31RS0024-01-2021-000040-49 № 2-239/2021г.

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

04 марта 2021 года г. Шебекино 

Шебекинский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Котельвиной Е.А.,

при секретаре судебного заседания Глушневой М.В.,

с участием представителя истца ФИО1 – ФИО2 (по доверенности), ответчика ФИО3 и его представителя ФИО4 (по доверенности), также являющегося представителем ответчика ФИО5 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 ФИО10 к ФИО6 ФИО11, ФИО6 ФИО12 о признании договора купли-продажи недействительным и применении последствий недействительности сделки, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3, ФИО5 о признании договора купли-продажи нежилого здания, общей площадью 1 309,7 кв.м, кадастровый номер: 

<

данные изъяты>, расположенного по адресу: 

<

адрес> район железнодорожной станции «

<

данные изъяты>», заключенного 14.03.2019 года ФИО3 с ФИО5 недействительным; применении последствий недействительности ничтожной сделки в виде возврата недвижимого имущества в пользу истца; погашении в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним записи № 

<

данные изъяты> от 22.03.2019 года о регистрации права собственности ФИО5 на указанное нежилое здание. 

Свои требования обосновывает тем, что с ноября 2014 года он являлся собственником указанного нежилого здания. В 2016 году решил продать указанное нежилое здание, оформил договор купли-продажи, и по предварительной договоренности ФИО3 передал ему за указанное здание задаток в размере 300000 руб., а оставшуюся сумму обязался отдать в декабре 2017 года. В качестве гарантий по внесенному задатку, ФИО3 попросил оформить на него доверенность с правом распоряжения по данному объекту недвижимости, мотивируя тем, что вдруг с ним (ФИО1) что-то случится и задаток возвращать будет некому. Под влиянием заблуждения 19.07.2016 года он ФИО3 выдал доверенность. Считает, что уклоняясь от выполнения обязательств по выплате 1 000 000 руб., ФИО3, действуя по доверенности, 14.03.2019 года заключил мнимый договор купли-продажи указанного нежилого здания с ФИО5, являющейся его родственницей. Ему об этой сделке ничего не было известно. После того, как он узнал о совершенной сделке, сделал нотариальное распоряжение об отмене выданной доверенности. До настоящего времени ФИО3 указанное нежилое здание ему не вернул, 1000000 руб. не выплатил. Постановлением УУП ОМВД по Шебекинскому городскому округу по его обращению о проведении проверки по факту завладения принадлежащим ему нежилым зданием, отказано в возбуждении уголовных дел по ч.1 ст. 159, ч.1 ст.158, ч.1 ст. 160 УК РФ в отношении ФИО3, ФИО5, за отсутствием состава преступления. 

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о месте и времени разбирательства дела уведомлен судебным извещением, в суд возвращено уведомление о вручении, обеспечил участие в деле своего представителя ФИО2, который заявленные требования поддержал по основаниям, изложенным в иске, просил требования удовлетворить.

Ответчик ФИО3 и его представитель ФИО4, являющийся также представителем ответчика ФИО5, просили в иске отказать, представили письменные возражения относительно заявленных требований, в которых указывают на то, что ФИО3 заключая 14.03.2019г. договор купли-продажи с ФИО5, выступая в качестве продавца, действовал на основании нотариальной доверенности, выданной ему ФИО1 19.07.2016 года. Имущество покупателю было передано. Письмом от 13.05.2019г. ФИО3 уведомил ФИО1 о состоявшейся сделке, на что ФИО1 письмом от 26.05.2019г. выразил несогласие, считая продажу незаконной. 

Изложенные в иске доводы истца о продаже им в 2016 году данного нежилого здания по договору купли-продажи ФИО3 за 1 300 000 руб., по которому ФИО3 передал ФИО1 задаток в сумме 300000 руб., не соответствуют действительности. Договор купли-продажи от 07.07.2016г. не является предварительным, а 300000 руб. не является задатком, а плата по договору. Необходимые документы для регистрации данного договора Лабутиным Анохину предоставлены не были, потому договор не был зарегистрирован, сумма 1 000 000 руб. ФИО6 ФИО1у передана не была. ФИО3 не приобрел право собственности на данное здание. ФИО1 выдал ФИО3 нотариальную доверенность на право продажи данного здания, по которой ФИО3 заключил договор купли-продажи данного здания с ФИО5, определил стоимость здания 850 000 руб., с учетом обвалившейся крыши и повреждения стен здания. Расчет покупателем с продавцом произведен, здание передано. Переход права в Росреестре зарегистрирован. При заключении договора между ФИО3 и ФИО5 достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Данная сделка не является мнимой. ФИО5 приобретала здание в собственность для осуществления предпринимательской деятельности. Здание приобретено ею на законных основаниях и не может быть истребовано от нее. Она несет бремя содержания данного имущества. ФИО1 препятствует ей в переоформлении земельного участка под зданием. ФИО1 самовольно срезал замки и передал здание в аренду другому лицу. Считают, что ФИО1 решил продать здание другому лицу по более выгодной цене. 

Ответчик ФИО5 в судебное заседание не явилась, о месте и времени разбирательства дела уведомлена судебным извещением, в суд возвращено уведомление о вручении, обеспечила участие в деле своего представителя ФИО4, изложившего мнение относительно предъявленных требований в вышеуказанных письменных возражениях. 

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным доказательствам, суд приходит к следующему. 

Как следует из материалов дела, с 12.11.2014 года ФИО1 на основании договора купли-продажи от 30.10.2014г являлся собственником нежилого здания, общей площадью 1 309,7 кв.м, кадастровый номер: 

<

данные изъяты>, расположенного по адресу: 

<

адрес> район железнодорожной станции «

<

данные изъяты>».

19.07.2016 года ФИО1 выдал нотариально удостоверенную доверенность, которой он уполномочил ФИО3 продать за цену и на условиях по своему усмотрению принадлежащее ему на праве собственности нежилое здание, назначение складское, находящееся по адресу: 

<

адрес> район железнодорожной станции «

<

данные изъяты>», кадастровый номер 

<

данные изъяты>, для чего предоставил право представлять и получать необходимые справки, удостоверения, документы во всех организациях и учреждениях, в том числе в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Белгородской области, в случае необходимости получать дубликаты правоустанавливающих документов, подписать договор купли-продажи, передаточный акт, с правом заключения и подписания на условиях по своему усмотрению соглашения (договора) о задатке, предварительного договора с передачей аванса, с правом получения причитающегося ему аванса или задатка, получить следуемые ему деньги, зарегистрировать переход права собственности в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Белгородской области, с правом подачи заявления о приостановлении, прекращении и возобновлении государственной регистрации, получения уведомления о приостановлении, прекращении и возобновлении государственной регистрации, сообщения об отказе в государственной регистрации, с правом подачи дополнительных документов, внесения изменений в записи ЕГРП, внесения изменений в документы, с правом оплаты тарифов, сборов, пошлин, с правом получения всех, причитающихся ему документов, с правом снятия обременений, делать от его имени заявления, с правом подачи заявления об исправлении технических ошибок, подписывать и подавать необходимые заявления, решать спорные вопросы, расписываться за него и совершать все действия, связанные с выполнением этого поручения. 

Доверенность выдана сроком на три года, с запретом передоверия полномочий другим лицам. 

14.03.2019 года между ФИО5 и ФИО1, в интересах которого действовал ФИО3 по доверенности, заключен договор купли-продажи спорного нежилого здания, общей площадью 1 309,7 кв.м, кадастровый номер: 

<

данные изъяты>, расположенного по адресу: 

<

адрес> район железнодорожной станции «

<

данные изъяты>», находящегося на части земельном участке, находящимся в субаренде.

Стоимость здания по договоренности сторон определена в размере 850 000 руб. в договоре отмечено: указанную сумму покупатель уплатил продавцу до подписания настоящего договора. В материалы дела представлена расписка о передаче денежных средств от 14.03.2019г. 

В договоре оговорено: имущество считается переданным покупателю продавцом с момента подписания передаточного акта.

Передаточный акт между ФИО5 и ФИО1, в интересах которого действовал ФИО3 подписан 14.03.2019 года.

Право собственности на спорный объект недвижимости зарегистрировано за ФИО5 ФГБУ «ФКП Росреестра по Белгородской области 22.03.2019 года регистрационная запись № 

<

данные изъяты>, на основании договора купли-продажи от 14.03.2019г.

ФИО3 уведомил ФИО1 о заключении договора купли-продажи спорного объекта, направив копию договора, которая была получена ФИО1 07.05.2019 года.

14.05.2019 года ФИО1 отменил доверенность, выданную 19.07.2016 года. 

Постановлением УУП ОМВД по Шебекинскому городскому округу от 14.06.2020г. в возбуждении уголовных дел по обращению ФИО1 о проведении проверки по факту завладения принадлежащим ему нежилым зданием общей площадью 1 309,7 кв.м, расположенным по адресу: 

<

адрес> район железнодорожной станции «

<

данные изъяты> в отношении ФИО3, ФИО5 по признакам состава преступлений, предусмотренных ч.1 ст. 159, ч.1 ст.158, ч.1 ст.160 УК РФ отказано за отсутствием состава преступления. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно абзацу первому пункта 3 статьи 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

По смыслу приведенных норм права, для признания договора купли-продажи мнимой сделкой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон.

В силу части 1 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого.

ФИО1, оформив на имя ответчика ФИО3 доверенность, согласно которой он уполномочил последнего продать за цену и на условиях по своему усмотрению, заключать и подписывать договор купли-продажи спорного объекта, передаточный акт, а также получать следуемые ему денежные средства за проданное здание, осознавал характер совершаемых им действий и не отзывал доверенность в течение около 3-х лет (19.07.2016г выдана доверенность, 14.05.2019г отменена доверенность, 12.01.2021г подан иск). 

Норма части первой статьи 12 ГПК Российской Федерации, в силу которой правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, конкретизируется в части первой статьи 56 ГПК РФ, согласно которой каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. 

Истцом в иске не указано и в материалы дела не представлено доказательств того, что он не намеревался продавать спорный объект, а договор заключен только для вида. 

Напротив, материалами дела подтверждается, что волеизъявление ФИО1 было направлено именно на продажу принадлежащего ему нежилого здания. 

При этом, как таковое, заключение сделки между родственниками не противоречит закону. В доверенности не было оговорено, кому именно подлежит продаже нежилое здание, потому ссылка представителя истца в обоснование заявленных требований на то, что договор купли-продажи ФИО3 заключил со своей родственницей (племянницей) ФИО5 несостоятельна.

Таким образом, совокупностью исследованных судом доказательств подтверждается наличие волеизъявления ФИО1 на выдачу ФИО3 поручения для совершения юридических действий по продаже принадлежавшего ему нежилого здания.

Суждения представителя истца о том, что доверенность ФИО1 выдана находясь под влиянием ФИО3, что ФИО1 выдавая доверенность находился в заблуждении относительно последствий совершения данного действия, опровергаются материалами дела, материалами проверки КУСП № 

<

данные изъяты> от 07.05.2019г., из которых следует, что доверенность выдана по инициативе ФИО1 во избежания исполнения обязанности уплатить налог на доход от продажи недвижимости ввиду владения имуществом менее трех лет. 

Ссылки в иске на то, что истцу ничего не было известно о совершаемой сделке с принадлежащим ему имуществом также несостоятельны, поскольку эти действия являлись следствием его волеизъявления и как собственник, давший согласие на отчуждение имущества он мог своевременно узнать об исполнении своего поручения.

Кроме того, в материалы дела представлены доказательства несения бремени содержания имущества со стороны ответчика ФИО5 – налоговое уведомление об уплате налога на имущество за 2019г., чек-ордера об уплате налога. 

Неоплата по договору не свидетельствует о его недействительности, а может служить основанием для предъявления соответствующих требований. 

Пояснения ответчика ФИО3 об отказе истца принимать полученные от продажи спорного объекта денежные средства не опровергались представителем истца, а напротив, нашли подтверждение в его пояснениях и в самом рассматриваемом иске, сформулированных в нем требованиях. Высказанное в ходе судебного заседания предложение ответчика ФИО3 о передаче истцу ФИО1 денежных средств полученных от продажи спорного объекта, встречено отказом со стороны представителя истца. 

Вместе с тем, обстоятельства передачи денежных средств по договору купли-продажи подлежат выяснению в случае предъявления соответствующих требований, юридически значимым обстоятельством исходя из предмета заявленных требований, не являются.

Суд не может не обратить внимание на то обстоятельство, что сделанное в любой форме заявление о недействительности сделки и о применении последствий недействительности сделки не имеет правового значения, когда ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности поведение истца после заключения сделки (выдачи доверенности) давало ответчику основание полагаться на действительность сделки (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Согласно данной норме, сторона, подтвердившая каким-либо образом действие договора (сделки), не вправе ссылаться на его (ее) незаключенность (недействительность, мнимость), что влечет за собой в целях пресечения необоснованных процессуальных нарушений потерю права на возражение ("эстоппель"). Данное правило вытекает из общих начал гражданского законодательства и является частным случаем проявления принципа добросовестности, согласно которому при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Из совокупности представленных в материалы дела доказательств следует, что действия сторон были направлены на фактическое возникновение гражданских прав и обязанностей по осуществлению и реализации оспариваемой сделки.

При этом и истец, и ответчик имели намерение создать именно соответствующие правовые последствия в отношении предмета сделки. Действия истца, его дальнейшее поведение в течение почти трех лет давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания договора купли-продажи спорного нежилого здания от 14.03.2019г. мнимой сделкой, поскольку истцом не было представлено доказательств, подтверждающих, что оспариваемая сделка была совершена формально, стороны при ее заключении преследовали иные цели, их действия не были направлены на достижение юридического результата.

При этом то, что в настоящее время истцом спорный объект передан в пользование другому лицу, не свидетельствует о мнимости оспариваемой сделки купли-продажи, так как доступ к спорному зданию истец получил без согласия собственника (самовольно сняв замки). Данное обстоятельство стороной истца не отрицалось.

Доводы представителя истца, в обоснование заявленных требований, на заключение 07.07.2016 года между ФИО1 и ФИО3 договора купли-продажи спорного объекта, по условиям которого цена здания по договоренности сторон определена в размере 1 300 000 руб., из которых 300 000 руб. продавец (ФИО1) получил от покупателя при подписании договора и передаточного акта, оставшуюся сумму 1 000 000 руб. покупатель (ФИО3) обязался оплатить продавцу до 14.11.2017 года, и что под влиянием ФИО3 истец ФИО1 19.07.2016 года выдал тому нотариально удостоверенную доверенность, уполномочивающую ФИО3 продать указанное нежилое здание, и что ФИО3 «испугавшись возврата объекта обратно ФИО1» оформил договор купли-продажи с ФИО5, судом отклоняются ввиду следующего.

В соответствии с ч.1 ст. 131 ГК РФ право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней. Регистрации подлежат: право собственности, право хозяйственного ведения, право оперативного управления, право пожизненного наследуемого владения, право постоянного пользования, ипотека, сервитуты, а также иные права в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными законами.

Согласно ч.1 ст. 551 ГК РФ переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации.

Переход права собственности к ФИО3 на спорное нежилое здание на основании указанного договора купли-продажи, в установленном законом порядке не зарегистрирован, право собственности у ФИО3 в отношении указанного объекта не возникло. Какие-либо негативные последствия для ФИО1 и ФИО3 как участников сделки купли-продажи, отсутствуют. 

Исходя из обстоятельств дела и представленных в материалы дела доказательств, намерение на отчуждение принадлежащего ему имущества у ФИО1 наличествовало. Оснований считать, что ФИО1 преследовалась иная, нежели обычно преследуемая при совершении соответствующего вида сделок (выдачи доверенности с правом продажи), цель, не установлено. Оформляя доверенность на право отчуждения имущества, ФИО1 действовал в пределах дозволенных гражданским правом правомочий собственника объекта на распоряжение своим имуществом. 

Как указывал ответчик ФИО3, после июля 2016 года он предпринимал меры по поддержанию спорного объекта в надлежащем состоянии, что не отрицалось стороной истца. При этом, истец не высказывал возражений относительно принятия ответчиком подобных мер.

Вместе с тем, обстоятельства выполнения ФИО3 в период с 2016 до марта 2019 года очистительно-восстановительных работ спорного объекта, подвергнутого разрушению, их объем и стоимость не подлежат установлению, доказыванию, исследованию и оценке судом в рамках разрешения данного гражданско-правового спора о признании сделки купли-продажи от 14.03.2019г. недействительной, так как данные обстоятельства не входят в предмет доказывания по такому спору.

Несмотря на предпринимаемые судом меры примирение между сторонами не достигнуто.

Выбор способа защиты нарушенного права осуществляется истцом своей волей и в своем интересе (п. 2 ст. 1 ГК РФ). Между тем избрание лицом способа защиты своего нарушенного права не должно ущемлять права и законные интересы других лиц. Таким образом, выбор способа защиты нарушенного или оспариваемого права является субъективным правом истца.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, 

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 ФИО13 к ФИО6 ФИО14, ФИО6 ФИО15 о признании договора купли-продажи недействительным и применении последствий недействительности сделки – отказать. 

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме, т.е. с 12.03.2021г., путем подачи апелляционной жалобы через Шебекинский районный суд.

Судья Е.А. Котельвина

Решение10.03.2021