Судья ФИО25И. Дело №

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

15 июля 2025 г. г. Махачкала

Суд апелляционной инстанции судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Дагестан в составе:

председательствующего ФИО19,

при секретаре ФИО5,

с участием: осужденного ФИО1 и его защитника - адвоката ФИО21, 

потерпевшей Потерпевший №1, 

прокурора ФИО6, 

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу защитника осужденного ФИО1 - адвоката ФИО21 на приговор Кумторкалинского районного суда Республики Дагестан от 

<

дата> в отношении ФИО1, 

заслушав доклад судьи ФИО19, изложившего обстоятельства дела, выступления осужденного ФИО1 и его защитника - адвоката ФИО21, просивших приговор суда отменить по доводам апелляционной жалобы, прокурора ФИО6, полагавшего приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения, 

установил:

приговором Кумторкалинского районного суда РД от 

<

дата> ФИО1, 

<

дата> года рождения, уроженец 

<

адрес> ДАССР, зарегистрированный и проживающий в 

<

адрес>, женатый, имеющий на иждивении 

<

.> сына-инвалида, супругу-инвалида второй группы, не судимый,

признан виновным и осужден по ч.3 ст.264 УК РФ 2 годам лишения свободы с отбыванием в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 2 года.

На основании ч.2 ст.53.1 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы заменено на принудительные работы сроком 2 года с удержанием в доход государства 15% заработка с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на 2 года.

Согласно приговору ФИО1 М.Р., управляя автомобилем, нарушил правила дорожного движения, повлекшие по неосторожности смерть человека, при подробно изложенных в приговоре обстоятельствах.

В апелляционной жалобе защитник осужденного ФИО1 - адвокат ФИО21 просит приговор суда отменить, вынести оправдательный приговор в отношении в отношении ФИО1, указав на то, что судом приговор постановлен с нарушением требований закона, изложенные в приговоре выводы о виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, не подтверждаются положенными в основу приговора в качестве доказательств показаниями свидетеля ФИО1, протоколом выемки от 

<

дата>, заключениями экспертиз, другими доказательствами, положенными в основу приговора, суд не указал в приговоре, почему одни доказательства судом признаны достоверными, а другие отвергнуты. 

Полагает заключения проведенных по делу судебных экспертиз недопустимыми доказательствами, поскольку ФИО1 М.Р. был лишен права ходатайствовать о проведении экспертиз в определенном экспертном учреждении, ставить на разрешение экспертов дополнительных вопросов, участвовать при проведении экспертиз и давать свои пояснения.

Обращает внимание на протокол выемки от 

<

дата>, в котором указано, что вещи, выданные ФИО1 упакованы в мешок, скрепленный печатью «ОМВД России по 

<

адрес>», на экспертизу же поступил мешок, скрепленный печатью «Для пакетов ОМВД России по 

<

адрес>», в связи с чем у стороны защиты возникают вопросы кем, когда и с какой целью была заменена бирка. Считает, что следствие не корректно поставило вопросы на разрешение эксперта, заявив однозначно, что ФИО1 двигался на автомобиле задним ходом, сбил пешехода и какие правила при этом ФИО1 нарушил. 

Судом не назначена и не проведена экспертиза по видеозаписи, изъятой с места происшествия, в ходе судебного разбирательства в ходе допроса свидетелей ФИО7 и ФИО8 выяснилось, что на месте возможного происшествия находилось еще одно лицо, которое, возможно, что либо видело, однако свидетель следствием не установлен и не допрошен.

Обращает внимание на выводы автотехнической экспертизы о том, что след протектора шины колеса, отобразившийся на передней части левой штанины, представленных вельветовых брюк, мог быть оставлен как протектором шины одной из пяти колес (шины модели «LOADING PRO ROADMARCH» размерами 185/75R16) автомобиля ГАЗ-330232, за г.р.з. 

<

***> рус, так и другим протектором шины колеса с аналогичным рисунком. Однако у автомобиля «Газель» всего шесть колес, какое колесо и по какой причине эксперт исключил одно из пяти колес - неизвестно. Автомобиль марки «Нива» также находившийся на месте происшествия не осмотрен, считает что размерность шин у этих авто одинаковая, на поверхности представленных на исследование объектов частиц ЛКП, либо наслоений ЛКМ не выявлено, судебно-медицинской экспертизой причина смерти не установлена, повреждения на левой ноге, где якобы имеется след протектора, не указаны, потерпевший врачам скорой помощи и врачам в приемном отделении больницы при поступлении в больницу не сообщал, что пострадал в результате ДТП.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель по делу помощник прокурора 

<

адрес> РД ФИО23 просит приговор суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения, указав на то, что доводы защиты о признании протокола выемки одежды ФИО24 недопустимым доказательством, являются необоснованными, поскольку выемка произведена в установленном законом порядке, обязательное участие защитника при производстве выемки законом не предусмотрено, также, вопреки доводам апелляционной жалобы, все судебные экспертизы назначены и произведены с соблюдением требований закона, кроме того, на момент назначения и проведения отдельных судебных экспертиз, ФИО1 М.Р. не обладал процессуальным статусом подозреваемого или обвиняемого, являлся свидетелем, а в дальнейшем после предъявления ему обвинения по делу он и его защитник ознакомлены со всеми проведёнными по уголовному делу судебными экспертизами, при этом с результатами экспертиз последние согласились, каких-либо заявлений и ходатайств о назначении дополнительных, повторных, комиссионных и комплексных судебных экспертиз по делу осужденным ФИО1 и его защитником на предварительном следствии не заявлено, судебная экспертиза по видеозаписи, изъятой с места происшествия не проведена, поскольку она не содержала в себе достаточных сведений о совершённом преступлении, в результате исследования данной видеозаписи в судебном заседании было установлено, что автомашина марки «Нива» подъехала к коммерческому ларьку, припарковалась за автомашиной осужденного ФИО1, в это время, по направлению к указанным автомашинам по противоположной (правой) стороне обочины автодороги идёт потерпевший ФИО2, после чего автомашина осужденного ФИО1 совершает манёвр в виде разворота и уезжает с места происшествия, при этом автомашина марки «Нива» более 14 минут стояла без движения в месте парковки, потом отъезжает от коммерческого ларька на несколько метров вперёд по направлению движения и через приблизительно 1,5 минуты также уезжает с места происшествия, не совершая каких-либо манёвров, что также подтверждается другими доказательствами, в частности, показаниями свидетелей ФИО9 о том, что пострадавший ФИО2 сообщил ему о том. что из его магазина вышел и уехал на автомашине марки «Газель» ФИО1 М.Р. по прозвищу «ураган», его сбила автомашина марки «Газель» человек, о чем также по телефону потерпевший ФИО2 сообщил своей дочери Потерпевший №1 и супруге ФИО10

Полагает несостоятельными и доводы стороны защиты о не установлении причины смерти ФИО2 также являются несостоятельными, поскольку заключением судебно-медицинского эксперта установлено наличие у последнего множественных переломов лицевого скелета, таза и двусторонних рёбер с ушибом лёгкого. Допрошенный в судебном заседании в качестве эксперта ФИО1 Г.А. показал, что указанные телесные повреждения возможно причинить только при наезде автотранспорта, при падении на дорожное покрытие с ускорением и не могли образоваться при свободном падении с высоты, в том числе с высоты собственного роста, в совокупности квалифицируются как причинившие тяжкий вред здоровью, и могли послужить причиной смерти ФИО2

Проверив материалы дела, заслушав сторон, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на них, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, изложенные в приговоре выводы и решение суда о признании установленными фактических обстоятельств дела и виновности ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, квалификации его действий, осуждении его, назначении ему вида и размера основного и дополнительного наказания по ч.3 ст.264 УК РФ при подробно изложенных в приговоре обстоятельствах являются правильными, надлежаще мотивированы в приговоре, основаны на тщательно исследованных, всесторонне и полно проверенных в судебном заседании, подробно изложенных, анализированных и нашедших правильную оценку в приговоре показаниях потерпевшей Потерпевший №1, свидетелей ФИО12, ФИО11, ФИО10, ФИО8, ФИО7, Свидетель №1, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, которые согласуются между собой и с остальными положенными в основу приговора письменными и вещественными доказательствами по делу, в частности:

- протоколом осмотра места происшествия от 

<

дата>, схемой и фото-таблицей к нему, согласно которому местом совершения ДТП (наезда автомашины под управлением ФИО1 на ФИО2) является проселочная автодорога, расположенная по адресу: Республика Дагестан, 

<

адрес> (том 1 л.д.6-13);

-протоколом осмотра места происшествия от 

<

дата>, согласно которому осмотрен и изъят автомобиль марки «ГАЗ-330232», государственным регистрационным знаком 

<

***>/рус, которым управлял ФИО1 М.Р. и, подавая назад, совершил наезд на ФИО2 (том 1 л.д.26-32);

- протоколом от 

<

дата> осмотра одежды ФИО2 (т. 2 л.д.1-3);

-заключением экспертизы № от 

<

дата>, согласно которому у гражданина ФИО2, 

<

дата> года рождения, имели место телесные повреждения: черепно-мозговая травма в виде ушиблено-рваной раны, ссадин лица, перелома скуловой кости с переходом на стенку орбиты, перелома верхнечелюстной пазухи, перелома венечного отростка нижней челюсти справа, ушиба головного мозга; закрытая тупая травма грудной клетки в виде перелома задних отрезков 8-11 ребер слева, передних отрезков 6-7 ребер слева, компрессионного перелома тела 6 грудного позвонка, ушиба левого легкого с наличием крови и жидкости в плевральной полости; поперечный перелом 3-5 поясничных позвонков слева, перелом боковых масс крестца; переломы седалищных и лонных костей; перелом малоберцовой кости и медиального мыщелка, которые причинены воздействием твердых тупых предметов, выступающих поверхностей движущегося автотранспорта, с последующим падением тела на дорожное покрытие, имевшее место 

<

дата>, по признаку опасности для жизни, относятся к категории повреждений, причинивших тяжкий вред здоровью, явились причиной наступления смерти ФИО2 (т.1 л.д.70-74);

- заключением экспертизы № от 

<

дата>, согласно которому на передней части левой штанины представленных вельветовых брюк черного цвета имеется след протектора шины, который относится к типу симметричный-ненаправленный, оставленный протектором шины одной из пяти колёс (шины модели «LOADING PRO ROADMARCH», размерами 185/75R16C), автомобиля марки «ГА3-330232», за г.р.з. KS11B/93Rus (том 1 л.д.132-137);

-заключениями судебной экспертизы № от 

<

дата>, судебной автотехнической комиссионной экспертизы № от 

<

дата>, согласно которым в возникшей дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля марки «Газель-Бортовой», белого цвета, государственными регистрационными знаками 

<

***>/рус, должен был руководствоваться требованиями пункта 8.12 (абзац 1) ПДД РФ, действия водителя данного автомобиля не соответствовали требованиям пункта 8.12 (абзац 1) ПДД РФ, которыми он должен был руководствоваться в данной ситуации. Предотвращение наезда со стороны водителя данного автомобиля зависело не от наличия технических возможностей и условий, а связано с выполнением им требований пункта 8.12 (абзац 1) ПДД РФ (т.1 л.д.150-153, 173-176);

Исследовав и проверив в судебном заседании приведенные и другие представленные сторонами защиты и обвинения доказательства по делу путем их сопоставления, оценив каждое доказательство с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные по делу доказательства в их совокупности - достаточности для разрешения дела, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о признании приведенных в приговоре доказательств допустимыми, а их совокупность достаточным основанием для принятия решения о признании установленными изложенных в приговоре фактических обстоятельств дела и виновности осужденного ФИО1 в содеянном, также одновременно суд признал несостоятельными, не соответствующими фактическим обстоятельствам дела, опровергнутыми приведенными положенными в основу приговора доказательствами доводы стороны защиты, в том числе повторяющиеся в апелляционной жалобе, о недоказанности виновности осужденного в содеянном, недостаточности для признания вины осужденного совокупности положенных в основу приговора доказательств, недостоверности, противоречивости и недопустимости отдельных положенных в основу приговора доказательств по делу.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, судом первой инстанции все положенные в основу приговора доказательства, в том числе показания потерпевшего, свидетелей, заключения судебных экспертиз, протоколы выемки и осмотра места ДТП и транспорта, остальные письменные и вещественные доказательства по делу судом тщательно исследованы и всесторонне проверены в судебном заседании в ходе судебного разбирательства дела, подробно изложены и анализированы путем сопоставления между собой и с остальными доказательствами, надлежаще оценены в приговоре, с приведением других принятого решения по результатам проверки и оценки доказательств.

Суд апелляционной инстанции находит несостоятельными и доводы апелляционной жалобы о необоснованном отклонении судом ходатайств стороны защиты о признании недопустимыми доказательствами приведенных положенных в основу приговора заключений судебных экспертиз из-за допущенных нарушений при производстве экспертиз, недостоверности выводов, изложенных в заключениях судебных экспертиз, положенных в основу доказательств при постановлении приговора в отношении ФИО1 по настоящему делу.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, судом первой инстанции дана надлежащая оценка в приговоре заключениям судебных медицинской, автотехнической, комиссионной судебной автотехнической экспертиз, согласно выводам которых: в результате наезда автомобиля автомобиля «Газель-Бортовой», государственными регистрационными знаками 

<

***>/рус под управлением ФИО1 ФИО2 причинен тяжкий вред здоровью, явившийся причиной смерти ФИО2; в данной дорожно-транспортной ситуации в действиях водителя автомобиля «Газель-Бортовой», государственными регистрационными знаками 

<

***>/рус ФИО1 усматривается несоответствие требованиям пункта 8.12 (абзац 1) Правил дорожного движения РФ, которыми он должен был руководствоваться в данной ситуации, предотвращение наезда со стороны водителя автомобиля зависело не от наличия технических возможностей и условий, а связано с выполнением им требований пункта 8.12 (абзац 1) Правил дорожного движения РФ.

Анализировав и оценив выводы заключений приведенных судебных экспертиз, в том числе комиссионной автотехнической экспертизы путем сопоставления с остальными положенными в основу приговора по настоящему делу доказательствами, в частности, с показаниями в судебном заседании специалиста - эксперта ФИО11, потерпевшей Потерпевший №1, свидетелей ФИО12, ФИО10, ФИО8, ФИО7, Свидетель №1, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, письменными и вещественными доказательствами по делу, в том числе протоколами осмотра места происшествия и схемы места ДТП, осмотра транспортных средств, заключением судебной медицинской экспертизы, другими приведенными в приговоре доказательствами, суд первой инстанции пришел к обоснованному и верному выводу о том, что выводы приведенных заключений судебных экспертиз соответствуют признанным установленными фактическим обстоятельствам дела, согласно которым 

<

дата>, примерно в 17 часов на проселочной автодороге, расположенной в Республике Дагестан, 

<

адрес> «Новострой», на 

<

адрес>, напротив 

<

адрес>, ФИО1 М.Р., управляя технически исправным автомобилем марки «ГАЗ-330232», государственным регистрационным знаком 

<

***>/рус, совершая маневр «разворот» через левый бок автомобиля, уперся передней частью автомобиля об ограждение, далее, подавая назад, для завершения вышеуказанного маневра, не убедившись в безопасности маневра и в отсутствии помех другим участникам движения, в нарушение требований пункта 8.12 Правил дорожного движения Российской Федерации, допустил наезд на ФИО2, через тело которого переехал автомобиль, причинив тяжкий вред, явившего причиной наступления смерти ФИО2

Вопреки доводам стороны защиты, в том числе повторяющимся в апелляционной жалобе, суд, тщательно проверив в судебном заседании, обоснованно и правильно опровергнув в приговоре доводы стороны защиты о невиновности осужденного ФИО1, недоказанности материалами дела наличия причиненной связи между действиями осужденного и наступившими последствиями-причинением тяжкого вреда здоровья ФИО18, явившегося причиной наступления его смерти, исходя из положений ст.264 УК РФ, руководствуясь разъяснениями, содержащимися в п.5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 

<

дата>г. N25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также их неправомерным завладением без цели хищения», с учетом приведенных признанных установленными судом фактических обстоятельств дела, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что допущенные водителем ФИО1 нарушения приведенных норм правил дорожного движения явились причиной наступления ДТП и указанных последствий - в виде причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшего ФИО2, явившегося причиной наступления смерти, имея при этом в виду, что действия водителя автомобиля марки «Газель-Бортовой» ФИО1 не соответствовали требованиям пункта 8.12 (абзац 1) Правил дорожного движения РФ, если бы водитель выполнил требования пункта 8.12 (абзац 1) Правил дорожного движения РФ, которыми он должен был руководствоваться в данной ситуации, то не имело бы место совершение наезда на потерпевшего, также наступление приведенных последствий.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правильному выводу и решению о том, что в данном случае вопрос о привлечении к уголовной ответственности должен рассматриваться в отношении осужденного ФИО1, чьи действия находятся в причинной связи с наступлением приведенных последствий.

Судом первой инстанции проверены и обоснованно признаны несостоятельными также повторяющиеся в апелляционной жалобе доводы стороны защиты о признании недопустимым доказательством, исключении из доказательств протокол выемки и осмотра одежды ФИО2 от 

<

дата>, поскольку приведенный протокол выемки правильно верно признан судом первой инстанции относимым, достоверным и допустимым доказательством по делу, вопреки доводам апелляционной жалобы, выводы и решения суда о результатах исследования, проверки, анализа и оценки данного также как и остальных положенных в основу приговора письменных и вещественных доказательств по делу, подробно мотивированы в приговоре с изложением законных оснований, их подтверждающих, с учетом также результатов проверки доводов сторон о недопустимости (допустимости) данного доказательства.

Нельзя согласиться и с доводами апелляционной жалобы об оспаривании автором апелляционной жалобы законности и обоснованности выводов и решения суда о результатах исследования, проверки, анализа и оценки приведенных в приговоре фактических обстоятельств дела и доказательств, положенных в их подтверждение в основу приговора, на основании личной оценки и собственной интерпретации автором жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела, также иной субъективной переоценки положенных в основу приговора доказательств, полагая, что приведенные доказательства, по мнению стороны защиты, не устанавливают виновность, а подтверждают невиновность осужденного в совершении преступления при указанных в приговоре обстоятельствах, поскольку, как следует из материалов уголовного дела, протокола судебного заседания по делу и обжалованного приговора, каждое из положенных в основу приговора, в том числе оспоренных в апелляционной жалобе доказательств, которым автором апелляционной жалобы дана иная своя собственная оценка, отличная от оценки суда, тщательно исследовано, проверено в судебном заседании, изложено, анализировано путем сопоставления с другими доказательствами, надлежаще оценено в приговоре в соответствии с требованиями ст.ст.17, 240, 85-88 УПК РФ с учетом также результатов проверки доводов сторон об их допустимости (недопустимости).

Какие-либо сведения и доказательства, указывающие на неправильную оценку судом, недопустимость и недостоверность приведенных в апелляционной жалобе или иных доказательств, положенных в основу приговора по настоящему уголовному делу, не установлено материалами дела, не приведено в апелляционной жалобе и не представлено сторонами суду апелляционной инстанции.

Что касается остальных доводов апелляционной жалобы о нарушениях, допущенных органом следствия в ходе производства предварительного расследования уголовного дела, неправильной оценке доказательств, необоснованном отклонении органом следствия и судом ходатайств стороны защиты о признании отдельных доказательств по делу недопустимыми, о назначении и производстве дополнительных судебных экспертиз, то данные доводы также являются несостоятельными, не основаны на материалах дела, не подтверждены какими-либо доказательствами, а направлены на переоценку доказательств, поэтому не могут быть признаны, в том числе поводом для отмены либо изменения обжалованного приговора в отношении осужденных, поскольку все положенные в основу приговора суда доказательства собраны с соблюдением требований ст.ст.85 и 86 УПК РФ, каждое доказательство исследовано в судебном заседании, проверено и оценено в приговоре в соответствии со ст.ст.240, 87 и 88 УПК РФ.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции находит необоснованными и подлежащими оставлению без удовлетворения приведенные в апелляционной жалобе доводы, направленные на субъективную переоценку автором апелляционной жалобы получивших надлежащую оценку суда в приговоре доказательств по настоящему делу.

Таким образом, вопреки доводам апелляционной жалобы, правильно признав установленными совокупностью доказательств, положенных в основу приговора суда, приведенные фактические обстоятельства дела, суд первой инстанции пришел к верному выводу о доказанности виновности ФИО1 в совершении ДТП при изложенных в приговоре обстоятельствах.

Указанные действия осужденного ФИО1 судом правильно квалифицированы как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшие по неосторожности смерть человека, по признакам состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ.

Выводы и решения суда относительно квалификации действий осужденного ФИО1 надлежаще мотивированы в приговоре с приведением доказательств и законных оснований, их подтверждающих, правильность их не вызывает сомнений у судебной коллегии.

При определении вида и размера наказания осужденному ФИО1 суд принял во внимание и учел характер и степень общественной опасности преступления, личность осужденного, в том числе обстоятельства, смягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. Суд правильно признал и учел в качестве смягчающих обстоятельств совершение ФИО1 впервые неосторожного преступления, наличие у него постоянного места жительства, положительной характеристики, на его иждивении 

<

.> ребенка – инвалида с детства, супруга инвалида 2 группы, отсутствие обстоятельств, добровольное оказание помощи потерпевшему, отсутствие отягчающих обстоятельств и сведений об учете его нарколога и психиатра.

С учетом приведенных обстоятельств дела, характера и степени общественной опасности совершения ФИО1 впервые по неосторожности преступления, данных о его личности, наличия смягчающих и отсутствия отягчающих обстоятельств, руководствуясь ст.ст.6, ч.1, 43, 60 УК РФ, исходя также из руководящих разъяснений постановления Пленума Верховного Суда РФ от 

<

дата> N 58 "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания", суд первой инстанции назначил осужденному ФИО1 по ч.3 ст.264 УК РФ справедливое основное наказание в виде лишения свободы, также дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, в пределах санкции, предусмотренной ч.3 ст.264 УК РФ, одновременно правильно признав отсутствующим законных оснований для применения положений ст.ст.15 ч.6, 64 УК РФ. 

На основании ч.2 ст.53.1 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы судом заменено на принудительные работы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами.

Выводы и решение суда о замене наказания в виде лишения свободы на принудительные работы, также о назначении дополнительного наказания в виде с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами основаны на законе, надлежаще мотивированы в приговоре.

В соответствии с ч.2 ст.53.1 УК РФ, если, назначив наказание в виде лишения свободы, суд придет к выводу о возможности исправления осужденного без реального отбывания наказания в местах лишения свободы, он постановляет заменить осужденному наказание в виде лишения свободы принудительными работами.

По смыслу закона, при замене лишения свободы принудительными работами дополнительное наказание, предусмотренное к лишению свободы, в том числе и в качестве обязательного, не назначается. Суд, заменив лишение свободы принудительными работами, должен решить вопрос о назначении дополнительного наказания, предусмотренного санкцией соответствующей статьи Особенной части УК РФ, к принудительным работам (п.22.3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 

<

дата> N 58 "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания").

Санкцией ч.3 ст.264 УК РФ в качестве одного из видов наказания предусмотрено лишение свободы с назначением обязательного дополнительного наказания - лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью.

Кроме того, санкцией ч.3 ст. 264 УК РФ дополнительное наказание в виде лишения права заниматься определенной деятельностью предусмотрено в качестве обязательного и к принудительным работам. Поэтому суд первой инстанции с учетом характера и степени общественной опасности преступления, личности осужденного, пришел к верному выводу и решению о назначении осужденному также дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами. 

Какие-либо новые данные и доказательства о наличии обстоятельств, не известных суду и не учтенных судом первой инстанции при назначении осужденному основного и дополнительного наказания, которые могли бы повлиять на назначение вида и размера наказания или послужить основанием для снижения либо смягчения назначенного ему наказания, а также применения положений ст.ст.15, 64 УК РФ отсутствуют в материалах дела, не приведены в апелляционной жалобе и не представлены сторонами суду апелляционной инстанции.

Назначенное осужденному ФИО1 судом, как основное, так и дополнительное наказание соответствует требованиям закона, является, вопреки доводам апелляционной жалобы, соразмерным содеянному, справедливым, соответствует характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения, личности осужденного, отвечает целям уголовного наказания по восстановлению социальной справедливости, исправлению осужденного и предупреждению совершения новых преступлений.

Выводы и решение суда о назначении наказания надлежаще мотивированы судом в приговоре с приведением доказательств и законных оснований, их подтверждающих, не согласиться с ними оснований не имеется.

Вместе с тем приговор суда подлежит изменению.

Как следует из приговора, назначив наказание в виде принудительных работ, суд указал в приговоре на назначение отбывания осужденным наказания в виде лишения свободы, замененного принудительными работами, в колонии поселении в соответствии с п. »а» ч.1 ст.58 УК РФ, что подлежит исключению из приговора.

В соответствии с ч.1 ст.74 УК РФ доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых суд, прокурор, следователь, дознаватель в порядке, определенном УПК РФ, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела.

В нарушение приведенных норм закона, в качестве доказательства, положенных в основу приговора при постановлении приговора в отношении ФИО1 судом учтены и приведены в описательно-мотивировочной части приговора постановление о производстве выемки от 

<

дата> по результату которого у ФИО1 была изъята одежда покойного ФИО2 (т.1 л.д.92-95). Поэтому из приговора суда подлежит исключению ссылка на указанное доказательство, что, по мнению судебной коллегии, не влияет на выводы и решение суда о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления, поскольку она полностью подтверждается совокупностью иных положенных в основу приговора приведенных доказательств.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих изменение или отмену приговора по иным основаниям, не установлено.

Руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.26, 389.28 и 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

Приговор Кумторкалинского районного суда РД от 

<

дата> в отношении ФИО1, изменить, исключив из приговора ссылку в качестве доказательств на постановление о производстве выемки от 

<

дата>, также указание на назначение «отбывания наказания в виде лишения свободы в колонии-поселении в соответствии с п.а» ч.1 ст.58 УК РФ».

В остальном приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу защитника осужденного ФИО1 - адвоката ФИО21 - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Пятый кассационный суд общей юрисдикции в порядке сплошной кассации, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ, в течение 6 месяцев со дня его вынесения, через суд первой инстанции.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: