Дело №2-14/2021

УИД 33RS0010-01-2020-001251-02

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

2 июня 2021 года г. Киржач

Киржачский районный суд Владимирской области в составе:

председательствующего судьи Трусковской Н.С.

при секретаре судебного заседания Срибной Т.А.

с участием:

ФИО1, 

представителя отделения МВД России по Киржачскому району по доверенности - ФИО2, 

представителя МВД РФ и МВД РФ по Владимирской области по доверенности -ФИО3,

представителя ИП «ФИО4» по доверенности - ФИО5, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ИП «ФИО4», к Министерству внутренних дел Российской Федерации, к Министерству внутренних дел Российской Федерации по Владимирской области, к Отделению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Киржачскому району, к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Владимирской области о взыскании материального ущерба за разукомплектованный автомобиль в размере 356 358 рублей, стоимости затрат на проведение судебной экспертизы в размере 27 324 рублей, стоимости затрат на проведенную автоэкспертизу в размере 8 000 рублей, за услуги адвоката в размере 20 000 рублей, компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей и по встречному иску ИП «ФИО4.» к ФИО1 о взыскании задолженности по вознаграждению за хранение транспортного средства в размере 746 064 рублей, 

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском, с учетом уточненных требований, к ИП «ФИО4», к Министерству внутренних дел Российской Федерации, к Министерству внутренних дел Российской Федерации по Владимирской области, к Отделению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Киржачскому району, к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Владимирской области о взыскании с них в солидарном порядке материального ущерба за разукомплектованный автомобиль в размере 356 358 рублей, стоимости затрат на проведение судебной экспертизы в размерен 27 324 рублей, стоимости затрат на проведенную автоэкспертизу в размере 8 000 рублей, за услуги адвоката в размере 20 000 рублей, компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей и по встречному иску ИП «ФИО4.» к ФИО1 о взыскании задолженности по вознаграждению за хранение транспортного средства в размере 746 064 рублей.

В обоснование заявленных ФИО1 требований указано, что принадлежащий истцу автомобиль марки 

<

данные изъяты> после дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 3 февраля 2016 года, был признан вещественным доказательством по уголовному делу № и хранился на специализированной стоянке, принадлежащей ИП «ФИО4». Между Отд. МВД России по Киржачскому району и ИП «ФИО4» был заключен договор о хранении данного вещественного доказательства. Данный автомобиль должен был находиться на платной охраняемой автостоянке с соблюдением порядка хранения вещественного доказательства по уголовному делу до вступления приговора в законную силу. Однако в нарушение ст.74 ГПК РФ, автомобиль на момент 6 марта 2018 года был обнаружен полностью разукомплектованным, о чем истцом было сообщено в полицию г. Киржача Владимирской области, однако в ходе проверки органами полиции данного факта в действиях ИП «ФИО4 не было выявлено состава преступления. Поскольку часть деталей и комплектующих автомобиля была утрачена при хранении на специализированной стоянке, она вынуждена обратиться в суд с данным иском.

В ходе судебного разбирательства ИП «ФИО4» заявил ФИО1 встречный иск о взыскании задолженности по вознаграждению в размере 746 064 рублей за хранение транспортного средства.

Истец ФИО1 в судебном заседании просила иск удовлетворить по основаниям, указанным в иске, в том, числе, в уточненном исковом заявлении.

Представитель ответчика Министерства внутренних дел Российской Федерации (далее МВД России) и Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Владимирской области (далее УМВД России по Владимирской области) - ФИО3 в судебном заседании иск не признала, считая МВД России и УМВД России по Владимирской области ненадлежащими ответчиками, поскольку из искового заявления и пояснений истца ФИО1 в судебном заседании следует, что ее требования обращены к ИП «ФИО4» Из пояснений истца следует, что разукомплектование принадлежащего ей автомобиля произошло в период с января по март 2018 года, когда уголовное дело было передано в суд и ответственность за хранение данного вещественного доказательства (автомобиля) была возложена на суд, то есть из-под наблюдения следователя данное вещественное доказательство выбыло. Кроме того, считает, что поскольку приемка данного автомобиля была зафиксирована в журнале приемки, обязанность за хранение транспортного средства принял на себя ИП «ФИО4» и фактически договор по хранению имущества считается заключенным. Считает, что расчет убытков, представленных истцом, нельзя принимать во внимание, поскольку последним не доказано, что отсутствующие по состоянию на март 2018 года детали и агрегаты, которые были включены в оценку, имелись на автомобиле в момент помещения его на стоянку после ДТП. С учетом пояснения эксперта в судебном заседании и дополнений, стоимость похищенных годных остатков составляет 53 457 рублей. Требования истца о взыскании морального вреда удовлетворению не подлежат, поскольку заявлен иск имущественного характера. Считает, что судебные издержки за оказание юридической помощи истцом сильно завышены и не подтверждены необходимыми документами, а претензионный обязательный порядок рассмотрения настоящего спора законом не предусмотрен.

Представитель ответчика «ИП ФИО4» - ФИО6 иск не признал по основаниям, изложенным в письменном отзыве на иск, в судебном заседании пояснил, что убытки причинены ненадлежащим хранением транспортного средства на стоянке в период, когда транспортное средство являлось вещественным доказательством по уголовному делу. Считал, что с момента признания транспортного средства вещественным доказательством по уголовному делу и помещением его на хранение на стоянке до вступления в силу приговора, истец не являлась поклажедателем, правоотношения между ею и ИП «ФИО4» не возникали, в связи с чем последний не является ответчиком по делу и исковые требования истца удовлетворению не подлежат. Кроме того, указал, что поскольку истец 1 декабря 2016 года заявил о том, что транспортное средство 

<

данные изъяты> утилизировано и как вещь более не существует, следовательно, оно не подлежит восстановлению в регистрации и использованию в качестве транспортного средства, то указанное обстоятельство свидетельствует об отказе истца от права собственности на данное транспортное средство.

Представитель ответчика Отд. МВД России по Киржачскому району ФИО2 иск не признал по изложенным в письменном отзыве на иск основаниям, в судебном заседании свою позицию поддержал. 

Встречный иск ИП «ФИО4» ФИО1 не признала по тем основаниям, что между ней и ИП «ФИО4» не заключался договор, который бы порождал взаимные обязанности и права сторон.

Представитель Министерства финансов РФ в лице Федерального казначейства по Владимирской области по доверенности - ФИО7 в письменном отзыве на иск от 25 декабря 2020 года просила отказать истцу ФИО1 в удовлетворении заявленных требований, поскольку, исходя из предмета и основания иска, Министерство финансов Российской Федерации является ненадлежащим ответчиком (т.1 л.д.161-162).

Допрошенный в судебном заседании эксперт 

<

данные изъяты> поддержал данное им заключение экспертизы № от 5 марта 2021 года, однако пояснил, что недопонял вопрос № и дал ответ на рыночную стоимость автомобиля на момент ДТП, а нужно было определить, согласно поставленному в определении суда вопросу, - на момент помещения автомобиля на стоянку. Согласно сделанному им письменному дополнению к заключению экспертизы, стоимость транспортного средства на момент ДТП составляет 312 369 рублей, а на момент постановки его на стоянку - 109 014 рублей. Стоимость годных остатков транспортного средства после разукомплекатования на стоянке составляет 55 557 рублей.

Ответчики: ФИО4, представитель Министерства финансов РФ в лице Федерального казначейства по Владимирской области и третье лицо ФИО8 в судебное заседание не явились. О дате, времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

Суд, с учетом мнения лиц, участвующих в деле, счел возможным рассмотреть дело при установленной явке на основании ст.167 ГПК РФ.

Выслушав участвующих в деле лиц, допросив эксперта ФИО17, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующему. 

Статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) установлено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу ст. 16 ГК РФ убытки, причиненные гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, подлежат возмещению Российской Федерацией, соответствующим субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием.

Согласно ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Для возмещения убытков по общему правилу необходимы следующие условия: 1) совершение причинителем вреда незаконных действий (бездействия); 2) наличие у субъектов гражданского оборота убытков с подтверждением их размера; 3) наличие причинной связи между неправомерным поведением и возникшими убытками; 4) наличие вины лица, допустившего правонарушение.

При этом лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать наличие вышеперечисленного состава правонарушения, а также размер подлежащих возмещению убытков. Отсутствие одного из вышеперечисленных условий служит основанием для отказа суда в удовлетворении иска о взыскании ущерба.

В силу ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Суд установил, что ФИО1 на праве собственности принадлежит транспортное средство - автомобиль марки 

<

данные изъяты> черного цвета, 2011 года выпуска, что подтверждается договором купли-продажи транспортного средства от 21 апреля 2014 года, паспортом транспортного средства и свидетельством о его регистрации (т.1 л.д.9, т.2 л.д.131-134).

Из материалов дела следует, что 20 февраля 2017 года на основании протокола осмотра и постановления следователя СО ОеМВД России по Киржачскому району капитана юстиции ФИО10, вышеуказанный автомобиль был признан вещественным доказательством и приобщен к уголовному делу №. Автомобиль как вещественное доказательство постановлено хранить на специализированной стоянке по адресу: 

<

адрес> (т.2 л.д.53-56; 57).

16 августа 2018 года следователем СО Отд МВД России по Киржачскому району Владимирской области старшим лейтенантом юстиции ФИО11, в чьем производстве находилось вышеуказанное уголовное дело, произвела повторный осмотр данного автомобиля, в частности, колес (т.2 л.д.66-69).

При передаче уголовного дела в суд 24 декабря 2018 года, согласно сопроводительному письму заместителя прокурора Киржачского района ФИО12, вещественное доказательство: автомобиль марки 

<

данные изъяты> - продолжал храниться на специализированной стоянке, расположенной по адресу: 

<

адрес> (т.2 л.д.74).

Приговором Киржачского районного суда Владимирской области от 7 ноября 2019 года (с учетом апелляционного постановления Владимирского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ) по уголовному делу №) ФИО1 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ, и ей назначено наказание на основании ст.73 УК РФ в виде лишения свободы на срок 1 год 4 месяца с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 1 год. На основании ст.73 УК РФ наказание постановлено считать условным с испытательным сроком 2 года. Суд постановил по вступлению приговора в законную силу, в соответствии со ст.81 УПК РФ, вещественное доказательство: автомобиль марки 

<

данные изъяты>, хранящийся на специализированной стоянке по адресу: 

<

адрес>, возвратить владельцу ФИО1 (т.1 л.д.39-55).

По результатам рассмотрения материала проверки зарегистрированного в КУСП № от 6 марта 2018 года по заявлению ФИО1 о том, что на охраняемой стоянке 

<

данные изъяты> в период с августа 2017 года по 6 марта 2018 года разукомлектовали ее автомашину марки 

<

данные изъяты>, старшим оперуполномоченным ОУР Отд МВД России по Киржачскому району капитаном полиции ФИО13 16 марта 2018 года вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела (т.1 л.д.120-121).

В письме начальника СО Отд МВД России по Киржачскому району от 16 марта 2018 года за №, направленного в адрес ФИО1, указано, что по сообщению произведена проверка, по результатам которой принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела на основании п.1 ч.1 ст.24 УПК РФ, и данное решение она может обжаловать в суд и прокуратуру в порядке ст.ст.124, 125 УПК РФ (т.1 л.д.119).

По результатам рассмотрения жалобы ФИО1 (т.1 л.д.122) о несогласии с постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела по материалу проверки КУСП № от 6 марта 2018 года заместителем прокурора Киржачского района ФИО14 9 апреля 2018 года вынесено постановление об отказе в удовлетворении жалобы ФИО1 (т.1 л.д.124), о чем последней было сообщено в письме заместителя прокурора Киржачского района ФИО14 от 9 апреля 2018 года за исх. № (т.1 л.д.123). 

Выпиской из ЕГРИП от 4 февраля 2021 года подтверждается, что с 21 февраля 2007 года одними из видов дополнительной деятельности ИП «ФИО4» являются: деятельность по складированию и хранению, деятельность стоянок транспортных средств (т.2 л.д.43-51).

Между Отд МВД России по Киржачскому району и ИП «ФИО4» были заключены договоры № от 1 октября 2018 года, № от 1 октября 2019 года, № от 1 октября 2020 года о передаче, перемещении, стоянке, хранении и возврате задержанных транспортных средств со специализированной стоянки по адресу: 

<

адрес> (т.2 л.д.24-33).

Согласно отчету об оценке №от 11 марта 2020 года, проведенной ИП ФИО15, рыночная стоимость недостающих, согласно штатной комплектации завода-изготовителя, запасных частей, а также работ и услуг по их установке на транспортное средство 

<

данные изъяты>, на дату осмотра составляет без учета износа 234 800 рублей (т.1 л.д.12-28).

В судебном заседании представители ответчиков возражали против представленного истцом Отчета об оценке рыночной стоимости недостающих запасных частей, с учетом и без учета износа, а также работ и услуг по их установке на транспортное средство истца, выполненного ИП ФИО15 11 марта 2020 года.

Определением суда 5 февраля 2021 года по письменному ходатайству истца ФИО1 была назначена судебная оценочная экспертиза, проведение которой было поручено экспертам 

<

данные изъяты> (т.2 л.д.122-124).

По заключению эксперта 

<

данные изъяты> за № от 5 марта 2021 года и дополнению к нему, выполненному в судебном заседании 2 июня 2021 года,

-стоимость материального ущерба, причиненного ФИО1 в результате разукомплектации принадлежащего ей автомобиля, находящегося на автостоянке, принадлежащей ИП « ФИО4» по адресу: 

<

адрес>, на дату 6 марта 2018 года согласно имеющимся в гражданском деле документам составляет 356 358 рублей;

-рыночная стоимость затрат на восстановление указанного автомобиля на 5 марта 2021 года составляет 763 676 рублей без учета износа, 474 231 рубль - с учетом износа;

-рыночная стоимость запасных частей и ремонтных работ, необходимых для восстановления комплектации данного автомобиля на 5 марта 2021 года, без учета затрат, связанных с устранением повреждений, полученных указанным автомобилем в результате ДТП 3 февраля 2016 года, составляет 404 240 рублей без учета износа, 240 637 рублей - с учетом износа; 

-рыночная стоимость транспортного средства 

<

данные изъяты> на момент ДТП составляет 312 369 рублей, стоимость данного транспортного средства на момент постановки ее на стоянку по адресу: 

<

адрес> составляет 109 014 рублей (т.2 л.д.148-186; т.3 л.д.1).

Согласно письменному дополнению к вышеуказанному заключению эксперта ФИО9 в судебном заседании 2 июня 2021 года, стоимость транспортного средства на момент ДТП составляет 312 369 рублей; стоимость транспортного средства на момент постановки его на стоянку составляет 109 014 рублей; стоимость годных остатков автомашины 

<

данные изъяты> после разукомплектации на стоянке по адресу: 

<

адрес>, составляет 55 557 рублей (т.3 л.д.1, 3).

При установлении фактических обстоятельств дела представленные сторонами доказательства оценены судом с учетом их взаимной связи, в соответствие с требованиями ст. 67 ГПК РФ.

Как следует из ч. 3 ст. 33 Федерального закона от 07.02.2011 года N 3-ФЗ "О полиции" вред, причиненный гражданам и организациям противоправными действиями (бездействием) сотрудника полиции при выполнении им служебных обязанностей, подлежит возмещению в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

В силу общих положений вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред; данное лицо освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. п. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Как следует из пункта 2 названной статьи вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 настоящего Кодекса.

По правилам ст. 1082 ГК РФ, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Исходя из разъяснений, содержащихся в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков.

По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Согласно ч. 4 ст. 81 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее - УПК РФ) изъятые в ходе досудебного производства, но не признанные вещественными доказательствами предметы, включая электронные носители информации, и документы подлежат возврату лицам, у которых они были изъяты, с учетом требований статьи 6.1 настоящего Кодекса.

Порядок хранения вещественных доказательств закреплен в статье 82 УПК РФ и дополнительно регламентирован Инструкцией о порядке изъятия, учета, хранения и передачи вещественных доказательств по уголовным делам, ценностей и иного имущества органами предварительного следствия, дознания и судами от 18.11.1989 года N 34/15 (действующей в части не противоречащей Кодексу) (далее - Инструкция) и Правилами хранения, учета и передачи вещественных доказательств по уголовным делам, утвержденными Постановлением Правительства РФ от 08.05.2015 года N 449.

По общим правилам условия хранения, учета и передачи вещественных доказательств должны исключать их подмену, повреждение, порчу, ухудшение или утрату их индивидуальных признаков и свойств, а также обеспечивать их безопасность (§ 13 Инструкции, пункт 1 Правил).

Передача вещественных доказательств на хранение юридическому лицу или индивидуальному предпринимателю на основании договора хранения осуществляется должностным лицом уполномоченного органа, в производстве которого находится уголовное дело, и оформляется актом приема-передачи, составленным в 3 экземплярах, один из которых приобщается к материалам уголовного дела, другой - передается представителю юридического лица или индивидуальному предпринимателю, третий - в дело (наряд) (п. 10 Правил хранения, учета и передачи вещественных доказательств по уголовным делам, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 08.05.2015 года N 449).

Параграфом 6 Инструкции установлено, что факт изъятия вещественных доказательств, наград, документов, ценностей и иного имущества отражается в протоколе следственного действия.

Согласно п. п. 14, 15 Инструкции вещественные доказательства хранятся при уголовном деле, а в случае их громоздкости или иных причин передаются на хранение, о чем составляется протокол. Ответственным за сохранность вещественных доказательств, приобщенных к делу, является лицо, ведущее следствие или дознание.

Пунктом 93 Инструкции предусмотрено, что в случаях повреждения, утраты изъятых вещественных доказательств, ценностей и иного имущества, причиненный их владельцам ущерб подлежит возмещению.

В силу ст. 158 БК РФ главный распорядитель средств федерального бюджета - орган государственной власти Российской Федерации, имеющий право распределять средства федерального бюджета по подведомственным распорядителям и получателям бюджетных средств, определенный ведомственной классификацией расходов федерального бюджета.

Согласно п.п. 1, п. 3 ст. 158 БК РФ главный распорядитель средств федерального бюджета выступает в суде от имени казны Российской Федерации по искам о возмещении вреда, причиненного незаконными решениями и действиями (бездействием) соответствующих должностных лиц и органов, по ведомственной принадлежности.

В соответствии с п. 100 раздела II Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации и Типового положения о территориальном органе Министерства внутренних дел Российской Федерации по субъекту Российской Федерации, утвержденного Указом Президента РФ от 21.12.2016 N 699 установлено, что МВД РФ осуществляет функции главного распорядителя и получателя средств федерального бюджета.

Таким образом, с учетом приведенных норм права и установленных по делу обстоятельств, при рассмотрении настоящего иска, суд приходит к выводу о том, что лицом, имеющим право выступать в настоящем деле от имени казны Российской Федерации, является Министерство внутренних дел Российской Федерации. Именно на ответчике - МВД Российской Федерации лежит обязанность доказать, что сотрудниками полиции были приняты все необходимые меры по обеспечению сохранности изъятого у истца автомобиля; при этом вина должностных лиц предполагается, пока не доказано иное.

С учетом изложенного, требования истца к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Владимирской области, Отделу Министерства внутренних дел Российской Федерации по Киржачскому району - не подлежат удовлетворению.

Доводы представителей ответчиков МВД Российской Федерации и Отд МВД РФ по Киржачскому району о том, что ответственность за причинение ущерба истцу должна быть возложена на лицо, осуществлявшее хранение имущества, отклоняется судом на основании следующего.

В соответствии с положениями Инструкции, ответственным за сохранность вещественных доказательств, приобщенных к делу, является лицо, ведущее следствие или дознание. При этом прокуроры, начальники следственных подразделений, начальники органов дознания, председатели судов (председатели коллегий) обязаны не реже одного раза в год проверять состояние и условия хранения вещественных доказательств, правильность ведения документов по их приему и учету, передаче. В случаях повреждения, утраты изъятых вещественных доказательств, ценностей и иного имущества, причиненный их владельцам ущерб подлежит возмещению (параграфы 14, 15, 89, 93).

Поскольку по содержанию вышеприведенных норм хранение вещественных доказательств является государственной функцией, вне зависимости от поручения хранения иному лицу, исполнение этой функции должно обеспечиваться государственным органом, от имени которого осуществляется уголовное преследование, и контролироваться соответствующими органами, поэтому наличие, в данном случае, договорного хранителя (владельца стоянки - ИП ФИО4) само по себе не освобождает от ответственности за убытки, причиненные вследствие не обеспечения органом следствия надлежащего хранения изъятого имущества. 

Неправомерные действия следователя, не обеспечившего надлежащего хранения автомобиля установленным законодательством способом, явились одной из причин утраты принадлежащего истцу имущества и повлекли причинение истцу ущерба, поскольку должностным лицом не были предприняты необходимые и достаточные меры по обеспечению сохранности принадлежащего истцу автомобиля, что привлекло к утрате части деталей и комплектующих автомобиля после помещения указанного вещественного доказательства на специализированную стоянку.

На основании изложенного, суд приходит к выводу о наличии причинно-следственной связи между незаконным бездействием следователя и наступившим для истца имущественным вредом.

В нарушение ст. 56 ГПК РФ суду не представлены доказательства того, что причинение имущественного вреда истцу произошло до изъятия автомобиля и признания его вещественным доказательством по уголовному делу следователем СО Отд МВД России по Киржачскому району. 

Согласно материалам уголовного дела, ДТП с участием вышеуказанного автомобиля произошло 3 февраля 2016 года, автомобиль осмотрен 10 февраля 2016 года на стоянке ИП «ФИО4», 20 февраля 2016 года автомобиль признан вещественным доказательством по делу и помещен на территорию автомобильной стоянки по адресу: 

<

адрес> (т.1 л.д.39; т.2 л.д.53-56; 57). 

Доказательства того, что утрата части деталей и комплектующих автомобиля произошла по вине истца, суду также не представлены.

Доводы представителя МВД РФ и Управления МВД России по Владимирской области ФИО3 о том, что разукомлектование автомобиля произошло в тот период, когда уголовное дело не находилось в производстве СО Отд МВД России по Киржачскому району (22 ноября 2017 года уголовное дело с обвинительным заключением было направлено прокурору; 1 декабря 2017 года уголовное дело поступило в Киржачский районный суд, со слов истца, последний раз она видела автомобиль на стоянке в январе 2018 года в том виде, в каком он был туда помещен; в марте 2018 года истец обнаружила разукомплектацию автомобиля; 11 апреля 2018 года уголовное дело возвращено судом прокурору), суд не может принять во внимание, исходя из следующего.

Факт нахождения уголовного дела в суде не свидетельствует о том, что МВД Российской Федерации не должно нести ответственность за сохранность вещественного доказательства, поскольку при передаче уголовного дела в суд вещественное доказательство вместе с делом не передавалось, акт приема-передачи вещественного доказательства согласно п.10 Правил хранения, учета и передачи вещественных доказательств по уголовным делам, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 08.05.2015 года N 449, не составлялся, правоотношения по хранению автомобиля не менялись.

Определяя размер причиненного истцу имущественного вреда, суд берет за основу заключение эксперта 

<

данные изъяты> № от 5 марта 2021 года, а также письменное дополнение и пояснение к нему от 2 июня 2021 года, согласно которым стоимость транспортного средства на момент ДТП составляет 312 369 рублей, стоимость автомобиля на момент постановки на стоянку составляет 109 014 рублей, стоимость годных остатков автомобиля после разукомплектования на стоянке составляет 55 557 рублей, 

Таким образом, рыночная стоимость запасных частей и ремонтных работ необходимых для восстановления комплектации автомобиля без учета затрат, связанных с устранением повреждений, полученных в результате дорожно-транспортного происшествия, составляет 53 457 рублей (109 014 руб. - 55 557 руб.).

Стороны в судебном заседании не оспаривали Заключение эксперта ФИО9, а также дополнения и пояснения к нему.

Оснований не доверять заключению судебной экспертизы и письменным дополнению и пояснению к нему, данным экспертом ФИО9 в судебном заседании, у суда также не имеется, поскольку заключение содержит подробное описание проведенного исследования, ссылки на нормативную документацию, выводы по поставленному вопросу. Экспертом были оценены все представленные документы. Эксперт был предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса РФ. Оценивая вышеуказанное заключение эксперта и письменные дополнения к нему, сравнивая соответствие заключения поставленным вопросам, определяя полноту заключения, его научную обоснованность и достоверность полученных выводов, суд приходит к выводу о том, что данное заключение в полной мере является допустимым и достоверным доказательством, поскольку наиболее полно отражает размер причиненного истцу ущерба, без учета повреждений полученных автомобилем в результате дорожно-транспортного происшествия.

В свою очередь, суд не может принять во внимание Отчет № от 11 марта 2020 года, выполненный ИП ФИО15, поскольку сделанные ею выводы относительно размера подлежащих возмещению убытков противоречат заключению эксперта ФИО9; ИП ФИО15 в судебное заседание не вызывалась и не допрашивалась, об ответственности за дачу заведомо ложного Отчета не предупреждалась; стороны не заявляли ходатайство о вызове ее в судебное заседание.

Из разъяснений, приведенных в пп. 12 и 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности, и, если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения; размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Поскольку суду не представлено относимых и допустимых доказательств иного размера причиненного истцу ущерба, без учета повреждений полученных автомобилем в результате дорожно-транспортного происшествия, имеются основания для взыскания в пользу истца 53 457 рублей.

При таких обстоятельствах суд соглашается с доводами представителя ИП «ФИО4» - ФИО6 об экономической нецелесообразности восстановительного ремонта, фактически с этим согласна и истец, сняв транспортное средство с учета и пояснив в судебном заседании, что после ДТП автомобиль не подлежит восстановлению. 

Исковые требования ФИО1 в части взыскания с ответчиков денежной компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей удовлетворению не подлежат, исходя из следующего.

В соответствии со ст.151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Между тем ФИО1 заявлен иск имущественного характера, вследствие чего взыскание морального вреда в рамках данного иска законом не предусмотрено.

Заявленный ИП «ФИО4» встречный иск к ФИО1 о взыскании задолженности по вознаграждению за хранение транспортного средства в размере 746 064 рублей, удовлетворению не подлежит по следующим основаниям.

Договор на хранение автомобиля истца на стоянке, принадлежащей ИП «ФИО4», по адресу: 

<

адрес>, с ФИО1 не заключался, автомобиль после ДТП в качестве вещественного доказательства на стоянку поставлен не ею, а органами следствия Отд. МВД России по Киржачскому району. Нахождение до настоящего времени принадлежащего истице автомобиля на стоянке ИП «ФИО4» происходит не по вине ФИО1, а вследствие длительного рассмотрения, сначала правоохранительными органами, а затем судом, вопроса о возмещении материального ущерба вследствие разукомплектации автомобиля во время его хранения на стоянке. 

При таких обстоятельствах суд соглашается с доводами ФИО1 о том, что какие либо ее обязанности перед ИП «ФИО4» отсутствуют.

В соответствии со ст.88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно ст.94 ГПК РФ к издержкам связанным с рассмотрением дела относятся расходы на оплату услуг экспертов, представителей, другие признанные судом необходимыми расходы.

В силу ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Истец оплатила услуги ИП ФИО18 в сумме 8 000 рублей за составление Отчета, связанного с оценкой рыночной стоимости восстановительного ремонта автомобиля, что подтверждается квитанцией к приходно-кассовому ордеру № от 10 февраля 2020 года (т.1 л.д.30). 

Данные расходы истца суд считает необходимыми, вместе с тем они подлежат частичному взысканию в пользу истца в размере 1200 рублей, пропорционально удовлетворенным требованиям истца (53 457 руб.:356 358руб. х 8000 руб.), где:

53 457 руб. - размер удовлетворенных требований;

356 358 руб. - размер заявленных требований;

8000 руб. - стоимость Отчета.

Из материалов дела следует, что истец также уплатила стоимость оценочной экспертизы № от 5 марта 2021 года в размере 27 324 рублей, что подтверждается платежными документами (т.2 л.д.205-207).

Указанные расходы истца суд также находит необходимыми, которые подлежат взысканию в пользу истца частично, пропорционально удовлетворенным требованиям истца, в размере 4 099 рублей, исходя из расчета (53 457 руб. : 356 358 руб. х 27324 руб.), где:

53 457 руб. - размер удовлетворенных требований;

356 358 руб. - размер заявленных требований;

27 324 руб. - стоимость экспертизы.

Статьей 100 ГПК РФ установлено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно материалам дела, истец ФИО1 оплатила услуги адвоката ФИО16 на сумму 20 000 рублей по соглашению за дачу консультации, написание претензии и искового заявления, что подтверждается квитанцией № от 7 августа 2020 года (т.1 л.д.137).

Вместе с тем, в данном соглашении не определена стоимость каждого вида оказанной юридической помощи, договор на заключение соглашения не представлен, а претензионный характер данного вида спора не предусмотрен как обязательный.

С учетом этого, а также принимая во внимание решение Совета Адвокатской палаты Владимирской области об утверждении рекомендаций по назначению адвокатами гонораров за оказание юридической помощи, в данном случае, составления искового заявления, учитывая требования разумности и справедливости, имеются основания для взыскания в пользу истца в возмещение расходов на оплату услуг адвоката частично, в размере 6 000 рублей.

Поскольку истец была освобождена от уплаты государственной пошлины за предъявление требований имущественного характера на основании п.4 ч.1 ст.333.36 НК РФ, государственная пошлина с ответчика МВД РФ не взимается.

Истец уплатила государственную пошлину в размере 300 рублей за требование о взыскании морального вреда (т.1 л.д.6). 

Поскольку в иске о взыскании с ответчиков морального вреда судом отказано, то не подлежит взысканию с ответчика в пользу истца уплаченная ею государственная пошлина в размере 300 рублей.

ИП «ФИО4» за подачу встречного иска уплатил государственную пошлину в размере 10 661 рубля (т.1 л.д.169-172).

В удовлетворении встречного иска ИП «ФИО4» отказано, вследствие чего указанная государственная пошлина взысканию с ФИО1 не подлежит.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Министерству внутренних дел Российской Федерации удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации в пользу ФИО1 за счет казны Российской Федерации материальный ущерб в размере 53 457 (пятьдесят три тысячи четыреста пятьдесят семь) рублей, стоимость затрат за проведение судебной экспертизы в размере 4099 (четыре тысячи девяносто девять) рублей, стоимость затрат за проведенную автоэкспертизу в размере 1200 (одна тысяча двести) рублей, за услуги адвоката в размере 6000 (шесть тысяч) рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Владимирской области, Отделу Министерства внутренних дел Российской Федерации по Киржачскому району, к ИП «ФИО4» - отказать.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказать.

Встречные исковые требования ИП «ФИО4» к ФИО1 оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано во Владимирский областной суд через Киржачский районный суд в течение месяца со дня составления мотивированного решения.

Председательствующий судья Н.С. Трусковская

Мотивированное решение составлено 9 июня 2021 года.

Председательствующий судья: Н.С. Трусковская