Дело № 2 - 993/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

31 марта 2017 года г. Саратов

Октябрьский районный суд г. Саратова в составе председательствующего по делу судьи Замотринской П.А.,

при секретаре Кашпорове А.А.,

при участии истца ФИО6, 

представителя истца ФИО6 – адвоката Зайцева С.М., действующего на основании ордера от 

<

дата>, 

представителя ответчика Министерства Финансов Российской Федерации в лице УФК по Саратовской области – ФИО7, действующей на основании доверенности от 

<

дата>,

представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Прокуратуры Саратовской области, - старшего помощника прокурора Октябрьского района г. Саратова - Прокофьевой Т.Ю., действующей на основании доверенности от 

<

дата>,

представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, СУ СК России по Саратовской области – ФИО8, действующей на основании доверенности от 

<

дата>,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6 к Министерству финансов Российской Федерации в лице УФК по Саратовской области, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, - Прокуратуры саратовской области, СУ СК России по Саратовской области, ФИО9, о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием,

установил:

ФИО6 обратился в суд с исковыми требованиями к Министерству финансов Российской Федерации в лице УФК по Саратовской области, в обоснование которых указал, что 

<

дата> СО по Фрунзенскому району г. Саратова СУ СК РФпо Саратовской области было возбуждено уголовное дело № попризнакам преступления, предусмотренного ч.2 ст. 293 УК РФ по фактупричинения тяжкого вреда здоровью ФИО2 в результате паденияна нее дерева у 

<

адрес> в 

<

адрес>. 

<

дата> заместителем руководителя СО по Фрунзенскому району г. Саратова СУ СК РФ по Саратовской области ФИО10 ему, ФИО6 было предъявлено обвинение в совершении указанного выше преступления. Данное обвинение предъявлено, исходя из занимаемой им должности заместителя Главы администрации Фрунзенского района г. Саратова по благоустройству и связано с тем, что, по мнению следственных органов, он якобы не надлежащим образом исполнял свои должностные обязанности и проявил тем самым халатность, повлекшую указанные в постановлении о возбуждении уголовного дела последствия. Обвинительное заключение по делу не было утверждено, поскольку постановлением заместителя прокурора Фрунзенского района г. Саратова ФИО3 от 

<

дата> возвращено следователю для производства дополнительного следствия. Несмотря на обжалование данного постановления руководителями СО по Фрунзенскому району г. Саратова СУ СК РФ по Саратовской области в вышестоящие прокурорские инстанции, оно было оставлено без изменения. При этом в постановлениях руководителей прокуратуры, в том числе первого заместителя прокурора Саратовской области ФИО5, обращено внимание на многочисленные процессуальные нарушения, допущенные в ходе расследования, а также на ненадлежащую, поверхностную оценку доводов стороны защиты о его невиновности и отсутствию в его действиях состава преступления. В ходе проведенного по делу тем же следственным органом дополнительного расследования, 

<

дата> вновь было вынесено постановление о его привлечении в качестве обвиняемого, данное уголовное дело по итогам дополнительного расследования вновь было направлено прокурору для утверждения обвинительного заключения с последующим направлением дела в суд. Однако обвинительное заключение вновь утверждено не было. Постановлением заместителя прокурора Фрунзенского района г. Саратова ФИО4 от 

<

дата> уголовное дело возвращено для производства дополнительного следствия, поскольку большинство указаний руководителей прокуратуры вновь не было исполнено, также не были опровергнуты доводы стороны защиты о моей невиновности. Данное постановление было обжаловано руководством следственного органа прокурору Фрунзенского района г. Саратова, который своим постановлением от 

<

дата> отказал в удовлетворении ходатайства об отмене постановления нижестоящего прокурора. Аналогичным образом поступил и.о. прокурора Саратовской области ФИО5, который своим постановлением от 

<

дата> отказал в удовлетворении ходатайства об отмене обоих решений нижестоящих прокуроров. 

<

дата> предварительное расследование по делу было возобновлено. В ходе дополнительного расследования, 

<

дата>, ему вновь было предъявлено обвинение, доводы о его невиновности следственными органами, в производстве которых находилось уголовное дело, были в очередной раз отклонены. По окончании очередного дополнительного расследования уголовное дело постановлением руководителя следственного органа ФИО16 от 

<

дата> было возвращено следователю для производства дополнительного расследования, оно было 

<

дата> принято к производству сотрудниками СО по Фрунзенскому району г. Саратова, проведен ряд дополнительных следственных и процессуальных действий. По итогам указанного дополнительного расследования 

<

дата> заместителем руководителя следственного отдела по Фрунзенскому району г. Саратова СУ СК РФ по Саратовской области ФИО10 было вынесено постановление о прекращении уголовного дела и уголовного преследования по реабилитирующим его основаниям, а именно по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст.24, п.2 ч.1 ст.27 У ПК РФ, в связи с отсутствием в его действиях признаков преступления, предусмотренного ч.2 ст.293 УК РФ. В соответствии с указанным постановлением, за мною признано в соответствии со ст. 134 УПК РФ право на реабилитацию, с возмещением вреда, связанного с уголовным преследованием. Таким образом, он незаконно привлекался к уголовной ответственности, общий срок незаконного уголовного преследования (с момента предъявления ему обвинения до вынесения постановления о прекращении уголовного дела) составил 1 год и 5 дней. В результате незаконного уголовного преследования ему причинен неизгладимый моральный вред, пострадал он, его семья, его близкие. Из требований закона и материалов уголовного дела № очевидно, что имел место факт привлечения его к уголовной ответственности, выразившийся в привлечении его в качестве обвиняемого, начиная со 

<

дата>, когда ему впервые было предъявлено обвинение, и в течение последующего периода времени, когда ему вновь неоднократно перепредъявлялось данное обвинение, с его участием проводились иные многочисленные действия в статусе обвиняемого. Факт незаконности его привлечения к уголовной ответственности в совершении преступления, предусмотренного ст. 293 ч. 2 УК РФ, подтверждается вынесением в отношении него постановлением от 

<

дата> о прекращении в отношении него уголовного дела и уголовного преследования за отсутствием признаков преступления, т.е. по реабилитирующим основаниям. В настоящее время указанное постановление никем не отменено и вступило в законную силу, в тексте постановления содержится информация о том, что он имеет право воспользоваться предусмотренным законом права на реабилитацию. Этим правом он желает воспользоваться. В связи с указанными обстоятельствами им было подано заявление на возмещение причиненного ему имущественного вреда в порядке реабилитации во Фрунзенский районный суд г. Саратова, по месту производства предварительного расследования. Моральный вред, причинённый ему в связи с его незаконным привлечением к уголовной ответственности за преступление. которого он не совершал, он оценивает в 500 000 рублей. Определяя указанную выше стоимость компенсации причиненного ему морального вреда он исходил из следующего. Период времени, в течение которого он пребывал в статусе обвиняемого, составляет более 1 года, а именно со 

<

дата>, когда ему впервые в рамках данного уголовного дела было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ст. 293 ч.2 УК РФ (то есть в совершении преступления средней тяжести, за которое законодатель предусматривает наказание в врде лишения свободы сроком до 5 лет), по 

<

дата>, когда было вынесено постановление о прекращении в отношении него уголовного дела и уголовного преследования в связи с отсутствием в его действиях признаков указанного выше преступления. На протяжении указанного периода времени он и его защитник Зайцев С.М. многократно ставили перед следственными органами вопрос о необходимости прекращения в отношении него уголовного преследования по реабилитирующим основаниям (мотивированные ходатайства об этом находятся в материалах уголовного дела), однако все они были отклонены следственными органами как необоснованные, при этом уголовное дело с обвинительным заключением дважды направлялось прокурору с целью его последующего направления в суд (третий раз обвинительное заключение не было согласовано руководством следственного комитета). С его участием было проведено большое количество следственных действий (допросы, очные ставки и т.д.), в ходе которых он был вынужден оправдываться перед следственными органами относительно его невиновности, что постоянно на протяжении 

<

дата> годов держало его в состоянии непрекращающегося стресса. Необходимость участия» в многочисленных следственных действиях, постоянная подготовка к даче показаний в качестве обвиняемого, подготовка текстов многочисленных мотивированных ходатайств, заявлений и жалоб (в том числе в суд в порядке ст. 125 УПК РФ на нарушение разумных сроков уголовного судопроизводства на стадии предварительного следствия) отрывали его от работы, не давали возможности сосредоточиться на выполнении своих должностных обязанностей. В качестве последствий этого ему в указанный период времени были объявлены выговоры, а именно: 

<

дата> приказ №-к и 

<

дата> приказ №. Он уверен в том, что данные факты примененных в отношении него мер дисциплинарного взыскания находятся в прямой причиной связи с фактом привлечения его к уголовной ответственности по указанным выше причинам. Меры дисциплинарного взыскания умаляли его авторитет среди коллег по работе и подчиненных, и принесли ему дополнительные нравственные страдания, что безусловно, является последствиями его незаконного привлечения к уголовной ответственности. Несмотря на то, что в рамках уголовного дела ему не избиралась мера пресечения, он не имел реальной возможности выехать за пределы 

<

адрес> и воспользоваться законным конституционным правом на отпуск, поскольку следственные действия с его участием производились с определенной регулярностью и он боялся в случае выезда за пределы региона сорвать проведение следственных действий. Его основной задачей в указанный период времени было попытаться доказать следственным органам его невиновность, для этого он был вынужден постоянно находиться в городе Саратове (место производства предварительного следствия по делу) с целью сбора доказательств его невиновности и представления их следственным органам. В период производства предварительного следствия по делу в различных Интернет - изданиях («Четвертая Власть» и другие) публиковались различные статьи, давались интервью руководителя и других представителей следственного органа, в производстве которого находилось данное уголовное дело, касающиеся якобы доказанности его виновности в совершении инкриминируемого ему преступления. Данные публикации имели большое количество просмотров, в том числе хорошо знающими его людьми, отношения с которыми ухудшились в результате указанных публикаций, что приносило ему дополнительные нравственные страдания из-за несправедливости данной ситуации, так как он понимал, что его честное имя порочат незаконно. Ранее он никогда не привлекался ни к уголовной, ни к административной ответственности, работал в различных правоохранительных органах и всячески боролся с людьми, нарушающими закон, поэтому ему было особенно обидно все происходящее с ним из-за его необоснованного привлечения к уголовной ответственности. Имея высшее юридическое образование (Саратовский юридический институт им ФИО11, 

<

дата> год), а также длительный стаж работы в правоохранительных органах (выслуга более 27 лет), замещение ответственных (публичных) должностей в органах федеральной и региональной исполнительной власти (министр информации и печати, федеральный инспектор аппарата полномочного представителя президента в ПФО и т.д.), он понимал всю надуманность сущности предъявленного ему обвинения, и в связи с этим испытывал глубокие моральные страдания при общении близкими и коллегами по работе, которые осуждали его за несовершенное им преступление. Таким образом, указанный выше период предварительного расследования причинял ему существенные нравственные страдания, для него было унизительно пребывать в статусе обвиняемого. Он постоянно испытывал чувство стыда и досады, чувствовал себя униженным и был вынужден оправдываться за то, чего он не совершал, доказывая свою невиновность. Все это в совокупности и повлекло причинение ему морального вреда в указанном выше размере. На основании изложенного истец просит взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование, в размере 500 000 рублей. 

Истец ФИО6 в судебном заседании заявленные исковые требования поддержал в полном объеме, пояснил, что факт моральных страданий подтверждается непосредственным привлечением его к уголовной ответственности, и вопрос стоит только в размере возмещения. Нельзя компенсировать моральные страдания, вред, причиненный деловой репутации, и никому, против кого уголовное преследование не длилось год, кто не был в статусе обвиняемого, кому не предъявлялось обвинительное заключение, этого не понять в полной мере. Цифра компенсации морального вреда подтверждена судебной практикой по аналогичному делу. На протяжении 30 лет после окончания высшего учебного заведения его деловая репутация была безупречной – безупречная работа в правоохранительных органах на ответственных должностях, должности в федеральных органах исполнительной власти, так и в региональных, так и в муниципальных. В настоящее время, с учетом происшедшего, его деловая репутация практически растоптана. Доказательства этому есть в материалах уголовного дела, это представление следственных органов в адрес администрации города Саратова, в котором 8 листов посвящены якобы совершенному им преступлению. В результате этого письма, без относительно того, как в итоге закончилось уголовное дело, все сотрудники администрации города Саратова знают, что в их честные ряды затесался преступник. Во время уголовного преследования и после него ставился вопрос о его увольнении, он привлекался к дисциплинарной ответственности, хотя ранее такого никогда не случалось. Уже после прекращения уголовного преследования СМИ со ссылками на следственные органы писали о том, что следствие не намерен отходить от своей точки зрения. После этих публикаций ему поступало множество звонков, он объяснял людям, что следствие уже прекращено, но ему никто не верил, ссылаясь на компетентных лиц в следственных органах, в результате чего опять в глазах окружающих он выглядел лгуном. О том, что возбуждено уголовное дело против него, публичного человека, знали все, а о том, что оно прекращено по реабилитирующим основаниям, не знал никто, об этом не уведомили даже его работодателя, и многие на работе до сих пор считают, что он продолжает находиться под следствием, в результате чего у него начинает складываться впечатление, что он какой-то не до конца оправданный. Фигурой он является публичной, занимает должность заместителя главы администрации, кроме того, у него есть общественные нагрузки, он является членом приемной комиссии в высшем учебном заведении, и эта публикация, не заслуженно порочащая его репутацию, негативным образом сказывает не только на его работе в администрации Фрунзенского района г. Саратова, но и на всей деятельности, что является для него дополнительным стрессом. Когда расследовалось дело, он, как человек, имеющий высшее юридическое образование, прекрасно видел, что оно расследуется не полно, не объективно, не всесторонне. Когда следствие зашло в тупик, то поручалась экспертиза в Поволжскую Акдемию госслужбы, чтобы там установили виновное лицо, и было установлено винное лиц – он. Это не могло не причинить ему дополнительные страдания. И только прокурор Фрунзенского района г. Саратова при изучении дела увидел это несоответствие, и категорически исключил из доказательств эту экспертизу, как полученную в нарушение норм УПК РФ. В итоге уголовное дело было прекращено на основании материалов, а именно экспертиз, которые были проведены задолго до предъявления ему обвинения. Получается, ему были предъявлены фантастические обвинения, которые им опровергались. Он, будет юристом, изучил, технические термины, представлял все доказательства, чтобы доказать свою неправоту. Это также причиняло ему дополнительные моральные страдания. 

Представитель истца адвокат Зайцев М.А в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме, просил их удовлетворить, пояснил, что сумма, указанная в просительной части, полностью соответствует тем объемным и серьезным нравственным страданиям, которые его подопечному пришлось перенести. Он сам был свидетелем этих фактов, все это происходило на его глазах, поскольку вся ситуации была связана с привлечением к уголовной ответственности Шутова в декабре 2015 года до сегодняшнего дня, когда идет процесс реабилитации. Человек пострадал, он мучился, сомневался в своем будущем, и это было очевидно. Можно говорить, что восторжествовала справедливость, но от части это и заслуга ФИО6, поскольку он добросовестно относился к выполнению профессиональных обязанностей и смог убедить органы следствия в том, что здесь нет состава преступления, но если бы этого не произошло, то сейчас последствия были бы достаточно серьезными, и соизмерять их даже с этой суммой исковых требований было бы неправильно. 

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации в лице УФК по Саратовской области ФИО7 в судебном заседании против удовлетворения заявленных требований возражала по основаниям, изложенным в письменных возражениях на исковое заявление, в соответствии с которыми из материалов уголовного дела № усматривается, что 

<

дата> следственным отделом по Фрунзенскому району г. Саратова СУ СК России по Саратовской области было возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 УК РФ. 

<

дата> ФИО6 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 УК РФ. 

<

дата> постановлением заместителя руководителя следственного отдела по Фрунзенскому району г. Саратова СУ СК России по Саратовской области уголовное дело № и уголовное преследование в отношении ФИО6 по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 УК РФ, прекращено по п. 2 ч. 1 ст. 24, п. 2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, в связи с отсутствием в действиях признаков преступления, и признано право на реабилитацию. Вместе с тем Конституционный Суд Российской Федерации в своих определениях от 

<

дата> №, от 

<

дата> №, от 

<

дата> №, от 

<

дата> № изложил правовую позицию о том, что положительное решение суда по данному вопросу еще не свидетельствует о наличии у лица права на непосредственное возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. В отношении ФИО6 мера пресечения не избиралась, мера процессуального принуждения не применялась, срок уголовного преследования составил 1 год 5 дней. Ссылки истца на то, что в период уголовного преследования из-за участия в многочисленных следственных действиях, которые отрывали его от работы, ему объявлялись выговоры, являются несостоятельными вследствие недоказанности факта причинно-следственной связи между уголовным преследованием и данными обстоятельствами, поскольку применение со стороны работодателя в отношении истца мер дисциплинарного взыскания могло осуществиться и вследствие каких- либо иных обстоятельств. Кроме того, ФИО6 полагает, что был ограничен в правах в период уголовного преследования, а именно, не имел реальной возможности выехать за пределы 

<

адрес> и воспользоваться правом на отпуск. Данные доводы являются несостоятельными, поскольку в отношении ФИО6 мера пресечения не избиралась, мера процессуального принуждения не применялась. Следовательно, отсутствие избрания меры пресечения в отношении ФИО6 никак не ограничивало свободу передвижения истца. Даже в случае избрания меры пресечения можно отлучиться с места жительства в соответствии с ч. 1 ст. 102 УПК РФ с разрешения должностного лица, избравшего меру пресечения. Кроме того, доказательств о том, что истцу по его заявлению было отказано в предоставлении работодателем отпуска, не представлено. Сумма в размере 500 000 рублей, заявленная истцом компенсации перенесенных физических и нравственных страданий, не подтверждается какими-либо доказательствами. Кроме того, является чрезмерно завышенной. Действующее законодательство не предусматривает возможности освобождения от доказывания как самого факта причинения лицу физических и нравственных страданий, так и размера требуемой суммы при наличии незаконных действий государственных органов. Размер причиненного морального вреда должен доказываться наряду со всеми иными обстоятельствами по делу. Истец не представил достаточных доказательств, подтверждающих причинение ему морального вреда в связи с привлечением к уголовной ответственности за совершение преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 УК РФ, по которому впоследствии уголовное дело № было прекращено. Истец указывает также, что моральные и нравственные страдания ему нанесло публичное оглашение незаконного привлечения его к уголовной ответственности по ч. 2 ст. 293 УК РФ. Вместе с тем, в силу ст. 62 Закона РФ от 27 декабря 1991 года. № 2124-1 «О средствах массовой информации» моральный (неимущественный) вред, причиненный гражданину в результате распространения средством массовой информации не соответствующих действительности сведений, порочащих честь и достоинство гражданина либо причинивших ему иной неимущественный вред, возмещается по решению суда средством массовой информации, а также виновными должностными лицами и гражданами в размере, определяемом судом. Таким образом, принимая во внимание тот факт, что наличие самого права на реабилитацию не является основополагающим обстоятельством для взыскания морального вреда, истцом не представлено каких-либо доказательств причинения ему физических или нравственных страданий в связи с уголовным преследованием по ч. 2 ст. 293 УК РФ, учитывая фактические обстоятельства уголовного дела, а также то, что истцом не представлено каких-либо доказательств причинения морального вреда в заявленном размере, с учетом принципа разумности и справедливости существенно снизить ФИО6 чрезмерно завышенный заявленный размер компенсации моральноговреда. 

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, СУ СК России по Саратовской области ФИО8 в судебном заседании против удовлетворения заявленных требований возражала по основаниям, изложенным в письменных возражениях на исковое заявление, в соответствии с которыми исковые требования о компенсации морального вреда истец мотивирует тем, что 

<

дата> следственным отделом по Фрунзенскому району г.Саратов СУ СК России по Саратовской области возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст.293 УК РФ по факту причинения тяжкого вреда здоровью ФИО2 в результате падения на нее дерева у 

<

адрес>. 

<

дата> в отношении ФИО6 - заместителя главы администрации Фрунзенского района г. Саратова по благоустройству было вынесено постановление о привлечении в качестве обвиняемого и ему предъявлено обвинение по ч. 2 ст. 293 УК РФ. По завершению предварительного расследования уголовное дело неоднократно возвращалось прокуратурой для производства дополнительного расследования. После проведения дополнительного расследования 

<

дата> заместителем руководителя СО по Фрунзенскому району г.Саратов. ФИО10 в отношении ФИО6 вынесено постановление о прекращении уголовного дела и уголовного преследования в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного ч.2 ст.293 УК РФ, то есть по реабилитирующим основаниям (п.2 ч.1 ст.24, п.2 ч. 1 ст.27 УПК РФ). Истец указывает, что он незаконного привлекался к уголовной ответственности. Общий срок незаконного уголовного преследования составил 1 год 5 дней. Необходимость принятия участия в многочисленных следственных действиях по уголовному делу лишила его возможности выезжать за пределы 

<

адрес>, воспользоваться конституционным правом на отпуск, а также факт привлечения к уголовной ответственности негативно сказался на его работе, в связи с чем он дважды был привлечен к дисциплинарной ответственности, что подрывало его авторитет среди коллег и подчиненных. В период следствия во многих СМИ была размещена информация о данном уголовном деле, что причинило истцу нравственные страдания. Причиненный моральный вред ФИО6 оценивает в 500 000 рублей, который просит взыскать с казны государства. Требования истца являются необоснованными и не подлежат удовлетворению по следующим основаниям. 

<

дата> следственным отделом по Фрунзенскому району г.Саратов СУ СК России по Саратовской области возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст.293 УК РФ по факту причинения тяжкого вреда здоровью ФИО2 в результате падения на нее дерева у 

<

адрес>. 

<

дата> заместителем руководителя СО по Фрунзенскому району г. Саратов ФИО10 вынесено постановление о привлечении в качестве обвиняемого заместителя главы администрации Фрунзенского района г. Саратова по благоустройству ФИО6 по ч. 2 ст. 293 УК РФ, и 

<

дата> ему было предъявлено обвинение. Уголовное дело дважды направлялось прокурору для утверждения обвинительного заключения и направления дела в суд для рассмотрения по существу. На основании п. 2 ч. 1 ст. 221 УПК РФ уголовное дело было возвращено в следственный орган для производства дополнительного расследования. 

<

дата> постановлением руководителя СО по Фрунзенскому району г.Саратов ФИО16 уголовное дело возвращено для производства дополнительного расследования в порядке п. 2 ч. 1 ст. 39 УПК РФ. По итогам предварительного расследования заместителем руководителя СО по Фрунзенскому району г. Саратова ФИО10 

<

дата> в отношении ФИО6 вынесено постановление о прекращении уголовного дела и уголовного преследования в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 УК РФ (п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ). Как следует из материалов уголовного дела, ФИО6 в порядке ст.91 УПК РФ не задерживался, мера пресечения в отношении него не избиралась, меры процессуального принуждения не применялись, от занимаемой должности в период следствия он не отстранялся. Уголовное преследование в отношении него осуществлялось 1 год и 5 дней. ФИО6 обвинялся в совершении преступления относящегося в категории средней тяжести, в порядке ст.91 УПК РФ не задерживался, мера пресечения в отношении него не избиралась, меры процессуального принуждения не применялись, от занимаемой должности в период следствия не отстранялся. Уголовное преследование в отношении него осуществлялось 1 год и 5 дней. Доводы истца о том, что в период расследования уголовного дела из-за проведения следственных действий с его участием он не мог выезжать за пределы 

<

адрес>, а так же не имел возможности воспользоваться своим конституционным правом на отпуск, являются несостоятельными и не подтверждаются какими-либо доказательствами. Кроме того, не представлено каких-либо доказательств того, что привлечение его к дисциплинарной ответственности по месту работы находится в причинно-следственной связи с расследованием уголовного дела. Истцом не представлено доказательств того, что привлечение к уголовной ответственности с последующим прекращением уголовного преследования по реабилитирующим основаниям, привело к наступлению для него каких-либо тяжких последствий. С учетом изложенного, заявлена несоразмерная сумма компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности, ее размер завышен и не отвечает требованиям разумности и справедливости.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Прокуратуры Саратовской области – Прокофьева Т.Ю. возражала против удовлетворения исковых требований, пояснила, что незаконное привлечение к уголовной ответственности является безусловным основанием для взыскания компенсации морально вреда, однако заявленная сумма завышена и не подтверждается какими-либо доказательствами. Как следует из материалов уголовного дела истец в порядке статьи 291 УПК РФ не задерживался, мера пресечения в отношении него не избиралась, меры процессуального принуждения не применялись, и от занимаемой должности на период следствия он не отстранялся. Считает, что истцом не представлено доказательств, что привлечение его в качестве обвиняемого нанесло ему какие-либо нравственные страдания, поэтому при определении компенсации морального вреда, просила суд учитывать требования разумности и справедливости.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО12 в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом, причина неявки суду не известна. В судебном заседании 

<

дата> пояснил, что действительно, дело было возбуждено, и ФИО6 привлекался в качестве обвиняемого по делу, но впоследствии дело было обосновано прекращено, с разъяснением истцу права на реабилитацию, которым он воспользовался в полном объеме. Действительно, с учетом всех обстоятельств дела в рамках следствия меры процессуального принуждения и пресечения к истцу не применялись, не было следственных действия, которые бы нарушали Конституционные права истца. С учетом данных обстоятельств размер компенсации морального вреда должен быть ниже.

При таких обстоятельствах с учетом положений ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определил рассмотреть дело в отсутствие не явившегося в последнее судебное заседание третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора. 

Изучив доводы искового заявления, возражений на исковое заявление, выслушав объяснения участников процесса, показания свидетелей, исследовав материалы гражданского дела и материалы уголовного дела, суд приходит к следующему. 

Согласно ст.ст. 52 и 53 Конституции РФ к числу гарантированных конституционных прав граждан относится право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии с положениями ч. 1 ст. 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. 

Как следует из ч. 2, 2.1 и 3 указанной выше статьи, а также из разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют:

подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор,

подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения, 

подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса; в том числе и лицо, уголовное преследование в отношении которого прекращено по указанным основаниям по части предъявленного ему самостоятельного обвинения (например, при прекращении уголовного дела за отсутствием состава преступления, предусмотренного статьей 105 УК РФ, при обвинении в убийстве и краже). 

осужденный - в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части первой статьи 27 настоящего Кодекса непричастность подозреваемого или обвиняемого к совершению преступления: 

непричастность подозреваемого или обвиняемого к совершению преступления, 

прекращение уголовного дела в связи с отсутствием события преступления; 

прекращение уголовного дела в связи с отсутствием в деянии состава преступления, 

прекращение уголовного дела в связи истечением сроков давности уголовного преследования; 

прекращение уголовного дела в связи со смертью подозреваемого или обвиняемого,

прекращение уголовного дела в связи с отсутствием заключения суда о наличии признаков преступления в действиях одного из лиц, указанных в пунктах 2 и 2.1 части первой статьи 448 настоящего Кодекса, либо отсутствие согласия соответственно Совета Федерации, Государственной Думы, Конституционного Суда Российской Федерации, квалификационной коллегии судей на возбуждение уголовного дела или привлечение в качестве обвиняемого одного из лиц, указанных в пунктах 1 и 3 - 5 части первой статьи 448 настоящего Кодекса. 

лицо, к которому были применены принудительные меры медицинского характера, - в случае отмены незаконного или необоснованного постановления суда о применении данной меры. 

право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, в порядке, установленном настоящей главой, по уголовным делам частного обвинения имеют лица, указанные в пунктах 1 - 4 части второй настоящей статьи, если уголовное дело было возбуждено в соответствии с частью четвертой статьи 20 настоящего Кодекса, а также осужденные по уголовным делам частного обвинения, возбужденным судом в соответствии со статьей 318 настоящего Кодекса, в случаях полной или частичной отмены обвинительного приговора суда и оправдания осужденного либо прекращения уголовного дела или уголовного преследования по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2 и 5 части первой статьи 24 и пунктами 1, 4 и 5 части первой статьи 27 настоящего Кодекса. 

любое лицо, незаконно подвергнутое мерам процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» основанием для возникновения у лица права на реабилитацию является постановленный в отношении его оправдательный приговор или вынесенное постановление (определение) о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 УПК РФ, либо об отмене незаконного или необоснованного постановления о применении принудительных мер медицинского характера.

Право на реабилитацию признается за лицом дознавателем, следователем, прокурором, судом, признавшими незаконным или необоснованным его уголовное преследование (принявшими решение о его оправдании либо прекращении в отношении его уголовного дела полностью или частично) по основаниям, перечисленным в части 2 статьи 133 УПК РФ. 

В соответствии с ч. 1 ст. 134 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию. Одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

После вступления в законную силу указанных решений суда, а также вынесения (утверждения) постановлений дознавателем, следователем, прокурором реабилитированному лицу должно быть направлено извещение с разъяснением установленного статьями 133, 135, 136, 138, 139 УПК РФ порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием, в котором, в частности, должно быть указано, какой вред возмещается при реабилитации, а также порядок и сроки обращения за его возмещением.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 11 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации исковое заявление о возмещении вреда, причиненного в результате незаконного или необоснованного уголовного преследования (в части требований, оставленных без рассмотрения в порядке уголовного судопроизводства), в соответствии с частью 6 статьи 29 ГПК РФ может быть подано реабилитированным по его выбору в суд по месту своего жительства или в суд по месту нахождения ответчика. При этом реабилитированный освобождается от уплаты государственной пошлины (подпункт 10 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации).

При разрешении требований реабилитированного суд не вправе возлагать на него обязанность доказать наличие вины конкретных должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в причинении ему вреда в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием, поскольку в силу положений пункта 1 статьи 1070 ГК РФ, а также части 1 статьи 133 УПК РФ такой вред подлежит возмещению независимо от вины указанных лиц.

Таким образом, право на реабилитацию должно быть признано за лицом в порядке, предусмотренном ст. 134 УПК РФ, дознавателем, следователем, прокурором, судом в приговоре, определении, постановлении. 

Исковое заявление о возмещении морального вреда в порядке гражданского судопроизводства может быть подано реабилитированным лицом, то есть лицом, за которым признано право на реабилитацию. 

В материалах гражданского дела и в материалах исследованного уголовного дела имеется постановление заместителя руководителя следственного отдела по Фрунзенскому району г. Саратова следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Саратовской области подполковника юстиции ФИО9, которым уголовное дело № и уголовное преследование в отношении ФИО6 прекращено по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24, п. 2 ч. 1 ст. 27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с отсутствием в действиях признаков преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 Уголовного кодекса Российской Федерации (л.д. 13-19 гражданского дела). 

Таким образом, указанные выше требования закона истцом при подаче в суд заявления о компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, соблюдены. 

При таких обстоятельствах, учитывая прекращение уголовного преследования по уголовному делу в отношении истца по реабилитирующему основанию, наличие указания в постановлении следователя о признании за ним права на реабилитацию по этим основаниям, а также положения ст. 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд полагает требования истца о взыскании в его пользу компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием, законными, обоснованными и подлежащими удовлетворению с учетом требований о разумности и справедливости взыскиваемой компенсации. 

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает следующее. 

Согласно ч. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В соответствии со ст. 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В силу ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии со ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда, среди прочего в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Из ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда также должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Пунктом 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» установлено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Моральный вред причинен истцу действиями органа предварительного следствия, то есть государственного органа, и подлежит возмещению независимо от вины должностных лиц.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда», размер компенсации морального вреда зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае и иных заслуживающих внимания обстоятельств.

Как следует из материалов уголовного дела, уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 Уголовного кодекса Российской Федерации по факту халатности со стороны неустановленных должностных лиц администрации муниципального образования «Город Саратов» и администрации Фрунзенского района муниципального образования «Город Саратов» было возбуждено 

<

дата> (л.д. 1-2 тома 1 уголовного дела). 

<

дата> от ФИО6 были отобраны объяснения (л.д. 43-45 тома 1 уголовного дела). 

<

дата> и 

<

дата> ФИО6 допрошен в качестве свидетеля по делу (л.д. 106-108 тома 2 уголовного дела, 212-216 тома 4 уголовного дела). 

<

дата> с участием свидетеля ФИО6 проведена очная ставка (л.д. 159-164 тома 4 уголовного дела). 

<

дата> ФИО6 привлечен в качестве обвиняемого по уголовному делу №, ему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 Уголовного кодекса Российской Федерации (л.д. 226-233 тома 5 уголовного дела). 

<

дата> ФИО6 допрошен в качестве обвиняемого (л.д. 234-236 тома 5 уголовного дела). 

В этот же день ФИО6 и его защитник ознакомлены в постановлениями о назначении судебных экспертиз, с протоколами допроса экспертов (л.д. 237-240, л.д. 241-242 тома 5 уголовного дела). 

11, 

<

дата>, 

<

дата> ФИО6 дополнительно допрошен в качестве обвиняемого (л.д. 1-7, 53-55, 154-166 тома 6 уголовного дела). 

<

дата> ФИО6 повторно привлечен в качестве обвиняемого по уголовному делу №, ему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 Уголовного кодекса Российской Федерации (л.д. 50-58 тома 7 уголовного дела). 

В этот же день ФИО6 вновь допрошен в качестве обвиняемого по делу (л.д. 59-73 тома 7 уголовного дела). 

<

дата> Главе администрации муниципального образования «Город Саратов» ФИО1 заместителем руководителя СО по Фрунзенскому району г. Саратова СУ СК России по Саратовской области ФИО10 было направлено представление о принятии мер по устранению обстоятельств, способствующих совершению преступления, в котором на 8 листах описано, что ФИО6 совершено преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 293 Уголовного кодекса Российской Федерации – халатность, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей вследствие недобросовестного или небрежного отношения к службе, если это повлекло существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека (л.д. 79-86 тома 7 уголовного дела). 

<

дата> ФИО6 и его защитник уведомлены об окончании следственных действий (л.д. 87-88 тома 7 уголовного дела). 

С 

<

дата> по 

<

дата> ФИО6 и его защитник ознакомлены с материалами уголовного дела (л.д. 95-97, л.д. 98-101, л.д. 102-105 тома 7 уголовного дела – протоколы ознакомлений, л.д. 106, 107 тома 7 уголовного дела – графики ознакомлений). 

<

дата> составлено обвинительное заключение, в котором ФИО6 обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 Уголовного кодекса Российской Федерации (л.д. 122-239 тома 7 уголовного дела). 

<

дата>, 

<

дата>, 

<

дата> с участием ФИО6 проведены очные ставки (л.д. 39-44, л.д. 50-54, 55-59 тома 8 уголовного дела). 

<

дата> ФИО6 привлечен в качестве обвиняемого по ч. 2 ст. 293 Уголовного кодекса Российской Федерации (л.д. 64-73 тома 8 уголовного дела). 

В этот же день 

<

дата> ФИО6 допрошен в качестве обвиняемого (л.д. 74-76 тома 8 уголовного дела). 

Также ФИО6 допрошен в качестве обвиняемого 

<

дата> (л.д. 86-95 тома 8 уголовного дела). 

<

дата> ФИО6 и его защитник уведомлены об окончании следственных действий (л.д. 186-187 тома 8 уголовного дела). 

С 1 по 

<

дата> ФИО6 и его защитник ознакомлены к материалами уголовного дела (л.д. 198-201 – протокол ознакомления, л.д. 202, 203 – графики ознакомлений

<

дата> составлено обвинительное заключение, в котором ФИО6 обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 Уголовного кодекса Российской Федерации (том 9 уголовного дела). 

<

дата> ФИО6 вновь допрошен в качестве обвиняемого по уголовному делу (л.д. 87-104 тома 10 уголовного дела). 

19, 20, 

<

дата> ФИО6 и его защитник ознакомлены с постановлениями о назначении судебных экспертиз (л.д. 236-237 тома 11 уголовного дела, л.д. 6-7, 10 тома 13 уголовного дела)

<

дата> ФИО6 привлечен в качестве обвиняемого по ч. 2 ст. 293 Уголовного кодекса Российской Федерации (л.д. 13-23 тома 13 уголовного дела). 

В этот же 

<

дата> день ФИО6 допрошен в качестве обвиняемого (л.д. 24-26 тома 13 уголовного дела). 

Также ФИО6 допрошен в качестве обвиняемого 

<

дата> (л.д. 30-37 тома 13 уголовного дела). 

<

дата> ФИО6 и его защитник уведомлены об окончании следственных действий (л.д. 40-41 тома 13 уголовного дела). 

<

дата> ФИО6 и его защитник ознакомлены с материалами уголовного дела (л.д. 45-48 тома 13). 

<

дата> составлено обвинительное заключение, в котором ФИО6 обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 Уголовного кодекса Российской Федерации (л.д. 77-213 тома 13 уголовного дела). 

<

дата> постановление заместителя руководителя следственного отдела по Фрунзенскому району г. Саратова следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Саратовской области подполковника юстиции ФИО9, которым уголовное дело № и уголовное преследование в отношении ФИО6 прекращено по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24, п. 2 ч. 1 ст. 27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с отсутствием в действиях признаков преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 Уголовного кодекса Российской Федерации (л.д. 237-243 тома 13 уголовного дела). 

Таким образом, срок уголовного преследования ФИО6 составил более года, в ходе производства по уголовному делу ФИО6 неоднократно допрашивался в качестве обвиняемого, три раза ему предъявлялось обвинение, он и его защитник знакомились три раза по несколько дней знакомились с материалами дела, по делу три раза составлялось обвинительное заключение, в ходе производства по уголовному делу истцом и его защитником заявлено 8 ходатайств (л.д. 167 тома 6 уголовного дела, л.д. 38-39 тома 7 уголовного дела, л.д. 110-114 тома 7 уголовного дела, л.д. 204-215 тома 8 уголовного дела, л.д. 238-240, 243-244, 247-249 тома 11 уголовного дела, л.д. 49-63 тома 13). 

Во время привлечения к уголовной ответственности ФИО6 занимал должность муниципальной службы заместителя главы администрации по благоустройству Фрунзенского района муниципального образования «Город Саратов» (л.д. 81 тома 2 уголовного дела). характеризовался положительно, был награжден различными государственными медалями и наградами (л.д. 24, 38 тома 5 уголовного дела – характеристики, л.д. 25, 26, 27, 26, 29, 30, 31, 32 – удостоверения к медалям), награжден почетной грамотой Саратовской городской Думы (л.д. 33 тома 5 уголовного дела), ему объявлена благодарность Администрацией Фрунзенского района муниципального образования «Город Саратов» (л.д. 34-35 тома 5 уголовного дела), к уголовной ответственности ранее не привлекался (л.д. 39-40 тома 5 уголовного дела – требования о судимостях). 

При этом 

<

дата> и 

<

дата> Главой администрации Фрунзенского района муниципального образования «Город Саратов» вынесены приказы о привлечении ФИО6 к дисциплинарной ответственности (л.д. 20-21 гражданского дела). 

Кроме того, в материалах уголовного дела имелись судебные акты, которыми в пользу несовершеннолетней потерпевшей по уголовному делу в гражданско-правовом порядке взыскана денежная сумма в размере 600 000 рублей 00 копеек (л.д. 172-179 тома 8 уголовного дела – решение Фрунзенского районного суда г. Саратова, л.д. 180-183 – апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Саратовского областного суда от 

<

дата>). 

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля Свидетель 1 пояснила суду, что она работает в Администрации Фрунзенского района г. Саратова начальником отдела правовой кадровой работы. 

<

дата> у них в районе случалась беда, в результате порыва ветра произошло падение дерева на несовершеннолетнюю ФИО2 

<

дата> года рождения. По данному факту было возбуждено уголовное дело, обвинение было предъявлено заместителю главы администрации 

<

адрес> по благоустройству ФИО6. ФИО6 работает в администрации Фрунзенского района примерно с конца 

<

дата> года. К работе он относится ответственно, добросовестно выполняет свои обязанности, и обвинение его в должностном преступлении крайне негативно сказалось, как на его моральном, эмоциональном состоянии, так и на состоянии его здоровья. Не справедливое обвинение всегда вызывает внутренние страдания, тем более что ФИО6 имеет юридическое образование, и конечно видел, что следствие идет не в верном направлении, следствие растянулось на полтора года, и все это время ФИО6 находился в постоянном нервном напряжении. Насколько она помнит, как минимум 4 раза, в следственные органы были подготовлены и предоставлены пояснения по существу обстоятельств, которые легли в основу уголовного дела, эти пояснения были на 10 и более листах каждое. Соответственно огромное количество времени было потрачено на подготовку этих пояснений, Шутов постоянно изучал законодательство, готовил документы, запрашивал в различных органах, структурных подразделения администрации муниципального образования «Город Саратов», запрашивал нормативно правовые акты, связанные с рассмотрением дела, переписку, акты по приему передачи и так далее. Все эти документы он предоставлял следственным органам. Все это отнимало огромное количество времени, рабочий день Шутова увеличился, и вместо 8 часов в день, он работал по 14 и более часов, так как помимо исполнения своих должностных обязанностей, ему приходилось собирать доказательства для следствия. Такой режим работы продолжался на протяжении полутора лет, что отрицательно сказалось на его моральном и физическом состоянии. Хотелось бы отметить то, что Шутов не мог отдохнуть в отпуске, отпуск брал на 5 дней, но брал для получения материалах выплат, которые были необходимы в связи с расследуемым уголовным делом, для оплату услуг адвоката и так далее. Во время отпуска Шутов продолжал работать, как непосредственно своими обязанностями, так и сбором доказательств по уголовном делу, и фактически это был формальный отпуск. Учитывая то, что он работал на протяжении двух лет без отпуска, он был измотан, выглядел всегда усталым, подавленным, постоянно находился в эмоциональном напряжении, можно сказать, что на грани своих сил, на грани нервного срыва. Все это негативно сказывалось на работе, на его общении с коллегами. Отношения коллег изменилось, многие были уверены, что его уволят и осудят. В администрации проводились выемки документов следственными органами, постоянного готовились ответы, делалось огромное количестве ксерокопий различных документов, было задействовано большое количество сотрудников с разных отделов, и конечно, всех это раздражало, и о ФИО6 складывалось негативное мнение. Помимо коллег, у нас есть общие знакомые вне работы, отношения которых к Шутову изменилось. Многие заранее решили, что он виноват. Ему высказывали, то иронично, то с издевкой, о том, работает ли еще Шутов, не сидит ли он. Реакция людей понятна, так как СМИ раздули ситуацию таким образом, что мнение сложилось однозначное, Шутов – виноват. Конечно, все было жалко девочку, и благодаря средствам массовой информации, вся эта информация распространялась в однозначно варианте. Некоторые знакомые, которые более глубоко подошли к сложившейся ситуации и более объективно, они интересовались судьбой Шутова, и неоднократно сообщали ей о том, что он избегает с ними общения, и предполагали, что Шутову стыдно и неудобно, что он оказался в такой ситуации. Хотелось бы добавить по поводу СМИ, так как все эти события активно освещались, Интернет не скупился ни на эпитеты, ни на ярлыки, которые повесили на Шутова. Публикации выходили даже после прекращения уголовного дела в отношении Шутова, и все это сказывалось на моральном состоянии. Шутов был подавлен, морально раздавлен, испытывал нравственные страдания, что и отражалось на его здоровье. Он неоднократно жаловался ему на плохое самочувствие, а также на отсутствием возможности заняться лечением. Он объяснял это тем, что в отношении него ведется следствие, что он может потерять работу, что с таким пятном, он не сможет трудоустроится и содержать свою семью. В общем, он беспокоился за свое будущее, так как санкция за статью подразумевала определенное наказание, в том числе и лишение свободы. Его опасения были не без почвенными, руководством администрации неоднократно рассматривался вопрос об его увольнении, и это было связано именно с уголовным делом. Хочу также обратить внимание, что в 

<

дата> года, следственным отделом по Фрунзенскому району на имя главы администрации города было направлено представление, в котором было указано о том, что Шутов виновен, и в этом представлении содержалось требование о привлечении виновных лиц к дисциплинарной ответственности, и тогда очень остро стоял вопрос об отстранении его от должности, что, к сожалению не случилось, и Шутов продолжает работать по сегодняшний день. Всю эту ситуацию, Шутов очень тяжело переживал, много лет безупречной службы на разных должностях, в один момент были поставлены под сомнение. Было стыдно, что его обвиняются в преступлении, в результате которого пострадал ребенок, но при этом СМИ освещали ситуацию очень однобоко, нигде, ни в одном издании не проходила информация о том, что Шутов организовал помощь для пострадавшей девочки, он организовал сбор денежные средств для нее, в том числе через сайт администрации эти деньги были переданы матери, также Шутов оказывал ей помощь в лечении, в санаторном лечении, договаривался за путевку, санаторий, также ей, вне очереди, была оформлена инвалидность. Но и это, тем не менее не освещалось в СМИ, там была однозначная позиция о его виновности, что он преступник. За время работы Шутова в администрации района, деревьев было спилено больше, что их спилили за несколько предыдущих лет, и в целом благоустройство района, в том время, когда Шутов управлял благоустройством районе значительно улучшилось. Все они свидетели, как изменился детский парк, как изменилась аллея роз, превратившись в зону отдыха, и в этом есть заслуга ФИО6. Не смотря на это, СМИ приклеило ему ярлык, он чиновник, и такой черствый человек, которые так плохо подошел к исполнению своих обязанностей. Конечно, все это для него было болезненно, и все это он очень сильно переживал. Она так говорит, потому что на протяжении всего времени, они общались с ФИО6 и он делился своими переживаниями, и они все сочувствовали его состоянию и понимали его. Отдельно хотелось бы сказать о следствие, основные значимые события были установлены в первые 3-4 месяца, это еще до предъявления обвинения Шутову. Была проведена биологическая экспертиза, и не одна, которая установила причину падения дерева, поэтому фактически речь идет о том, что дерево упало в результате несчастного случая, при стечении определенных обстоятельств. Также установлено, что администрация районе с 

<

дата> года не содержала зеленые зоны в месте падания дерева, и что с 

<

дата>, зеленые зоны по всему району вдоль красных линий были переданы комитету дорожного хозяйства для содержания бюджетом муниципального образования «Город Саратов», а бюджет у нас принимается 

<

дата> года перед следующим, и соответственно это было 

<

дата>. Был принят бюджет на 2015 год, где деньги на содержание этих зеленых зон были переданы Комитету дорожного хозяйства. Также муниципальное задание между комитетом дорожного хозяйства и муниципальным предприятием «Дорстрой» было предусмотрено выполнение работ по данному адресу. Также были предоставлены акты выполненных работ, которые подтверждают, что были расходы и были перечислены деньги. Все что они говорит, было представлено органам следствия, и эти факты были впоследствии исследованы и этим доказательствам была дана оценка в суде, в рамках доказательств по гражданскому делу о возмещении морального вреда в интересах несовершеннолетней. Решением Фрунзенского районного суда г. Саратова от 

<

дата> было определено виновное лицо, но, не смотря на это, 

<

дата>, зная об этом, Следственный отдел Фрунзенского района направляет представление на имя главы администрации города, для принять мер дисциплинарного воздействия на Шутова, так как в нем ни о ком ином не было речи. Это колоссальные переживания, так как Шутов понимал, что уже судом определено виновное лицо, но, тем не менее, в отношении него принимаются данные меры, но он об этом сообщался следователю, это просто чудовищная несправедливость, которая отражалась на внутреннем состоянии. Дело было прекращено в декабре, хотя предпосылки были уже в марте. Иные версии следователем не рассматривались. Конечно, Шутов испытывал нравственные страдания, понимая что следствие рассматривает только одну версию. До настоящего времени следственные органы не приняли ни каких мер по реабилитации Шутова, работодателя, о прекращении уголовного дела Шутова, не уведомили, хотя это предусмотрено законодательством. Документы, изъятые в ходе следствия не возвращены, кроме трудовой книжки, а то что у нас в общем отделе изъяли входящую и исходящую переписку, журналы до сих пор не вернули. Через СМИ, информацию о прекращении уголовного дела, не озвучивали, однако представители Следственного комитета давали информацию в СМИ о виновности Шутова. Поэтому, она считает, что эти меры могли бы улучшить моральное состояние Шутова, поэтому он испытывает мучения и страдания. Она представляла интересы администрации Фрунзенского района при подаче иска во Фрунзенский районный суд г. Саратова. Иск подавала ФИО13, это мать ФИО14, на которую упало дерево, о возмещении морального вреда. При рассмотрении дела участвовала и прокуратура, и Боус – адвокат. Она, почему сказала об этом деле, потому что моральный вред может быть взыскан с виновного лица, и в ходе рассмотрения дела в качестве ответчика были привлечены администрация города, комитет по финансам, но в отношении них решение не было вынесено, оно было вынесено в отношении администрации города. Случай взыскания регрессных требований с Шутова возможен, потому что только после окончания уголовного дела они смогли бы взыскать. Если бы суд, взыскал моральный вред с администрации района, в лице Шутова, то можно было бы взыскать деньги регрессом, потому что это бюджетные деньги. Когда суд взыскали моральную компенсацию с города, тогда и мама и отец, подавали иски о взыскании морального вреда, и с администрации района они уже деньги не просили, они просили уже с города, причем все три процесса были зачислены в областном суде, и так четко указан ответчик, а именно администрация города. По их делу Фрунзенский районный суд г. Саратова взыскал 600 000 рублей в пользу девочки, и по 100 000 рублей в пользу каждого из родителей, девочка стала инвалидом. Представление было направлено на имя главы администрации муниципального образования «Город Саратов» Сараева, и соответственно рассматривалось в правовом комитете администрации города. Они им прислали запрос, они подготовили им документы, пояснения и глава администрации Фрунзенского района принимал решение, о привлечении Шутова к дисциплинарной ответственности, увольнять или нет. Увольнение Шутова было абсолютно реально, причем это единичный случай, когда чиновник становится фигурантом дела и продолжает работать, в основном стараются уволить. По роду своей деятельности, она не находится в прямом подчинении Шутова, как заместителя главы администрации. На время следствия Шутов от должности не отстранялся. Из-за того, что Шутов был под следствием, он работал по 12 – 14 часов, в табелях не отражался. Но у них ненормированный рабочий день, и работа по 14 часов в день была связана именно с этим, потому что она тоже участвовала в подготовке, а это огромные пачки бумаг, и в этом задействован был не один отдел. Документальных подтверждений нет. Выплачивалась ли заработная плата ему полностью на период следствия, она не знает, поскольку она не работает бухгалтером. Шутов очень сильно переживал данную ситуацию, он пытался помочь девочке, он ездил в больницу к главврачу, и помогал ей оформить инвалидность. Человек оказался невиновным, и старался помочь, а не просто показать пальцем на него, и сказать, что он виноват.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля Свидетель 2 пояснила суду, что она работает в администрации с 

<

дата> года, и с этого времени знает ФИО6 

<

дата> на девочку, в их районе упало дерево. Все были шокированы произошедшим и пытались оказать посильную помощь. Спустя какое-то время в отношении ФИО6 было возбуждено уголовное дело по статье – халатность. Дело в отношении ФИО6 рассматривалось до конца 

<

дата> года. Когда ему объявили дело, они были удивлены по той причине, что у них уже не было полномочий на тот участок. Шутов не мог в рамках исполнения своих должностных обязанностей ничего сделать, потому что они не являлись балансодержателем, плюс ко всему функции контроля у них тоже отсутствовали, функции были возложены на комитет дорожного хозяйства. Поэтому они были удивлены, и на Шутова это оказало сильное впечатление, он был шокирован. Весь год он пребывал в стрессе, был раздражителен, подавлен, постоянно ожидая решения о лишении его должности либо наказания. Все это сказывалось на работе, потому что ФИО6 лично начал изучать все законы, положения, они писали огромные трактаты, и направляли их в следственный орган. В это время выходили большое количество статей, в которых Шутов уже был признан виновным, и звучали они примерно так, что бывший министр печати области, а в настоящий момент работающий заместителем главы администрации Фрунзенского района г. Саратова по благоустройству не справился со своими должностными обязанностями, и по его халатности на девочку упало дерево и она оказалась инвалидом. Естественно, ФИО6 все это читал, и его это расстраивало. Это читал не только он, но и весь город. В это дело были притянуты не только администрация района, но и другие управления и ведомства, поэтому в отношении него сразу сформировалось мнение, что он виновен. Ей часто звонили и спрашивали о том, посадили ли Шутова, то есть уже было сформирован общественное мнение о виновности, но они знали, что этого не его вина, что они не осуществляли контроль за данной территорией, контроль был на комитете дорожного хозяйства. Отношение к нему изменилось, и сотрудников администрации, и иных лиц, которые ждали, пока он покинет место, чтобы занять его должность. Было и мнение о том, что девочка осталась инвалидом, а виновного нет. ФИО6 считали виновным, на основании статей уголовного кодекса, хотя следствие еще не закончилось. Сотрудники от него отвернулись и ждали, что вот-вот его уволят по статье. Они работают в такой структуре, где важно честь и достоинство и репутация, и если ее очернили, то сложно ее восстановить, и на сколько она знает, выходили статьи о его виновности, а о том, что сняты обвинения, она не слышала, думает, что люди не знают об этом. Вся стрессовая ситуация, которая длилась целый год, отразилась на здоровье ФИО6, потому что он уже не такой, как в 

<

дата> году, все сказалось на внешнем виде, он состарился. Были и моменты, когда он жаловался на сердце, после публикаций, и они бегали по администрации искали таблетки. Его можно было понять, так как непонятна была его судьба, он мог оказаться без работы и без возможности дальнейшего трудоустройства, так как никому не нужен бывший чиновник со статьей. В администрации ходило такое мнение, что даже если следственные органы не будут настаивать на лишении его должности, то его должность будет сокращаться.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля Свидетель 3 пояснил суду, что с ФИО6 они познакомились в 

<

дата> году, когда он пришел работать в администрацию района. В процессе работы выяснилось, что ФИО6 работал в 

<

данные изъяты>, а там никогда не работали люди без должного авторитета, таким же авторитетом ФИО6 пользовался и в администрации района. В 

<

дата> году, когда произошло происшествие с девочкой, первой реакцией было, что это все несчастный случай. Шутов был инициатором организации помощи ребенку, был организован сбор средств, санаторно-курортное лечение. Поскольку в круг обязанностей свидетеля входит работа с медицинскими учреждениями, он организовывал, что ребенок прошел медицинскую комиссию быстрее, то есть все необходимое содействие оказывалось, когда оно требовалось. В 

<

дата> года ФИО6 было предъявлено обвинение, это обсуждалось и на формальных совещаниях, и при личных встречах. В связи с тем, что было предъявлено обвинение, в негативную сторону изменилось отношение коллектива и руководства администрации, и просто у населения Фрунзенского района к истцу. В один из дней ФИО6 принимал всегда участие в сходе граждан, на котором жители попросили провести снос деревьев во дворе дома, и Шутов пояснил им, что не в состоянии привлечь подрядную организацию в связи с нецелевым расходованием денежных средств, но в ответ ему сказали, что они все бездушные чиновники, и правильно, что их подвергают уголовному преследованию. В это время было видно, как ФИО6 стих после этих слов. В дальнейшем, 

<

дата> года, у него (свидетеля) по рабочим моментам была встреча с руководителем СО СК России по Фрунзенскому района г.Саратова ФИО16, и уже в неформальном общении, он ему сказал: «Что там с Шутовым? Пусть не расстраивается, дело обязательно уйдет в суд». Для чего это было сказано и сказано именно ему, свидетель не знает. Он пересказал это ФИО6, который, конечно, был озабочен этими словами. Кроме того, о разговоре с начальником СО он доложил руководству администрации района, и видимо, в том числе и эта информация послужила большему негативному отношению к ФИО6 Были случаи, когда Шутов избегал неформальных встреч, которые происходят между работниками районной администрации. Также стоял вопрос либо об отстранении, либо об увольнении ФИО6, но, на сколько он знает, их юридическая служба не допустила этого, поскольку не видела правовых оснований. Он с ФИО6 часто взаимодействуют в работе, так как ежедневно проводятся планерки у главы администрации, кроме того у них принято в субботу приезжать на работу, объезжать район. Фактически они общались 6 дней в неделю. Свидетель видел, ФИО6 переживал, ответственно относился к ситуации, практически ежедневно общался с юристом администрации, советовался с иными лицами, рабочий стол был завален материалами по делу, он был погружен в бумаги, и соответственно, ему некогда было общаться на отвлеченные темы, это также сказывалось и на работе. Также ему было стыдно за то, что он - человек с таким прошлым, а его привлекают к уголовной ответственности за несчастный случай. 

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля Свидетель 4 пояснила суду, что с ФИО6 знакомы с 

<

дата> года, поскольку с этого времени она работает в администрации Фрунзенского района, и по своим должностным обязанностям их работа тесна связана. В ее подчинении находятся 13 образовательных учреждении, и они взаимодействует по вопросам благоустройства, которые находятся в непосредственном ведении ФИО6 За все время их совместной работы В.А. проявил себя как компетентный, опытный руководитель, всегда работа строилась четко, достаточно конструктивно, быстро решались проблемные вопросы. Но где-то с середины 

<

дата> года, когда его стали вызывать в следственный комитет на следственные действия, и по конец 

<

дата> года, было видно, что ФИО6 серьезно переживал. Всем было известно о следственных действиях, и этот период сказался на двух факторах, во-первых, на рабочем и психоэмоциональном состоянии ФИО6, который из общительного, веселого мужчины превратился в замкнутого на своих проблемах человека, выпал из круга общения. Было видно, что он рассеян, переживал, обескуражен и потерян. Было видно, что чем-то занят, загружен, постоянно начал задерживаться на работе. Во-вторых, по рабочим вопросам пошли сбои, он меньше стал уделять внимания своим основным обязанностям, потому что вечно был занят уголовным делом, готовил информацию для следствия. Очень переживал, потому что его могли привлечь к ответственности за то, чего он не совершал. Ну и конечно, со стороны коллег, все интересовались, что будет дальше. Его авторитету и имиджу был нанесен ущерб. Даже подведомственные учреждения, которые взаимодействуют с ФИО6, звонили ей (свидетелю) и узнавали о том, надо ли выполнять то или иное поручение ФИО6, потому что он находится под следствием. За время следствия ФИО6 получил два выговора, чего за ним ранее не наблюдалось, раньше все было четко, работа была налажена и не имела сбоев. Все женщины, поскольку коллектив преимущественно женский, и их руководитель отслеживали всю информацию в СМИ, звонили друг другу и уточняли, работает ли до сих пор ФИО6 С ней ФИО6 делился своими переживаниями, и, безусловно, морально ему было очень тяжело. То, что он переживал, было заметно. Ближе к концу 

<

дата> года ей стало известно, что уголовное дело прекратили, и ФИО6 признали невиновным, он показывал ей текст постановления, и по ФИО6 было видно, что он изменился, с облегчением вздохнул.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу ч. 2 ст. 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании, то есть представлены сторонами. Разрешая гражданско-правовой спор в условиях конституционных принципов состязательности и равноправия сторон и связанного с ними принципа диспозитивности, осуществляя правосудие как свою исключительную функцию (ч. 1 ст. 118 Конституции Российской Федерации), суд не может принимать на себя выполнение процессуальных функций сторон.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается, в первую очередь, поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий.

Статьями 59, 60, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Ни одно доказательство не имеет для суда заранее установленной силы, а решение суда основывается на совокупности всех представленных сторонами доказательств.

Оценка относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности является исключительной прерогативой суда.

Таким образом, исследовав представленные сторонами доказательства с учетом указанных положений закона, исходя из требований разумности и справедливости, из обстоятельств конкретного уголовного дела и настоящего гражданского дела, принимая во внимания обстоятельства, по которым было возбуждено уголовное дело, тяжесть предъявленного обвинения, срок привлечения истца к уголовной ответственности, количество процессуальных действий, произведенных с истцом, активное освещение привлечения истца к уголовной ответственности В СМИ, учитывая личностные характеристики истца, его социальное положение, суд приходит к выводу о необходимости взыскания с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу истца компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, в размере 150 000 рублей 00 копеек. 

При этом, уменьшая сумму компенсации морального вреда, заявленную истцом в качестве компенсации, суд учитывает, что в отношении истца на протяжении уголовного преследования не применялись меры пресечения или процессуального принуждения, обвинение ему было выдвинуто по статье средней тяжести, дело спустя 1 год и 5 месяцев было прекращено на следствие в отсутствии судебного разбирательства. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 193-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО6 к Министерству финансов Российской Федерации в лице УФК по Саратовской области, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, - Прокуратуры Саратовской области, СУ СК России по Саратовской области, ФИО9, о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием удовлетворить частично. 

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО6 компенсацию морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, в размере 150 000 копеек. 

В удовлетворении остальной части заявленных требований отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Саратовского областного суда через Октябрьский районный суд г. Саратова в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья подпись П.А. Замотринская