Дело № 2-3009/2020

Решение

Именем Российской Федерации

28 июля 2020 года г.о.Щелково

Щелковский городской суд Московской области в составе:

председательствующего судьи Кулагиной И.Ю.,

с участием помощника прокурора Соколова И.А.,

при секретаре судебного заседания Акимовой Е.С., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6 ФИО15 к ООО «ТПК «Вилон» о восстановлении на работе, оплате за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, 

Установил:

ФИО6 обратился в Щелковский городской суд Московской области с иском к ООО «ТПК «Вилон» о восстановлении на работе, оплате за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда.

В обоснование иска указал, что 06 августа 2018 года истец был принят на работу в Общество с ограниченной ответственностью «Торгово-промышленная компания «Вилон» на должность юрисконсульта.

Согласно приказу № от 06 мая 2020 года, истец был уволен из организации в связи с однократным грубым нарушением трудовых обязанностей-прогул. Полагает данное увольнение незаконным по следующим основаниям.

20 марта 2020 года утром, перед выходом на работу, истец почувствовал недомогание, выразившееся в 

<

данные изъяты> о чем, принимая во внимание фактическое распространение в стране вируса COVID-19 и рекомендации органов власти по предупреждению его распространения, незамедлительно сообщил руководству компании в лице директора ФИО3 и начальника отдела кадров ФИО1, воспользовавшись служебной электронной почтой, телефоном и мессенджером Whatsapp. 

В ходе телефонного разговора с ФИО3, описав сложившуюся ситуацию, объяснив свои опасения подвергнуть риску сотрудников компании и себя, в случае своего прихода на работу, ФИО6 получил его устное разрешение оставаться дома. В ходе переписки с начальником отдела кадров ФИО1, ФИО6 получил рекомендацию оставаться дома, о чем, в соответствии с ее инструкцией, сделал служебную рассылку, включив в список адресатов её, секретаря директора ФИО3 и заместителя начальника отдела кадров ФИО9 

Заручившись разрешением оставаться дома, к врачу в этот день истец не обращался. 

Будучи дома, по договоренности с ФИО3, истец осуществлял свою трудовую функцию – координировал работу своего подчиненного ФИО20, занимался вверенными ему судебными процессами в Красноярском краевом суде по апелляции одой из уволенных сотрудниц ФИО21, в Московском областном суде по апелляции другого уволенного сотрудника ФИО2, созванивался в этой связи с начальником отдела кадров. Ближе к концу рабочего дня, по просьбе сотрудников компании - начальника отдела маркетинга ФИО22 и коммерческого директора ФИО16 ФИО5, занимался составлением договора с одним из контрагентов по части контрактного производства, связанного с необходимостью осуществлять доставку произведенной компанией СТМ продукции контрагента.

В понедельник, в связи с уменьшением симптомов 

<

данные изъяты> истец вышел на работу. 

На фоне ухудшающегося самочувствия 30 марта 2020 года, истец вызвал неотложную медицинскую помощь, сотрудник которой с 30 марта 2020 года открыл истцу больничный лист. Об открытии больничного листа ФИО6 незамедлительно поставил в известность работодателя, отправив соответствующее уведомление с личного почтового адреса.

06 мая 2020 года после закрытия больничного листа и выхода из основного оплачиваемого отпуска, истец вышел на работу. 

По приезду на работу ФИО6 обнаружил, что на его рабочем месте отсутствует рабочий компьютер, по столу разбросаны документы, которые ранее были сложены в стопки, части документов, из ранее имевшихся, не имелось в наличии. 

В этот же день истцу вручили трудовую книжку с отметкой об увольнении в связи с однократным грубым нарушением трудовых обязанностей – прогулом (пп. «а», п.6 ч.1 ст.81 Трудового кодекса РФ), при этом, причины отсутствия истца сотрудников отдела кадров не интересовали, объяснений (в частности устных) по вопросу причин отсутствия истца 20 марта 2020 года в день выхода на работу с ФИО6 никто не затребовал.

По совокупности приведенных доводов истец считает свое увольнение незаконным, в первую очередь ввиду его неправомерности в целом, т.к. его отсутствие на рабочем месте 20 марта 2020 года было согласовано с работодателем, а также ввиду нарушения работодателем процедуры увольнения, установленной законодательством.

В исковом заявлении просил суд:

-восстановить ФИО6 ФИО17 на работе в ООО «ТПК «ВИЛОН» (ОГРН №) в должности ведущего юрисконсульта; взыскать с ООО «ТПК «ВИЛОН» (ОГРН №) в пользу ФИО6 ФИО18 задолженность по заработной плате в размере среднего заработка за 20 марта 2020 года, задолженность по заработной плате в размере среднего заработка за время вынужденного прогула с 07 мая 2020 года по день восстановления на работе, компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей.

В судебном заседании помощник прокурора Соколов И.А. в своем заключении указал, что основания для удовлетворения иска отсутствуют. Факт отсутствия на рабочем месте ФИО6 20 марта 2020 года подтверждается доказательствами и не отрицается ФИО6 Уважительность отсутствия на рабочем месте 20 марта 2020 года истцом не доказана. Факт исполнения своих трудовых обязанностей на дому 20 марта 2020 года, истцом не подтвержден доказательствами. Процедура увольнения ФИО6 ответчиком не нарушена. У ФИО6 были истребованы объяснения и увольнение его было произведено в установленные законом сроки, после нахождения его на больничном листе и выхода из ежегодного оплачиваемого отпуска.

В судебном заседании ФИО6 исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в исковом заявлении, просил иск удовлетворить.

В судебном заседании представитель ответчика ООО «ТПК «Вилон» ФИО7, действующий на основании доверенности (копия в деле), исковые требования не признал, в удовлетворении иска просил отказать. Пояснил, что 20 марта 2020 года истец не явился на свое рабочее место в ООО «ТПК «Вилон». В связи с отсутствием истца на рабочем месте сотрудниками отдела персонала был составлен акт об отсутствии истца на рабочем месте.

Ответчик неоднократно просил ФИО6 представить документы и объяснения, подтверждающие его отсутствие на рабочем месте в течение всего рабочего дня 20 марта 2020 года, однако ФИО6 не представил доказательств и не указал уважительности причин своей неявки. Заявлений о предоставлении ФИО6 отпуска без сохранения заработной платы на 20 марта 2020 года также истцом не представлено.

06 мая 2020г. в день выхода истца из отпуска на работу, день отсутствия на рабочем месте ФИО6 20 марта 2020 года был признан прогулом, что подтверждается приказом.

Данный приказ о расторжении трудового договора зачитан вслух истцу в присутствии свидетелей, от ознакомления с приказом ФИО6 отказался, что подтверждается актом № от 06 мая 2020 года. После чего ответчик выдал ФИО6 трудовую книжку и произвел окончательный расчет.

С учетом того, что прогул относится к грубому нарушению работником трудовых обязанностей, влекущее увольнение, полагают, что ответчик обосновано, с соблюдением норм действующего законодательства, расторг трудовой договор с истцом.

В судебном заседании были допрошены свидетели - руководитель направления кадрового администрирования ФИО9 и директор ФИО3

Свидетель ФИО9 пояснила, что 20 марта 2020 года ФИО6 не вышел на работу, по факту чего был составлен акт об отсутствии на рабочем месте. Его отсутствие на рабочем месте подтверждается также данными контрольно-пропускной системы на проходной. 23 марта 2020 года свидетель в присутствии других работников отдела кадров, предложила ФИО6 дать объяснения по факту его отсутствия на рабочем месте 20 марта 2020 года. ФИО6 письменных объяснений ей не предоставил. 25 марта 2020 года ФИО6 в письменном виде повторно было предложено дать объяснение о его отсутствии на рабочем месте 20 марта 2020 года. От дачи объяснений ФИО6 отказался, при этом сделал это в грубой форме, сказав, что ему должны оплатить за 20 марта 2020 года и никаких объяснений он давать не будет.

С 31 марта 2020 года по 24 апреля 2020 года он находился на больничном, затем ФИО6 до 01 мая 2020 года находился в очередном оплачиваемом отпуске.

В первый рабочий день 06 мая 2020 года был подготовлен и подписан приказ об увольнении ФИО6 за прогул, с которым ФИО6 был ознакомлен и ему была выдана трудовая книжка.

Свидетель ФИО3 пояснил, что 20 марта 2020 года утром ему позвонил ФИО6 и пожаловался на плохое самочувствие. Прямого разрешения не выходить на рабочее место, а оставаться дома, от ФИО8 не было. ФИО6 должен был либо выйти на свое рабочее место, либо предоставить какой-либо оправдательный документ об отсутствии его на рабочем месте 20 марта 2020 года. ФИО6 таких документов предоставлено не было, следовательно, им был совершен прогул.

Выслушав стороны, заключение прокурора, оценив показания свидетелей, изучив материалы гражданского дела, судом установлено следующее.

06 августа 2018 года истец был принят на работу в Общество с ограниченной ответственностью «Торгово-промышленная компания «Вилон» на должность юрисконсульта департамента правового обеспечения. 

20 марта 2020 года ФИО6 не явился на свое рабочее место в ООО «ТПК Вилон», расположенное по адресу: 

<

адрес> о чем сотрудниками отдела персонала был составлен акт от 20 марта 2020 года (л.д.72).

В ООО «ТПК «Вилон» имеется пропускной режим, установлена система контроля и управления доступом, которая также зафиксировала, что ФИО6 20 марта 2020 года не прибыл на работу (л.д.73-76). 

23 марта 2020 года и 25 марта 2020 года в устной форме руководителем направления кадрового администрирования ФИО12 у истца было запрошено объяснение об отсутствии на рабочем месте, однако от ФИО6 объяснения не поступили, в связи с чем, ФИО12 был составлен акт № от 25 марта 2020 года (л.д.87), от подписи об ознакомлении с актом ФИО4 отказался. 

С 31 марта 2020 года по 24 апреля 2020 года ФИО6 находился на больничном (л.д.79,80), с 27 апреля 2020 года по 01 мая 2020 года ФИО6 находился в очередном оплачиваемом отпуске (л.д.81-86).

06 мая 2020 года в день выхода ФИО6 на работу из отпуска, день отсутствия ФИО6 20 марта 2020 года на рабочем месте был признан прогулом, что подтверждается приказом № от 06.05.2020г (л.д.92). 

Приказом № от 06 мая 2020 года работодатель расторг трудовой договор с ФИО6, по причине прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня(л.д.91). Данный приказ о расторжении трудового договора с ФИО6 был зачитан вслух в присутствии свидетелей. От ознакомления с приказом ФИО6 отказался, что подтверждается актом № от 06 мая 2020 года (л.д.95). 

В день прекращения трудового договора ответчик в соответствии со ст. 140 Трудового кодекса Российской Федерации выдал истцу трудовую книжку и произвел окончательный расчет.

Из представленных ООО «ТПК «ВИЛОН» письменных доказательств следует, что ответчик неоднократно предлагал истцу представить документы и объяснения, подтверждающие его отсутствие на рабочем месте в течение всего рабочего дня 20 марта 2020 года, однако ФИО6 не представил доказательств и не указал уважительных причин своей неявки. Заявления от ФИО6 о предоставлении ему отпуска без сохранения заработной платы на 20 марта 2020 года не представлено. 

Суд приходит к выводу, что требования ФИО6 о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Частью 2 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что работник обязан, в частности, добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, соблюдать трудовую дисциплину, выполнять установленные нормы труда.

В соответствии с частью 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка; привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

В соответствии с пп. «а» п.6 ч.1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель вправе прекратить трудовой договор с работником в случае прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены) независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

Согласно положениям статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание, выговор, увольнение по соответствующим основаниям.

В соответствии со ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

Согласно ст. 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации установлен общий порядок оформления прекращения трудового договора, в соответствии с которой прекращение трудового договора оформляется приказом (распоряжением) работодателя.

С приказом (распоряжением) работодателя о прекращении трудового договора работник должен быть ознакомлен под роспись. По требованию работника работодатель обязан выдать ему надлежащим образом заверенную копию указанного приказа (распоряжения). В случае, когда приказ (распоряжение) о прекращении трудового договора невозможно довести до сведения работника или работник отказывается ознакомиться с ним под роспись, на приказе (распоряжении) производится соответствующая запись.

Увольнение по указанному основанию в силу ч. 1 ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации является одним из видов дисциплинарного взыскания за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей.

Согласно разъяснениям, данным в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что работник совершил одно из грубых нарушений трудовых обязанностей, указанных в этом пункте. При этом следует иметь в виду, что перечень грубых нарушений трудовых обязанностей, дающий основание для расторжения трудового договора с работником по пункту 6 части первой статьи 81 Кодекса, является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит.

Если трудовой договор с работником расторгнут по подпункту "а" пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации за прогул, необходимо учитывать, что увольнение по этому основанию, в частности, может быть произведено в том числе за невыход на работу без уважительных причин, т.е. отсутствие на работе в течение всего рабочего дня (смены) независимо от продолжительности рабочего дня (смены).

Таким образом, ФИО6 объяснений по факту отсутствия его на рабочем месте не было дано и доказательств обоснованности отсутствия его на рабочем месте 20 марта 2020 года не представлено, следовательно, данное отсутствие ФИО6 на рабочем месте 20 марта 2020 года считается прогулом.

Поскольку прогул относится к грубому нарушению работником трудовых обязанностей, влекущее увольнение, суд полагает, что ООО «ТПК «Вилон» обосновано и с соблюдением требований норм действующего законодательства расторг трудовой договор с истцом.

Ссылка истца о том, что работодатель своими действиями, направленными на дискриминацию истца, как работника, нашедшими выражение в подлоге документов, подтверждающих, якобы совершение истцом неких дисциплинарных проступков, нивелировании (отрицании) положениями трудового законодательства, в и в целом-пренебрежением благополучием своего персонала в условиях пандемии COVID-19, а также рекомендациями органов власти –сохранять рабочие места за сотрудниками не нашли в ходе судебного разбирательства своего подтверждения.

Напротив, в соответствии с пунктом 1 и пунктом 2 Указа Президента Российской Федерации от 25 марта 2020 года №206 «Об объявлении в Российской Федерации нерабочих дней», следует, что в целях обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения на территории Российской Федерации и в соответствии со статьей 80 Конституции Российской Федерации постановлено:

1. Установить с 30 марта по 3 апреля 2020 г. нерабочие дни с сохранением за работниками заработной платы.

2. Настоящий Указ не распространяется на работников:

а) непрерывно действующих организаций;

б) медицинских и аптечных организаций;

в) организаций, обеспечивающих население продуктами питания и товарами первой необходимости;

г) организаций, выполняющих неотложные работы в условиях чрезвычайных обстоятельств, в иных случаях, ставящих под угрозу жизнь или нормальные жизненные условия населения;

д) организаций, осуществляющих неотложные ремонтные и погрузочно-разгрузочные работы.

Пунктом 3 Распоряжения Правительства Российской Федерации от 27.03.2020 N 762-р «Об организациях, обеспечивающих население продуктами питания и товарами первой необходимости в период нерабочих дней, установленных Указом Президента, и утверждении рекомендуемого Перечня непродовольственных товаров первой необходимости» разъяснено, что к организациям, обеспечивающим население товарами первой необходимости, указанными в перечне, относятся организации и индивидуальные предприниматели, обеспечивающие всю товаропроводящую цепочку таких товаров от производителя до конечного потребителя, включая производителей, поставщиков, дистрибьюторов, транспортно-логистические организации, логистические комплексы, организации, оказывающие услуги по подготовке, обработке, упаковке товаров и иные подобные услуги, распределительные центры, оптовые рынки, склады, службы доставки, курьерские службы, пункты выдачи заказов, объекты торговли всех форматов (в том числе нестационарные и мобильные объекты), а также управляющие компании, в том числе обеспечивающие функционирование объектов недвижимости, в которых располагаются такие организации.

Из представленной в материалы дела выписки из ЕГРЮЛ следует, что основным и дополнительным видом деятельности ООО «ТПК «Вилон» является производство продуктов питания (л.д.15-22).

Таким образом, в силу мер, принятых из-за коронавируса, возникает особый правовой режим работы предприятий, за исключением производств, перечисленных в пункте 2 Указа Президента РФ №206. 

Вместе с тем, истец не представил сведений об отношении деятельности ответчика к иным отраслям, на которые в обязательном порядке распространяется действие пункта 1 Указа Президента РФ №206. 

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО6 ФИО19 к Обществу с ограниченной ответственностью «ТПК «ВИЛОН» о восстановлении на работе, взыскании заработной паты за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда – отказать.

Решение может быть обжаловано в Московский областной суд через Щелковский городской суд Московской области в течение одного месяца.

Председательствующий:

Судья И.Ю. Кулагина.