вернулся домой, где обнаружил открытой дверь, которую точно закрывал. Замок на двери был в положении «открыто». Этим замком он пользовался последние два года, от замка был единственный ключ, т.к. ранее замок эксплуатировался в ПРУ. Дубликатов ключа он не делал, свой ключ никому не передавал, посещать комнату в свое отсутствие не разрешал. Ночью 01 января 2021 года он сразу заметил отсутствие в комнате телевизора, приставки к ней и принадлежностей, обратил внимание на раскиданные документы. Утром он обратился в полицию, его комнату осмотрели. Тогда возникло предположение, что кражу мог совершить ФИО1, последние годы проживавший в комнате ********** Следующей ночью, после задержания ФИО2 с ним и понятыми он по просьбе сотрудников полиции пришел к комнате ФИО2, который под подоконником и рядом с подоконником, из-за дивана достал «челночную» сумку, в которой находился телевизор, приемник, индикаторы потерпевшего – всё, что было похищено. О том, чтобы ФИО2 выдал ключ, он не помнит. Стоимость похищенного, указанного в обвинении, определена им в ходе допроса.

Согласно показаний свидетеля В. он проживает в комнате ********** общежития, дружен с М. которому около 2 лет назад передал бывший в эксплуатации в ПРУ замок с единственным ключом (свидетель уверенно опознал в судебном заседании ключ, изъятый при осмотре комнаты потерпевшего). С 18 часов 31 декабря до обеда 01 января 2021 года он был в гостях у сына и его семьи, по возвращении в общежитие узнал о краже вещей у М. после чего они сразу подумали на ФИО2, который не работал, постоянно попрошайничал. Ночью его пригласили понятым, при нём из комнаты ФИО2 вынесли пакет с вещами М. ФИО2 сначала говорил, что это не его, затем признался, но свидетель не помнит, как он выдавал ключ. Ранее его (ФИО2) сестра принесла в комнату В. связку ключей, которая хранилась у него до освобождения подсудимого, а затем была ему возвращена. Причин оговоривать ФИО2, а равно посещать его комнату свидетель не имеет.

Как видно из показаний свидетеля ФИО3, подсудимый приходится ей братом, в связи с его осуждением она ранее взяла на хранение связку ключей, которая до освобождения брата находилась в комнате В. (**********) (свидетель опознала связку в суде). Вечером 31 декабря брат заходил к ней домой ********** она дала ему мелочи. После сообщения о краже у М. она пришла в общежитие, где высказала потерпевшему предположение о причастности к краже брата, т.к. тот ранее искал блок питания для себя. ФИО2 она не видела, пока он не пришел в общежитие около 20 часов 30 минут и не зашел в комнату В. Она сообщила ему, что его ищет полиция, к чему он отнесся безразлично («Ну и пусть…») и ушел в свою комнату. Она же сообщила в полицию о его появлении, затем слышала, что брат около 7-10 минут не открывал дверь, затем открыл. Позже она курила в умывальной комнате, куда зашел брат, она его пристыдила, на что он ответил: «Лучше бы сжёг». В 21:45 из общежития она ушла домой. В. новогодней ночью был у детей, М. ключа от комнаты никому не давал.

Свидетель К. суду подтвердил, что как сотрудник ИВС выдал следователю П. связку ключей, находившуюся на хранении с другими личными вещами подследственного ФИО1, вероятно изъятыми у него при поступлении в изолятор в ходе личного обыска.

Из показаний свидетеля Б. в судебном заседании, оглашенных показаний свидетелей А. В.Ю. К.Ю. следует, что подсудимого они не знают, либо знают поверхностно, отношения к установлению замка в общежитии по ********** не имеют (т. 2, л.д. 1-2, 11-12, 15-16).

Кроме того судом исследованы:

протокол принятия заявления о преступлении у М. сообщившего о хищении из его жилой комнаты телевизора и иных предметов (т. 1, л.д. 3);

протокол осмотра комнаты потерпевшего по адресу: ********** в ходе которого зафиксирована обстановка в помещении, изъят замок с дверной двери и ключ к нему, протокол их осмотра (т. 1, л.д. 5-9, 25-26);

заключение эксперта об исправности изъятого замка и отсутствии следов использования при открытии посторонних предметов, вероятности открытия подобранным ключом при условии сходности со штатным ключом (т. 1, л.д. 21-23);

протокол обыска ********** где в присутствии понятых, потерпевшего и адвоката ФИО1 добровольно выдал вещи М. и ключ, при помощи которого открыл дверь в комнату последнего; протокол осмотра изъятых предметов (т. 1, л.д. 68-69, 75-79);

сведения, характеризующие личность подсудимого.

Оценивая исследованные в судебном заседании доказательства в совокупности, суд находит установленной вину подсудимого в совершении инкриминируемых ему действий, а их квалификацию, предложенную стороной обвинения, правильной.

При оценке позиции подсудимого и доводов стороны защиты, суд отмечает, что показания ФИО1 в ходе следствия претерпели существенную трансформацию. Изначально, признав причастность к преступлению, он детально объяснил мотивы своих действий, последовательно показал об обстоятельствах совершения хищения, в т.ч. при проверке показаний на месте происшествия, а затем и выдал из своей комнаты как похищенное имущество, так и использованный для проникновения в чужую комнату ключ. Позже подсудимый оспорил вывод следствия о совершении хищения им, не смог объяснить причину нахождения чужого имущества в его комнате, но выдвинул версию о вероятной причастности к провокации в отношении него его соседей по общежитию, включая потерпевшего и его сестру.

Анализируя предположения подсудимого, суд находит их откровенно надуманными, алогичными и крайне противоречивыми, а равно опровергнутыми показаниями потерпевшего, Л. и В. из которых следует, что в период хищения имущества М. они отсутствовали в общежитии. Более того, суд не усматривает и объективных причин для совершения указанными лицами в новогоднюю ночь каких-либо действий, направленных на компрометацию подсудимого, в силу чего находит его версию обусловленной его стремлением избежать ответственности, а потому относится к ней критически.

Одновременно с этим, в соответствии с положениями ст. 75 ч. 2 п. 1 УПК РФ суд признает недопустимым доказательством представленный стороной обвинения протокол явки ФИО1 с повинной, оформленный без участии адвоката, поскольку в судебном заседании подсудимый не подтвердил её содержания.

Напротив, несмотря на доводы стороны защиты о самооговоре ФИО1, суд принимает за основу при постановлении приговора первоначальные показания подсудимого в качестве подозреваемого и не усматривает причин не доверять им, т.к. они не только даны с участием защитника, но и соотносятся с иными доказательствами.

Более того, суд критически относится к доводам стороны защиты о самооговоре подсудимого по мотивам стремления вернуться домой и потому, что, согласно материалов дела, процессуальное задержание следователь произвел до допроса ФИО1 в качестве подозреваемого и производства иных действий с его участием 02 января 2021 года, что указывает на недостоверность утверждений подсудимого об обмане со стороны сотрудников полиции.

При этом, потерпевший в первой половине дня (до задержания подсудимого) обратился в полицию с заявлением о краже и указал похищенное имущество, после чего и осмотра комнаты потерпевшего, подозреваемый ФИО1, в т.ч. при проверке его показаний на месте происшествия, не только показал о деталях совершения им хищения, указав, в частности, на места нахождения вещей, но и сообщил о готовности выдать похищенное и подобранный им к замку чужой комнаты ключ, что сделал в дальнейшем при производстве незамедлительно обыска, выдав именно вещи М. Выдачу похищенного имущества подсудимым подтвердили потерпевший и свидетель В. 

Свидетель Л. при этом сообщила суду о репликах подсудимого после происшествия, указывающих на его причастность к хищению вещей М. При производстве экспертизы эксперт высказал мнение о вероятной возможности использования изъятого у подсудимого ключа (с учетом его очевидной схожести с ключом потерпевшего) при несанкционированном открытии замка.

Таким образом, изложенные выше доказательства соотносятся друг с другом, не имеют каких-либо юридически значимых противоречий, напротив согласуются между собой, при этом собраны с соблюдением процессуальных требований, что позволяет признать их допустимыми, а в своей совокупности достоверными и достаточными для вывода о совершении подсудимым хищения электротехники потерпевшего при обстоятельствах, указанных в описательной части приговора. 

Направленность действий на завладение имуществом, его обращение в свою пользу и попытка сохранить его в своей комнате для последующей реализации указывают на корыстный характер действий ФИО1

Его действия носили очевидно тайный для потерпевшего и иных лиц характер, а преступный умысел был реализован путем незаконного проникновения в жилище М. 

Размер и характер ущерба определен судом с учетом показаний потерпевшего, соотносится с рыночными ценами на аналогичное имущество и экспертной оценкой (т. 1, л.д. 196-198), возмещен в результате изъятия похищенного у подсудимого.

С учетом изложенного действия ФИО1 суд квалифицирует по ст. 158 ч. 3 п. «а» УК РФ как кражу, т.е. тайное хищение чужого имущества, совершенную с незаконным проникновением в жилище.

Назначая наказание подсудимому, суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления, размер ущерба, данные о личности подсудимого, который ранее судим, отбывал наказание местах лишения свободы, семьи, детей, определенного рода занятий не имеет, новое преступление совершил в течение первого месяца после освобождения и в период пребывания под административным надзором, в связи с нарушением правил которого неоднократно привлекался к административной ответственности, в связи с чем по месту жительства охарактеризован посредственно, преступление совершил на почве употребления спиртного, после чего полностью признал свою вину, выдал похищенное, чем активно способствовал расследованию преступления.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, являются полное признание им вины в ходе следствия, добровольная выдача похищенного имущества, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, состояние его здоровья.

Обстоятельством, отягчающим наказание подсудимого, является рецидив преступлений, который в силу требований ст. 18 ч. 2 п. «б» УК РФ следует считать опасным, т.к. ФИО1 ранее судим за совершении особо опасного преступления. Одновременно с этим в соответствии со ст. 63 ч. 1.1 УК РФ суд признает также отягчающим наказание подсудимого обстоятельством совершение им преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, которое, по убеждению суда, не только обусловило утрату критики и контроля за своим поведение, но и подтолкнуло ФИО1 к завладению вещами соседа в целях приобретения и дальнейшего распития спиртного.

Учитывая, обстоятельства и характер совершенного преступления, характеризующие подсудимого данные, наличие смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств, суд считает, что цели наказания: восстановление социальной справедливости, исправление подсудимого, предупреждение совершения им новых преступлений будут достигнуты исключительно в случае лишения ФИО1 свободы, поскольку иные виды наказания, по мнению суда, не позволяют суду рассчитывать на достижение указанных целей. 

С учетом наличия в действиях подсудимого обстоятельств, отягчающих наказание, включая опасный рецидив, основания для применения правил ст. ст. 15 ч. 6, 53.1, 62 ч. 1, 64, 68 ч. 3, 73 УК РФ отсутствуют. Не находит суд и причин для назначения подсудимому дополнительных наказаний, а размер наказания определяет с учетом требований ст. 68 ч. 2 УК РФ.

С учетом наличия в действиях осужденного рецидива преступлений, факта отбывания им наказания в местах лишения свободы ранее в соответствии с требованиями ст. 58 ч. 1 п. «в» УК РФ ФИО1 подлежит направлению для отбывания наказания в исправительную колонию строгого режима. В срок отбытия осужденным наказания подлежит зачету и время содержания его под стражей на досудебной стадии, начиная со дня фактического его задержания – 01 января 2021 года.

Гражданский иск по делу не заявлен. Судьба вещественных доказательств подлежит разрешению в соответствии с правилами ст. 81 УПК РФ. В соответствии с ч. 2 ст. 132 УПК РФ с осужденного, учитывая его физическое здоровье и трудоспособный возраст, подлежат взысканию процессуальные издержки, связанные с оплатой труда адвокатов на предварительном следствии.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 307, 308, 309 УПК РФ, суд 

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 158 ч. 3 п. «а» УК РФ, и назначить ему наказание в виде трех лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения в отношении осужденного ФИО1 до вступления приговора в законную силу не изменять, содержать его под стражей. Срок наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу. В срок отбывания наказания зачесть время содержания осужденного под стражей с 01 января 2021 года по день вступления приговора в законную силу из расчета день содержания под стражей за день лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Вещественное доказательство: замок и два ключа уничтожить, связку ключей (12 шт.) возвратить осужденному, телевизор, телеприёмник, радиоприемник с принадлежностями оставить по принадлежности потерпевшему.

Взыскать с ФИО1 процессуальные издержки, понесенные органами предварительного расследования для обеспечения участия защитников на предварительном следствии, в размере 30615 рублей (адвокаты Кожевин И.Н. – 22365 рублей, ФИО4 – 3150 рублей, ФИО5 – 5100 рублей).

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Коми через Печорский городской суд в течение 10 суток со дня провозглашения, осужденным – с момента получения копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. Осужденный вправе заявить в письменном виде о своем желании иметь защитника при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, поручить осуществление своей защиты избранному защитнику либо ходатайствовать о назначении защитника. 

Председательствующий судья А.М. Барабкин