ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Семикаракорск Ростовской области 23 мая 2019 г.

Семикаракорский районный суд Ростовской области в составе: 

председательствующего судьи Семикаракорского районного суда Ростовской области Панова И.И., 

с участием государственного обвинителя – помощника прокурора Семикаракорского района Ростовской области Арделяну А.И., 

подсудимого ФИО1, 

защитника подсудимого - адвоката Лебедевой Я.С., представившей удостоверение и ордер № 111207 от 02 апреля 2019 г.,

потерпевшего П.Р., 

при секретаре судебного заседания Хромовой О.А., рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении 

ФИО1, родившегося 

<

данные изъяты>, не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, 06 января 2019 г., примерно в 20 часов 00 минут, будучи в состоянии алкогольного опьянения, находясь в домовладении П.Р., расположенном по адресу: 

<

адрес>, в ходе возникшего конфликта на почве личных неприязненных отношений, реализуя внезапно возникший умысел на причинение тяжкого вреда здоровью с использованием предмета в качестве оружия, используя в качестве оружия нож, действуя умышленно, нанес П.Р. несколько ножевых ранений в область тела, причинив телесные повреждения в виде: проникающего колото-резаного ранения живота с повреждением тонкой кишки, большого сальника, сопровождающегося излиянием около 150-200 мл крови в брюшную полость; непроникающего колото-резаного ранения мягких тканей в области левого предреберья и колото-резаной раны мягких тканей в области нижней трети левого предплечья, которые в совокупности квалифицируется как тяжкий вред, причиненный здоровью человека, по признаку опасности для жизни. 

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании вину в совершении данного преступления признал частично. Показал, что 06 января 2019 г. по приглашению его знакомого П.Р., он пришел к нему в гости, по месту жительства последнего на 

<

данные изъяты> переулке в г. Семикаракорске, где они, вместе с ранее неизвестным ему молодым человеком, как он позже узнал, И.А., втроем, начали употреблять спиртные напитки. В какой-то момент, когда они вышли на улицу покурить, П.Р. начал инициировать конфликт, предлагая ему побороться, на что он отказался. Когда они вернулись в дом, в ходе дальнейшего употребления спиртных напитков, возникла драка, П.Р. нанес ему несколько ударов кулаками в область тела, а он, защищаясь, наносил удары в ответ. Затем П.Р. захватил его локтевым сгибом правой руки за шею и, нагнув к полу, стал производить удушающий прием. Он, (ФИО1), почувствовал нехватку кислорода, он не мог освободиться от захвата, и, взяв со стола первый, попавшийся под руку предмет, которым оказался нож, нанес им один удар в область живота П.Р. Он допускает, что возможно нанес два удара ножом П.Р., помнит, что его отталкивал И.А., однако детали того, как развивались события, и как он покинул дом П.Р., он не помнит. 

Вина подсудимого ФИО2 в совершении вышеуказанного преступления, несмотря на его изложенные показания, подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств. 

-показаниями потерпевшего П.Р. в судебном заседании и его показаниями, данными в ходе предварительного следствия, оглашенными в судебном заседании в части в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ (т. 1, л.д. 26-28), согласно которым 06 января 2019 г. в дневное время он позвонил своему знакомому ФИО6, которого пригласил к себе в гости в дом, который он арендует, по адресу: 

<

адрес> Когда ФИО6 пришел, они втроем, вместе с И.А., начали употреблять спиртные напитки. В какой-то момент у него с ФИО6 возник конфликт и он предложил ФИО6 выйти на улицу, чтобы разобраться, однако тот отказался, после чего все успокоились и они продолжили употреблять спиртное. Ближе к вечеру, когда И.А. собирался уходить домой и вышел из дома, у него (П.Р.) опять возник конфликт с ФИО6 При этом все находились в состоянии сильного опьянения, они выпили около 3 бутылок водки. В какой-то момент, когда он (П.Р.), встал со стула, собираясь проводить И.А., между ними возникла борьба и он взял ФИО6 за шею, чтобы успокоить. В ходе данной борьбы, он не заметил, как ФИО6 взял со стола нож, которым нанес ему один удар в область живота. Далее, в ходе продолжающейся борьбы с ФИО6, он почувствовал второй удар ножом в область живота. После этого на кухню зашел И.А., который оттащил от него Миргородского и вывел его на улицу. Затем И.А. привел К.И., которая оказала ему медицинскую помощь; 

-показаниями свидетеля И.А. в судебном заседании, согласно которым 06 января 2019 г. в дневное время он находился в г. Семикаракорске в гостях у своего знакомого П.Р., с которым они употребляли спиртные напитки. Затем пришел ФИО6 и они продолжили употреблять спиртное втроем. У П.Р. с ФИО6 в ходе распития спиртного возник устный конфликт в связи со службой в армии, который затем прекратился. Уже в вечернее время, они все находились в состоянии опьянения и он (И.А.), собрался уходить домой, и когда зашел в дом с улицы, чтобы попрощаться, он увидел, что на полу находится П.Р., на котором сверху сидит ФИО6 Он видел, как Миргородский нанес 1 удар рукой П.Р. в область живота, а когда отвел руку, он увидел, что в руке у Миргородского находится нож, то есть удар был нанесен ножом. Он (И.А.), сразу заломил руку Миргородскому и выбил у него из руки нож, после чего стянул его с П.Р. После этого Миргородский попытался нанести ему (И.А.) удары кулаками, но он вместе с П.Р. сами нанесли несколько ударов Миргородскому, после чего выгнали его. Затем он вызвал хозяйку домовладения для оказания П.Р. медицинской помощи. Всего он (И.А.), видел один удар ножом, но на теле у П.Р. позже он видел два ножевых ранения, из которых сочилась кровь. В тот момент, когда он увидел Миргородского и П.Р., находящихся на полу, а также позже, ФИО4 угроз убийством не высказывал. После того, как он оттянул Миргородского от П.Р., ФИО3 более применить насилие к П.Р. не пытался; 

-показаниями свидетеля К.И., данными ею в ходе предварительного следствия по делу, оглашенными в судебном заседании с согласия сторон в соответствие с ч. 1 ст. 281 УПК РФ, согласно которым в ее подворье находится домовладение, которое она сдает П.Р. данном домовладении он проживает один. ДД.ММ.ГГГГ, примерно в 20 часов 20 минут, она находилась дома одна, когда к ней домой зашел ранее незнакомый ей парень, как выяснилось позже, его звали А., который сказал ей, что П.Р. нанесли удары ножом и ему нужна медицинская помощь. Она сразу же вместе с А. пошла в дом, где находился П.Р.. Зайдя в дом и пройдя на кухню, она увидела П.Р., у которого в районе живота сочилась кровь. После этого она сразу вернулась к себе в дом, взяла медицинский бинт и, вернувшись, перевязала раны ФИО5 она позвонила своему сожителю Т.С. и сообщила о произошедшем. Когда Т.С. приехал, они вызвали автомобиль такси, на котором П.Р. отвезли в ЦРБ Семикаракорского района (т. 1 л.д. 21-22); 

-показаниями свидетеля Т.С., данными им в ходе предварительного следствия по делу, оглашенными в судебном заседании с согласия сторон в соответствие с ч. 1 ст. 281 УПК РФ, согласно которым ДД.ММ.ГГГГ, примерно в 20 часов 40 минут, ему позвонила его сожительница К.И., которая сообщила о том, что П.Р., который снимает у нее домовладение по адресу: 

<

адрес> нанесли удары ножом. Когда он приехал в домовладение к К.И. и зашел в дом, в котором проживает П.Р., он увидел, что у последнего перевязан медицинским бинтом живот. Как ему пояснила К.И., это она перевязала П.Р. живот. Затем они вызвали автомобиль такси, на котором П.Р. отвезли в ЦРБ Семикаракорского района (т. 1 л.д. 23-24); 

-протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ и фототаблицей к нему, согласно которому предметом осмотра явился жилой флигель, расположенный по адресу: 

<

адрес> где подсудимый ФИО1 нанес удары ножом потерпевшему П.Р. В ходе осмотра в коридоре на полу обнаружены затертые пятна бурого цвета (т. 1 л.д. 6-12); 

-заключением судебно-медицинского эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которого у П.Р. имелись телесные повреждения в виде: проникающего колото-резаного ранения живота с повреждением тонкой кишки, большого сальника, сопровождающееся излиянием около 150-200 мл крови в брюшную полость; непроникающего колото-резаного ранения мягких тканей в области левого предреберья и колото-резаной раны мягких тканей в области нижней трети левого предплечья, которые в совокупности квалифицируется как тяжкий вред, причиненный здоровью человека, по признаку опасности для жизни. Указанные телесные повреждения могли образоваться от ударов кухонным ножом ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 49-52); 

-показаниями судебно-медицинского эксперта Ю,И. в судебном заседании, согласно которым он, подтвердив и разъяснив свои выводы, показал, что судебно-медицинская экспертиза проводилась по медицинским документам потерпевшего. У последнего в медицинских документах описаны три указанных телесных повреждения, которые отражены в заключении и в совокупности квалифицируется как тяжкий вред, причиненный здоровью человека, по признаку опасности для жизни. Происхождение еще одной раны внизу живота, на наличие которой сослался потерпевший, является операционным, то есть надрез в подвздошной области был произведен хирургом для дренажных трубок; 

-показаниями старшего следователя СО отдела МВД России по Семикаракорскому району Ростовской области Г.А. допрошенного в судебном заседании в качестве свидетеля, согласно которым он сообщил, что в его производстве находилось уголовное дело в отношении ФИО1 09 января 2019 г. в помещении ЦРБ Семикаракорского района им был произведен допрос потерпевшего П.Р. Последний находился в нормальном состоянии, был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, все показания в протоколе допроса отражены так, как их давал потерпевший. После составления протокола, потерпевший ознакомился с ним и подписал протокол, при этом никаких заявлений от потерпевшего не поступало. 

Анализируя совокупность вышеприведенных доказательств на предмет их относимости, допустимости, достоверности и достаточности суд приходит к выводу о виновности подсудимого ФИО6 в совершении преступления, изложенного в описательно-мотивировочной части приговора.

Оценивая приведенные выше показания свидетелей стороны обвинения, в том числе свидетеля И.А. в судебном заседании, суд находит, что они последовательны, логичны, и в совокупности с иными приведенными доказательствами, устанавливают одни и те же факты. Суд приходит к выводу, что у свидетелей, предупрежденных об уголовной ответственности за заведомо ложный донос и дачу заведомо ложных показаний, нет объективных причин оговаривать подсудимого либо желать помочь ему избежать ответственности за содеянное. В связи с чем суд основывает свои выводы на показаниях свидетелей обвинения, в том числе очевидца окончания преступления И.А., об обстоятельствах преступления и последующих событиях. 

При этом утверждения потерпевшего в судебном заседании о том, что ФИО1, после того, как он (П.Р.) упал на пол, нанес ему два удара ножом в область живота в присутствии И.А., который оттянул ФИО1, а последний затем нанес ему еще один удар ножом и пытался нанести еще удары ножом, изменившего свои показания в указанной части, суд расценивает критически.

Доводы потерпевшего о том, что при даче показаний в ходе предварительного расследования он подписал протокол допроса не читая, проверены судом и опровергнуты показаниями в судебном заседании следователя Г.А. об обратном. 

В связи с чем данные показания потерпевшего в судебном заседании суд расценивает, как обусловленные желанием ухудшить положение подсудимого для привлечения его к более строгой ответственности и кладет в основу приговора приведенные выше показания потерпевшего П.Р., данные им в ходе предварительного следствия по уголовному делу, которые в указанной части согласуются с показаниями свидетеля И.А. 

Связанные с данными показаниями доводы потерпевшего в судебном заседании о том, что у подсудимого был умысел на его убийство, которое не произошло только в результате вмешательства И.А. и о необходимости возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ для квалификации действий подсудимого по ч. 3, ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ, суд также признает необоснованными. 

Действительно подсудимый, используя в качестве оружия нож, нанес П.Р. несколько ножевых ранений в область тела. 

Вместе с тем, отклоняя по изложенным основаниям показания потерпевшего в судебном заседании, суд на основании показаний потерпевшего П.Р., данных им в ходе предварительного следствия по уголовному делу, и показаний свидетеля И.А. в судебном заседании, находит установленным, что первый удар ножом подсудимый нанес потерпевшему в ходе борьбы. При этом после нанесения последнего удара, очевидцем чего явился И.А., который забрал у подсудимого нож, подсудимый более нанести ударов потерпевшему не пытался, угроз убийством не высказывал. 

Таким образом, исходя из совокупности всех обстоятельств содеянного и учитывая, в частности, способ и орудие преступления, характер и локализацию телесных повреждений, предшествующее преступлению и последующее поведение виновного, суд признает установленным, что умысел виновного не был направлен на лишение потерпевшего жизни. В связи с этим, суд приходит к убеждению об отсутствии оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, для квалификации действий обвиняемого, как более тяжкого преступления. 

Версия подсудимого о том, что удары ножом потерпевшему он нанес защищаясь от удушения, также признается судом несостоятельной. 

Данная версия полностью опровергается совокупностью указанных выше доказательств, представленных стороной обвинения, в том числе, показаниями свидетеля И.А. в судебном заседании, вышеприведенными показаниями потерпевшего П.Р., данными в ходе предварительного следствия, оглашенными в судебном заседании, а также заключением судебно-медицинского эксперта.

В связи с этим факт частичного признания подсудимым ФИО1 своей вины в совершении данного преступления и его вышеизложенные показания суд расценивает, как избранный подсудимым способ защиты и желание ввести суд в заблуждение относительно истинных обстоятельств дела, с целью избежать ответственности за содеянное.

Связанные с данной версией доводы стороны защиты о том, что подсудимый ФИО1 действовал в условиях обороны и ссылки на имеющиеся у него телесные повреждения, суд признает необоснованными. 

Исходя из характера выявленных у подсудимого телесных повреждений - ушибов мягких тканей лица и ссадины на передней брюшной стенке, показаний свидетеля И.А. и П.Р., и установленных судом обстоятельств дела, суд признает, что они были получены подсудимым уже после совершения им преступления, в связи с чем наличие данных телесных повреждений данные доводы не подтверждает. 

Суд находит установленным и доказанным, что подсудимый, имея умысел на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего, в ходе возникшего конфликта с последним, нанес ему несколько ударов ножом. При этом последний удар ножом подсудимый нанес потерпевшему, лежащему на спине, сидя на нем, то есть в условиях, исключающих любые доводы об обороне. 

По смыслу закона, если общественно опасного посягательства не существовало в действительности и окружающая обстановка не давала лицу оснований полагать, что оно происходит, что, как установил суд, имело место по настоящему делу, действия лица подлежат квалификации на общих основаниях.

Таким образом, указанные показания подсудимого и все доводы стороны защиты, связанные с обороной подсудимого, превышении ее пределов подсудимым, суд признает несостоятельными и отклоняет. 

Исходя из установленных судом обстоятельств дела, суд квалифицирует действия ФИО1 по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предметов, используемых в качестве оружия. 

При назначении ФИО1 наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, влияние назначаемого наказания на условия жизни его семьи, а также данные о личности подсудимого. 

Принимая во внимание характер и степень общественной опасности преступления, исходя из установленных судом обстоятельств его совершения, а также учитывая личность виновного, суд признает, что состояние опьянения, вызванное употреблением алкоголя, явилось одним из субъективно провоцирующих факторов, ослабивших самоконтроль подсудимого и способствовавших формированию умысла на совершение преступления, в связи с чем обстоятельством, отягчающим подсудимому наказание в соответствии с ч. 11 ст. 63 УК РФ, суд признает совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя. 

В качестве обстоятельств, смягчающих ФИО1 наказание, суд в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ учитывает наличие малолетних детей у виновного, в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ активное способствование раскрытию и расследованию преступления, в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ добровольное частичное возмещение потерпевшему морального вреда, причиненного в результате преступления. 

Кроме того, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ суд учитывает частичное признание подсудимым своей вины, раскаяние в содеянном, наличие на иждивении несовершеннолетних детей и матери, нахождение супруги в декретном отпуске. 

При этом суд, исходя из установленных обстоятельств дела, не находит оснований для признания смягчающим подсудимому наказание обстоятельством в соответствии с п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ противоправного поведения потерпевшего.

В качестве данных о личности суд учитывает, что ФИО1 на учете у врача-нарколога и врача-психиатра не состоит, по месту жительства и работы характеризуется положительно, не судим. 

В связи с наличием отягчающего подсудимому наказание обстоятельства, процессуальных оснований для рассмотрения вопроса об изменении в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ категории тяжести совершенного ФИО1 преступления, не имеется. 

Исходя из совокупности изложенных обстоятельств и общих начал назначения уголовного наказания, предусмотренных ст. 60 УК РФ, суд приходит к выводу о том, что исправление подсудимого возможно лишь с назначением ему наказания в виде реального лишения свободы. Суд полагает, что применение к ФИО1 в соответствие со ст. 73 УК РФ условной меры наказания, которое за совершенное преступление предусмотрено только в виде лишения свободы, не сможет обеспечить исправление подсудимого. 

С учетом данных о личности подсудимого суд считает возможным не назначать ему дополнительный вид наказания в виде ограничения свободы, предусмотренный санкцией ч. 2 ст. 111 УК РФ. 

В соответствие с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ видом исправительного учреждения для отбывания наказания суд определяет подсудимому исправительную колонию общего режима. 

Рассматривая гражданский иск потерпевшего о имущественной компенсации морального вреда и взыскании с подсудимого денежных средств в размере 400 000 рублей, суд учитывает, что по смыслу закона, решая вопрос о размере компенсации причиненного потерпевшему морального вреда, суду следует исходить из положений статьи 151 и пункта 2 статьи 1101 ГК РФ и учитывать характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, степень вины причинителя вреда, руководствуясь при этом требованиями разумности и справедливости. 

Суд признает, что потерпевший безусловно испытал нравственные физические и нравственные страдания в связи с причиненными ему телесными повреждения, квалифицирующимся как тяжкий вред здоровью, при этом суд учитывает умышленный характер преступных действий подсудимого, другие фактические обстоятельства дела и требования справедливости. 

Однако, определяя размер денежной компенсации морального вреда потерпевшему, суд также учитывает, что подсудимый в ходе рассмотрения дела добровольно выплатил потерпевшему денежные средства в сумме 100 000 рублей в счет компенсации морального вреда. Также суд учитывает имущественное положение подсудимого и его семьи, а именно наличие на иждивении у подсудимого троих детей и матери, факт нахождения супруги подсудимого в декретном отпуске, в связи чем суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований в размере 150 000 рублей. 

На основании изложенного и руководствуясь ст. 296-299, 302-304, 307-310 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, назначить ему наказание – 3 (три) года лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима. 

Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении изменить на заключение под стражу, взять его под стражу в зале суда. 

Срок назначенного наказания в виде лишения свободы исчислять с 23 мая 2019 г. 

На основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, зачесть в срок отбытия наказания в виде лишения свободы время нахождения ФИО1 под стражей в период с 09 января 2019 г. до 11 января 2019 г. и с 23 мая 2019 г. по день вступления приговора в законную силу включительно, исходя из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, с учетом положений, предусмотренных ч. 3.3 ст. 72 УК РФ. 

Гражданский иск потерпевшего П.Р. о имущественной компенсации морального вреда, причиненного преступлением, удовлетворить частично и взыскать с ФИО1 в пользу П.Р. денежные средства в сумме 150 000 (ста пятидесяти тысяч) рублей. 

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Ростовский областной суд через Семикаракорский районный суд в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции лично либо изложить свою позицию путем использования систем видеоконференц-связи. Вопрос о форме участия осужденного решается судом. 

Председательствующий –