Дело №2-947/2017 

Р Е Ш Е Н И Е

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

4 июля 2017 года г. Лиски

Лискинский районный суд Воронежской области в составе

председательствующего – судьи Шевцова В.В.

при секретаре Волошенко Е.Н.

с участием ст. помощника Лискинского межрайпрокурора Татаринцева А.Н.

истца ФИО1

представителя ответчика - Отдела МВД России по Лискинскому району Воронежской области ФИО2

рассмотрев в открытом заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО1 к Отделу МВД России по Лискинскому району Воронежской области о признании незаконным приказа об увольнении со службы и лишении ежемесячной премии, восстановлении на службе в органах внутренних дел, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, 

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 служил в органах внутренних дел России с ДД.ММ.ГГГГ по должности участкового уполномоченного полиции отдела участковых уполномоченных полиции и по делам несовершеннолетних отдела МВД России по Лискинскому району Воронежской области(л.д.20-22). Приказом начальника отдела МВД России по Лискинскому району Воронежской области № от ДД.ММ.ГГГГ контракт с ФИО1 расторгнут и он уволен со службы в органах внутренних дел 25 мая 2017 года по пункту 6 части 2 ст.82 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. N 342-ФЗ "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" в связи с грубым нарушением служебной дисциплины, принято решение ежемесячную премию за добросовестное выполнение служебных обязанностей за май 2017 года не выплачивать(л.д.14).

Считая вынесенный в отношение него приказ незаконным, ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением, в котором с учетом уточнений о датах в судебном заседании указывал, что в состоянии алкогольного опьянения в служебное время в месте выполнения должностных обязанностей он не находился, указанные в приказе проступки не совершал. В ночь с 24 на 25 апреля 2017 года он ночевал в доме своего знакомого З.А.В. по адресу 

<

адрес>, поскольку у него не было возможности вернуться в 

<

адрес>. В названном помещении примерно в полночь он употребил спиртное. 25 апреля 2017 года примерно в 9 часов на его телефон поступил звонок от оперативного дежурного отдела МВД, который поинтересовался о его местонахождении. Он сообщил о месте своего нахождения. Примерно через 30-40 минут в это помещение прибыли сотрудники полиции Л.Е.А., П.А.Ю. и Т.П.И., откуда его сразу же повезли в БУЗ ВО «Лискинская районная больница» на медицинское освидетельствование на состояние алкогольного опьянения. Таким образом, 25 апреля 2017 года он даже не приступил к выполнению служебных обязанностей, что исключает появление в состоянии алкогольного опьянения в служебное время в месте выполнения должностных обязанностей. Факт пребывания в нетрезвом состоянии вне служебного места(территории, где по поручению работодателя работник должен выполнять трудовую функцию) не является дисциплинарным проступком и основанием для увольнения. На основании изложенного просил признать приказ об его увольнении и лишении премии незаконным, восстановить на службе в прежней должности, взыскать с ответчика в его пользу средний заработок за время вынужденного прогула с 25 мая 2017 года по день вынесения решения, а также компенсацию морального вреда 15000 рублей(л.д.5-6).

В судебном заседании ФИО1 иск поддержал, пояснив, что ДД.ММ.ГГГГ взял у своего знакомого автомобиль 

<

данные изъяты>, на котором приехал в 

<

адрес>, которое входит в обслуживаемый им административный участок. В ночь на ДД.ММ.ГГГГ он употребил спиртное, после чего ночевал в автомобиле возле дома З.А.В. № по 

<

адрес> Утром ему позвонил П.А.Ю., которому он сообщил о месте нахождения. Когда приехали сотрудники полиции, он в форменной одежде спал на диване в доме З.А.В. Его повезли на медицинское освидетельствование в больницу, где было установлено состояние алкогольного опьянения. С результатами освидетельствования согласен. Полагал, что местом его службы является помещение Отдела МВД России по Лискинскому району по адресу 

<

адрес>, где он в состоянии алкогольного опьянения не находился, а поэтому должностного проступка не совершал.

Представитель ответчика ФИО2 иск не признала, пояснив, что ДД.ММ.ГГГГ в 9 часов ФИО1 не вышел на службу, что было выявлено на инструктаже подразделения участковых уполномоченных полиции. В тот же день примерно после 13 часов сотрудниками полиции Л.Е.А., П.А.Ю. и Т.П.И. истец был обнаружен спящим в форменной одежде в 

<

адрес> - на обслуживаемом участке. Истец был доставлен в больницу, где при медицинском освидетельствовании было установлено состояние алкогольного опьянения. По данному факту была проведена служебная проверка, по результатам которой ФИО1 уволен со службы в связи с грубым нарушением служебной дисциплины. Ранее он неоднократно привлекался к дисциплинарной ответственности за нарушение служебной дисциплины, характеризуется отрицательно.

Выслушав объяснения истца, представителя ответчика, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора Татаринцева А.Н., полагавшего в иске отказать, суд не находит оснований для удовлетворения заявленных требований.

Согласно части 1 статьи 3 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. N 342-ФЗ "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" регулирование правоотношений, связанных со службой в органах внутренних дел, осуществляется в соответствии с: Конституцией Российской Федерации; настоящим Федеральным законом; Федеральным законом от 7 февраля 2011 г. N 3-ФЗ "О полиции", Федеральным законом от 19 июля 2011 г. N 247-ФЗ "О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" и другими федеральными законами, регламентирующими правоотношения, связанные со службой в органах внутренних дел; нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации; нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации; нормативными правовыми актами федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел.

В соответствии с частью 2 статьи 3 указанного Федерального закона в случаях, не урегулированных нормативными правовыми актами Российской Федерации, указанными в части 1 данной статьи, к правоотношениям, связанным со службой в органах внутренних дел, применяются нормы трудового законодательства.

Аналогичные положения содержатся в части 2 статьи 34 Федерального закона от 7 февраля 2011 г. N 3-ФЗ "О полиции", предусматривающей распространение действие трудового законодательства Российской Федерации на сотрудников полиции в части, не урегулированной законодательством Российской Федерации, регламентирующим вопросы прохождения службы в органах внутренних дел, и настоящим Федеральным законом.

Согласно пункту 6 части 1 статьи 50 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. N 342-ФЗ "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" на сотрудника органов внутренних дел в случае нарушения им служебной дисциплины, а также в иных случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом, может налагаться дисциплинарное взыскание в виде увольнения со службы в органах внутренних дел.

В соответствии с п. 6 ч. 2 ст. 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 года N 342-ФЗ "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" контракт может быть расторгнут, а сотрудник органов внутренних дел может быть уволен со службы в органах внутренних дел в связи с грубым нарушением служебной дисциплины.

В соответствии с п. 3 ч. 2 ст. 49 указанного Федерального закона грубым нарушением служебной дисциплины сотрудником органов внутренних дел является нахождение сотрудника на службе в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения либо отказ сотрудника от медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

В силу п.42 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 (ред. от 24.11.2015) "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" при разрешении споров, связанных с расторжением трудового договора по подпункту "б" пункта 6 части первой статьи 81 Кодекса (появление на работе в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения), суды должны иметь в виду, что по этому основанию могут быть уволены работники, находившиеся в рабочее время в месте выполнения трудовых обязанностей в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения. При этом не имеет значения, отстранялся ли работник от работы в связи с указанным состоянием.

Необходимо также учитывать, что увольнение по этому основанию может последовать и тогда, когда работник в рабочее время находился в таком состоянии не на своем рабочем месте, но на территории данной организации либо он находился на территории объекта, где по поручению работодателя должен был выполнять трудовую функцию.

Состояние алкогольного либо наркотического или иного токсического опьянения может быть подтверждено как медицинским заключением, так и другими видами доказательств, которые должны быть соответственно оценены судом.

Факт нахождения истца ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения в служебное время в месте выполнения своих должностных обязанностей по занимаемой должности подтверждается следующими доказательствами:

Приказом № от 1 декабря 2016 года ФИО1 назначен с 1 декабря 2016 года на должность участкового уполномоченного полиции отдела участковых уполномоченных полиции и по делам несовершеннолетних отдела МВД России по Лискинскому району Воронежской области(л.д.20-22). 19 апреля 2016 года с ним был заключен контракт о прохождении службы в органах внутренних дел РФ по должности полицейского, а 1 декабря 2016 года заключено дополнительное соглашение к контракту о прохождении службы по должности участкового уполномоченного полиции с 1 декабря 2016 года(л.д.23-24). 9 января 2017 года ФИО1 был ознакомлен со своим должностным регламентом(л.д.78-87). 

Из объяснений сторон следует, что за истцом по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ был закреплен административный участок в том числе в границах Петропавского сельского поселения Лискинского муниципального района. В связи с этим суд считает неактуальными сведения о закреплении за истцом административного участка № в границах улиц города Лиски, указанные в п.7 должностного регламента(л.д.78об).

Из п.4 Правил внутреннего распорядка отдела МВД России по Лискинскому району Воронежской области, утвержденных приказом № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что время начала и окончания служебного (рабочего) дня в Отделе МВД 9 часов 00 минут и 18 часов 00 минут соответственно(л.д.15-17).

ДД.ММ.ГГГГ в отдел МВД России по Лискинскому району Воронежской области поступил рапорт заместителя начальника полиции Л.Е.А. о том, что в 09 часов 00 минут для заступления на службу не прибыл участковый ФИО1(л.д.69). Согласно графика работы личного состава участковых уполномоченных полиции на апрель 2017 года от 25 марта 2017 года, ФИО1 обязан был заступить на службу с 9 часов 00 минут до 18 часов 00 минут 25.04.2017г.(л.д.63-64). Из постовой ведомости расстановки патрульно – постовых нарядов от 25 апреля 2017 года видно, что фамилия ФИО1 в ней отсутствует, из чего следует, что он на службу не заступал, табельное оружие не получал(л.д.46-49).

Согласно акта от ДД.ММ.ГГГГ, составленного заместителем начальника полиции (по охране общественного порядка) ОМВД Л.Е.А., помощником начальника ОМВД (по работе с личным составом) П.А.Ю. и старшим участковым уполномоченным полиции ОУУП и ПДН ОМВД России по Лискинскому району Т.П.И. в 9 часов 30 минут 25.04.2017 года было установлено, что в помещении отдела МВД истец отсутствовал, на инструктаж не явился, табельное оружие не получал(л.д.71). Далее теми же сотрудниками полиции был осуществлен выезд по месту жительства ФИО1, расположенному по адресу: 

<

адрес>. По указанному адресу из окна дома супруга ФИО1 гражданка Ф.О.А. пояснила, что ФИО1 находится на работе, дома его нет. Телефоны ФИО1 были отключены, что подтверждается актом от 25 апреля 2017 года в 10 часов 30 минут(л.д.72). Из акта от 25 апреля 2017 года в 14 часов 02 минуты следует, что при проверке несения службы ФИО1 на административном участке в 

<

адрес> последний имел признаки опьянения, находился при выполнении служебных обязанностей в форменной одежде(л.д.73). Письмом № от 25 апреля 2017 года ФИО1 был направлен в лечебное учреждение для прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения(л.д.65). Согласно акта медицинского освидетельствования № от ДД.ММ.ГГГГ БУЗ ВО «Лискинская РБ» у ФИО1 в 15 часов 04 минуты установлено состояние опьянения: концентрация паров этанола объемом 0,99 мг/л выдыхаемого воздуха. 

Содержание актов от 25 апреля 2017 года подтверждается письменными объяснениями сотрудников полиции Л.Е.А. и Т.П.И.(л.д.88,89).

На рапорте П.А.Ю. от 25 апреля 2017 года имеется резолюция начальника Отдела МВД о проведении служебной проверки(л.д.70). Приказом ОМВД от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО1 отстранен от выполнения служебных обязанностей на период проведения служебной проверки, принято решение премию за добросовестное выполнение служебных обязанностей не выплачивать(л.д.41). 

Из заключения по материалам служебной проверки от ДД.ММ.ГГГГ следует, что 25.04.2017 года в 15 часов 04 минуты участковый уполномоченный полиции ОУУП и ПДН ОМВД младший лейтенант полиции ФИО1, находясь на службе в состоянии алкогольного опьянения, согласно пункту 3 части 2 статьи 49 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» допустил грубое нарушение служебной дисциплины. За допущенное нарушение служебной дисциплины младшим лейтенантом полиции ФИО1, в соответствии с пунктом 6 части 2 статьи 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», подлежит увольнению со службы в органах внутренних дел(л.д.30-40).

Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ на ФИО1 наложено дисциплинарное взыскание в виде увольнения со службы в органах внутренних дел в связи с грубым нарушением служебной дисциплины(л.д.42-43).

Допрошенный в качестве свидетеля Л.Е.А. показал, что 25 апреля 2017 года в 9 часов ФИО1 не вышел на службу, о чем он доложил рапортом. По указанию начальника отдела он, П.А.Ю. и Т.П.И. в 10 часов 30 минут выехали по месту жительства ФИО1 на 

<

адрес>, но там его не оказалось. Супруга сообщила, что истец на службе. Телефоны ФИО1 были вне зоны доступа. После этого они направились на обслуживаемый ФИО1 административный участок, посетили 

<

адрес> они обнаружили 

<

данные изъяты> серебристого цвета, припаркованный у дома. Возле дома находился владелец жилища З.А.В. С его разрешения они зашил в дом, где увидели спящего на диване ФИО1, который был в форменной одежде – рубашка, брюки. Куртка висела на вешалке. ФИО1 был в состоянии опьянения, о чем свидетельствовал запах алкоголя изо рта. После этого они повезли ФИО1 в больницу для медицинского освидетельствования. По дороге истцу стало плохо, и они останавливались. По результатам своих действий в тот день он, П.А.Ю. и Т.П.И. составили три акта. При медицинском освидетельствовании у ФИО1 было установлено состояние алкогольного опьянения. После этого они вернулись в отдел, зашли в кабинет начальника, где истцу был объявлен приказ об отстранении от исполнения служебных обязанностей.

Аналогичные показания дали суду свидетели П.А.Ю. и Т.П.И.

Допрошенный в качестве свидетеля З.А.В. показал, что он работает оператором котельной Петропавловской СОШ, проживает в 

<

адрес>. 25.04.2017 г. примерно в 10 часов 30 минут к его дому подъехал автомобиль 

<

данные изъяты> серебристого цвета. Из автомобиля вышел участковый ФИО1 в форменной одежде сотрудника полиции и спросил, нет ли у него выпить. Тот налил ФИО1 2 стаканчика водки по 70 грамм, которые ФИО1 при нем выпил. Затем ФИО1 спросил можно ли у него отдохнуть, З.А.В. предложил отдохнуть на диване. ФИО1 прошел в дом, снял куртку и лег. Спал он примерно 2 часа. В 13 часов 30 минут к дому подъехал автомобиль «Нива Шевроле», из которого вышли трое сотрудников полиции. Они спросили чей это автомобиль, и видел ли он участкового. Он сначала обманул сотрудников полиции, наверно из солидарности и сказал, что ФИО1 не видел, а затем признался, что тот находится у него дома и пригласил сотрудников в дом. Сотрудники разбудили ФИО1, который сел с ними в автомобиль «Нива Шевроле», и они уехали. 

<

данные изъяты> сотрудники полиции закрыли на ключ. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 у него дома не появлялся, алкогольные напитки с ним не распивал, не ночевал у него и указанного автомобиля возле его дома ночью не было.

Суд считает показания свидетелей достоверными, так как сотрудники полиции находились при исполнении служебных обязанностей, их показания подтверждаются документами. З.А.В. в неприязненных отношениях с ФИО1 не находился, являлся ему просто знакомым, и не имел мотива оговаривать истца.

ДД.ММ.ГГГГ от ФИО1 в ходе служебной проверки было получено объяснение в письменной форме, где он указал, что в ночь на ДД.ММ.ГГГГ с З.А.В. у того дома выпил бутылку спиртного, после чего уснул. На службу 25 апреля 2017 года к 9 часам не вышел, так как не мог управлять автомобилем в состоянии опьянения. Вскоре приехали сотрудники полиции и повезли его на медицинское освидетельствование. С ним была проведена профилактическая беседа, он все понял и осознал, готов нести любое наказание кроме увольнения(л.д.77).

Суд отмечает, что объяснения истца в ходе служебной проверки и в судебном заседании суд считает по юридически значимым для дела обстоятельствам достоверными, а именно о том, что он находился на своем административном участке в рабочее время в состоянии алкогольного опьянения. Между тем, его объяснения как при проведении проверки так и в суде содержат некоторые противоречия. Так в исковом заявлении он указывал, что ему утром 25 апреля 2017 года поступил звонок от оперативного дежурного, а в суде пояснил, что такой звонок поступило от П.А.Ю.. Сам П.А.Ю. это отрицает и материалы служебной проверки содержат сведения о том, что утром 25 апреля 2017 года телефоны истца были отключены.

Кроме того, в объяснении от 29 апреля 2017 года и в иске указано, что ФИО1 употреблял спиртное с З.А.В., а в суде истец пояснил, что употребил спиртное сам в автомобиле.

Однако, эти противоречия не влияют на выводы суда о совершении истцом дисциплинарного проступка, так как главный факт о нахождении истца в состоянии опьянения в рабочее время и в месте выполнения служебных обязанностей установлен в достаточной достоверностью.

Довод истца о том, что он не находился на службе в состоянии алкогольного опьянения опровергнут указанными выше доказательствами, из которых следует, что ФИО1 был обнаружен сотрудниками полиции в рабочий день – вторник, 25 апреля 2017 года в 14 часов 2 минуты в 

<

адрес>, то есть на обслуживаемом административном участке в месте исполнения функциональных обязанностей по занимаемой должности. При этом он находился в форменной одежде сотрудника полиции и имел признаки алкогольного опьянения. 25 апреля 2017 года в 15 часов 4 минуты у ФИО1 на основании медицинского освидетельствования было установлено состояние алкогольного опьянения, что им не оспаривается. 

То обстоятельство, что он не появился 25 апреля 2017 года в 9 часов в помещении отдела МВД России по Лискинскому району по адресу 

<

...> на инструктаже подразделения участковых уполномоченных, а также не получил табельное оружие является другим нарушением служебной дисциплины, за которое он к ответственности не привлекается. Между тем село Петропавловка Лискинского района входит в обслуживаемый истцом административный участок и поэтому признается судом местом исполнения ими служебных обязанностей.

Довод истца о том, что сотрудники полиции приехали к нему не в 14 часов, а примерно в 10 часов 25 апреля 2017 года опровергнут актом от 25 апреля 2017 года и согласованными показаниями свидетелей Л.Е.А., П.А.Ю., Т.П.И., а также З.А.В. сомневаться в правдивости которых у суда нет оснований. Между тем как 10 часов, так и 14 часов 25 апреля 2017 года являются рабочим временем истца ФИО1, а поэтому он находился в состоянии опьянения в рабочее время и на рабочем месте.

Из исследованных доказательств следует, что процедура увольнения ФИО1, установленная законом, была соблюдена, избранная ответчиком мера дисциплинарного взыскания в виде увольнения соответствует тяжести совершенного проступка. При этом ответчиком обоснованно принято во внимание предшествующее поведение ФИО1 и его отношение к службе. Так, ФИО1 на момент увольнения имел 4 дисциплинарных взыскания, из которых 3 в 2017 году (выговор – приказ ОМВД от ДД.ММ.ГГГГ №, строгий выговор – приказ ОМВД от ДД.ММ.ГГГГ №, предупреждение о неполном служебном соответствии – приказ ОМВД от ДД.ММ.ГГГГ № за грубое нарушение служебной дисциплины в виде прогула). Согласно служебной характеристике от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 характеризуется отрицательно(л.д.92-116).

Суд, оценив представленные по делу доказательства, приходит к выводу, что, поскольку факт грубого нарушения истцом служебной дисциплины, выразившегося в нахождении на службе в состоянии алкогольного опьянения, нашел свое подтверждение, а порядок привлечения истца к дисциплинарной ответственности в виде увольнения ответчиком был соблюден, основания для удовлетворения исковых требований о признании приказа об увольнении и восстановлении ФИО1 на службе отсутствуют. 

Довод иска о незаконности приказа о лишении ФИО1 премии за май 2017 года является необоснованным.

Согласно пунктов 25,26 Приказа МВД России от 31.01.2013 N 65 (ред. от 18.05.2017) "Об утверждении Порядка обеспечения денежным довольствием сотрудников органов внутренних дел Российской Федерации" сотрудникам выплачиваются премии за добросовестное выполнение служебных обязанностей из расчета трех окладов денежного содержания в год. Премия выплачивается ежемесячно из расчета двадцати пяти процентов оклада денежного содержания, установленного сотруднику на первое число месяца, за который производится выплата.

В силу пунктов 31, 31.1 того же приказа на основании приказа руководителя премия не выплачивается в случаях: временного отстранения сотрудника от выполнения служебных обязанностей.

В пунктах 33, 33.1 приказа указано, что на основании приказа руководителя премия в месяце увольнения не выплачивается при увольнении сотрудника по следующим основаниям: грубое нарушение сотрудником служебной дисциплины.

По настоящему делу установлено, что приказом от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был временно отстранен от выполнения служебных обязанностей, а приказом от ДД.ММ.ГГГГ уволен со службы за грубое нарушение служебной дисциплины. В первом приказе указано не выплачивать премию на период временного отстранения истца от выполнения служебных обязанностей, а во втором не выплачивать ее за май 2017 года. Эти приказы полностью соответствуют Приказу МВД России от 31.01.2013 N 65 и основаны на верном его применении к сложившимся правоотношениям, а поэтому ФИО1 был лишен премии на законных основаниях.

Требования истца о взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда, как производные от основного о восстановлении на службе, удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

ФИО1 в удовлетворении иска к Отделу МВД России по Лискинскому району Воронежской области о признании незаконным приказа об увольнении со службы и лишении ежемесячной премии, восстановлении на службе в органах внутренних дел, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда – отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Воронежский областной суд через районный суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья