Дело № 2-2419/2017

В окончательной форме 

решение

 суда изготовлено 19.07.2017

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации 

14 июля 2017 года Железнодорожный районный суд г. Екатеринбурга в составе судьи Масловой С.А., 

при секретаре Лекомцевой А.О.,

с участием истца ФИО3, представителей ответчика ФИО1, ФИО2, помощника прокурора Тимофеева А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к обществу с ограниченной ответственностью «ПепсиКо Холдингс» о признании приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности недействительным, признании увольнения незаконными, признании записи в трудовой книжке недействительной, восстановлении на работе, взыскании компенсации морального вреда, признании отказа в предоставлении отпуска по уходу за ребенком незаконным, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «ПепсиКо Холдингс» о восстановлении нарушенных трудовых прав. 

Уточнив и дополнив первоначально заявленные исковые требования в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, истец просил признать недействительным приказ работодателя от *** № *** о привлечении его к дисциплинарной ответственности; признать незаконным его увольнение на основании приказа работодателя от *** № *** лс по основанию, предусмотренному п. 5 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, восстановить на работе в должности торгового представителя в ООО «ПепсиКо Холдингс» (филиал в г. Екатеринбурге), признать запись в трудовой книжке об его увольнении по указанному основанию за № *** недействительной; признать незаконным отказ работодателя в предоставлении ему отпуска по уходу за ребенком от ***; взыскать компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб..

В обоснование иска истец указал на то, что с *** состоял с ответчиком в трудовых отношениях в должности торгового представителя. Место работы в филиале в ***. Характер работы разъездной. 

***, ***, ***, *** ***, *** *** 2017 г. истец начал исполнение своих трудовых обязанностей позднее предусмотренного договором времени по причине того, что в эти дни посещал лечебные учреждения со своими двумя детьми, *** рождения. О необходимости отсутствия на работе по этой причине истец заблаговременно уведомлял своего непосредственного руководителя Н.., который не возражал против этого. Письменные распоряжения при этом не оформлялись.

Кроме того, в апреле 2017 г. истец уведомил его о том, что по состоянию здоровья детей, которые родились недоношенными, в тяжелом состоянии, требуют восстановительного лечения и постоянного врачебного наблюдения, он вынужден помогать супруге, а, начиная с ***, намерен использовать свое право на отпуск по уходу за ребенком.

*** Н.. запросил у него объяснительные по факту отсутствия его на работе в указанные дни. В объяснительной он указал на то, что свое отсутствие на работе он предварительно согласовал с руководителем и готов представить подтверждающие документы, однако утром *** он был ознакомлен с приказом об объявлении ему выговора № *** за нарушение должностной инструкции и правил внутреннего трудового распорядка в связи с опозданиями ***, *** ***, ***.. Не согласен с привлечением его к дисциплинарной ответственности, поскольку в указанные дни отсутствовал по уважительной причине, о необходимости своего отсутствия уведомлял своего руководителя, который не возражал против этого, кроме того на маршрут в эти дни выходил, но позднее, и выполнял свои трудовые обязанности, посетив всех клиентов, указанных в маршрутных листах на эти дни. В связи с чем опоздание на работу в эти дни не повлекло для ответчика негативных последствий, не вызвало остановку продаж продукции, не создало угрозу жизни или здоровью людей, не повлекло причинение имущественного ущерба. Полагал, что его вина в проступке отсутствует, основания для его привлечения к дисциплинарной ответственности отсутствовали.

Утром *** истец также был ознакомлен с приказом о его увольнении № *** лс от *** по основанию, предусмотренному п. 5 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, за неоднократное неисполнение работником трудовых обязанностей, однако полгал, что основания к тому отсутствовали, поскольку безосновательно было привлечение его к дисциплинарной ответственности на основании приказа № *** Кроме того, ему неясно было основание для его увольнения, поскольку в обоих указанных приказах, датированных ***, в качестве основания указана служебная записка Н. от ***, которая ему представлена для ознакомления не была, в связи с чем он полагал, что в основу обоих приказов была положена одна и та же служебная записка. О том, что служебные записки разные ему стало известно только в ходе судебного разбирательства по данному делу. 

Полагал, что приказ № *** лс незаконен, поскольку не содержит указания на конкретный дисциплинарный проступок, за совершение которого работник привлечен к ответственности, и его невозможно установить, при этом работодатель не дал никакие пояснения относительного того, какой проступок он совершил, в связи с чем он уволен. О том, что к нему применено в один день два дисциплинарных взыскания, ему известно не было. Кроме того, *** истец был болен, обратился в лечебное учреждение, ему был выдан листок нетрудоспособности, о чем он работодателя уведомил до окончания рабочего дня. Полагал, что его увольнение по основанию, предусмотренному п. 5 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, состоялось в связи с его отказом от увольнения по соглашению сторон, что было предложено работодателем. Полагал, что работодатель не учел стаж его работы, тот факт, что ранее он неоднократно поощрялся премиями, грамотой за хорошую работу, не учел тяжесть проступка, его отношение к труду. 

Полагал, что его увольнение обусловлено нежеланием работодателя предоставить ему отпуск по уходу за ребенком, в связи с чем был организована проверка обслуживаемых им торговых точек Н.. в апреле 2017 г.. Данная проверка была проведена с отступлением от принятых в компании правил, Н.. единолично, в то время как по обыкновению сначала проводилось посещение торговых точек совместно торговым представителем и его руководителем, по итогам проверки ставились цели и задачи на определенный период с учетом возможностей территории, после чего проводился аудит для контроля исполнения. В данном же случае в конце апреля Н. представил ему справку с указанием выявленных им нарушений на обслуживаемых ФИО3 торговых точках, которые истцом были устранены в той мере, в которой это было возможно, также были даны объяснения о причинах выявленных нарушений ***, *** 2017 г., контроль же не проводился. Отметил, что в представленной служебной записке Н. о выявленных нарушениях от *** содержится много неточностей, не указано на факт устранения многих нарушений к указанной дате. Полагал, что ответчик искажает информацию об эффективности работы истца и выполнении им плана продаж, о возможности выполнения работы за истца другим сотрудником в период его временного отсутствия, поскольку выполнение такой работы возможно только при наличии планшета, который находился у него. Полагал, что ответчик злоупотребляет своими правами, лишает его возможности предоставить информацию, которая находилась на рабочем планшете, а также сим-карте телефона, подключенного к корпоративному тарифу, от которого он отключен после увольнения, планшет же им сдан при увольнении работодателю. Также полагал, что показания свидетелей, являющихся сотрудниками компании, не могут признаваться полностью достоверными, поскольку даны под влиянием работодателя.

*** истец почтой направил в адрес ответчика заявление о предоставлении ему отпуска по уходу за ребенком, на которое получил отказ ***. Просил признать такой отказ незаконным, поскольку у работодателя отсутствовали основания для его увольнения.

Просил взыскать с ответчика в свою пользу денежную компенсацию морального вреда в сумме 20 000 руб., поскольку в результате незаконного привлечения к дисциплинарной ответственности, его увольнения, отказа в предоставлении отпуска по уходу за ребенком, развития конфликтной ситуации истец испытал нравственные переживания, осознавая, что он и его семья в результате его увольнения оказались в трудной жизненной ситуации, поскольку у него на иждивении двое малолетних детей, неработающая супруга, наличие ипотечных обязательств перед банком, однако отсутствие заработка и возможность трудоустройства при наличии в трудовой книжке записи о его увольнении по основанию, предусмотренному п. 5 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, не позволяют исполнять данные обязательства, содержать семью, обеспечивать лечение детям.

Истец в судебном заседании по приведенным доводам на удовлетворении исковых требований настаивал. 

Ответчик общество с ограниченной ответственностью «ПепсиКо Холдингс» исковые требования не признал, просил в удовлетворении исковых требований отказать. Полагал, что основания для привлечения истца на основании приказа от *** № *** к дисциплинарной ответственности в виде выговора в действительности имелись, поскольку истцом допущено нарушение положений п. 2.7.6 должностной инструкции, а также п.п. 4.8., 8.2. Правил внутреннего трудового распорядка, подп. 15 приложения № 2 к ним, выразившиеся в том, что ФИО3 не согласовал свое отсутствие на работе со своим непосредственным руководителем предварительно, приступил к выполнению трудовых обязанностей в 14:08 ***, в 12:05 ***, в 10:04 ***, вместо установленного времени начала работы в 8:30. Данные факты установлены на основании служебной записки Н.., объяснительной ФИО3, который данные факты не отрицал, а также данных маршрутных листов и системы спутникового мониторинга. Уважительных причин, по которым работник не мог предварительно согласовать свое отсутствие со своим руководителем Н. не установлено. При оценке тяжести проступка принято во внимание предшествующее поведение работника, его отношение к труду, последствия проступка для бизнеса. Процедура привлечения работника к дисциплинарной ответственности, срок привлечения соблюдены. 

Ответчик полагал, что основания для привлечения истца на основании приказа от *** № *** лс к дисциплинарной ответственности в виде увольнения по основанию, предусмотренному п. 5 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации в действительности имелись, поскольку к моменту его принятия у ФИО3 имелось три неснятых, непогашенных дисциплинарных взыскания, в том числе на основании приказа от *** № *** и двух приказов от *** № ***, № ***, в связи с чем полагал, что наличие оспариваемого истцом приказа от *** № *** не могло повлиять на законность увольнения. 

Поводом к увольнению истца послужил факт выявления неисполнения истцом должностных обязанностей в торговых точках на вверенной территории, поскольку при поведении *** Н. аудита в торговых точках на маршруте истца, в которых он был днем раньше, были выявлены многочисленные нарушения базовых должностных обязанностей истца, что подтверждается служебной запиской Н.. от *** и его свидетельскими показаниями. Неисполнение таких обязанностей влекут негативные последствия для работодателя (невыполнение плана продаж, потеря прибыли, ухудшение отношений с контрагентами) и для торговой команды (потеря премиальной части заработной платы). План выполнения продаж истца в апреле 2017 г. составил 54%. 

Полагал, что довод истца об его увольнении в период нетрудоспособности, несостоятельный, поскольку на момент ознакомления истца с приказом об увольнении с 09:55 *** он не проявлял признаков нетрудоспособности, жалоб на здоровье не высказывал, в лечебное учреждение обратился позднее. О факте выдачи листка нетрудоспособности истцу стало известно из его письма по электронной почте на адрес Н. в 16:45 ***, то есть после свершившегося факта увольнения, в связи с чем работодатель не мог знать и не знал о нетрудоспособности истца на момент его увольнения.

Полагал, что работодатель учел тяжесть проступка, предыдущее поведение работника и его отношение к труду. 

Полагал, что оснований для признания отказа в предоставлении истцу отпуска по уходу за ребенком незаконным не имеется, поскольку до увольнения истец с заявлением о его предоставлении не обращался. Письмо была направлено позднее, однако в связи с прекращением трудовых отношений ко времени его поступления отпуск не мог быть предоставлен.

Поскольку требования о компенсации морального вреда производное, ответчик же не допусках факта нарушения трудовых прав работника, просил отказать и в удовлетворении данных требований.

Оценив представленные суду доказательства в совокупности, руководствуясь при этом требованиями статьи 67, с учетом положений статей 56, 57, 68, части 2 статьи 150 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что правовые основания для удовлетворения исковых требований о восстановлении истца на работе отсутствуют, поскольку факт проступка нашел подтверждение, совокупность обстоятельств, при которых возможно увольнение по основанию, предусмотренному пунктом 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, нашла подтверждении, суд приходит к выводу о том, что заявленные требования подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Из объяснений сторон и материалов дела следует, что в период с *** по *** стороны спора, истец ФИО3 и ответчик ООО «ПепсиКо Холдингс» (филиал в г. Екатеринбурге), состояли в трудовых отношениях в соответствие с заключенным между ними с соблюдением письменной формы трудовым договором № ***. 

Истец уволен с должности торгового представителя из структурного подразделения отдела продаж по основанию, предусмотренному пунктом 5 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, на основании приказа специалиста административного персонала П.., действующей на основании доверенности от *** (сроком 3 года), выданной генеральным директором общества М.В., которой она наделена полномочиями по подписанию приказов об увольнении, о наложении взысканий за нарушение трудовой дисциплины, от *** № *** лс. 

Пунктом 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации Трудовой предусмотрено, что договор может быть расторгнут работодателем в случае неоднократного неисполнения работником без уважительных причин трудовых обязанностей, если он имеет дисциплинарное взыскание.

В соответствии со статьей 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать трудовую дисциплину.

Статьей 189 Трудового кодекса Российской Федерации закреплено, что дисциплина труда - обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии с настоящим Кодексом, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Заключая трудовой договор, работник обязуется добросовестно выполнять свои трудовые обязанности, соблюдать трудовую дисциплину и правила внутреннего трудового распорядка организации (статья 21 Трудового кодекса Российской Федерации). Эти требования предъявляются ко всем работникам. Их виновное неисполнение может повлечь привлечение работника к дисциплинарной ответственности, что является одним из способов защиты нарушенных прав работодателя.

Согласно частям 1, 2 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: 1) замечание; 2) выговор; 3) увольнение по соответствующим основаниям.

Статья 193 Трудового кодекса Российской Федерации закрепляет, что до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Не предоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

Дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки - позднее двух лет со дня его совершения. В указанные сроки не включается время производства по уголовному делу.

За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание.

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

Дисциплинарное взыскание может быть обжаловано работником в государственную инспекцию труда и (или) органы по рассмотрению индивидуальных трудовых споров.

Таким образом, для применения мер дисциплинарного взыскания к работнику обязательно наличие совокупности следующих условий: поведение работника должно быть противоправным, им не исполнены или ненадлежаще исполнены возложенные именно на него трудовые (служебные) обязанности, работник своими действиями причинил вред работодателю (как правило, организационного характера), между дисциплинарным проступком работника и возникшим ущербом присутствует причинно-следственная связь, действия работника носят виновный характер, то есть совершены умышленно или по неосторожности. Несоблюдение хотя бы одного из условий влечет отмену дисциплинарного взыскания в судебном порядке по иску работника.

Согласно императивному требованию части 6 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, не допускается увольнение работника по инициативе работодателя (за исключением случая ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем) в период его временной нетрудоспособности и в период пребывания в отпуске.

Как разъяснено в пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ", при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказывать наличие законного основания увольнения и соблюдения установленного порядка увольнения возлагается на работодателя. При этом необходимо иметь в виду, что не допускается увольнение работника (за исключением случая ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем) в период его временной нетрудоспособности и в период пребывания в отпуске (часть шестая статьи 81 ТК РФ) (под. а);

Из разъяснений, содержащихся в пункте 34 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" следует, что по делам о восстановлении на работе лиц, уволенных по пункту 5 части первой статьи 81 Кодекса, на ответчике лежит обязанность представить доказательства, свидетельствующие о том, что: 1) совершенное работником нарушение, явившееся поводом к увольнению, в действительности имело место и могло являться основанием для расторжения трудового договора; 2) работодателем были соблюдены предусмотренные частями третьей и четвертой статьи 193 ТК РФ сроки для применения дисциплинарного взыскания.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 35 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", следует, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 5 части первой статьи 81 Кодекса, или об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).

В соответствии с абзацем 3 пункта 53 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (ч. 5 ст. 192 ТК РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

При рассмотрении спора суд также исходит из общих принципов юридической и дисциплинарной ответственности, таких как справедливость, соразмерность, законность, определенность. 

Как следует из приказа об увольнении истца от *** № *** лс, ФИО3 уволен по основанию, предусмотренному пунктом 5 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, с формулировкой «за неоднократное неисполнение работником без уважительных причин трудовых обязанностей, если он имеет дисциплинарное взыскание», при этом без указания обстоятельств, указывающих на данный факт (в отсутствие описания события проступка, места, даты, времени совершения), что свидетельствует о неопределенности события, с которым работодатель связывает примененное взыскание. 

Не вносит определенность в это обстоятельство и описание основания для принятия данного приказа, поскольку не раскрывает содержание (краткое) документов, на которые имеется ссылка, представленные же документы, не однозначны.

Так, в качестве основания принятия данного приказа указаны: приказы о наложении дисциплинарных взысканий от *** № *** о, № *** о, от *** № *** о, а также служебная записка Н.. от ***, объяснительные ФИО3 от ***, от ***.

Вместе с тем, в материалы дела представлено две служебных записки Н.., датированные ***, которые не имеют каких-либо регистрационных номеров, виз лица, полномочного назначать, проводить расследования, принимать решения о привлечении работников к дисциплинарной ответственности.

В одной из указанных служебных записок менеджер по территориальным продажам Н. в отдел персонала филиала ООО «ПепсиКо Холдингс» в г. Екатеринбурге сообщает о том, что *** в результате проведенного им аудита им были выявлены следующие нарушения: в торговых точках на вверенной территории торгового представителя ФИО3, посещенных им накануне, неисправное холодильное оборудование, ряд стоек либо не по стандарту, либо с чужой продукцией, либо без товара, либо отсутствует полочная выкладка (в различных вариациях по разным точкам). При этом сделаны выводы о нарушении ФИО3 положений пунктов 2.2.4., 2.4.5., 2.4.6., 2.4.6., 2.4.7. его должностной инструкции, заявлена просьба применить к нему дисциплинарное взыскание в виде увольнения.

В другой служебной записке менеджер по территориальным продажам Н. в отдел персонала филиала ООО «ПепсиКо Холдингс» в г. Екатеринбурге сообщает о том, что изучив *** отчеты по времени работы торговых представителей за апрель 2017 г. он обнаружил, что ФИО3 неоднократно начинал первый визит в торговой точке после 12:00. Изучив отчет системы спутникового мониторинга «Скаут» за апрель 2017, обнаружил, что ***, *** (указанные даты затем вычеркнуты), ***, *** и *** он приезжал на маршрут после 12:00, а *** им не было посещено ни одной точки. О своем отсутствии в течении первой половины рабочего дня ФИО3 в известность его не ставил. Просил применить к нему дисциплинарное взыскание в виде выговора.

Таким образом, работодатель поставил вопрос об увольнении истца по факту проступка, выявленного ***, в то время как по факту проступка, выявленного позднее, ***, был поставлен вопрос о привлечении иска к дисциплинарной ответственности в виде выговора.

Истец в суде пояснил, что после проведенной проверки Н. ему была предоставлена на адрес корпоративной электронной почты, установленной в рабочем планшете, для ознакомления не служебная записка от *** (которую до судебного разбирательства он не видел), а справка, в которой указывались выявленные по торговым точкам замечания, однако суду такая справка в ходе разбирательства не представлена. 

Стороны пояснили, что письменные объяснения от истца были запрошены также Н.. в устной форме, в связи с чем с достоверностью установить по каким именно фактам были истребованы объяснения у работника не представляется возможным, учитывая спорность ситуации и объяснений сторон.

Вместе с тем, из объяснительной ФИО3, данной Н.. в письменной форме ***, следует, что он дал объяснение о неисправности холодильника на одной торговой точке, указав, что требуется его замена, т.к. ремонт на месте невозможен. После замены холодильного оборудования планирует привести к новым стандартам. Обязался исправить ситуацию до ***.

Из объяснительной ФИО3, данной Н. в письменной форме ***, следует, что он дал объяснение о том, что одна торговая точка не обслуживается компанией, две других точки заказывают продукцию редко, отнесены к низкому сегменту продаж, в связи с чем планируется снятие оборудования с этих точек. Один из клиентов на маршруте недавно, работа по нему ведется. Обязался исправить ситуацию до ***.

На обстоятельства тому, что работодатель не согласен был с устранением выявленных нарушений в указанный срок либо установил истцу иные сроки для устранения тех недостатков в работе, которые были допущены, - не указано, соответствующих доказательств не представлено.

Факт проведения проверки на предмет устранения указанных недостатков в работе торговых точек к моменту подготовки *** Н.. служебной записки, а также к моменту увольнения истца, ***, стороны отрицают, соответствующих доказательств не представлено. Истец же указывает, что недостатки, отмеченные в справке Н.., были им устранены в той мере, в которой это зависело от выполнения им своих трудовых обязанностей. Данное обстоятельство ответчиком по существу не оспорено и ничем не опровергнуто.

Отсутствие факта проверки устранения выявленных в работе истца недостатков со стороны работодателя свидетельствует о том, что они не признавались существенными. Кроме того, при принятии решения об увольнении работника им по факту данного проступка работодателем не было учтено обстоятельство устранения истцом ко дню применения взыскания выявленных нарушений, что указывает на необъективный подход работодателя в оценке обстоятельств проступка, личности истца, наступивших последствий.

Из объяснительной ФИО3, данной Н. в письменной форме ***, следует, что он дал объяснение по факту позднего выезда на маршрут ***, ***, ***, ***, ***, объяснив это тем, что он имеет двоих грудных детей, требующих повышенного внимания, в связи с чем вынужден был в указанные дни посещать с ними больницу, о чем предварительно поставил в известность непосредственного руководителя. При необходимости представит подтверждающие документы.

Допрошенный в качестве свидетеля Н., который, как установлено судом, являлся непосредственным руководителем ФИО3 с ***, отрицал факт согласования истца своего отсутствия на работе в указанные дни в связи с указанными им в объяснительной обстоятельствами, однако признавал, что ему известно было о рождении у ФИО3 двойни в январе 2017 г., пояснил, что в связи с неявками истца в указанные даты, ему самому приходилось связываться по телефону с истцом и выяснять причины отсутствия ФИО3 на работе, начало которой связано с проведением в 08:30 утреннего совещания в офисе компании. Вместе с тем, подтверждающего документа в виде детализации телефонных соединений суду не представлено.

Указанные противоречия в объяснениях названных лиц не устранены. 

В силу ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обязанность по доказыванию факта тому, что работником были соблюдены требования получения разрешения работодателя на его отсутствие на рабочем месте в рабочее время, лежит на работнике. Однако относимых, допустимых, достоверных доказательств тому суду не представлено.

Из пунктов 2, 2.1. должностной инструкции истца, с которой он был ознакомлен, что им не оспорено, подтверждено подписью в листе ознакомления (л.д. 24 т. 1), следует, что торговый представитель выполняет свои функциональные обязанности с учетом закрепленной за ним территории, на которой расположены группы клиентов (клиентская база), которым компания реализует свою продукцию на корпоративном транспорте работодателя; выполняет качественное обслуживание и развитие клиентов в соответствие с принятыми и утвержденными стандартами компании; посещает клиентов в соответствие с маршрутным планом, составленным специалистом по координированию территории на день.

Приказом работодателя от *** № ***, с которым истец был ознакомлен ***, что удостоверено его подписью и не оспаривается, установлен для истца следующий график рабочего дня: начало рабочего дня: 08:30 (утреннее собрание в месте, указанном непосредственным руководителем) в пределах вверенной работнику территории, указанной в трудовом договоре, перерыв для отдыха и питания между 12:00 и 14:00 в течение 60 минут, окончание рабочего дня: 17:30.

При таких обстоятельствах, поскольку нашел подтверждение факт отсутствия истца на работе (как в офисе работодателя, так и на маршруте по торговым точкам) *** в период с 08:30 до 14:30, *** с 08:30 до 12:05, *** с 08:30 до 10:04, суд находит обоснованным вывод ответчика в оспариваемом приказе о том, что истцом в указанные даты было допущено нарушение пункта 2.7.6 должностной инструкции истца, предусматривающего обязанность истца соблюдать Правила внутреннего трудового распорядка, и пункта 4.8. Правил внутреннего трудового распорядка, с которыми он был ознакомлен, что им не оспорено, подтверждено подписью в листе ознакомления (л.д. 91 т. 1), предусматривающего, что «любое отсутствие работника на рабочем месте, кроме случаев непреодолимой силы или временной нетрудоспособности, допускается только с предварительного разрешения работодателя».

Обстоятельств же непреодолимой силы или временной нетрудоспособности самого истца в указанные даты в ходе разбирательства не установлено. 

Отсутствие истца на работе по уважительной причине, к коей возможно отнести сопровождение детей в лечебное учреждение, не образует состав дисциплинарного проступка. Нарушением признается отсутствие работника на работе без предварительного согласования с работодателем, истец же не доказал факт такого согласования, не доказал отсутствие своей вины в несогласовании, при этом в рабочее время отсутствовал на работе, что указывает на наличие совокупности обстоятельств, при которых состав правонарушения со стороны работника имеет место быть.

Довод истца о том, что он отсутствовал на работе по уважительной причине в указанные дни, при этом исполнял трудовые обязанности в иное время (за пределами установленного графика), суд находит не состоятельным, поскольку данные обстоятельства сами по себе не свидетельствуют об отсутствии факта указанного проступка. Более того, ответчиком данное обстоятельство оспаривается, и данный довод ответчика признается судом подтвержденным на основании сведений из системы спутникового мониторинга безопасного вождения, установленной на транспортном средстве, предоставленном работодателем и используемом истцом в работе (автомобиль 

<

...>), отчетов GPS полученных с карманных персональных компьютеров и датчиков, применимых согласно п. 1.7. должностной инструкции истца.

Таким образом, поскольку факт указанного дисциплинарного проступка, допущенного по вине работника, нашел подтверждение, приказ № *** о от *** издан уполномоченным представителем работодателя, после получения объяснений работника и проверки приведенных им доводов, с соблюдением установленных законом срока и порядка привлечения работника к дисциплинарной ответственности (к *** месячный срок со дня проступков ***, ***, *** не истек), мера взыскания в виде выговора соответствует тяжести проступка, учитывает, что ранее, на основании приказов от *** истец привлекался к дисциплинарной ответственности, с данным приказом истец был ознакомлен ***, что им не оспаривается, следует из записей на данном приказе и соответствующего им акта об отказе работника от ознакомления под роспись с приказом, составленного в 9:43 ***, подписанного сотрудниками общества Б. Н. П. их объяснений и показаний в суде, подтверждающих данный факт, следовательно, исковые требования в части признания данного приказа недействительным не подлежат удовлетворению.

Из акта об отказе работника от ознакомления под роспись с приказом, составленного в 9:55 *** подписанного сотрудниками общества Б. Н.., П.., их объяснений и показаний в суде, подтверждающих данный факт, объяснений истца относительно данного вопроса, следует, что после ознакомления с приказом № *** о от *** истец был также ознакомлен с приказом от *** об его увольнении, однако отказался от подписания документа, о чем составлен акт.

Однако данный акт не отражает с приказом за каким номером, принятым кем и на каком основании, по факту каких проступков истец был ознакомлен. 

Обстоятельство ознакомления истца со служебной запиской Н.. от ***, которая отражает фактические обстоятельства проступка, в связи с наличием которого могло состояться увольнение истца, ни данный акт, ни иные представленные в дело документы не подтверждают, истец же пояснял, что ему неясно было в связи с какими обстоятельствами он уволен, что также прослеживается и из содержания его первоначального искового заявления, поданного в суд, следует из его письменных обращений к работодателю по вопросу выдачи ему документов, обоснующих факт такого проступка ***, ***. Ответчик же несмотря на такое обращение с такими документами истца не ознакомил, в выдаче их истцу отказал письмом от ***, полагая, служебные записки не относятся к документам, непосредственно связанным с работой истца (л.д. 32-34 т.1), что нельзя в данной ситуации признать правомерным. 

Напротив, такие обстоятельства подтверждают довод истца, что ни на день увольнения, ни позднее (до поступления документов от ответчика в суд) он с достоверностью не знал и не мог знать об обстоятельствах, послуживших поводом для его увольнения, соответственно, не мог представить необходимые объяснения и доказательства, которые работодателю следовало учесть при принятии решения об увольнении. 

Таким образом, порядок увольнения истца, его права при процедуре увольнения работодателем нарушены, что является основанием для признания увольнения незаконным.

Оценивая факт проступка, связанный с увольнением истца, изложенный в служебной записке Н. от ***, суд установил, что работодатель посчитал установленным факт допущенного истцом нарушения положений пунктов 2.2.4, 2.4.5, 2.4.6, 2.4.7 должностной инструкции ФИО3. Вместе с тем, описанные нарушения не соответствуют приведенным положениям инструкции. Так, пункт 2.4.5 должностной инструкции истца, с которой он был ознакомлен, устанавливает обязанность истца по доставке продукции со склада клиента в торговый зал и осуществление мерчендайзинга в отношении всех существующих дисплеев в соответствие с принципами размещения. Пункт 2.4.6 должностной инструкции устанавливает обязанность истца убирать из торгового зала поврежденные продукты с истекшим сроком годности. Описание же фактически выявленных при проверке в апреле нарушений не свидетельствует о допуске истцом нарушений пунктов 2.4.5, 2.4.6., что указывает на неверную квалификацию проступка, и также свидетельствует о незаконности увольнения в связи с вменением истцу проступка, который он не совершал.

Не может быть признано законным увольнение истца на основании оспариваемого приказа от *** № *** лс, по основанию, предусмотренному пунктом 5 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, и в связи с тем, что избранная мера наказания не соответствует тяжести совершенного истцом проступка, не учитывает в полной мере обстоятельства и причины его совершения, обусловленность их возникновения, в том числе отвлечением истца в рабочее время на исполнение повышенных семейных обязательств (в связи с необходимостью посещения с двумя детьми, *** рождения, лечебных учреждений), факт устранения истцом допущенных в работе недостатков ко дню применения взыскания, что следует из его объяснений, которые не оспорены, не опровергнуты ответчиком.

Работодатель не учел, что до увольнения истец единожды привлекался к дисциплинарной ответственности, хотя бы и формально на основании приказов о наложении дисциплинарных взысканий за разными номерами, но от одной даты (от *** № *** о, № ***), поскольку с обоими приказами истец был ознакомлен ***. 

Как следует из данных приказов и соответствующих им объяснительных работника и служебных записок менеджера по территориальным продажам Б. от ***, поводом для их принятия послужили: 1) факт неисполнения истцом в установленный срок (с 01 по 30 ноября 2016) задачи по установке в торговых точках новогодних дисплеев в количестве 20, чем нарушены положения пунктов 2.7.4., 2.6.6. должностной инструкции о своевременном и качественном исполнении распоряжений непосредственного руководителя и размещении у клиента основного и дополнительного оборудования компании, за что истцу было объявлено замечание; 2) факт неисполнения истцом в установленный срок (с 18 по 30 ноября 2016) задачи по установке в торговых точках стоек «Хрустим» в количестве 2, чем нарушены положения пунктов 2.7.4., 2.6.6. должностной инструкции о своевременном и качественном исполнении распоряжений непосредственного руководителя и размещении у клиента основного и дополнительного оборудования компании, за что истцу был объявлен выговор. 

Вместе с тем, как следует из объяснений истца в суде, поставленные задачи им были впоследствии выполнены, за что он был премирован работодателем за декабрь 2016 г.. На момент же постановки данных задач полагал, что их выполнение необходимо только для дополнительного премирования, что повлекло его соответствующее отношение.

Указанные нарушения аналогичны по характеру, совершены в один период времени (в ноябре 2016 г.), существенными признаны быть не могут, при этом выявлены в одно время, за их совершение истец был подвергнут взысканию в один день, и, как он полагал, это был один проступок.

С приказом от *** № *** о истец был ознакомлен в день увольнения, и был с ним не согласен. 

При таких обстоятельствах вывод работодателя о наличии к моменту принятия им решения о прекращении с истцом трудовых отношений по основанию, предусмотренному пунктом 5 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, о необходимой системности дисциплинарных проступков работника, свидетельствующей о том, что до совершения последнего дисциплинарного проступка, послужившего основанием для увольнения, в связи с наличием двух и более фактов привлечения работника к ответственности, поскольку он не меняет свое поведение и отношение к труду, - явился преждевременным, сделанным без учета изложенного, а также того, что на протяжении длительного периода времени (с 03.05.2011 до 14.12.2016) истец добросовестно относился к труду, неоднократно премировался, поощрялся работодателем грамотой (представлена истцом суду), не привлекался к дисциплинарной ответственности. Ситуация в отношении к труду и дисциплине со стороны истца изменилась лишь при изменении его семейных обстоятельств и обязательств истца (сложная беременность супруги двойней, преждевременные роды, болезненное состояние детей, требующее повышенного внимания, ухода, лечения, наблюдения в различных медицинских учреждениях города).

Согласно ч.4 ст. 84.1., ч.5 ст. 80, ст. 140 Трудового кодекса Российской Федерации в последний день работы работника работодатель обязан выдать ему трудовую книжку, другие документы, связанные с работой, по письменному заявлению работника и произвести с ним окончательный расчет.

На основании листка нетрудоспособности 255 775 351 720, выписки из амбулаторной карты пациента ФИО3, справки ООО «Медицинский Центра «Доктор Плюс» от *** № *** судом установлено, что ***, то есть в день увольнения, истцу было диагностировано заболевание 

<

...>, признаки которого появились накануне, ***, что следует из объяснений истца в суде и показаний допрошенного свидетеля С. (супруга истца), в связи с чем ООО «Медицинский Центра «Доктор Плюс» оформлен указанный листок нетрудоспособности, который *** после повторного осмотра продлен до ***. 

Согласно названным доказательствам истец посетил названное лечебное учреждение в период с 16:00 до 16:30. О факте наступления нетрудоспособности посредством направления сообщения по адресу электронной почты непосредственному руководителю Н. в 16:45 *** истец ответчика уведомил, что следует из объяснений обоих сторон и показаний свидетеля Н., то есть сделал это до окончания рабочего времени истца *** (по приказу рабочее время до 17:30). 

Наступление нетрудоспособности работника в день увольнения, то есть до окончания установленного рабочего времени в этот день, о чем работодатель проинформирован, исключает возможность увольнения работника (за исключением случая ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем) в силу части 6 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, соответственно, является основанием для отмены приказа об увольнении работника, даже если работник был ознакомлен. Однако, несмотря на данное обстоятельство, приказ об увольнении истца работодателем отменен не был.

Довод ответчика о том, что увольнение истца состоялось ранее получения работодателем указанной информации о наступлении нетрудоспособности истца, поскольку с приказом об увольнении он был ознакомлен утром, в 9:55, нельзя признать состоятельным, поскольку на нормах трудового законодательства не основан. Трудовые отношения между сторонами могли прекратиться на основании оспариваемого приказа *** в 17:30, то есть по истечении рабочего времени в последний рабочий день, а не со дня издания или ознакомления работника с приказом, с которым работодатель мог ознакомить работника и в иной день.

Настаивая на применении и действительности данного приказа об увольнении истца, несмотря на получение работодателем информации, дающей основания для его отмены (наступление нетрудоспособности и передача работодателю информации об этом) до окончания периода трудовых отношений сторон, ответчик допускает нарушение императивного запрета, предусмотренного частью 6 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, не допускающей увольнение работника по инициативе работодателя (за исключением случая ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем) в период его временной нетрудоспособности и в период пребывания в отпуске, что противоречит закону и влечет необходимость признания данного приказа незаконным. 

Сам по себе факт обращения работника за медицинской помощью в лечебное учреждение в день увольнения после ознакомления с приказом об увольнении при установленных по делу судом обстоятельств не свидетельствует о допущенном истцом злоупотреблении правом. 

В соответствии с ч. 1 ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

Резюмируя вышеизложенное, поскольку увольнение истца является незаконным, следовательно, подлежат удовлетворению его исковые требования о восстановлении на работе в должности торгового представителя в обществе с ограниченной ответственностью «ПепсиКо Холдингс» (филиал в г. Екатеринбурге).

В силу ч. 2 ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула, однако соответствующие требования истцом не заявлены, расчеты и подтверждающие документы в материалы дела сторонами не представлены. Работодатель при этом не освобождается от обязанности по исчислению и выплате восстановленному работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула в отсутствие судебного решения. При наличии между сторонами спора о периоде вынужденного прогула и размере утраченного заработка после его исчисления работодателем спор может быть передан для рассмотрения в суд.

Частями 1-4 статьи 66 Трудового кодекса Российской Федерации закреплено, что трудовая книжка установленного образца является основным документом о трудовой деятельности и трудовом стаже работника.

Форма, порядок ведения и хранения трудовых книжек, а также порядок изготовления бланков трудовых книжек и обеспечения ими работодателей устанавливаются уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти.

Работодатель (за исключением работодателей - физических лиц, не являющихся индивидуальными предпринимателями) ведет трудовые книжки на каждого работника, проработавшего у него свыше пяти дней, в случае, когда работа у данного работодателя является для работника основной.

В трудовую книжку вносятся сведения о работнике, выполняемой им работе, переводах на другую постоянную работу и об увольнении работника, а также основания прекращения трудового договора и сведения о награждениях за успехи в работе. Сведения о взысканиях в трудовую книжку не вносятся, за исключением случаев, когда дисциплинарным взысканием является увольнение.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 16.04.2003 № 225 утверждены Правила ведения и хранения трудовых книжек, изготовления бланков трудовой книжки и обеспечения ими работодателей, согласно которым:

Работодатель - физическое лицо, являющийся индивидуальным предпринимателем, обязан вести трудовые книжки на каждого работника в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В случае выявления неправильной или неточной записи в трудовой книжке исправление ее производится по месту работы, где была внесена соответствующая запись, либо работодателем по новому месту работы на основании официального документа работодателя, допустившего ошибку. Работодатель обязан в этом случае оказать работнику при его обращении необходимую помощь (пункт 27).

В разделах трудовой книжки, содержащих сведения о работе или сведения о награждении, зачеркивание неточных или неправильных записей не допускается.

Изменение записей производится путем признания их недействительными и внесения правильных записей (пункт 30).

Поскольку судом установлено, что на основании признанного судом незаконным приказа о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) от *** № *** лс с ФИО3 по основанию, предусмотренному пунктом 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, ответчиком внесена запись в трудовую книжку истца под номером № 10, данная запись подлежит признанию недействительной.

Разрешая по существу требование истца о взыскании денежной компенсации морального вреда в связи с его незаконным увольнением, суд руководствуется положениями статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора, факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

На основании представленных доказательств суд приходит к выводу о том, что исковые требования в части компенсации морального вреда подлежат удовлетворению, поскольку на основании объяснений истца, не доверять которым оснований не имеется, учитывая, что они не опровергнуты, судом установлено, что в результате незаконного увольнения истцу причинен моральный вред в виде отрицательных эмоций, в том числе по поводу невозможности трудиться, в связи с утратой заработка, что поставило в трудную жизненную ситуацию не только его лично, но и его семью, в которой он в настоящее время является единственным кормильцем, поскольку супруга не работает, осуществляет уход за двумя детьми младенческого возраста, у семьи имеются ипотечные обязательства перед банком, что усугубляет нравственные страдания.

Определяя размер денежной компенсации морального вреда, суд учитывает в соответствие с положениями статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации вышеуказанные конкретные обстоятельства дела, и исходя из принципа разумности и справедливости, определяет ко взысканию с ответчика в пользу истца 20 000 руб..

В соответствии со статьей 256 Трудового кодекса Российской Федерации по заявлению женщины ей предоставляется отпуск по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет. Порядок и сроки выплаты пособия по государственному социальному страхованию в период указанного отпуска определяются федеральными законами. Отпуска по уходу за ребенком могут быть использованы полностью или по частям также отцом ребенка, бабушкой, дедом, другим родственником или опекуном, фактически осуществляющим уход за ребенком. По заявлению женщины или лиц, указанных в части второй настоящей статьи, во время нахождения в отпусках по уходу за ребенком они могут работать на условиях неполного рабочего времени или на дому с сохранением права на получение пособия по государственному социальному страхованию. На период отпуска по уходу за ребенком за работником сохраняется место работы (должность). Отпуска по уходу за ребенком засчитываются в общий и непрерывный трудовой стаж, а также в стаж работы по специальности (за исключением случаев досрочного назначения страховой пенсии по старости).

Таким образом, в связи с рождением у истца двоих детей ***, что подтверждено свидетельствами о рождении (л.д. 44,45 т. 1), при фактическом осуществлении ухода за детьми либо за одним из них, истец вправе получить по месту работы отпуск по уходу за ребенком.

Однако в удовлетворении исковых требований о признании отказа ответчика в предоставлении истцу отпуска по уходу за ребенком незаконным суд истцу отказывает, поскольку, как установлено судом на основании объяснений сторон и материалов дела, соответствующее заявление о предоставлении такого отпуска было подано истцом ответчику *** с направлением почтой, доставлено ответчику ***, рассмотрено *** с дачей отрицательного ответа в связи с прекращением *** трудового договора. 

Поскольку данный факт (прекращения трудовых отношений к моменту подачи истцом и рассмотрения заявления работодателем) нашел подтверждение в ходе разбирательства, у ответчика отсутствовали правовые основания для предоставления истцу отпуска по уходу за ребенком на основании данного заявления, что не лишает истца права после исполнения настоящего решения суда и его восстановления на работе в ООО «ПепсиКо Холдингс» обратиться к своему работодателю с заявлением о предоставлении указанного отпуска.

Согласно части 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, подпунктов 1, 3 пункта 1 статьи 333.19. Налогового кодекса Российской Федерации, в связи с удовлетворением иска, с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 1 200 руб. (четыре требования неимущественного характера).

Руководствуясь статьями 194-199, 210, 211, 321 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

исковые требования удовлетворить частично.

Признать приказ о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) от *** № *** лс с ФИО3 по основанию, предусмотренному пунктом 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, - незаконным, запись в трудовой книжке ФИО3 под номером № *** о расторжении трудового договора на основании указанного приказа – недействительной.

Восстановить ФИО3 на работе в должности торгового представителя в обществе с ограниченной ответственностью «ПепсиКо Холдингс» (филиал в г. Екатеринбурге). В этой части решение суда обратить к немедленному исполнению.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ПепсиКо Холдингс» в пользу ФИО3 в счет компенсации морального вреда 20 000 рублей.

В удовлетворении исковых требований о признании приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности от *** № *** недействительным, о признании отказа в предоставлении отпуска по уходу за ребенком незаконным – отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ПепсиКо Холдингс» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 1 200 руб..

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд с принесением апелляционной жалобы через Железнодорожный районный суд г. Екатеринбурга в течение одного месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Судья подпись С.А. Маслова

<

...>

<

...>

<

...>

<

...> 

<

...> 

<

...>

<

...>