Дело № 2-23/2017 

(№ 17420022)

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Кемерово 15 августа 2017 года

Судья Кемеровского областного суда Гринсон Е.М.

при секретаре Радаевой И.А.

с участием:

государственных обвинителей прокуроров отдела государственных обвинителей уголовно-судебного управления прокуратуры Кемеровской области - ФИО1, ФИО2,

потерпевшего А., 

подсудимого ФИО3, 

защитника по назначению Мазуровой В.А., представившей удостоверение адвоката НО «Коллегия адвокатов Кемеровского района Кемеровской области № 6» от 16.12.2002 года № 379, ордер от 03.04.2017 года № 334,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении 

ФИО3, 

<

данные изъяты>, ранее судимого по приговору Кемеровского районного суда Кемеровской области от 12.11.2015 года по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы, с применением положений ст. 73 УК РФ, условно, с испытательным сроком 1 год 10 месяцев, наказание не отбывшего,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 4 ст. 162, п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО3 совершил нападение на Б. в целях хищения чужого имущества, с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшей, а также совершил убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку - Б., 

<

данные изъяты> года рождения, сопряжённое с разбоем, при следующих обстоятельствах.

В период времени с 00-30 часов до 02-02 часов 11.01.2017 года, ФИО3, находясь в состоянии алкогольного опьянения, действуя умышленно, из корыстных побуждений, в целях хищения имущества Б. путем разбоя и ее убийства, сопряженного с разбоем, пришел к квартире по 

<

адрес>, где проживала Б., и постучал в дверь. Когда Б. открыла входную дверь квартиры, ФИО3 напал на Б., применяя к ней насилие, опасное для жизни и здоровья, имевшимся при себе молотком, применяя его как предмет, используемый в качестве оружия, с целью убийства потерпевшей, сопряженного с разбоем, нанес им Б. не менее 16 ударов по голове и не менее 7 ударов по рукам. После чего, найденными в квартире потерпевшей ножницами отчленил четвертый палец правой руки Б. и похитил находящееся на нем золотое кольцо, стоимостью 3100 рублей, принадлежащее Б., после чего скрылся с места преступления, впоследствии распорядившись похищенным имуществом по собственному усмотрению. 

Своими действиями ФИО3 причинил потерпевшей Б.: открытую проникающую черепно-мозговую травму: множественные (16) ушиблено-рваные раны теменной, затылочной и левой височной областей, фрагментарно-оскольчатый перелом лобной кости слева, теменных, височной и затылочной костей слева с повреждением твердой и мягкой мозговой оболочек, сагитального синуса твердой мозговой оболочки, кровоизлияния под мягкую мозговую оболочку над лобной, теменной, затылочной и височной долями слева, ушиб левой теменной доли; множественные кровоподтеки (7): задней поверхности верхней трети левого предплечья (1), локтевой поверхности нижней трети левого предплечья (1), ладонной поверхности левой кисти (1), пятого пальца левой кисти (1), второго пальца левой кисти (1), задней поверхности нижней трети правого предплечья (1), задней поверхности правой кисти (1); множественные (8) поверхностные резаные раны задней поверхности области основной фаланги пятого пальца правой кисти (3), задней поверхности области основной фаланги третьего пальца правой кисти (2), передней поверхности области основной фаланги третьего пальца правой кисти и области проксимального межфалангового сустава (3); полное травматическое отделение четвертого пальца правой кисти на уровне основной фаланги.

Кровоподтеки рук и поверхностные резаные раны третьего, пятого пальцев правой кисти, как по отдельности, так и в совокупности как вред здоровью не расцениваются и в причинной связи с наступившей смертью не состоят.

В результате причинения потерпевшей Б. комбинированной травмы головы и четвертого пальца правой кисти, сопровождавшейся фрагментарно-оскольчатым переломом костей свода черепа с разрывами твердой и мягкой мозговых оболочек, полным травматическим отделением четвертого пальца правой кисти, являющейся опасной для жизни и квалифицирующейся по этому признаку как тяжкий вред здоровью, развитием массивной кровопотери, наступила смерть потерпевшей Б., то есть своими действиями ФИО3 убил Б.

В судебном заседании подсудимый ФИО3 свою вину в предъявленном обвинении признал полностью и показал, что 01.01.2017 года он приехал к Е., которая проживает в 

<

адрес>. 10.01.2017 года он, Е. и соседка Е. – Б. распивали спиртное. Около 21-30 часа Б. ушла к себе домой. Каких-либо конфликтов и ссор с потерпевшей у него не было. Телесных повреждений у потерпевшей не видел.

Заявил, что дальнейшие события помнит смутно. Утверждал, что помнит лишь как он, после 00 часов 11.01.2017 года, стучался в двери к Б., при этом в руках у него был молоток, однако не помнит - как тот у него оказался и для чего он его взял с собой. 

Пояснил, что, когда Б. открыла ему двери, он сразу нанес ей удар молотком в область головы, отчего та упала и стала хрипеть, а он продолжал наносить ей молотком удары по голове, при этом удерживая рукой пытавшуюся подняться потерпевшую, наносил удары в область ее затылка. Заявил, что, по его мнению, нанес ей 3-4 удара, не исключая того, что мог нанести ей в область головы 16 ударов, при этом пояснил об осознании того, что наносит удары в жизненно-важный орган потерпевшей. Утверждал, что не помнит как наносил потерпевшей удары по рукам, но не исключил возможности образования повреждений на руках потерпевшей от его ударов. 

Заявил об отсутствии у него желания причинить смерть потерпевшей, вместе с тем пояснил, что смерть Б. наступила в результате причиненных им повреждений. Затруднился пояснить цель нанесения им ударов молотком по голове потерпевшей, а также цель удержания лежащей Б. с одновременным нанесением им ударов молотком по голове потерпевшей.

Указал, что перед уходом от Б., он заметил у нее золотое кольцо и решил его забрать, т.к. у него не было денег. Снять кольцо с пальца потерпевшей ему не удалось, поэтому он взял ножницы Б., зажал ими палец ее правой кисти, ударил по ножницам молотком и отрезал ее палец. Не исключил при этом возможность повреждения соседних пальцев потерпевшей, которая была жива и шевелилась.

Палец потерпевшей, ножницы, молоток, а также свою окровавленную одежду и ботинки - «берцы» он принес к себе в квартиру, где стал сжигать их в печи с целью сокрытия следов преступления. Услышав стук в дверь квартиры, просил Е. не открывать, а когда та открыла дверь, увидел Б., которая была в крови и хрипела, говорить не пыталась. Около 02 часов 11.01.2017 года он сообщил участковому уполномоченному полиции В., что на лестничной площадке их квартиры находится окровавленная Б. и по его просьбе он (ФИО3) позвонил в «скорую помощь» и сообщил, что избили соседку. Когда подошел В., Б. лежала на лестничной площадке около двери его квартиры и была еще жива, но он (ФИО3) не боялся, что она может все рассказать В., т.к., после причиненных им повреждений, находилась в тяжелом состоянии, при смерти, поэтому он рассчитывал, что «на него не подумают». 

Он и В. заходили в квартиру Б., расположенную на 

<

данные изъяты> этаже дома, чтобы взять вещи и укрыть потерпевшую. Прибывшие врачи «скорой помощи» сообщили о смерти Б., чей труп увезли около 03 часов. 

Заявил, что после этого находился в «необъяснимом» состоянии, ничего не помнил, звонил Г., а в 8-30 часов поехал в г. Кемерово для того, чтобы сдать кольцо потерпевшей в ломбард. Сдав кольцо в ломбард за 2 700 рублей, он на эти деньги покупал пиво, сигареты, флеш-карту, а также часть денег потратил на проезд. С оценкой стоимости кольца в 3100 рублей - согласен. 

Когда возвращался в пос. 

<

данные изъяты>, с ним связался оперативный сотрудник полиции Д., которому он (ФИО3) сказал, что ему ничего не известно о произошедшем со Б. однако, когда в его (ФИО3) паспорте был обнаружен залоговый билет из ломбарда, в который он сдал кольцо потерпевшей, он (ФИО3) все рассказал оперативным сотрудникам полиции и написал явку с повинной.

Утверждал, что никто, кроме него, не наносил Б. ударов молотком. Он же наносил ей удары молотком с размаха, удерживая его в своей правой руке. Указал, что следы крови на его одежде, а также брызги и следы крови на полу, стенах и двери квартиры потерпевшей образовались в результате нанесения им ударов по голове Б., когда та лежала на полу. 

Пояснил, что кости, обнаруженные у него в печи, являются костями от пальца Б., который он бросил в печь.

Утверждал, что показания в ходе расследования он давал самостоятельно и добровольно, также добровольно написал явку с повинной, в том числе, указав об обстоятельствах сокрытия им следов преступлений, объясняя эти действия тем, что сотрудникам полиции стало известно о его причастности к совершению преступлений в отношении Б., хотя ранее он считал, что никто не узнает о том, что он совершил, поскольку потерпевшая находилась в тяжелом состоянии от причиненных им повреждений и должна была умереть, в связи с чем рассчитывал избежать ответственности за содеянное. 

Вместе с тем, изначально в судебном заседании заявил, что в ходе предварительного расследования он соглашался со всем, т.к. «был не в себе», поэтому «вводил следствие в заблуждение».

В ходе предварительного расследования ФИО3 неоднократно давал подробные и последовательные показания об обстоятельствах совершения им разбойного нападения на Б. и ее убийства.

Так, из протокола явки с повинной (т. 1 л.д. 40) следует, что 11.01.2017 года ФИО3 собственноручно, без какого-либо физического и психологического давления, сообщил о том, что во втором часу ночи 11.01.2017 года, он, взяв у себя дома молоток, пришел к квартире соседки Б., проживавшей по 

<

адрес>, постучался в дверь, а когда она открыла ему, ударил ее молотком по голове, от чего она упала. Взяв со стола ее квартиры ножницы, отстриг ей ножницами безымянный палец правой руки, на котором было золотое кольцо и, забрав кольцо, ушел. Утром кольцо сдал в ломбард за 2700 рублей. Заявил о раскаянии в содеянном и полном признании своей вины. 

В судебном заседании ФИО3 заявил, что явку с повинной подал самостоятельно и добровольно, подтвердил достоверность ее содержания.

На допросе в качестве подозреваемого 11.01.2017 года (т. 2 л.д. 100-106) ФИО3 сообщал подробные сведения об обстоятельствах совершения преступлений, аналогичные показаниям, данным в судебном заседании. При этом пояснял, что после совместного распития спиртного со Б. 10.01.2017 года, он думал о ее золотом кольце, которое, по его мнению, можно было сдать в ломбард за неплохие деньги. Понимал, что Б. не отдаст ему свое кольцо и его придется забирать силой, поэтому решил вооружиться молотком (весом около 1 кг.), который имелся у него в квартире, для подавления сопротивления, которое могла оказать Б.

Также пояснял, что около 01-30 часа 11.01.2017 года, он (ФИО3), одетый в черных штанах и куртке, серой футболке и обутый в черных «берцах», пришел к квартире Б. и постучался в ее дверь. Когда потерпевшая открыла ему входные двери, он сразу молотком, удерживаемым правой рукой, со всей силы, нанес удар в левую часть ее головы, отчего она упала лицом вниз, стала хрипеть, по ее голове потекла кровь. Он, придавив левой рукой Б. к полу и удерживая ее, нанес с силой молотком не менее четырех ударов в области ее затылка, при этом видел, как в разные стороны летят брызги крови. Не исключает того, что мог нанести большее количество ударов потерпевшей. Понимал, что от нанесенных им ударов тяжелым молотком в жизненно-важный орган – голову Б., может наступить ее смерть, но ему было все равно - выживет она или нет.

После нанесенных им ударов молотком потерпевшей, он попытался снять кольцо с безымянного пальца ее правой руки, но это ему не удалось, т.к. кольцо было плотно надето, а его окровавленные руки скользили, поэтому он решил отрезать палец Б. Для этого он в комнате потерпевшей нашел металлические ножницы, которыми пытался отрезать ее палец, понимая при этом, что та жива, т.к. она шевелилась и хрипела. Перерубить безымянный палец правой руки потерпевшей ему удалось после нанесения ударов молотком по ножницам, при этом не исключает возможность повреждения соседних пальцев правой руки Б. Он понимал то, что от его ударов потерпевшая скончается, но ему это было безразлично. 

После чего он, забрав палец потерпевшей с кольцом, ножницы и молоток, пришел к себе в квартиру, где свою одежду, в которой он был одет, молоток с ножницами, а также палец потерпевшей, с которого снял кольцо, поместил в печь, которую разжег. Так же вымыл руки и лицо, надел новую одежду. Спустя 10-20 минут услышал стук во входную дверь, сказал Е., чтобы та не открывала дверь, а когда она открыла дверь, увидел Б., которая лежала на лестничной площадке 

<

данные изъяты> этажа. 

Понимая, что потерпевшая ничего не сможет сказать, т.к. она хрипела и не разговаривала, решил сообщить участковому уполномоченному полиции о том, что к ним пришла окровавленная Б., чтобы отвести от себя все подозрения. Перед этим выгреб из печи ножницы и ударную часть молотка (рукоятка молотка полностью сгорела) и спрятал их в тумбе в коридоре. Участковый уполномоченный полиции сказал ему вызвать «скорую помощь». Б. скончалась по приезду бригады «скорой помощи». 

В 08-30 часов 11.01.2017 года он поехал в ломбард в г.Кемерово, где сдал золотое кольцо Б. за 2700 рублей, а когда вернулся в пос. 

<

данные изъяты>, его встретили сотрудники полиции и он, переживая о содеянном, решил написать явку с повинной, изъявил готовность выдать залоговый билет.

Эти показания ФИО3 подтвердил в ходе проверки показаний на месте 11.01.2017 года (т. 2 л.д. 119-123), из содержания протокола которой следует, что он указал на 

<

адрес>, где в квартире № проживала Б., продемонстрировал свои действия по причинению Б. повреждений, изъятию кольца, сокрытию следов преступлений, о которых давал вышеизложенные показания. 

На допросе в качестве обвиняемого 11.01.2017 года (т. 2 л.д. 127-133) ФИО3 полностью признал вину в совершении убийства Б., заявил о раскаянии в содеянном и подтвердил ранее данные им показания, уточнив, что у Б. всегда на пальце было золотое кольцо, на которое он постоянно обращал внимание. Не исключал нанесение потерпевшей более четырех ударов молотком по голове. Пояснял, что после нанесенных им ударов молотком, Б. не шевелилась, только хрипела, и он понимал, что она скоро умрет и сопротивления оказать не сможет. Когда он пытался снять кольцо с пальца потерпевшей, та находилась в предсмертном состоянии, незначительно «подергивалась» и издавала хрипы, в связи с чем он полагал, что она скоро умрет и поэтому у него не было опасений, что она сможет обратиться в правоохранительные органы и он (ФИО3) будет привлечен к уголовной ответственности. 

Впоследствии, увидев потерпевшую, лежащую на площадке перед дверью его квартиры, понимал, что Б. находится при смерти и ничего не сможет рассказать участковому уполномоченному полиции, возможно даже не доживет до его прибытия, поэтому не опасался привлечения к уголовной ответственности и не предпринимал мер для причинения потерпевшей еще телесных повреждений.

В 08-30 часов 11.01.2017 года он поехал в ломбард в г. Кемерово, где сдал золотое кольцо Б. за 2700 рублей, а когда вернулся в пос. 

<

данные изъяты>, у него оставались денежные средства в размере 2192 рубля 50 копеек, т.к. на полученные в ломбарде деньги он приобрел флеш-карту за 350 рублей, а также тратил деньги на проезд и пиво.

На допросе в качестве обвиняемого 09.03.2017 года (т. 2 л.д. 160-165) ФИО3 полностью признал свою вину в совершении разбойного нападения на Б. и ее убийства, заявил о раскаянии в содеянном и дал показания относительно обстоятельств происшедшего, в целом аналогичные ранее данным им показания, дополнительно пояснив о нанесении им множества ударов молотком как по голове, так и по рукам потерпевшей. Ознакомившись с заключением судебно-медицинской экспертизой трупа, из которого следует, что повреждения в области головы Б. произошли от не менее шестнадцати ударов, не исключил возможности нанесения им большего количества ударов потерпевшей.

После исследования в судебном заседании данных протоколов допросов ФИО3, протокола проверки его показаний на месте, протокола его явки с повинной, подсудимый пояснил, что эти показания давал добровольно, самостоятельно, подтвердил данные, содержащиеся в протоколе явки с повинной и вышеизложенные показания, заявив, что они являются правдивыми и полностью соответствуют действительности, поскольку он 11.01.2017 года, с целью завладения кольцом Б., взял с собой молоток, чтобы нанести удары потерпевшей и забрать ее кольцо; все повреждения, обнаруженные у Б., были причинены им в результате нанесения ей ударов молотком и отрезания ее пальца; не исключил возможности нанесения им ударов в область рук потерпевшей. Также пояснил об осознании им, на момент его ухода от потерпевшей, скорого наступления ее смерти вследствие причиненных им повреждений и отсутствии у него, в связи с этим, опасений, что потерпевшая сможет указать на его причастность к происшедшему. 

Пояснил, что из печи были изъяты, в том числе, металлические детали от его ботинок «берцев», в которых он ходил к потерпевшей и которые он сжег.

Кроме того, ФИО3 заявил, что его показания, данные им изначально в судебном заседании: о якобы имевшемся у него запамятовании событий в период совершения им деяния; о невозможности объяснить цель нанесения им ударов молотком по голове потерпевшей; о том, что он вводил следствие в заблуждение не соответствуют действительности и утверждал, что правдивыми являются его показания, данные им в ходе предварительного следствия, а также изложенные в его явке с повинной, когда он лучше помнил обстоятельства происшедшего, которые он подтверждает и просит расценивать как его способствование раскрытию и расследованию преступлений. 

Заявил о полном признании своей вины в совершении преступлений и раскаянии в содеянном.

Виновность подсудимого в совершении описанных выше деяний подтверждается также следующими доказательствами:

Показаниями потерпевшего А., данными в судебном заседании, из которых следует, что Б., 

<

данные изъяты> года рождения, с ДД.ММ.ГГГГ проживала по 

<

адрес>, являлась 

<

данные изъяты>. Б. носила золотое кольцо, которое в ходе расследования было передано ему на хранение.

Показаниями свидетеля Г., данными в судебном заседании, из которых следует, что с ФИО3 они 

<

данные изъяты> имеют 

<

данные изъяты> совместных детей. Они проживали в 

<

данные изъяты>, где ФИО3 работал и содержал семью. 

Б. она знает, никаких конфликтов у нее с ФИО3 не было. У потерпевшей имелось золотое кольцо с рисунком, которое та носила на правой руке и, со слов последней, ей (Г.) известно, что Б. не могла снять кольцо из-за отека пальцев. 

01.01.2017 года ФИО3 уехал к Е. в пос. 

<

данные изъяты>, был одет в черную куртку с капюшоном, имел при себе паспорт. Около 04-05 часов 11.01.2017 года, ФИО3 позвонил ей (Г.) по № и сообщил, что на лестничной площадке около его двери, умерла Б., которую, со слов ФИО3, обнаружила Е., открыв двери, а он ходил за участковым уполномоченным полиции. Впоследствии со слов Е. узнала, что ФИО3 убил Б., в квартире производились следственные действия и в кладовке был обнаружен молоток. 

Показаниями свидетеля Е., данными в судебном заседании и в ходе расследования (т. 2 л.д. 41-44), достоверность которых она подтвердила после их оглашения в суде, из которых следует, что она проживает по 

<

адрес>. В этом же доме проживала Б., с которой они поддерживали добрососедские отношения, ходили друг к другу в гости, совместно употребляли спиртное. 

<

данные изъяты>. Знает, что у Б. было золотое кольцо, без камня, сделанное как будто из проволочек, которое она постоянно носила на пальце. 

ФИО3 

<

данные изъяты> приехал к ней (Е.) в пос. 

<

данные изъяты>. Он знал Б., ссор и конфликтов между ними никогда не было.

10.01.2017 года они с ФИО3 и Б. совместно распивали спиртное, никаких ссор и конфликтов не было. У потерпевшей на пальце было золотое кольцо, которое видел и ФИО3 Б. ушла к себе домой, а она (Е.), проснувшись около 2 часов 11.01.2017 года от стука в дверь, собиралась ее открыть, но ФИО3, находящийся на кухне, где расположена печь, сказал, что дверь не надо открывать. Открыв дверь, увидела на лестничной площадке лежащую Б. с окровавленной головой, которая хрипела.

ФИО3 пошел за участковым уполномоченным полиции, а она (Е.) осталась с потерпевшей, которая умерла до приезда «скорой помощи».

Пояснила, что ФИО3 был в тот день одет в трико черного цвета и обут в «берцы». Происхождение обнаруженных 11.01.2017 года в печи ее квартиры костей, металлических клепок, а также ножниц - ей неизвестно. Когда ФИО3 задержали, у него были изъяты деньги. Пояснила, что она опознавала золотое кольцо, которое принадлежало Б.

Из протокола предъявления предмета для опознания от 01.03.2017 года с прилагаемой фототаблицей (т. 2 л.д. 46-48) следует, что Е. было опознано золотое кольцо, изъятое 17.01.2017 года в ООО «Ломбард

<

данные изъяты>», расположенном по 

<

адрес>, как принадлежавшее потерпевшей Б. 

В судебном заседании, в соответствии с п. 1 ч. 2 ст. 281 УПК РФ, были оглашены показания неявившегося свидетеля Ж. в связи с его смертью, что подтверждено копией свидетельства о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 2 л.д. 5), данные в ходе расследования (т. 2 л.д. 1-3), из которых следует, что 11.01.2017 года около 08 часов, он на ул. Советской встретил ФИО3, который интересовался местонахождением ближайшего ломбарда в 

<

данные изъяты> г. Кемерово, чтобы сдать золотое кольцо, после чего отправился на остановку, чтобы уехать в г. Кемерово. ФИО3 был одет в темную одежду. 

Показаниями свидетеля З., данными в судебном заседании и в ходе расследования (т. 2 л.д. 29-32), достоверность которых она подтвердила после их оглашения в суде, из которых следует, что она работает 

<

данные изъяты> в ООО «Ломбард

<

данные изъяты>», расположенном по 

<

адрес> и в ее обязанности входит прием ювелирных изделий под залог и их скупка. 

Пояснила, что рано утром 11.01.2017 года ФИО3, которого она в связи с этим запомнила, сдавал в ломбард золотое кольцо 585 пробы, которое было погнуто. Он предъявил свой паспорт, она забрала у него кольцо, выдала ему залоговый билет и 2 700 рублей. Впоследствии золотое кольцо, которое приносил ФИО3, было изъято. 

Указала, что в ломбарде ведется видеонаблюдение. Информация с камер видеонаблюдения поступает на аппаратуру, которая располагается в ломбарде.

Показаниями свидетеля В., данными в судебном заседании, из которых следует, что он, в связи с исполнением своих должностных обязанностей, знаком с ФИО3 и Б., проживавшими в доме по 

<

адрес>, т.к. пос. 

<

данные изъяты> входит в территорию его обслуживания как участкового уполномоченного полиции по Кемеровскому району.

Знает, что у Б. было кольцо из желтого металла на правой руке, которое она не снимала.

Около 01 - 02 часов 11.01.2017 года к нему домой явился ФИО3, который сообщил, что к ним пришла окровавленная Б. Он (В.) сказал ФИО3 вызвать «скорую помощь». Подойдя к дому ФИО3, видел, что тот находится около дома и ожидает «скорую помощь». ФИО3 вел себя адекватно, не шатался, его речь была связная, возможно он находился в легкой степени алкогольного опьянения. 

Он (В.) видел, что в подъезде указанного дома много крови, следы которой начинались от квартиры Б. и следовали на 

<

данные изъяты> этаж, где находилась потерпевшая, которая в тот момент была еще жива, но не разговаривала, а только хрипела. На ее лице, голове, руках и одежде была кровь. За 10 минут до приезда «скорой помощи», около 3 часов 11.01.2017 года, Б. скончалась. 

В прихожей квартиры потерпевшей обнаружил много крови на полу и стенах в виде пятен. На дверях, стене и на полу имелись брызги крови. На полу в прихожей лежали очки. 

Показаниями свидетеля Д., данными в судебном заседании, из которых следует, что он, являясь оперуполномоченным уголовного розыска отдела полиции Кемеровского района, в связи с исполнением своих должностных обязанностей был знаком с ФИО3 и Б., между которыми отсутствовали какие-либо конфликты. Знает, что у Б. имелось кольцо.

11.01.2017 года в ночное время после поступления сигнала в дежурную часть полиции, прибыл вместе со следственно-оперативной группой на место происшествия, обнаружил, что труп Б., у которого отсутствовал безымянный палец на правой руке, находится на лестничной площадке 

<

данные изъяты> этажа около квартиры ФИО3 

Установив, что Б. обнаружил ФИО3, который сообщил об этом участковому уполномоченному полиции В., он (Д.) созвонился с ФИО3, который пояснил, что он едет из г. Кемерово. Когда он встретился с ФИО3, тот, сначала отрицавший свою причастность к совершению преступлений в отношении Б., впоследствии пояснил, что он сдавал ее кольцо в ломбарде в г. Кемерово, предъявил расходно-кассовый ордер на кольцо, выданный ломбардом. ФИО3 написал явку с повинной, пояснял, где находятся вещи. Информацию об их нахождении, он (Д.) сообщил оперативно-следственной группе и, в результате проверки информации ФИО3, были обнаружены остатки сгоревшей одежды и фаланга пальца Б. Также ФИО3 сообщил, что часть денег он потратил, а оставшиеся у него деньги – около 2200 рублей, были изъяты. ФИО3 самостоятельно и добровольно рассказал о совершенном им деянии в отношении Б., давления на него никто не оказывал. 

Из протокола осмотра места происшествия от 11.01.2017 года с прилагаемой таблицей иллюстраций (т. 1 л.д. 47-52) следует, что на лестничной площадке 

<

данные изъяты> этажа 

<

адрес>, обнаружен труп Б., расположенный в положении лежа на спине, головой обращенный к квартире №, ногами – к квартире №. Волосяной покров головы обильно пропитан кровью, четвертый палец правой кисти отсутствует, в его области у средней трети проксимальной фаланги имеется рана округлой формы, из которой выступают фрагменты кости. 

Из протоколов осмотров места происшествия от 11.01.2017 года, 23.01.2017 года с прилагаемыми фототаблицами и схемой (т. 1 л.д. 72-82, 95-100) следует, что в помещении квартиры по 

<

адрес>, были обнаружены многочисленные брызги, мазки и разводы вещества, похожего на кровь, находящиеся: на нижней части входной деревянной двери; на нижней части двери в санузел и располагающейся рядом стене. В коридоре указанной квартиры обнаружена лужа (1,4 на 0,4 м.) вещества красно-коричневого цвета, а на дверном косяке проема, ведущего из коридора в кухню - пятно вещества, похожего на кровь. На нижней части деревянной входной двери в квартиру были обнаружены пятна, похожие на кровь, сделан смыв.

Из заключения судебной медико-криминалистической экспертизы № от 30.01.2017 года с прилагаемой фототаблицей (т. 1 л.д. 185-189), следует, что на представленных фотоизображениях из фототаблицы к протоколу осмотра места происшествия от 11.01.2017 года по 

<

адрес> обнаружены следы вещества, похожие на кровь: 

- участки наслоений на линолеумном покрытии пола и на элементе белого цвета, которые образовались в результате непосредственного контакта с «кровью» или обильно «окровавленным» предметом (предметами), поверхностью (поверхностями); 

- брызги, которые образовались в результате падения «крови» с приданым ускорением как под прямыми или близкими к прямым углами относительно следовоспринимающих объектов на всех этих фотоизображениях, так и под острыми углами в направлениях: справа налево, почти горизонтально, снизу вверх слева направо, снизу вверх, почти вертикально, снизу вверх справа налево, сверху вниз справа налево, что возможно как при размахивании «окровавленным» предметом (предметами), так и при ударах по «окровавленной» поверхности (поверхностям);

- помарки, которые образовались в результате непосредственного контакта с «окровавленным» предметом (предметами) или поверхностью (поверхностями).

Из протоколов осмотров места происшествия от 11.01.2017 года и 23.01.2017 года с прилагаемыми фототаблицами и схемой (т. 1 л.д. 83-94, 101-105) следует, что в квартире по 

<

адрес>, были обнаружены: пятна красно-бурого цвета на входной двери; в зольной массе отопительной печи обнаружены фрагменты костей, четыре металлических предмета, которые изъяты. Обнаружены пятна красно-бурого цвета, похожие на кровь на входной двери в квартиру, с которой сделан смыв. Также в коридоре квартиры обнаружены и изъяты: металлические ножницы и ударная часть молотка со следами термического воздействия, которые, наряду с изъятыми указанными выше предметами, затем были объектами исследования при производстве судебно-медицинской и медико-криминалистической экспертиз.

Как следует из заключения судебно-медицинской экспертизы от 01.03.2017 года № (т. 1 л.д. 220-221), представленные на экспертизу в состоянии белого каления вышеуказанные крупные и мелкие фрагменты трубчатой кости (костей) подвергались значительному воздействию термического фактора на них.

Из протокола осмотра предметов от 07.03.2017 года с прилагаемой фототаблицей (т. 2 л.д. 85-89) следует, что четыре металлические предмета, изъятые в ходе осмотра места происшествия 11.01.2017 года, подвергались термическому воздействию и являются крючками для шнуровки «берцев». 

Из протокола выемки от 12.01.2017 года (т. 1 л.д. 108-110) следует, что в ГБУЗ КО ОТ «Кемеровское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» были изъяты образцы крови Б., а также ее одежда: ботинок, штаны, рубашка, футболка.

Из протокола выемки от 17.01.2017 года с прилагаемой фототаблицей (т. 1 л.д. 114-120) следует, что в ООО «Ломбард

<

данные изъяты>», расположенном по 

<

адрес>, было изъято золотое кольцо, сданное ФИО3 11.01.2017 года, массой 2,3 гр., стоимость которого, согласно оценочному заключению от 20.01.2017 года (т. 1 л.д. 159), составляет 3100 рублей, и которое, согласно расписки потерпевшего А. 07.03.2017 года (т. 1 л.д. 139) было получено последним для хранения.

Из протокола осмотра от 04.03.2017 года (т. 1 л.д. 131-134) следует, что на изъятых в ходе осмотра места происшествия 11.01.2017 года ножницах имеются наслоения серовато-коричневого цвета, похожие на окалину, видны участки синевы металла; на изъятой в ходе осмотра места происшествия 11.01.2017 года ударной части молотка имеются участки, похожие на окалину; размер фрагментов трубчатых костей, изъятых в ходе осмотра места происшествия 11.01.2017 года, составляет до 5 см.; на изъятых в ГБУЗ КО ОТ «Кемеровское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» в ходе выемки 12.01.2017 года, ботинке, рубашке, футболке – имеются пятна бурого цвета; изъятое из ООО «Ломбард

<

данные изъяты>» в ходе выемки 17.01.2017 года кольцо из металла желтого цвета имеет множественные царапины, вмятины и потертости. 

Из заключения судебно-биологической экспертизы от 30.01.2017 года № (т. 1 л.д. 195-197) следует, что в смывах с правой кисти трупа Б., с двери квартиры 

<

адрес>, в пятнах на ботинке, на штанах, на рубашке и на футболке потерпевшей, обнаружена кровь человека, возможность происхождения которой не исключается от Б. 

Из протокола выемки от 11.01.2017 года с прилагаемой фототаблицей (т. 2 л.д. 109-115) следует, что у ФИО3 был изъят залоговый билет, из содержания данного залогового билета № от 11.01.2017 года (т. 1 л.д. 154) и протокола его осмотра от 04.03.2017 года (т. 1 л.д. 145-150) следует, что 11.01.2017 года в 9-19 часов ООО «Ломбард

<

данные изъяты>» у ФИО3, 

<

данные изъяты> года рождения, было принято под залог «кольцо фантазийное гнутое, 2,31 грамма, 585 пробы, б/у» с выданной ФИО3 суммой займа 2700 рублей.

Из протокола выемки от 11.01.2017 года с прилагаемой фототаблицей (т. 2 л.д. 136-142) следует, что у ФИО3 были изъяты денежные средства в сумме 2192 рубля 50 копеек и флеш-карта.

Из протокола выемки от 25.01.2017 года с прилагаемой фототаблицей (т. 2 л.д. 25-27) следует, что был изъят DVD-R диск, из содержания которого, согласно протоколу осмотра от 04.03.2017 года (т. 1 л.д. 131-134), видно, что на данном диске имеется четыре видеофайла, поименованные: «

<

данные изъяты>», «

<

данные изъяты>», «

<

данные изъяты>», «

<

данные изъяты>» с видеозаписями, отображающими, как 11.01.2017 года в период с 9-10 часов до 9-18 часов ФИО3, одетый в черную куртку с капюшоном, зашел в помещение ломбарда, подошел к окну приемщика, достал из внутреннего кармана куртки предмет, передал его приемщику, предъявил документ, сделал запись, забрал денежные средства и ушел. 

Из протокола осмотра от 04.03.2017 года (т. 1 л.д. 145-150) следует, что в ходе осмотра детализации абонента №, установлено, что данным абонентом производились исходящие и принимались входящие звонки, в том числе: в 22:02:15 10.01.2017 года (по московскому времени) осуществлялся экстренный звонок по номеру 022; в 22:03:24 и в 22:38:18 10.01.2017 года (по московскому времени) осуществлялись экстренные звонки по номеру 033. 

В 05:24:58 11.01.2017 года (по московскому времени) абонентом принимался входящий телефонный звонок с номера №, а в 05:29:45 и в 05:49:41 11.01.2017 года (по московскому времени) абонентом осуществлялись телефонные звонки на номера №, №, при этом указан адрес базовой станции: 

<

адрес>.

Из содержания детализации телефонных соединений (т. 2 л.д.13-15), а также из протокола осмотра документов от 24.01.2017 года (т. 2 л.д. 11-12) следует, что в ходе осмотра детализации абонента с номером №, который использовался Г., установлено, что на данный номер ФИО3 производились звонки, в том числе: 10.01.2017 года – в 23:16:04, 23:17:02, 23:35:21; 11.01.2017 года – в 03:36:24, 04:25:01, 04:27:32, 06:26:00, 09:29:45.

Из копии карты вызова «скорой медицинской помощи» от 11.01.2017 года № (т. 1 л.д. 157) следует, что зафиксировано время вызова бригады по 

<

адрес> – в 02-07 11.01.2017 года. Вызов был осуществлен по телефону №. Прибывшей в 02-47 11.01.2017 года на место вызова бригадой, зафиксирована смерть Б., указано на наличие крови в области волосистой части головы трупа, указан предварительный диагноз «ушиб головного мозга». 

Из копии протокола установления смерти человека от 11.01.2017 года (т. 1 л.д. 54) следует, что врачом МБУЗ «Городская клиническая станция скорой медицинской помощи» г. Кемерово И. в 02-59 часов констатирована смерть Б.

Из протокола осмотра трупа от 11.01.2017 года с прилагаемой фототаблицей (т. 1 л.д. 68-71) следует, что в помещении КОБ СМЭ, осмотрен труп Б., на котором обнаружены повреждения: в теменно-затылочной области обширная рана звездчатой формы с неровными краями, визуализируются фрагменты черепа, волосяной покров обильно пропитан кровью; четвертый палец правой кисти отсутствует, в его области у средней трети проксимальной фаланги рана округлой формы с неровными краями из которой выступает фрагмент кости проксимальной фаланги и кровоподтечные мягкие ткани; в средней трети проксимальной фаланги третьего пальца правой кисти горизонтальная рана с ровными неосадненными краями, заостренными концами; в верхней трети проксимальной фаланги пятого пальца правой кисти две косо-горизонтальные раны с ровными краями, концами, похожими на заостренные.

Из акта судебно-медицинского исследования трупа Б. № от 11.01.2017 года с прилагаемой фототаблицей (т. 1 л.д. 56-60), а также из заключения судебно-медицинской экспертизы № от 22.02.2017 года (т. 1 л.д. 203-206), следует, что смерть Б. наступила от комбинированной травмы головы и четвертого пальца правой кисти, сопровождавшейся фрагментарно-оскольчатым переломом костей черепа с разрывами твердой и мягких мозговых оболочек, полным травматическим отделением четвертого пальца правой кисти, развитием массивной кровопотери. Смерть могла наступить за 8 - 16 часов до исследования (11.01.2017 года в 08-55). При исследовании трупа были обнаружены: повреждения, образовавшиеся от действия тупых твердых предметов: открытая проникающая черепно-мозговая травма: множественные (16) ушиблено-рваные раны теменной, затылочной и левой височной областей, фрагментарно-оскольчатый перелом лобной кости слева, теменных, височной и затылочной костей слева с повреждением твердой и мягкой мозговой оболочек, сагитального синуса твердой мозговой оболочки, кровоизлияния под мягкую мозговую оболочку над лобной, теменной, затылочной и височной долями слева, ушиб левой теменной доли; множественные кровоподтеки (7) задней поверхности верхней трети левого предплечья (1), локтевой поверхности нижней трети левого предплечья (1), ладонной поверхности левой кисти (1), пятого пальца левой кисти (1), второго пальца левой кисти (1), задней поверхности нижней трети правого предплечья (1), задней поверхности правой кисти (1). Эти повреждения образовались от многократных ударов твердыми тупыми предметами. Характер ран головы и частей пролома костей черепа позволяет полагать, что они были причинены тупым твердым предметом (предметами) со следообразующей частью, вероятно, в виде невыраженного ребра. В кровоподтеках на руках характерные конструктивные особенности травмирующего предмета не отобразились. Количество и расположение повреждений позволяет полагать, что травма головы возникла не менее чем от 16-ти воздействий на голову сверху, слева, справа и сзади. На руки тупые твердые предметы действовали не менее 7-ми раз;

повреждения, образовавшиеся от действий острых предметов: множественные (8) поверхностные резаные раны задней поверхности области основной фаланги пятого пальца правой кисти (3), задней поверхности области основной фаланги третьего пальца правой кисти (2), передней поверхности области основной фаланги третьего пальца правой кисти и области проксимального межфалангового сустава (3); полное травматическое отделение четвертого пальца правой кисти на уровне основной фаланги. Резаные раны и полное травматическое отделение четвертого пальца правой кисти образовались в результате многократных воздействий острого края какого-либо предмета (линейные, с острыми концами, ровными неосадненными краями, гладкими темно-красными стенками, глубина ран уменьшается по направлению к концам). Резаные раны образовались не менее чем от шести воздействий острого края предмета. Отделение четвертого пальца правой кисти производилось многократными (более четырех) пилящими движениями (наличие мелких, отходящих под острым углом к краям насечек). При этом, учитывая отсутствие глубоких ран на рядом расположенных пальцах, во время отделения, четвертый палец был выведен из ряда пальцев (изолирован от них). 

Комбинированная травма головы и четвертого пальца правой кисти, сопровождавшаяся фрагментарно-оскольчатым переломом костей свода черепа с разрывами твердой и мягкой мозговых оболочек, полным травматическим отделением четвертого пальца правой кисти - является опасной для жизни, квалифицируется по этому признаку как тяжкий вред здоровью и состоит в причинной связи с наступившей смертью. 

Кровоподтеки рук и поверхностные резаные раны третьего, пятого пальцев правой кисти, как по отдельности, так и в совокупности - как вред здоровью не расцениваются и в причинной связи с наступившей смертью не состоят.

Найденные повреждения образовались, примерно, в срок от 30 минут до 1-3-х часов до наступления смерти. Судить о последовательности воздействий не представляется возможным.

В момент нанесения повреждений взаиморасположение потерпевшей и нападавшего могло быть самым разнообразным, за исключением такого, при котором бы область воздействия не была бы доступна контакту.

Наличие на одежде вертикальных потеков крови, помарок крови на подошвенной поверхности правой стопы, свидетельствует о том, что какое-то время наружного кровотечения, пострадавшая находилась в вертикальном положении и передвигалась, наступая на кровь.

Из акта судебно-медицинского (медико-криминалистического) исследования № от 11.01.2017 года с прилагаемой фототаблицей (т. 1 л.д. 61-67), а также из заключения судебной медико-криминалистической экспертизы от 25.01.2017 года № с прилагаемой таблицей (т. 1 л.д. 172-180) следует, что десять повреждений кожного лоскута головы от трупа Б. являются ушиблено-рваными, а соответствующие им по локализации повреждения лобной, теменных и левой височной костей свода черепа являются локально-конструкционными оскольчато-фрагментарными переломами. Указанные повреждения кожи головы и костей свода черепа причинены тупым твердым предметом (предметами) со следообразующей частью, вероятнее всего, в виде невыраженного ребра. 

Локально-конструкционные переломы костей свода черепа образовались от не менее десяти травмирующих воздействий, локальные зоны которых расположены на лобной кости слева (№ 1), на лобной и теменной костях слева (№ 2), спереди, позади, левее, правее и непосредственно в области левого теменного бугра (№ 3, 4, 5, 6, 7, 9), в области правой и левой теменных костей, вблизи бифуркации ветвей затылочного шва (№ 8), на правой теменной кости, между ее бугром и средней частью стреловидного шва (№ 10).

Кроме того, из заключения судебной медико-криминалистической экспертизы от 25.01.2017 года № с прилагаемой таблицей (т. 1 л.д. 172-180) также следует, что свойствами и особенностями предполагаемого травмирующего предмета, имеющего невыраженные закругленные ребра, обладают ограничивающие боковые ребра собственно молотка, представленного на экспертизу, а также ограничивающие ребра его основного и вспомогательного бойков, в связи с чем, он, как возможное орудие причинения повреждений кожного лоскута головы и костей свода черепа потерпевшей, не может быть исключен.

Представленные на экспертизу ножницы свойствами и особенностями предполагаемого твердого тупого травмирующего предмета не обладают и как возможное орудие причинения ушиблено-рваных повреждений кожи головы и локально-конструкционных переломов костей свода черепа должны быть исключены.

Из заключения дополнительной судебно-медицинской экспертизы трупа Б. № от 01.03.2017 года (т. 1 л.д. 212-214), следует, что травма головы была причинена тупым твердым предметом (предметами) со следообразующей частью, вероятно в виде невыраженного ребра. Резаные раны и полное травматическое отделение четвертого пальца правой кисти образовались в результате многократных воздействий острого края какого-либо предмета. Конструктивные особенности ножниц, состоящих из двух лезвий, сходящихся в близкорасположенных параллельных плоскостях, позволяют допустить возможность образования повреждений, обнаруженных на пальцах Б. в результате своего воздействия.

Из копии паспорта (т. 1 л.д. 234-235), следует, что Б. родилась 

<

данные изъяты> года, была зарегистрирована по 

<

адрес>, и, согласно справкам-характеристикам (т. 1 л.д. 238, 240), являлась 

<

данные изъяты>.

Оценивая приведённые выше доказательства с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности, суд приходит к следующим выводам.

Оценивая протоколы осмотров, выемок, предъявления для опознания, иные документы, приведённые выше в качестве доказательств, суд считает, что они соответствуют требованиям, установленным уголовно-процессуальным законом, согласуются с другими доказательствами по делу, сомнений у суда не вызывают, и потому признаёт их относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами.

Оценивая приведённые выше акты судебно-медицинских исследований, заключения экспертиз, суд находит, что они получены в соответствии с требованиями закона, даны компетентными и квалифицированными специалистами и экспертами, являются полными, ясными и обоснованными, выводы их мотивированы, сомнений у суда не вызывают, и потому признаёт их относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами.

Оценивая показания потерпевшего и свидетелей суд считает, что они относятся к предмету доказывания по данному уголовному делу, последовательны, подробны, полностью согласуются с заключениями экспертиз, протоколами осмотров, выемок, предъявления для опознания, иными доказательствами, получены с соблюдением требований закона, потому признаёт их относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами.

Оценивая вышеизложенные показания подсудимого, суд отмечает следующее.

Показания ФИО3 были даны с участием защитника и с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства, в т.ч. п. 3 ч. 4 ст. 47 УПК РФ. Какого-либо воздействия или давления на ФИО3 в ходе предварительного следствия оказано не было, о чем в судебном заседании пояснял сам ФИО3, заявив о добровольности и самостоятельности дачи им показаний и явки с повинной, в связи с чем, суд признаёт их допустимыми доказательствами. Указанные доказательства относятся к предмету доказывания по данному уголовному делу, поэтому они признаются судом относимыми доказательствами.

Суд считает достоверными показания подсудимого ФИО3, данные им в ходе предварительного расследования, в т.ч. данные в ходе проверки его показаний на месте, а также его заявление, изложенное в явке с повинной, как и его показания в судебном заседании в той части, в какой они подтверждаются совокупностью иных доказательств по делу.

Так, из явки с повинной ФИО3 (т.1 л.д.40), протоколов его допроса: от 11.01.2017 года (т. 2 л.д. 100-106, 127-133) от 09.03.2017 года (т. 2 л.д. 160-165), а также из протокола проверки его показаний на месте от 11.01.2017 года (т. 2 л.д. 119-124), показаний подсудимого в судебном заседании следует, что ФИО3 последовательно пояснял о дате, времени и месте совершения преступлений в отношении Б. и о своей причастности к их совершению, о характере, способе и локализации нанесения им ударов молотком потерпевшей, о способе и орудии отчленения пальца Б., а также о корыстном мотиве содеянного им, связанном с желанием завладеть кольцом потерпевшей, и других обстоятельствах совершения им преступлений. 

Указанные показания ФИО3 в этой части полностью согласуются с показаниями потерпевшего и свидетелей, заключениями экспертиз, протоколами осмотров, выемок, предъявления для опознания и другими доказательствами, приведёнными в приговоре выше, и признанными судом достоверными. 

Показания, данные ФИО3 в ходе предварительного расследования, кроме того, были подтверждены подсудимым в судебном заседании, как достоверно отображающие все обстоятельства происшедшего.

Вместе с тем, суд признает недостоверными показания ФИО3 изначально данные им в судебном заседании, в части его заявлений об отсутствии у него желания причинить своими действиями смерть потерпевшей Б., о запамятовании им событий совершения преступлений в отношении потерпевшей и невозможности указания мотива своих действий по их совершению, а также о введении им «следствия в заблуждение», поскольку показания подсудимого в указанной части опровергаются совокупностью исследованных доказательств, в том числе показаниями ФИО3, данными в ходе предварительного расследования и содержащимися в протоколах его допросов, проверки его показаний на месте и явки с повинной, которые подсудимый подтвердил в судебном заседании, указав, что его вышеуказанные заявления изначально данные в судебном заседании не соответствуют действительности, а также установленными судом обстоятельствами происшедшего, согласно которым до получения информации от ФИО3, впоследствии объективно подтвержденной совокупностью доказательств по делу, сотрудники правоохранительных органов не знали ни о причастности ФИО3 к совершению данных преступлений, ни о мотиве их совершения, ни о последовательности действий подсудимого как по их совершению, так и по последующему сокрытию следов их совершения и реализации похищенного имущества.

Таким образом, оценив каждое из приведённых выше доказательств с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а все эти доказательства в совокупности – с точки зрения достаточности для разрешения уголовного дела, суд считает, что они в совокупности позволяют сделать вывод о доказанности виновности подсудимого в совершении описанных преступных деяний.

Суд считает доказанным, что именно подсудимый ФИО3, в целях хищения имущества потерпевшей совершил нападение на Б., в ходе которого причинил ей смерть. 

Это подтверждается его достоверными показаниями об обстоятельствах совершения им этих деяний, а также другими доказательствами, приведёнными в приговоре выше, и признанными судом достоверными, согласно которым ФИО3 умышленно, из корыстных побуждений, с целью хищения золотого кольца, принадлежащего потерпевшей Б. и ее убийства, в период времени с 00-30 часов до 02-02 часов 11.01.2017 года, пришел к потерпевшей, проживавшей в квартире по 

<

адрес>, и реализуя свой умысел, направленный на хищение имущества Б. и ее убийства, напал на нее и, желая завладеть ее золотым кольцом и причинить смерть потерпевшей, нанес имевшимся у него молотком не менее 16 ударов по голове и не менее 7 ударов по рукам потерпевшей, после чего, в продолжение умысла на хищение золотого кольца Б. и ее убийства, отчленил ножницами четвертый палец правой руки потерпевшей, причинив ей повреждения, от которых она скончалась, и похитил золотое кольцо, стоимостью 3100 рублей, принадлежащее Б., после чего скрылся с места преступления, впоследствии распорядившись похищенным имуществом по собственному усмотрению. 

При этом смерть Б. наступила именно от действий ФИО3, поскольку совокупностью доказательств по делу установлено, что нанесение потерпевшей ударов молотком, в том числе в область жизненно-важного органа – головы потерпевшей, а затем отчленение ее пальца, что в совокупности повлекло причинение Б. комбинированной травмы головы и четвертого пальца правой кисти, сопровождавшейся развитием массивной кровопотери и явившейся причиной смерти потерпевшей – осуществлялось ФИО3, а не иными лицами, т.к. судом, на основании совокупности доказательств по делу, установлено, что иных лиц, кроме подсудимого и потерпевшей, на месте преступления не было, доказательства причастности к причинению смерти Б. иных, кроме ФИО3, лиц – отсутствуют.

Между действиями подсудимого и наступившими последствиями в виде смерти потерпевшей имеется прямая причинная связь, что объективно подтверждается заключением судебно-медицинского эксперта о времени и характере причиненных ФИО3 повреждений потерпевшей, указанных при описании деяний, квалифицирующихся как тяжкий вред здоровью, явившихся причиной ее смерти.

Суд считает доказанным, что действия подсудимого в отношении Б. были направлены на причинение ей смерти. Об этом, свидетельствуют действия подсудимого по нанесению множества ударов молотком, в том числе по голове Б., его действия по отчленению пальца потерпевшей, установленные на основании акта судебно-медицинского исследования и заключений судебно-медицинских экспертиз, характер, локализация и количество повреждений, причиненных потерпевшей, а также показания ФИО3, признанные судом достоверными, о собственной оценке достигнутого им результата, согласно которой Б., после полученных ею повреждений, находилась при смерти и должна была, по мнению ФИО3, скончаться в ближайшее время. Он не рассчитывал на то, что потерпевшая выживет после причиненных им повреждений, а, напротив, осознавая, что потерпевшая находится при смерти, не испытывал опасений относительно того, что Б. сможет уличить его в совершении преступлений, в связи с чем не усматривал необходимости дополнительного причинения ей повреждений.

В связи с этим, заявление подсудимого в судебном заседании о том, что он не желал наступления смерти Б., как и утверждение ФИО3 о его безразличном отношении к смерти потерпевшей суд расценивает как недостоверные, продиктованные стремлением смягчить ответственность за содеянное, поскольку установленные совокупностью доказательств фактические обстоятельства дела, опровергают вышеуказанные заявления подсудимого об отсутствии у него желания причинить смерть Б.

Анализ всей совокупности доказательств по делу приводит суд к выводу о том, что ФИО3, нападая на потерпевшую, с целью завладения ее кольцом и причинения ей смерти, действуя при нападении внезапно, активно, агрессивно и целенаправленно, нанося множественные удары молотком (т.е. орудием, способным причинить смертельные повреждения), в том числе в жизненно-важную часть тела Б. (голову), а затем отчленяя ножницами ее палец, осознавал общественную опасность своих действий, предвидел неизбежность наступления общественно-опасных последствий своих действий (в виде смерти Б. – в результате примененного им насилия, опасного для ее жизни и здоровья, а также утраты ею имущества) и желал их наступления, т.е. действовал с прямым умыслом на совершение разбоя и причинения смерти потерпевшей. В результате своих действий ФИО3 достиг определенной им цели - убил Б. и завладел ее золотым кольцом.

На основании совокупности доказательств по делу, судом установлено, что мотивом совершения ФИО3 преступлений в отношении Б. явились корыстные побуждения, связанные с желанием ФИО3 завладеть золотым кольцом потерпевшей. О корыстной направленности действий подсудимого свидетельствует также и то, что похитив кольцо Б., ФИО3 по своему усмотрению распорядился данным имуществом, сдав похищенное кольцо в ломбард и тратя вырученные за него денежные средства на свои нужды. 

В части определения стоимости похищенного кольца – суд исходит из стоимости, определенной оценочным заключением (т. 1 л.д. 159). Стороной защиты стоимость похищенного кольца не оспорена; данных, которые свидетельствовали бы об иной стоимости похищенного имущества или о ее завышенности – суду не представлено. 

Суд, на основании всей совокупности доказательств по делу, приходит к выводу о том, что применение насилия подсудимым в отношении потерпевшей являлось средством к устранению препятствий со стороны потерпевшей завладению ее имуществом, т.е. достижению желаемой им цели – хищению кольца Б. ФИО3 напав на потерпевшую, применил в отношении нее насилие, опасное для ее жизни и здоровья, причинив своими действиями тяжкий вред здоровью Б., отчего наступила ее смерть. 

Поскольку смерть Б. была причинена в процессе совершения разбойного нападения на потерпевшую, в целях хищения ее имущества, суд считает, что убийство потерпевшей было сопряжено с разбойным нападением.

Применение при этом ФИО3 молотка, как предмета, используемого в качестве оружия, осознавалось и предусматривалось им, как необходимое условие реализации его умысла, направленного на хищение имущества потерпевшей путем нападения на нее с применением насилия, опасного для ее жизни и здоровья.

С учетом вышеизложенного, суд квалифицирует действия ФИО3 по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ - как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшей, а также по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ - как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, сопряженное с разбоем. 

Квалифицируя вышеуказанным образом действия подсудимого, суд руководствуется требованиями ст. 252 УПК РФ о пределах судебного разбирательства и учитывает то, что государственный обвинитель в порядке, предусмотренном п. 1 ч. 8 ст. 246 УПК РФ, изменила обвинение, предъявленное подсудимому, в сторону смягчения, исключив из него квалифицирующий признак ст. 162 УК РФ – «разбой, совершенный с незаконным проникновением в жилище», поскольку описание преступного деяния не содержит указания на действия ФИО3, связанные с незаконным проникновением в жилище Б.

Суд считает, что предложенное государственным обвинителем изменение обвинения мотивировано, не влечет за собой ухудшения положения ФИО3, соответствует требованиям ч. 2 ст. 252 УПК РФ и не нарушает право подсудимого на защиту и считает законным и обоснованным исключить из предъявленного подсудимому обвинения по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ указание на совершение ФИО3 разбоя «с незаконным проникновением в жилище». 

Выводы суда о квалификации действий подсудимого подтверждаются всей совокупностью доказательств, приведённых в приговоре выше. 

Из заключения амбулаторной комплексной комиссионной судебной психолого-психиатрической экспертизы подсудимого от 20.01.2017 года № (т. 1 л.д. 164-166) следует, что ФИО3 хроническим психическим расстройством, слабоумием, временным психическим расстройством либо иным болезненным состоянием психики не страдал на период инкриминируемого ему деяния и не страдает в настоящее время. В период времени, относящийся к инкриминируемому деянию, ФИО3 не находился в состоянии временного психического расстройства, пребывал в состоянии простого (непатологического) алкогольного опьянения и мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. У него была сохранена ориентировка, действия его носили последовательный и целенаправленный характер и не сопровождались психопатологическими расстройствами в виде бреда и галлюцинаций. Экспертный анализ сведений, характеризующих поведение испытуемого на предварительном следствии, позволяют сделать вывод, что высказываемые ФИО3 ссылки на полное запамятование периода времени, относящегося к инкриминируемому деянию, носят характер защитно-установочного поведения, т.к. не соответствуют достоверной клинической картине какого-либо психического расстройства, не содержат болезненной интерпретации нейтральных фактов.

В настоящее время он также может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела и давать показания о них. 

В период инкриминируемого деяния ФИО3 в особом психоэмоциональном состоянии физиологического аффекта не находился, деятельность ФИО3 на протяжении всего периода инкриминируемого деяния оставалась сложно организованной и целенаправленной. Его свобода волеизъявления и целеполагания оставались свободными. Ссылки на какие-либо запамятования инкриминируемого деяния определяются у ФИО3, как установочное защитное поведение.

По своему психическому состоянию ФИО3 в применении принудительных мер медицинского характера не нуждается.

Оценивая данное заключение, суд находит его полным, ясным и обоснованным, полученным в соответствии с требованиями закона, выводы его мотивированы и даны комиссией в составе компетентных и квалифицированных экспертов, сомневаться в их правильности у суда нет оснований, и потому суд признаёт его допустимым и достоверным доказательством.

Судебно-психиатрический эксперт К. в судебном заседании показала, что при проведении неврологического осмотра, который входит в список исследований, проводимых при производстве амбулаторной комплексной психолого-психиатрической судебной экспертизы, каких-либо патологических расстройств у ФИО3 выявлено не было. 

<

данные изъяты>. Каких-либо психических нарушений у ФИО3, в том числе и характерных психических нарушений, связанных с органической патологией головного мозга либо поражением головного мозга – выявлено не было, отсутствовала соответствующая симптоматика со стороны психики. 

Показания эксперта получены в соответствии с требованиями закона, согласуются с заключением судебной психолого-психиатрической экспертизы в отношении ФИО3, иными документами и поэтому суд признает их относимым, допустимым и достоверным доказательством.

Учитывая изложенное, а также материалы дела, касающиеся личности подсудимого и обстоятельств совершения им преступлений, то, что его действия носили последовательный и целенаправленный характер и не сопровождались психопатологическими расстройствами, его поведение в судебном заседании, связанное с активной защитой своих прав и интересов в ходе судебного заседания путем самостоятельного избирания им собственной позиции относительно предъявленного обвинения, а также то, что состояние психического здоровья ФИО3 не лишало его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими в период времени, относящийся к инкриминируемым ему деяниям, и не лишает его этой возможности в настоящее время, суд признаёт подсудимого ФИО3 вменяемым в отношении инкриминируемых ему деяний.

При назначении наказания суд, в соответствии с ч. 3 ст. 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности преступлений, данные о личности подсудимого, в том числе обстоятельства, смягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

ФИО3 по месту жительства 

<

данные изъяты>, а также администрацией 

<

данные изъяты> Кемеровского района Кемеровской области - характеризуется удовлетворительно (т. 2 л.д. 204, 206), по месту отбывания наказания в ФГУ «

<

данные изъяты>» (т. 2 л.д. 194-195), по месту жительства жителями 

<

данные изъяты> (т. 2 л.д. 208-209), с мест его работы, а также преподавателем 

<

данные изъяты> (т. 2 л.д. 207) - характеризуется положительно, трудоустроен, на учете у нарколога и психиатра не состоит (т. 2 л.д. 210, 212, 214, 215-216), 

<

данные изъяты>, не состоит на учете в медицинской части следственного изолятора, 

<

данные изъяты> (т. 2 л.д. 171), имеет малолетних детей: 

<

данные изъяты>. 

Суд признаёт и учитывает в качестве смягчающих наказание подсудимому обстоятельств, предусмотренных п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, его явку с повинной (т. 1 л.д. 40), в которой ФИО3 указал об обстоятельствах совершения им преступлений, а также его активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, поскольку он сразу после задержания, а также в ходе всего производства по делу давал подробные показания об обстоятельствах совершения им нападения на потерпевшую и лишения ее жизни, которые затем подтвердил в ходе проверки показаний на месте. 

В качестве смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, суд признает и учитывает – оказание медицинской помощи потерпевшей непосредственно после совершения преступлений, выразившейся в предпринятых ФИО3 мерах по вызову «скорой помощи» для оказания помощи Б. после причинения той телесных повреждений, т.к. из показаний подсудимого, свидетеля В. следует, что вызов врачей «скорой помощи» осуществлялся ФИО3, что подтверждается также данными осмотра детализации телефонных соединений абонента №, производившего экстренные исходящие звонки по номерам 022, 033 (т. 1 л.д. 145-150), а также копией карты вызова «скорой помощи» от 11.01.2017 года (т. 1 л.д. 157), из содержания которой следует, что в 02-07 11.01.2017 года вызов бригады «скорой помощи» был осуществлен по телефону №, которым пользовался ФИО3

Суд признаёт и учитывает в качестве смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ, - наличие у подсудимого 

<

данные изъяты> малолетних детей (т. 2 л.д. 168, 169, 170). 

Суд также признаёт в качестве обстоятельств, смягчающих наказание подсудимому: его 

<

данные изъяты> возраст, признание им вины и раскаяние в содеянном, трудоустроенность ФИО3, то, что он удовлетворительно характеризуется по месту жительства, положительно характеризуется по месту отбывания наказания, по месту жительства жителями 

<

данные изъяты>, преподавателем 

<

данные изъяты>, а также по местам его работы, наличие у подсудимого престарелых родителей, нахождение Г. в отпуске по уходу за ребенком, состояние здоровья ФИО3, ранее обращавшегося за медицинской помощью.

Отягчающих наказание обстоятельств не усматривается.

Судом установлено, что ФИО3, совершая преступления в отношении потерпевшей, находился в состоянии алкогольного опьянения. Учитывая положения ст. 63 ч. 1.1 УК РФ, обстоятельства совершенных преступлений, данные о личности подсудимого, суд считает возможным не признавать отягчающим наказание обстоятельством совершение ФИО3 преступлений в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя.

Учитывая в совокупности все вышеуказанные обстоятельства, суд приходит к выводу, что цели наказания, предусмотренные ч. 2 ст. 43 УК РФ не могут быть достигнуты без реальной изоляции подсудимого от общества, в связи с чем полагает, что исправление подсудимого возможно лишь в условиях реального отбывания им наказания в виде лишения свободы, и не усматривает оснований к назначению наказания с применением положений ст. 73 УК РФ.

В связи с наличием смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных п. «и, к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, и отсутствием отягчающих наказание обстоятельств, при назначении ФИО3 наказания за преступление, предусмотренное п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ, суд применяет положения ч. 1 ст. 62 УК РФ, согласно которым наказание не может превышать 2/3 максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного законом за данное преступление. 

В соответствии с требованиями ч. 3 ст. 62 УК РФ, при назначении ему наказания по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ не могут быть применены положения ч. 1 ст. 62 УК РФ, поскольку санкцией ч. 2 ст. 105 УК РФ предусмотрено наказание в виде пожизненного лишения свободы и смертной казни.

Суд не усматривает оснований к назначению ФИО3 наказания с применением положений ст. 64 УК РФ, т.к. не установлено исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенных им преступлений, ролью и его поведением во время или после совершения преступлений, а также других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступлений. 

Оснований для изменения категории преступлений на менее тяжкую с учетом фактических обстоятельств преступлений и степени их общественной опасности суд, несмотря на наличие у подсудимого смягчающих наказание обстоятельств и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, в соответствии с правилами ч. 6 ст. 15 УК РФ – не усматривает.

На основании положений п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ, отбывание лишения свободы подсудимому необходимо назначить в исправительной колонии строгого режима.

Кроме того, с учётом характера, степени общественной опасности совершенных ФИО3 преступлений, обстоятельств содеянного и данных о личности подсудимого, суд полагает, что после отбытия основного наказания, за поведением ФИО3 должен осуществляться контроль, в связи с чем считает необходимым назначение ему по п. «в» ч. 4 ст. 162 и п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ дополнительного наказания в виде ограничения свободы, установив, в соответствии с положениями ст. 53 УК РФ, следующие ограничения: не изменять место жительства и пребывания и не выезжать за пределы территории муниципального образования, в котором тот будет проживать после отбывания основного наказания, без согласия уголовно-исполнительной инспекции, возложить обязанность являться в уголовно-исполнительную инспекцию два раза в месяц для регистрации. Препятствий для назначения ФИО3 данного наказания - не имеется.

С учетом совокупности всех обстоятельств, учитываемых при назначении наказания, характера и размера назначаемого основного наказания, материального положения подсудимого – суд не усматривает оснований для назначения подсудимому дополнительного наказания в виде штрафа по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ.

Поскольку ФИО3 совершил особо тяжкие преступления, то окончательное наказание по совокупности преступлений ему должно быть назначено по правилам ч. 3, 4 ст. 69 УК РФ путём частичного сложения основного и дополнительного наказаний.

Учитывая, что ФИО3 совершены умышленные особо тяжкие преступления в период испытательного срока условного осуждения по приговору Кемеровского районного суда Кемеровской области от 12.11.2015 года (т. 2 л.д. 183-184), на основании ч. 5 ст. 74 УК РФ, указанное условное осуждение подлежит отмене, с назначением наказания по правилам ст.70 УК РФ. 

В целях обеспечения исполнения приговора и поскольку подсудимый осуждается за совершение особо тяжких преступлений к реальному лишению свободы, учитывая положения ст.ст. 97, 99 и 108 УПК РФ, суд считает невозможным применение в отношении него иной, более мягкой, меры пресечения, не усматривает оснований для изменения или отмены избранной меры пресечения и полагает необходимым оставить подсудимому до вступления приговора в законную силу меру пресечения в виде заключения под стражу.

На основании ч. 3 ст. 81 УПК РФ, с учетом мнения сторон, вопрос о вещественных доказательствах по делу должен быть решён следующим образом: золотое кольцо, находящееся на хранении у потерпевшего А. – следует считать переданным потерпевшему А.; ножницы, ударную часть молотка, фрагменты костей, четыре металлических предмета – следует уничтожить; детализацию телефонных переговоров ФИО3, залоговый билет, заключение оценочной экспертизы ювелирного изделия – следует хранить при уголовном деле. В соответствии с п. 4.1 ч. 3 ст. 81 УПК РФ, п. «а» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ, флеш-карта и денежные средства в размере 2192 рубля 50 копеек – подлежат конфискации и обращению в доход государства, поскольку из совокупности вышеизложенных доказательств установлено, что денежные средства в размере 2192 рубля 50 копеек получены ФИО3 в результате совершения преступлений, а флеш-карта приобретена ФИО3 на деньги, вырученные от реализации похищенного имущества потерпевшей, в результате совершения преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ и п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

В соответствии с п. 5 ч. 2 ст. 131 УПК РФ, процессуальные издержки по настоящему уголовному делу, состоящие из сумм, выплаченных за защиту ФИО3 по назначению адвокату Мазуровой В.А. - в ходе предварительного следствия в размере 14052 рубля (постановление о возмещении процессуальных издержек от 10.03.2017 года (т. 2 л.д. 234-235), в ходе судебного разбирательства (постановление о вознаграждении адвоката от 15.08.2017 года) в размере 23400 рублей, в общей сумме 37452 рубля – подлежат взысканию с ФИО3 

ФИО3 возражал против взыскания с него указанной суммы процессуальных издержек, мотивируя это отсутствием у него денежных средств.

В соответствии с требованиями ст. 132 УПК РФ, суд считает процессуальные издержки подлежащими взысканию с ФИО3, т.к. он не заявлял об отказе от защитника, является трудоспособным, отбывание наказания в виде лишения свободы не препятствует его трудоустройству и наличию дохода. Отсутствие у него в настоящее время денежных средств или иного имущества само по себе не является достаточным условием признания его имущественной несостоятельности.

Вместе с тем суд считает, что в соответствии с ч. 6 ст. 132 УПК РФ ФИО3 следует частично освободить от уплаты процессуальных издержек, т.к. это может существенно отразиться на материальном положении его детей. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО3 виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ, п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Назначить ФИО3 наказание: 

по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ - в виде лишения свободы сроком на 9 (девять) лет с ограничением свободы сроком на 1 (один) год;

по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ - в виде лишения свободы сроком на 14 (четырнадцать) лет с ограничением свободы сроком на 1 (один) год.

В соответствии с ч. 3, 4 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний, назначить ФИО3 наказание в виде лишения свободы сроком на 16 (шестнадцать) лет с ограничением свободы сроком на 1 (один) год 6 (шесть) месяцев.

В соответствии с ч. 1 ст. 70 УК РФ, к назначенному наказанию частично присоединить неотбытую часть наказания, назначенного по приговору Кемеровского районного суда Кемеровской области от 12.11.2015 года, и окончательно назначить ФИО3 к отбытию наказание в виде лишения свободы сроком на 17 (семнадцать) лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы сроком на 1 (один) год 6 (шесть) месяцев, установив в соответствии со ст. 53 УК РФ в период отбывания ограничения свободы следующие ограничения: не изменять место жительства и пребывания и не выезжать за пределы территории муниципального образования, в пределах которого осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы, без согласия уголовно-исполнительной инспекции, возложить на осужденного обязанность являться в уголовно-исполнительную инспекцию два раза в месяц для регистрации.

Срок отбывания наказания ФИО3 исчислять с 15 августа 2017 года.

Зачесть в срок наказания ФИО3 время содержания его под стражей в период с 11 января 2017 года по 14 августа 2017 года включительно.

Меру пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО3 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения, с содержанием в ФКУ 

<

данные изъяты> ГУ ФСИН России по Кемеровской области.

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета процессуальные издержки в размере 20000 (двадцать тысяч) рублей.

Процессуальные издержки в размере 17452 (семнадцать тысяч четыреста пятьдесят два) рубля возместить за счет средств федерального бюджета.

После вступления приговора в законную силу вещественные доказательства: золотое кольцо, находящееся на хранении у потерпевшего А., – передать потерпевшему А.; ножницы, ударную часть молотка, фрагменты костей, четыре металлических предмета – уничтожить; детализацию телефонных переговоров ФИО3, залоговый билет, заключение оценочной экспертизы ювелирного изделия – хранить при уголовном деле; флеш-карту, денежные средства в размере 2192 рубля 50 копеек - конфисковать и обратить в доход государства. 

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в течение 10 суток со дня его постановления, а осуждённым – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем необходимо указать в апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесенные другими участниками уголовного процесса, вправе подать свои возражения в письменном виде и иметь возможность довести до суда апелляционной инстанции свою позицию непосредственно либо с использованием систем видеоконференцсвязи, а также поручать осуществление своей защиты избранному им защитнику, вправе отказаться от данного защитника, ходатайствовать перед судом о назначении защитника.

Судья Кемеровского 

областного суда Е.М. Гринсон