Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

город ФИО1 24 апреля 2017 год

Октябрьский городской суд Республики Башкортостан в составе 

председательствующего судьи Александриной И.А., 

при секретаре Котельниковой А.Б., 

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы гражданского дела №2-219/2017 по иску ФИО2 к ФИО3 о признании купли-продажи квартиры недействительным,

УСТАНОВИЛ :

ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО3 о признании купли-продажи квартиры недействительным, указывая, что С. Р.Ф. на основании Постановления администрации 

<

адрес> РБ от ДД.ММ.ГГГГ по договору передачи квартир в личную собственность получил квартиру по адресу: РБ 

<

адрес> с ДД.ММ.ГГГГ заболел тяжелой формой заболевания, у него был 

<

данные изъяты>. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он проходил неоднократный курс лечения в ГБУЗ № 

<

адрес>, последний курс у С. Р.Ф. был в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ С. Р.Ф. умер. После похорон ФИО3 сказала ей, что имущество брата принадлежит только ей, кроме того, ФИО3 зарегистрировала с С. Р.Ф. брак, совместно нажитого имущества с ним она не имеет. Считает совершенные С. Р.Ф. сделки недействительными, поскольку он испытывал сильные страдания от болезни, получал сильные медикаменты, в связи с чем, был недееспособным.

Просит суд признать недействительной сделку купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: РБ 

<

адрес>, совершенную ДД.ММ.ГГГГ между С. Р.Ф. и ФИО3, как гражданином не способным понимать значение своих действий и руководить ими. Прекратить запись в свидетельстве о государственной регистрации права № от ДД.ММ.ГГГГ, выданный филиалом ФБУ «Федеральная кадастровая палата ФС государственной регистрации, кадастра и картографии по РБ».

Истец ФИО2 и ее представитель ФИО4 в судебном заседании исковые требования поддержали, просили суд их удовлетворить, с проведенной по делу судебной экспертизы, поскольку считали, что на момент совершения оспариваемой сделки умерший был недееспособным, иных пояснений по существу иска не имели, дополнительные доказательства в материалы дела не представили.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась, надлежащим образом извещена о месте и времени его рассмотрения.

Представитель ответчика ФИО5 возражал против удовлетворения заявленных требований, суду пояснил, что согласен с проведенной по делу судебной экспертизы, полагал, что на момент сделки умерший мог самостоятельно ее совершать, поскольку быть полностью дееспособным.

Третье лицо ФИО6 в судебное заседание не явился, надлежащим образом извещен о месте и времени рассмотрения дела.

Суд определил рассмотреть дело в отсутствие лиц, надлежащим образом извещенных о месте и времени рассмотрения дела в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Выслушав участников процесса, свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В силу п. 1 ст. 9, ст. 12 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Защита гражданских прав осуществляется, в том числе путем признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности. 

В соответствии со ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно ст. 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех и более (многосторонняя сделка). При этом одним из условий действительности сделки является, в частности соответствие воли (внутреннего намерения, желания субъекта, направленного на достижение определенного правового результата) и волеизъявления лица (внешнего проявления воли), являющегося стороной сделки, на ее совершение.

Согласно п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он был не способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Таким образом, основание недействительности сделки, предусмотренное в указанной норме, связано с пороком воли, то есть таким формированием воли стороны сделки, которое происходит под влиянием обстоятельств, порождающих несоответствие истинной воли такой стороны ее волеизъявлению, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле.

При этом, необходимым условием оспаривания сделки по указанному основанию является доказанность того, что в момент совершения сделки лицо находилось в таком состоянии, когда оно не было способно понимать значение своих действий или руководить ими. Причины указанного состояния могут быть различными: болезнь, алкогольное или наркотическое опьянение, стресс и др.

Наследники вправе обратиться в суд после смерти наследодателя с иском о признании недействительной совершенной им сделки, в том числе по основаниям, предусмотренным статьями 177, 178 и 179 ГК РФ, если наследодатель эту сделку при жизни не оспаривал, что не влечет изменения сроков исковой давности, а также порядка их исчисления.

Если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 настоящего Кодекса (пункт 3).

Согласно абзацам второму и третьему пункта 1 статьи 171 Гражданского кодекса Российской Федерации каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость.

Истец основывает свои требования на том основании, что С. Р.Ф. в момент заключения договора купли-продажи, принадлежащей ему квартиры не мог отдавать отчет своим действиям, поскольку находился в тяжелом физическом состоянии вследствие онкологического заболевания.

Материалами дела подтверждено, что истица, является родной сестрой умершего ДД.ММ.ГГГГ С. Р.Ф. 

После смерти С. Р.Ф., умершего ДД.ММ.ГГГГ заведено наследственное дело, с заявлением о принятии наследства, обратилась сестра умершего - ФИО2 и супруга ФИО3 Наследственным имуществом является денежный вклад в ПАО Сбербанк в размере 

<

данные изъяты>

Правоустанавливающими документами подтверждено, что ФИО3 по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ приобрела у С. Р.Ф. квартиру, расположенную по адресу: РБ 

<

адрес>, принадлежащую последнему на праве собственности.

По договору дарения от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 подарила спорную квартиру ФИО6

Суд обратил внимание истца на указанную сделку, разъяснил положения ст. 12 ГК РФ, однако истец и ее представитель каких либо требований по существу к ФИО6 и по факту совершения данной сделки не заявляли, ходатайств в порядке ст. 39 ГПК РФ не имели, настаивали на рассмотрении заявленных требований к заявленному ответчику.

Таким образом, с учетом положений ст. 196 ГПК РФ, суд рассмотрел настоящий спор, в пределах заявленных требований.

Согласно выписного эпикриза в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ С. Р.Ф. находился в стационаре ГБУЗ ГБ № 

<

адрес> РБ с диагнозом рак нижней доли левого легкого, получал соответствующее диагнозу лечение.

Из материалов регистрационного дела следует, что в данный период времени С. Р.Ф. заключил с ФИО3 сделку купли-продажи - ДД.ММ.ГГГГ в 17.02 часов в регистрационном органе, лично подав документы на совершение сделки, а ДД.ММ.ГГГГ вступил в брак, лично присутствуя в органе ЗАГС.

Выписками из ЕГРП подтверждено, что С. Р.Ф. продал, а ФИО3 купила у него за 

<

данные изъяты> квартиру, по вышеуказанному адресу.

Спорное недвижимое имущество до передачи ответчику принадлежало на праве собственности умершему С. Р.Ф..

Истец в судебном заседании пояснила, что в период нахождения в стационаре, С. Р.Ф., не ходил, сам себя не обслуживал, не ел, не разговаривал ни с кем, так как был в крайне тяжелом состоянии.

Таким образом, факт неспособности понимать значение своих действий истец связывает исключительно с тяжелым физическим состоянием умершего и медикаментозными препаратами, которые он получал в лечебном учреждении.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК Российской Федерации, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Для определения психического состояния С. Р.Ф. суд назначал судебную посмертную комплексную психолого-психиатрическую экспертизу.

Согласно заключения судебно-психиатрического эксперта (комиссии экспертов) № от ДД.ММ.ГГГГ комиссия пришла к заключению, что С. Р.Ф. в интересующий суд период, во время составления договора купли- продажи от 

<

данные изъяты>. обнаруживал признаки 

<

данные изъяты> Однако уточнить степень выраженности имеющихся изменений со стороны психики подэкспертного на изучаемый момент (на момент составления договора дарения ДД.ММ.ГГГГ) и решить экспертные вопросы не представляется возможным, в связи с недостаточностью описания его психического состояния в свидетельских показаниях, отсутствием в представленной медицинской документации сведений, характеризующих психическое состояние С. Р.Ф. в интересующий суд момент времени.

По заключению психолога следует, что проследить динамику структуры психических и личностных особенностей С. Р.Ф. не представляется возможным в виду противоречивости свидетельских показаний и недостаточности данных медицинской документации. Кроме того, данный вид судебнопсихологической экспертизы проводится в отношении подэкспертных, у которых на момент совершения гражданского акта не было обнаружено врачами-психиатрами выраженных расстройств со стороны психики. В данном же экспертном случае врачами-психиатрами не принято экспертное решение относительно его психического состояния, поэтому ответить на вопросы психологического плана не представляется возможным.

Суд поставил на обсуждение сторон вопрос по представленному в суд экспертному заключению.

Истец и его представитель с заключением были не согласны, по тем основаниям, что С. Р.Ф. в момент совершения сделки был недееспособен, иных возражений по экспертизе, а также пояснений по существу иска не имели.

В силу закона сделка по составлению договора купли-продажи является оспоримой, в связи с чем лицо, заявляющее требование о признании сделки недействительной по основаниям, указанным в ч. 1 ст. 177 ГК Российской Федерации согласно положениям ст. 56 ГПК Российской Федерации обязано доказать наличие оснований для недействительности сделки.Правильное распределение бремени доказывания между сторонами - один из критериев справедливого и беспристрастного рассмотрения дел судом, предусмотренного ст. 6 Европейской Конвенции от 04 ноября 1950 года "О защите прав человека и основных свобод".

Таким образом, исходя из требований ст. 56 ГПК Российской Федерации бремя доказывания наличия обстоятельств, предусмотренных ч. 1 ст. 177 ГК Российской Федерации лежит на истце.

Суд не может самостоятельно собирать доказательства, а также обосновывать позиции истца и ответчика, поскольку это прямо запрещено законом и противоречит принципу состязательности процесса.

Согласно п.7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003 года N 23 "О судебном решении", заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами. 

Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ.

Согласно ч.3 ст.86 ГПК РФ заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 ГПК РФ.

В соответствии с частями 3 и 4 ст.67 ГПК РФ суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

Таким образом, заключение судебной экспертизы оценивается судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Заключение эксперта в гражданском процессе может оцениваться всеми участниками судебного разбирательства. Суд может согласиться с оценкой любого из них, но может и отвергнуть их соображения. При рассмотрении настоящего дела, суд имеет возможность оценить заключение экспертов в полном объеме.

Оценивая заключения экспертов, сравнивая соответствие заключения поставленным вопросам, определяя полноту заключений, их научную обоснованность и достоверность полученных выводов, суд приходит к выводу о том, что данное заключение в полной мере является допустимым и достоверным доказательством.Результаты экспертизы ни истец, ни ответчик не оспаривали, суд в свою очередь предлагал стороне истца, при наличие обстоятельств, позволяющих усомниться в выводах заключения, назначить по делу повторную, либо дополнительную экспертизы, однако стороны в категорической форме данное предложение отвергли, не возражали против окончания рассмотрения дела по существу в настоящем судебном заседании.

Кроме того, суд предлагал стороне истца представить дополнительные доказательств, однако истец отказалась, суду пояснила, что, кроме доказательств, имеющихся в материалах дела, подтвердить недееспособность умершего иным образом она не может. 

Эксперты в заключении указали, что в представленной медицинской документации, а также в материалах дела недостаточно описания и отсутствуют сведения, характеризующие психического состояния С. Р.Ф..

История болезни умершего, а также показания свидетелей в отношении поведения умершего при жизни не могут признаваться достаточным и достоверным источником доказательства того, в каком состоянии находился человек, когда непосредственно своим волеизъявлением заключал сделку купли-продажи.

Истец настаивала на том, что умерший ДД.ММ.ГГГГ не мог находиться в регистрационном органе и совершать сделку купли-продажи, так как в данный день он был в стационаре и получал специализированное лечение.

Однако суд отмечает, что согласно записи в медицинской карте стационарного больного № следует, что ДД.ММ.ГГГГ С. Р.Ф. присутствовал на обходе врачей в 10.00 часов, ему была выдана таблетка морфина, состояние его было средней тяжести, обслуживал С. Р.Ф. себя сам, дополнительно получил таблетку морфина только в 22.00 часа того же дня, сведений о том принимал ли С. Р.Ф. данный препарат, а также о том, что он был нетранспортабелен, самостоятельно не передвигался, либо что его состояние вызывало сомнение в адекватности и способности понимать значение своих действий не имеется. В дневнике жалоб от С. Р.Ф., датированных ДД.ММ.ГГГГ не имеется.

Согласно копии регистрационного дела, в самом регистрационном органе С. Р.Ф. находился в 17.02 часа, таким образом, суд считает не противоречащим данному обстоятельству ответ медицинского учреждения о том, что больной, лечебное отделение не покидал, поскольку тот присутствовал на обходе врача только утром в 10.00 часов, и доказательств того, что он в течении дня, а также в 17.02 находился в лечебном учреждении, либо получал специфическое лечение, не позволяющее ему покидать стационар - не имеется.

Как отмечено судом выше, каких-либо сведений о том, что медикаментозный препарат, назначенный С. Р.Ф., оказывал влияние на его психику - в медицинской документации не имеется, экспертами также не установлено. 

Кроме того, суд учитывает то обстоятельство, что С. Р.Ф. самостоятельно обращался в регистрационный орган для регистрации сделки, проставлял подписи на заявлении и договоре купли-продажи.

Суд не может не отметить тот факт, что процесс оформления сделки является длительным, в течение ее оформления, стороны обращаются непосредственно к специалисту при сдачи документов. Лично беседуют с ним при сдачи документов.

В день выписки из стационара ДД.ММ.ГГГГ С. Р.Ф. также лично присутствовал в органах ЗАГСа, где лично подал заявление на регистрацию брака с ФИО3, заявление с просьбой о регистрации брака до истечении месяца, а также расписывался в книге регистрации актовых записей. 

К обстоятельствам, порождающим порок воли или ее дефект, в теории права относят неправильность содержания, противоречие воли нормам права, изъявление воли недееспособным лицом, изменение подлинной воли из-за неправильного представления или какого-либо давления извне.

В юридически значимый момент (момент совершения сделки) отсутствуют указания в медицинской документации на нарушения ориентировки, искаженное восприятие окружающего, бред, галлюцинации, нарушения поведения, нетранспортабельное состояние, крайне тяжелое физическое состояние со стороны С. Р.Ф., а также о влиянии назначенных медицинских препаратов на его психику.

Только факты назначения умершему обезболивающего препарата, не могут свидетельствовать о пороке воли для совершения данной сделки со стороны С. Р.Ф..

Ссылку истицы на использование ФИО3 болезненного состояния С. Р.Ф. с учетом того обстоятельства, что на момент подписания договора купли-продажи последний был лишен способности понимать значение своих действий и руководить ими, суд считает несостоятельной. 

Также, суд отмечает, что если бы С. Р.Ф. вызывал в своем поведении какие-либо подозрения в психическом состоянии, а также находился в том состоянии, о котором уверяет истец, то в регистрации сделки, а также в регистрации брака было бы однозначно отказано.

Сведений о наличии у С. Р.Ф. индивидуально-психологических/физиологических особенностях, которые бы снижали его способности к осознанию фактического характера и юридического значения своих действий, способности к самостоятельному принятию решений, критическому осмыслению и прогнозу своих действий, ограничивали его способности к волеизъявлению не имеется.

Истец ФИО2 суду пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ ее брата С. Р.Ф. положили в больницу в 

<

адрес>., ей позвонила сестра С. А.И. сказала, что брат просит срочно приехать. ДД.ММ.ГГГГг. она приехали к нему в больницу, ДД.ММ.ГГГГ его перевели в онкологию. Диагноз С. Р.Ф. уже был известен, что он долго не проживет. В больнице С. Р.Ф. уже не мог разговаривать, только головой махал. Он был привязан к инвалидному креслу, чтоб не упасть с него. ДД.ММ.ГГГГ они тоже приезжали к нему в больницу, у него была ФИО3, мы предложили ей нанять сиделку для С. Р.Ф., она сказала, что не нужно платить сиделке, она будет сама ухаживать. ДД.ММ.ГГГГ они уехали и все время созванивались с сестрой, от нее она узнала, что ДД.ММ.ГГГГ С. Р.Ф. выписали из больницы, домой к нему мы не попали. ДД.ММ.ГГГГг. он умер. ФИО3 не хотела их пускать на похороны. Она предложила оплатить похоронные услуги, ФИО3 отказалась, сказав, что как жена оплатит сама. 

Опрошенные в ходе судебного заседания свидетели пояснили следующее:

Свидетель Г. М.С. пояснил, что умерший С. Р.Ф. его дядя. Он видел его последний раз, когда он лежал в онкологии ДД.ММ.ГГГГ. Он приезжал вместе с матерью Г., когда тот лежал в больнице и уже не ходил. В ДД.ММ.ГГГГ, когда он лежал в онкологии, он сидел в инвалидном кресле, даже не мог пожать руку при рукопожатии. Речь была невнятная, уходил в себя. После этого он видел его ДД.ММ.ГГГГ., он был в таком же состоянии, как овощ. О том, что он лично присутствовал в регистрационном органе ДД.ММ.ГГГГг. ему неизвестно. Ведь он не мог ходить уже ДД.ММ.ГГГГг. ДД.ММ.ГГГГ он его, сам лично усаживал в инвалидное кресло и привязывал, чтоб он не упал. Выписали С. Р.Ф. ДД.ММ.ГГГГг., они его не забирали из больницы, приехали к нему в дом, ФИО3 ихс не пустила. ФИО3 это его сожительница или подруга, он видел ее 2 раза. С дядей они общались часто, раз в неделю, он матери говорил - успокой, не о чем не беспокойтесь, по поводу квартиры. Я был у него дома только в ДД.ММ.ГГГГ их не пустили в квартиру к нему. ФИО3 была его приходящая сожительница. Приходила, когда у него были деньги. В ДД.ММ.ГГГГ он приезжал к нему, он был один дома, в синяках, спросили у него что случилось, он рассказал, что ФИО3 его подставила, и молодежь его избила. На следующий день пришли к нему в квартире находилась ФИО3, буквально пара минут и она убежала. Мы предлагали С. Р.Ф., когда он лежал в онкологии забрать его, он промолчал. До этого предложения были, он не хотел. На похоронах узнал, что он с ФИО3 зарегистрировал брак ДД.ММ.ГГГГг. Про квартиру ФИО3 не говорила, только сказала, что нас ждет большой сюрприз. В больнице его кормили с ложки жидкой пищей.

Свидетель Х.Х.М., С. Р.Ф. был братом ее бывшего умершего мужа, с которым они были в разводе. С. Р.Ф. она видела последний раз ДД.ММ.ГГГГ. в больнице, они с дочерью ФИО7 навещали его. Он лежал в 

<

адрес>, она была у него три раза, сначала он был нормальный, а под конец у него отнялись ноги и он передвигался на инвалидной коляске. ДД.ММ.ГГГГ он рассказывал, что у него болит. Он кушал бульон, кефир. Сказал что ФИО3 не во время запила, потому что не приходила к нему. Глаза у него были закрыты, сидел будто спал. Он всегда говорил, что ФИО3 хочет отвести его в ЗАГС, а С. Р.Ф. отвечал ФИО3, сначала дай мне расписку, что ты меня не отравишь. С. Р.Ф. боялся жениться, боялся молодых жен, боялся остаться на улице. ФИО3 сказала С. Р.Ф., что у него рак и он скоро умрет. Она толком не работала и пенсия у нее была 

<

данные изъяты>.

Свидетель С. А.И. суду пояснила, что она двоюродная сестра С. Р.Ф., с малых лет мы всегда были вместе, общались, всегда помогали друг другу. Когда он познакомился с ФИО3 умерла мама С. Р.Ф., и после этого ФИО3 хотела с ним проживать, уговаривала разменять квартиру, звала его в ЗАГС, хотела жить с ним, он этого не хотел. Она была нужна ему т.к. ему нужно было общение. Знает, что ФИО3 любит выпивать, лечилась от этого несколько раз. Она с ней тоже хорошо общалась, была в теплых отношениях. Брат ей рассказал, что ФИО3 хочет квартиру продать и купить дом в деревне, он ей ответил, что болеет, и его скоро должны положить в больницу. ДД.ММ.ГГГГ его положили в больницу, он позвонил ДД.ММ.ГГГГ. она приехала к нему в больницу, спросила, почему он сразу не позвонил. Он сказал, что у него отказали ноги и ему сделали неправильно укол, сказал, что не хочет жить и хочет спрыгнуть с окна. ФИО3 не во время запила и ее нет, он нервничал, что ее не было. Он сказал позвонить сестре, чтоб она приехала. Они с сестрой пришли к нему в больницу, С. Р.Ф. ей, что если с ним сто то случиться то мы знаем, что делать. Больше речи о квартире не было. С больницы в 

<

адрес> он не ходил уже, передвигался на инвалидной коляске. ДД.ММ.ГГГГ перевели его в МСЧ, он совсем сник, ему делали уколы, она ходила туда по два раза в день. Там уже появилась ФИО3. ДД.ММ.ГГГГ ее и ФИО3 вызвал лечащий врач С. Р.Ф., врач сказал, что С. Р.Ф. долго не протянет и в любую минуту может умереть. С. Р.Ф. жаловался на ФИО3, но ничего с ней не мог сделать. О сделке она узнала после смерти С. Р.Ф.. ДД.ММ.ГГГГг. я приходила к нему утром, никто ей ничего не сказал. Не понимаю как он был в ЗАГСе ДД.ММ.ГГГГ, как он был в регпалате. Он же не мог ходить. При выписке из больницы С. Р.Ф. она не присутствовала, т.к. меня ее не было в городе. Она приехала к нему ДД.ММ.ГГГГ, он мне ничего не рассказывал, только глазами моргал и ничего не говорил, даже бормотал неясно. Она каждый день приходила к нему домой и ФИО3 говорила ей, что ты ходишь, он все равно не разговаривает. Она всегда его ругала, зачем он с ней живет, но она его лечила, делала уколы. Он ее выгонял, она опять приходила. Как ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты> положили в больницу, он был недееспособным, он говорил, что без ног ничего сделать не может, бессильный. Не кушал, не ел, не пил, лежать не мог, задыхался. Его усаживали в инвалидную коляску и привязывали, чтоб он не падал. Он был как овощ, не разговаривал, на вопросы только кивал головой и закатывал глаза. И вот тогда ФИО3 сказала, 

<

данные изъяты>, что у нее смертельный диагноз, и он умрет. 

Суд отмечает, что все опрошенные свидетели являлись близкими родственниками истицы и умершего, истец в настоящем судебном заседании заявил ходатайство об опросе в качестве свидетеля санитарки, ранее работавшей в онкологическом отделении, однако, прибывшее в суд лицо, не имело при себе доказательств подтверждающих, кем, где и в качестве кого она работала и в какой период времени, в связи с чем, в опросе свидетеля было отказано. 

Кроме того, оценивать медицинские критерии состояния умершего, тяжесть его состояния, влияние назначенных умершему препаратов на его психику, с учетом его физиологического состояния и особенной организма, может только лицо, имеющее и наделенное специальными познаниями в области медицины.

Также суд полагает необходимым указать, что после получения результатов экспертизы, суд заблаговременно известил стороны о месте и времени рассмотрения дела, до этого неоднократно указывал истцу и его представителю на необходимость тщательной подготовки к судебному заседанию, предлагал оказать содействие в истребовании доказательств, перед назначением по делу судебной экспертизы обозначил перед сторонами о необходимости представления в суд для исследования всех доказательств, имеющих значение для проведения судебной экспертизы, что было проигнорировано истцом и его представителем.

Кроме того, суд учитывает, что опрошенные свидетели, не обладают познаниями в области психиатрии и не могут давать самостоятельную оценку психического состояния умершего С. Р.Ф. в юридически значимый период.Как следует из вышеуказанной экспертизы, опираясь, в том числе, на показания свидетелей, эксперты не пришли к выводу об отсутствии каких-либо оснований усомниться в дееспособности последнего.

По заключению психолога в данном экспертном случае судить о структуре психических процессов и психологических факторах, влияющих на способность к пониманию С. Р.Ф. значения своих действий, и руководить ими не представляется возможным, как из-за отсутствия свидетельских показаний, так и малой информативности сведений медицинской документации.

При жизни С. Р.Ф. комиссией врачей-психиатров не обследовался.

Юридически значимыми обстоятельствами в данной категории споров является наличие или отсутствие психического расстройства у умершего в момент составления договора купли-продажи, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

Роль презумпции - освобождение стороны, в пользу которой она установлена, от доказывания утверждаемого этой стороной факта. Презумпции могут быть законными, т.е. закрепленными в нормах права и фактическими - не закрепленными в нормах права. К не закрепленным в праве презумпциям можно отнести презюмирование полной дееспособности гражданина старше 18 лет. 

В тех случаях, когда эксперты не смогли дать утвердительный ответ по результатам проведенного исследования о способности или неспособности лица осознавать фактический характер своих действий (медицинский критерий), суд должен исходить из презумпции дееспособности лица или презумпции психического здоровья, закрепленной в ГК РФ и не опровергнутой в порядке, определенном ГПК РФ.

По доводам стороны ответчика о наличии иной медицинской документации умершего, суд приходит к следующему.

Суд для проведения посмертных судебных психолого-психиатрических экспертиз истребовал всю имеющуюся в 

<

адрес> РБ медицинскую документацию на умершего.

Иной, кроме представленной в материалы дела медицинской документации, в отношении умершего не имеется.

Проанализировав указанные выше нормы права, регулирующие спорные отношения сторон, изучив обстоятельства совершения оспариваемой сделки и оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности, в том числе объяснения сторон, показания свидетелей, письменные доказательства, с учетом особенностей положения истца (доверительного отношения к ответчику, приходящегося ему на момент совершения сделки сожительницей, а после этого супругой), его состояния здоровья, суд приходит к выводу, что С. Р.Ф. оформляя договор купли-продажи действовал осознанно и добровольно.

Волеизъявление истца соответствовало его действительной воле, он не имел намерения лишать себя права собственности на спорное имущество. 

Таким образом, в ходе судебного разбирательства не нашли подтверждения доводы истицы о том, что в юридически значимый период (в момент заключения договора купли-продажи) С. Р.Ф. находился в таком состоянии, при котором не мог понимать значение своих действий и руководить ими, истцом не доказан факт того, что жилое помещение вышло из владения С. Р.Ф. помимо его воли.

К указанному выводу суд приходит на основании всесторонней оценки доказательств, в частности объяснений истца, представителя ответчика, письменных доказательств, свидетельских показаниях и заключениях посмертной судебной психолого-психиатрической экспертизы.Таким образом, в ходе рассмотрения спора суд приходит к выводу о недоказанности того, что на момент заключения договора купли-продажи С. Р.Ф. не мог понимать значение своих действий и руководить ими, соответственно оснований для признания сделки недействительной нет.

С учетом изложенного, в удовлетворении заявленных требований следует отказать.

Руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО3 о признании купли-продажи квартиры недействительным ОТКАЗАТЬ.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Башкортостан через Октябрьский городской суд в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме. 

Судья И.А. Александрина