РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

14 июля 2021 года город Балтийск

Балтийский городской суд Калининградской области в лице судьи Дуденкова В.В. 

при секретаре судебного заседания Черновой С.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-219/2021 по иску ФИО6 к ФИО7 и садоводческому некоммерческому товариществу "Балтийский прибой" о признании недействительным решения собрания уполномоченных в части предоставления в аренду части земельного участка общего назначения, признании недействительным договора аренды части земельного участка общего назначения и устранении препятствий в пользовании садовым земельным участком, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО6 обратилась в суд с иском, уточнённым в соответствии со статьёй 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – "ГПК РФ") к ФИО7 и СНТ "Балтийский прибой" о признании недействительным решения собрания уполномоченных СНТ "Балтийский прибой" от 26.02.2020 в части предоставления в аренду ФИО7 части земельного участка общего назначения с кадастровым номером (КН) 1 площадью 76 кв. м, о признании недействительным договора аренды указанной части земельного участка общего назначения, заключённого 26 февраля 2020 года между СНТ "Балтийский прибой" и ФИО7, и об устранении препятствий в пользовании земельным участком с КН 2 путём обязания ФИО7 демонтировать находящуюся на этом земельном участке часть своей хозяйственной постройки. Свои требования истица обосновала тем, что с 31 августа 2016 года она является собственником земельного участка площадью 937 кв. м с КН 2, расположенного на территории СНТ "Балтийский прибой" в городе Балтийске Калининградской области. В свою очередь ФИО7 принадлежит на праве собственности смежный земельный участок с КН 3. Между этими земельными участками находится часть земельного участка с КН 1 площадью 76 кв. м, являющегося земельным участком общего назначения СНТ "Балтийский прибой" и принадлежащего последнему на праве собственности с 3 марта 2016 года. На основании решения собрания уполномоченных СНТ "Балтийский прибой" от 26.02.2020 и договора аренды от 26.02.2020 эта часть земельного участка общего назначения СНТ "Балтийский прибой" передана в аренду ФИО7 на срок 49 лет: до 26 февраля 2069 года. Получив часть земель общего пользования СНТ "Балтийский прибой" в аренду, ФИО7 огородила её забором из металлопрофиля высотой 2 метра и тем самым полностью исключила доступ на эту территорию и к принадлежащему ей (ФИО6) индивидуальному прибору учёта электроэнергии. Решение собрания уполномоченных СНТ "Балтийский прибой" от 26.02.2020 о предоставлении ФИО7 аренду части земельного участка общего назначения принято с нарушением требований Федерального закона от 29.07.2017 № 217-ФЗ "О ведении гражданами садоводства и огородничества для собственных нужд и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (далее по тексту – "Федеральный закон № 217-ФЗ") и является недействительным по основаниям, предусмотренным подпунктами 1, 2 пункта 1 статьи 181.4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – "ГК РФ"). О проведении 26 февраля 2020 года собрания уполномоченных СНТ "Балтийский прибой" её заблаговременно не известило. Свои полномочия члена СНТ "Балтийский прибой" для принятия решений на собраниях она никому не делегировала. Впервые о собрании уполномоченных СНТ "Балтийский прибой", проведённом 26 февраля 2020 года, ей стало известно из письменного сообщения прокуратуры г. Балтийска от 11.08.2020 «…» . Выписка из протокола собрания уполномоченных СНТ "Балтийский прибой" от 26.02.2020 с оспариваемым решением впервые была получена ею во второй половине января 2021 года. 

Договор аренды земельного участка от 26.02.2020 противоречит требованиям статей 17–19 Федерального закона № 217-ФЗ и заключён ответчиками на основании недействительного решения собрания уполномоченных СНТ "Балтийский прибой". Действия ответчиков по передаче в аренду части земельного участка общего назначения с КН 1 нарушили её (ФИО6) права как члена СНТ "Балтийский прибой" на беспрепятственное использование имущества общего назначения, поскольку она лишена свободного доступа к своему земельному участку со стороны арендованной ФИО7 части земель общего пользования СНТ "Балтийский прибой". Кроме того, по результатам проверки, проведённой 25 ноября 2020 года должностными лицами Управления Росреестра по Калининградской области, выявлен факт незаконного использования ФИО7 части земельного участка с КН 2 площадью 1 кв. м путём размещения на ней части хозяйственной постройки, что лишает её (ФИО6) возможности использовать указанную часть своего земельного участка и даёт право на защиту прав собственника в судебном порядке. 

В ходе судебного разбирательства истица ФИО6 и её представитель, ФИО8, настаивали на удовлетворении исковых требований в уточнённом виде и полностью поддержали доводы, изложенные в первоначальном и уточнённом исковых заявлениях, дополнительно пояснив, что о содержании оспариваемого решения собрания уполномоченных СНТ "Балтийский прибой" от 26.02.2020 ФИО6 впервые узнала из выписки, полученной ею в конце января 2021 года. СНТ "Балтийский прибой" не привело свой устав в соответствие с требованиями Федерального закона № 217-ФЗ, который не предусматривает возможность проведения собрания уполномоченных. Нахождение части хозяйственной постройки ФИО7 в границах земельного участка с КН 2 препятствует ФИО6 использовать занятую часть своего земельного участка по прямому назначения: для ведения садоводства. 

Ответчица ФИО7 и её представитель, ФИО9, не признали изменённые исковые требования полностью, мотивируя своё несогласие тем, что ФИО6 пропустила без уважительных причин шестимесячный срок для оспаривания решения собрания уполномоченных СНТ "Балтийский прибой" от 26.02.2020, так как узнала о проведении собрания и оспариваемом решении не позднее августа 2020 года, а соответствующее требование впервые предъявила в суде лишь 14 мая 2021 года. Распоряжение имуществом общего назначения относится к компетенции общего собрания СНТ "Балтийский прибой", которое согласно уставу может проводиться в форме собрания уполномоченных. Оспариваемый договор аренды земельного участка от 26.02.2020 заключён в полном соответствии с требованиями закона на основании действительного решения собрания уполномоченных СНТ "Балтийский прибой" от 26.02.2020 и не нарушает права истицы, имеющей доступ к своему земельному участку с земельного участка общего назначения СНТ "Балтийский прибой". Хозяйственное строение было возведено семьёй ФИО7 в 2015 году в пределах фактических границ земельного участка с КН 3, обозначенных на местности забором более 20 лет, и с согласия прежнего собственника смежного земельного участка с КН 2. Приобретая в собственность в 2016 году земельный участок с КН 2, ФИО6 не высказала несогласие с размещением хозяйственной постройки ФИО7 на границе смежных земельных участков. Кадастровые работы по межеванию спорных земельных участков и согласованию местоположения их границ с установлением этих границ на местности в установленном порядке не выполнялись. Нарушение прав истицы со стороны ФИО7 не доказано. ФИО6 фактически злоупотребила своим правом, что в силу статьи 10 ГК РФ недопустимо и влечёт отказ в удовлетворении иска. 

СНТ "Балтийский прибой" в лице председателя правления ФИО10 и представителя, адвоката Фокиной Ю.М., не признало предъявленный иск в уточнённом виде, сославшись на то, что 26 февраля 2020 года собрание уполномоченных СНТ "Балтийский прибой" было проведено в полном соответствии с требованиями Федерального закона № 217-ФЗ и устава СНТ "Балтийский прибой" с предварительным своевременным извещением членов СНТ "Балтийский прибой" и при наличии кворума. Вопрос о распоряжении имуществом общего пользования относится к компетенции общего собрания членов СНТ "Балтийский прибой". Оспариваемое истицей решение о предоставлении в аренду ФИО7 части земельного участка общего назначения площадью 76 кв. м принято подавляющим большинством голосов участников собрания уполномоченных. Истицей не представлено доказательств нарушения оспариваемым решением собрания уполномоченных её прав как члена СНТ "Балтийский прибой". ФИО6 пропущен срок обращения в суд с требованием об оспаривании решения собрания уполномоченных от 26.02.2020, поскольку она достоверно узнала об оспариваемом решении ещё в августе 2020 года из письменного сообщения прокуратуры города Балтийска от 11.08.2020, а требование о признании решения собрания уполномоченных от 26.02.2020 недействительным впервые заявила в суде только 14 мая 2021 года. Законных оснований для признания недействительным договора аренды земельного участка от 26.02.2020 не имеется. Обращение ФИО6 в суд обусловлено наличием у неё с 2020 года конфликтных отношений с ФИО7 и может быть расценено как недопустимое злоупотребление правом.

ФИО11, привлечённая к участию в деле в качестве третьего лица на стороне ответчиков, полагала удовлетворить иск.

Представитель третьего лица на стороне ответчиков ФИО12, ФИО13, поддержала исковые требования.

ФИО14 как третье лицо на стороне ответчиков оставил разрешение исковых требований на усмотрение суда. 

ФИО12, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, привлечённые к участию в деле в качестве третьих лиц на стороне ответчиков, не явились в судебное заседание, хотя надлежащим образом извещались о времени и месте рассмотрения дела. 

Заслушав объяснения участников судебного разбирательства и проверив приведённые ими доводы, допросив свидетелей и исследовав письменные доказательства, суд находит иск ФИО6 не подлежащим удовлетворению по следующим мотивам. 

При рассмотрении дела судом установлено, что ФИО7, будучи членом СНТ "Балтийский прибой", с 18 февраля 2021 года является единоличным собственником земельного участка площадью 889 кв. м с КН 3, относящегося к категории земель населённых пунктов, имеющего виды разрешённого использования "для садоводства и огородничества" и "для иных видов использования, характерных для населённых пунктов", расположенного по адресу: Калининградская обл., г. Балтийск, СНТ "Балтийский прибой".

В свою очередь ФИО6, являющейся членом СНТ "Балтийский прибой", с 31 августа 2016 года принадлежит на праве собственности земельный участок площадью 937 кв. м с КН 2, относящийся к категории земель населённых пунктов, имеющий вид разрешённого использования "ведение садоводства", расположенный по адресу: Калининградская обл., г. Балтийск, СНТ "Балтийский прибой.

Земельные участки с кадастровыми номерами 3 и 2 расположены на территории садоводческого некоммерческого товарищества "Балтийский прибой" в кадастровом квартале «…» и имеют общую границу протяжённостью 9,39 метра, то есть являются смежными (соседними).

На общей границе между земельным участком с КН 3 и земельным участком с КН 2 находится хозяйственная постройка (со стороны земельного участка с КН 3) и установлено сплошное ограждение (забор) из металлопрофиля, закреплённого на металлических столбах. 

Эти обстоятельства наряду с объяснениями участников судебного разбирательства подтверждаются исследованными письменными доказательствами: выписками из ЕГРН (т. 1 л.д. 7–15, 33–36, 125–130, 142–145; т. 2 л.д. 27–34, 35–42, 196–200, 201–203), схемами расположения земельного участка от 30.09.2020, от 23.04.2021 (т. 1 л.д. 19, 79, 87; т. 2 л.д. 216), актом проверки от 25.11.2020 «…» и фототаблицей к нему (т. 1 л.д. 80–86), договором купли-продажи земельного участка от 25.08.2016 (т. 1 л.д. 121–123), инженерно-топографическим планом от 29.11.2019 (т. 1 л.д. 141), фотографическими снимками (т. 1 л.д. 154; т. 2 л.д. 207–215; т. 3 л.д. 89, 157–159), схемой СНТ "Балтийский прибой" (т. 1 л.д. 184), заявлением ФИО6 от 21.08.2016 (т. 1 л.д. 185), списками членов СНТ "Балтийский прибой" (т. 1 л.д. 202–203; т. 3 л.д. 112–115).

С 3 марта 2016 года СНТ "Балтийский прибой" является собственником земельного участка общего назначения площадью 2807 кв. м с КН 1, относящегося к категории земель населённых пунктов, расположенного по адресу: Калининградская обл., г. Балтийск, СНТ "Балтийский прибой", что подтверждается выписками из ЕГРН (т. 1 л.д. 37–41, 106–118; т. 2 л.д. 1–26), свидетельством о государственной регистрации права от 03.03.2016 (т. 1 л.д. 213), выпиской из постановления администрации города Балтийска от 16.11.2015 «…» (т. 1 л.д. 214), кадастровым паспортом земельного участка (т. 1 л.д. 215–216).

Земельный участок с КН 3 имеет общую границу с земельным участком общего назначения СНТ "Балтийский прибой" с КН 1 протяжённостью 53,17 метра, земельный участок с КН 2 – протяжённостью 19,76 метра, причём часть земельного участка общего назначения с КН 1 расположена между земельными участками с КН 3, 2. 

26 февраля 2020 года было проведено собрание уполномоченных СНТ "Балтийский прибой" путём совместного присутствия на заседании (в очной форме), на котором в числе прочего было принято решение о предоставлении ФИО7 в долгосрочную аренду на срок 49 лет части земельного участка общего назначения с КН 1 площадью 76 кв. м. 

Эти обстоятельства помимо объяснений стороны ответчиков подтверждаются протоколом собрания уполномоченных от 26.02.2020 «…» и выписками из него (т. 1 л.д. 23–24, 204–211; т. 2 л.д. 126; т. 3 л.д. 21–29), объявлением от 01.02.2020 (т. 3 л.д. 20), а также показаниями свидетелей ФИО1, ФИО2 и ФИО3

26 февраля 2020 года в городе Балтийске между СНТ "Балтийский прибой" в лице председателя правления ФИО10, с одной стороны, и ФИО7, с другой стороны, был заключён договор аренды земельного участка, по условиям которого СНТ "Балтийский прибой" как арендодатель предоставило ФИО7 как арендатору в аренду часть земельного участка с КН 1 площадью 76 кв. м на срок 49 лет: по 26 февраля 2069 года с правом установки забора, калитки и въездных ворот. 18 марта 2020 года произведена государственная регистрация этого договора аренды и обременения части земельного участка площадью 76 кв. м с учётным номером 1/3 в виде аренды в пользу ФИО7 на срок с 26 февраля 2020 года по 26 февраля 2069 года (т. 1 л.д. 37–41, 134–140, 218–223; т. 2 л.д. 1–26, 121–122, 127, 128, 204–206).

В настоящее время арендованная ФИО7 часть земельного участка общего назначения с учётным номером 1/3 огорожена глухим забором из металлопрофиля и распашными воротами из металлопрофиля (т. 1 л.д. 83; т. 2 л.д. 210).

25 ноября 2020 года заместитель главного государственного инспектора Балтийского и Светловского городских округов по использованию и охране земель ФИО4 составила акт проверки «…» , содержащий сведения о самовольном занятии и использовании ФИО7 части земельного участка с КН 2 площадью 1 кв. м, и в тот же день выдала ФИО7 предписание «…» от 25.11.2020 об освобождении самовольно занятой части территории земельного участка с КН 2 или оформлении в установленном порядке правоустанавливающих документов на землю в срок до 15 мая 2021 года (т. 1 л.д. 80–89).

Определением заместителя главного государственного инспектора Балтийского и Светловского городских округов по использованию и охране земель ФИО4 от 29.04.2021 срок исполнения ФИО7 предписания от 25.11.2020 «…» продлён до 15 июля 2021 года (т. 3 л.д. 140). 

В соответствии с пунктом 2 статьи 209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц.

Согласно пункту 3 статьи 209 ГК РФ владение, пользование и распоряжение землёй в той мере, в какой её оборот допускается законом (статья 129 ГК РФ), осуществляются её собственником свободно, если это не наносит ущерба окружающей среде и не нарушает прав и законных интересов других лиц.

Как следует из пунктов 5, 6 статьи 1 Федерального закона № 217-ФЗ, имуществом общего пользования в числе прочего являются земельные участки общего назначения.

В силу части 3 статьи 24 Федерального закона № 217-ФЗ имущество общего пользования, расположенное в границах территории садоводства, может принадлежать товариществу на праве собственности.

Частью 1 статьи 16 Федерального закона № 217-ФЗ предусмотрено, что высшим органом товарищества является общее собрание членов товарищества.

В соответствии с пунктом 5 части 1 статьи 17 Федерального закона № 217-ФЗ к исключительной компетенции общего собрания членов товарищества относится принятие решения о приобретении имущества общего пользования, в том числе земельных участков общего назначения, и о порядке его использования.

Защита гражданских прав осуществляется путём признания недействительным решения собрания (абзац пятый статьи 12 ГК РФ). 

Согласно пункту 4 части 1 статьи 11 Федерального закона № 217-ФЗ член товарищества имеет право обжаловать решения органов товарищества, влекущие гражданско-правовые последствия, в случаях и в порядке, которые предусмотрены федеральным законом.

В силу пункта 1 статьи 181.3 ГК РФ решение собрания недействительно по основаниям, установленным ГК РФ или иными законами, в силу признания его таковым судом (оспоримое решение) или независимо от такого признания (ничтожное решение). Недействительное решение собрания оспоримо, если из закона не следует, что решение ничтожно.

Как следует из пункта 1 статьи 181.4 ГК РФ, решение собрания может быть признано судом недействительным при нарушении требований закона, в том числе в случае, если: 1) допущено существенное нарушение порядка созыва, подготовки и проведения собрания, влияющее на волеизъявление участников собрания; 2) у лица, выступавшего от имени участника собрания, отсутствовали полномочия; 3) допущено нарушение равенства прав участников собрания при его проведении; 4) допущено существенное нарушение правил составления протокола, в том числе правила о письменной форме протокола пункт 3 статьи 181.2 ГК РФ). 

Если иное не предусмотрено законом, решение собрания ничтожно в случае, если оно: принято по вопросу, не включённому в повестку дня, за исключением случая, если в собрании приняли участие все участники соответствующего гражданско-правового сообщества; принято при отсутствии необходимого кворума; принято по вопросу, не относящемуся к компетенции собрания; противоречит основам правопорядка или нравственности (статья 181.5 ГК РФ). 

Пунктом 3 статьи 181.4 ГК РФ предусмотрено, что решение собрания вправе оспорить в суде участник соответствующего гражданско-правового сообщества, не принимавший участия в собрании или голосовавший против принятия оспариваемого решения.

В абзаце первом пункта 106 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 разъяснено, что допускается возможность предъявления самостоятельных исков о признании недействительным ничтожного решения собрания; споры по таким требованиям подлежат разрешению судом в общем порядке по заявлению любого лица, имеющего охраняемый законом интерес в таком признании.

ФИО6 как член СНТ "Балтийский прибой", не принимавший участие в собрании уполномоченных, состоявшемся 26 февраля 2020 года, имеет охраняемый законом интерес в признании недействительным принятого на этом собрании решения о распоряжении частью земельного участка общего назначения СНТ "Балтийский прибой" и вправе заявить соответствующее требование в судебном порядке.

Согласно абзацу первому пункта 1 статьи 181.2 ГК РФ решение собрания считается принятым, если за него проголосовало большинство участников собрания и при этом в заседании участвовало не менее пятидесяти процентов от общего числа участников соответствующего гражданско-правового сообщества.

В соответствии с частью 19 статьи 17 Федерального закона № 217-ФЗ общее собрание членов товарищества правомочно, если на указанном собрании присутствует более чем пятьдесят процентов членов товарищества или их представителей.

По состоянию на 1 января 2020 года общее количество членов СНТ "Балтийский прибой" составляло 84 человека (т. 3 л.д. 112–115). 

То есть для признания состоявшегося общего собрания членов СНТ "Балтийский прибой" правомочным принимать решения (имеющим кворум) в нём должно было участвовать более 50% общего количества членов товарищества, а именно: не менее 43 членов СНТ "Балтийский прибой" (84 : 2 + 1). 

Из содержания протокола собрания уполномоченных СНТ "Балтийский прибой" от 26.02.2020 «…» следует, что в голосовании по включённому в повестку дня вопросу «…» "Заявления ФИО7, ФИО6" принимали участие только 17 членов СНТ "Балтийский прибой", ранее избранных уполномоченными.

Следовательно, в общем собрании членов СНТ "Балтийский прибой", проведённом 26 февраля 2020 года, приняли участие лишь 17 членов СНТ "Балтийский прибой" или 20,2% общего количества членов СНТ "Балтийский прибой", что бесспорно свидетельствует об отсутствии необходимого кворума, равного 43 членам товарищества.

Проведение общего собрания членов садоводческого некоммерческого товарищества в форме собрания уполномоченных допускалось пунктом 2 статьи 20 Федерального закона от 15.04.1998 № 66-ФЗ "О садоводческих, огороднических и дачных некоммерческих объединениях граждан", утратившим силу с 1 января 2019 года. 

В то же время Федеральный закон № 217-ФЗ, действующий с 1 января 2019 года и обязательный для применения СНТ "Балтийский прибой" при проведении общих собраний после указанной даты, не предусматривает такую форму общего собрания членов товарищества, как собрание уполномоченных. 

Согласно частям 1, 5 статьи 54 Федерального закона № 217-ФЗ учредительные документы некоммерческих организаций, созданных гражданами для ведения садоводства до 1 января 2019 года, подлежат приведению в соответствие со статьями 1–28 Федерального закона № 217-ФЗ при первом изменении учредительных документов указанных организаций. Учредительные документы указанных организаций до приведения их в соответствие со статьями 1–28 Федерального закона № 217-ФЗ действуют в части, не противоречащей Федеральному закону № 217-ФЗ.

Исходя из этого, положения устава СНТ "Балтийский прибой", предусматривающие возможность проведения общего собрания в форме собрания уполномоченных, противоречат императивным предписаниям Федерального закона № 217-ФЗ и не подлежат применению после 1 января 2019 года. 

Пунктом 5 статьи 181.4 ГК РФ решение собрания может быть оспорено в суде в течение шести месяцев со дня, когда лицо, права которого нарушены принятием решения, узнало или должно было узнать об этом, но не позднее чем в течение двух лет со дня, когда сведения о принятом решении стали общедоступными для участников соответствующего гражданско-правового сообщества.

В пункте 112 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 даны разъяснения о том, что срок исковой давности для признания ничтожного решения собрания недействительным исчисляется по аналогии с правилами, установленными пунктом 5 статьи 181.4 ГК РФ (пункт 1 статьи 6 ГК РФ).

Из материалов дела (т. 1 л.д. 17–18; т. 2 л.д. 233; т. 3 л.д. 10–12, 150–151) видно, что о принятии собранием уполномоченных СНТ "Балтийский прибой", проведённым 26 февраля 2020 года, решения о предоставлении ФИО7 в аренду части земельного участка с КН 1 площадью 76 кв. м ФИО6 впервые узнала не позднее 31 августа 2020 года из письменного сообщения прокуратуры города Балтийска от 11.08.2020 «…» 

Отсутствие у истицы до января 2021 года выписки из протокола собрания уполномоченных СНТ "Балтийский прибой" от 26.02.2020 «…» само по себе не препятствовало обращению ФИО6 в суд с требованием об оспаривании решения собрания уполномоченных, дата принятия и существо которого ей было известно. 

В силу абзаца первого пункта 3 статьи 192 ГК РФ срок, исчисляемый месяцами, истекает в соответствующее число последнего месяца срока.

Если окончание срока, исчисляемого месяцами, приходится на такой месяц, в котором нет соответствующего числа, то срок истекает в последний день этого месяца (абзац третий пункта 3 статьи 192 ГК РФ). 

Следовательно, течение срока исковой давности по требованию об оспаривании решения собрания уполномоченных СНТ "Балтийский прибой" от 26.02.2020 началось 1 сентября 2020 года, а истёк срок исковой давности в последний день шестого месяца, то есть 28 февраля 2021 года. 

Уточнённое исковое заявление ФИО6 от 14.05.2021, содержащее требование о признании недействительным решения собрания уполномоченных СНТ "Балтийский прибой" от 26.02.2020 в части предоставления в аренду ФИО7 части земельного участка с КН 1 площадью 76 кв. м впервые подано истицей и принято к рассмотрению судом в судебном заседании, состоявшемся 14 июля 2021 года, то есть спустя более четырёх месяцев после истечения срока исковой давности (т. 3 л.д. 149–152). До указанной даты ФИО6 подобное требование в рамках настоящего гражданского дела не заявляла. 

Таким образом, по состоянию на день предъявления требования о признании недействительным в части решения собрания уполномоченных СНТ "Балтийский прибой" от 26.02.2020 (14 июля 2021 года) истёк срок исковой давности по данному требованию ФИО6

Оснований для приостановления или перерыва течения срока исковой давности, предусмотренных пунктом 1 статьи 202 и частью первой статьи 203 ГК РФ соответственно, в отношении требования истицы о признании недействительным решения собрания судом не выявлено.

Согласно статье 205 ГК РФ в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжёлая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев – в течение срока давности.

В абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 разъяснено, что в соответствии со статьёй 205 ГК РФ в исключительных случаях суд может признать уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца - физического лица, если последним заявлено такое ходатайство и им представлены необходимые доказательства.

Между тем ФИО6 в ходе судебного разбирательства не заявляла в письменной форме ходатайство о восстановлении пропущенного срока исковой давности и не представила доказательства, подтверждающие уважительность причин пропуска ею шестимесячного срока исковой давности, считая соблюдённым срок обращения в суд. 

Абзацем вторым пункта 2 статьи 199 ГК РФ предусмотрено, что истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. 

Согласно абзацу второму части шестой статьи 152 ГПК РФ установление факта пропуска без уважительных причин срока исковой давности влечёт принятие судьёй решения об отказе в иске без исследования иных фактических обстоятельств.

Проанализировав приведённые в решении нормы материального права и разъяснения по их применению, оценив исследованные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу о том, что заявление обоими ответчиками о применении исковой давности влечёт отказ в удовлетворении требования ФИО6 о признании недействительным решения собрания уполномоченных СНТ "Балтийский прибой", изложенного в протоколе собрания уполномоченных от 26.02.2020 № 154, о предоставления в аренду на срок 49 лет ФИО7 части земельного участка общего назначения с КН 1 площадью 76 кв. м. 

Что касается требования истицы о признании недействительным договора аренды земельного участка общего назначения, заключённого 26 февраля 2020 года между СНТ "Балтийский прибой" и ФИО7, то оно также не подлежит удовлетворению.

Согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (абзацы первый и второй пункта 2 статьи 166 ГК РФ). 

В силу пункта 1 статьи 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 статьи 168 ГК РФ или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

От имени СНТ "Балтийский прибой" договор аренды земельного участка от 26.02.2020 подписан председателем правления ФИО10, обладающим полномочиями по заключению сделок (договоров) от имени СНТ "Балтийский прибой" в соответствии с пунктом 4 части 1 статьи 19 Федерального закона № 217-ФЗ и статьей 15 устава СНТ "Балтийский прибой".

Основанием для заключения ответчиками договора аренды земельного участка от 26.02.2020 послужило решение собрания уполномоченных СНТ "Балтийский прибой" от 26.02.2020, которое не признано недействительным в судебном порядке. 

Часть земельного участка общего назначения с КН 1 площадью 76 кв. м, являющаяся объектом аренды по договору аренды земельного участка от 26.02.2020, определена надлежащим образом на основании схемы расположения земельного участка на кадастровом плане территории, содержащей координаты характерных точек границ арендуемой части земельного участка. 

Проведённая судом проверка показала, что оспариваемый истицей договор аренды земельного участка от 26.02.2020 не противоречит действующему законодательству, в том числе Федеральному закону № 217-ФЗ.

Частью 5 статьи 24 Федерального закона № 217-ФЗ предусмотрено, что правообладатели земельных участков, расположенных в границах территории садоводства, вправе использовать земельные участки общего назначения в границах такой территории для прохода и проезда к своим земельным участкам свободно и без взимания платы. Никто не вправе ограничивать доступ правообладателей земельных участков, расположенных в границах территории садоводства или огородничества, к таким земельным участкам.

Как установлено судом, оспариваемым договором аренды земельного участка от 26.02.2020 не ограничивается доступ ФИО6 к земельному участку с КН 2, поскольку принадлежащий истице земельный участок имеет общую границу с земельным участком общего назначения СНТ "Балтийский прибой" с КН 1, протяжённость которой достаточная для прохода и проезда.

Обстоятельств, указывающих на нарушение договором аренды земельного участка от 26.02.2020 каких-либо прав или охраняемых законом интересов ФИО6, в ходе судебного разбирательства не выявлено и из материалов дела не усматривается. 

Таким образом, у суда не имеется законных оснований для признания недействительным договора аренды земельного участка от 26.02.2020 по требованию истицы.

В соответствии со статьёй 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Как следует из подпункта 2 пункта 1 и подпункта 4 пункта 2 статьи 60 Земельного кодекса Российской Федерации (далее по тексту – "ЗК РФ"), в случае самовольного занятия земельного участка нарушенное право на земельный участок подлежит восстановлению, а действия, нарушающие права граждан на землю или создающие угрозу их нарушения, могут быть пресечены путём восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

Пунктом 1 статьи 11 ГК РФ предусмотрено, что суд осуществляет защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав. 

В пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 даны разъяснения о том, что в силу статьи 304 ГК РФ иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности. Иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению независимо от того, на своём или чужом земельном участке ответчик совершает действия (бездействие), нарушающие право истца.

С учётом приведённых выше норм материального права юридически значимыми обстоятельствами при рассмотрении земельных споров о границах смежных земельных участков и устранении препятствий в пользовании земельными участками являются: 1) наличие у истца права собственности или иного субъективного права на земельный участок, поставленный на кадастровый учёт по результатам межевания (кадастровых работ); 2) наличие препятствий к осуществлению истцом правомочий владения и пользования своим земельным участком; 3) характер нарушения или угрозы нарушения права истца как собственника земельного участка; 4) совершение ответчиком противоправных действий по самовольному захвату (занятию) части земельного участка истца, препятствующих использованию земельного участка истцом в полной мере.

Бремя доказывания всех вышеперечисленных обстоятельств возлагается на истца, предъявившего требование об устранении препятствий в пользовании земельным участком применительно к статье 304 ГК РФ. 

Между тем в нарушение требований части первой статьи 56 и части первой статьи 57 ГПК РФ ФИО6 не представила суду допустимых и убедительных доказательств, подтверждающих нарушение её прав как собственника со стороны ФИО7 путём нарушения границ земельного участка с КН 2 и самовольного захвата части этого земельного участка путём размещения на нём хозяйственной постройки. 

Согласно пункту 3 статьи 6 ЗК РФ земельный участок как объект права собственности является недвижимой вещью, которая представляет собой часть земной поверхности и имеет характеристики, позволяющие определить её в качестве индивидуально-определённой вещи. 

В силу статьи 70 ЗК РФ государственный кадастровый учёт земельных участков осуществляется в порядке, установленном Федеральным законом "О государственной регистрации недвижимости".

В соответствии с частью 2 статьи 8 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" (далее по тексту – "Федеральный закон № 218-ФЗ") к основным сведениям об объекте недвижимости относятся характеристики, которые определяются и изменяются в результате образования земельных участков, уточнения местоположения границ земельных участков. Данные сведения вносятся в кадастр недвижимости на основании документов, указанных в пунктах 7, 7.2–7.4 части 2 статьи 14 Федерального закона № 218-ФЗ, если иное не установлено Федеральным законом № 218-ФЗ.

Как следует из пункта 7 части 2 статьи 14 Федерального закона № 218-ФЗ, основанием для осуществления государственного кадастрового учёта является межевой план (при государственном кадастровом учёте образуемых земельных участков, государственном кадастровом учёте в связи с образованием части земельного участка (за исключением случая, предусмотренного частью 1 статьи 44 Федерального закона № 218-ФЗ), государственном кадастровом учёте в связи с изменением описания местоположения границ земельного участка и (или) его площади в случаях, предусмотренных частями 1 и 2 статьи 43 Федерального закона № 218-ФЗ).

Подпунктом 1 пункта 24 порядка ведения Единого государственного реестра недвижимости, утверждённого приказом Росреестра от 01.06.2021 № П/0241, предусмотрено, что при описании местоположения земельного участка указываются список координат характерных точек границ земельного участка (обозначения характерных точек границ земельного участка, значения координат характерных точек границ (контура) земельного участка в метрах с округлением до 0,01 метра с указанием при наличии метода и погрешности определения координат, системы координат, описания их закрепления на местности).

Согласно части 1 статьи 22 Федерального закона № 218-ФЗ межевой план представляет собой документ, который составлен на основе кадастрового плана соответствующей территории или выписки из Единого государственного реестра недвижимости о соответствующем земельном участке и в котором воспроизведены определённые сведения, внесенные в Единый государственный реестр недвижимости, и указаны сведения об образуемых земельном участке или земельных участках, либо о части или частях земельного участка, либо новые необходимые для внесения в Единый государственный реестр недвижимости сведения о земельном участке или земельных участках.

В межевом плане указываются сведения об образуемых земельном участке или земельных участках в случае выполнения кадастровых работ, в результате которых обеспечивается подготовка документов для представления в орган регистрации прав заявления о государственном кадастровом учете земельного участка или земельных участков (пункт 1 части 2 статьи 22 Федерального закона № 218-ФЗ).

В силу части 3 статьи 22 Федерального закона № 218-ФЗ в случае, если в соответствии с федеральным законом местоположение границ земельных участков подлежит обязательному согласованию, межевой план должен содержать сведения о проведении такого согласования.

Как следует из части 1 и пункта 1 части 3 статьи 39 Федерального закона от 24.07.2007 № 221-ФЗ "О кадастровой деятельности" (далее по тексту – "Федеральный закон № 221-ФЗ"), местоположение границ земельных участков подлежит в установленном настоящим Федеральным законом порядке обязательному согласованию с лицами, обладающими смежными земельными участками на праве собственности (заинтересованными лицами), в случае, если в результате кадастровых работ уточнено местоположение границ земельного участка, в отношении которого выполнялись соответствующие кадастровые работы, или уточнено местоположение границ смежных с ним земельных участков, сведения о которых внесены в Единый государственный реестр недвижимости.

В соответствии с частью 5 статьи 39 Федерального закона № 221-ФЗ согласование местоположения границ проводится по выбору заказчика кадастровых работ с установлением границ земельных участков на местности или без установления границ земельных участков на местности. Заинтересованное лицо вправе потребовать согласования местоположения границ с их установлением на местности.

Результат согласования местоположения границ оформляется кадастровым инженером в форме акта согласования местоположения границ на обороте листа графической части межевого плана. Местоположение границ земельного участка считается согласованным при наличии в акте согласования местоположения границ личных подписей всех заинтересованных лиц или их представителей (части 1 и 2 статьи 40 Федерального закона № 221-ФЗ). 

Частью 7 статьи 22 Федерального закона № 218-ФЗ предусмотрено, что в текстовой части межевого плана указываются необходимые для внесения в Единый государственный реестр недвижимости сведения о земельном участке или земельных участках, включая сведения об использованной при подготовке межевого плана геодезической основе, в том числе о пунктах государственной геодезической сети или геодезических сетей специального назначения, а также в установленном частью 3 статьи 22 Федерального закона № 218-ФЗ случае сведения о согласовании местоположения границ земельных участков в форме акта согласования местоположения таких границ.

Согласно части 8 статьи 22 Федерального закона № 218-ФЗ местоположение границ земельного участка устанавливается посредством определения координат характерных точек таких границ, то есть точек изменения описания границ земельного участка и деления их на части.

В силу части 10 статьи 22 Федерального закона № 218-ФЗ при уточнении границ земельного участка их местоположение определяется исходя из сведений, содержащихся в документе, подтверждающем право на земельный участок, или при отсутствии такого документа исходя из сведений, содержащихся в документах, определявших местоположение границ земельного участка при его образовании. В случае отсутствия в документах сведений о местоположении границ земельного участка его границами считаются границы, существующие на местности пятнадцать лет и более и закреплённые с использованием природных объектов или объектов искусственного происхождения, позволяющих определить местоположение границ земельного участка.

Из материалов дела (т. 1 л.д. 7–15, 33–36, 125–130, 142–145; т. 2 л.д. 27–34, 35–42, 129–154, 155–192, 196–200, 201–203) следует, что смежные земельные участки с кадастровыми номерами 3 и 2 были поставлены на государственный кадастровый учёт 29 марта 2007 года как ранее учтённые без проведения межевания (кадастровых работ) и без указания способа определения местоположения границ и предельно допустимой погрешности определения площади, а характерные точки границ обоих земельных участков были закреплены на местности временными межевыми знаками. 

В кадастровых делах земельных участков с КН 3, 2 отсутствуют межевые планы с актами согласования местоположения границ этих земельных участков, подписанных всеми заинтересованными лицами или их представителями. 

Акт выноса поворотных точек границы земельного участка с КН 2 в натуру от 30.06.2019 составлен сотрудниками ООО "Кадастровое дело" по заданию ФИО6 без участия правообладателей всех смежных земельных участков, в том числе ФИО7, и содержит сведения о закреплении границ земельного участка на местности временными межевыми знаками с точностью 0,1 метра (т. 1 л.д. 124).

По сведениям, содержащимся в справке кадастрового инженера ФИО5 от 12.07.2021 «…» (т. 3 л.д. 145), в период с 2003 года до ноября 2011 года нормативная точность определения межевых знаков составляла 0,2 метра. 

Сторона истицы не подтвердила документально фактическую площадь земельного участка с КН 2 в существующих границах, которые длительное время обозначены на местности ограждениями (заборами). 

Таким образом, по итогам судебного разбирательства может считаться установленным факт постановки смежных земельных участков с кадастровыми номерами 3 и 2 на государственный кадастровый учёт без проведения межевания (кадастровых работ) и без определения местоположения границ этих земельных участков в едином государственном реестре недвижимости по результатам межевания (кадастровых работ).

Поскольку точные границы земельного участка с КН 2 не были установлены в соответствии с требованиями закона по результатам кадастровых работ, а площадь этого земельного участка, имеющего статус "ранее учтённый" была определена декларативно, суд отвергает как необоснованное утверждение ФИО6 о самовольном захвате ФИО7 части земельного участка с КН 2 площадью 1 кв. м.

Фактические границы смежных земельных участков с КН 3, 2 помимо ограждений закреплены на местности другими природными и искусственными ориентирами: многолетними деревьями и кустарниками, хозяйственными постройками (т. 1 л.д. 83–86, 87, 139, 141, 154, 223; т. 2 л.д. 207–210; т. 3 л.д. 146–148).

На момент приобретения земельного участка с КН 2 в собственность в 2016 году ФИО6 осматривала этот земельный участок, проверяла его качественное состояние, включая его ограждение по периметру и площадь, наличие у его существующих границ со стороны смежных земельных участков хозяйственных построек, многолетних зелёных насаждений, и приняла его от прежнего собственника в таком виде, в котором земельный участок имелся на момент совершения сделки (т. 1 л.д. 121–123). 

Фактический порядок пользования земельными участками с КН 3, 2 в существующих границах, сложившийся между их правообладателями на протяжении длительного времени, в период с 2016 до 2020 года ФИО6 соблюдался, не оспаривался и не пересматривался. 

Факт нахождения хозяйственной постройки, возведённой ФИО7, в границах земельного участка с КН 2, установленных по результатам кадастровых работ, ФИО6 допустимыми доказательствами не подтвердила. 

В материалах дела отсутствуют надлежащие доказательства существования разницы между фактической площадью земельного участка с КН 2 и площадью, указанной в правоустанавливающем документе и едином государственном реестре недвижимости (937 кв. м), и образования этой разницы именно в результате виновных действий ФИО7, а не вследствие допустимой погрешности вычисления площади земельного участка. 

При рассмотрении дела судом не установлено обстоятельств, свидетельствующих о совершении ФИО7 действий по осуществлению дополнительной прирезки территории к своему земельному участку за счёт части земельного участка ФИО6 и по переносу в одностороннем порядке существующей общей границы смежных земельных участков с кадастровыми номерами 3 и 2.

Фактических данных, указывающих на добровольный отказ ФИО7 от части своего земельного участка со стороны других смежных земельных участков при одновременном захвате части земельного участка истицы, судом не выявлено и из материалов дела не усматривается.

Довод ФИО6 о том, что хозяйственная постройка, возведённая ФИО7 на общей границе земельных участков, препятствует использованию истицей части своего земельного участка для ведения садоводства, суд отвергает как несостоятельный и противоречащий исследованным доказательствам.

Фотографические снимки и схемы земельных участков (т. 1 л.д. 154; т. 2 л.д. 207, 216; т. 3 л.д. 31, 157–159) подтверждают, что на спорном участке общей границы по всей длине хозяйственной постройки ФИО7 истица возвела на своём земельном участке хозяйственную постройку, которая препятствует выращиванию в этом месте сельскохозяйственных культур.

Ориентация ската крыши хозяйственной постройки ФИО7 исключает попадание стока дождевой воды на соседний земельный участок с КН 2.

Согласно примечанию 1 к пункту 6.8 СП 53.13330.2019 "Планировка и застройка территории ведения гражданами садоводства. Здания и сооружения (СНиП 30-02-97* Планировка и застройка территорий садоводческих (дачных) объединений граждан, здания и сооружения)" и пункту 4.13 СП 4.13130.2013 "Системы противопожарной защиты. Ограничение распространения пожара на объектах защиты. Требования к объёмно-планировочным и конструктивным решениям" допускается возведение без противопожарных разрывов и блокирование хозяйственных построек на смежных земельных участках по взаимному согласию собственников (домовладельцев). 

Таким образом, по итогам разбирательства дела суд не усматривает достаточных оснований для удовлетворения требования ФИО6 к ФИО7 об устранении препятствий в пользовании земельным участком площадью 937 кв. м с КН 2. 

С учётом всех установленных обстоятельств дела, проанализировав приведённые в решении нормы материального права и оценив исследованные доказательства в совокупности, суд приходит к окончательному выводу о том, что все исковые требования ФИО6 подлежат оставлению без удовлетворения ввиду их необоснованности.

Исходя из изложенного, руководствуясь статьями 194–199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

РЕШИЛ:

отказать ФИО6 в удовлетворении иска к ФИО7 и садоводческому некоммерческому товариществу "Балтийский прибой" о признании недействительным решения собрания уполномоченных садоводческого некоммерческого товарищества "Балтийский прибой", изложенного в протоколе собрания уполномоченных от 26.02.2020 «…» , о предоставления в аренду на срок 49 лет ФИО7 части земельного участка общего назначения с кадастровым номером 1 площадью 76 кв. м, о признании недействительным договора аренды указанной части земельного участка общего назначения, заключённого 26 февраля 2020 года между садоводческим некоммерческим товариществом "Балтийский прибой" и ФИО7, и об устранении препятствий в пользовании земельным участком площадью 937 кв. м с кадастровым номером 2, расположенного по адресу: Россия, Калининградская область, город Балтийск, СНТ "Балтийский прибой". 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Калининградского областного суда через Балтийский городской суд Калининградской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Балтийского городского суда 

Калининградской области В.В. Дуденков

Мотивированное решение изготовлено 21 июля 2021 года на 14-ти страницах.