Дело № 2-425/2018 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

«15» мая 2018 года г. Гуково, Ростовская область 

Гуковский городской суд Ростовской области 

в составе судьи Козинцевой И.Е.,

при секретаре Аракелян А.Р.,

с участием помощника прокурора г.Гуково Жван Ю.А.,

рассмотрев в судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Открытому акционерному обществу «Донуголь» о взыскании компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском, ссылаясь на то, что он работал у ответчика в качестве 

<

данные изъяты> в условиях воздействия вредных веществ, неблагоприятных производственных факторов. В результате длительной работы в неблагоприятных условиях, актом о расследовании профессионального заболевания от 04 марта 2016 года № ему было диагностировано профессиональное заболевание - 

<

данные изъяты>. 23 марта 2016 года вследствие вышеуказанного профессионального заболевания бюро МСЭ впервые установило ему 50% утраты профессиональной трудоспособности и третью группу инвалидности. В связи с этим ответчик в соответствии с п.10.1.2 Коллективного договора на 2015-2017 годы обязан выплатить ему в счет компенсации морального вреда, причиненного здоровью вследствие несчастного случая, связанного с производством, единовременную компенсацию в размере 2000 рублей за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности в общей сумме 100 000 рублей. До настоящего времени компенсация морального вреда ему не выплачена ответчиком, несмотря на его обращение о выплате указанной суммы. В результате полученного профессионального заболевания истец терпит физические страдания, которые выражаются в 

<

данные изъяты>, его здоровье требует постоянных медицинских периодических осмотров и периодического лечения, в том числе санаторно-курортного. Он лишился работы и достойного (порядка 50 000 рублей) заработка, стал инвалидом, семейная жизнь его разладилась, последствием инвалидности стал развод. Все это причиняет нравственные страдания, он плохо спит и нервничает. В связи с изложенным истец просит суд взыскать с ответчика ОАО «Донуголь» компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в размере 100 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в сумме 20 000 рублей, расходы по совершению доверенности в сумме 1300 рублей, всего 121 300 рублей. 

В судебное заседание явились истец ФИО1 и его представитель по доверенности от 23.03.2018 ФИО2, исковые требования поддержали в полном объеме.

В судебное заседание явилась представитель ответчика ОАО «Донуголь» по доверенности ФИО3, исковые требования не признала. 

Выслушав истца, представителя истца ФИО2, представителя ответчика ФИО3, заключение помощника прокурора г. Гуково Жван Ю.А., полагавшей, что исковые требования ФИО1 подлежат удовлетворению, изучив материалы дела, суд считает, что иск обоснован и подлежит удовлетворению по следующим основаниям. 

Установлено, что истец ФИО1 работал у ответчика в качестве проходчика. В результате длительной работы в неблагоприятных условиях, актом о расследовании профессионального заболевания от 04 марта 2016 года № ему было диагностировано профессиональное заболевание - 

<

данные изъяты>. 

23 марта 2016 года вследствие вышеуказанного профессионального заболевания бюро МСЭ впервые установило ФИО1 50% утраты профессиональной трудоспособности и третью группу инвалидности.

В силу ст. 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Статьей 150 ГК РФ предусмотрено, что жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми. 

В соответствии со статьей 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно статье 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии со статьей 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», п.п. 4,5 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 15 декабря 2000 года № 967, под профессиональным заболеванием понимается хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности.

Пунктом 3 статьи 8 указанного закона предусмотрено, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда. 

Надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда (п.7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 года № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний»). При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Трудовое законодательство в качестве основной обязанности работодателя обеспечить безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника. 

Согласно акту № 28-52/1061 от 04 марта 2016 года условия труда ФИО1 при работе, в том числе и у ответчика, не отвечают требованиям СанПиН 2.2.3.570-96 «Гигиенические требования к предприятиям угольной промышленности и организации работ», СанПиН 2.2.2948-11 «Гигиенические требования к организациям, осуществляющим деятельность по добыче и переработке угля (горючих сланцев) и организации работ».

Частью 1 ст. 21 Федерального закона № 81-ФЗ «О государственном регулировании добычи и использования угля, об особенностях социальной защиты работников организаций угольной промышленности» от 20 июня 1996 года предусмотрено, что социальная поддержка для работников и пенсионеров организаций по добыче (переработке) угля (горючих сланцев) устанавливается в соответствии с законодательством Российской Федерации, соглашениями, коллективными договорами за счет средств этих организаций. 

В соответствии с п.10.1.2 Коллективного договора на 2013-2015годы, действие которого продлено дополнительным соглашением № 1 к коллективному договору до 31.12.2018, работодатель обязан компенсировать работнику моральный вред, причиненный здоровью вследствие несчастного случая (профессионального заболевания), связанного с производством, в размере 2000 рублей за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности при условии установления даты заболевания в период работы в ОАО «Донуголь». В случае, когда ответственность за причинение вреда здоровью работника в виде профессионального заболевания возложена на несколько организаций, работодатель несет долевую ответственность, которая определяется пропорционально степени вины работодателя. 

В силу ч.2 ст.5 Трудового кодекса РФ в коллективных договорах, соглашениях, а также в локальных нормативных правовых актах и трудовых договорах возможно закрепление дополнительных по сравнению с действующим законодательством гарантий работникам и случаев их предоставления.

Как следует из материалов дела, истец в период работы у ответчика получил профессиональное заболевание, вследствие чего ему установлено 50 % утраты профессиональной трудоспособности и третья группа инвалидности. С учетом данных обстоятельств, в соответствии с положениями п. 10.1.2. Коллективного договора, ответчиком должна быть выплачена истцу компенсация морального вреда в размере 2000 рублей за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности.

По мнению суда, компенсация морального вреда должна быть исчислена из 100% вины ответчика в повреждении здоровья истца и возникновении у него профессионального заболевания по следующим основаниям.

В соответствии с актом о случае профессионального заболевания от 04.03.2016 № 28-52/1061, утвержденным врио. главного государственного санитарного врача по г.Шахты, Усть-Донецкому, Октябрьскому (с) районам, расследованным комиссией в составе врачей и представителей от ответчика, причинителем вреда здоровью истца является ответчик. 

Санитарно-гигиеническая характеристика (п.20) свидетельствует о том, что ранее установленных профзаболеваний у истца не было, соответственно потерял здоровье именно у ответчика.

Таким образом, именно в период работы у ответчика ФИО1 установлено профессиональное заболевание и 50% утраты профессиональной трудоспособности. 

С учетом изложенного истцу должна быть произведена выплата компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 100 000 рублей.

Заявление истца о возмещении расходов на оплату услуг представителя подлежит частичному удовлетворению, исходя из следующего.

По правилам ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 17 июля 2007года № 383-О-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части первой статьи 100 ГПК Российской Федерации речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

Исходя из смысла вышеуказанных норм, оценив соотносимость указанных истцом расходов с объемом защищаемого права, конкретные обстоятельства дела, объем и качество реально оказанных юридических услуг, количество судебных заседаний, при этом учитывая принцип разумности, суд полагает, что заявление истца о возмещении судебных расходов на оплату услуг представителя подлежит частичному удовлетворению в размере 8 000 рублей.

Заявление истца о взыскании расходов по оплате доверенности в сумме 1300 руб. подлежит удовлетворению. 

Учитывая, что истец при обращении в суд с настоящим исковым заявлением неимущественного характера, в силу закона освобожден от уплаты госпошлины, в соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ и п.п. 3. п.1 ст. 333.19 НК РФ с ответчика подлежит взысканию в доход местного бюджета госпошлина в размере 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Взыскать с Открытого акционерного общества «Донуголь» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, в размере 100 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в сумме 8 000 рублей, расходы по совершению доверенности в сумме 1300 рублей, всего 109 300 рублей. 

Взыскать с ОАО «Донуголь» госпошлину в доход местного бюджета в сумме 300 рублей. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ростовский областной суд через Гуковский городской суд Ростовской области в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение изготовлено 21.05.2018.

Судья И.Е. Козинцева