Судья Аверченко Д.А. Дело № 7а-56/2026

РЕШЕНИЕ

город Новосибирск 25 марта 2026 года

Судья Новосибирского областного суда Деменкова Ю.Г., рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу ФИО1 на постановление судьи Дзержинского районного суда города Новосибирска от 26 декабря 2025 года, вынесенное по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 19.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении ФИО1,

установил:

ДД.ММ.ГГГГ врио начальника Федерального казенного учреждения «Следственный изолятор №» Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний России по 

<

адрес> (далее - ФКУ СИЗО 

<

адрес>, СИЗО) А.Т.Р. составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 19.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ), в отношении ФИО1

Дело передано на рассмотрение в Дзержинский районный суд 

<

адрес>.

Постановлением судьи Дзержинского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 19.3 КоАП РФ, и подвергнут административному наказанию в виде административного штрафа в размере 

<

данные изъяты>.

На указанное постановление ФИО1 в порядке статьи 30.1 КоАП РФ в Новосибирский областной суд подана жалоба, в обоснование доводов которой указано о несоответствии выводов судьи фактическим обстоятельствам дела, о недоказанности вины в совершении административного правонарушения. Заявитель отмечает, что у него отсутствовал умысел на совершение административного правонарушения, перед входом в СИЗО он забыл о наличии у него диктофона. При этом сотрудником СИЗО Ж.О.С. требования о сдаче запрещенных предметов предъявлены не были. Считает, что аудиосообщение речевого оповещателя на входе нельзя расценить как предъявление указанного требования. Просит отменить постановление, производство по делу прекратить.

Жалоба подана в установленный частью 1 статьи 30.3 КоАП РФ срок, препятствий для её рассмотрения не имеется.

Судья областного суда определил рассмотреть жалобу в отсутствие ФИО1, поскольку он надлежаще извещен, ходатайство о отложении судебного разбирательства не представлено.

Изучив доводы жалобы, а также проверив в соответствии с требованиями части 3 статьи 30.6 КоАП РФ законность постановления в полном объеме на основании представленных в деле доказательств, судья областного суда приходит к следующему.

Задачами производства по делам об административных правонарушениях является, в том числе всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом (статья 24.1 КоАП РФ).

В соответствии с частью 1 статьи 7 Федерального закона от 15 июля 1995 года №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», статьи 74 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы являются местами содержания под стражей подозреваемых, обвиняемых и выполняют функции исправительных учреждений в отношении некоторых категорий осужденных.

В силу пункта 7 статьи 13 Федерального закона от 21 июля 1993 года №5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы», учреждения, исполняющие наказания, обязаны обеспечивать режим содержания подозреваемых и обвиняемых, в отношении которых в качестве меры пресечения применено заключение под стражу, а также соблюдение их прав и исполнение ими своих обязанностей в соответствии с федеральным законом «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

Согласно требованиям статьи 89 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, части 1 статьи 18 Федерального закона от 15 июля 1995 года №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» для получения юридической помощи осужденным предоставляются свидания с адвокатами или иными лицами, имеющими право на оказание юридической помощи. Защитнику запрещается проносить на территорию места содержания под стражей технические средства связи, а также технические средства (устройства), позволяющие осуществлять киносъемку, аудио- и видеозапись.

Аналогичные требования закреплены в пункте 179 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 04 июля 2022 года № 110.

Абзацами 4 и 5 статьи 25 Федерального закона от 15 июля 1995 года №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» предусмотрено, что предметы, вещества и продукты питания, которые представляют опасность для жизни и здоровья людей или могут быть использованы в качестве орудия преступления либо для воспрепятствования целям содержания под стражей, запрещаются к передаче подозреваемым и обвиняемым; сокрытие от досмотра или передача подозреваемым и обвиняемым запрещенных к хранению и использованию предметов, веществ и продуктов питания, а равно передача им любых предметов, веществ и продуктов питания вопреки установленным правилам влекут за собой ответственность в соответствии с административным и уголовным законодательством.

Таким образом, субъектом административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 19.3 КоАП РФ, может быть любое лицо, передающее в СИЗО перечисленные объекты, то есть им может быть, и адвокат.

При наличии достаточных оснований подозревать лиц, в том числе и адвокатов, в попытке проноса запрещенных предметов, веществ и продуктов питания сотрудники мест содержания под стражей вправе производить досмотр их вещей и одежды при входе и выходе с территории учреждения и изымать незаконно переносимое, на что прямо указано в абзаце 6 статьи 34 Федерального закона от 15 июля 1995 года №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

Согласно части 2 статьи 19.3 КоАП РФ (в редакции на момент событий вменяемого административного правонарушения) неповиновение гражданина (за исключением осужденных, отбывающих наказание в виде лишения свободы в уголовно-исполнительном учреждении, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений и содержащихся под стражей в иных учреждениях) законному распоряжению или требованию сотрудника органа или учреждения уголовно-исполнительной системы, военнослужащего либо другого лица при исполнении ими обязанностей по обеспечению безопасности и охране этих учреждений, поддержанию в них установленного режима, охране и конвоированию осужденных (подозреваемых, обвиняемых) – влечет наложение административного штрафа в размере от двух тысяч до четырех тысяч рублей, либо административный арест на срок до пятнадцати суток, либо обязательные работы на срок от сорока до ста двадцати часов.

Как установлено судьей районного суда, ДД.ММ.ГГГГ в ФКУ СИЗО № ГУФСИН России по 

<

адрес> адвокат ФИО1, прибывший в указанное исправительное учреждение, не выполнил законные требования часового КПП по пропуску людей отдела охраны ФКУ СИЗО -

<

адрес> о сдаче запрещенных к хранению и использованию предметов, веществ подозреваемым, обвиняемым, осужденным, в том числе технических средств связи, а также технических средств (устройств), позволяющих осуществлять киносъемку, аудио- и видеозапись. При личном досмотре в ДД.ММ.ГГГГ адвоката ФИО1 в его сумке был обнаружен и изъят запрещенный предмет: диктофон марки «

<

данные изъяты>» в корпусе черного цвета.

Указанные обстоятельства послужили основанием для привлечения ФИО1 к административной ответственности, предусмотренной частью 2 статьи 19.3 КоАП РФ.

Вопреки доводам жалобы, обстоятельства совершения ФИО1 административного правонарушения подтверждены совокупностью доказательств: протоколом об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.8); рапортами инспекторов отдела охраны ФКУ СИЗО-

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.1, л.д.2, л.д.3); протоколом о личном досмотре, досмотре вещей, находящихся при физическом лице от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.6); объяснением ФИО1 (л.д.7); фотоматериалом (л.д.16-19); копией журнала учета прибытия (убытия) посетителей (л.д.4-5); копией удостоверения адвоката (л.д.10); справкой по факту изъятия запрещенного предмета (л.д.11-12); видеозаписью (л.д.29) и иными доказательствами, которым судьей районного суда при рассмотрении дела дана надлежащая оценка по правилам статьи 26.11 КоАП РФ.

Протокол об административном правонарушении составлен и подписан уполномоченным должностным лицом – врио начальника ФКУ СИЗО-

<

адрес>, что подтверждается соответствующим приказом о возложении обязанностей (л.д.35-37).

Допущенная в протоколе об административном правонарушении явная описка о дате выявления административного правонарушения ДД.ММ.ГГГГ в ДД.ММ.ГГГГ минут не влияет на допустимость указанного доказательства, поскольку в протоколе указано, что административное правонарушение совершено ДД.ММ.ГГГГ в ДД.ММ.ГГГГ, то есть предусмотренные в статье 26.1 КоАП РФ юридически значимые обстоятельства административного правонарушения установлены верно и отражены согласно требованиям статьи 28.2 названного Кодекса в протоколе, и который составлен также ДД.ММ.ГГГГ в ДД.ММ.ГГГГ (л.д.8).

Вместе с тем, судьей районного суда при установлении обстоятельств совершения административного правонарушения указана дата ДД.ММ.ГГГГ и при этом приведены доказательств о совершении административного правонарушения ДД.ММ.ГГГГ, то есть допущена явна описка. В связи с указанным судья областного суда считает необходимым уточнить дату совершения административного правонарушения как ДД.ММ.ГГГГ, что не влияет на законность судебного акта.

Судья областного суда, оценивая имеющиеся в деле рапорты, отмечает, что данные документы также соответствуют требованиям статьи 26.7 КоАП РФ, составлены сотрудниками отдела охраны ФКУ СИЗО-

<

адрес> области в рамках должностных обязанностей, в связи с выявлением административного правонарушения, а изложенные в них обстоятельства не противоречат фактическим обстоятельствам по делу.

Оценивая доводы жалобы заявителя об отсутствии в его действиях состава административного правонарушения, судья областного суда исходит из следующего.

Объективная сторона административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 19.3 КоАП РФ, выражается в бездействии лица выполнить законное распоряжение или требование сотрудника органа или учреждения уголовно-исполнительной системы по соблюдению мер, направленных на обеспечение безопасности и охране этих учреждений, поддержанию в них установленного режима.

При этом закон не содержит прямого указания на совершение указанного административного правонарушения только умышленно. Также законом не предусмотрено, в какой форме должно быть предъявлено сотрудником учреждения уголовно-исполнительной системы требование или распоряжение.

По смыслу закона, пронос на территорию учреждения уголовно-исполнительной системы запрещенных предметов после предупреждения о запрете совершения указанных действий, образует состав административного правонарушения, предусмотренного нормой части 2 статьи 19.3 КоАП РФ.

Судья районного суда, разрешая дело, проанализировав доказательства, в том числе допросив сотрудника ФКУ СИЗО-

<

адрес> Ж.О.С., установил, что адвокату Руденко А.А. было предъявлено требование сдать предметы, запрещенные к проносу на территорию учреждения. Кроме того, аналогичные требования озвучены речевым оповещателем, ФИО1 был предупрежден об ответственности за неисполнение установленного законом запрета, о чем расписался в журнале учета (прибытия), указав свою подпись в графе «предупрежден об ответственности за пронос запрещенных предметов» (л.д.4-5). Однако при досмотре ФИО1 у него был обнаружен диктофон.

Судьей районного суда обоснованно сделан вывод о законности требования сотрудника СИЗО Ж.О.С., поскольку она действовала в рамках своих должностных полномочий, что подтверждается выпиской из должностной инструкции (л.д.30). Указанное должностное лицо опрошено судьей в установленном законом порядке, с предупреждением об ответственности по статье 17.9 КоАП РФ, о чем имеется расписка в деле (л.д.38).

Представленные в деле доказательства опровергают доводы ФИО1 о том, что ему не было предъявлено требования о сдаче запрещенных предметов.

Доводы жалобы ФИО1 об отсутствии у него умысла на совершение вмененного правонарушения, поскольку он забыл о наличии у него диктофона не исключают вины в совершении административного правонарушения.

Вопреки указанным доводам ФИО1, учитывая, что факт нахождения диктофона у него в сумке был установлен уже на пункте досмотра, то есть после того, как ФИО1 был официально предупрежден о запрете проноса запрещенных предметов и средств связи (предложено сдать их), судья районного суда обоснованно квалифицировал указанные действия ФИО1 как неповиновение гражданина (за исключением осужденных, отбывающих наказание в виде лишения свободы в уголовно-исполнительном учреждении, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений и содержащихся под стражей в иных учреждениях) законному требованию сотрудника учреждения уголовно-исполнительной системы, при исполнении им обязанностей по обеспечению безопасности и охране этих учреждений, поддержанию в них установленного режима, охране и конвоированию осужденных (подозреваемых, обвиняемых).

Доводы о недопустимости протокола личного досмотра обоснованно отклонены судьей по мотивам, изложенным в постановлении.

Судьей верно отмечено, что наличие у рамки КПП-2 корзины с находящимися там предметами, не исключает совершения ФИО1 административного правонарушения.

Судьей районного суда при рассмотрении дела требования статьи 24.1 КоАП РФ выполнены. На основании полного и всестороннего анализа собранных по делу доказательств установлены все юридически значимые обстоятельства совершения административного правонарушения, предусмотренные статьей 26.1 данного Кодекса.

Должностным лицом и судьей районного суда были сознаны условия для реализации ФИО1 гарантированных законом прав. Все заявленные данным лицом ходатайства разрешены в соответствии со статьей 24.4 КоАП РФ. Доводы заявителя проверены судьей и им дана надлежащая оценка со ссылкой на анализ представленных в деле доказательств.

Фактически доводы жалобы ФИО1 сводятся к переоценке верно установленных в ходе рассмотрения дела обстоятельств. Соблюдение процессуального требования о всестороннем, полном и объективном выяснении обстоятельств дела не означает, что результат судебного разбирательства должен непременно соответствовать целям и интересам лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении.

Постановление по делу об административном правонарушении соответствует требованиям статьи 29.10 КоАП РФ. Порядок и срок давности привлечения к административной ответственности соблюдены.

Существенных нарушений норм материального и процессуального права не допущено.

Административное наказание ФИО1 назначено с соблюдением требований закона в пределах санкции части 2 статьи 19.3 КоАП РФ.

Правовые основания для смягчения наказания или освобождения от административной ответственности отсутствуют.

Таким образом, оснований для отмены или изменения постановления Дзержинского районного суда города Новосибирска от 26 декабря 2025 года не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 30.6 - 30.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, судья областного суда

решил:

постановление судьи Дзержинского районного суда города Новосибирска от 26 декабря 2025 года, вынесенное по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 19.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении ФИО1, оставить без изменения, уточнив дату совершения административного правонарушения как ДД.ММ.ГГГГ, жалобу ФИО1 оставить без удовлетворения.

Судья