Председательствующий по делу Дело № 33-198/2026 (33-3636/2025)

судья Судовцев А.С. (в суде первой инстанции № 2-1985/2025)

УИД 75RS0002-01-2025-004161-38

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Забайкальского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Радюк С.Ю.

судей Слепцова И.В., Погореловой Е.А.

при секретаре Балагуровой А.Г.

рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Чите 13 января 2026 года гражданское дело по исковому заявлению и.о. прокурора Ингодинского района г. Читы, действующего в интересах Тимофеевой И.В. к муниципальному бюджетному общеобразовательному учреждению «Средняя общеобразовательная школа №1» о взыскании задолженности по заработной плате,

по апелляционной жалобе представителя администрации городского округа «Город Чита» ФИО1

на решение Ингодинского районного суда города Читы от 30 сентября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Слепцова И.В., судебная коллегия,

установила:

и.о. прокурора Ингодинского района г. Читы Цыремпилова Н.Б. обратилась в суд с исковым заявлением в защиту интересов Тимофеевой И.В., ссылаясь на то, что прокуратурой района проведена проверка соблюдения законодательства об оплате труда в муниципальном бюджетном общеобразовательном учреждении «Средняя общеобразовательная школа № 1» (далее - МБОУ «СОШ №1»), в ходе которой установлено, что Тимофеева И.В., трудоустроена в МБОУ «СОШ № 1» в должности учителя начальных классов в на основании трудового договора № 771 от 11 сентября 2024 года. Согласно условиям трудового договора Тимофеевой И.В. установлен должностной оклад в размере 23142 рублей, районный коэффициент 20%, северная надбавка 30%, надбавка за выслугу лет 25%, за категорию 5%, за индивидуальное обучение на дому 20 %. Исходя из прилагаемого расчёта Тимофеевой И.В. за период с апреля 2024 года по апрель 2025 года недоначислена заработная плата в части оплаты труда за классное руководство, проверку тетрадей, индивидуальное обучение в размере 31 244,65 рублей. Просила взыскать с МБОУ «СОШ №1» в пользу Тимофеевой И.В. задолженность по заработной плате за период с апреля 2024 по апрель 2025 года в размере 31 244,65 рублей (л.д.4-7).

Определением судьи от 1 сентября 2025 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены Министерство образования и науки Забайкальского края, Министерство финансов Забайкальского края, администрация городского округа «Город Чита», МКУ «Централизованная бухгалтерия муниципальных общеобразовательных организаций городского округа «Город Чита» (л.д. 1-3).

Решением Ингодинского районного суда города Читы от 30 сентября 2025 года исковые требования прокурора удовлетворены. С МБОУ «Средняя общеобразовательная школа № 1» в пользу Тимофеевой И.В. взыскана неначисленная и невыплаченная заработную плату за период с апреля 2024 года по апрель 2025 года в размере 31 244,65 рублей (л.д.186-195).

В апелляционной жалобе представитель администрации городского округа «Город Чита» ФИО1 просит решение суда отменить, принять по делу новое решение, в удовлетворении исковых требований отказать. Ссылаясь на часть 1 статьи 129, часть 3 статьи 133, часть 1 статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации, указывает, что законодательством не предусмотрено условие, согласно которому размер оклада, как составной части месячной заработной платы, определенный работнику работодателем, не может быть ниже минимального размера оплаты труда. Полагает, что доплаты за классное руководство, проверку тетрадей согласно Положению об оплате труда работников МБОУ «СОШ № 1», разработанному в соответствии с требованиями действующего регионального законодательства, относятся к выплатам стимулирующего характера, и они не должны начисляться к заработной плате сверх установленного минимального размера оплаты труда. Считает, что при начислении заработной платы Тимофеевой И.В. не было допущено нарушений законодательства, поскольку месячная заработная плата педагогического работника с учетом всех выплат составляла не ниже установленного минимального размера оплаты труда. Кроме того, указывает, что прокурор обратился в суд с исковым заявлением 29 августа 2025 г., таким образом, требование о взыскании заработной платы за период с апреля 2024 г. по июль 2024 г. не могут быть предъявлены в связи с истечением срока исковой давности. Обращение материального истца в апреле 2025 г. в прокуратуру не является уважительной причиной пропуска срока, процессуальным истцом не представлено надлежащих и допустимых доказательств причин пропуска срока, неподачи искового заявления в суд непосредственно после обращения материального истца (л.д.205-206).

Материальный истец Тимофеева И.В., прокурор, представители ответчика МБОУ «СОШ № 1», третьих лиц Министерства финансов Забайкальского края, Министерства образования и науки Забайкальского края, администрации городского округа «Город Чита», Комитета образования администрации городского округа «Город Чита», будучи извещенными о времени и месте апелляционного рассмотрения дела надлежащим образом, в судебное заседание не явились, своих представителей не направили.

Представитель третьего лица МКУ «Централизованная бухгалтерия муниципальных образовательных учреждений городского округа «Город Чита» - ФИО2 направила ходатайство о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия посчитала возможным рассмотреть гражданское дело в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив законность и обоснованность принятого решения в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, изучив материалы дела, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, Тимофеева И.В. работает в МБОУ «СОШ № 1» в должности учителя с 

<

Дата>, что подтверждается копией трудового договора № № от указанной даты (л.д.13-14).

Согласно дополнительному соглашению от 

<

Дата> к трудовому договору № № от 

<

Дата> заработная плата истца состоит из: ставки заработной платы 23142 рублей, 25% надбавки за выслугу лет – 

<

данные изъяты> рублей, 5% за категорию – 

<

данные изъяты> рублей, 20% надбавки за индивидуальное обучение на дому – 

<

данные изъяты> рублей, 20% районный коэффициент – 

<

данные изъяты> рублей, 30% процентная надбавка – 

<

данные изъяты> рублей, итого: 

<

данные изъяты> рублей (л.д.15).

Прокурором в ходе проверки установлено, что заработная плата материальному истцу за период с апреля 2024 года по апрель 2025 года исчисляемая до уровня МРОТ, начислялась с учетом надбавок за проверку тетрадей, классное руководство, индивидуальное обучение, в связи с чем, задолженность по заработной плате Тимофеевой И.В. за период с апреля 2024 года по апрель 2025 года составила 31 244,65 рублей. Полагая действия работодателя незаконными, прокурор обратился с иском в интересах Тимофеевой И.В. в суд.

Разрешая спор и удовлетворяя исковые требования в части заработной платы, суд первой инстанции согласился с доводами иска о необходимости начисления надбавок за выполнение обязанностей, не входящих в непосредственные должностные обязанности учителя, связанные с образовательной деятельностью, в частности доплаты за проверку тетрадей, классное руководство, индивидуальное обучение, сверх заработной платы, исчисляемой до уровня МРОТ.

Приняв во внимание представленный истцом расчет, не опровергнутый ответчиком, суд взыскал с ответчика в пользу истца Тимофеевой И.В. недоначисленную и невыплаченную заработную плату за период с апреля 2024 года по апрель 2025 года в размере 31 244,65 рублей.

Судебная коллегия не имеет оснований не согласиться с выводами суда в части взысканной в пользу истца заработной платы и расчетом взысканных сумм, поскольку они основаны на верном применении к спорным правоотношениям норм материального права.

В соответствии с частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, а также право на защиту от безработицы.

Согласно статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

Согласно статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

Согласно статьи 60.2 Трудового кодекса Российской Федерации с письменного согласия работника ему может быть поручено выполнение в течение установленной продолжительности рабочего дня (смены) наряду с работой, определенной трудовым договором, дополнительной работы по другой или такой же профессии (должности) за дополнительную оплату (статья 151 настоящего Кодекса). Поручаемая работнику дополнительная работа по другой профессии (должности) может осуществляться путем совмещения профессий (должностей). Поручаемая работнику дополнительная работа по такой же профессии (должности) может осуществляться путем расширения зон обслуживания, увеличения объема работ. Для исполнения обязанностей временно отсутствующего работника без освобождения от работы, определенной трудовым договором, работнику может быть поручена дополнительная работа как по другой, так и по такой же профессии (должности). Срок, в течение которого работник будет выполнять дополнительную работу, ее содержание и объем устанавливаются работодателем с письменного согласия работника. Работник имеет право досрочно отказаться от выполнения дополнительной работы, а работодатель - досрочно отменить поручение о ее выполнении, предупредив об этом другую сторону в письменной форме не позднее чем за три рабочих дня.

Согласно статьи 129 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Согласно статьи 130 Трудового кодекса Российской Федерации в систему основных государственных гарантий по оплате труда работников включаются: величина минимального размера оплаты труда в Российской Федерации, меры, обеспечивающие повышение уровня реального содержания заработной платы, ограничение перечня оснований и размеров удержаний из заработной платы по распоряжению работодателя, а также размеров налогообложения доходов от заработной платы, ограничение оплаты труда в натуральной форме, обеспечение получения работником заработной платы в случае прекращения деятельности работодателя и его неплатежеспособности в соответствии с федеральными законами, федеральный государственный контроль (надзор) за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, включающий в себя проведение проверок полноты и своевременности выплаты заработной платы и реализации государственных гарантий по оплате труда, ответственность работодателей за нарушение требований, установленных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективными договорами, соглашениями, сроки и очередность выплаты заработной платы.

Часть первая статьи 133 Трудового кодекса Российской Федерации предусматривает, что минимальный размер оплаты труда устанавливается одновременно на всей территории Российской Федерации федеральным законом и не может быть ниже величины прожиточного минимума трудоспособного населения.

Месячная заработная плата работника, полностью отработавшего за этот период норму рабочего времени и выполнившего нормы труда (трудовые обязанности), не может быть ниже минимального размера оплаты труда (часть 3 статьи 133 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно частям 1 и 4 статьи 133.1 Трудового кодекса Российской Федерации в субъекте Российской Федерации региональным соглашением о минимальной заработной плате может устанавливаться размер минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации, который не может быть ниже минимального размера оплаты труда, установленного федеральным законом.

Частями первой и третьей статьи 60.2 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что с письменного согласия работника ему может быть поручено выполнение в течение установленной продолжительности рабочего дня (смены) наряду с работой, определенной трудовым договором, дополнительной работы по другой или такой же профессии (должности) за дополнительную оплату (статья 151 названного кодекса). Срок, в течение которого работник будет выполнять дополнительную работу, ее содержание и объем устанавливаются работодателем с письменного согласия работника.

В составе той части заработной платы, которая не может быть ниже МРОТ, не должны учитываться выплаты за сверхурочную работу, за работу в ночное время, выходные и праздничные дни и доплаты за совмещение профессий (Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 11 апреля 2019 г. №17-П, от 16 декабря 2019 г. №40-П).

Такое же правило действует и при возложении на педагогического работника с его письменного согласия дополнительной работы, непосредственно связанной с образовательной деятельностью (классное руководство, проверка письменных работ, заведование учебными кабинетами, лабораториями, мастерскими, учебно-опытными участками, руководство методическими объединениями и другие дополнительные виды работ), но не предусмотренной квалификационными характеристиками по замещаемой им должности, а также учебной (преподавательской) работы сверх установленной нормы часов учебной (преподавательской) работы, что следует из постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 23 сентября 2024 г. №40-П.

В соответствии с указанным Постановлением, педагогическими работниками, в том числе учителями, может выполняться педагогическая работа, не входящая в их непосредственные должностные обязанности, которые в силу приведенных положений они могут выполнять только с их письменного согласия и за отдельную плату: дополнительная работа (классное руководство, проверка письменных работ, заведование учебными кабинетами, лабораториями, мастерскими, учебно-опытными участками, руководство методическими объединениями и др.), оплата которой производится в соответствии с ее размером, установленным в трудовом договоре или дополнительном соглашении к нему; учебная (преподавательская) работа сверх установленной нормы часов учебной (преподавательской) работы в неделю, которая оплачивается пропорционально фактически определенному объему учебной (преподавательской) работы.

В перечисленных Постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации разъясняется, что каждому работнику в равной мере должны быть обеспечены как заработная плата в размере не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда (минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации), так и повышенная оплата в случае выполнения работы в условиях, отклоняющихся от нормальных. В противном случае месячная заработная плата работников, привлеченных к выполнению работы в условиях, отклоняющихся от нормальных, не отличалась бы от оплаты труда лиц, работающих в обычных условиях.

Судебная коллегия полагает, что суд первой инстанции правильно применил к спорным правоотношениям указанное правовое регулирование.

Довод апелляционной жалобы об отнесении доплаты за проверку тетрадей, за классное руководство к стимулирующим выплатам со ссылкой на определение Восьмого кассационного суда РФ о 26 ноября 2020 г. № 8Г-17793/2020, в котором указано, что стимулирующие выплаты являются частью системы оплаты труда и не должны начисляться к заработной плате сверх установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, не может послужить основанием для отмены законного и обоснованного решения суда первой инстанции, поскольку как разъяснено в указанном выше Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 23 сентября 2024 г. №40-П, установление в такой ситуации доплаты сверх получаемой работником заработной платы за выполнение его трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации) обусловлено тем, что в течение рабочего дня (смены) работник выполняет как свою основную трудовую функцию, так и дополнительную работу, а это приводит к интенсификации труда, к дополнительной физиологической и психоэмоциональной нагрузке, которая должна быть компенсирована.

Такое регулирование направлено на обеспечение надлежащей защиты работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении от произвольного возложения на него дополнительных обязанностей без соответствующей оплаты, призвано не только сгладить отрицательные последствия отклонения условий работы от нормальных, но и гарантировать эффективное осуществление работником права на справедливую заработную плату, что отвечает целям трудового законодательства.

Статьи 129, 133 и 133.1 Трудового кодекса Российской Федерации в системной связи с его статьями 60.2, 149 и 151 предполагают наряду с соблюдением гарантии об установлении заработной платы не ниже минимального размера оплаты труда (минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации) определение справедливой заработной платы для каждого работника в зависимости от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда, а также повышенную оплату труда в условиях, отклоняющихся от нормальных, в том числе при совмещении профессий (должностей). Соответственно, каждому работнику в равной мере должны быть обеспечены как заработная плата в размере не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда (минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации), так и повышенная оплата в случае выполнения работы при совмещении профессий (должностей). Иначе работники, выполнявшие в рамках установленной продолжительности рабочего дня (смены) наряду с основной трудовой функцией, обусловленной трудовым договором, дополнительную работу в порядке совмещения профессий (должностей), оказывались бы в таком же положении, как и те, кто осуществлял работу только по профессии (должности), определенной трудовым договором (основную трудовую функцию). Это вело бы к несоразмерному ограничению трудовых прав работников, согласившихся на выполнение работы в условиях, отклоняющихся от нормальных, и вступало бы в противоречие с общеправовыми принципами юридического равенства и справедливости, обусловливающими, помимо прочего, необходимость предусматривать обоснованную дифференциацию в отношении субъектов, находящихся в разном положении, и предполагающими обязанность государства предусмотреть регулирование в сфере оплаты труда, которое обеспечивает справедливую, основанную на объективных критериях заработную плату всем работающим и не допускает применения одинаковых правил к работникам, находящимся в разном положении. Кроме того, это противоречило бы и статье 37 (часть 3) Конституции Российской Федерации о вознаграждении за труд без какой бы то ни было дискриминации.

Несмотря на то, что возлагаемая на педагогических работников с их письменного согласия дополнительная работа может и не относиться к выполнению обязанностей по другой должности (профессии), выполнение такой работы наряду с работой по занимаемой должности аналогично - по своему правовому значению - совмещению профессий (должностей).

В силу изложенного правовые позиции, сформулированные в названном Постановлении, в полной мере применимы к случаям возложения на педагогического работника с его письменного согласия дополнительной работы, непосредственно связанной с образовательной деятельностью (классное руководство, проверка письменных работ, заведование учебными кабинетами, лабораториями, мастерскими, учебно-опытными участками, руководство методическими объединениями и другие дополнительные виды работ), но не предусмотренной квалификационными характеристиками по замещаемой им должности, а также учебной (преподавательской) работы сверх установленной нормы часов учебной (преподавательской) работы.

Доводы стороны ответчика о необоснованном восстановлении срока для подачи искового заявления, поскольку процессуальным истцом нарушен срок исковой давности за период с апреля 2024 года по июль 2024 года, были предметом рассмотрения суда первой инстанции и обоснованно были отклонены.

Сроки обращения работника в суд за разрешением индивидуального трудового спора установлены статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно части 2 которой за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении (часть 2 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации).

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями 1, 2 и 3 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, они могут быть восстановлены судом (часть 5 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации).

При разрешении индивидуального трудового спора, связанного с невыплатой или неполной выплатой заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, в случае заявления ответчиком (работодателем) о пропуске работником определенного законом срока обращения в суд за разрешением названного спора, суду надлежит устанавливать такие юридически значимые обстоятельства как момент начала течения такого срока и наличие уважительных причин, объективно препятствовавших работнику своевременно обратится в суд с таким иском (пункт 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 15 от 29 мая 2018 года «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», абзац 5 пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»).

В соответствии с ч. 1 ст. 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований.

Необходимость обращения прокурора в суд обусловлена обращением к нему Тимофеевой И.В. о защите нарушенных прав в сфере трудовых отношений.

Обращение прокурора в суд в интересах Тимофеевой И.В., как следует из материалов дела, имело место 29 августа 2025 года, то есть за пределами срока, предусмотренного статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации в части периода с апреля 2024 года по июль 2024 года.

Вместе с тем, за помощью к прокурору Тимофеева И.В., обратилась 3 апреля 2025 года (л.д.8), то есть в пределах предусмотренных статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации сроков.

В соответствии со статьей 352 Трудового кодекса Российской Федерации каждый имеет право защищать свои трудовые права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Основными способами защиты трудовых прав и свобод являются, в том числе государственный контроль (надзор) за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права; судебная защита.

Согласно части 1 статьи 10 Федерального закона от 17 января 1992 года № 2202-1 «О прокуратуре в Российской Федерации» в органах прокуратуры в соответствии с их полномочиями разрешаются заявления, жалобы и иные обращения, содержащие сведения о нарушении законов. Решение, принятое прокурором, не препятствует обращению лица за защитой своих прав в суд.

В силу части 1 статьи 26 Федерального закона от 17 января 1992 года № 2202-1 предметом прокурорского надзора является соблюдение прав и свобод человека и гражданина, в частности органами управления и руководителями коммерческих и некоммерческих организаций.

Частью 1 статьи 27 Федерального закона от 17 января 1992 года № 2202-1 предусмотрено, что при осуществлении возложенных на него функций прокурор, в том числе рассматривает и проверяет заявления, жалобы и иные сообщения о нарушении прав и свобод человека и гражданина; принимает меры по предупреждению и пресечению нарушений прав и свобод человека и гражданина, привлечению к ответственности лиц, нарушивших закон, и возмещению причиненного ущерба; использует полномочия, предусмотренные статьей 22 данного Закона.

Прокурор при осуществлении возложенных на него функций вправе вносить представление об устранении нарушений закона (абзац 3 части 3 статьи 22 Федерального закона от 17 января 1992 года № 2202-1).

Прокурор в соответствии с процессуальным законодательством Российской Федерации вправе обратиться в суд с заявлением или вступить в дело в любой стадии процесса, если этого требует защита прав граждан и охраняемых законом интересов общества или государства (часть 3 статьи 35 Федерального закона от 17 января 1992 года № 2202-1).

Оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Например, об уважительности причин пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может свидетельствовать своевременное обращение работника с письменным заявлением о нарушении его трудовых прав в органы прокуратуры и (или) в государственную инспекцию труда, которыми в отношении работодателя было принято соответствующее решение об устранении нарушений трудовых прав работника, вследствие чего у работника возникли правомерные ожидания, что его права будут восстановлены во внесудебном порядке (пункт 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 15 от 29 мая 2018 года).

Из приведенных правовых норм следует, что органы прокуратуры, не являясь органами по рассмотрению индивидуальных трудовых споров, наделены законом полномочиями по рассмотрению заявлений, писем, жалоб и иных обращений граждан о нарушении их трудовых прав и по применению в связи с этим определенных мер реагирования в виде предъявления должностным лицам предписаний об устранении нарушений закона.

Обращаясь к прокурору в установленный статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации срок, Тимофеева И.В. правомерно ожидала, что в отношении работодателя будет принято соответствующее решение об устранении нарушений её трудовых прав, которые будут восстановлены, в том числе во внесудебном порядке.

Таким образом, срок обращения в суд за период с апреля 2024 года по июль 2024 года был пропущен по уважительной причине и подлежал восстановлению.

Судебная коллегия соглашается с суждениями суда первой инстанции о наличии оснований для восстановления срока обращения в суд, за период с апреля 2024 по июль 2024 года.

С учетом изложенного, судебная коллегия не усматривает оснований, предусмотренных ст. 330 ГПК РФ, для отмены решения по доводам апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Ингодинского районного суда города Читы от 30 сентября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя администрации городского округа «Город Чита» ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в трехмесячный срок со дня изготовления мотивированного апелляционного определения в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции (г. Кемерово) путем подачи кассационной жалобы через Ингодинский районный суд г. Читы.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 14 января 2026 года.