№2-2399/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

28 декабря 2017 г. г. Орел

Заводской районный суд г. Орла в составе:

председательствующего судьи Каверина В.В.,

при секретаре Козловой Е.Г.,

с участием истца ФИО1 и ее представителей ФИО2, ФИО3, представителей ответчика Орловского отделения №8595 публичного акционерного общества «Сбербанк России» ФИО5, ФИО6, 

рассмотрев в судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО1 к Орловскому отделению №8595 публичного акционерного общества «Сбербанк России» об отмене приказа о применении дисциплинарного взыскания,

установил:

ФИО1 (ранее ФИО7) М.Ю. обратилась в суд с иском к Орловскому отделению №8595 публичного акционерного общества «Сбербанк России» (далее ПАО Сбербанк, Банк) об отмене приказа о применении дисциплинарного взыскания.

В обоснование иска указала, что работает в должности начальника сектора продаж розничных продуктов Управления прямых продаж Орловского отделения и находится в прямом подчинении начальника Управления прямых продаж ФИО4 ФИО1 18.10.2017 на служебной записки №30В/45 от 29.06.2017 привлечена к дисциплинарной ответственности. В соответствии со служебной запиской №30В/45 от 29.06.2017, составленной в отношении истца, ФИО1 осуществила незаконный перевод сотрудника ФИО13 на 0,5 ставки. Указанный перевод утвержден начальником Управления прямых продаж ФИО4, поскольку она полагала, что ФИО1 получила согласие работника о переводе. При этом сформировать заявку на перевод сотрудника ФИО1 поручила координатору Орловского отделения №8595 Свидетель №1 путем передачи доступа к учетной записи с помощью логина и пароля. Вместе с тем в должностной инструкции истца полномочия на осуществление приема, перевода и увольнения сотрудников отсутствуют. В данном случае имело место халатное отношение работодателя к учету кадровой документации, выразившееся в совершении внутреннего перевода сотрудника в отсутствие кадровых документов и неуполномоченным лицом. По изложенным основаниям ФИО1 полагала, что ее привлечение к дисциплинарной ответственности по факту перевода ФИО13 является неправомерным.

По указанным основаниям истец просил суд отменить дисциплинарное взыскание в виде выговора, наложенное на ФИО1 приказом от 18.10.2017 №1090-кд, и взыскать с ответчика в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 35000 руб.

В судебном заседании ФИО1, а также ее представители ФИО2, ФИО3 заявленные требования поддержали. В обоснование своей правовой позиции ссылались на то, что работодателем нарушен срок привлечения к дисциплинарной ответственности, а также порядок привлечения к ответственности, поскольку объяснение от ФИО1 отбиралось именно по факту незаконного перевода сотрудника ФИО13, а не передачи паролей и логина. Отмечали, что ФИО1 не была ознакомлена с Временным внутренним стандартом Обеспечение информационной безопасности при работе с информационными системами и средствами вычислительной техники (далее Внутренний стандарт). Ссылались на то, что стороной ответчика не доказан факт совершения ФИО1 дисциплинарного проступка, поскольку представленные доказательства противоречат друг другу и другим представленным доказательствам в части передачи логина и пароля учетной записи ФИО1 координатору Свидетель №1, а также факту возможности дачи указаний ФИО1 о переводе сотрудника ФИО13 на 0,5 ставки 18.04.2017 и 28.04.2017, по причине отсутствия истца на рабочем месте, ввиду чего привлечение ФИО1 является следствием негативного отношения работодателя, о чем свидетельствуют неоднократные предложения об увольнении по собственному желанию, а также увольнение других сотрудников. Указывали на то, что полиграфическим исследованием подтвержден факт непричастности ФИО1 к вменяемым ей как нарушение трудовой дисциплины событиям. Также указывали на то, что истец находится в состоянии беременности, что работодателем при привлечении к дисциплинарной ответственности учтено не было, как не учтено и мнение профсоюзного органа.

Представители ответчика ФИО5 и ФИО6 в судебном заседании исковые требования не признали. В обоснование своих возражений ссылались на то, что нарушение срока привлечения к ответственности ФИО1 работодателем не допущено, как и нарушения порядка привлечения. Мнение профсоюзной организации в данном случае не было необходимым, поскольку к ФИО1 не применялась мера ответственности в виде увольнения. Также считали, что представленные доказательства с достоверностью свидетельствуют о том, что ФИО1 могла передать и передала данные своей учетной записи координатору Свидетель №1 Также ссылались на то, что ФИО1 была ознакомлена и обязана соблюдать Внутренний стандарт, ввиду чего не имела права передавать данные своей учетной записи другим сотрудникам. При этом логин и пароль создается самим сотрудником и не может быть известен посторонним лицам.

Выслушав мнение сторон, исследовав материалы дела, допросив свидетелей, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении иска по следующим основаниям.

Ст. 21 ТК РФ предусмотрено, что работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, соблюдать трудовую дисциплину и другие обязанности.

В силу ч. 1 ст. 192 ТК РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание, выговор, увольнение по соответствующим основаниям.

При этом дисциплинарным проступком является виновное, противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей, в том числе нарушение должностных инструкций, положений, приказов работодателя.

При этом определение конкретного взыскания отнесено к прерогативе работодателя и определяется им с учетом личности работника, тяжести совершенного проступка и иных существенных обстоятельств.

Из содержания ст. 192 ТК РФ следует, что вина работника в совершении противоправных действий, дающих основание для применения к нему мер дисциплинарного воздействия, является обязательным обстоятельством, подлежащим установлению.

Необходимость установления вины работника в совершении конкретного дисциплинарного проступка при привлечении его к дисциплинарной ответственности является обязательным условием наступления таковой. В свою очередь вина характеризуется умыслом либо неосторожностью.

Проступок не может характеризоваться как понятие неопределенное, основанное лишь на внутреннем убеждении работодателя, а вывод о виновности работника не может быть основан на предположениях работодателя о фактах, которые не подтверждены в установленном порядке.

Иное толкование вышеуказанных норм ТК РФ, приводило бы к существенному ограничению прав работников, допуская возможные злоупотребления со стороны работодателя при реализации своего исключительного права на привлечение работника к дисциплинарной ответственности, в том числе по надуманным основаниям.

Материалами дела установлено, что ФИО1 принята на работу в Орловское отделение №8595 ПАО Сбербанк с 12.04.2012. С 01.01.2016 переведена на должность начальника сектора продаж розничных продуктов Управления прямых продаж, что подтверждается представленной копией трудовой книжки, приказами о приеме на работу и переводе, а также трудовым договором с учетом дополнений к нему.

В силу п. 2.5 Трудового договора от 12.02.2012 ФИО1 обязана соблюдать коллективный договор, правила внутреннего распорядка, иные локальные нормативные акты, непосредственно связанные с ее трудовой деятельностью.

В соответствии с п. 1.6 должностной инструкции начальника сектора продаж розничных продуктов Управления прямых продаж, с которой ФИО1 ознакомлена под роспись, руководитель должен знать нормативные и распорядительные документы банка, а также приказы, инструкции и нормативные документы Банка, относящиеся к деятельности структурного подразделения.

Согласно п. 2.2 должностной инструкции руководитель выполняет требования и принимает меры по обеспечению информационной безопасности на всех участках своей деятельности.

П. п. 4.1 и 4.5 должностной инструкции для руководителя предусмотрена ответственность за ненадлежащее исполнение своих трудовых обязанностей, а также за нарушение правил обращения с конфиденциальной информацией.

Приказом от 18.10.2017 №1090-кд Управляющего Орловским отделением №8595 ПАО Сбербанк ФИО1 за нарушение п. 5.1.4 и п. 5.2.1 Внутреннего временного стандарта Обеспечение информационной безопасности при работе с информационными системами и средствами вычислительной техники от 01.08.2016 №4318 объявлен выговор.

С указанным приказом ФИО1 ознакомлена под роспись 20.10.2017.

Из текста приказа о применении к истцу меры дисциплинарного взыскания усматривается, что основанием для привлечения к дисциплинарной ответственности ФИО1 являлась служебная записка начальника управления прямых продаж ФИО9, служебная записка начальника РО УВБ «Черноземье» ФИО10, акт об отказе в ознакомлении со служебной запиской, требование о предоставлении письменного объяснения, пояснительные записки Свидетель №1, Свидетель №6, ФИО11 и самой ФИО1

Поводом для привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности послужило нарушение п. п. 5.1.4 и 5.2.1 Внутреннего временного стандарта Обеспечение информационной безопасности при работе с информационными системами и средствами вычислительной техники от 01.08.2016 №4318, которое выразилось в том, что 18.04.2017 ФИО1 дала поручение осуществить перевод ФИО13 на 0,5 ставки, предоставив Свидетель №1 пароль и логин от своей учетной записи программы SAP HR.

Указанные обстоятельства установлены работодателем в июне 2017 г. и изложены в служебной записке начальника РО УВБ «Черноземье» ФИО10 от 29.06.2017.

Согласно п. 5 вышеуказанного Внутреннего стандарта пользователь получает доступ к информационной системе в объеме, необходимом для выполнения своих обязанностей. Учетная запись, представляющая собой информацию о логине и пароле, наравне с ТМ-идентификатором является инструментом для аутентификации пользователя в информационной системе. Компрометация учетной записи может позволить злоумышленнику выполнить действия от имени легального пользователя. При этом, ответственность за действия, совершенные злоумышленником от имени легального пользователя, возлагаются на данного пользователя.

П. 5.1 для защиты учетной записи от компрометации на пользователя возлагается обязанность назначить сложный пароль, уникальный для каждой учетной записи и каждой информационной системы, менять пароль не реже чем раз в 40 дней, при наличии любых подозрений на компрометацию пароля сменить его или обратиться к администратору подразделения.

П. 5.2.1 указанного стандарта пользователю запрещено разглашать и передавать пароли учетных записей и других средств аутентификации другим лицам.

Как следует из пояснений стороны ответчика ФИО1, как и другие сотрудники ПАО Сбербанк в обязательном порядке знакомилась с названным стандартом.

Указанные обстоятельства подтверждаются листом согласования и проведения инструктажа, согласно которому с ФИО1 при приеме на работу проведен первичный инструктаж, в том числе, в секторе защиты информационных технологий, журналом проведения инструктажа по вопросам обеспечения безопасности информационных технологий, показаниями свидетеля Свидетель №1, ФИО12, указавших, что со всеми сотрудниками проводится инструктаж по вопросам информационной безопасности.

С учетом указанных доказательств, и отсутствия доказательств обратного, суд приходит к выводу, что положения названного Внутреннего стандарта истцу были известны.

Кроме того, 16.05.2016 ФИО1 собственноручно подписала соглашение о присоединении к условиям электронного взаимодействия в ПАО Сбербанк, согласно п. 4.3 которого ФИО1 обязалась не разглашать свои логины и пароли, предназначенные для доступа к информационным ресурсам банка, а также обеспечивать условия их безопасного ввода (при отсутствии визуального контроля со стороны иных лиц).

По условиям указанного соглашения условия доступа к электронному документообороту определяются внутренними документами банка.

В материалы дела так же представлен Внутренний стандарт электронного кадрового документооборота в ПАО Сбербанк, по условиям которого кадровый документооборот, в том числе приказы о приеме, переводе работника, изменении разряда, заработной платы осуществляется в электронной форме в программе AC SAP HR.

Факт ведения документооборота, в том числе, по кадровым вопросам в электронной форме подтвердили как сторона истца, так и сторона ответчика. 

Согласно распечатке из программы AC SAP HR 18.04.2017 начальником сектора ФИО1 инициирован временный перевод специалиста по прямым продажам ФИО13 на 0,5 ставки в связи с нестабильной эффективностью.

Из письменного объяснения ФИО13, данного работодателю, усматривается, что своего согласия на перевод она не давала и в момент перевода находилась на больничном.

В ходе рассмотрения дела из пояснений сторон установлено, что названный перевод осуществлен координатором Свидетель №1 в программе SAP HR под учетной записью ФИО1 Указанный факт не оспаривался ни истцом, ни ответчиком.

По данному факту работодателем были отобраны пояснениям у сотрудников Управления прямых продаж ПАО Сбербанк Свидетель №1, Свидетель №6, ФИО11

Так, из объяснения Свидетель №1 следует, что перевод ФИО13 в программе SAP HR осуществлен непосредственно ей, но по поручению и под учетной записью ФИО1, для чего последняя передала ей данные своей учетной записи и пароля.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля Свидетель №1 свои письменные пояснения подтвердила, указав, что ФИО1 передала данные своей учетной записи: логин и пароль, поручив осуществить перевод ФИО13 в программе SAP HR, мотивируя это своей занятостью.

Показания свидетеля логичны, последовательны, соответствуют первоначальному объяснению, в связи с чем суд находит их достоверными.

Из письменных пояснений Свидетель №6 и ФИО11 следует, что 18.04.2017 на рабочем месте они слышали разговор между ФИО1 и Свидетель №1, из которого следовало, что ФИО1 поручила Свидетель №1 осуществить перевод ФИО13 на 0,5 ставки в программе SAP HR, для чего ФИО1 передала Свидетель №1 данные логина и пароля своей учетной записи.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО11 свое письменное пояснение подтвердила, указав, что она являлась свидетелем разговора между ФИО1 и Свидетель №1, в ходе которого ФИО1 поручила Свидетель №1 осуществить перевод ФИО13, указав, что предоставит для этого данные своей учетной записи программы SAP HR.

29.06.2017 начальником РО УВБ «Черноземье» ФИО10 на имя управляющего Орловского отделения ПАО Сбербанк составлена служебная записка, в которой указывался факт неправомерного перевода ФИО1 сотрудника ФИО13, а также факт передачи ФИО1 логина и пароля от своей учетной записи для перевода.

Допрошенный в качестве свидетеля ФИО16, являвшийся исполнителем указанной служебной записки, указал, что о неправомерном переводе ФИО13 он узнал от ФИО1 в июне 2017 г. Впоследствии данный факт подтвердила сама ФИО13 По данному факту проверка не проводилась, были отобраны объяснения, из которых установлено, что Свидетель №1, получив данные логина и пароля учетной записи ФИО1, совершила все действия по переводу в программе SAP HR вместо ФИО1, а также взята распечатка из отдела кадров, подтвердившая указанную информацию. Поскольку данные действия носили угрозу негативных имиджевых рисков для Банка, 29.06.2017 им была составлена служебная записка, подписанная ФИО10, с предложением решить вопрос о привлечении ФИО1 к дисциплинарной ответственности.

Вышеназванная служебная записка вручена ФИО1 для ознакомления 29.06.2017, что подтверждается актом об отказе в проставлении подписи. Факт отказа удостоверен сотрудниками Орловского отделения №8595 ПАО Сбербанк ФИО18, ФИО19, ФИО20

29.06.2017 ФИО1 вручено требование о предоставлении объяснения по фактам, изложенным в служебной записке, в течение 2 рабочих дней.

Объяснение ФИО1 дано только 17.10.2017 и в нем ФИО1 ссылалась на отсутствие у нее полномочий на перевод сотрудников и ненадлежащее оформление кадрового документооборота со стороны работодателя. По факту передачи сведений учетной записи указала, что Свидетель №1 и ФИО4 неоднократно осуществляли перевод сотрудников в отсутствие на то соответствующих полномочий. 

Вместе с тем, сообщений о неправомерном использовании сотрудниками Банка, в том числе, Свидетель №1 данных чужих учетных записей, а также учетной записи самой ФИО1, от истца в адрес работодателя не последовало, что подтверждено ей в судебном заседании. 

Анализируя указанные доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу, что факт совершения ФИО1 виновных действий, направленных на компрометацию своей учетной записи, а именно передачу пароля учетной записи Свидетель №1, а также несовершение действий по смене пароля в результате его компрометации, нашел свое подтверждение и в ходе судебного заседания, ввиду чего суд считает, что ФИО1 нарушила положения п. 5.1.4 и 5.2.1 Внутреннего стандарта, то есть совершила дисциплинарный проступок, в связи с чем у работодателя имелись основания для применения к ней мер дисциплинарного взыскания.

Ссылка стороны истца на то, что доказательства стороны ответчика имеют противоречивый характер в части передачи логина и пароля учетной записи ФИО1 координатору Свидетель №1, а также факту возможности дачи указаний ФИО1 о переводе сотрудника ФИО13 на 0,5 ставки 18.04.2017 и 28.04.2017, по причине отсутствия истца на рабочем месте, судом признается несостоятельной, поскольку они последовательны, соотносятся друг с другом и свидетельствуют о тех же фактах, ввиду чего суд находит их достоверными.

При этом суд не принимает во внимание показания допрошенных по инициативе стороны истца свидетелей ФИО21, Свидетель №3, ФИО23, Свидетель №4, в части, касающейся отсутствия на рабочем месте ФИО1 28.04.2017, поскольку они фактов, послуживших основанием для применения к ФИО1 меры дисциплинарного воздействия, а именно неправомерной передачи данных учетной записи, состоявшейся 18.04.2017 не опровергают.

Кроме того, свидетели ФИО21, Свидетель №3, ФИО23, Свидетель №4 в своих пояснениях указывали только на 28.04.2017 как на день, в который все сотрудники отдела, возглавляемого истцом, находились в больнице им. Н.А. Семашко на выдаче зарплатных карт. В свою очередь свидетели не смогли дать конкретных объяснений по событиям предшествующим указанному дню и давали противоречивые пояснения по времени выдачи карт. Кроме того, стороной ответчика представлены скрин-шоты из электронной почты, согласно которой ФИО1 и 18.04.2017 и 28.04.2017 находилась на рабочем месте.

Перечисленные обстоятельства позволяют усомниться в объективности показаний свидетелей, допрошенных по инициативе истца, в названной части.

Ссылка истца на заключение специалиста-полиграфолога, а также на стенограммы аудиозаписей не может быть принята во внимание в силу несоответствия их требованиям допустимости. Так заключение полиграфа по своей природе носит ненаучный характер и не может служить доказательством по делу, а аудиозаписи, по которым составлены стенограммы, суду не предъявлялись, ввиду чего также являются недопустимыми. Судом прослушана лишь аудиозапись разговора ФИО1 и Свидетель №1, однако качество записи не позволило установить ее содержание.

Доводы о том, что ФИО1 не обладает полномочиями по кадровому переводу сотрудников и то, что Свидетель №1 имеет доступ к учетным записям всех сотрудников и перевод осуществлялся ей самостоятельно, также не могут повлиять на законность принятого приказа ввиду следующего.

Как следует из скрин-шотов страниц учетных записей программы SAP HR представителя истца ФИО6, состоящей должности – «начальник сектора», аналогичной должности занимаемой истцом, и координатора Свидетель №1, у координатора, в отличии от начальника, отсутствует подраздел «кадровые перемещения», соответственно Свидетель №1 не имела самостоятельной возможности осуществить перевод сотрудника ФИО13

Кроме того, как свидетели со стороны истца, так и свидетели со стороны ответчика указали, что пароль от учетной записи присваивает сам сотрудник. Восстановление пароля возможно через координатора, однако его также следует менять. 

При этом со слов ФИО1 установлено, что с ее стороны обращений по факту компрометации или замены без ее ведома пароля от учетной записи не направлялось.

Таким образом, суд приходит к убеждению, что Свидетель №1 могла узнать пароль от учетной записи ФИО1 только лишь от самой ФИО1, что подтверждает правомерность привлечения последней к дисциплинарной ответственности.

Доводы истца о том, что на нее оказывалось давление со стороны работодателя и предлагалось уволиться самостоятельно, а также факт нахождения истца в состоянии беременности судом не принимаются во внимание как не опровергающие факт дисциплинарного проступка.

Проверяя установленный ст. 193 ТК РФ порядок привлечения истца к дисциплинарной ответственности, суд считает, что процедура привлечения к ответственности в отношении истца была соблюдена работодателем в полном объеме, от истца своевременно затребовано объяснение относительно имевшего место проступка в период его трудоспособности, дисциплинарное взыскание применено в предусмотренный законом месячный срок без учета периода болезни истца или нахождения его в отпуске, с приказом истец ознакомлен.

Проверяя доводы истца о пропуске предельного шестимесячного срока привлечении к дисциплинарной ответственности суд учитывает следующее.

Из служебной записки усматривается, что дисциплинарный проступок совершен 18.04.2017, приказ о применении дисциплинарного взыскания вынесен 18.10.2017, то есть в последний день шестимесячного срока.

При этом ссылка истца на то, что днем привлечения к дисциплинарной ответственности следует считать день вручения копии приказа работнику, отклоняется судом как основанная на неправильном толковании норм закона.

Доводы о том, что ФИО1 не предлагалось дать объяснение предалапо факту совершения проступка, послужившего основанием для дисциплинарного наказания, не отбиралось, суд полагает несостоятельными, поскольку служебная записка, по которой предложено дать объяснение содержала в себе сведения, в том числе, о неправомерной передаче истцом сведений своей учетной записи. Указанная записка вручена истцу для ознакомления, и ФИО1 ознакомилась с содержанием служебной записки, что прямо указано в акте об отказе в проставлении подписи в ознакомлении со служебной запиской.

Более того, в требования о предоставлении письменного объяснения ФИО1 прямо указывает на непричастность к передаче данных своей учетной записи Свидетель №1

То факт, что ФИО1 является членом первичной профсоюзной организации ПАО Сбербанк, не влияет на законность привлечнеия ее к дисциплинарной ответственности, поскольку положения ТК РФ и Устава Пофсоюза работников ПАО Сбербанк не предусматривают необходимости обязательного учета его мнения при назначении дисциплинарного взыскания в виде выговора. 

Работодателем при наложении дисциплинарного взыскания была учтена тяжесть совершенного проступка, поведение работника за период работы у ответчика, обстоятельства, при которых был совершен проступок и характер должностных обязанностей ФИО1

При указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 о признании приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности незаконным.

Согласно ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями и бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

По общему правилу ст. 151 ГК РФ компенсация морального вреда является способом защиты лишь нематериальных благ. 

В соответствии со ст. 150 ГК РФ нематериальные блага: жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора место пребывания и жительства, праве на имя, право автора, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Таким образом, законодатель установил ответственность в виде компенсации морального вреда, лишь за действия, нарушающие личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага. При нарушении имущественных прав компенсация морального вреда применяется лишь в случаях, специально предусмотренных законом.

Поскольку судом не выявлено нарушений действующего законодательства в части порядка привлечения истца к ответственности, требование о возмещении морального вреда не подлежит удовлетворению.

Ст. 393 ТК РФ устанавливает, что при обращении в суд с иском по требованиям, вытекающим из трудовых отношений, работники освобождаются от оплаты пошлин и судебных расходов.

Исходя из положений указанной нормы, работник освобождается от всех судебных расходов независимо от результатов рассмотрения судом его иска, в том числе в случае частичного или полного отказа в удовлетворении требований работника, что связано с необходимостью обеспечения надлежащей защиты прав работника, находящегося в организационной зависимости от работодателя.

Таким образом, государственная пошлина не подлежат взысканию с истца.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к Орловскому отделению №8595 ПАО «Сбербанк России» об отмене приказа о применении дисциплинарного взыскания оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Орловский областной суд через Заводской районный суд г. Орла в течение месяца со дня изготовления судом мотивированного текста решения.

Решение в окончательной форме изготовлено 09.01.2018.

Судья В.В. Каверин