Дело № 2-68/2018

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

14 мая 2018 года г. Ужур

Ужурский районный суд Красноярского края

в составе председательствующего судьи Загребанцева А.Б.,

при секретаре Айрапетян Н.А.,

с участием представителя истца адвоката Грачева В.Н., представившего удостоверение № 1137 и ордер № 350,

заместителя военного прокурора 22 военной прокуратуры армии, войсковая часть № подполковника юстиции ФИО1, помощника военного прокурора 22 военной прокуратуры армии капитана юстиции ФИО2,

первого заместителя руководителя 481 военного следственного отдела Следственного комитета Российской Федерации полковника юстиции ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО4 к Министерству Финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда в порядке реабилитации,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО4 обратился в суд с исковым заявлением к Министерству Финансов РФ о компенсации морального вреда, мотивируя его следующим. 16.05.2017 года старшим следователем 481 военного следственного отдела СК РФ ФИО5 в отношении него было возбуждено уголовное дело по ч. 1 ст. 166, ч. 6 ст. 264 УК РФ. 05.07.2017 года ему было предъявлено обвинение по ч. 1 ст. 166 УК РФ по факту неправомерного завладения им 08.04.2017 года в 9 часов на стоянке, расположенной около площадки № 6 в/части №, транспортным средством Тойота Креста, принадлежащим Б.М., и избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. 02.08.2017 года уголовное дело с утвержденным обвинительным заключением было направлено в 61-й гарнизонный военный суд. В ходе судебного следствия государственный обвинитель отказался поддерживать обвинение по ч. 1 ст. 166 УК РФ, в связи с чем 06.09.2017 года судья 61 гарнизонного военного суда вынес постановление о прекращении уголовного преследования по ч. 1 ст. 166 УК РФ в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, за ним признано право на реабилитацию. Незаконным уголовным преследованием по ч. 1 ст. 166 УК РФ ему причинен моральный вред, который он оценивает в 500000 рублей. Нравственные страдания выразились в тяжелых переживаниях по поводу предъявления необоснованного обвинения, он потерял веру в справедливость, испытывал моральный дискомфорт. Незаконное привлечение его к уголовной ответственности пагубно отразилось на его психологическом здоровье, около двух месяцев после предъявления обвинения он плохо спал, был морально подавлен, испытывал продолжительный стресс, появилась бессонница, участились нервные срывы. Необоснованное обвинение привело к сильным душевным и моральным страданиям. Для защиты своих прав он был вынужден обратиться за юридической помощью к адвокату, в связи с чем за составление искового заявления и представительство в суде понес расходы в размере 20000 рублей.

Обосновывая свои требования положениями ст. 1070, 1071, 1100, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, ФИО4 просит взыскать в его пользу с Министерства Финансов Российской Федерации в счет компенсации морального вреда 500000 рублей, а также расходы по оплате услуг представителя в размере 20000 рублей.

Истец ФИО4, по приговору 61 гарнизонного военного суда от 06.09.2017 года отбывающий наказание в виде реального лишения свободы, в судебное заседание не вызывался, о личном участии в рассмотрении дела истец ходатайство не заявлял. О времени и месте судебного разбирательства истец ФИО4 извещен судом надлежащим образом, в письменном заявлении исковые требования поддержал, просил о рассмотрении дела в его отсутствие, с участием своего представителя адвоката Грачева В.Н. 

Представитель истца адвокат Грачев В.Н. в судебном заседании исковые требования ФИО4 поддержал по доводам, изложенным в иске. Дополнительно пояснил, что изначально обвинение ФИО4 по ч. 1 ст. 166 УК РФ было необоснованным, надуманным и не подтверждалось объективными данными. ФИО4 ранее часто пользовался автомобилем, принадлежащим ФИО6, имел доступ к этому автомобилю. Более того, собственник якобы угнанного Дудкиным автомобиля ФИО6 даже не писал заявления об угоне. А все потому, что ФИО4 ехал на автомобиле ФИО6 с девушками к самому ФИО6 по его же просьбе. Таким образом, с самого начала расследования уголовного дела в отношении ФИО4 обвинение его в угоне автомобиля являлось незаконным, а доказательства сфабрикованы. Обвинение в преступлении, которое человек не совершал, самое страшное, что может быть. В связи с этим необоснованным обвинением ФИО4 перенес тяжелые нравственные страдания, потерял веру в справедливость, в закон, морально был подавлен, страдал бессонницей. Считает денежную компенсацию морального вреда в размере 500000 рублей обоснованной и соответствующей характеру и степени перенесенных ФИО4 нравственных страданий. Расходы на услуги представителя также являются обоснованными и соответствующими объему выполненной адвокатом работы, характеру спора, необходимости неоднократного выезда в другой населенный пункт для участия в судебном разбирательстве. Просит исковые требования ФИО4 удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика Министерства Финансов Российской Федерации в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела ответчик извещен своевременно, надлежащим образом. Представитель Министерства финансов РФ ФИО7, действующая на основании доверенности от 28.12.2015 года, просила о рассмотрении дела в свое отсутствие. В письменном отзыве на иск представитель ответчика Министерства финансов РФ ФИО7 исковые требования признала частично и указала следующее.

Постановлением гарнизонного военного суда от 06.09.2017 года частично прекращено уголовное преследование в отношении ФИО4 по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 166 УК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. В период следствия ФИО4 избиралась мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. Возмещение имущественного вреда реабилитированному, в том числе причиненного в ходе досудебного производства, отнесено УПК РФ к исключительным полномочиям суда.

В обоснование своих требований о взыскании расходов на представителя истец не представил в качестве доказательства соглашение на оказание юридических услуг, которому должна быть дана оценка в соответствии со ст. 59, 60 ГПК РФ, в том числе в части достоверности заключения и исполнения указанного соглашения. Соответственно, не установлено, о каких именно юридических услугах договорились стороны, имеет ли это отношение к настоящему делу. Представленные квитанции к приходному кассовому ордеру не могут являться доказательством заключения и исполнения соглашения, так как указанные квитанции (корешки приходных кассовых ордеров) не являются первичными документами бухгалтерского учета в соответствии с требованиями Федерального закона «О бухгалтерском учете», их оформление (выдача) клиенту должно быть подтверждено наличием в регистрах бухгалтерского учета адвокатского образования самого приходного кассового ордера, зарегистрированного в порядке, предусмотренном правилами бухгалтерского учета (в кассовой книге, книге учета доходов или расходов или др.), и соответствующим поступлением денежных средств. Указанные требования закреплены в п. 1, 2, 4, 6 ст. 25 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации». Согласно указанному закона адвокатская деятельность осуществляется на основе соглашения между адвокатом и доверителем, которое представляет собой гражданско-правовой договор, заключаемый в простой письменной форме между доверителем и адвокатом (адвокатами), на оказание юридической помощи самому доверителю или назначенному им лицу. Вознаграждение, выплачиваемое адвокату доверителем, и (или) компенсация адвокату расходов, связанных с исполнением поручения, подлежат обязательному внесению в кассу соответствующего адвокатского образования либо перечислению на расчетный счет адвокатского образования, в порядке и сроки, которые предусмотрены соглашением. Кроме того, в соответствии с ч. 1 ст. 135 УПК РФ возмещение реабилитированному имущественного вреда включает в себя возмещение сумм, выплаченных им за оказание юридической помощи. При этом возмещению подлежат лишь фактические расходы реабилитированного лица, которые непосредственно находятся в причинно-следственной связи с оказанием ему юридической помощи. Если же судом будет установлено, что заявленная сумма понесенных расходов не обусловлена действительной стоимостью юридических услуг в пределах, существовавших на момент их оказания, рыночных значений, он присуждает к возмещению лишь сумму, являвшуюся - с учетом совокупности всех обстоятельств дела, объема работы, квалификации субъектов оказания юридических услуг, объективно необходимой и достаточной в данных конкретных условиях для оплаты собственно юридической помощи. Представитель ответчика просит принять решение в соответствии с действующим законодательством. 

Представитель третьего лица 481 военного следственного отдела Следственного комитета РФ первый заместитель руководителя 481 военного следственного отдела Следственного комитета Российской Федерации полковник юстиции ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признал по следующим основаниям. 

Правом на возмещение государством вреда обладает лицо, которому этот вред причинён незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц. Как следует из материалов уголовного дела в отношении ФИО4, никаких незаконных действий (бездействия) органами государственной власти или их должностными лицами допущено не было. Сведения о неправомерном характере завладения ФИО4 автомобилем, принадлежащим Б.М., последовательно излагались и в ходе доследственной проверки и в ходе предварительного следствия как самим ФИО4, так и собственником автомобиля Б.М. Эти сведения согласовывались с иными полученными в рамках доследственной проверки данными и явились основанием для возбуждения в отношении ФИО4 уголовного дела по признакам составов преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 166, ч. 6 ст. 264 УК РФ. Уголовные дела о подобных преступлениях относятся к категории дел публичного обвинения, которые не требуют наличия заявления потерпевшего. Возбуждение в отношении ФИО4 уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 166 УК РФ, было обусловлено не только обязанностью осуществлять уголовное преследование виновного лица (ст. 21 УПК РФ), но и обязанностью обеспечения потерпевшему реализации его прав. Предъявление ФИО4 обвинения в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 166, ч. 6 ст. 264 УК РФ, было основано на совокупности полученных при расследовании дела доказательствах. Обвинения ФИО4 в совершении угона автомобиля базировалось на показаниях самого ФИО4 о том, что 08.04.2017 года он разрешения на использование автомобиля не получал, на последовательных неоднократных показаниях потерпевшего Б.М. о неправомерности завладения его автомобилем, а, кроме того, иных объективных доказательствах. 

Так, в ходе расследования и судебного рассмотрения дела было достоверно установлено, что ФИО4 вскрыл автомобиль ножом, которым и завел двигатель транспортного средства. Именно совокупность субъективных и объективных данных привела в неизбежному выводу о необходимости привлечения ФИО4 в качестве обвиняемого в совершении угона. Иное означало бы нарушение прав Б.М. на защиту его конституционных прав. Таким образом, Б.М. в апреле-июле 2017 года на стадиях доследственной проверки и предварительного расследования дал последовательные пояснения и показания об обстоятельствах завладения ФИО4 его автомобилем, отмечая неправомерный характер действий последнего. В августе-сентябре 2017 года Б.М. в судебном заседании изменил свои показания, отметив, что ФИО4 завладел его автомобилем правомерно. Анализом и оценкой имевшихся в деле данных ни подтвердить, ни опровергнуть правомерность завладения ФИО4 автомобилем невозможно. Отказ государственного обвинителя от обвинения ФИО4 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 166 УК РФ, не подтверждает и не опровергает правдивость или ложность показаний Б.М. Следовательно, невозможно сделать вывод о том, какие именно показания Б.М. (данные им на досудебной стадии или в суде) и в какой части являются правдивыми, а какие - ложными. С учетом данных обстоятельств и презумпции невиновности (ст. 14 УПК РФ) государственным обвинителем было принято решение об отказе от части обвинения. Частичное прекращение уголовного преследования ФИО4 от обвинения в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 166 УК РФ, явилось не последствием каких-либо незаконных действий (или бездействий) органов государственной власти или их должностных лиц, а последствием изменения показаний потерпевшим и подсудимым в ходе судебного заседания. Само по себе признание за ФИО4 права на реабилитацию не допускает возможности вольной трактовки положений гл. 18 УПК РФ и не может повлечь за собой признания незаконными каких-либо действий (или бездействий) органов государственной власти или их должностных лиц.

Действиями должностных лиц следственных органов какие-либо права ФИО4 нарушены не были. Ввиду того, что ФИО4 подозревался, а затем и был обвинен в совершении двух преступлений (ч. 1 ст. 166 и ч. 6 ст. 264 УК РФ) его процессуальный статус не мог претерпеть изменения даже в случае отказа в возбуждении уголовного дела по первому из указанных преступлений, а также при прекращении преследования по нему на стадии расследования. Кроме того, приговором 61 гарнизонного военного суда от 06.09.2017 года ФИО4 осужден по ч. 6 ст. 264 УК РФ к лишению свободы сроком на пять лет с отбыванием наказания в колонии-поселении и с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на три года.

Требования гражданина о возмещении вреда, причиненного ему в связи с незаконным уголовным преследованием, должны основываться на конкретных фактах и обстоятельствах, подтверждающих, в частности: факт причинения вреда,его размер,причинно-следственную связь между незаконным уголовным преследованием и наступившими последствиями. Частичное прекращение уголовного преследования само по себе еще не свидетельствует о бесспорности требований заявителя о возмещении имущественного и морального вреда.Уголовное преследование ФИО4 в части совершения им преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 166 УК РФ, никаким образом не повлекло за собой причинения ему какого-либо имущественного или морального вреда, умаления его трудовых, пенсионных, жилищных и иных прав, иных негативных последствий. Доказательств того, что ФИО4 испытывал нравственные страдания вследствие уголовного преследования по ч. 1 ст. 166 УК РФ, им не представлено. Считает, что в удовлетворении исковых требований ФИО4 следует отказать, соответственно, отказать и в удовлетворении требований о взыскании судебных расходов на представителя.

Заместитель военного прокурора 22 военной прокуратуры армии, войсковая часть №, подполковник юстиции ФИО1, а также помощник военного прокурора 22 военной прокуратуры армии капитан юстиции ФИО2 в судебном заседании исковые требования ФИО4 признали частично, указав следующее.

Уголовное дело по обвинению ФИО4 в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 166 и ч. 6 ст. 264 УК РФ, расследовано 481 военным следственным отделом СК России. Постановлением 61 гарнизонного военного суда от 06.09.2017 уголовное преследование в отношении ФИО4 в части обвинения его в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 166 УК РФ, в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, за ФИО4 признано право на реабилитацию. При этом 61 гарнизонный военный суд признал ФИО4 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 6 ст. 264 УК РФ, и назначил ему наказание в виде лишения свободы сроком на 5 лет с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 3 года (приговор в апелляционном порядке не обжаловался, вступил в законную силу).

Согласно ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию являет собой право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда. В соответствии с ч. 2 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием имеет подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения. Иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (ст. 136 УПК РФ).

В соответствии со ст. 150 ГК РФ жизнь, здоровье, личная неприкосновенность, достоинство личности, честь, доброе имя, деловая репутация гражданина, его право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства являются личными неимущественными правами, принадлежащими гражданину от рождения. В силу положений ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде.

Согласно ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде возмещается за счет казны Российской Федерации. В силу статьи 1071 ГК Российской Федерации в случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы.

В соответствии с ч. 1 ст. 242.2 Бюджетного кодекса РФ обязанность по исполнению судебных актов по искам о возмещении вреда, причиненного действиями государственных органов Российской Федерации или их должностных лиц, возложена на Минфин России. Стороной в обязательствах по возмещению вреда, предусмотренных ст. 1070 ГК РФ, является государство. При предъявлении исков к государству о возмещении вреда от имени казны Российской Федерации в качестве ответчика выступает Министерство финансов Российской Федерации, а сумма возмещения взыскивается именно с казны Российской Федерации.

При разрешении заявленных ФИО4 требований о компенсации морального вреда следует исходить из того, что имело место быть в отношении истца незаконное привлечение к уголовной ответственности по ч.1 ст. 166 УК РФ. Несмотря на то, что в отношении ФИО4 постановлен обвинительный приговор по ч. 6 ст. 264 УК РФ, вступивший в законную силу, неимущественные права ФИО4 были нарушены фактом незаконного привлечения к уголовной ответственности по вышеназванной статье Уголовного Кодекса РФ.

В силу требований ч. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям, данным в п. 21 Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 года N 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. 

При определении размера подлежащей взысканию в пользу истца компенсации морального вреда, в соответствии с требованиями статей 151, 1101 ГК РФ и вышеизложенными разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ прокурор полагает необходимым учесть фактические обстоятельства дела, характер причиненных истцу физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями истца, длительность периода, в течение которого истец подвергался уголовному преследованию по ч. 1 ст. 166 УК РФ, его нахождение незаконно в статусе подозреваемого, обвиняемого, подсудимого по указанной статье, избранную меру пресечения, наличие его возможности общения с близкими родственниками, иные значимые обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Полагает, что требуемая сумма компенсации морального вреда в размере 500000 рублей является несоразмерной причиненным истцу физическим и нравственным страданиям, в связи с чем считает необходимым снизить размер компенсации морального вреда до 30000 рублей.

Как разъяснено в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов, вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер (абз. 2 п. 11).

Установление размера и порядка оплаты услуг представителя относится к сфере усмотрения доверителя и поверенного и в силу п. 4 ст. 421 ГК РФ определяется заключенным между ними договором. Суд не вправе вмешиваться в эту сферу, однако может ограничить взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов сумму, если сочтет ее чрезмерной с учетом конкретных обстоятельств, используя в качестве критерия разумность понесенных расходов.

Принимая во внимание объем заявленных требований, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, результат рассмотрения дела, прокурор полагает необходимым признать разумными расходы на оплату услуг представителя в размере 6000 рублей.

Оценив доводы иска, заслушав лиц, участвующих в деле, выслушав заключение прокурора, исследовав материалы и обстоятельства дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 2 Конституции РФ человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Согласно ст. 53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями органов государственной власти или их должностных лиц. 

Признание права на реабилитацию - обязанность государства, реализуемая уполномоченными должностными лицами, которая осуществляется в процессуальном документе, завершающем предварительное расследование или судебное производство в отношении данного подозреваемого, обвиняемого, подсудимого в постановлении, определении, приговоре (ст. 134 УПК РФ). Реабилитированным является лицо, имеющее в соответствии с УПК РФ право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием (п. 35 ст. 5 УПК РФ).

Из разъяснений, содержащихся в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», следует, что основанием для возникновения у лица права на реабилитацию является постановленный в отношении него оправдательный приговор или вынесенное постановление (определение) о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) по основаниям, указанным в ч. 2 ст. 133 УПК РФ, либо об отмене незаконного или необоснованного постановления о применении принудительных мер медицинского характера. При этом, право на реабилитацию имеет не только лицо, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным частью 2 статьи 133 УПК РФ, по делу в целом, но и лицо, уголовное преследование в отношении которого прекращено по указанным основаниям по части предъявленного ему самостоятельного обвинения (п. 3 указанного Постановления Пленума ВС РФ).

В соответствии со ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда. При этом, согласно ч. 2 ст. 136 УПК РФ, иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

В соответствии с ч. 1 ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Компенсация морального вреда по смыслу положений ст. 12 ГК РФ является одним из способов защиты субъективных гражданских прав и законных интересов, представляет собой гарантированную государством материально правовую меру, посредством которой осуществляется добровольное или принудительное восстановление нарушенных (оспариваемых) личных неимущественных благ и прав.

В силу ч. 1 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Согласно ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с ГК РФ или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 ГК РФ эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (ст. 1101 ГК РФ).

Пунктом21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса РФ, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. 

Как следует из материалов дела, 16.05.2017 года старшим следователем 481 военного следственного отдела СК России ФИО5 возбуждено уголовное дело в отношении ФИО4 по признакам преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 166, ч. 6 ст. 264 УК РФ. 05.07.2017 года ФИО4 предъявлено обвинение в совершении вышеуказанных преступлений и избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Постановлением 61 гарнизонного военного суда от 06.09.2017 года уголовное преследование в отношении ФИО4 в части обвинения его в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 166 УК РФ, инкриминируемого ему как неправомерное завладение 08.04.2017 года принадлежащим Б.М. автомобилем модели «ToyotaCresta», без цели хищения (угон), прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием состава указанного преступления. За ФИО4 признано право на реабилитацию в связи с частичным прекращением уголовного преследования в части обвинения его в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 166 УК РФ. 

Вместе с тем, ФИО4 приговором 61 гарнизонного военного суда признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 6 ст. 264 УК РФ, и осужден к наказанию в виде лишения свободы сроком на 5 лет с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 3 года. Приговор в апелляционном порядке не обжаловался и вступил в законную силу 19.09.2017 года.

Прекращение уголовного преследования в отношении ФИО4 за отсутствием в действиях состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 166 УК РФ, дает ему как лицу, незаконно и необоснованно подвергнутому уголовному преследованию право на реабилитацию и является основанием для возмещения государством в лице Министерства финансов РФ вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием. 

Доводы третьего лица 481 военного следственного отдела СК РФ о том, что основанием для прекращения уголовного преследования явилось изменение показаний потерпевшего несостоятельны, так как сам факт незаконного привлечения к уголовной ответственности за совершение преступления средней тяжести (ч. 1 ст. 166 УК РФ) нарушил личные неимущественные права ФИО4, принадлежащие ему от рождения: достоинство личности, личную неприкосновенность, право не быть привлеченным к уголовной ответственности за преступления, которые он не совершал, честное и доброе имя, деловую репутацию, и не влияют на право реабилитированного лица на возмещение ему вреда.

В соответствии с ч. 2 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию, в том числе, право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют: подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор; подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения; подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 УПК РФ, осужденный - в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части первой статьи 27 УПК РФ.

По смыслу данной статьи, разъясненному, в частности, в Определении Конституционного Суда РФ от 16.02.2006 N 19-О, ни в ней, ни в других статьях УПК РФ не содержится положений, исключающих возможность возмещения вреда лицу, которое было оправдано по приговору суда или в отношении которого было принято решение о прекращении уголовного преследования, на том лишь основании, что одновременно это лицо было признано виновным в совершении другого преступления. По смыслу закона, в таких ситуациях суд, исходя из обстоятельств конкретного уголовного дела и руководствуясь принципами справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина, может принять решение о возмещении вреда, причиненного в результате уголовного преследования по обвинению, не нашедшему подтверждения в ходе судебного разбирательства. С учетом доводы третьего лица 481 военного следственного отдела СК РФ о том, что прекращение уголовного дела в части не повлекло причинения ФИО4 какого-либо морального вреда, несостоятельны.

Моральный вред ФИО4 выразился в его нравственных страданиях по поводу незаконного возбуждения уголовного дела, привлечения его в качестве обвиняемого по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 166 УК РФ, избрании меры пресечения в виде подписки о невыезде, а также обязанностью являться на проведения следственных действий, невозможностью свободно передвигаться по своему усмотрению, а также потенциальной возможностью распространения о ФИО4 сведений как о лице, привлекаемом к ответственности за совершение преступления, что с учетом принципа гласности уголовного судопроизводства с высокой степенью вероятности влечет осведомленность о данных обстоятельствах родственников, коллег, знакомых истца.

В силу п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 года № 10 «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу ФИО4, суд учитывает характер и объем причиненных истцу нравственных страданий, требования разумности и справедливости, категорию преступления, в котором обвинялся ФИО4, относящегося к преступлениям средней тяжести, его молодой возраст (21 год), вид и род деятельности на момент совершения, инкриминируемого ему деяния (проходил военную службу по контракту), фактические обстоятельства дела, в том числе продолжительность периода, в течение которого ФИО4 был подвергнут уголовному преследованию по ч. 1 ст. 166 УК РФ (более 3 месяцев), ограничения, которые он испытывал в период уголовного преследования (находился на подписке о невыезде), и определяет размер компенсации морального вреда в сумме 40000 рублей.

Разрешая требования ФИО4 о возмещении расходов по оплате услуг представителя, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ч. 1, 2 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 ГПК РФ. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в данной статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано. 

Судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела (ст. 88 ГПК РФ). Согласно ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, в частности относятся расходы на оплату услуг представителей.

В соответствии со ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по её письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Исходя из положений Федерального закона № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», адвокатской деятельностью является квалифицированная юридическая помощь, оказываемая на профессиональной основе лицами, получившими статус адвоката в порядке, установленном данным законом, физическим и юридическим лицам (далее - доверители) в целях защиты их прав, свобод и интересов, а также обеспечения доступа к правосудию, и осуществляемая на основе соглашения между адвокатом и доверителем. Соглашение представляет собой гражданско-правовой договор, заключаемый в простой письменной форме между доверителем и адвокатом (адвокатами), на оказание юридической помощи самому доверителю или назначенному им лицу (ч. 1 ст. 1, ч. 1, 2 ст. 25 ФЗ).

Согласно ч. 2 ст. 2 Федерального закона № 63 -ФЗ, оказывая юридическую помощь, адвокат, в частности, дает консультации и справки по правовым вопросам как в устной, так и в письменной форме; составляет заявления, жалобы, ходатайства и другие документы правового характера; участвует в качестве представителя доверителя в гражданском и административном судопроизводстве; представляет интересы доверителя в органах государственной власти, судах и правоохранительных органах иностранных государств, международных судебных органах, негосударственных органах иностранных государств, если иное не установлено законодательством иностранных государств, уставными документами международных судебных органов и иных международных организаций или международными договорами Российской Федерации.

Статьей 6 Федерального закона № 63-ФЗ определено, что полномочия адвоката, участвующего в качестве представителя доверителя в конституционном, гражданском и административном судопроизводстве, а также в качестве представителя или защитника доверителя в уголовном судопроизводстве и производстве по делам об административных правонарушениях, регламентируются соответствующим процессуальным законодательством Российской Федерации (ч. 1). В случаях, предусмотренных федеральным законом, адвокат должен иметь ордер на исполнение поручения, выдаваемый соответствующим адвокатским образованием. Форма ордера утверждается федеральным органом юстиции. В иных случаях адвокат представляет доверителя на основании доверенности. Никто не вправе требовать от адвоката и его доверителя предъявления соглашения об оказании юридической помощи для вступления адвоката в дело (ч. 2).

Таким образом, ордер является документом, подтверждающим наличие между адвокатом и доверителем соглашения на оказание юридической помощи. В материалы дела истцом ФИО4 представлен ордер адвоката Грачева В.Н. № 350 от 08.10.2017 года, в связи с чем доводы представителя ответчика Министерства финансов РФ об отсутствии соглашения между истцом ФИО4 и адвокатом Грачевым В.Н. необоснованны.

В соответствии с п. 15 ст. 22, ст. 25 Федерального закона № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» адвокатская деятельность осуществляется на основе соглашения об оказании юридической помощи, заключенного между адвокатом и доверителем. Вознаграждение, выплачиваемое адвокату доверителем, подлежит обязательному внесению в кассу соответствующего адвокатского образования либо перечислению на расчетный счет адвокатского образования в порядке и сроки, которые предусмотрены соглашением.

Таким образом, оформление кассовых операций в адвокатских образованиях при приеме в кассу адвокатского образования вознаграждения, выплачиваемого адвокату, и (или) компенсации расходов, связанных с исполнением поручения, производится по приходным кассовым ордерам с указанием назначения вносимых средств и с выдачей квитанции к приходному кассовому ордеру, подтверждающей прием наличных денег.

Истцом ФИО4 представлена суду квитанция к приходно-кассовому ордеру о внесении им в кассу адвокатского кабинета вознаграждения за составление искового заявления и представительство в суде 20000 рублей. Оснований сомневаться в подлинности указанного платежного документа у суда не имеется. Квитанция заверена печатью адвокатского кабинета и подписью адвоката Грачева В.Н.

В силу взаимосвязанных положений ч. 1 ст. 56, ч. 1 ст. 88, ст. 94, 98 и 100 ГПК РФ, возмещение судебных расходов, в том числе расходов на оплату услуг представителя, стороне может производиться только в том случае, если сторона докажет, что несение указанных расходов в действительности имело место.

Исследовав представленные документы, суд приходит к выводу, что в данном случае ФИО4 выполнил возложенную на него обязанность по доказыванию факта несения им расходов на оплату услуг представителя. Представленная в материалы дела подлинная квитанция к приходному кассовому ордеру является достаточным подтверждением факта несения ФИО4 расходов на оплату услуг представителя, так как представитель участвовал в судебных заседаниях, представлял интересы ФИО4 в рамках именно настоящего гражданского дела. 

Принимая во внимание сложность и характер гражданского дела, объем работы представителя по составлению искового заявления, участие представителя в подготовке дела к судебному разбирательству, участие в нескольких судебных заседаниях (15 января, 19 февраля, 19 марта 14 мая 2018 года), учитывая необходимость выезда адвоката Грачева В.Н. из г. Назарово Красноярского края, где он проживает и осуществляет адвокатскую деятельность, в Ужурский районный суд для участия в судебном разбирательстве, суд признает разумными расходы на представителя в размере, требуемом истцом, то есть в размере 20000 рублей. Соответственно, расходы на представителя подлежат взысканию в пользу ФИО4 в полном объеме, то есть в размере 20000 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО4 удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 40000 (сорок тысяч) рублей, а также расходы на оплату услуг представителя в размере 20000 (двадцать тысяч) рублей, а всего 60000 (шестьдесят тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО4 отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме через Ужурский районный суд.

Решение в окончательной форме составлено 21 мая 2018 года

Председательствующий А.Б. Загребанцев