Дело №2-1049/2019 (24RS0040-01-2019-000906-44) 

РЕШЕНИЕ

 

Именем Российской Федерации

06 июня 2019 года город Норильск Красноярского края

Норильский городской суд Красноярского края в составе председательствующего судьи Захаровой Н.В., при секретарях судебного заседания Кустовой М.И., Негуторовой Э.В., с участием помощника прокурора г.Норильска Вершинской Е.И., представителя истца (ответчика по встречному иску) ФИО1, ответчика (истца по встречному иску) ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО2 о выселении и встречному иску ФИО2 к ФИО3 о признании недействительным договора дарения недвижимого имущества, применении последствий недействительности сделки, сохранении права пользования жилым помещением на определенный срок,

установил:

ФИО3, в лице представителя ФИО1, обратилась в суд с иском к ФИО2 о выселении из жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>, в обоснование своих требований указав, что квартира принадлежит истцу на основании договора дарения от 13 ноября 2014 года и регистрации права собственности, о чем внесены сведения в ЕГРН 28 ноября 2014 года. Ответчик зарегистрирован в указанной квартире в качестве члена семьи (мужа), которым в настоящее время не является. На основании решения мирового судьи судебного участка №109 в Центральном районе г.Норильска Красноярского края от 10 января 2019 года брак прекращен, о чем выдано свидетельство и составлена актовая запись. Ответчик продолжает проживать по указанному адресу, добровольно не выселяется и всячески препятствует проживанию истца, в связи с чем ФИО3 вынуждена проживать у подруги, просит выселить ФИО2 из вышеуказанного жилого помещения.

ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО3 о признании договора дарения недействительным, в обоснование своих требований указав, что 13 ноября 2014 года между ним и ФИО3 был заключен договор дарения жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>. Ранее данная квартира была предоставлена его отцу ФИО4 на основании ордера №3233 от 12 июня 1969 года на состав семьи из 5 человек, в том числе на истца. В 2000 году между истом и ответчиком был зарегистрирован брак. 12 мая 2008 года истец заключил с Управлением жилищного фонда Администрации г.Норильска договор передачи данного жилого помещения в его собственность. С момента приватизации квартиры ответчик ФИО3 неоднократно и настойчиво обращалась к нему с просьбой о дарении в её пользу квартиры. Под влиянием уговоров 13 ноября 2014 года он заключил договор дарения, ответчик обманом оформила данный договор, лишив единственного жилья и права распоряжаться его имуществом. На момент оформления договора дарения у них с супругой были хорошие отношения, но после его заключения стали портиться отношения, стали возникать скандалы по инициативе ответчика. В июле 2018 года ответчик ушла из дома и стала проживать по неизвестному адресу, на телефонные звонки не отвечала, когда отвечала, то угрожала выгнать его из квартиры. Истец требовал вернуть ему квартиру, но ответчик на возможность встречи, разговора и попытки восстановления семейных отношений реагировала агрессивно и неадекватно. При дарении истец полагал, что у них будет крепкая семья, и они будут жить вместе, но оказалось, что ответчик воспользовалась его доверительным отношением к ней. Он является пенсионером, иного дохода и жилого помещения у него нет, возможности купить или арендовать иную квартиру не имеет. После прекращения супружеских отношений истец неоднократно просил ответчика вернуть ему квартиру, но она отказалась. На основании решения мирового судьи судебного участка №109 г.Норильска брак между ФИО2 и ФИО3 прекращен. С момента заключения договора дарения по настоящее время истец за квартиру несет ответственность, содержит в пригодном для жилья состоянии, оплачивает жилищно-коммунальные услуги и капитальный ремонт, осуществил замену приборов учета за свой счет. Полагает, что ответчик не приняла от него переданное в дар жилое помещение, и не неся ответственности и не исполняя всех обязательств, которые несет собственник, в связи с чем просит признать договор дарения от 13 ноября 2014 года недействительным, прекратить право собственности ФИО3 на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, применить последствия недействительности сделки, стороны договора вернуть в первоначальное положение, признав право собственности на данную квартиру за ФИО2, а также взыскать расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 рублей. ФИО2 подано ходатайство о восстановлении срока исковой давности, указав, что о нарушении его права ему стало известно в июле 2018 года, своевременному предъявлению иска о признании договора дарения недействительным препятствовали неизвестность или неопределенность личности ответчика, он не мог знать и не мог предполагать, что ответчик имела корыстный умысел завладеть её единственным имуществом. Заключение брака, оформление договора дарения, а в дальнейшем и расторжение брака были для того, чтобы лишить его жилья. 

Также ФИО2 обратился в суд к ФИО3 с иском о сохранении за ним права пользования жилым помещением на определенный срок, в обоснование которого указал, что на основании решения мирового судьи судебного участка №109 г.Норильска брак между ФИО2 и ФИО3 прекращен. Он является пенсионером, иного дохода и жилья не имеет, у него нет возможности купить или арендовать другую квартиру, ввиду его имущественного положения и недостаточности средств, нетрудоспособности по возрасту и по состоянию здоровья, у него отсутствуют основания осуществления права пользования иным жилым помещением и имущественное положение не позволяет ему обеспечить себя жилым помещением, у него отсутствует право пользования другим жилым помещением по договору найма, он не является участником договора долевого участия в строительстве жилого дома, квартиры или другого правового договора на приобретение жилья. Спорное жилое помещение является его единственным местом жительства. Он состоит в очереди в программе переселения граждан из районов Крайнего Севера, в случае снятия с регистрационного учета он потеряет социальную льготу. В связи с чем просит сохранить за ним право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: 

<

адрес>, принадлежащего истцу на праве собственности до получения жилого помещения по сертификату по Программе переселения из районов Крайнего Севера «Улучшение жилищных условий».

В судебное заседание истец ФИО3 не явилась, о времени и месте судебного заседания уведомлена своевременно и надлежащим образом, ходатайствовала о рассмотрении дела в её отсутствие с участием представителя ФИО1 

В судебном заседании представитель истца (ответчика по встречному иску) ФИО3 – ФИО1 исковые требования своего доверителя о выселении поддержала в полном объеме, просила удовлетворить их, обратив решение суда о выселении к немедленному исполнению. Полагала, что оснований для сохранения за ФИО2 права пользования жилым помещением, принадлежащим на праве собственности ФИО3, не имеется, поскольку у истца не имеется иного жилого помещения, где она может проживать, в связи с чем почти год ФИО3 вынуждена арендовать квартиру вместе с подругой. Проживать в одном жилом помещении с ответчиком её доверитель категорически не согласна, поскольку обоснованно боится его, тот не раз угрожал ей причинением физического вреда, вынуждая вернуть ему квартиру. ФИО2, не являясь малоимущим, получая высокую пенсию и имея в собственности дачу, может снимать жилое помещение гостиничного типа, истец согласна добровольно передать ему значительную часть совместно нажитого имущества для обустройства нового места жительства. Также ответчик не лишен возможности обратиться в Управление жилищного фонда Администрации г.Норильска для заключения с ним договора социального или коммерческого найма как малоимущий либо оказавшийся в трудной жизненной ситуации гражданин. Встречные исковые требования ФИО2 о признании недействительным договора дарения недвижимого имущества и применении последствий недействительности сделки считает не подлежащими удовлетворению, поскольку ответчиком пропущен срок исковой давности, не понятны основания признания договора недействительным, не приведено доказательств в подтверждение требований.

Ответчик (истец по встречному иску) ФИО2 в судебном заседании настаивал на удовлетворении исковых требований о признании договора дарения недействительным и применении последствий недействительность сделки, указывая, что они с ФИО3 вступили в брак в 2000 году и до лета 2018 года жили хорошо, мирно, без конфликтов. После того, как он попал с приступом в больницу жена начала просить его подарить квартиру ей, чтобы, если с ним что-то случиться, она не осталась на улице. После второго приступа и её настойчивых просьб он решил подарить квартиру ФИО3, потому что не видел разницы, на кого будет оформлено право собственности на квартиру, они жили дружно. Для составления договора дарения ФИО2 обратился в агентство недвижимости, после чего отнес его в Многофункциональный центр для регистрации в Росреестре по Красноярскому краю, оплатил госпошлину, на тот момент он не мог и предположить, что поведение жены измениться в худшую сторону, и она летом 2018 года уйдет от него. До лета 2018 года они совместно жили в данной квартире, он продолжал оплачивать счета за жилищно-коммунальные услуги и капитальный ремонт. Полагает, что договор дарения является недействительным, поскольку ФИО3 изначально вышла за него замуж из корыстных побуждений, чтобы завладеть его квартирой, и обманом и введением в заблуждение, что у них семья, вынудила его заключить договор дарения. Поскольку до июня 2018 года ФИО3 скрывала свои истинные намерения, истец по встречному иску не знал о своем нарушенном праве, считает, что срок исковой давности пропущен им по уважительной причине, просит его восстановить. Также указал, что поскольку он пенсионер, его доход составляет 26 тысяч рублей, из которых он 9 тысяч ежемесячно выплачивает в счет погашения кредита, который взял для оплаты лечения престарелого отца, 2 тысячи рублей у него уходит на приобретение лекарств, которые ему необходимо принимать постоянно, 5 тысяч платит за жилищно-коммунальные услуги, на питание и другие необходимые вещи остается минимальное количество денег. В ближайшее время намерен продать принадлежащий ему балок, но поскольку на него нет документов, могут возникнуть сложности. Понимает, что может не получить в 2020 году сертификат для приобретения жилого помещения в рамках программы по переселению, но просит суд сохранить за ним право пользования жилым помещением до июня 2020 года. После июня 2020 года, если ему не будет предоставлен сертификат, намерен уехать к отцу и сестре в г.Омск, проживать у них. Также указал, что категорически возражает против проживания с ответчиком по встречному иску в одном жилом помещении, поскольку ей он больше доверять не сможет. Пояснил, что проживать в квартире гостиничного типа не сможет, потому что в них нет необходимых ему удобств, а именно кухни, он всю жизнь прожил в своей квартире, и не понимает, как там можно жить.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Красноярскому краю ФИО5 в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного заседания уведомлена, просила рассмотреть дело в отсутствие представителя третьего лица, направила пояснения, в которых указала, что 17 ноября 2014 года с заявлениями о государственной регистрации перехода права собственности и государственной регистрации права собственности обратились ФИО2 и ФИО3, в качестве правоустанавливающего документа на государственную регистрацию был представлен договор дарения от 13 ноября 2014 года, при проведении правовой экспертизы Управлением не было установлено оснований для отказа в государственной регистрации и 28 ноября 2014 года в едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним зарегистрирован вышеуказанный договор дарения.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, учитывая заключение прокурора, полагавшей исковые требования ФИО3 подлежащими удовлетворению после истечения срока сохранении за ФИО2 права пользования жилым помещением, поскольку он является пенсионером, не имеет дополнительного дохода помимо пенсии, не имеет в собственности и на праве пользования иное жилое помещение, квартира истца ранее принадлежала ему и является его единственным местом жительства, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с п. 1 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту ГК РФ) собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом (ч. 2 ст. 209 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Договор дарения (в данном случае реальный договор) считается заключенный с момента непосредственной передачи дарителем вещи во владение, пользование и распоряжение одаряемого.

В силу ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии со ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел (п.1 ст.178 ГК РФ).

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (п.2 ст.179 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 56 ГК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено законом.

В судебном заседании установлено, что жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес>, на основании ордера № от 12 июня 1969 года было предоставлено ФИО4 на состав семьи из 5 человек: ему, жене Екатерине Ивановне, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, дочерям Светлане, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и Тамаре, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, сыну Владимиру, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (л.д. 7 том 2).

ФИО2 зарегистрирован по адресу: 

<

адрес> 21 августа 1979 года (л.д. 18 том 2). ФИО3 зарегистрирована по данному адресу с 08 апреля 2015 года (л.д. 10 том 1).

Между ФИО2 и ФИО6 13 октября 2000 года зарегистрирован брак, жене присвоена фамилия ФИО7 (л.д. 16 том 2). 12 февраля 2019 года брак между ними расторгнут на основании решения мирового судьи судебного участка №109 г.Норильска от 10 января 2019 года (л.д. 17 том 2). 

На основании договора передачи жилого помещения в собственность граждан № от 12 мая 2008 года была передана ФИО2 в единоличную собственность (л.д. 15 том 2).

На основании договора дарения от 13 ноября 2014 года ФИО2, являясь собственником вышеуказанной квартиры, подарил, а ФИО3 приняла в дар вышеуказанную квартиру, состоящую из двух комнат, общей площадью 43,3 кв.м. Данный договор в установленном законом порядке зарегистрирован в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Красноярскому краю 28 ноября 2014 года (л.д. 57 том 2).

Как пояснил в судебном заседании истец по встречному иску (ответчик), с ответчиком по встречному иску (истцом) они знакомы с 1998 года, в браке с 2000 года, за период брака у них не было конфликтов, все вопросы решали совместно. В 2010 году у него случился первый приступ, жена ухаживала за ним в больнице и предложила подарить ей его квартиру, в 2011 году у него случился второй приступ, и ФИО3 вновь предложила подарить ей его квартиру. ФИО2 решил подарить квартиру жене, так как не видел разницы, на кого из них в семье будет оформлено право собственности на квартиру. После выздоровления он самостоятельно обратился в агентство недвижимости для составления договора дарения, который отнесли в МФЦ, оплатил государственную пошлину, затем они зарегистрировали договор дарения в Росреестре. После заключения договора, стороны продолжали проживать в вышеуказанной квартире одной семьей, с 2016 года у них наступило охлаждение, но конфликтов не было, пока летом 2018 года ФИО3 от него не ушла и не съехала с квартиры, забрав свои личные вещи.

В судебном заседании установлено, что ФИО2, оформляя договор дарения, не заблуждался относительно предмета и природы сделки, он понимал, что принадлежащая ему квартира по адресу: 

<

адрес> будет безвозмездно передана в собственность ФИО3 

Данные обстоятельства помимо пояснений истца по встречному иску (ответчика) подтверждаются показаниями допрошенной по его ходатайству свидетеля К.Н.Я., которая пояснила, что, когда стороны были у неё в гостях, ФИО2 рассказал ей, что подарил свою квартиру ФИО3 в благодарность за то, что она его выхаживала после приступов, и чтобы она не делила квартиру с его родней, если с ним что-нибудь случится. 

Доказательств, позволяющих усомниться в том, что ФИО2 в момент совершения сделки не понимал значения своих действий и не мог руководить ими, не представлено, в судебном заседании истец пояснил, что психическое состояние на момент заключения сделки было без отклонений, в норме, соответствующей его возрасту, психическими заболеваниями он никогда не страдал и не страдает.

ФИО2 лично подписал договор дарения от 13 ноября 2014 года, который по своей форме и содержанию соответствует требованиям, установленным действующим гражданским законодательством, и указанный договор был надлежащим образом зарегистрирован непосредственно после его заключения. При этом доказательств, свидетельствующих о том, что при заключении оспариваемого договора оговаривались иные условия, кроме передачи жилого помещения в собственность одаряемого на условиях безвозмездности либо, что стороны вообще не намеревались создавать правовые последствия по результатам заключения сделки, в материалы дела не представлено.

Таким образом, судом установлено, что истец по встречному иску (ответчик), заключая договор дарения, действовал сознательно и целенаправленно, согласно своей воле, направленной на достижение определенного правового результата. Договор дарения был подписан ФИО2 добровольно, он в полной мере понимал значение совершаемых им действий. Из материалов дела следует, что с момента совершения сделки в течение пяти лет ФИО2 совершенную им сделку не оспаривал, в правоохранительные органы по поводу ее совершения не обращался. О недействительности сделки заявил только после того, как ФИО3 расторгла с ним брак и обратилась в суд с иском о выселении.

Истцом по встречному иску (ответчиком) представлены подписанные ФИО2, являющимся членом семьи собственника на тот период, акт допуска в эксплуатацию узла учёта электрической энергии от 22 января 2019 года, договор на осуществление контроля за показаниями узлов учета электрической энергии от 14 января 2019 года, а также квитанции об оплате жилищно-коммунальных услуг по адресу: 

<

адрес>, за период с декабрь 2017 года по февраль 2019 года, в которых указан собственник жилого помещения ФИО3, что также свидетельствует о том, что ему было известно о последствиях совершенного им распоряжения принадлежащим ему имуществом (л.д. 19-35). 

Указание ответчика (истца по встречному иску) на то, что истец (ответчик по встречному иску) фактически не приняла квартиру в дар, поскольку он продолжает нести ответственность за квартиру, содержать в пригодном для жилья состоянии, оплачивать жилищно-коммунальные услуги и капитальный ремонт, осуществил замену приборов учета за свой счет, опровергается материалами дела, поскольку согласно пояснениям самого ФИО2 после заключения договора они продолжали жить одной семьей в спорной квартире, из справки ф.4 следует, что ФИО3 зарегистрировалась по данному адресу 08 апреля 2015 года. То обстоятельство, что ФИО2 продолжал после заключения договора дарения оплачивать жилищно-коммунальные услуги и капитальный ремонт, осуществил замену приборов учета за свой счет, не может свидетельствовать о том, что ФИО3 не приняла дар, поскольку после дарения квартиры до расторжения брака стороны являлись одной семьей и действовали в интересах семьи. Кроме того, в соответствии с ч.3 ст.31 Жилищного кодекса РФ ФИО2, являясь членом семьи собственника жилого помещения, обязан нести солидарную с собственником ответственность по обязательствам, вытекающим из пользования данным жилым помещением.

Доводы ФИО2 о совершении сделки под влиянием заблуждения относительно личности одаряемой, которая, по его мнению, вышла за него замуж для того, чтобы обманом завладеть его квартирой, не работать, жить и воспитать свою дочь за его счет, опровергаются пояснениями самого истца по встречному иску и представленными им суду доказательствами, а именно показаниями свидетелей А.Т.П., Р.А.А. и К.Н.Я., которые указали, что знают семью ФИО7 давно, у ФИО2 и ФИО3 были всегда очень теплые отношения, новость о разводе в 2018 году вызвала у них удивление.

Заблуждение или обман дарителя в отношении личности одаряемого имеет существенное правовое значение в условиях, когда даритель, действующий разумно и добросовестно (ст. 10 ГК РФ), явно не совершил бы сделку, если бы не заблуждался (не был обманут) в отношении личности одаряемого.

Поскольку в судебном заседании установлено, что на момент заключения договора дарения ответчик по встречному иску состояла в браке с истцом по встречному иску более 13 лет, отношения у них были хорошие, конфликтов не было, суд полагает, что ФИО2 не представлено доказательств введения его в заблуждение относительно личности одаряемого. То обстоятельство, что спустя более четырех лет после заключения договора дарения брак между сторонами был расторгнут, и стороны пришли к выводу о невозможности сохранения семьи, относится к межличностным отношениям, и не может повлиять на действительность договора дарения.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что доказательств, свидетельствующих о том, что при заключении оспариваемого договора подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении договора дарения, истцом не представлено. Доказательств, безусловно свидетельствующих о том, что со стороны ответчика имело место умышленное введение стороны истца в заблуждение относительно обстоятельств, имеющих значение для заключения сделки, а также обман, истцом по встречному иску не представлено. 

Кроме того, суд, рассматривая ходатайство представителя истца (ответчика по встречному иску), учитывает положения ч.2 ст.181 ГК РФ, согласно которому срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год, приходит к выводу, что ответчиком (истцом по встречному иску) не представлено доказательств того, что исполнение данной сделки началось позже, либо наличия уважительных причин для пропуска указанного срока. 

В связи с изложенным суд полагает, что ходатайство ответчика (истца по встречному иску) о восстановлении срока исковой давности удовлетворению не подлежит, пропуск ФИО2 срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований о признании договора дарения недействительным.

Рассматривая исковые требования ФИО3 о выселении ФИО2 из принадлежащего ей жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>, суд учитывает следующее.

Как указывалось ранее, в соответствии с п. 1 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Согласно ч.4 ст.31 Жилищного кодекса РФ в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи. Если у бывшего члена семьи собственника жилого помещения отсутствуют основания приобретения или осуществления права пользования иным жилым помещением, а также если имущественное положение бывшего члена семьи собственника жилого помещения и другие заслуживающие внимания обстоятельства не позволяют ему обеспечить себя иным жилым помещением, право пользования жилым помещением, принадлежащим указанному собственнику, может быть сохранено за бывшим членом его семьи на определенный срок на основании решения суда. При этом суд вправе обязать собственника жилого помещения обеспечить иным жилым помещением бывшего супруга и других членов его семьи, в пользу которых собственник исполняет алиментные обязательства, по их требованию. 

В пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02.07.2009 № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при рассмотрении иска собственника жилого помещения к бывшему члену семьи о прекращении права пользования жилым помещением и выселении суду в случае возражения ответчика против удовлетворения иска в целях обеспечения баланса интересов сторон спорного правоотношения надлежит исходя из положений части 4 статьи 31 ЖК РФ решить вопрос о возможности сохранения за бывшим членом семьи права пользования жилым помещением на определенный срок независимо от предъявления им встречного иска об этом. 

Принятие судом решения о сохранении права пользования жилым помещением за бывшим членом семьи на определенный срок допускается частью 4 статьи 31 ЖК РФ при установлении следующих обстоятельств: 

а) отсутствие у бывшего члена семьи собственника жилого помещения оснований приобретения или осуществления права пользования иным жилым помещением (то есть у бывшего члена семьи собственника не имеется другого жилого помещения в собственности, отсутствует право пользования другим жилым помещением по договору найма; бывший член семьи не является участником договора долевого участия в строительстве жилого дома, квартиры или иного гражданского правового договора на приобретение жилья и др.); 

б) отсутствие у бывшего члена семьи собственника возможности обеспечить себя иным жилым помещением (купить квартиру, заключить договор найма жилого помещения и др.) по причине имущественного положения (отсутствует заработок, недостаточно средств) и других заслуживающих внимания обстоятельств (состояние здоровья, нетрудоспособность по возрасту или состоянию здоровья, наличие нетрудоспособных иждивенцев, потеря работы, учеба и т.п.).

При определении продолжительности срока, на который за бывшим членом семьи собственника жилого помещения сохраняется право пользования жилым помещением, суду следует исходить из принципа разумности и справедливости и конкретных обстоятельств каждого дела, учитывая материальное положение бывшего члена семьи, возможность совместного проживания сторон в одном жилом помещении и другие заслуживающие внимания обстоятельства.

В судебном заседании установлено, что ФИО3 на основании договора дарения от 13 ноября 2014 года принадлежит на праве собственности вышеуказанное жилое помещение.

Согласно справке ф.4 в данной квартире проживает ФИО2, брак ФИО3 с которым расторгнут 12 февраля 2019 года (л.д. 16-18 том 2).

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является пенсионером (л.д. 45 том 2), состоит на «Д» учете, постоянно принимает гипотензивную терапию (л.д. 48 том 2), в собственности жилых помещений не имеет (л.д. 41, 42 том 2), состоит на учете в Администрации г.Норильска в рамках Федерального закона от 25.10.2002 №125-ФЗ «О жилищных субсидиях гражданам, выезжающим из районов Крайнего Севера и приравненных к ним местностей», во второй очереди категории «пенсионеры», с 09 ноября 2015 года (л.д. 46-47 том 2).

Таким образом, в соответствии с ч.4 ст.31 Жилищного кодекса Российской Федерации, поскольку семейные отношения между собственником квартиры ФИО3 и ФИО2 прекращены, ими не установлено соглашение о порядке пользования жилым помещением, исковые требования ФИО3 к ФИО2 о выселении подлежат удовлетворению.

Вместе с тем, в судебном заседании установлено, что у бывшего члена семьи собственника квартиры истца (ответчика по встречному иску) ФИО2 отсутствует другое жилое помещение в собственности, отсутствует право пользования другим жилым помещением по договору найма, он не является участником договора долевого участия в строительстве жилого дома, квартиры или иного гражданского правового договора на приобретение жилья и др. 

Кроме того, у ФИО2 отсутствует возможность обеспечить себя иным жилым помещением по причине нетрудоспособности по возрасту и имущественного положения, он не может купить квартиру в связи с отсутствием денежных накоплений, что подтверждается выписками движения денежных средств на лицевых счетах. В случае заключения договора найма жилого помещения ему в распоряжение останется 18552,52 руб., исходя из расчета 27789,77 руб. (размер дохода (пенсии по старости) ежемесячно) – 7986 руб. (стоимость арендной платы жилого помещения гостиничного типа в городе Норильск ежемесячно согласно заключению специалиста №41/19 от 31 мая 2019 года) – 1251,25 руб. (стоимость лекарств, которые ему необходимо принимать постоянно, согласно товарному чеку №2972 от 24 мая 2019 года). Данная сумма за вычетом ежемесячных платежей по кредитным обязательствам от 05 февраля 2019 года в размере 9190 рублей будет ниже величины прожиточного минимума, установленного в Красноярском крае. 

В связи с чем, суд полагает исковые требования ФИО2 к ФИО3 о сохранении права пользования жилым помещением на определенный срок подлежат удовлетворению.

Устанавливая срок сохранения за ФИО2 права пользования жилым помещением, суд учитывает следующее.

В судебном заседании ФИО2 представил справку ООО «Гарант» о стоимости аренды квартир в г.Норильске, согласно которой минимальная стоимость 1-комнатной квартиры составляет 15 тысяч рублей. Из заключения специалиста, представленного представителем истца (ответчика по встречному иску) стоимость аренды квартиры гостиничного типа составляет 7986 руб. Доводы ответчика (истца по встречному иску) о том, что он не может проживать в квартире гостиничного типа, голословны и доказательствами не подтверждены.

Доводы ФИО2 о том, что право пользования жилым помещением по адресу: 

<

адрес> необходимо сохранить за ним до февраля 2020 года, поскольку именно тогда он получит социальную выплату для приобретения жилья по программе переселения, опровергаются показаниями специалиста Управления жилищного фонда Администрации г.Норильска ФИО8 Специалист пояснила, что ФИО2 состоит на учете граждан, имеющих право на получение социальной выплаты в соответствии с Федеральным законом от 25 октября 2002 года №125-ФЗ «О жилищных субсидиях гражданам, выезжающим из районов Крайнего Севера и приравненных к ним местностей в категории «пенсионеры» с 09 ноября 2015 года. Возможность получения ФИО2 социальной выплаты в 2020 году будет зависеть от объема выделенных средств на реализацию Программы переселения в 2020 году, а также от количества пенсионеров, имеющих перед ним преимущество в очередности предоставления субсидии. Учитывая, что краевые списки получателей социальных выплат в 2020 году в рамках подпрограммы переселения будут сформированы Министерством в I квартале 2020 года, в феврале 2020 года станут только известны перспективы получения ФИО2 социальной выплаты в 2020 году. Сама выплата предоставлялась по опыту предыдущих лет не ранее мая. Также пояснила, что ФИО2 при отсутствии в пользовании жилого помещения не лишен возможности обратиться в Управление жилищного фонда Администрации г.Норильска, как лицо, оказавшееся в трудной жизненной ситуации, с ходатайством о заключении с ним договора коммерческого найма жилого помещения.

Относительно представленных ответчиком (истцом по встречному иску) документов о несении им расходов по погашению задолженности по кредитному договору № от 05 февраля 2019 года, суд учитывает, что данный кредитный договор заключен ФИО2 после расторжения брака, но до вступления решения мирового судьи в законную силу, не оспаривая право ответчика (истца по встречному иску) на получение заемных средств, суд обращает внимание на размер ежемесячных платежей – 9109 рублей, который с учетом единственного источника дохода в виде пенсии является значительным. В связи с чем, суд полагает, что ФИО2, заключая договор на вышеуказанных условиях, должен был предусмотреть возможность исполнения обязательств вследствие изменения жизненных обстоятельств и материального положения, которые относятся к риску заемщика. Необходимость несения ответчиком (истцом по встречному иску) данных расходов не может влиять на объем прав собственника жилого помещения.

Помимо изложенного, суд учитывает категорический отказ сторон от возможности проживания в одной квартире в связи со сложившимися конфликтными отношениями, давность расторжения брака и длительность рассмотрения настоящего гражданского дела, согласие ФИО3 передать бывшему супругу необходимые для проживания вещи: мягкую мебель, телевизор, стиральную машину, пылесос, посуду, а также то обстоятельство, что в собственности ФИО3 также отсутствуют иные жилые помещения, она вынуждена длительное время проживать в арендованных квартирах.

В связи с изложенным суд полагает необходимым сохранить право пользования ФИО2 жилым помещением на срок 6 месяцев со дня вступления решения в законную силу, полагая данный срок достаточным для решения вопроса об аренде жилого помещения, снижения размера ежемесячных платежей по кредитным обязательствам и иных действий, направленных на выполнение решения суда о выселении и соблюдение прав собственника жилого помещения.

В соответствии с ч. 5 ст.31 Жилищного кодекса РФ по истечении срока пользования жилым помещением, установленного решением суда, принятым с учетом положений части 4 настоящей статьи, соответствующее право пользования жилым помещением бывшего члена семьи собственника прекращается, если иное не установлено соглашением между собственником и данным бывшим членом его семьи.

Таким образом, за ответчиком (истцом по встречному иску) надлежит признать право пользования жилым помещением по адресу: 

<

адрес>, установив его на шесть месяцев со дня вступления решения в законную силу, по истечение данного срока право пользования ФИО2 указанным жилым помещением прекратить и выселить из него без предоставления другого жилого помещения.

В соответствии с п. «е» п. 31 «Правил регистрации и снятия граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации», утвержденных Постановлением Правительства РФ от 17.07.1995 №713, вступившее в законную силу решение суда о выселения ФИО2 из занимаемого жилого помещения является основанием для снятия его с регистрационного учета по месту жительства.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО3 к ФИО2 о выселении и встречные исковые требования ФИО2 к ФИО3 о сохранении права пользования жилым помещением на определенный срок удовлетворить частично. 

Признать за ФИО2 право пользования жилым помещением по адресу: 

<

адрес>, установив его на шесть месяцев со дня вступления решения в законную силу, по истечение которого право пользования ФИО2 указанным жилым помещением прекратить и выселить из него без предоставления другого жилого помещения.

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО3 о признании недействительным договора дарения недвижимого имущества, применении последствий недействительность сделки, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда через Норильский городской Красноярского края в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий судья Н.В.Захарова 

Решение в окончательном виде составлено 10 июня 2019 года.