К делу № 2-985/2023

УИД 01RS0006-01-2023-000627-24

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

02 июня 2023 года а. Тахтамукай

Тахтамукайский районный суд Республики Адыгея в составе:

Председательствующего ФИО7

при секретаре ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1 к ФИО8 о признании незаконным увольнения, возмещении морального вреда, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО9 о признании незаконным увольнения, возмещении морального вреда.

В обоснование заявленных исковых требований указал, что ДД.ММ.ГГГГ между истцом и ответчиком был заключен контракт о службе в уголовно- исполнительной системе РФ №/лс, в соответствии с которым истец был принят на работу к ответчику на должность инструктора кинолога кинологической группы отдела охраны федерального казенного учреждения «Исправительная колония № Управления Федеральной службы исполнения наказаний по 

<

адрес>.

На основании заключения служебной проверки от ДД.ММ.ГГГГ №/ТО/17-42-ВН и приказом ФИО10 от ДД.ММ.ГГГГ №-лс, а также в соответствии с ФЗ от 19.07.2018 № 197-ФЗ "О службе в уголовно-исполнительной системе РФ и о внесении изменений в Закон РФ "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» контракт с истцом был расторгнут, в связи с чем он был уволен со службы в соответствии с п.5 ч.3 ст.84 ФЗ, а именно представление сотрудником подложных документов или заведомо ложных сведений при поступлении на службу в уголовно-исполнительной системе, а также в связи с представлением сотрудником в период прохождения службы в уголовно-исполнительной системе подложных документов или заведомо ложных сведений, подтверждающих его соответствие требованиям законодательства РФ в части, касающейся условий замещения соответствующей должности в уголовно-исполнительной системе, если это не влечет за собой уголовную ответственность.

Считает, что незаконным увольнением ему причинен моральный вред, выразившийся в нравственных переживаниях в связи с утратой работы, нарушении его имущественных прав. Просит, отменить приказ работодателя о расторжении контракта, взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.

Представитель истца ФИО3 по доверенности поддержал исковые требования, просил иск удовлетворить.

Истец в судебном заседании исковые требования не поддержал.

Представитель ответчика по доверенности ФИО4 в судебном заседании возражала против исковых требований, просила в иске отказать.

Представитель третьего лица по доверенности ФИО5 в судебное заседание не явился, в материалах дела имеются возражения на исковое заявление, заявление о рассмотрении данного дела в его отсутствие.

Суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся сторон. 

Как установлено в судебном заседании, ДД.ММ.ГГГГ между истцом и ответчиком был заключен контракт о службе в уголовно- исполнительной системе РФ №/лс, в соответствии с которым истец был принят на работу к ответчику на должность инструктора кинолога кинологической группы отдела охраны федерального казенного учреждения «Исправительная колония № Управления Федеральной службы исполнения наказаний по 

<

адрес>.

На основании заключения служебной проверки от ДД.ММ.ГГГГ №/ТО/17-42-ВН и приказом ФИО11 от ДД.ММ.ГГГГ №-лс, а также в соответствии с ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ № 197-ФЗ "О службе в уголовно-исполнительной системе РФ и о внесении изменений в Закон РФ "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» контракт с истцом был расторгнут, в связи с чем он был уволен со службы в соответствии с п.5 ч.3 ст.84 ФЗ, а именно представление сотрудником подложных документов или заведомо ложных сведений при поступлении на службу в уголовно-исполнительной системе, а также в связи с представлением сотрудником в период прохождения службы в уголовно-исполнительной системе подложных документов или заведомо ложных сведений, подтверждающих его соответствие требованиям законодательства РФ в части, касающейся условий замещения соответствующей должности в уголовно-исполнительной системе, если это не влечет за собой уголовную ответственность.

Истец считает, что незаконным увольнением ему причинен моральный вред, выразившийся в нравственных переживаниях в связи с утратой работы, нарушении его имущественных прав. Просит, отменить приказ работодателя о расторжении контракта, взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.

Во исполнение п.З ч.1 ст. 14 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 197-ФЗ «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» (далее - Закон № 197-ФЗ), контракт о службе, заключенный ДД.ММ.ГГГГ с ФИО1, был расторгнут по основанию, предусмотренному п. 5 ч. 3 ст. 84 Закона № 197-ФЗ.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с п.12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда.

Согласно п.13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» следует учитывать, что моральный вред, причиненный правомерными действиями, компенсации не подлежит.

В соответствии с ч.1 ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Правоотношения, связанные с поступлением на службу в уголовно-исполнительной системе (далее также - УИС), её прохождением и прекращением, а также с определением правового положения (статуса) сотрудника, регулируются Федеральным законом от 19 июля 2018 г. N 197-ФЗ (часть 1 статьи 2).

В соответствии с ч.2 ст.92 приведённого федерального закона порядок представления сотрудников к увольнению со службы в уголовно-исполнительной системе и порядок оформления документов, связанных с прекращением или расторжением контракта, увольнением со службы, определяются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний.

Министерство юстиции Российской Федерации является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в установленной сфере деятельности, в том числе в сфере исполнения уголовных наказаний. Министр утверждает порядок представления сотрудника органов принудительного исполнения Российской Федерации к увольнению со службы в органах принудительного исполнения Российской Федерации и порядок оформления документов, связанных с прекращением или расторжением контракта о службе в органах принудительного исполнения Российской Федерации, увольнением со службы в органах принудительного исполнения Российской Федерации (пункт 1, подпункт 23 26 пункта 12 Положения о Министерстве юстиции Российской Федерации, утверждённого Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 г. N 1313, действовавшего на момент издания оспариваемого акта).

Аналогичное полномочие Минюста России в настоящее время предусмотрено п.2 Положения о Министерстве юстиции Российской Федерации, утверждённого Указом Президента Российской Федерации от 13 января 2023 г. № 10.

Следовательно, порядок утверждён компетентным федеральным органом исполнительной власти при реализации предоставленных ему полномочий и с соблюдением порядка издания нормативного правового акта, требований, определённых для его государственной регистрации и опубликования, что не оспаривается административным истцом.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, служба в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, посредством прохождения которой граждане реализуют своё право на труд, непосредственно связана с обеспечением общественного порядка, осуществляется в публичных интересах, призвана гарантировать надлежащее исполнение уголовных наказаний и закреплённого законом порядка отбывания наказаний, охраны прав и свобод осуждённых и направлена на осуществление содержания лиц, подозреваемых либо обвиняемых в совершении преступлений, подсудимых, находящихся под стражей, их охраны и конвоирования. Лица, несущие такого рода службу, выполняют конституционно значимые функции, чем обусловливается их правовой статус, который включает не только обусловленные характером такой деятельности права, но и обязанности, а также налагаемые на них ограничения (постановление от 15 октября 2013 г. № 21-П, определения от 9 декабря 2014 г. № 2749-О, от 25 октября 2016 г. N 2190-О и др.).

Спецификой профессиональной деятельности сотрудников уголовно-исполнительной системы предопределяется право федерального законодателя вводить особые правила поступления на службу в уголовно-исполнительной системе, её прохождения и прекращения служебных отношений с учётом задач, стоящих перед уголовно-исполнительной системой, принципов их организации и функционирования, при условии обеспечения баланса между конституционно защищаемыми ценностями, публичными и частными интересами и с соблюдением вытекающих из Конституции Российской Федерации принципов справедливости, равенства и соразмерности.

Согласно статье 1 Федерального закона от 19 июля 2018 г. № 197-ФЗ служба в уголовно-исполнительной системе - это вид федеральной государственной службы, представляющий собой профессиональную служебную деятельность граждан Российской Федерации на должностях в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации, а также на должностях, не являющихся должностями в уголовно-исполнительной системе, в случаях и на условиях, которые предусмотрены названным федеральным законом, другими федеральными законами и (или) нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации (пункт 1). Сотрудником является гражданин, проходящий в соответствии с этим федеральным законом службу в уголовно-исполнительной системе в должности, по которой предусмотрено присвоение специального звания (пункт 6).

В силу п.2 ч.2 ст.84 Федерального закона от 19 июля 2018 г. № 197-ФЗ контракт с сотрудником уголовно-исполнительной системы может быть расторгнут, а сотрудник может быть уволен со службы в уголовно-исполнительной системе, в том числе по инициативе сотрудника.

Согласно ч.3 ст.20 Федерального закона от 19 июля 2018 г. № 197-ФЗ закрепляет, что издание правового акта руководителя федерального органа уголовно-исполнительной системы, уполномоченного руководителя о возникновении, изменении и прекращении правоотношений на службе в уголовно-исполнительной системе осуществляется на основании согласия или ходатайства гражданина (сотрудника), выраженных в письменной форме (далее - рапорт), если иное не предусмотрено этим федеральным законом, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Сотрудник имеет право расторгнуть контракт и уволиться со службы в уголовно-исполнительной системе по собственной инициативе до истечения срока действия контракта, подав в установленном порядке рапорт об этом за один месяц до даты увольнения (часть 1 статьи 87 названного федерального закона).

Согласно ч.1 ст.84 Федерального закона от 19 июля 2018 г. N 197-ФЗ предоставляет сотруднику уголовно-исполнительной системы возможность досрочно расторгнуть контракт о службе в уголовно-исполнительной системе, установив при этом единственное требование - подать в установленном порядке рапорт об этом за один месяц до даты увольнения, направлена на обеспечение реализации права граждан на свободное распоряжение своими способностями к труду и не может рассматриваться как нарушающая права сотрудников данной системы.

Кроме того, федеральный законодатель в п.3 ч.1 ст.12 поименованного федерального закона закрепил обязанность соблюдать субординацию - обращаться по служебным вопросам к своему непосредственному руководителю (начальнику), а при необходимости и к прямому руководителю (начальнику), поставив при этом в известность непосредственного руководителя (начальника).

Из системного анализа приведенных правовых норм следует, что издание правового акта руководителя федерального органа уголовно-исполнительной системы об увольнении со службы в УИС осуществляется на основании рапорта сотрудника, который не может быть подан непосредственно директору ФСИН России, минуя непосредственного руководителя (начальника).

Порядок определяет процедуру представления сотрудников уголовно-исполнительной системы Российской Федерации к увольнению со службы в УИС и оформления документов, связанных с прекращением или расторжением контракта, увольнением со службы.

Оспариваемая норма порядка устанавливает, что директору ФСИН России или уполномоченному руководителю для принятия решения об увольнении направляется представление к увольнению с документами, послужившими основанием для его подготовки.

Согласно ч.5 ст.92 Федерального закона от 19 июля 2018 г. № 197-ФЗ на сотрудника, увольняемого со службы в уголовно-исполнительной системе, оформляется представление, содержащее сведения об основании увольнения, о стаже службы (выслуге лет) в уголовно-исполнительной системе, возрасте, состоянии здоровья сотрудника, наличии у него прав на получение социальных гарантий в зависимости от основания увольнения, а также иные сведения, перечень которых определяется федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний.

Такое требование обусловлено ч.1 ст.92 Федерального закона от 19 июля 2018 г. N 197-ФЗ, предусматривающей, что прекращение или расторжение контракта с сотрудником, увольнение его со службы в уголовно-исполнительной системе осуществляются руководителем федерального органа уголовно-исполнительной системы или уполномоченным руководителем.

Следовательно, установленное пунктом 17 Порядка нормативное правовое регулирование согласуется с приведёнными положениями Федерального закона от 19 июля 2018 г. N 197-ФЗ, в частности со статьёй 92.

Доводы административного истца о противоречии пункта 17 Порядка нормам Трудового кодекса Российской Федерации и Федерального закона от 19 июля 2018 г. N 197-ФЗ основаны на ошибочном толковании норм права.

В силу части 1 статьи 3 Федерального закона от 19 июля 2018 г. N 197-ФЗ регулирование правоотношений, связанных со службой в уголовно-исполнительной системе, осуществляется в соответствии с Конституцией Российской Федерации, данным федеральным законом, Законом Российской Федерации от 21 июля 1993 г. N 5473-I "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы", Федеральным законом от 30 декабря 2012 г. N 283-ФЗ "О социальных гарантиях сотрудникам некоторых федеральных органов исполнительной власти и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" и другими федеральными законами, регламентирующими правоотношения, связанные со службой в уголовно-исполнительной системе, нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации, нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации, нормативными правовыми актами федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, нормативными правовыми актами федерального органа уголовно-исполнительной системы в случаях, установленных федеральными конституционными законами, данным федеральным законом, иными федеральными законами, нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации.

К правоотношениям, связанным со службой в уголовно-исполнительной системе, нормы трудового законодательства Российской Федерации применяются только в случаях, не урегулированных названными выше нормативными правовыми актами Российской Федерации (ч.2 ст.3 Федерального закона от 19 июля 2018 г. N 197-ФЗ).

В то же время в соответствии с ч.7 ст.11 Трудового кодекса Российской Федерации на государственных служащих и муниципальных служащих действие трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права, распространяется с особенностями, предусмотренными федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации о государственной службе и муниципальной службе.

Таким образом, истцом не представлены доказательства, что в результате противоправных действий причинен вред его здоровью. Других доказательств, свидетельствующих о причинении морального вреда действиями суду не представлено

В силу ст. 12, 56 ГПК РФ, для взыскания суммы вреда истец должен доказать противоправность поведения ответчика: незаконность действий (бездействия) лица, наличие и размер причиненного вреда, а также наличие прямой причинной связи между указанными незаконными действиями лица и причиненным ему вредом.

Оценив в совокупности доказательства, собранные по делу, фактические обстоятельства дела, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных исковых требований, поскольку каких-либо доказательств, подтверждающих причинение истцу вреда здоровью работником ответчика, суду не представлено.

С учетом изложенного, суд считает законным в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО12 о признании незаконным увольнения, возмещении морального вреда, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Адыгея через Тахтамукайский районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Тахтамукайского 

Районного суда РА ФИО13.