№ 1-175/2018 

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Тамбов 18 октября 2018 г.

Судья Советского районного суда г. Тамбова Иванова Н.М.,

при секретаре Карташевой О.А., 

с участием государственных обвинителей - Дроковой Н.Ю., Борщевой О.А,. 

подсудимого ФИО1, 

защитника - адвоката Симонова И.А.,

потерпевших М, К, представителя потерпевших ФИО2,

рассмотрев материалы уголовного дела в отношении 

ФИО1, не судимого;

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, управляя автомобилем, нарушил правила дорожного движения, что повлекло по неосторожности смерть потерпевшей М при следующих обстоятельствах. 

в ночное время ФИО1, управляя технически исправным автомобилем осуществлял движение по улице со стороны в сторону , на которых для всех видов транспортных средств установлено скоростное ограничение до 60 км/час. 

Двигаясь по вышеуказанной дороге, примерно в 00 часов 27 минут ФИО1, проявляя преступную небрежность, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог их предвидеть, действуя в нарушение требований п.п. 8.1, 10.1, 10.2 «Правил дорожного движения РФ», вел транспортное средство со скоростью 103 км/ч, с превышением установленного ограничения на 43 км/ч, в темное время суток во время дождя, не учитывая интенсивность движения, особенности и состояние своего транспортного средства, дорожные и метеорологические условия, что не позволяло ему обеспечить возможность постоянного контроля над управлением своего автомобиля, в результате чего при возникновении опасности для движения, в виде идущей по проезжей части в попутном направлении пешехода М, которую он при необходимой внимательности и предусмотрительности обязан был и располагал возможностью обнаружить, не принял своевременно мер к снижению скорости автомобиля вплоть до полной остановки своего автомобиля, изменил направление своего движения, не обеспечив безопасность выполняемого маневра, переместился в сторону правого тротуара, вследствие чего допустил контантирование с дорожным ограждением на пересечении улиц , в районе дома , а затем совершил наезд на пешехода М.

В результате наезда автомобиля под управлением ФИО1 пешеходу М были причинены следующие телесные повреждения: 

- закрытая спинно-мозговая травма: разрыв межпозвоночного диска и связочного аппарата между 2-ым и 3-им грудными позвонками, разрыв спинного мозга, примерно на 1/2 ; 

- закрытая черепно-мозговая травма: ссадины и кровоподтек на лице, кровоизлияние в мягкие покровы головы, кровоизлияние под мягкие мозговые оболочки;

- закрытая тупая травма грудной клетки: переломы левой и правой ключицы, множественные двусторонние переломы ребер, ушибы легких; 

- закрытый перелом малоберцовой кости левой голени: множественные ссадины туловища, верхних и нижних конечностей.

Закрытая спинно-мозговая травма квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, согласно п. 6.1.13. «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденными приказом Минздравсоцразвития России от 24.04.2008 г. № 194н.

Смерть М, согласно патоморфологической картине вскрытия и гистологическим данным, наступила от закрытой спинно-мозговой травмы в результате дорожно-транспортного происшествия, находится в прямой причинной связи с допущенными ФИО1 нарушениями правил дорожного движения. 

В судебном заседании подсудимый ФИО1 свою вину в совершении указанного преступления признал частично, указав, что сбил потерпевшую и причинил ей средней тяжести вред здоровью. Виновником смертельной травмы, причиненной М, считает водителя автомобиля Тойота, который переехал по ней, а потом протащил до поликлиники . Показал, он на своем автомобиле поехал в магазин за продуктами, двигался по , в сторону , со скоростью движения 80-90 км/ч, автомобиль был исправен, стаж вождения у него более 10 лет. Погода была пасмурная, шел дождь, асфальтовое покрытие было мокрым. Подъезжая к перекрестку улиц, , он перестроился в крайний правый ряд по ходу движения и продолжил движения прямо. Выехав на середину указанного перекрестка, когда исчезла пелена от бликов фар автомобиля , он увидел женщину на расстоянии 15 метров от автомобиля, которая шла в попутном направлении по середине его полосы движения в стороны . Увидев женщину, он нажал на педаль тормоза и начал выкручивать руль вправо, чтобы избежать последствий. В это время с левой стороны стояла автомобиля Тойота, а в прямом направлении шла указанная женщина. Он совершил наезд на дорожное ограждение, которое было расположено справа, потом двигателем ударился о бордюр, его развернуло, и он сбил женщину левой передней частью своего автомобиля. От удара женщина отлетела по диагонали влево в сторону автомобиля Тойота, а он выехал на левую встречную полосу дороги, где совершил наезд на бордюр и остановился. После этого он вышел из автомобиля и стал искать пострадавшую. На перекрестке стояли два автомобиля, первый Тойота, а за ним . Загорелся зеленый сигнал светофора, и автомобиль Тойота начал движение. Он увидел, что у автомашины Тойота поднимается передняя часть, а затем автомобиль продолжил движение по . Автомобиль остался стоять на светофоре, он подошел к его водителю, который стал подавать звуковые сигналы. Он спросил у водителя, где пострадавшая, на что последний ответил, что автомобиль Тойота утащил женщину. Он не понял и переспросил. Со слов водителя, женщина упала перед автомобилем , водитель которой проехал по ней и увез ее с собой. Он начал звонить в полицию, чтобы сообщить о случившемся. Через 5 минут прибежал мужчина, который сообщил, что видел, как уезжал автомобиль Тойота, и под ним вроде было тело человека. Затем приехали сотрудники ГИБДД, все осмотрели, расспросили его об обстоятельствах, составили документы, которые он подписал, каких-либо замечаний не высказал. Считает, что он наезда на дорожное ограждение и удар о бордюр существенно была снижена скорость и изменена геометрия кузова его автомобиля, поэтому он не мог причинить потерпевшей существенного вреда. Пострадавшая ни об одно ребро жесткости на его автомобиле не ударялась, а только спиной влетела в лобовое стекло с последующим опрокидыванием на дорожное полотно, при этом наезд он совершил в ее ноги. Не отрицает факта превышения скоростного режима своего автомобиля. С заключением автотехнической экспертизы согласен частично, так как его видимость при движении была ограничена из-за погодных условий и света фар встречного автомобиля. Сотрудники ГИБДД не зафиксировали в протоколе осмотра следы торможения на асфальте от его автомобиля, которые имелись на месте ДТП и были сфотографированы.

Однако виновность подсудимого ФИО1 в совершении преступления при обстоятельствах, изложенных в описательной части приговора и установленных судом, полностью подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, в том числе показаниями потерпевших, свидетелей, а также письменными доказательствами, исследованными в судебном заседании. 

Показаниями потерпевшей К, данными в суде и оглашенными в порядке ст. 281 УПК РФ (т.2, л.д.39), согласно которым, погибшая приходилась ей дочерью. М проживала с сыном и снохой, отдельно от нее, встречались они часто, спиртные напитки не употребляла, каким-либо заболеванием не страдала, только последние 10 лет плохо передвигалась, хромала, что влияло на скорость ее движения. Обстоятельства происшедшего ей известны со слов внука, а именно, на перекрестке улиц, Гастелло и Елецкая, дочь была сбита автомобилем , а другой автомобиль протащил ее тело под днищем до поликлиники .

Показаниями потерпевшего М, согласно которым, он проживал совместно с мамой, которая официально не работала, но подрабатывала, спиртные напитки не употребляла, при ходьбе, хромала. В указанный день М ушла из дома по делам, потом он ей позвонил, но она не ответила. На вторые сутки она также не пришла, и он начал беспокоится, хотел заявить в полиции по факту исчезновения. Однако в вечернее время ему позвонили и пригласили в отдел полиции, побеседовали с ним и отвезли в морг, где он опознал труп М. Со слов сотрудников полиции ему известно, что маму сбил автомобиль, а потом другой ее протащил. Почему в момент ДТП она оказалась в состоянии алкогольного опьянения, он не знает.

Показаниями свидетеля Х, согласно которым, в указанном дорожно-транспортном происшествии было повреждено пешеходное ограждение, которое закреплено на праве оперативного управления за «Спецдорсервис». В результате ДТП были повреждены 2 секции ограждения, и которые были восстановлены. В связи с чем, она просит взыскать с виновного лица ущерб в размере 8073,08 копеек.

Показаниями свидетеля С, данными в суде и оглашенными в порядке ст. 281 УПК РФ (т.1, л.д.80,81), согласно которым, он находился на своем автомобиле на перекрестке улиц, , стоял на запрещающий сигнал светофора. Впереди него, в попутном направлении, в крайней левой полосе стоял автомобиль , других транспортных средств он не помнит. Ожидая включения зеленого сигнала светофора, он обратил внимание, что на встречной полосе движения, рядом с бордюрным камнем, находится женщина, которая, как он понял, заканчивала переходить проезжую часть дороги, откуда она шла, он не видел. Далее он отвернулся и стал смотреть вперед, в сторону направления своего движения. Вдруг он услышал визг тормозов и удар. Повернув голову налево, увидел, как летит тело человека - женщины, которую он ранее видел на дороге, она летела по высокой траектории, примерно в человеческий рост. Пролетев через всю полосу движения, женщина упала перед автомобилем , каким образом и какой частью, он не видел, и пояснить не может. После удара, автомобиль подсудимого проехал позади него и ударился об ограждение. Он захотел выйти и помочь женщине, но неожиданно, автомобиль начал движение, и тело женщины оказалось под автомобилем, ближе к задним колесам. Он начал сигналить водителю автомобиля , но последний продолжил движение через перекресток. Как располагалось тело женщины под машиной, он описать не может. Когда автомобиль Тойота трогался с места, то ничего необычного в его движении он не заметил. В этот момент он увидел, что через перекресток, с противоположной стороны, бежит к нему человек. Он вместе с ним подошел к подсудимому, выяснить, как он себя чувствует, а потом они сели в автомобиль и поехал за автомобилем , а подсудимый начал звонить в полицию. Они проехали перекресток и небольшое расстояние, нигде автомобиль Тойота не встретили, вернулись на место ДТП.

Показаниями свидетеля П, согласно которым, он проживает в доме, который является угловым и расположен на перекрестке улиц, . С балкона его квартиры хорошо просматривается весь перекресток. В указанный день он находился в комнате, когда услышал удар со стороны перекрестка, и понял, что произошло ДТП на дороге. Выйдя на балкон, увидел, что на зеленый сигнал светофора с перекрестка выезжает автомобиль , а водитель другого автомобиля подает звуковые сигналы. Присмотревшись к автомобилю , он увидел, что с правой стороны, между передним и задним колесом автомобиля, ближе к заднему, расположено тело человека, более подробно описать его положения, он не может. Водитель автомобиля на сигналы не отреагировал и продолжил движение по выбежал на улицу и посмотрел, куда направился автомобиль. В зоне видимости до , он его не увидел. На месте ДТП находились водитель, который сбил женщину, и водитель, автомобиля, который подавал звуковые сигналы. Потом с водителем они поехали в отдел полиции, чтобы сообщить о случившемся, а виновнику сказали остаться на месте. Каким образом водитель автомобиля утащил женщину, он не знает, и описать не может. 

Показаниями свидетеля Т, согласно которым, он работал водителем такси на автомобиле марки , на котором были установлены опознавательные шашечки. В указанное время он осуществлял заказ, подвозил девушку на , спускался с Елецкого моста в районе автомобильного рынка и направлялся по адресу. В это время светофор работал в предупреждающем режиме, ничего особенного на перекрестке улиц, , он не заметил, в том числе и других автомашин, на улице шел дождь. Направляясь по , в районе рынка «Салют», его обогнал автомобиль . Он обратил внимание, что внизу автомобиля что-то находится. Приблизившись к нему, понял, что автомобиль тащит человека. Тело располагалось вплотную к заднему правому колесу, если смотреть сзади автомобиля, перпендикулярно днищу автомобиля, основная часть туловища находилась под ним, при этом он видел кисть руки. Он решил догнать автомобиль, увеличил скорость и начал моргать ему светом фар, но водитель автомобиля ехал быстро и не реагировал. Затем автомобиль Тойота повернул на и остановился в заездном кармане. Он обогнал автомобиль и поставил свой автомобиль перед ним. Он подошел к автомобилю , открыл водительскую дверь, в автомобиле находились парень и девушка, и сказал водителю: «Вы знаете, что у Вас тут труп?». Они что-то невнятно ему объяснили, сказали: «Мы не виноваты». По реакции и по разговору, понял, что они ничего не понимают и не знают о случившемся. Девушка сказала, что парень инвалид, у него проблемы с ногами, поэтому не может выйти из машины. Она открыла пассажирскую дверь, увидела труп и сильно закричала, испугавшись. Он сказала им, чтобы никуда не уезжали, и пошел вызывать полицию. В это время водитель автомобиль резко сдал назад, так как ему мешал его автомобиль, совершил маневр объезда и уехал в сторону . При этом задняя часть автомобиля «подпрыгнула». Он запомнил регистрационный номер автомобиля, о чем по телефону сообщил сотрудникам полиции. Когда автомобиль уехал, труп женщины остался лежать на месте, лицом в небо, тело было все раскручено. 

В ходе проведения очной ставки со свидетелем П (т.1, л.д. 181-185), исследованной в судебном заседании, свидетель Т, давал аналогичные показаниям. 

Показаниями свидетеля П, согласно которым, совместно с супругой имеет в собственности автомобиль . В указанное время он управлял автомобилем Тойота и находился на перекрестке улиц, , стоял на запрещающий сигнал светофора. Были ли другие транспортные средства и пешеходы на перекрестке, в тот момент, он не помнит. Погода была пасмурная, шел дождь, на перекрестке было плохое уличное освещение. При включении зеленого сигнала светофора, он начал движение и слева от себя, услышал сильный хлопок, дернулся, посмотрел в сторону и увидел серое пятно. После чего он продолжил движение по , никаких препятствий либо посторонних звуков под днищем автомобиля не почувствовал и не услышал. В процессе движения он увидел, что кто-то сзади подает фарами ему сигналы. Он повернул на и остановился в заездном кармане, напротив поликлиники . К нему подъехал и встал впереди него автомобиль . Приоткрыв водительскую дверь, он выглянул для выяснения обстоятельств, то же самое сделала и его супруга. Из автомобиля Лада вышли двое мужчин, агрессивно настроенных, кричали и выражались нецензурными словами. Он испугался и закрыл дверь, супруга также закрыла дверь, и он уехал. Описать конкретно свои действия, при движении из заездного кармана, он не может, так как не помнит. Однако автомобиль Лада стоял к нему не вплотную, и он мог свободно проехать. На следующий день на место, где он с супругой отдыхал, приехали сотрудники ДПС и сказали, что его ночью искали в связи с наездом на женщину, после чего осмотрели его автомобиль. Он вместе с сотрудниками полиции приехал в отдел, где оставил свой автомобиль. Потом при осмотре его автомобиля были обнаружены повреждения под днищем автомобиля, на картере. Однако данные повреждения могут образоваться в любое время на автомобиле, у которого низкий клиренс. Указать причину, по которой свидетель Т дает другие показания по обстоятельствам их встречи у поликлиники , он не может. 

Свидетель Б, дала показания, которые по содержанию аналогичны показаниям свидетеля П. 

Показаниями свидетелей С и С, инспекторов СБДПС ГИБДД ОР УМВД России по , которые по содержанию аналогичны и согласно которым, они осуществляли дежурство в составе экипажа. В ночное время при несении службы получили сообщение от дежурного ГИБДД о том, что автомобиль скрылся после ДТП и движется в направлении с.П. Пригородное. Они стали двигаться по , потом повернули на и в заездном кармане, по правой стороне, увидели лежавшую женщину, остановились и вышли на улицу. С подошел к женщине и попробовал пульс, признаков жизни не было, вызвали скорую помощь и следственную группу. На месте находился мужчина таксист, который пояснил, что является очевидцем происшествия. Со слов мужчины, он ехал за автомобилем Тойота, потом подошел к водителю автомобиля и пояснил, что у него под колесами находится человек. Водитель и его пассажирка не поверили, девушка вышла из автомобиля и увидела труп. Она ужаснулась, села в автомобиль, они уехали, а он вызвал полицию. Как пояснил таксист, водитель автомобиля Тойота сдал назад, переехал женщину и поехал дальше. Визуально на теле женщины они видели телесные повреждения, рваную рану на бедре, многочисленные ушибы и ссадины, на животе или в районе груди след протектора шин, который шел наискосок. В этот момент был дождь, возможно в дальнейшем указанный след смылся. 

Показаниями свидетелей К и Ш, фельдшеров скорой медицинской помощи, которые по содержанию близки и из них следует, они находились на дежурстве, когда в ночное время поступил вызов о ДТП. Они выехали к поликлинике , где в заездном кармане напротив, лежала женщина. Со слов сотрудников полиции, на женщину был совершен наезд автомобилем, а потом другой автомобиль ее протащил под своим днищем на указанное место. Был проведен осмотр женщины на предмет признаков жизни, в ходе которого осмотрели зрачки, попробовали пульсацию на сонных артериях, на запястье, проверили дыхательные движения, сняли кардиограмму. Все признаки были отрицательные и свидетельствовали о биологической смерти. На женщине имелись множественные ссадины всего тела, травма бедра и руки, деформация суставов - конечности были разбросаны в разные стороны. На теле женщины между грудной клеткой и животом имелся след протектора шин, как грязевой отпечаток, который и был зафиксирован в карте вызова скорой медицинской помощи. Однако вероятнее данный след мог образоваться, когда тело женщины крутилось и двигалось между колесами автомобиля, при этом касаясь их. Каких либо характерных признаков переезда транспортным средством на теле женщины они не обнаружили, при проверке грудной клетки и перемещения тела в машину, существенных переломов не ощутили, вмятин и вдавлений не имелось.

Показаниями свидетелей В, Г, а также оглашенными показаниями свидетеля К (т.1, л.д.203,204), инспекторов ДПС СБ ГИБДД ОР УМВД России по Тамбовской области, которые по содержанию похожи и из которых видно, они осуществляли дежурство в составе экипажа. После 24 часов от дежурного по УГИБДД поступило сообщение о ДТП, наезд на женщину, который произошел на перекрестке улиц, . Они прибыли на место в район авторынка, где обнаружили автомобиль , который имел технические повреждения и находился частично на газоне и на дороге. Со слов водителя ФИО1, он не справился с управлением и въехал в дорожное ограждение, после чего его отбросило на дорогу, где шла женщина, он совершил на нее наезд. От удара женщина отлетела на встречную полосу и куда дальше делась, он не знает. Потом по рации сообщили, что тело женщины обнаружили на у поликлиники . На месте ДТП имелось два свидетеля, мужчины, которые пояснили, что тело женщины от удара затащило под днище автомобиля , водителю автомобиля свидетель подавал сигналы, но тот проигнорировал и уехал. В этот момент была пасмурная, дождливая погода, дорога была мокрая, на перекрестке имелось уличное освещение. 

Показаниями свидетеля З, начальника СО ОП № 2 СУ УМВД России по г. Тамбову, согласно которым, он был ответственный по ОП №2, выезжал со следственной группой на осмотр места происшествия. Сначала они приехали к поликлинике №4, где был обнаружен труп женщины, который находился на проезжей части, лежал на спине. Женщина была одета в шорты и майку, одежда имела повреждения, на теле имелись обширные ссадины, в том числе на животе, которые, по его мнению, могли образоваться в результате перемещения тела под колесами автомобиля, и имелся разрыв мягких тканей на бедре. Осмотр проводил следователь Ч с участием эксперта. На месте находился свидетель очевидец происшествия, со слов которого, он видел тело женщины под колесами автомобиля Тойота, который ее протащил до поликлиники №4. После чего следственная группа направилась в район автомобильного рынка, на перекресток улиц, . Там был обнаружен автомобиль с техническими повреждениями и находился водитель ФИО1, были повреждения дорожного ограждения справой и левой стороны, так как автомобиль выбросила на противоположную сторону. Все было зафиксировано в протоколе осмотра места происшествия и в фототаблице. Было просмотрено видео с камер видеонаблюдения, где было видно, что автомобиль ФИО1 ехал с существенным превышением скорости движения, женщина - пешеход была сбита на перекрестке, пешехода отбросило, но каким образом, на видео не видно. 

Показаниями свидетеля Ч следователя СО ОП №2 СУ УМВД России по г. Тамбову, согласно которым, он проводил осмотры места происшествия. На , напротив поликлиники №4, в заездном кармане находился труп женщины, которая лежала на асфальте головой к бордюру, а ногами в сторону поликлиники. Женщина была одета в кроссовки, светлые бриджи и майку, которая была задрана вверх, левая нога ее была повернута под себя. На трупе имелись повреждения на левой ноге - глубокая рваная рана, на животе справа - глубокое рассечение кожи. Следов протектора либо переезда транспортного средства на теле женщины он не обнаружил, при этом ее не трогал и не перемещал. В этом время на улице шел дождь. На месте находился свидетель таксист, который пояснил, что ехал от автомобильного рынка по черного цвета и увидел, что между передней и задней балкой справа находится тело женщины. Свидетель моргал фарами, в районе поликлиники водитель автомобиля остановился. Свидетель пояснил водителю, что под кузовом его автомобиля находится инородное тело. В ответ на это, водитель автомобиля сдал назад и уехал с места ДТП. Все обнаруженное и установленное было зафиксировано в протоколе осмотра места происшествия. Далее он поехал на месте непосредственного наезда на женщину, на перекресток улиц, . Там был обнаружен автомобиль зеленого цвета, который располагался у края проезжей части встречного направления движения у металлической ограды. Автомобиль повредил как ограждение по направлению движения в сторону путепровода, так и в другую сторону. Водитель ФИО1 указал место предполагаемого наезда на женщину. Все замеры, которые осуществлялись в ходе осмотра, были зафиксированы в протоколе.

Показаниями эксперта П, согласно которым, он подтвердил выводы автотехнической экспертизы, дополнил, что участвовал в осмотре места происшествия на месте ДТП и на месте обнаружения трупа женщины. Первым он осмотрел место происшествия у авторынка, зафиксировал обстановку путем фотографирования, был составлен протокол, где были указаны повреждения автомобиля и дорожного ограждения. Далее он проследовал к месту нахождения трупа на напротив поликлиники , где также все было зафиксировано. Труп женщины он не осматривал, а только фиксировал его положение и проводил опознавательную съемку. Каких либо следов от протектора шин автомобиля на трупе он не видел, имелись следы волочения. Со слов следователя ему стало известно, что труп протащил автомобиль Тойота под днищем автомобиля. Небольшое волочение тела по асфальту дороги вызывает обширные телесные повреждения: кожные покровы стираются, а в данном случае, не достаточно сильно были повреждены кожные покровы у потерпевшей. Причиной ДТП он считает действия водителя , который проигнорировал конфигурацию перекрестка, с учетом его закругления, то есть не сохранил траекторию движения в территории проезжей части, допустил контакт с ограждением и после чего допустил наезд на пешехода. Следов торможения на месте ДТП он не обнаружил, на перекрестке имелось уличное освещение, каких либо транспортных средств, ограничивающих видимость подсудимому, не было. При переезде транспортного средства на теле человека остаются характерные телесные повреждения: происходит сдавление мягких тканей и сплющивание костей. Каких либо следов волочения на твердых поверхностях он не обнаружил. Необходимости в установлении, как и каким способом, тело пострадавшей зацепилось под днищем автомобиля, не имеет значения для данного происшествия, так как тело было проволочено на определенном расстоянии и на факт установления переезда не влияет на это. 

Показаниями свидетеля Д, сотрудника ГИБДД УМВД России по г. Тамбову, данными в суде и оглашенными в порядке ст. 281 УПК РФ (т.2, л.д.249-250, т.3, л.д.117-118), согласно которым, он находился на дежурстве, поступило сообщение о ДТП с пострадавшим, погибла женщина. Он прибыл в район поликлиники , где в заездном кармане, на асфальте лежала женщина, без признаков жизни. Женщина была одета в шорты и майку, лежала на спине, полубоком, на ноге, в области бедра, у нее имелась рваная рана. Также на животе имелся след, покраснение, наслоение от протектора шин автомобиля, более конкретно описать его не может, в связи с темным временем суток. На месте находились другие сотрудники ДПС, от которых ему стало известно, что на перекрестке улиц, , на пешехода - женщину был совершен наезд автомобилем , от удара она отлетела и упала под автомобиль , стоявший на светофоре. После ДТП автомобиль находился частично на газоне, по ходу движения в направлении , имел повреждения передней части кузова от соприкосновения с пешеходным ограждением. Потом приехала оперативная группа, он помогал следователю оформлять протокол осмотра места происшествия и схему. Погода в это день была пасмурная, дождливая; проезжая часть дороги мокрая; перекресток и улицы имели искусственное освещение, видимость была не ограничена. На месте ДТП он видел след юза от автомобиля , который располагался после совершения наезда на пешеходное ограждение дороги, и который был зафиксирован в протоколе осмотра и схеме. 

Показаниями свидетеля Р, начальника отдела ГИБДД по , данными в суде и оглашенными в порядке ст. 281 УПК РФ (т.2, л.д.97), которые по содержанию аналогичны показаниям свидетеля Д. Дополнил, в ходе проведения осмотра места происшествия со слов водителя - таксиста был установлен номер автомобиля , сотрудниками полиции начался поиск данного автомобиля. На месте ДТП на перекрестке улиц, , он беседовал с водителем ФИО1, который ему пояснил, что двигался по , неожиданно увидел на проезжей части пешехода, применил торможение, но так как проезжая часть была мокрая, его автомобиль занесло, он совершил наезд на пешеходное ограждение дороги, после чего совершил наезд на женщину, которая шла по проезжей части в направлении .

Оценивая показания потерпевших и свидетелей стороны обвинения, судне находит в них существенных противоречий относительно установленных обстоятельств дела, они на протяжении предварительного и судебного следствия последовательны, подробны, подтверждаются письменными доказательствами, получены с соблюдением требований закона. Оснований для оговора подсудимого со стороны свидетелей обвинения не установлено и не приведено подсудимым и стороной защиты. Поэтому суд признаёт их относимыми, допустимыми и достоверными, и считает необходимым положить в основу приговора.

Утверждение стороны защиты о том, что свидетели обвинения в период предварительного следствия неоднократно допрашивались с целью внести изменить их первоначальные показания относительно следов переезда, то есть оно велось с обвинительным уклоном, является голословным и противоречащим материалам уголовного дела.

В декабре 2017 года предварительное расследование по уголовному делу было окончено, составлено обвинительное заключение и направлено на утверждение прокурору Советского района.

Постановлением руководителя СЧ СУ УМВД России по Тамбовской области уголовное дело было возвращено для производства дополнительного следствия, в виду преждевременности и необходимости проведения дополнительного расследования (т.3, л.д.91).

В частности, в постановление указано следователю дополнительно допросить сотрудников скорой помощи, ГИБДД с целью выяснения, где на теле погибшей М имелись следы транспортного средства и что они из себя представляли.

Руководитель следственного органа в силу ст. 39 УПК РФ имеет право давать следователю указания о направлении расследования, о производстве отдельных следственных действий, которые являются обязательными для следователя. Направление уголовного дела для производства дополнительного расследования предполагает осуществление необходимых для этого следственных и иных процессуальных действий в соответствии с требованиями уголовно - процессуального закона. 

При дополнительном допросе в качестве свидетелей Ш, К, С и С дали показания, которые по содержанию аналогичны, ранее данным, составили схемы предположительного, с их точки зрения, места расположением следов протектора шин автомобиля, то есть уточнили свои показания. Давая показания в судебном заседании, они их подтвердили, никаких противоречий в них суд не усматривает, в том числе, процессуальных нарушений, влекущих признания их недопустимыми доказательствами по делу.

Кроме изложенных доказательств, фактические обстоятельства события преступления и виновность подсудимого в его совершении подтверждаются исследованными в ходе судебного разбирательства письменными материалами уголовного дела.

Сообщением от , согласно которому ТО. сообщил, на у поликлиники водитель автомобиля сбил пешехода и скрылся (т.1 л.д.4)

Рапортом оперативного дежурного УМВД, согласно которому в 01:00 ч. от сотрудника ГИБДД Дпоступило сообщение о ДТП с пострадавшими на у 4-й поликлиники, наезд на пешехода (т.1, л.д.11). 

Протоколом осмотра места происшествия с фототаблицей и схемой от , согласно которым осмотрен участок местности напротив . Данный участок местности располагается напротив ТОГБУЗ ГКБ № 4 г. Тамбова (адрес: ). Участок местности представляет собой проезжую часть дороги, на которой справа имеется парковочный карман. Осмотр производится по направлению от по направлению к , проезжая часть дороги и место расположение парковочного кармана - горизонтальная; вид дорожного покрытия - асфальтовое, состояние дорожного покрытия - мокрое, наличие дефектов дороги не обнаружено. Дорожное покрытие для двух направлений движения шириной 9 и 4 метра от одного бордюра до другого противоположного бордюра. Разделительная полоса на проезжей части отсутствует. К проезжей части справа примыкает парковочный карман, ограниченный бордюрным камнем, за которым имеется, обочина, слева от проезжей части имеется остановка общественного транспорта, место происшествия находится в зоне действия дорожного знака «Парковочное место» 6.4; условия ухудшающие видимость -дождь. На участке парковочного места напротив имеется труп женского пола, одетый в шорты синего цвета, кроссовки черно-красного цвета, майку черного цвета; поза трупа - на спине; голова трупа обращена к дому по , ноги раскиданы в обе стороны. Расположение трупа относительно нахождения его на участке описанной местности - расстояние от края бордюра до головы - 1,2 метра; от бордюра до правой ноги - 2,7 метра, расстояние от края паковочного кармана со стороны проезжей части до правой ноги- 4 метра. Труп направлен в морг (т.1, л.д.12-18). 

Протоколом осмотра места происшествия с фототаблицей и схемой от , согласно которым осмотрен участок местности (дороги) и перекресток на пересечении улиц, Гастелло, Елецкой и Октябрьского путепровода . Осмотр ведется по направлению от , вид происшествия - наезд на пешехода. Проезжая часть перекрестка дороги горизонтальная с уклоном со стороны в сторону , вид дорожного покрытия - асфальтобетон, состояние дорожного покрытия -мокрое, покрыто частично водой, наличие дефектов дороги - небольшая келейность, дорожное покрытие для двух направлений шириной - 21,3 метра, разделительная полоса не читаема или практически отсутствует, к проезжей части справа примыкает бордюрный камень и пешеходные ограждения, слева также бордюрный камень и пешеходные ограждения; далее за бордюрным камнем слева и справа расположен тротуар, на проезжей части разметка отсутствует, место происшествие находится в зоне действия регулируемого перекрестка, который на момент осмотра находится в рабочем состоянии, и в зоне действия дорожного знака «Пешеходный переход»; слева и справа от проезжей части на обочине имеются 2 мачты освещения; на участке местности имеются камеры видеонаблюдения. У угла здания по , справа от бордюра имеются пешеходные ограждения металлические, 2 пролета которогоотсутствуют на местности. Металлическое ограждение имеет повреждение в виде вогнутости вовнутрь, деформации. На ограждении обнаружен фрагмент кузова автомобиля с лакокрасочным покрытием зеленого цвета; указанное ограждение закреплено в асфальте тротуара, примыкающего к проезжей части, на тротуаре разбросаны множественные фрагменты пластика и металла транспортного средства, имеется деформация асфальтированного покрытия, непосредственно в 1-м метре от ограждения. Далее по ходу осмотра на тротуаре вдоль дороги на расстоянии 18,9 метров от угла имеется фрагмент металлического ограждения; вдоль бордюра имеются осколки и фрагменты от транспортного средства, обнаружены очки на расстоянии - 22,6 метра от угла ; От дорожного знака «Пешеходный переход» расположенного справа по ходу осмотра имеются следы на проезжей части дороги, образованные при перемещении транспортного средства, указывающие на признаки направления со стороны . Указанные следы транспортного средства начинаются от угла и ведут до осей транспортного средства ВАЗ 2112 г.р.з. М 758 ВТ 68, находящегося на встречной полосе движения и стоящего передней частью к металлическому ограждению, передней осью на тротуаре, ограждение имеет механические повреждения. Расстояние от заднего правого колеса а/м до правого края проезжей части составляет-16,7 метра, расстояние от заднего левого колеса а/м до правого края проезжей части составляет 18, 2 метра; расстояние от левого заднего колеса а/м до левого края проезжей части составляет- 1 метр; расстояние от левого заднего колеса а/м до угла составляет 40, 5 метров; расстояние от переднего левого колеса а/м до угла - 42 метра; у автомобиля имеются следующие механические повреждения - на заднем правом колесе вмят штампованный диск, вмята правая передняя дверь, правый порог, переднее правое колесо - резина (покрышка) порвана, деформировано правое переднее крыло, капот, передний бампер, блок фары спереди, экран стойки, лобовое стекло слева имеет трещину и вмятину, на крыше а/м слева в районе передней водительской двери, отсутствует левое зеркало заднего вида. На расстоянии 12,6 метра от переднего правого колеса а/м на обочине имеется металлическое ограждение, от проезжей части - 0,2 метра; расстояние от края проезжей части справа до середины юза а/м составляет - 9,8 метра; от середины юза до угла составляет - 34 метра. При осмотре автомобиля на крыше, имеется вмятина, обнаружены 2 волоса, которые помещены в бумажный конверт, опечатанный бумажной биркой с оттиском круглой печати ОП УМВД России по Тамбову (т.1, л.д.19-27).

Актом медицинского освидетельствования от , согласно которому, у ФИО1 признаков, позволяющих предположить наличие опьянения, не установлено; алкоголь в выдыхаемом воздухе 0,00 промилле; наркотических веществ в отобранных на пробу биологических объектах не обнаружено (т.1, л.д.32). 

Протоколом осмотра автомобиля принадлежащего П, с фототаблицей, согласно которым у автомобиля повреждены (по ходу движения): передний бампер справа; полимерный материал правого порога; защита днища справа под задней и передней частью салона; защита двигателя (т.1, л.д. 39-44).

Актом медицинского освидетельствования от , согласно которому, у П состояние опьянения, не установлено; алкоголь в выдыхаемом воздухе 0,00 промилле; наркотических веществ в отобранных на пробу биологических объектах не обнаружено (т.1, л.д.49).

Протоколом предъявления трупа для опознания от , согласно которому М опознал в погибшей свою мать М (т.1, л.д.61-64). 

Протоколом осмотра предметов с фототаблицей от , согласно которым осмотрен «диск с видеозаписью с камер наблюдения от ( спуск с моста). При вскрытии конверта обнаружен компакт-диск «introCD-R 80 min/700 MB, 1х -52х», серийный номер « 0654312081613». Диск помещен в дисковод компьютера НР, при открытии обнаружен видеофайл: «18(02-07-17 00"27"07)» AVIVideoFile 22095 КБ. При просмотре файла на проигрывателе « » установлено, запись производиться с камеры, установленной на некотором расстоянии от поверхности земли, столбе уличного освещения. Камера расположена на спуске с путепровода (моста), расположенного на перекрестке улиц . Запись производиться в темное время суток, в условиях пасмурной погоды, при работающем уличном освещении, которое исходит от столбов, установленных в данном месте. Запись черно-белая, продолжительностью 14 минут 34 секунды, состоит из фрагментов различной продолжительности, запечатлевших одно и то же событие - пешеход (по виду женщина) пересекает перекресток дорог, далее автомобиль совершает наезд на ограждение дороги. Момент наезда на пешехода остался за кадром. На видеозапись маркирована в левом нижнем углу: « (спуск с моста, на юг)»; в правом нижнем углу «дата 02.07.2017г. и время (в зависимости от проигрываемого фрагмента). 

Из фрагментов видеозаписи выбран тот, который начинается в 04.07 с момента начала просмотра записи, при этом на таймере времени и даты видеозаписи указано 0.25.20. В ходе просмотра данного фрагмента установлено: камера видеонаблюдения направлена на перекресток улиц и . На улице темно, пасмурно, проезжая часть мокрая. Перекресток искусственно освещается уличными фонарями. Движение на перекрестке регулируется светофорами, которые работают, но их сигналы не просматриваются из-за качества записи, вместо сигналов светофоров идет засветка. С различных направлений по сигналам светофора по перекрестку движется транспорт. Движение не интенсивное. В 5.12 с момента начала просмотра видеозаписи (00.26.26 по таймеру видеозаписи) в поле зрения видеокамеры попадает человека (по виду женщина), на которой одета в темную майку, светлые шорты чуть ниже колен. Женщина начинает переходить перекресток справа налево, относительно установленной камеры наблюдения. Сигнал светоора в этот момент не виден, автомобили, движущиеся с моста, стояли у перекрестка. Женщина переходит перекресток спокойным шагом наискосок. Когда женщина достигает середины дороги, транспорт начинает движение. Автомобили движутся с разных направлений, часть автомобилей проезжает мимо идущего человека. В 05.50 с момента начала записи(00.27.05 по таймеру видеозаписи) человек (женщина) пройдя весь перекресток, выходит на дорогу, ведущую в направлении (под мост с железнодорожными путями, идущими от вокзала Тамбов -1) и выходит за пределы видимости камеры наблюдения. В 05.53 с момента начала записи (0.27.08 по таймеру видеозаписи), справа, относительно установленной камеры наблюдения, по со стороны в направлении , движется автомобиль темного цвета, который пересекает перекресток, совершает наезд на ограждение проезжей части дороги, затем продолжая движение, в направлении указанном выше (в том же направлении куда ушел человек (женщина)), в 05.55 выезжает за пределы видимости камеры. В 06.11 с момента начала записи (00.27.25 по таймеру видеозаписи) на перекрестке появляется автомобиль черного цвета, который движется со стороны (направления, куда ушел человек (женщина) и проехал автомобиль). Данный автомобиль пересекает перекресток и продолжает движение по в направлении ли, что под днищем указанного автомобиля не видно. Далее, на записи, через перекресток проезжают различные автомобили и 08.48 с момента начала просмотра записи (00.34.16 по таймеру записи), фрагмент обрывается и начинается другой. Диск с видеозаписью признан и приобщен к материалам дела в качестве доказательства (т.1, л.д.111-118).

Заключением эксперта , согласно которому скорость движения автомобиля ВАЗ 21120 г.н. М 758 ВТ 68, под управлением водителя ФИО1 составляла 103 км/ч (т.1, л.д.128-133).

Актом судебно-медицинского исследования трупа от с фототаблицей и заключением судебно-медицинского эксперта № МД-46-2017 г., согласно которым у М обнаружены телесные повреждения, которые с учетом механизма их образования разделены на следующие группы:

1) Закрытая спинно-мозговая травма: разрыв межпозвоночного диска и связочного аппарата между 2-ым и 3-им грудными позвонками, разрыв спинного мозга, примерно на 1/2.

Закрытая черепно-мозговая травма: ссадины и кровоподтек на лице, кровоизлияние в мягкие покровы головы, кровоизлияние под мягкие мозговые оболочки.

Закрытая тупая травма грудной клетки: переломы левой и правой ключицы, множественные двусторонние переломы ребер, ушибы легких.

Закрытый перелом малоберцовой кости левой голени: множественные ссадины туловища, верхних и нижних конечностей.

2) Множественные ссадины туловища, верхних и нижних конечностей с наличием множественных поверхностных ран линейной формы.

Данные телесные повреждения возникли от действия тупого твердого предмета или ударе о таковой, возможно, при дорожно-транспортном происшествии 02.07.2017г.

Повреждения группы I - от первичного наезда.

Повреждения группы II - от попадания тела под днище другого автомобиля с последующим волочением.

Потерпевшая в момент первичного удара /наезда/ могла находиться задней частью тела по отношению к движущемуся автотранспортному средству.

Закрытая спинно-мозговая травма квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, согласно п. 6.1.13. «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утв. приказом Минздравсоцразвития России от 24.04.2008 г. № 194н.

Смерть М наступила от закрытой спинно-мозговой травмы, что подтверждается патоморфологической картиной вскрытия и гистологическими данными.

В крови от трупа найден этиловый спирт в количестве 2,3 промилле, что обычно у живых лиц соответствует алкогольному опьянению средней степени. Не обнаружены: опиаты и бензодиазепины (т.1, л.д.144-147, 148-149; 150-154).

Заключением биологической экспертизы от , согласно которому, кровь от трупа М, принадлежит к О альфа бета группе. Объекты, изъятые при осмотре автомобиля, по факту ДТП, являются волосами с головы человека, которые возможно переломлены. При определении групповой принадлежности двух волос выявлен антиген Н, что соответствует О альфа бета группе. Полученные результаты серологических исследований не исключают возможности происхождения данных волос от потерпевшей М (т.1, л.д.171-173).

Протоколом выемки от и протокол осмотра предметов с фототаблицей от , согласно которым в помещении морга ТОГБУЗ «БСМЭ» изъята одежда погибшей М: майка, бриджи, бюстгальтер, кроссовки. Изъятые предметы одежды осмотрены и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств, возвращены сыну погибшей М (т.1 л.д.193-194; 195-199).

Протоколом осмотра предметов с фототаблицей от , согласно которым осмотрен волос, изъятый с автомобиля в ходе осмотра места происшествия от Указанный волос признан и приобщен к уголовному делу в качестве вещественного доказательства (т.2, л.д.30-32, 33, 34).

Заключением автотехнической экспертизы от , согласно которому:

1. В заданной инициатором в исходных данных ситуации, водитель ФИО1 должен был действовать в соответствии с требованиями пунктов 8.1, 10.1 и 10.2 «Правил дорожного движения Российской Федерации».

2. Действия водителя ФИО1 не соответствовали требованиям безопасности движения и послужили причиной имевшего место происшествия.

3. Водитель ФИО1 располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода М (т.1, л.д.233-235).

Протоколом осмотра предметов и фототаблицей от , согласно которым, осмотрен автомобиль ВАЗ 21120 г.н. М 758 ВТ 68 в кузове «хетчбек», темно-зеленого цвета. При осмотре автомобиля обнаружены следующие повреждения: отсутствуют передний и задний бамперы, левое переднее крыло; государственные номера прикреплены непосредственно к кузову автомобиля; отсутствуют левое зеркало заднего вида, деформированы: капот, правое переднее крыло, брызговик под правым крылом, правая дверь, правый порог, правый лонжерон, крыша, моторный отсек в передней части; разбиты: лобовое стекло, передние блок - фары; все колеса автомобиля, за исключением переднего правого колеса находятся в накаченном состоянии; переднее правое колесо и заднее правое колесо и их диски деформированы; шина переднего правого колеса разорвана; на колесах установлены штампованные диски. Осмотренный автомобиль признан и приобщен в качестве вещественного доказательства по уголовному делу; передан на ответственное хранение ФИО1 (т.2, л.д.6-10; 11).

Копией карты вызова скорой медицинской помощи от , согласно которой бригада скорой помощи в составе фельдшеров К, Ш, водителя И прибыла по вызову сотрудников ГИБДД, в связи с дорожно-транспортным происшествием на . Пострадавшая неизвестная женщина 30-40 лет, не подающая признаков жизни, тело лежит в неестественной позе на асфальте на проезжей части, напротив 4-й поликлиники по ; со слов очевидца и сотрудников ГИБДД, была замечена под колесами неизвестного автомобиля, предположительно «Тойота», который на сигналы остановиться не реагировал и после того как переехал тело женщины и оно осталось лежать на асфальте, продолжил движение в неизвестном направлении; телесные повреждения: множественные раны и ссадины тела, следы протектора шин на передней брюшной стенке и правом предплечье, раны верхней трети правого бедра и верхней трети правой голени, следы крови на асфальте диагноз: «смерть до приезда бригады СМП, причина неизвестна» (т.2, л.д.212). 

Оценивая вышеизложенные письменные доказательства, суд считает, что они соответствуют требованиям, установленным уголовно-процессуальным законом, полностью согласуются между собой и другими доказательствами по делу, сомнений у суда не вызывают, суд признаёт их относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами и кладёт их в основу приговора.

Довод подсудимого о том, что в протоколе осмотра места происшествия и в схеме к нему следователь не отразил следы торможения, которые имелись на асфальте и которые свидетельствовали о его маневре торможения, суд считает необоснованным.

Указанные следственные документы составлены в присутствии ФИО1 и понятых, с участием эксперта П. После завершения процессуальных действий каких-либо замечаний, в том числе касающихся правильности и полноты записи, от участников уголовного судопроизводства, в том числе от подсудимого, не последовало. Более того, ФИО1 был согласен и подписал протокол осмотра места происшествия и схему. Данные, указанные в протоколе осмотра и схеме к нему, носят однозначный характер, ясны и не противоречат другим доказательствам по делу, подтверждают обстоятельства произошедшего дорожно-транспортного происшествия. Свидетели З, Ч и эксперт П подтвердили правильность составления данных документов, отсутствие каких-либо возражений со стороны ФИО1.

При просмотре в судебном заседании видеозаписи с камеры видеонаблюдения установлено, автомашина под управлением ФИО1, двигалась по со значительной скоростью, прямолинейно, до момента наезда на дорожное перекрытие, траектория ее движения не менялась, стоп-сигналы не загорались, что полностью опровергают показания подсудимого.

Несогласие ФИО1 с заключением видео-технической экспертизы, в ходе которой была определена скоростью движения автомашины , суд принять во внимание не может по следующим основаниям.

В период предварительного расследования совместно с защитником ФИО1 был ознакомлен с данной экспертизой, никаких возражений либо замечаний по ее результатам не высказал. В судебном заседании он признал факт превышения скорости движения автомобиля под его управлением, что подтверждается видеозаписью. Также, при наезде и ударе пешеход М отлетела по высокой траектории на значительное расстояние, а автомобиль ВАЗ проехал еще 21,3 метров, и врезался в дорожное ограждение на встречной полосе. 

Заявление подсудимого, что пострадавшая М передвигалась по середине проезжей части, тем самым создавая помеху движения его автомобилю, является необоснованным. Так по обстоятельствам дела установлено, М в указанное время пересекла перекресток и шла в попутном с ФИО1 направлении по краю проезжей части. Он, управляя автомашиной ВАЗ 21120, при движении переместился в правую сторону, допустил наезд на дорожное ограждение, а потом на потерпевшую М, после чего проехал до другого дорожного перекрытия на встречной полосе. На асфальте зафиксированы следы юза его автомобиля, которые прослеживаются от края проезжей части, места, где предположительно произошел наезд на пешехода. Данная информация зафиксирована на схеме места совершения правонарушения, со слов свидетеля Ч, подсудимый указал место наезда на пешехода, и оно было запечатлено в схеме. Свидетель С показал, он видел женщину у бордюрного камня, которая закончила переходить перекресток на разрешающий сигнал светофора. То есть пешеход М передвигалась по краю проезжей части и не создавала никаких помех подсудимому для движения. 

Оценивая заключения судебных экспертиз, суд полагает, что они проведены в соответствии с требованиями закона, компетентными и квалифицированными специалистами, являются полными, выводы мотивированы и ясны, сомнений у суда не вызывают, а кроме того подтверждаются доказательствами, исследованными судом в судебном заседании. Заключения экспертиз не носят предположительный характер, усматривается, какие исследования и в каком объёме были проведены, какие факты они установили и к каким выводам пришли, а поэтому сомневаться в компетентности и беспристрастности экспертов, а также в обоснованности и законности, сделанных ими заключений не имеется. Эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ.

Далее, вина подсудимого подтверждается заключением дополнительной судебно-медицинской экспертизы № МД-46-2017, согласно которой, у М обнаружены следующие телесные повреждения, которые с учетом механизма их образования можно разделить на следующие группы:

1) Закрытая спинно-мозговая травма: разрыв межпозвоночного диска и связочного аппарата между 2-ым и 3-им грудными позвонками, разрыв спинного мозга, примерно на 1/2.

Закрытая черепно-мозговая травма: ссадины и кровоподтек на лице, кровоизлияние в мягкие покровы головы, кровоизлияние под мягкие мозговые оболочки.

Закрытая тупая травма грудной клетки: переломы левой и правой ключицы, множественные двусторонние переломы ребер, ушибы легких.

Закрытый перелом малоберцовой кости левой голени: множественные ссадины туловища, верхних и нижних конечностей.

2) Множественные ссадины туловища, верхних и нижних конечностей с наличием множественных поверхностных ран линейной формы.

Данные телесные повреждения возникли от действия тупого твердого предмета или удара о таковой, возможно при дорожно-транспортном происшествии 02.07.2017г.

Повреждения группы 1 - от первичного наезда, в результате удара выступающими частями движущегося автомобиля с забрасыванием тела на капот и последующим его отбрасыванием на полотно дороги. При забрасывании тела на капот с последующим его отбрасыванием на полотно дороги происходит чрезмерное сгибание или разгибание позвоночного столба. Показания свидетеля С: « … данная женщина со стороны встречной обочины (тротуара) летит по высокой траектории и падает перед передней частью автомобиля и повышенная масса тела потерпевшей дают основание считать, что чрезмерное разгибание или сгибание позвоночного столба происходило с дополнительной нагрузкой. Как показывает судебно-медицинская практика, при переезде грудной клетки человека характерно наличие наружных повреждений в виде полосчатых осаднений и кровоподтеков на коже в поперечном направлении по отношению к движению колеса - «первичный щипок», отпечатков рисунка протектора колеса в процессе накатывания и внутренних - в виде отслойки кожи с образованием обширных «карманов», заполненных излившейся кровью, которые образуются в результате вращения и скольжения движущегося колеса, характерных тройных переломов ребер с разным механизмом образования, переломов лопаток, множественных переломов позвоночника и обширных повреждений внутренних органов. Однако таких повреждений при судебно-медицинской экспертизе трупа М обнаружено не было. Таким образом, учитывая характер спинно-мозговой травмы, возможный механизм получения и обстоятельства, а также отсутствие повреждений, характерных для переезда грудной клетки колесом автомобиля, можно сделать вывод, что закрытая спинно-мозговая травма возникла от чрезмерного сгибания или разгибания позвоночного столба при забрасывании тела на капот автомобиля с последующим его отбрасыванием на полотно дороги. 

Повреждения группы II - от попадания тела под днище другого автомобиля с последующим волочением.

Потерпевшая в момент первичного удара /наезда/ могла находиться задней частью тела по отношению к движущемуся автотранспортному средству.

Отсутствие каких-либо достоверных признаков, в том числе, и данных экспертизы о наличии биологических веществ и следов одежды на днище автомобиля, не дает возможности высказаться о расположении М в момент наезда автомобиля и механизма попадания тела под днище указанного автомобиля. 

Закрытая спинно-мозговая травма квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, согласно п. 6.1.13. «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утв. приказом Минздравсоцразвития России от 24.04.2008 г. № 194н.

Смерть М наступила от закрытой спинно-мозговой травмы, что подтверждается патоморфологической картиной вскрытия и гистологическими данными.

В крови от трупа найден этиловый спирт в количестве 2,3 промилле, что обычно у живых лиц соответствует алкогольному опьянению средней степени. Не обнаружены: опиаты и бензодиазепины (т.3, л.д.12-17).

В судебном заседании допрошен эксперт ТОГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» Ш, давший вышеуказанное заключение, который подтвердил выводы, изложенные в заключении. Дополнил,смерть потерпевшей наступила в результате спинно-мозговой травмы в виде разрыва связочного аппарата и межпозвоночного диска между 2 и 3 грудными позвонками и частичным разрывом спинного мозга. Весь механизм травмы у потерпевшей возник при наезде первого транспортного средства, который состоял из 3 этапов: сам наезд, потом забрасывание тела на капот автомобиля и отбрасывание на полотно дороги. В данном случае в тело потерпевшей был удар с очень большой силой (скорость автомобиля) в одном месте; потом ее забросило на капот, где было несколько травмирующих воздействий; а затем оно перелетело на противоположную сторону дороги. В результате данных действий происходили неоднократные разгибательные и сгибательные движения, кручение тела, которые привели к разрыву диска, связочного аппарата. Об этом свидетельствует остистый отросток, расположенный в спинном мозге, который был не поврежден, при переезде транспортного средства он был бы сломан или раздавлен. Дальнейшее попадание тела потерпевшей под днище автомобиля Тойота не повлияло на смертельный исход, так как смерть у М наступила от наезда первого автомобиля. У потерпевшей было два вида повреждений, которые возникли от первичного удара и второй тип, с поперечными, поверхностными ранами, возникшими в результате протаскивания тела по полотну дороги. Данные телесные повреждения были множественные, то есть контактное травмирующее воздействие на потерпевшую при указанном механизме повреждений было неоднократно, при этом менялась ее траектория движения. Оказание медицинской помощи потерпевшей после ДТП не дало бы положительных результатов, так как смерть наступила быстро ввиду тяжести травмы и действия водителя второго автомобиля не могли повлиять на указанный факт. После получения указанных телесных повреждений потерпевшая была без сознания, так как после удара головой с субарахноидальным кровоизлиянием, совершать активные действия она не могла. При переезде транспортного средства на теле потерпевшего остаются внешние и внутренние повреждения. Так, на теле остается след протектора автомобиля, который по истечении времени становится более заметным и исчезнуть не может; имеются переломы ребер грудной клетки в радиусе 17 см (ширина колеса) и по трем анатомическим линиям - сверху, снизу и в середине, т.е. грудная клетка деформируется в переднем и заднем направлении; происходит раздавление и разрывы внутренних органов, массивная кровопотеря ввиду повышения внутригрудного и внутрибрюшного давления. В данном случае у потерпевшей имеются переломы грудной клетки по одной анатомической линии, двойные и локальные. Никаких повреждений во внутренних органах не имелось, за исключением разрывов стенок альвеол в легких, что свидетельствует об ушибе. На момент проведения исследования внутренние органы были полнокровные. Перелом голени у потерпевшей образовался от удара о выступающую часть автомашины - бампер; перелом ребер и ключицы - при запрокидывании на крышу автомашины, а потом при падении на дорожное полотно. В ходе проведения дополнительной судебной экспертизы он изучал материалы уголовного дела в полном объеме.

Никакого предвзятого отношения либо преднамеренности, заинтересованности в показаниях эксперта суд не усматривает, считает их достоверными, понятными, последовательными, не вызывающими сомнений, не свидетельствующими об уклонении данного лица от дачи заключения экспертизы, а поэтому полагает необходимым положить их в основу приговора суда.

Эксперт в судебном заседании ответил на все вопросы, поставленные стороной защиты, его пояснения не противоречат выводам, изложенным в заключении экспертизы, основаны на материалах дела. Он имеет высшую квалификационную категорию, достаточно компетентен в общем предмете исследования, оснований сомневаться в его компетентности у суда не имеется. Эксперт был предупрежден об уголовной ответственности за дачу ложного заключения по ст. 307 УПК РФ. Данных о наличии оснований, исключающих его участие в производстве по уголовному делу, об его заинтересованности в исходе дела не представлено и судом не установлено.

Оценивая заключение эксперта от , а также заключение дополнительной судебно-медицинской экспертизы от с точки зрения законности и обоснованности, суд считает, они постановлены в соответствии с Федеральным законом от № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ»; Правилами и Медицинскими критериями определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека; нормами уголовно-процессуального закона, регламентирующими порядок назначения и производства экспертных исследований.

Настоящие экспертные заключения содержат выводы, которые подписаны экспертом, поскольку он обладает специальными познаниями, являются полными, мотивированы и ясны, сомнений у суда не вызывают, подтверждаются доказательствами, исследованными судом в судебном заседании, и пояснениями эксперта в суде.

Экспертные заключения не носят предположительный характер, усматривается, какие исследования и в каком объёме были проведены, какие факты они установили и к каким выводам пришли, основаны на материалах дела, то есть являются научно-обоснованными, непротиворечивыми и понятными.

Заключения эксперта оформлены надлежащим образом, соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ. Органами следствия эксперту был предоставлен необходимый и достаточный для этого материал.

Права обвиняемого ФИО1 при назначении и производстве указанных экспертиз нарушены не были. Он и его защитник были ознакомлены с постановлением о назначении экспертиз. При ознакомлении с результатами дополнительной экспертизы они реализовали в полной мере свои процессуальные права путём заявления соответствующего ходатайства, которое было рассмотрено следователем в установленном законом порядке, с вынесением мотивированного решения.

Сторона защиты выражает несогласие с выводами дополнительной экспертизы, считая установленным факт переезда автомобилем Тойота через тело потерпевшей М с причинением смертельной травмы. 

Выслушав доводы стороны защиты, оценив и сопоставив их с вышеприведённым заключением, а также с иными доказательствами по делу, суд приходит к выводу об их необоснованности по следующим основаниям.

Как следует из заключения дополнительной экспертизы, закрытая спинно-мозговая травма, которая повлекла за собой смерть потерпевшей М, была причинена от первичного наезда автомобилем , в результате удара выступающими частями движущегося автомобиля с забрасыванием тела на капот и последующим его отбрасыванием на полотно дороги. При указанном механизме травмы происходит чрезмерное сгибание или разгибание позвоночного столба.

Указанный механизм причинения телесного повреждения согласуется с показаниями ФИО1 об обстоятельствах наезда на потерпевшую с забрасыванием ее на капот автомобиля и ударом в лобовое стекло, крышу, и последующим отбрасыванием на полотно дороги; показаниями свидетеля С о том, что он видел как тело женщины летело по высокой траектории, с человеческий рост, с левой стороны дороги и упало на асфальт перед автомобилем Тойота; протоколом осмотра места происшествия, в ходе которого зафиксирована дорожно-транспортная обстановка с расположением автомобиля , повреждений на дорожном ограждении, следов юза автомобиля. 

Данный механизм причинения телесного повреждения эксперт Ш подтвердил в судебном заседании, более подробно рассказал, как он осмотрел позвоночник, какие проводил с ним манипуляции, ответил на вопросы стороны защиты по данному аспекту, не внеся никаких сомнений, указал, по каким основаниям он пришел к такому выводу.

В исследовательской части дополнительной экспертизы указано, при исследовании костей позвоночника путем рассечения мягких тканей обнаружено: разрывы межпозвоночного диска, передней и задней продольных связок, желтой связки между 2-ым и 3-им грудными позвонками. При исследовании спинного мозга обнаружен его разрыв на 1/2. В области указанных повреждений, края носят мелко-фестончатый характер с наличием темно-красных кровоизлияний в ткани (т.3, л.д.16). То есть, эксперт детально исследовал позвоночник, осмотрел его со всех ракурсов, описал подробно обнаруженные повреждения.

Согласно гистологическому исследованию внутренних органов - головной мозг, сердце и другие органы, существенных повреждений не имеют, легкие - имеют очаговые разрывы стенок альвеол с фокусами кровоизлияний, субарахноидальное кровоизлияние.

Таким образом, на основании объективных сведений, полученных в ходе осмотра трупа; при гистологическом исследовании внутренних органов; из материалов уголовного дела - показаний свидетелей, то есть всей совокупности приведенных доказательств, которые признаны судом достоверными и допустимыми, положены в основу приговора суда, эксперт пришел к выводу, закрытая спинно-мозговая травма у М возникла от чрезмерного сгибания или разгибания позвоночного столба при вышеуказанном механизме получения травмы. Упомянутый механизм причинения телесного повреждения никаких сомнений у суда не вызывает. 

При этом закрытая спинно-мозговая травма у М возникла при дорожно-транспортном происшествии , от первичного наезда транспортного средства , которым управлял подсудимый. Смерть М наступила от указанной травмы. 

Возможность причинения закрытой спинно-мозговой травмы в результате переезда автомобилем Тойота через тело пострадавшей экспертом исключается.

Как следует из экспертизы и подтвердил в суде эксперт Ш, у М отсутствуют внешние признаки переезда - полосчатые осаднения и кровоподтеки на коже в поперечном направлении по отношению к движению колеса - «первый щипок», отпечатки рисунка протектора колеса в процессе накатывания; у нее имеются множественные ссадины туловища, верхних и нижних конечностей с наличием множественных поверхностных ран линейной формы, которые образовались в результате попадания тела под днище автомобиля с последующим волочением.

При исследовании в судебном заседании цветных фотоснимков трупа М данные сведения подтвердились, что свидетельствует о достоверности утверждений эксперта. Никакого вдавления, о чем заявляет сторона защиты, на теле М не просматривается, конфигурация тела потерпевшей не нарушена, в области живота слева имеется обширная ссадина, которая возникла от трения и волочения, ввиду попадания тела под днище автомобиля и протаскивания его на значительное расстояние, правая сторона тела внешне без повреждений. 

При переезде транспортного средства, как показал эксперт Ш, имеют место переломы ребер по трем анатомическим линиям - сверху, снизу и в середине, т.е. грудная клетка деформируется в переднем и заднем направлении; когда колесо автомобиля совершает движение через тело, происходит раздавление и разрывы внутренних органов, массивная кровопотеря ввиду повышения внутригрудного и внутрибрюшного давления.

В данном случае, исходя из заключения экспертизы, указанных повреждений у М не имелось.

У погибшей имелась закрытая тупая травма грудной клетки, включающая в себя переломы ключицы и ребер, ушиб легких, которая свидетельствует о расположении переломов по одной анатомической линии (спереди либо сзади), локально, они возникли, при запрокидывании тела на капот и крышу автомобиля, а потом при падении на дорожное полотно. 

Утверждение стороны защиты, что на фотографии №4, приложенной к заключению (т.1, л.д. 143), показана грудная клетка М, которая полностью провалена, является необъективным, так как на трупе имеются следы рассечения, что указывает на проведение экспертом вскрытия, при котором грудная клетка рассекается для проведения дальнейшего внутреннего исследования. 

Ушиб легкого с наличием очаговых разрывов стенок альвеол с фокусами кровоизлияний возникает, как указал эксперт, только при ударно-травмирующем воздействии. При переезде транспортного средства повреждение одного легкого не возможно, так как травмирующее воздействие на внутренние органы идет на поражающую площадь не менее 17 см (ширину колеса автомашины), что приводит к повреждению и других внутренних органов. У потерпевшей М в ходе гистологического исследования это обнаружено не было. 

Также, разрыв межпозвоночного диска и связочного аппарата при переезде транспортного средства через тела человека причинить невозможно. Учитывая вес транспортного средства, его габариты, при переезде тело будет раздавлено, а соответственно будут раздавлены межпозвоночные диски и связочный аппарат, то есть механизм образования телесных повреждений от разрыва и от раздавления, разный. Поэтому, исходя из логики заключения и пояснений эксперта, им сделан обоснованный вывод о механизме причинения закрытой спинно-мозговой травмы.

Ссылки стороны защиты на то, что наличие технических повреждений у автомобилей и свидетельствуют о переезде, являются необоснованными.

Повреждения у автомобиля в области бампера, капота, лобового стекла и крыши слева свидетельствуют о том, что наезд на пешехода был совершен указанной частью автомобиля. Учитывая показания подсудимого об обстоятельствах наезда, наличие технических повреждений и заключение дополнительной экспертизы, то они в совокупности подтверждают механизм причинения телесных повреждений М, в результате которого, получив удар в левую ногу, она подлетела вверх, упала на капот, где ударилась о лобовое стекло, а потом о крышу автомобиля.

В силу чего, потерпевшая получала неоднократные травмирующие воздействия, траектория ее движения менялась в зависимости от попадания на определенную часть автомашины, а учитывая высокую скорость автомобиля, которая послужила увеличением силы удара и дополнительной нагрузки на ее тело, у М происходило чрезмерное сгибание или разгибание позвоночного столба, которое привело к разрыву межпозвоночных дисков, связочного аппарата и спинного мозга. 

Технические повреждения, обнаруженные под днищем автомобиля Тойота, подтверждают обстоятельства дела о том, что тело М находилось под днищем, было проволочено до поликлиники . Ни о каком переезде данные технические повреждения указывать не могут. Свидетели П, П и С в судебном заседании показали, при движении автомобиля Тойота с перекрестка ничего необычного они не заметили, автомобиль тронулся с места и поехал по , никаких препятствий для его движения они не увидели, а водитель не почувствовал.

Показания свидетелей С и С о том, что они видели следы протекторов шин на теле М, не могут доказывать факт переезда. Исходя из обстоятельств дела, показаний иных свидетелей и заключения экспертов следует, тело находилось под днищем автомобиля, ближе к заднему колесу, при движении транспортного средства билось между днищем и дорогой. Данный след по истечении непродолжительного времени ввиду дождливой погоды исчез, что может говорить о пылегрязевом следе, который образовался от трения и волочения тела под днищем автомобиля.

Пояснения эксперта Ш, высказанные в судебном заседании на вопрос стороны защиты о предположительном механизме попадания тела М под днище автомобиля, не влияют на правильность выводов проведенной им экспертизы. Эксперт указал, что точно ответить на данный вопрос он не может, ввиду отсутствия каких-либо объективных данных, биологических веществ и следов одежды на днище автомобиля, а может высказать предположение об отсутствии повреждений, характерных для переезда грудной клетки колесом автомобиля, исходя из характера имеющейся спинно-мозговой травмы и механизма ее причинения. 

По мнению суда, установление механизма попадания тела пострадавшей под днище автомобиля Тойота, существенного значения для обвинения не имеет.

Согласно заключению автотехнической экспертизы, действия водителя ФИО1 не соответствовали требованиям безопасности дорожного движения и послужили причиной случившегося. Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы, смерть М наступила от закрытой спинно-мозговой травмы, полученной ею в дорожно-транспортном происшествии от первичного наезда транспортного средства , которым управлял подсудимый. То есть наступившие последствия дорожно-транспортного происшествия находятся в прямой причинной связи с допущенными ФИО1 нарушениями Правил дорожного движения. 

В силу изложенного, различные рассуждения стороны защиты на этот счет, суд считает неубедительными, а поэтому во внимание не принимает.

В судебном заседании сторона защиты заявила ходатайство о назначении повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизы с целью установления, имелись ли у потерпевшей М телесные повреждения, образовавшиеся от наезда автомобилем либо от переезда автомобилем , ввиду возникших у неё сомнений в обоснованности выводов, содержащихся в ранее проведенных экспертиз. По мнению стороны защиты, выводы данных экспертиз противоречат заключению специалиста, представленного ими, и свидетельствуют о необходимости повторного исследования спорного вопроса.

Согласно части 2 статьи 207 УПК РФ при возникновении сомнений в обоснованности заключения эксперта или при наличии противоречий в выводах экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, производство которой поручается другому эксперту.

В силу разъяснений, содержащихся в п.15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2010 года № 28 «О судебной экспертизе по уголовным дела», необоснованным следует считать такое заключение эксперта, в котором недостаточно аргументированы выводы, не применены или неверно применены необходимые методы и методики экспертного исследования.

Суд также вправе назначить повторную экспертизу, если установит факты нарушения процессуальных прав участников судебного разбирательства при назначении и производстве судебной экспертизы, которые повлияли или могли повлиять на содержание выводов эксперта.

Выслушав доводы стороны защиты, оценив их в совокупности с представленными доказательствами по делу, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для назначения повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизы.

Судом установлено, водитель ФИО1, управляя автомобилем, двигаясь по , значительно превысив скорость движения, в результате возникновения опасности в виде пешехода М, находящейся на проезжей части, своевременно мер к снижению скорости вплоть до полной остановки транспортного средства не предпринял, вследствие чего допустил столкновение с дорожным ограждением, а затем наезд на пешехода М.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы у М обнаружено телесное повреждения в виде закрытой спинно-мозговой травмы, которая квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, от которого наступила смерть потерпевшей.

Выводы государственного судебно-медицинского эксперта, имеющего высшее медицинское образование, специальную подготовку по специальности «судебно-медицинская экспертиза», предупреждённого об уголовной ответственности за дачу ложного заключения, являющегося незаинтересованными в исходе дела лицом, основаны на исследовании трупа М, содержат результаты данного исследования, признаны экспертом достаточным для проведения судебно-медицинского исследования и разрешения поставленных вопросов о механизме образования, локализации и давности образования телесных повреждений у потерпевшей, степени тяжести вреда здоровью, содержат ответы на все поставленные вопросы.

Заключения эксперта получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства и Правил определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека. В них содержится, кем и на каком основании проводились исследования, они отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам такого рода, которые суд оценивает по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств дела в совокупности, каких-либо нарушений в заключении не содержится.

Согласно заключениям судебно-медицинских экспертиз, имеющиеся у М телесные повреждения в виде закрытой спинно-мозговой травмы и другие, могли образоваться при обстоятельствах, когда ФИО1 совершил на нее наезд, то есть при дорожно-транспортном происшествии . 

Таким образом, сформулированные в заключениях выводы экспертов не вызывают новых вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств уголовного дела. Вопросы, предложенные защитой, ранее уже ставились перед экспертами и на них даны ответы, которые не содержат неясностей и противоречий, требующих устранения путём проведения повторной комиссионной экспертизы и привлечения к участию в деле иных специалистов. 

Довод стороны защиты о том, что в ходе предварительного расследования следователь по уголовному делу назначал повторную комиссионную судебно-медицинскую экспертизы, а, следовательно, у следствия возникли сомнения в обоснованности проведенной дополнительной экспертизы, суд во внимание принять не может. 

Следователь, как процессуально самостоятельное лицо, определяет ход предварительного следствия, решает какие следственные действия необходимо провести, а какие нет, имеет право обратиться за получением судебного решения для проведения отдельных следственных действий. 

В ходе назначения указанной экспертизы в период следствия, следователь обращался в Ленинский районный суд г. Тамбова с ходатайством о проведении эксгумации трупа М для проведения повторной экспертизы, в удовлетворении ему было отказано в виду отсутствия для этого законных оснований.

В настоящее время, суд также не видит необходимости в назначении и проведении повторной экспертизы по вышеуказанным основаниям, в том числе, с эксгумацией трупа, а поэтому решение следователя по данному вопросу не может служить основанием для вынесения положительного решения по ходатайству стороны защиты. 

Судом исследовано заключение специалиста П от (т.2, л.д.224-244), которое проводилось на основании запроса стороны защиты. Вопросы, которые ставились перед специалистом, касались моментов наличия у потерпевшей М телесных повреждений, степени их тяжести и причинно-следственная связь с наступлением смерти, которые образовались от наезда автомобилем либо переездом автомобилем Тойота.

Согласно заключению специалиста - у потерпевшей М имелись телесные повреждения, характерные для 1-2 фазы наезда легкового автомобиля на пешехода: закрытый перелом левой малоберцовой кости (1 фаза) и ЗЧМТ с субарахнаидальными кровоизлияниями (2 фаза). Закрытый перелом левой малоберцовой кости мог возникнуть от удара бампером автомобиля ВАЗ 2112. Без осмотра автомобиля, одежды и обуви потерпевшей ответить конкретно на поставленный вопрос не представляется возможным. ЗЧМТ с субарахнаидальными кровоизлияниями возникли во второй фазе наезда при ударе головой потерпевшей в лобовое стекло, о чем свидетельствует наличие вдавленного в салон многооскольчатого повреждения лобового стекла и наличие кровоизлияния в мягких покровах головы в лобно-теменной области слева размерами 12,5х7,5 см, образовавшихся в месте соударения головы с лобовым стеклом. Данные повреждения у живых лиц влекут за собой длительное расстройство здоровья продолжительностью свыше трех недель (более 21 дня), и в соответствии с п. 7.1. Приказа Минздравсоцразвития РФ от н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», квалифицируются как вред здоровью средней степени тяжести.

Также, у потерпевшей М имелись переломы обеих ключиц, множественные переломы ребер со сдавлением легких и очаговыми разрывами стенок альвеол с фокусами кровоизлияний и перелом грудного отдела позвоночника на уровне 2-3 грудных позвонков с неполным разрывом спинного мозга, которые образовались при перекатывании колеса или колес транспортного средства Toyota-Camry через грудную клетку потерпевшей (4 фаза столкновения автомобиля с пешеходом). Перекатывание через тело потерпевшей задними колесами автомобиля не произошло из-за того, что тело застряло под днищем автомобиля, о чем свидетельствует наличие повреждений пластикового покрытия на днище автомобиля Toyota-Camry с задирами покрытия спереди-назад, наличие разрывов на одежде, наличие множественных ссадин и поверхностных ран линейной формы туловища, верхних и нижних конечностей потерпевшей, образовавшихся при зацепе за днище автомобиля Toyota-Camry. В соответствии с п. 6.1.13. Приказа Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 г. № 194н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», квалифицируются как тяжкий вред здоровью. Имеется прямая причинно-следственная связь между комплексом этих повреждений и наступлением смерти потерпевшей М.

По ходатайству стороны защиты в судебном заседании был допрошен специалист П, который показал, по результатам исследования он пришел к выводу, при первичном исследовании трупа М имеются существенные недостатки, вывод о механизме образования телесных повреждений сделан по не полностью исследованным данным. Эксперт при наружном исследовании не исследовал обувь потерпевшей; мягкие ткани бедер и голени, спины - позвоночный канал, его связки и отростки; не описал переломы костей ключиц, ребер и позвоночника; не указал, в какой фазе столкновения автомобиля с пешеходом произошли смертельные повреждения, какой его частью были причинены каждое телесное повреждение; не осмотрел и не исследовал автомобили участников ДТП либо фотоиллюстрацию повреждений на автомобилях. В ходе изучения материалов дела он пришел к выводу, что вначале был удар автомобилем Тойота правой частью бампера в тело потерпевшей (о чем свидетельствует повреждение на автомобиле), затем произошло перекатывание передним правым колесом автомобиля через тело. Об этом свидетельствуют микроскопическое исследование легких, в которых обнаружена острая эмфизема участка с разрывом межальвеолярных перегородок; обнаруженные задиры обшивки пластины днища автомобиля, за которые зацепились тело потерпевшей и застряло; двусторонние симметричные переломы ключиц, ребер с 2-го по 9-е справа, позвоночника с разрывом межпозвоночного диска между 2 и 3 грудными позвонками и неполный разрыв спинного мозга. Указанные телесные повреждения образовались от сдавления, а не от удара, при перекатывании колесом автомобиля через грудную клетку, каких-либо разрывов мягких тканей при этом не образуется. Когда автомобиль сдал назад, повторно переехал правым колесом по телу потерпевшей, он освободился от нее и покинул место происшествия. След протектора шин автомобиля мог быть оставлен только при перекатывании колеса через тело, от вращающегося колеса след не останется. У М имелись пылегрязевые следы от рисунка протектора, которые от дождя смылись. Считает, что на фотографиях трупа просматривается грудная клетка потерпевшей, которая фактически провалена, сломлена справа, все ссадины на туловище, ягодице и часть на бедре с горизонтальными трассами расположены слева, что указывает на любое положение потерпевшей в момент переезда. Но когда она зацепилась за поврежденную обшивку днища под правым колесом, ее положение стабилизировалось на левом боку и при дальнейшем движении автомобиля образовались множественные ссадины, раны, параллельные трассы в результате трения о дорожное полотно. Целостность остистых отростков позвоночного канала определяется при рассечении спины тела человека.

Исследовав представленные стороной защиты заключение специалиста, суд относится к нему критически, считает его недостоверным и противоречащим установленным обстоятельствам по делу. Оно выдвигает предположение о необоснованности сделанных судебно-медицинским экспертом выводов, и соответственно, невозможности принятия экспертных заключений в качестве доказательств по делу, ставит под сомнение достоверность обстоятельств, причинения М телесных повреждений и обвинение, предъявленное ФИО1.

Из материалов уголовного дела следует, указанный специалист не участвовал в уголовном судопроизводстве в качестве специалиста в порядке, определённом ст. 168 УПК РФ, копии материалов дела нему представлены не в порядке ст. 270 УПК РФ, поэтому достоверность выводов специалиста, не основанных на материалах дела, в силу изложенного вызывают сомнения.

Ставя под сомнение правильность и обоснованность суждений, изложенных специалистом в заключении, суд учитывает, они опровергаются взятыми за основу приговора доказательствами и установленными на их основании фактическими обстоятельствами дела, заключениями судебных экспертиз, проведенными экспертом, предупреждённым об уголовной ответственности в установленном уголовно-процессуальном порядке.

К показаниям специалиста П суд, с учётом вышеизложенной критической оценки данного заключения, а также выводов судебно-медицинского эксперта, подтверждённых последним при допросе в судебном заседании, и данных им разъяснений, касающихся заключений, относится критически и не принимает их во внимание.

В силу разъяснений, содержащихся в п. 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2001г. № 28 «О судебной экспертизе по уголовным делам», специалист не проводит исследование вещественных доказательств и не формулирует выводы, а лишь высказывает суждение по вопросам, поставленным перед ним сторонами. Поэтому в случае необходимости проведения исследования должна быть произведена судебная экспертиза.

Заключения и показания специалиста подлежат проверке и оценке по общим правилам (его компетентности и незаинтересованность в исходе дела, обоснованность суждений и др.) и могут быть приняты судом или отвергнуты, как любое другое доказательство. 

Названное заключение специалиста фактически представляют собой рецензию на заключение судебно-медицинского эксперта, в которой сделан вывод о необоснованности ранее проведенных исследований и полученных выводов, указано на нарушения уголовно-процессуального закона и нормативных документов, регламентирующих экспертную деятельность. 

В то время как нормативные документы, регламентирующие экспертную деятельность, не предоставляют специалисту право входить в оценку выводов других экспертов, которые привлечены к участию в уголовном деле в соответствии с нормами УПК РФ и предупреждены об ответственности за заведомо ложное заключение.

Согласно заключению специалиста и его показаниям, у потерпевшей М имеют телесные повреждения в виде переломов обеих ключиц, множественных переломов ребер со сдавлением легких и очаговыми разрывами стенок альвеол с фокусами кровоизлияний, перелом грудного отдела позвоночника на 2-3 грудных позвонках с неполным разрывом спинного мозга. Весь комплекс этих повреждений характерен для перекатывания колеса или колес транспортного средства через грудную клетку потерпевшей. Указанные телесные повреждения квалифицируются как тяжкий вред здоровью. Имеется прямая причинно-следственная связь между комплексом этих повреждений и наступлением смерти потерпевшей М. 

С данными заявлениями суд не может согласиться по следующим основаниям. 

Согласно заключению дополнительной судебно-медицинской экспертизы, которое признано достоверным доказательством, положено в основу приговора суда, у потерпевшей М имеет место закрытая спинно-мозговая травма: разрыв межпозвоночного диска и связочного аппарата между 2 и 3 грудными позвонками, разрыв спинного мозга, а также закрытая тупая травма грудной клетки.

В судебном заседании эксперт Ш поддержал данные выводы экспертизы, в доступной и понятной форме описал основания, по которым он пришел к выводу о наличии у потерпевшей указанных телесных повреждений. Никакого перелома грудного отдела позвоночника он не обнаружил, объяснил мотивы, по которым исключает в данном случае переезд тела потерпевшей М транспортным средством.

В Медицинских критериях, квалифицирующих признаки тяжести вреда здоровью, имеется телесные повреждения, относящиеся к данной категории, разрыв межпозвоночного диска (6.1.13) и перелом грудного отдела позвоночника (6.1.12). Они указаны в различных пунктах медицинских критериев, соответственно, относятся к различным телесным повреждениям. Однако специалист по непонятным причинам объединил весь комплекс причиненных потерпевшей телесных повреждений, входящих в закрытую спинно-мозговую травму, указав на наличие у М перелома грудного отдела позвоночника.

Согласно заключению судебно-медицинского эксперта, у М не обнаружено перелома грудного отдела позвоночника, следовательно, специалист, не исследуя труп погибшей, не проводя ее вскрытие, установил у нее телесное повреждение, которое не имеет места. При этом разрыв межпозвоночного диска и связочного аппарата между 2 и 3 грудными позвонками по механизму причинения отличается от перелома грудного отдела позвоночника, а поэтому они разграничены по указанным критериям.

Данное обстоятельство свидетельствует о необъективности и необоснованности указанного заключения специалиста, а все его пояснения суд считает рассуждениями, которые направлены опорочить заключения эксперта Ш, которое подтверждает вину ФИО1 в совершении данного преступления и изобличает его.

Кроме того, специалист П при даче заключения разграничил обнаруженные у потерпевшей М телесные повреждения на два вида, причиненные автомобилем ВАЗ 2112 и автомобилем Тойота, указав, смертельную травму М причинил водитель Тойоты при перекатывании колеса либо колес транспортного средства через грудную клетку потерпевшей.

Упомянутое разграничение телесных повреждений суд считает необъективным, оно опровергается принятым судом в качестве допустимых доказательств заключением судебно-медицинского эксперта, показаниями свидетелей и другими материалами дела, из которых следует, никакого переезда либо перекатывания колесом через тело М водитель автомобиля Тойота не совершал, никакими данными это не установлено и не подтверждается.

Также, в своем заключении и в показаниях, данных в суде, специалист указал на многочисленные нарушения, выявленные им в дополнительной судебно-медицинской экспертизе.

В частности, эксперт Ш, по его мнению, не исследовал мягкие ткани бедер, голени, спины, переломы костей ключиц, ребер, позвоночника. 

Суд при изучении и оценке заключения судебно-медицинского эксперта перечисленных нарушений не усмотрел.

Исследовательская часть заключения изложена подробно, в том числе детально описан осмотр тканей спины, голени и бедра, с указанием обнаруженных телесных повреждений, их размеров и цвета; перечислены места переломов ребер с описанием; расписан осмотр позвоночника, с указанием места нахождения телесных повреждений; приведены манипуляции, проведенные экспертом; выводы, установленные при исследовании и так далее (т.3, л.д.15-16). 

Указание на переломы ребер и ключицы по одной анатомической линии, не свидетельствует о месте расположения ключицы сзади, так как эксперт Ш пояснил, данную линию он провел в проекции, то есть для более ясного понимания и местонахождения, обнаруженного перелома. 

При гистологическом исследовании эмфизема легких установлена не была, в заключении эксперта она не упоминается, поэтому пояснения специалиста П на этот счет надуманны и ничем не подтверждаются.

Эксперт Ш в экспертизе перечислил три стадии - первичный удар, забрасывание тела на капот и отбрасывание на полотно дороги, в результате которых у М образовались телесные повреждения, в том числе, закрытая спинно-мозговая травма, то есть расписал механизм причинения смертельной травмы. 

Все доводы защиты и подсудимого являлись предметом исследования в ходе судебного разбирательства, а поэтому, оценивая их в совокупности с установленными обстоятельствами, суд считает, что они противоречат материалам дела, строятся на предположениях и односторонней оценке доказательств. Тогда как доказательства, представленные стороной обвинения, являются допустимыми, так как содержат фактические данные, а именно сведения о фактах и обстоятельствах дела, подлежащих доказыванию по данному делу, получены из представленных законных источников в надлежащей процессуальной форме и надлежащими субъектами доказывания.

Таким образом, исследовав непосредственно представленные доказательства, проверив и оценив их в совокупности, суд находит доказательства обвинения убедительными и достаточными для вывода о виновности подсудимого, считает, что имеется совокупность доказательств, изобличающих ФИО1 в совершении преступления, указанного в описательной части приговора, которую суд признаёт достаточной для разрешения дела по существу.

ФИО1, управляя автомобилем марки , двигаясь по , не выбрал скорость, обеспечивающую ему возможность постоянного контроля над движением транспортного средства, значительно превысив её, не учитывая интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства, дорожные и метеорологические условия, состояние проезжей части и видимость в направлении движения, в результате чего при возникновении опасности в виде пешехода М, находящейся на проезжей части, по небрежности своевременно мер к снижению скорости вплоть до полной остановки транспортного средства не предпринял, хотя при должной внимательности и предусмотрительности должен был и мог, попытался изменить траекторию движения, допустил столкновение с дорожным ограждением, а затем наезд на пешехода М, в результате чего последняя скончалась на месте от полученных тяжких телесных повреждений.

Никакого момента опасности для ФИО1 в вышеуказанной дорожной обстановке не возникло, так как он двигаясь с превышением скорости, игнорируя конфигурацию перекрестка, профиль дороги и границы проезжей части, сам выбрал такой режим движения, который привел к наезду на дорожное перекрытие, а потом на пешехода.

Судебно-медицинским экспертом достоверно установлено, телесные повреждения, повлекшие смерть М, получены ею в дорожно-транспортном происшествии в результате наезда автомобиля под управлением ФИО1 .

Наступление общественно опасных последствий в виде причинения телесных повреждений, повлекших смерть М, находится в прямой причинно-следственной связи с противоправными виновными действиями подсудимого, выразившимся в нарушении им пунктов 8.1, 10.1, 10.2 Правил дорожного движения РФ.

Суд квалифицирует действия ФИО1 по ч. 3 ст. 264 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Квалифицируя действия подсудимого по данной статье закона, суд исходит из того, что ФИО1 нарушил требование пунктов 8.1, 10.1, 10.2 «Правил дорожного движения РФ», что привело к дорожно-транспортному происшествию, в результате которого М были причинены телесные повреждения, квалифицирующиеся как тяжкий вред здоровью, повлекшие по неосторожности смерть потерпевшей.

К показаниям подсудимого о том, что при управлении транспортным средством видимость и обзорность ему была ограничена автомобилем, пешеход создала ему помеху на проезжей части, он применял торможение, суд относится критически, так как они опровергаются исследованными в судебном заседании показаниями свидетелей и другими материалами дела, свидетельствует о его желании смягчить ответственность за содеянное.

Доводы стороны защиты об оправдании подсудимого опровергаются совокупностью вышеизложенных доказательств.

Определяя вид и размер наказания, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности виновного, смягчающие ответственность обстоятельства, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

ФИО1 не судим, совершил впервые неосторожное преступление, относящиеся к категории средней тяжести, в 2017 году привлекался к административной ответственности за нарушения Правил дорожного движения, в частности, за нарушение скоростного режима. 

Вместе с тем ФИО1 вину в совершении преступления признал частично, по месту жительства характеризуется исключительно с положительной стороны, на специальных медицинских учётах не состоит, принес потерпевшим извинения в суде, частично компенсировал потерпевшим моральный вреда, проживает с матерью пенсионеркой, имеет заболевания, что в силу ст. 61 УК РФ, суд признает обстоятельства, смягчающими наказание.

Какого-либо противоправного поведения в действиях пешехода М суд не усматривает. Поводом к совершению данного преступления явились действия только подсудимого, который в нарушение Правил дорожного движения превысил скорость при управлении транспортным средством, при возникновении опасности не принял мер для ее снижения, вплоть до остановки, выполнил маневр, который не обеспечил безопасность движения.

Обстоятельств, отягчающих наказание, по делу не имеется.

Учитывая характеризующие личность подсудимого сведения, которыми располагал суд при вынесении приговора, в том числе смягчающие обстоятельства, с целью восстановления социальной справедливости, исправления подсудимого и предупреждения совершения им новых преступлений, суд определяет подсудимому наказание в виде лишения свободы, поскольку назначение более мягкого вида наказания не обеспечит достижения целей уголовного наказания.

Ввиду того, что подсудимым был нарушен порядок пользования ранее представленным ему специальным правом в виде управления транспортным средством, что находится в прямой причинной связи с наступившими тяжкими последствиями, он подлежит лишению указанного специального права.

Принимая во внимание все данные о личности подсудимого, характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, суд не находит оснований для применения ст.ст. 53.1, 64, 73 УК РФ, а также изменения категории преступления.

В соответствии с п. «а» ч.1 ст.58 УК РФ наказание ФИО1 надлежит отбывать в колонии-поселении.

Оснований для назначения ФИО1 отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, о чем заявили потерпевшие, суд не усматривает.

В ходе предварительного расследования потерпевшими предъявлены исковые требования: потерпевшим М - о взыскании расходов, понесенных в связи с погребением погибшей М, затрат на лечение на общую сумму 82 565 рублей 36 копеек, имущественной компенсации морального вреда в сумме 1 000 0000 рублей; потерпевшей К - компенсации морального вреда в сумме 1 000 0000 рублей; представителем МБУ «Спецдорсервис» Х о возмещении стоимости восстановления поврежденных в результате ДТП пешеходных ограждений в сумме 8 073 рубля 08 копеек. 

В судебном заседании потерпевшие М и К, свидетель Х исковые требования поддержали в полном объеме. 

Подсудимый ФИО1 исковые требования в части компенсации морального и материального вреда потерпевшим признал частично, посчитав их завышенными, требования МБУ «Спецдорсервис» признал полностью. 

Суд, исследовав доказательства по делу, выслушав стороны, приходит к следующему выводу. 

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причинённый личности и имуществу, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред.

Согласно ст. 1094 ГК РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Суммы расходов, понесенных М в связи с погребением его матери М, а также факт затрат на лечение в связи с ухудшением состояния здоровья после стресса подтверждается копиями накладных, квитанций, чеков и выписками из истории болезни (т.2, л.д.51-89; 90-95).

Однако в платежных документах имеются расходы, которые никак нельзя отнести к затратам на погребение, то есть требуется произвести дополнительные расчеты, связанные с гражданским иском.

С учетом изложенного и положений ст. 309 УПК РФ, суд признает за потерпевшим право на удовлетворение гражданского иска, разъясняет ему право на обращения с указанным вопросом в порядке гражданского судопроизводства. 

Исковые требования представителя МБУ «Спецдорсервис» Х в части возмещения стоимости поврежденных в результате дорожно-транспортного происшествия пешеходных ограждений полежат удовлетворению в полном объеме в виду подтверждения их соответствующими документами (т.2, л.д.23-26).

В силу положений ст. 151, 1099, 1100, 1101 ГК РФ при определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Тот факт, что потерпевший М, будучи сыном погибшей, и потерпевшая К, будучи её матерью, пережили сильные душевные страдания в связи с трагической гибелью близкого человека и тем самым им причинен моральный вред, является очевидным.

Суд, учитывая в полной мере характер понесённых потерпевшими нравственных страданий, вызванных потерей близкого родственника вследствие неосторожных преступных действий виновного, считает исковые требования о компенсации морального вреда М и К законными, обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению.

При определении размера компенсации морального вреда суд, руководствуясь принципами справедливости и разумности, принимая во внимание материальное положение подсудимого, иные обстоятельства дела, частичное его возмещение в суде, определяет денежную компенсацию морального вреда в пользу М и К в размере 500 000 рублей каждому.

Руководствуясь ст.ст. 307, 308, 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 2 (два) года с отбыванием наказания в колониях - поселениях, с лишением права заниматься деятельностью в виде управления транспортным средством сроком на 2 (два) года. 

Определить порядок следования осужденного к месту отбывания наказания в соответствии со ст.75.1 УИК РФ, то есть самостоятельно по предписанию органа уголовно - исполнительной системы.

Срок отбывания наказания ФИО1 исчислять со дня прибытия в колонию - поселение с зачётом времени следования к месту отбывания наказания.

В соответствии со ст. 47 УК РФ, дополнительное наказание в виде лишения права управления транспортным средством распространяется на все время отбытия основного вида наказания и исчисляется с момента отбытия лишения свободы. 

Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставить без изменения. 

Взыскать с ФИО1 в пользу МБУ «Спецдорсервис» в счет возмещения материального ущерба 8 073 (восемь тысяч семьдесят три) рубля 08 копеек.

Исковые требования М о взыскании расходов, понесенных в связи с погребением М и в связи с затратами на его лечение в сумме 82 565 рублей 36 копеек оставить без рассмотрения, разъяснив потерпевшему право обращения с указанными требованиями в порядке гражданского судопроизводства.

Взыскать с ФИО1 в пользу М в счет компенсации морального вреда 500 000 (пятьсот тысяч) рублей.

Взыскать с ФИО1 в пользу К в счет компенсации морального вреда 500 000 (пятьсот тысяч) рублей. 

По вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства: одежду погибшей (майку, бриджи, бюстгалтер и кроссовки) оставить по принадлежности у потерпевшего М; компакт-диск с видеозаписью; леш-накопитель с фотоснимками трупа М, волос, оставить и хранить в материалах дела; автомобиль ВАЗ-21120 г.н. М758 ВТ 68 оставить по принадлежности владельцу ФИО1 

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Тамбовского областного суда в течение 10 суток со дня провозглашения, через Советский районный суд г. Тамбова.

Судья Н.М. Иванова