Судья Елисеева Н.М. 24RS0046-01-2025-005148-94

Дело № 33-2944/2026 (2-4612/2025)

2.212

КРАСНОЯРСКИЙ КРАЕВОЙ СУД

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

16 февраля 2026 года г. Красноярск

Судебная коллегия по гражданским делам Красноярского краевого суда в составе

председательствующего Макаровой Ю.М.,

судей Тихоновой Ю.Б., Потехиной О.Б.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Куницыной М.Г.,

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Тихоновой Ю.Б.,

гражданское дело по иску Красноярского транспортного прокурора поданного в интересах ФИО1, к ОАО «РЖД», СПАО «Ингосстрах» о взыскании компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе представителя ОАО «РЖД»-ФИО2,

по апелляционному представлению Красноярского транспортного прокурора Хиелевский Т.С.,

по апелляционной жалобе представителя СПАО «Ингосстрах»-ФИО4,

на решение Свердловского районного суда г. Красноярска от 21 октября 2025г., которым постановлено:

«Исковые требования Красноярского транспортного прокурора поданного в интересах ФИО1, к ОАО «РЖД», СПАО «Ингосстрах» о взыскании компенсации морального вреда причинённого в результате травмирования повлекшего смерть сына удовлетворить частично.

Взыскать с СПАО «Ингосстрах» в пользу ФИО1, компенсацию морального вреда в размере 250 000 руб.

Взыскать с СПАО «Ингосстрах» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере по 3 000 руб.».

Заслушав докладчика, судебная коллегия,

УСТАНОВИЛА:

Красноярский транспортный прокурор обратился в суд с иском в интересах ФИО1, к ОАО «РЖД», СПАО «Ингосстрах» о взыскании компенсации морального вреда.

Требования мотивированы тем, что ФИО1, приходится 

<

данные изъяты> ФИО5,, который 

<

дата> в границах остановочной платформы «Первомайская» 

<

данные изъяты> смертельно травмирован поездом. Причиной травмирования ФИО5, явилось нарушение им подпунктов 15,29 пункта 4 Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнение в этих зонах работ, проезда и прохода через железнодорожные пути. 

<

дата>

<

адрес> следственным отделом на транспорте Восточного межрегионального следственного управления на транспорте Следственного комитета Российской Федерации вынесено постановление об отказе о возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 263 УК РФ, по факту смертельного травмирования подвижным составом железнодорожного транспорта ФИО5, Вместе с тем, электропоезд № является источником повышенной опасности. Между ОАО «РЖД» (страхователь) и СПАО «Ингосстрах» (страховщик) заключен договор на оказание услуг по добровольному страхованию гражданской ответственности ОАО «РЖД», по которому ответственность ОАО «РЖД» по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью физических лиц, как владельца инфраструктуры железнодорожного транспорта и перевозчика, застрахована в СПАО «Ингосстрах». В соответствии с условиями договора, страховым случаем является наступление гражданской ответственности страхователя по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью, имуществу выгодоприобретателя, которые влекут за собой обязанность страховщика произвести страховую выплату (пункт 2.2 договора). По договору застрахован риск гражданской ответственности страхователя по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни и (или) здоровью выгодоприобретателей, в том числе морального вреда лицам, которым в случае смерти потерпевшего страхователь обязан компенсировать моральный вред (пункт 2.3 договора). Материальный истец ФИО1, в связи со смертью 

<

данные изъяты> погибшего от источника повышенной опасности принадлежащего ОАО «РЖД», претерпела нравственные страдания, связанные с гибелью сына, понесла невосполнимую утрату. Размер компенсации морального вреда, истец оценивает в размере 1 000 000 руб., который полагает должен быть взыскан с ОАО «РЖД» как владельца источника повышенной опасности в размере 900 000 руб. и со СПАО «Ингосстрах» в размере 100 000 руб. как со страховой компании.

Судом первой инстанции постановлено приведенное выше решение.

В апелляционной жалобе представитель ОАО «РЖД» - ФИО2 просит решение суда изменить в части размера взысканной компенсации морального вреда. Указывает, что судом первой инстанции, при определении размера компенсации морального вреда, не были учтены обстоятельства, что материальный истец и погибший ФИО5, проживали 

<

данные изъяты>. Указывает, что суд не принял во внимание, присуждаемые суммы носят компенсационный характер и направлены на устранение или сглаживание нравственных страданиям, что наиболее приемлемым способом заглаживания нравственных страданий является оказание психологической помощи потерпевшему. В рассматриваемом споре полагает, достаточным размер компенсации морального вреда в размере 50 000 руб. Кроме того, при определении размера компенсации морального вреда судом нарушены нормы материального права, что выразилось в неверном применении судом положений договора добровольного страхования гражданской ответственности ОАО «РЖД» и СПАО «Ингосстрах» № от 

<

дата>

<

адрес> к страховщику требования о компенсации морального вреда могут быть удовлетворены судом на условиях и в пределах суммы, определенной договором добровольного страхования, гражданской ответственности владельца источника повышенной опасности. В связи с этим, поскольку договор страхования порождает для страховой компании обязанность по осуществлению возмещения морального вреда в пределах общей суммы 100 000 рублей (в равных долях, для лиц, кому страхователь по решению суда обязан компенсировать моральный вред), судом первой инстанции необоснованно взыскана с СПАО «Ингосстрах» компенсация морального вреда в размере 250 000 рублей.

В апелляционном представлении Красноярский транспортный прокурор Хиелевский Т.С. просит решение суда изменить взыскать с ОАО «РЖД» в пользу в пользу ФИО1, в качестве возмещения морального вреда, денежную сумму в размере 900 000 рублей, с СПАО «Ингосстрах» в пользу в пользу ФИО1, в качестве возмещения морального вреда, денежную сумму в размере 100 000 рублей. Указывает, что из требований закона ФИО1,, в связи со смертельным травмированием железнодорожным подвижным составом ее сына ФИО5,, имеет право на компенсацию морального вреда от ОАО «РЖД», деятельность которого связана с повышенной опасностью для окружающих. Вместе с тем, судом принято решение о компенсации материальному истцу морального вреда только с СПАО «Ингосстрах» в размере 250 000 рублей, о взыскании с ОАО «РЖД», владеющего источником повышенной опасности - электропоездом № причитающихся ФИО1, сумм компенсации морального вреда, отказано.

В апелляционной жалобе представитель СПАО «Ингосстрах»-ФИО4, просит решение суда изменить, снизить размер компенсации морального вреда. Указывает, что суд первой инстанции при вынесении решения неверно определил пункт договора на оказание услуг по добровольному страхованию гражданской ответственности при определении размера компенсации морального вреда, который составляет не более 100 000 руб., в связи с чем суд не мог взыскивать со СПАО «Ингосстрах» компенсацию в морального вреда превышающую установленный лимит.

Судебная коллегия по гражданским делам Красноярского ФИО3 суда, руководствуясь статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, признала возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о рассмотрении дела.

Проверив материалы дела и решение суда, выслушав помощника Красноярского транспортного прокурора Воронова Г.Е. поддержавшего апелляционное представление, представителя ОАО «РЖД» -Бережную Ю.Э. поддержавшую доводы апелляционной жалобы, обсудив доводы апелляционных жалоб, апелляционного представления, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В силу правовых положений ст. 1072 ГК РФ, юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (ст. 931, п. 1 ст. 935 ГК РФ), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Согласно ст. 931 ГК РФ, по договору страхования риска ответственности: о обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, может быть застрахован риск ответственности самого страхователя или иного лица, на которое такая о ответственность может быть возложена. Лицо, риск ответственности которого: а причинение вреда застрахован, должно быть названо в договоре страхования. Если это лицо в договоре не названо, считается застрахованным риск ответственности самого страхователя. Договор страхования риска ответственности за причинение вреда считается заключенным в пользу лиц, которым может быть причинен вред (выгодоприобретателей), даже если договор заключен в пользу страхователя или иного лица, ответственных за причинение вреда, либо в договоре не сказано, в чью пользу он заключен. В случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

Частью 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии с частью 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Согласно части 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств...), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Частью 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» приведено определение понятия морального вреда, под которым понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина (абзац 3 пункта 1).

Обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда.

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (часть 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 12).

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований (пункт 25).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (пункт 27).

В силу части 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (часть 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет ни минимальный, ни максимальный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду. В любом случае компенсация морального вреда должна отвечать цели, для достижения которой она установлена законом - компенсировать потерпевшему перенесенные им физические и (или) нравственные страдания.

Как следует из материалов дела, 

<

дата> ФИО5, в границах остановочной платформы «Первомайская» на 4108 км пк-2 смертельно травмирован электропоездом серии № №, под управлением машиниста ФИО6 и помощника машиниста, ФИО7

Согласно акту № служебного расследования транспортного происшествия, экстренное торможение применено в 21 час 13 минут, скорость на момент применения экстренного торможения 43 км/ч, причина транспортного происшествия; нарушение гражданином п.п. «15», «29», п. 4 «Нахождение граждан в зонах повышенной опасности». «Правила нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнение в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути».

Причиной травмирования ФИО5, явилось нарушение им подпунктов 15, 29 пункта 4 Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнение в этих зонах работ, проезда и прохода через железнодорожные пути.

<

дата> Красноярским следственным отделом на транспорте Восточного межрегионального следственного управления на транспорте Следственного комитета Российской Федерации на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, то есть в связи с отсутствием в действиях машиниста электровоза и помощника машиниста электровоза состава преступления, вынесено постановление об отказе о возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 263 УК РФ, по факту смертельного травмирования подвижным составом железнодорожного транспорта ФИО5,

Согласно пояснений главного инженера ПЧ-3 ФИО19 

<

дата> в 21 час 15 минут местного времени ему поступило сообщение от диспетчера дистанции пути - ФИО20., о том, что на. Ст. Злобино в границах остановочного пункта «Первомайская» нечётным рабочим, без пассажиров электропоездом смертельно травмирован мужчина. Применялось экстренное торможение. Машинист электропоезда - ФИО6

Из объяснений ФИО30 следует, что 

<

дата> совместно с помощником ФИО22 на электропоезде № ЭД 97001 выехал со 

<

адрес>. Проезжая перегон 

<

адрес> в вечернее время, проехав остановочной пункт «Первомайская» на встречу во встречном направлении двигался грузовой электропоезд, согласно, правил «РЖД» он переключил фары на ближний свет, после того как ФИО6 разъехался со встречным поездом, включил дальний свет и внезапно увидел мужчину, который был одет во всё чёрное, незамедлительно применил экстренное торможение и подал звуковой сигнал, однако столкновения избежать не удалось. После полной остановки электропоезда, он дал команду помощнику выйти и осмотреть данный участок и травмированного человека. О данном факте сообщил дежурной по 

<

адрес>, после чего проследовал на 

<

адрес>. ФИО23. пояснил, что камер видеонаблюдения в электропоезде не имеется.

Из объяснений ФИО29 следует, что 

<

дата> совместно с машинистом ФИО24. на электропоезде № ЭД 97001 выехали со 

<

адрес>. Проезжая перегон 

<

адрес> в вечернее время, проехав остановочной пункт «Первомайская» на встречу во встречном направлении двигался грузовой электропоезд, согласно правил «РЖД» ФИО25. переключил фары на ближний свет, после того как ФИО26 разъехался со встречным поездом, включил дальний свет и на расстоянии 50 метров увидел мужчину, который был одет во всё чёрное, незамедлительно применил экстренное торможение и подал звуковой сигнал, однако столкновения избежать не удалось. После полной остановки электропоезда, машинист дал ему команду выйти и осмотреть данный участок и травмированного человека. В результате осмотра в 3 метрах от электропоезда увидел мужчину лежащего на железнодорожной насыпи, по характеру травмы он понял, что мужчина погиб. О данном факте сообщил дежурной по 

<

адрес>, а также в ДЧ Сибирского ЛУ МВД России на транспорте.

Из пояснений ФИО28 следует, что 

<

дата> он совместно с ФИО5, с торца 

<

адрес>, употребляли 

<

данные изъяты> ФИО5, свою банковскую карту, чтобы последний сходил в магазин за сигаретами. Примерно в 21 час 30 минут ФИО5, ушёл в магазин «Форсаж» через железнодорожные пути, примерно через 1 час ФИО5, не вернулся и он отправился на его поиски. В 22 часа 37 минут на его абонентский номер позвонили сотрудники полиции и пояснили, что ФИО5, смертельно травмирован электропоездом, далее он проследовал к месту происшествия, где в присутствии сотрудников полиции обнаружил тело мужчины, пояснив, что данным мужчиной является ФИО5, проживающий по адресу: 

<

адрес>, комната №, пояснил, 

<

данные изъяты> у ФИО5, не было.

Из объяснений ФИО1, следует, что ФИО5, приходится ему родным братом, последний проживал один, по адресу: 

<

адрес>, комната №, 

<

данные изъяты>, ориентировочно 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты> ответить. ФИО5, ранее был судим за незаконный оборот наркотических средств. 

<

данные изъяты> ФИО5, 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты> периодически занимала ФИО5, денежные средства, но долги он всегда отдавал в срок, алкогольную продукцию употреблял систематически. Последний раз с ним выходил на контакт 

<

дата>, каких-либо жалоб, мыслей о суициде не высказывал, его поведение было обычным. По данному факту дополнил, что ФИО5, 

<

данные изъяты> ситуаций у него ни с кем не было, однако, когда его 

<

данные изъяты>

Согласно заключению, эксперта № от 

<

дата>, установлено, что причиной смерти ФИО5, явилась 

<

данные изъяты>

При судебно-химическом исследовании обнаружен этиловый спирт в крови в концентрации 

<

данные изъяты>, что при наличии соответствующих клинических проявлений, расценивается как тяжелое алкогольное опьянение в стадии выведения.

ФИО1, приходится 

<

данные изъяты> ФИО5,, 

<

дата> года рождения.

Разрешая заявленные требования суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст.ст. 1079, 1083, 1101, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениям, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», пришел к обоснованному выводу о частичном удовлетворении исковых требований, исходил из того, что в результате травмирования и смерти ФИО5, истцу как матери причинены нравственные страдания, которые подлежат возмещению.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции исходил из того, что согласно постановлению Красноярского следственного отдела на транспорте Восточного межрегионального следственного управления на транспорте Следственного комитета Российской Федерации от 

<

дата>г. об отказе в возбуждении уголовного дела установлено, что ФИО5, накануне смерти распивал спиртные напитки и в состоянии сильного алкогольного опьянения пошел в магазин через железнодорожные пути в нарушение п.п. «15», «29», п. 4 «Нахождение граждан в зонах повышенной опасности». «Правила нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнение в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути», вина владельца источника повышенной опасности не установлена, в действиях машиниста электровоза и помощника машиниста электровоза состава преступления. ФИО5, находился на железнодорожных путях, без светоотражающих элементов, в темное время суток, находясь в состоянии сильного алкогольного опьянения, вышел на полосу отчуждения и допустил опасное сближение с проходящим в непосредственной близости поездом в результате чего был смертельно травмирован. Кроме того суд учитывал отсутствие в материалах дела доказательств теплых, семейных, доверительных отношений между матерью и погибшим, фактические обстоятельства дела, характер и степень причиненных истцу нравственных страданий, связанных со смертью близкого человека, обстоятельства его гибели, наличие грубой неосторожность в действиях самого погибшего, требования разумности и справедливости, суд первой инстанции пришел определил ко взысканию компенсацию морального вреда в пользу ФИО1, в размере 250 000 руб.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда о наличии права у ФИО1, на взыскание компенсации морального вреда вследствие смерти сына, вместе с тем судебная коллегия полагает, что при определении размера компенсации морального вреда судом первой инстанции не в полном объеме учтены фактические обстоятельства дела, кроме того не верно применен пункт договора добровольному страховани гражданской ответственности.

Гражданская ответственность ОАО «РЖД» (страхователь) по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью физических лиц как владельца инфраструктуры железнодорожного транспорта и перевозчика застрахована по договору на оказание услуг по добровольному страхованию гражданской ответственности ОАО «РЖД» от 

<

дата>г. №, заключенному со СПАО «Ингосстрах».

В соответствии с п. 2.3 договора застрахован риск гражданской ответственности страхователя по обязательствам, возникающим в следствие причинения вреда.

Согласно подпункту 8.1.1.3 договора в случае смерти потерпевшего в результате страхового случая лицам, имеющим право на компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.

Исходя из п. 8.2 договора, страховщик производит страховую выплату непосредственно выгодоприобретателю. Выгодоприобретатель имеет право предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда.

Предъявленные к страховщику требования о компенсации морального вреда могут быть удовлетворены судом на условиях и в пределах сумы, определенной договором добровольного страхования гражданской ответственности владельца источника повышенной опасности.

Договор страхования порождает для страховой компании обязанность по осуществлению возмещения морального вреда в пределах общей суммы 100 000 руб.

Учитывая изложенное, возлагая ответственность по взысканию страховой выплаты на СПАО «Ингосстрах» судом первой инстанции не верно применен пункт договора на оказание услуг по добровольному страхованию гражданской ответственности от 

<

дата>г. №, согласно которого размер страхового возмещения составляет не более 100 000 руб.

Как следует из материалов дела, смерть ФИО5, явилась следствием поведение самого потерпевшего, связанного с грубым нарушением им обязательных правил безопасности на железнодорожном транспорте, пренебрежение погибшим данными правилами безопасности, при том, что в силу своего возраста № потерпевший должен был осознавать опасность своих действий при нахождении на объекте транспортной инфраструктуры, предвидеть их последствия и соблюдать правила нахождения граждан в зоне железнодорожных путей, с учетом отсутствия каких-либо нарушений правил безопасности движения и эксплуатации железнодорожного транспорта со стороны ОАО «РЖД», отсутствия вины владельца источника повышенной опасности в причинении вреда потерпевшему, принимая во внимание индивидуальные особенности ФИО5,, нахождение его в сильном алкогольном опьянении, раздельное проживание ФИО5, и истца в разных населенных пунктах, взаимоотношения истца с погибшим (каких-либо доказательств, подтверждающих наличие теплых семейных отношений с матерью, регулярного общения в нарушение положений ст.56 ГПК РФ истцом не представлено), характер и обстоятельства причинения истцу нравственных страданий, выразившихся в негативных эмоциях и переживаниях, учитывая, что компенсация морального вреда не должна являться источником обогащения, ее целью является реальная компенсация причиненных нравственных и физических страданий, исходя из принципа разумности и справедливости, приходит к выводу об изменении решения суда первой инстанции уменьшении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с СПАО «Ингосстрах» в пользу ФИО1, до 100 000 руб.

Судебная коллегия суда апелляционной инстанции с учетом обстоятельств дела, учитывая поведение потерпевшего, и отсутствие вины причинителя вреда, приходит к выводу о том, что взысканная сумма компенсации в пользу истца 250 000 руб. не соответствует принципу соразмерности и справедливости и подлежит снижению до 100 000 руб., т.е. ограничивается размером страховой выплаты. Указанная сумма в наибольшей степени отвечает требованиям статей 151 и 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации о разумности и справедливости, и будет способствовать восстановлению баланса между последствиями нарушения прав истца и степенью ответственности, применяемой к ответчику.

Процессуальных нарушений, влекущих безусловную отмену решения, при рассмотрении дела судом первой инстанции не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 328,330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Свердловского районного суда 

<

адрес> от 

<

дата> изменить, в части размера компенсации морального вреда.

Взыскать со СПАО «Ингосстрах» в пользу ФИО1, компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.

В остальной части решение Свердловского районного суда 

<

адрес> от 

<

дата> - оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ОАО «РЖД» ФИО2,- без удовлетворения.

Председательствующий: Ю.М. Макарова

Судьи: Тихонова Ю.Б.

О.Б. Потехина

Мотивированное определение изготовлено 

<

дата>