дело № 71-376/2024

УИД: 66RS0005-01-2024-002698-15

РЕШЕНИЕ

г. Екатеринбург 14 августа 2024 года

Судья Свердловского областного суда Филиппова Ю.А., рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу ФИО1 на постановление судьи Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга Свердловской области от 14 июня 2024 года № 5-314/2024, вынесенное в отношении ФИО2 по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 16.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, 

установила:

обжалуемым постановлением судьи ФИО1 за недекларирование по установленной форме товаров, подлежащих таможенному декларированию, назначено наказание в виде конфискации предметов административного правонарушения.

В жалобе ФИО1 ставит вопрос об отмене постановления судьи в связи с отсутствием события и состава административного правонарушения.

Проверив материалы дела и доводы жалобы, заслушав защитника Шыхлински Ш.М., поддержавшего доводы жалобы, нахожу постановление судьи законным и обоснованным.

Частью 1 ст. 16.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях предусмотрена административная ответственность за недекларирование по установленной форме товаров, подлежащих таможенному декларированию, за исключением случаев, предусмотренных ст. 16.4 настоящего Кодекса, и влечет наложение административного штрафа на граждан и юридических лиц в размере от одной второй до двукратного размера стоимости товаров, явившихся предметами административного правонарушения, с их конфискацией или без таковой либо конфискацию предметов административного правонарушения.

Пунктом 1 ст. 7 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее – ТК ЕАЭС) определено, что товары перемещаются через таможенную границу Союза и (или) помещаются под таможенные процедуры с соблюдением запретов и ограничений.

Все лица на равных основаниях имеют право на перемещение товаров через таможенную границу Союза в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом или в соответствии с настоящим Кодексом. Товары, перемещаемые через таможенную границу Союза, подлежат таможенному контролю в соответствии с настоящим Кодексом (п.1, 2 ст. 9 ТК ЕАЭС).

Перемещение товаров через таможенную границу Союза осуществляется в местах перемещения товаров через таможенную границу Союза, за исключением случаев, когда перемещение товаров через таможенную границу Союза может осуществляться в иных местах в соответствии с пунктом 3 настоящей статьи, и во время работы таможенных органов, находящихся в этих местах (п. 1 ст. 10 ТК ЕАЭС).

Как предусмотрено пп. 35 п. 1 ст. 2 ТК ЕАЭС таможенное декларирование выражается в заявлении таможенному органу с использованием таможенной декларации сведений о товарах, об избранной таможенной процедуре и (или) иных сведений, необходимых для выпуска товаров.

Главой 37 ТК ЕАЭС урегулированы особенности порядка и условий перемещения через таможенную границу Союза товаров для личного пользования.

В соответствии с п. 7 ст. 256 данного Кодекса в отношении перемещаемых через таможенную границу Союза физическими лицами товаров, не отнесенных в соответствии с названной главой к товарам для личного пользования, положения этой главы не применяются. Такие товары подлежат перемещению через таможенную границу Союза в порядке и на условиях, которые установлены иными главами указанного Кодекса.

Как следует из п. 1 ст. 257 ТК ЕАЭС, в местах перемещения товаров через таможенную границу Союза может применяться система двойного коридора.

Применение системы двойного коридора предусматривает самостоятельный выбор физическим лицом, следующим через таможенную границу Союза, соответствующего коридора («красного» или «зеленого») для совершения (несовершения) таможенных операций, связанных с таможенным декларированием товаров для личного пользования. Пересечение физическим лицом линии входа (въезда) в «зеленый» коридор является заявлением физического лица об отсутствии товаров, подлежащих таможенному декларированию (п. п. 2, 3 ст. 257 ТК ЕАЭС).

В пункте 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 октября 2006 года № 18 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» разъяснено, в числе прочего, что ч. 1 ст. 16.2 этого Кодекса установлена ответственность за недекларирование товаров и (или) транспортных средств, когда лицом фактически не выполняются требования таможенного законодательства по декларированию и таможенному оформлению товара, то есть таможенному органу не заявляется весь товар либо его часть (не заявляется часть однородного товара либо при декларировании товарной партии, состоящей из нескольких товаров, в таможенной декларации сообщаются сведения только об одном товаре или к таможенному оформлению представляется товар, отличный от того, сведения о котором были заявлены в таможенной декларации).

Из представленных материалов следует, что 18 марта 2024 года в 14:35 ФИО1, прибывший рейсом 

<

№>, проследовал через зону таможенного контроля зала прилета международного аэропорта «Кольцово», расположенного по адресу: 

<

адрес> пересек линию входа в «зеленый коридор», заявив тем самым в конклюдентной форме об отсутствии у него товаров, подлежащих обязательному письменному декларированию, однако в ходе таможенного досмотра у него обнаружены различные предметы одежды, не предназначенные для личных, семейных, домашних и иных, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности нужд, подлежащие обязательному письменному декларированию, и которые в нарушение ст. ст. 104, 105 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза в установленном порядке по установленной письменной форме задекларированы не были.

Исходя из характера и количества ввозимого ФИО1 товара должностным лицом Кольцовской таможни имени А сделан вывод о том, что названным лицом не задекларирован по установленной форме товар, подлежащий таможенному декларированию, ввиду чего в отношении указанного лица возбуждено дело об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 16.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и принято решение о проведении административного расследования (л.д. 1-7).

Решением старшего инспектора Кольцовской таможни от 18 марта 2024 года товары, перевозимые ФИО1, обоснованно отнесены к товарам не для личного пользования (л.д. 23).

Факты недекларирования по установленной форме товаров, подлежащих таможенному декларированию, послужили основанием для составления 18 апреля 2024 года в отношении ФИО1 протокола об административном правонарушении (л.д. 51-54), содержание и оформление которого соответствуют требованиям ст. 28.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, сведения, необходимые для правильного разрешения дела в протоколе отражены. Протокол составлен надлежащим должностным лицом, оснований не доверять сведениям, указанным в нем, не имеется.

Вина ФИО1 в совершении правонарушения подтверждается актом таможенного досмотра товаров, перемещаемых через таможенную границу Евразийского экономического союза физическими лицами для личного использования в сопровождаемом багаже (л.д. 16-22), решением о неотнесении товаров к товарам для личного пользования (л.д. 23), протоколом изъятия вещей и документов (л.д. 10-12), CD-диском с видеозаписями (л.д. 13) письменными объяснениями ФИО1 (л.д. 24), протоколами о взятии проб и образцов (л.д. 39-40), заключением товароведческой экспертизы (л.д. 43-48).

Оценив доказательства в их совокупности, в соответствии с требованиями ст. ст. 26.2, 26.11 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, судья районного суда пришел к обоснованному выводу о виновности ФИО1 в совершении правонарушения, правильно квалифицировав его действия по ч. 1 ст. 16.2 названного Кодекса.

Утверждения ФИО1 о том, что ввезенные товары были предназначены для личных нужд, а именно для национального танцевального коллектива, с целью ознакомления неопределенного круга лиц с культурой и бытом Азербайджанского народа, направлены на субъективную оценку установленных обстоятельств и доказательств. Приведенный в материалах дела ассортимент и число перевозимых вещей не позволяют прийти к выводу о том, что они используются для личных нужд.

Наряду с этим представленные защитником письменные обращения заместителя Министра Министерства культуры Свердловской области от 12 августа 2024 года и директора Департамента внутренней политики Свердловской области от 9 августа 2024 года, в которых содержится информация об участии ансамбля Свердловской области «Азербайджан – Урал» не являются доказательствами невиновности ФИО1 в связи со следующим.

Так, 18 марта 2024 года ФИО1 в письменных объяснениях указано, что им перевозился товар из Республики Азербайджан в г. Красноярск не для личного пользования (л.д. 24). Таким образом, представленные письменные обращения от 9 и 12 августа 2024 года являются неотносимыми доказательства по событию совершения ФИО1 административного правонарушения. 

Более того, в представленных обращениях содержится информация только о том, что в Свердловской области организован танцевальный ансамбль «Азербайджан – Урал», который ежегодно принимает участие в концертной программе. О том, что данному ансамблю в момент въезда ФИО1 на территорию Российской Федерации 18 марта 2024 года нужны национальные костюмы для участия в культурных программах в обращениях не содержится.

Таким образом, несогласие привлекаемого к административной ответственности лица, а также защитника с оценкой имеющихся в деле доказательств и с толкованием судьей норм Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и законодательства, подлежащих применению в деле, не свидетельствует о том, что судьей допущены существенные нарушения названного Кодекса и (или) предусмотренные им процессуальные требования, не позволившие всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.

Объективно оценив имеющиеся по настоящему делу доказательства, с учетом установленных обстоятельств, характера и количества товара, перемещаемого ФИО1 через таможенную границу, судья районного суда пришел к правильному выводу о том, что данный товар не предназначен для личного пользования. Судьей обоснованно принято во внимание, в частности, значительное количество ввозимых названным лицом вещей и их характер.

Оснований полагать, что нарушение законодательства вызвано чрезвычайными, объективно непредотвратимыми обстоятельствами и другими непредвиденными, непреодолимыми препятствиями, находящимися вне контроля ФИО1 при соблюдении той степени заботливости и осмотрительности, какая требовалась от нее как гражданина, перемещающего товар через таможенную границу Евразийского экономического союза, не имеется.

Материалы дела не содержат каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, что у ФИО1 отсутствовала возможность для соблюдения требований таможенного законодательства.

Никаких неустранимых сомнений, которые должны толковаться в пользу ФИО1 в материалах дела, не имеется. 

Учитывая обстоятельства настоящего дела, следует признать, что совокупность представленных в материалы дела доказательств являлась достаточной для установлениях всех обстоятельств, предусмотренных ст. 26.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в связи с чем у судьи районного суда при рассмотрении дела отсутствовала необходимость в вызове ФИО1 и иных лиц для их допроса в качестве свидетелей.

В соответствии с требованиями ст. 24.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях при рассмотрении дела об административном правонарушении на основании полного и всестороннего анализа собранных по делу доказательств установлены все юридически значимые обстоятельства совершения административного правонарушения, предусмотренные ст. 26.1 данного Кодекса.

Постановление судьи о привлечении ФИО1 к административной ответственности соответствует требованиям ст. 29.10 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, вынесено с соблюдением срока давности привлечения к административной ответственности, установленного ч. 1 ст. 4.5 названного Кодекса для данной категории дел.

Порядок привлечения ФИО1 к административной ответственности не нарушен.

Вопреки доводам жалобы ФИО1 надлежащим образом был извещен о времени месте рассмотрения дела в районном суде. 

Так, из материалов дела следует, что при составлении протокола об административном правонарушении и в иных процессуальных документах ФИО1 указан адрес пребывания: 

<

адрес>.

Судебная повестка о рассмотрении дела об административном правонарушении в районном суде 14 июня 2024 года в 9:30 направлена ФИО1 28 мая 2024 года. Из отчета об отслеживании отправления с почтовым идентификатором 

<

№> следует, что заказная корреспонденция прибыла в место вручения - 2 июня в 2024 года и в этот же день состоялась неудачная попытка вручения заказного письма. По причине истечения срока хранения 10 июня 2024 года заказная корреспонденция возвращена отправителю (л.д. 66).

Неполучение направленной ФИО1 по месту его пребывания почтовой корреспонденции является надлежащим извещением о времени и месте рассмотрения дела об административном правонарушении. Риск неблагоприятных последствий в связи с неполучением почтовой корреспонденции целиком и полностью лежит на ФИО1 на основании ст. 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Выбранный судьей районного суда способ извещения ФИО1 соответствует положениям, содержащимся в ст. 25.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. 

Административное наказание в виде конфискации предметов административного правонарушения назначено ФИО1 в соответствии с требованиями ст. ст. 3.1, 3.7, 4.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, является справедливым и соразмерным содеянному. При его назначении судьей учтены характер совершенного правонарушения, а также личность виновного.

С учетом характера правонарушения, конкретных обстоятельств дела, оснований для признания правонарушения малозначительным и применения положений ст. 2.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях не имеется.

Нарушений прав, гарантированных Конституцией Российской Федерации и ст. 25.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в том числе права на защиту, не усматривается. Нарушений принципов презумпции невиновности и законности, закрепленных в ст. ст. 1.5, 1.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, при рассмотрении дела не допущено. 

Обстоятельств, исключающих производство по делу об административном правонарушении, предусмотренных ст. 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, не установлено.

Существенных нарушений процессуальных норм, влекущих отмену постановления, при рассмотрении дела допущено не было. Оснований к отмене или изменению постановления судьи по доводам жалобы не установлено.

Руководствуясь ст. 30.6, п. 1 ч. 1 ст. 30.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, судья

решил:

постановление судьи Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга Свердловской области от 14 июня 2024 года № 5-314/2024, вынесенное в отношении ФИО2 по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 16.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, оставить без изменения, а его жалобу - без удовлетворения.

Вступившее в законную силу решение может быть обжаловано (опротестовано) путем подачи жалобы (протеста) непосредственно в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции.

Судья Свердловского 

областного суда Ю.А. Филиппова