Дело № 2-356/2020 20 октября 2020 года

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Гатчинский городской суд Ленинградской области

в составе председательствующего судьи Леонтьевой Е.А.,

с участием прокурора Черкасова М.А.,

при секретаре Вохмяниной А.С.,

рассмотрев в судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО13 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Ленинградской области «Гатчинская клиническая межрайонная больница» о возмещении вреда, причиненного здоровью,

установил:

Истец обратилась в суд с указанным иском о возмещении вреда, причиненного здоровью в связи с оказанием медицинской помощи ненадлежащего качества и компенсации морального вреда, просит обязать ответчика возместить причиненный истцу вред в форме убытков и дополнительных расходов, произведенных в результате причинения вреда здоровью, в размере 600 738 рубля 8 копеек, взыскать в соответствии с положениями п. 6 ст. 13 ФЗ «О защите прав потребителей» штраф; обязать ответчика выплатить истцу компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей в связи с оказанием медицинской помощи с нарушением стандартов лечения.

Истец в суд явилась, на иске настаивала.

Представители ответчика в суд явились, возражали против удовлетворения иска, представили письменные возражения (т. 1, л.д. 253-254).

Третьи лица – Комитет по здравоохранению Ленинградской области, лечащий врач ФИО14 в суд не явились, о времени и месте судебного заседания извещены.

Суд считает возможным рассмотреть дело при объявленной явке на основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ).

Изучив материалы дела, выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, получив заключение судебной медицинской экспертизы, получив заключение прокурора об отсутствии оснований для удовлетворения иска, суд приходит к следующему. 

В обоснование заявленных требований истец указала, что ДД.ММ.ГГГГ г. в связи с полученной травмой, с множественными переломами голени, она была доставлена на скорой помощи в травматологическое отделение ГБУЗ ЛО Гатчинская клиническая межрайонная больница» (ответчик).

Ответчиком истице был поставлен диагноз – перелом большеберцовой и малоберцовой костей, перелом левой ключицы, перелом отростков позвонков 5 и 6, сотрясение мозга, лечащим врачом назначена ФИО15 (третье лицо).

В ГБУЗ ЛО «Гатчинская КМБ» истица находилась с ДД.ММ.ГГГГ г. по ДД.ММ.ГГГГ г., затем, ДД.ММ.ГГГГ г. врачи ГБУЗ ЛО «Гатчинская КМБ» предупредили ее, что нет необходимых спиц для проведения ей операции, а если истица хочет поставить блокируемый стержень диаметром 8 мм, который необходим для лечения, то необходимо оплатить за него (стержень) 60 тысяч рублей. Истец удивилась тому, что ей это было сказано за несколько часов до запланированной операции, но смогла найти этот стержень через знакомых врачей, и предложила его доставить в ГБУЗ ЛО «Гатчинская клиническая межрайонная больница», однако врачи ГБУЗ ЛО «Гатчинская КМБ» ей пояснили, что этот поставщик им не подходит и его услугами они не пользуются. 

ДД.ММ.ГГГГ г. истице была проведена операция на голени на основе имеющихся в больнице материалов, как считает истец, без оценки тяжести ее состояния, как пациента.

После операции истцу лечащим врачом ФИО16 был рекомендован постельный режим, по ее рекомендации необходимо было лежать 3-4 недели, так как нельзя давать нагрузку на позвоночник и ключицу, но при этом она выписывала истца домой раньше времени, так как с момента операции прошла всего одна неделя. Снимок позвоночника был датирован ДД.ММ.ГГГГ г. Контрольного снимка позвоночника истцу сделано не было. 

ДД.ММ.ГГГГ г. истицу снова планировали выписать, но она пояснила, что не может передвигаться и у нее плохое самочувствие: все дни с момента поступления в больницу истица испытывала боли в местах переломов, даже когда просто лежала, а если двигалась или переворачивалась, не могла спать даже под воздействием снотворного, у нее сохранялась постоянная повышенная температура, 37,8 – 37,9 градусов. О своем плохом самочувствии истец сообщала врачам. Несмотря на жалобы, истец была выписана ответчиком ДД.ММ.ГГГГ г., при этом больница не приняла мер для предоставления ей транспорта для доставления домой, сама истица передвигаться не могла.

Поскольку лечение, назначенное истцу ответчиком, не принесло положительного результата, а только ухудшило ее состояние, истец ДД.ММ.ГГГГ г. обратилась в ФГБОУ высшего образования «Северо-Западный государственный медицинский университет имени И.И. Мечникова» Министерства здравоохранения РФ, где ДД.ММ.ГГГГ г. получила лечение МОС в аппарате ФИО1. Для установки аппарата ФИО1, ей пришлось ломать кости, чтобы поставить их в анатомически верное положение и носить указанный аппарат до ДД.ММ.ГГГГ года.

Истец указывает, что из-за анатомически неверного установления спицы, врачами ГБУЗ ЛО «Гатчинская КМБ» было задержано ее выздоровление минимум на 1,5 года, продлена нетрудоспособность, так как она была вынуждена носить аппарат ФИО1 до ДД.ММ.ГГГГ года.

Вследствие ненадлежащего лечения ответчиком, как указывает истец, ею были понесены дополнительные расходы на приобретение лекарств, на общую сумму 48 704 рублей 8 копеек.

Сумма в размере 464 000 рублей относится к вынужденной трате на аренду квартиры в Невском районе Санкт-Петербурга и обеспечения себе возможности ездить в больницу им. И.И. Мечникова и травмпункт в период с ДД.ММ.ГГГГ г. по ДД.ММ.ГГГГ г. для явки к врачам в послеоперационный период. Ежемесячная оплата за аренду квартиры составляла 16 000 рублей. Также истцом были понесены вынужденные дополнительные расходы на такси, которое доставляло ее к врачам больницы им. И.И. Мечникова и травмпункт СПб ГБУЗ-Городская поликлиника № 120» для наблюдения в послеоперационный период, сумма вынужденных расходов на такси составила 88 034 рубля.

Истец указывала, что вышеперечисленные действия по некачественному оказанию ответчиком медицинской помощи в соответствии с медицинскими стандартами привели к физическим и нравственным страданиям истца, проведенная операция по установке спицы была сделана некачественно, не закреплены болты, которые должны были фиксировать ступню, кость была выгнута в противоположную от анатомической формы сторону, что причиняло боль, истца морально унижали, вымогая деньги на, якобы, не предусмотренный по ОМС стержень, потом неверно этот стержень установили, из-за чего сразу пытались выписать истца из больницы, не реагировали на ее жалобы по самочувствию. Из-за неверно установленной спицы истец потеряла время, длительное время испытывала моральные страдания и боль, не провела должного лечения по заживлению кости, так как это было физически невозможно. Она не имела возможности зарабатывать на инвалидной коляске в первые 3 месяца, а в дальнейшем на костылях и с аппаратом ФИО1 на ноге, покупала лекарства, приезжала на приемы к врачам на такси, так как на костылях не могла пользоваться общественным транспортом, вынуждена была арендовать квартиру в Невском районе города Санкт-Петербурга, чтобы получать квалифицированную медицинскую помощь от врачей травмпункта на ул. Ленской, 4, и от квалифицированных врачей больницы им. И.И. Мечникова.

Право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите; Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека (статьи 2 и 7, часть 1 статьи 20, статья 41 Конституции Российской Федерации).

Правовые, организационные и экономические основы охраны здоровья граждан определены Федеральным законом от 21.11.2011 года № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее – Закон).

В соответствии со ст.ст. 10, 19, 22 названного Закона граждане имеют право на доступную и качественную медицинскую помощь. Пациент имеет право на диагностику, лечение в медицинских организациях в условиях, соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям, получение консультаций врачей-специалистов, получить в доступной для него форме имеющуюся в медицинской организации информацию о состоянии своего здоровья, в том числе сведения о результатах медицинского обследования, наличии заболевания, об установленном диагнозе и о прогнозе развития заболевания, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных видах медицинского вмешательства, его последствиях и результатах оказания медицинской помощи.

Под качеством медицинской помощи понимается совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (п. 21 ст. 2 Закона).

Как следует из ч. 2 ст. 98 данного Федерального закона, медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Некачественное оказание медицинской помощи – оказание медицинской помощи с нарушениями медицинских технологий и правильности их проведения.

Одним из видов оказания медицинской помощи ненадлежащего качества является невыполнение, несвоевременное или некачественное выполнение необходимых пациенту диагностических, лечебных, профилактических, реабилитационных мероприятий (исследования, консультации, операции, процедуры, манипуляции, трансфузии, медикаментозные назначения и т.д.).

Для признания факта некачественного оказания медицинских услуг должны быть представлены доказательства, не только подтверждающие наличие дефектов в оказании медицинской помощи пациенту и причинение медицинскими работниками вреда в виде наступления негативных последствий, но и установление наличия прямой причинно-следственной связи между действиями работников медицинской организации по оказанию медицинской помощи пациенту и причинение вреда здоровью пациента (наступление смерти).

В соответствии со ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как указано в ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 г. № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье), или нарушающими его личные неимущественные права. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

В соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом (ст. 1100 ГК РФ).

Согласно ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда. Вред, причиненный правомерными действиями, подлежит возмещению в случаях, предусмотренных законом. В возмещении вреда может быть отказано, если вред причинен по просьбе или с согласия потерпевшего, а действия причинителя вреда не нарушают нравственные принципы общества.

Статьей 1068 ГК РФ предусмотрено, что юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В силу ст. 1084 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении договорных обязательств, возмещается по правилам, предусмотренным главой 59 ГК РФ, если законом или договором не предусмотрен более высокий размер ответственности.

В силу ст. 1095 ГК РФ вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу гражданина либо имуществу юридического лица вследствие конструктивных, рецептурных или иных недостатков товара, работы или услуги, а также вследствие недостоверной или недостаточной информации о товаре (работе, услуге), подлежит возмещению продавцом или изготовителем товара, лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем), независимо от их вины и от того, состоял потерпевший с ними в договорных отношениях или нет.

Продавец или изготовитель товара, исполнитель работы или услуги освобождается от ответственности в случае, если докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил пользования товаром, результатами работы, услуги или их хранения – ст. 1098 ГК РФ.

Как указано в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 ГК РФ). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 ГК РФ).

Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Согласно преамбуле Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-I "О защите прав потребителей" потребителем является гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности; исполнителем – организация независимо от ее организационно-правовой формы, а также индивидуальный предприниматель, выполняющие работы или оказывающие услуги потребителям по возмездному договору.

В пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" разъяснено, что к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей.

В соответствии с пунктом 4 статьи 13 Закона о защите прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) освобождается от ответственности за неисполнение обязательств или за ненадлежащее исполнение обязательств, если докажет, что неисполнение обязательств или их ненадлежащее исполнение произошло вследствие непреодолимой силы, а также по иным основаниям, предусмотренным законом.

В ходе рассмотрения гражданского дела была проведена судебная медицинская экспертиза, согласно которой по данным представленных медицинских документов было установлено, что ФИО17 в быту ДД.ММ.ГГГГ г. получила тяжелую сочетанную множественную травму: открытый оскольчатый фрагментарный перелом диафизов обеих костей левой голени со смещением костных отломков, закрытый перелом акромиального конца левой ключицы со смещением отломков, закрытый перелом поперечных отростков 2, 3, 4, 5 грудных позвонков без смещения костных отломков. Указанная травма в связи с наличием перелома диафиза большеберцовой кости (п. 6.11.8) не вызвала опасное для жизни состояние, но привела к значительной стойкой утрате общей трудоспособности не менее чем на одну треть (стойкая у трата общей трудоспособности свыше 30 процентов), независимо от исхода и оказания (неоказания) медицинской помощи, расценивается как тяжкий вред здоровью.

Комиссия экспертов пришла к выводу, что медицинская помощь ФИО18 в ГБУЗ ЛО «Гатчинская клиническая межрайонная больница» в период стационарного лечения с ДД.ММ.ГГГГ г. по ДД.ММ.ГГГГ г. оказывалась врачами в соответствии с действующими нормативными документами, правилами и протоколами лечения подобных травм, отмеченных в руководствах, клинических и методических рекомендациях. По представленным медицинским документам состояние ФИО19 в момент поступления в стационар ГБУЗ ЛО «Гатчинская клиническая межрайонная больница» было оценено врачами правильно, информация о больной и механизме травмы собрана в достаточном объеме, диагноз обоснован и установлен врачами в связи с объективными клиническими и рентгенологическими данными правильно и оформлен в соответствии с существующими классификациями. Больной выполнялись необходимые клинические, лабораторные и радиологические исследования головного мозга, органов грудной клетки, органов брюшной полости, таза, верхних и нижних конечностей. ФИО20 в ГБУЗ ЛО «Гатчинская клиническая межрайонная больница» консультирована врачами: травматологом, терапевтом, анестезиологом-реаниматологом, неврологом и рентгенологом. На основании полученных данных объективного обследования, ей врачами обоснованно был установлен основной диагноз: множественная травма, открытый оскольчатый фрагментарный перелом обеих костей левой голени со смещением костных отломков, закрытый перелом акромиального конца левой ключицы со смещением отломков, закрытый перелом поперечных отростков ТЬг - Ths(2, 3, 4, и 5 грудных позвонков) без смещения костных отломков. В стационаре больная получала обоснованное патогенетическое лечение. При поступлении выполнена первичная хирургическая обработка ран левой голени, иммобилизация гипсовой лонгетной повязкой плечевого пояса, скелетное вытяжение костей левой голени. ФИО21 проводилась комплексная медикаментозная терапия, направленная на стабилизацию жизненно-важных функций, предупреждение возможных осложнений. На 7-е сутки (28.09.2016 г.) выполнено оперативное вмешательство – остеосинтез костных отломков левой большеберцовой кости стержнем ЦИТО. По данным имеющегося описания выполненного рентгенологического исследования костей левой голени после остеосинтеза ДД.ММ.ГГГГ г. отмечено врачом-рентгенологом: стояние компонентов удовлетворительное; на рентгенограммах левой ключицы от ДД.ММ.ГГГГ г. – стояние костных отломков удовлетворительное. ДД.ММ.ГГГГ г. в удовлетворительном состоянии выписана на амбулаторное лечение, лечащим врачом ФИО22 даны необходимые рекомендации по дальнейшему лечению и наблюдению на амбулаторном этапе лечения.

Экспертами, проводившими экспертизу, не выявлено дефектов оказании медицинской помощи (дефектов диагностики, тактики, лечения и преемственности)при стационарном лечении ФИО23 в ГБУЗ ЛО «Гатчинская клиническая межрайонная больница» в период с ДД.ММ.ГГГГ г. по ДД.ММ.ГГГГ г..Поскольку дефектов оказания медицинской помощи не установлено, прямая причинно-следственная связь отсутствует, степень тяжести вреда, причиненного здоровью человека в результате дефектов оказания медицинской помощи не определялась в силу Порядка проведения судебно-медицинских экспертиз, утвержденных директором ФГБУ «Российский центр судебно-медицинской экспертизы МЗ РФ» проф., д.м.н., ФИО24., гл. СМЭ РФ.

При этом в экспертном заключении экспертами было отмечено, что отсутствие рентгенографического исследования костей левой голени ФИО25 произведенных в ГБУЗ ЛО «Гатчинская клиническая межрайонная больница», не позволяет в настоящее время судить об адекватности стабильной фиксации костных отломков стержнем ЦИТО.

Экспертами также было указано, что ФИО26 в результате бытовой травмы получила тяжелую сочетанную множественную травму: открытый оскольчатый фрагментарный перелом диафизов обеих костей левой голени со смещением костных отломков, закрытый перелом акромиального конца левой ключицы со смещением отломков, закрытый перелом поперечных отростков 2, 3, 4, 5 грудных позвонков без смещения костных отломков. Согласно данным медицинской литературы неблагоприятные результаты лечения у этой категории пострадавших достигает 39-70%, и этот показатель не зависит от способа обездвиживания костных отломков. Среди осложнений множественных травм выделяют замедленную консолидацию и ложные суставы костей голени, неправильно сросшиеся переломы, контрактуры и анкилозы суставов, остеомиелит, что требует длительной медицинской и социальной реабилитации, которые являются у данных пациентов основной причиной утраты трудоспособности и инвалидности, достигающей по данным МСЭК России 20-50%(т. 1, л.д. 137-158).

Допрошенный в судебном заседании эксперт-организатор подтвердил выводы, изложенные в экспертном заключении, пояснил, что рентгенологические снимки должны храниться в больнице с медицинской картой, могут быть выданы на руки пациенту; при лечении истца, в любом случае требовалась фиксация стержнем и больница все сделала правильно, истцу была сделана правильная фиксация, а что было после ее выписки из Гатчинской КМБ – неизвестно, так как истец два месяца не обращалась за медицинской помощью (т. 2, л.д. 89-90, 122). 

Ответчиком представлено заключением по результатам проверки, в котором указано, что ДД.ММ.ГГГГ гр. ФИО27 на имя главного врача учреждения было подано заявление о выдаче ей на руки медицинской карты по факту лечения травмы с ДД.ММ.ГГГГ; согласно объяснительной записки заведующего архивом ФИО28. медицинская карта № № стационарного больного ФИО29 ДД.ММ.ГГГГ была выдана на руки заместителю главного врача учреждения ФИО30 в связи с подачей гр. ФИО31 вышеуказанного заявления; с этого момента в архив карта не возвращена; с заместителем главного врача ФИО33 прекращены трудовые отношения ДД.ММ.ГГГГ; по информации заведующего отделением травматологии и ортопедии ФИО32 данная карта на отделении, где проходила лечение ФИО34, отсутствует (т. 1, л.д. 124).

Представители ответчика пояснили, что за время прохождения лечения истцу было сделано семь рентгенограмм: ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, что отражено в регистрационном журнале рентгенологического кабинета (т. 2, л.д. 49-52). Как пояснили представители ответчика, судя по отметкам в указанном журнале, рентгенограммы были выданы на руки истице. 

Как указано в представленной ответчиком справке, проверить наличие записи исследования компьютерной томографии в отношении гр. ФИО35 ДД.ММ.ГГГГ г.р. не представляется к возможным ввиду того, что сервер, на котором могла храниться запись исследования, вышел из строя в ДД.ММ.ГГГГ года. В настоящее время восстановить записи исследования компьютерной томографии не представляется возможным (т. 1, л.д. 126).

Истец пояснила, что ей были переданы только два снимка, которые она сфотографировала на телефон. В отношении данных снимков экспертами в заключении указано, что судебно-медицинской оценке они не подлежат, так как не видна костная структура в произведенных исследованиях, снимки являются не научными – выполнены не в специальных условиях, не имеют необходимой маркировки: отсутствуют отметки времени, технические характеристики аппарата, их производившего, описание характеристики съемки и т.д. (т. 1, л.д. 145). 

После проведения судебной медицинской экспертизы истец сообщила о медицинских организациях, куда она обращалась для амбулаторного лечения после выписки из Гатчинской КМБ.

Указанные истцом медицинские учреждения по запросу суда представили сохранившуюся у них медицинскую документацию в отношении истицы.

При изучении представленных материалов третье лицо – врач ФИО36 указала, что на рентгеновском снимке, сделанном после выписки ответчиком истца на амбулаторное лечение, видно, что гипсовая повязка укорочена. Врач пояснила также, что по правилам травматологии фиксируются два смежных сустава, что и было сделано при наложении повязки истцу, в связи с возникающими неудобствами в быту случается, что пациенты самостоятельно укорачивают гипсовые повязки, в данном случае, по мнению врача, самовольное нарушение высоты наложенной повязки после выписки из стационара могло привести к патологической подвижности.

Истец отрицала самовольное изменение гипсовой повязки после выписки ее ответчиком, при амбулаторном лечении.

По результатам дополнительной экспертизы, проведенной с учетом медицинской документации о прохождении истцом амбулаторного лечения, уточнений истца о том, что по ее мнению, при лечении ГБУЗ ЛО «Гатчинская клиническая межрайонная больница» в процессе установления стержня ЦИТО он не был правильно закреплен (одним болтом), кроме того, неправильно был развернут средний фрагмент (отломок) кости, что привело к замедлению сращивания перелома, комиссия экспертов указала следующее. 

По данным представленных медицинских документов на ДД.ММ.ГГГГ г. установлено наличие слабо консолидирующихся фрагментарных оскольчатых переломов обеих берцовых костей левой голени в условиях интрамедуллярного остеосинтеза большеберцовой кости с умеренным нарушением её оси и наличием укороченной гипсовой повязки на голени и стопе, верхний край которой (повязки) расположен на уровне головки малоберцовой кости левой голени, нижний – на уровне стопы. В настоящее время оценить положение костных отломков обеих берцовых костей левой голени, адекватность фиксации перелома после остеосинтеза стержнем ЦИТО от ДД.ММ.ГГГГ г. и состояние гипсовой повязки на ДД.ММ.ГГГГ г. не представляется возможным, так как рентгенограммы левой голени от этой даты (от ДД.ММ.ГГГГ г.) на судебно-медицинскую экспертизу не представлены. Эксперты отметили, что целесообразно было фиксировать после наложения стержня ЦИТО два смежных сустава ФИО37 (левого голеностопного и левого коленного). Учитывая всё изложенное, по данным представленных документов проследить уровень наложение гипса ФИО38ДД.ММ.ГГГГ г., причину и дату его укорочения, где и кем это было выполнено, не представляется возможным. 

Вопрос: «Правильно ли расположен (развернут) на стержне ЦИТО средний фрагмент (отломок) кости» экспертам не понятен. Эксперты пояснили, что по представленным рентгенограммам костей левой голени у ФИО39 определяются последствия травмы и оперативного лечения в виде наличия фрагментарных переломов обеих берцовых костей с допустимым умеренным смещением костных отломков и варусной деформацией: большеберцовой на уровне средней трети, малоберцовой кости на уровне верхней трети и на границе средней и нижней третей. В области перелома дистального отдела по наружной поверхности левой большеберцовой кости дополнительно определяется костный фрагмент треугольной формы, смещение его кнаружи на ширину кортикального слоя является допустимым при такой травме. Ширина стержня правильная и соответствует ширине костномозговой полости промежуточного фрагмента. На судебно-медицинскую экспертизу снимки от ДД.ММ.ГГГГ г. не представлены, а имеющиеся в 1-ом томе гражданского дела (стр. 100-105) визиограммы рентгенограмм на бумаге (эргограммы) низкого качества, эксперты отметили, что по имеющимся данным крепление стержня ЦИТО болтами не противоречит технологии остеосинтеза (т. 2, л.д. 145-179).

Суд доверяет выводам экспертизы и дополнительной экспертизы, так как обе экспертизы проведены экспертами Санкт-Петербургского государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Бюро судебно-медицинской экспертизы», имеющими специальное образование, опыт работы, не заинтересованными в исходе дела, эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за заведомо ложное заключение. 

Истцом было представлено заключение специалиста № № (т. 1, л.д. 200-246), которое не может быть принято судом в качестве доказательства обоснованности доводов истицы, так как заключение специалиста дано в отношении оказания медицинских услуг ФИО40 (т. 1, л.д. 213, 225), и таким образом не отвечает требованиям критерия относимости, установленного ст. 59 ГПК РФ.

При изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу, что оснований для удовлетворения иска не имеется, так как отсутствуют доказательства причинения вреда здоровью истицы со стороны ответчика (его работников), отсутствуют доказательства ненадлежащего качества оказания медицинских услуг истцу ответчиком, отсутствуют доказательства причинно-следственной связи между длительностью периода восстановления состояния здоровья истца после полученной травмы и деятельностью ответчика. 

Доводы истца о том, что в процессе установления стержня ЦИТО он не был правильно закреплен, неправильно был развернут средний фрагмент (отломок) кости, не подтвердились в ходе рассмотрения дела. Собранными по делу доказательствами опровергается ненадлежащее оказание ответчиком медицинской помощи истице, повлекшее для нее неблагоприятные последствия.

Отсутствие у ответчика рентгенологических снимков истца само по себе не является основанием для удовлетворения заявленных истцом требований.

Доводы истца о том, что в процессе установления стержня ЦИТО он не был правильно закреплен, неправильно был развернут средний фрагмент (отломок) кости, не подтвердились в ходе рассмотрения дела. Собранными по делу доказательствами опровергается ненадлежащее оказание ответчиком медицинской помощи истице, а также неблагоприятные последствия для здоровья истицы, вызванные ее лечением у ответчика.

С учетом степени тяжести травмы, полученной истцом, как указано в экспертном заключении, по данным медицинской литературы неблагоприятные результаты лечения подобных повреждений составляют от 39 до 70%. Нарушения тактики лечения, вредообразующего посягательства ответчика (его работников) на здоровье истицы, а также причинно-следственной связи между осуществленными ответчиком мероприятиями в период оказания медицинской помощи истцу в стационаре и длительностью восстановления здоровья истицы не установлено. 

Доказательств того, что истицу в период ее лечения в стационаре морально унижали, вымогая деньги, истцом представлено не было.

Учитывая вышеизложенное, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

ФИО41 в удовлетворении иска к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Ленинградской области «Гатчинская клиническая межрайонная больница» о возмещении вреда, причиненного здоровью, – отказать.

Решение может быть обжаловано в Ленинградский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через Гатчинский городской суд Ленинградской области.

Судья

Решение изготовлено в окончательной форме 27.10.2020 г.

Подлинный документ находится в материалах дела № 2-356/2020,

УИД 47RS0006-01-2019-005363-25

Гатчинского городского суда Ленинградской области