Судья Швецов Д.И. 

Дело № 22-5076/2020

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 10 сентября 2020 года

Пермский краевой суд в составе

председательствующего судьи Толпышевой И.Ю.,

при секретаре Лавровской В.В.,

с участием прокурора Орловой Э.А.,

потерпевшей А1.,

представителя потерпевшей – адвоката Андреевой С.Ю.,

осужденного ФИО1,

адвоката Сабурова А.И. 

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Сабурова А.И. в интересах осужденного ФИО1 на приговор Орджоникидзевского районного суда г. Перми от 14 июля 2020 года, по которому 

ФИО1, родившийся ** года в г. ****, несудимый, осужден:

по ст. 264.1 УК РФ к обязательным работам на срок 400 часов, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года,

по п. «а» ч. 4 ст. 264 УК РФ (в редакции Федерального закона от 23 апреля 2019 года № 65-ФЗ) к лишению свободы на срок 5 лет, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года 6 месяцев.

В соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, к лишению свободы на срок 5 лет 1 месяц, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года 10 месяцев, с отбыванием наказания в виде лишения свободы в колонии-поселении, с самостоятельным следованием к месту отбывания наказания.

Разрешен гражданский иск. С ФИО1 в пользу А1. взысканы компенсация морального вреда в размере 1 000 000 рублей, материальный ущерб в сумме 44 285 рублей.

Решены вопросы о мере пресечения и вещественных доказательствах.

Изложив содержание обжалуемого судебного решения, существо апелляционной жалобы и поступивших возражений, заслушав выступления осужденного ФИО1 и адвоката Сабурова А.И. в поддержку доводов жалобы, мнение потерпевшей А1., ее представителя Андреевой С.Ю., прокурора Орловой Э.А. об оставлении приговора без изменения, суд 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 осужден за управление автомобилем в состоянии опьянения, будучи подвергнутым административному наказанию за управление транспортным средством в состоянии опьянения, а также признан виновным в нарушении при управлении автомобилем в состоянии опьянения Правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть человека.

Преступления совершены 16 июня 2019 года в г. Перми при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе защитник осужденного ФИО1 – адвокат Сабуров А.И. ставит вопрос об отмене приговора и направлении дела на новое рассмотрение. Считает, что выводы суда о доказанности вины его подзащитного в совершении преступлений, установленных приговором, фактическим обстоятельствам дела не соответствуют и рассмотренными в судебном заседании доказательствами не подтверждаются. Полагает, что доводы ФИО1 об употреблении алкогольного напитка после дорожно-транспортного происшествия показаниями свидетеля П. и другими доказательствами, изложенными в приговоре, не опровергаются. Обращает внимание, что показания П. в части обстановки на месте ДТП противоречат протоколу осмотра места происшествия, что ставит под сомнение достоверность показаний данного свидетеля, медицинское освидетельствование на состояние опьянения было проведено спустя шесть часов после случившегося. Таким образом, объективных доказательств, свидетельствующих об управлении ФИО1 автомобилем в состоянии опьянения не имелось, а приведенные судом выводы об обратном являются ошибочными. Отмечает, что в материалах дела имеются объективные доказательства, свидетельствующие о том, что ФИО1 не имел технической возможности предотвратить наезд на пешехода, а именно заключение специалиста Л., который вопреки доводам суда все расчеты производил по исходным данным, установленным из показаний ФИО1 и свидетеля Т., а также в результате следственного эксперимента, проведенного 19 ноября 2019 года. Данное заключение фактически дополняет заключение эксперта от 20 декабря 2019 года № 734. Заключения эксперта автотехника № 209 от 2 апреля 2020 года и № 320 от 25 мая 2020 года, по мнению защитника, не могут быть признаны допустимым доказательством, поскольку исходные данные были получены следователем спустя длительное время с момента произошедшего. Кроме того, суд, делая выводы о виновности ФИО1, не дал оценку поведению потерпевшего. 

В возражениях на апелляционную жалобу адвоката государственный обвинитель Коньшин Е.В. считает приговор законным, обоснованным и справедливым, просит оставить его без изменения, доводы жалобы отклонить.

Проверив материалы уголовного дела, доводы апелляционной жалобы и поступивших возражений, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения приговора суда.

Сам ФИО1 не отрицал, что допустил наезд на пешехода А2., однако утверждал, что правил дорожного движения он не нарушал, пешехода не видел, технической возможности избежать наезда у него не было, автомобилем управлял в трезвом состоянии, употребил алкоголь после ДТП. В ходе следственного эксперимента 14 мая 2020 года при схожих условиях с имитацией дождя и освещения подтвердил видимость пешехода на проезжей части из салона автомобиля с расстояния 112, 9 метра.

Несмотря на занятую подсудимым позицию, судом первой инстанции сделан правильный вывод о виновности ФИО1 в нарушении в состоянии опьянения Правил дорожного движения при управлении автомобилем, повлекшим по неосторожности смерть человека, а также в управлении автомобилем в состоянии опьянения, будучи подвергнутым административному наказанию за управление транспортным средством в состоянии опьянения.

С доводами адвоката, приведенными в апелляционной жалобе, о том, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, согласиться нельзя.

Так, из показаний свидетеля Т., данных на предварительном следствии, протокола его проверки показаний на месте, оглашенных в судебном заседании с согласия сторон, следует, что он находился в автомобиле под управлением ФИО1 в качестве пассажира на переднем сиденье. Автомобиль двигался со скоростью 40-50 км/ч. На расстоянии 79,4 м от автомобиля он увидел пешехода, идущего спокойным шагом по проезжей части, ближе к правому краю, в попутном направлении. Через некоторое время автомобиль под управлением ФИО1 наехал на данного пешехода, продолжил движение и врезался в опору городского освещения. Когда он и ФИО1 вышли из автомобиля, пострадавший не дышал. В автомобиле ФИО1 он спиртные напитки не видел. 

По показаниям свидетеля П., она проезжая по ул. **** увидела лежащие по середине дороги куртку и тапочек, на обочине стоял автомобиль «Форд», передняя часть которого была разбита. За рулем автомобиля находился молодой человек в состоянии сильного алкогольного опьянения, в кювете рядом с автомобилем находился труп человека. Водитель автомобиля «Форд» подтвердил, что сбил человека, а потом врезался в столб, утверждал, что выпил после происшествия, однако ни у него в руках, ни в салоне автомобиля она бутылок не видела.

Из показаний свидетелей А3. и О., прибывших на место происшествия в составе следственно-оперативной группы, следует, что у ФИО1 имелся запах алкоголя изо рта, была нарушена речь. При этом в ходе осмотра автомобиля пустые бутылки из-под спиртного обнаружены не были. 

Каких-либо существенных противоречий, которые могли бы повлиять на выводы суда, в показаниях указанных свидетелей не имеется. Их показания конкретны, они взаимно подтверждают и дополняют друг друга, являются последовательными. Обстоятельств, свидетельствующих о заинтересованности указанных лиц в оговоре осужденного, судом не установлено, равно как и данных об искусственном создании доказательств его виновности. 

Положенные в основу приговора показания свидетелей Т., П., А3., О. согласуются с обстановкой, зафиксированной протоколом осмотра места происшествия, схемой ДТП на участке дороги в районе дома ** по ул. **** г. Перми, которыми отражено расположение автомобиля и вещей пострадавшего на проезжей части, состояние дорожного покрытия и освещения; с заключением эксперта из которого следует, что смерть А2. на ступила в результате тупой сочетанной травмы тела, образовавшейся от ударного воздействия твердых тупых предметов, что в условиях ДТП могло иметь место при наезде автомобилем и первоначальном ударе его частями, с последующим отбрасыванием тела и падением его на твердую поверхность дорожного покрытия. В момент наезда, вероятнее всего, пострадавший находился в вертикальном положении и был обращен к направлению действия травмирующей силы (автомобилю) правой заднебоковой поверхностью тела.

По заключениям эксперта автотехника от 20 декабря 2019 года № **, от 2 апреля 2020 года № ** и от 25 мая 2020 года № **, ФИО1 должен был руководствоваться требованиями пункта 10.1 абзац 2 Правил дорожного движения. Водитель автомобиля «Форд» располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода путем применения мер экстренного торможения. С технической точки зрения в действиях ФИО1 усматривается несоответствие требованиям абзаца 2 пункта 10.1 Правил дорожного движения. 

Согласно протоколам от 16 июня 2019 года водитель ФИО1 был отстранен от управления транспортным средством, поскольку управлял им с признаками алкогольного опьянения (запах алкоголя изо рта, нарушение речи) и направлен на медицинское освидетельствование.

Из акта медицинского освидетельствования на состояние опьянения № ** от 16 июня 2019 года следует, что у ФИО1 установлено состояние опьянения.

Согласно постановлению мирового судьи судебного участка № 6 Орджоникидзевского судебного района г. Перми от 17 октября 2017 года, вступившим в законную силу 4 ноября 2017 года, ФИО1 был подвергнут административной ответственности по ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, с назначением административного штрафа в размере 30000 рублей, с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 8 месяцев.

Все собранные доказательства были оценены судом в соответствии со ст. ст. 87, 88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в своей совокупности признаны достаточными для разрешения уголовного дела по существу.

Нарушений принципа состязательности сторон, необоснованных отказов подсудимому и его защитнику в исследовании или представлении новых доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников, повлиявших или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено. 

По делу были исследованы все возникшие версии, а имеющиеся противоречия выяснены и оценены. Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденного, вопреки доводам жалобы адвоката, по делу отсутствуют. 

В том числе судом были тщательно проверены доводы ФИО1 о том, что он совершил наезд на пешехода в условиях, при которых не имел технической возможности предотвратить наезд. В связи с этим судом были исследованы протоколы следственных действий, заключения экспертов и другие доказательства.

Опираясь на показания свидетеля Т., результаты следственных экспериментов, проведенных, в том числе с участием Т., ФИО1, суд правильно установил, что потерпевший А2., двигаясь по проезжей части дороги по ходу движения автомобиля, изначально находился в поле видимости ФИО1, при этом он, ниоткуда внезапно не появлялся, дорогу не перебегал, а просто шел по дороге. Именно с момента появления в поле зрения этого пешехода, возникла опасность для ФИО1, как водителя транспортного средства. В результате суд пришел к обоснованному выводу о том, что ФИО1, управляя автомобилем, нарушил требования абзаца 2 пункта 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации и совершил наезд на пешехода А2., двигавшегося по проезжей части в попутном ему направлении. При этом ФИО1 располагал технической возможностью (при условии соблюдения Правил дорожного движения) предотвратить наезд на пешехода путем своевременного экстренного торможения.

Оснований для признания заключений эксперта № ** от 2 апреля 2020 года и № 320 от 25 мая 2020 года недопустимым доказательством суд апелляционной инстанции не усматривает. Исходные данные, представленные эксперту, были получены в результате следственных экспериментов, проведенных путем воспроизведения действий, а также обстановки и иных обстоятельств, схожих с условиями происшествия, при этом отдаленность времени проведения экспериментов от даты происшествия не ставит под сомнение достоверность полученных результатов.

Также в описательно-мотивировочной части приговора суд изложил мотивы, по которым им был отвергнут как доказательство – акт экспертного исследования от 89 июля 2020 года № **. Эти мотивы являются правильными и убедительными, поскольку выводы этого специалиста не полны, не соответствуют материалам дела и противоречат совокупности доказательств, исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре, относительно обстоятельств ДТП.

Доводы осужденного о том, что он употребил алкогольный напиток уже после произошедшего ДТП, также являлись предметом исследования суда первой инстанции и были обоснованно отвергнуты со ссылками на показания свидетелей П., А3., О. о наличии у ФИО1 на месте ДТП признаков опьянения в виде запаха алкоголя, нарушения речи, и отсутствии объективных данных о том, что до наезда в салоне автомобиля ФИО1 находился алкоголь, и он имел реальную возможность употребить его после ДТП.

Таким образом, все существенно значимые по делу обстоятельства судом первой инстанции учтены при вынесении приговора, мотивы, по которым суд отверг доказательства, представленные стороной защиты в описательно-мотивировочной части приговора подробно изложены, а потому никаких законных оснований считать неверной оценку доказательств и выводов суда, суд апелляционной инстанции не усматривает. Оснований для переоценки исследованных судом доказательств, на чем фактически настаивает в апелляционной жалобе адвокат, суд второй инстанции не находит.

Анализ и основанная на законе оценка исследованных доказательств в их совокупности позволили суду правильно установить фактические обстоятельства совершенного преступления и квалифицировать действия ФИО1 по ст. 264.1 УК РФ и п. «а» ч. 4 ст. 264 УК РФ.

Что касается наказания, то оно назначено ФИО1 в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ.

Суд учел характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности осужденного, который ранее к уголовной ответственности не привлекался, по месту жительства и работы характеризуется положительно, в том числе признал обстоятельствами, смягчающими наказание: наличие малолетних детей у виновного, принесение публичных извинений, добровольное принятие мер к частичному возмещению материального ущерба.

Довод жалобы о необходимости оценки поведения потерпевшего как противоправного и, в связи с этим, о необходимости учета указанного обстоятельства в качестве смягчающего наказание ФИО1 обстоятельства, не основан на положениях уголовного закона. Согласно п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ в качестве смягчающего наказание обстоятельства может быть признана противоправность или аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления. Между тем, установленные судом обстоятельства дела не свидетельствуют о том, что поведение потерпевшего являлось поводом для совершения ФИО1 инкриминированных ему преступлений.

Назначенное ФИО1 как основное, так и дополнительное наказание по своему виду и размеру является справедливым, соразмерным содеянному. 

Положения ч. 1 ст. 56 УК РФ при назначении наказания по ст. 264.1 УК РФ судом соблюдены.

Отсутствие оснований для применения к осужденному положений ч. 6 ст. 15, ст. 64, ст. 73 УК РФ, мотивированы судом нормами закона, а также совокупностью конкретных обстоятельств дела, общественной опасностью содеянного, данными о личности виновного, подробно приведенными в приговоре, и признаются судом апелляционной инстанции правильными.

Требования уголовного закона об индивидуализации наказания судом в полной мере выполнены.

Вид исправительного учреждения ФИО1 определен в соответствии с законом, верно установлен срок исчисления наказания.

Вопреки доводам стороны защиты, предусмотренных законом оснований для зачета в срок назначенного наказания по уголовному делу отбытого ФИО1 административного наказания, не имеется. Постановление мирового судьи в отношении ФИО1 по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 3 ст. 12.27 КоАП РФ, как не вступившее в законную силу было отменено по протесту прокурора решением Орджоникидзевского районного суда г. Перми от 3 марта 2020 года, к исполнению не приводилось.

Нарушений уголовного, уголовно-процессуального законов судом не допущено. 

Оснований для отмены или изменения приговора по доводам апелляционной жалобы адвоката Сабурова А.И. суд апелляционной инстанции не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Орджоникидзевского районного суда г. Перми от 14 июля 2020 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Сабурова А.И. – без удовлетворения.

Судебное решение может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий -