Судья Хашхожев Р.А. дело № 22к -63 от 14.01. 2020г. 

А п е л л я ц и о н н о е п о с т а н о в л е н и е

 

г. Нальчик 17 января 2020 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики в составе: 

председательствующего Заникоевой Л.Х. 

при секретаре Шидовой С.М. 

с участием: прокурора Шалимова Р.В.

адвоката Будаевой М.Б.

рассмотрела в открытом судебном заседании 17 января 2020 года апелляционные жалобы адвоката Будаевой М.Б. и подозреваемого ФИО1 на постановление Нальчикского городского суда КБР от 27 декабря 2019 года, по которому ходатайство следователя по особо важным делам 3 МСО (дислокация г. Нальчик) СЧ ГУ МВД России по СКФО ФИО2 об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении

ФИО1, 

<

данные изъяты> не судимого, подозреваемого в совершении преступлений, предусмотренных частью 2 статьи 223, частью 2 статьи 222 УК РФ, -

удовлетворено. Подозреваемому ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на 2 месяца, до 27 февраля 2020 года включительно. 

Заслушав доклад судьи Заникоевой Л.Х., выслушав подозреваемого ФИО1 в режиме видеоконференц-связи и его защитника – адвоката Будаеву М.Б., поддержавших доводы жалоб, мнение прокурора Шалимова Р.В., полагавшего постановление суда законным, обоснованным и мотивированным, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

органами предварительного расследования ФИО1 подозревается в незаконном изготовлении огнестрельного оружия в целях сбыта и извлечения от этого дохода, группой лиц по предварительному сговору с ФИО3 и неустановленными лицами и в незаконном сбыте этого оружия.

23 декабря 2019 года возбуждено уголовное дело в отношении ФИО3 и ФИО4 по признакам преступлений, предусмотренных частью 2 статьи 223 и частью 2 статьи 222 УК РФ (л.д. 1-3). 

25 декабря 2019 года возбуждено уголовное дело в отношении ФИО1 и ФИО3 по признакам преступлений, предусмотренных частью 2 статьи 223 и частью 2 статьи 222 УК РФ (л.д. 8-10).

25 декабря 2019 года оба уголовных дела соединены в одно производство (л.д. 4-7).

26 декабря 2019 года ФИО1 задержан в качестве подозреваемого (л.д. 50-53).

Следователь по особо важным делам 3 МСО (дислокация г. Нальчик) СЧ ГУ МВД России по СКФО ФИО2 обратился в суд с ходатайством об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении подозреваемого ФИО1, мотивировав тем, что из материалов уголовного дела и из оперативной информации следует, что ФИО1 может скрыться от органов предварительного расследования и суда, может продолжать заниматься преступной деятельностью, угрожать свидетелям и иным участникам уголовного судопроизводства, а также иным образом воспрепятствовать производству по уголовному делу, и при указанных обстоятельствах в отношении ФИО1 невозможно применить иную, более мягкую, меру пресечения.

Судом вынесено вышеуказанное постановление.

В апелляционных жалобах подозреваемый ФИО1 и его защитник адвокат Будаева М.Б., считая постановление незаконным, необоснованным и немотивированным, просят его отменить, избрать в отношении ФИО1 более мягкую меру пресечения в виде домашнего ареста.

Ссылаясь на Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога», считают, что суд не проанализировал и не отразил в постановлении материалы, которые следователь представил в обоснование избрания меры пресечения в виде заключения под стражу.

Считают недопустимым использовать «стандартные обезличенные» формулировки, такие как «представленные следователем материалы свидетельствуют о достаточности данных, подтверждающих обоснованность подозрения», без анализа этих материалов. Данное обстоятельство полагают существенным нарушением уголовно-процессуального закона, влекущим отмену постановления.

Считают, что утверждение суда о том, что, находясь на свободе, ФИО1 может скрыться от следствия и суда, а также продолжить заниматься преступной деятельностью, не имеют под собой реальной доказательственной и правовой основы и носят субъективный характер. 

Указывают, что ФИО1 при допросе в качестве подозреваемого признал себя виновным, фактически рассказал все обстоятельства дела, не пытаясь уйти от ответственности, раскаялся в содеянном, однако судом эти обстоятельства были оставлены без внимания.

Утверждают, что поскольку наличие иных обстоятельств, кроме как тяжесть преступления, не подтверждено доказательствами, представленными следователем в обоснование ходатайства, постановление об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу является необоснованным.

Считают, что суд не учёл то, что ФИО1 не намерен скрыться от органов суда и следствия или иным образом воспрепятствовать производству по делу; судом в полной мере не были учтены сведения о его личности, составе семьи, что суд пришёл к выводу о наличии оснований, предусмотренных статьёй 97 УПК РФ, но не учёл в должной мере ни его семейное положение, ни наличие малолетнего ребенка на его иждивении, ни состояние его здоровья, ни то обстоятельство, что он занят общественно-полезным трудом, положительно характеризуется не только по месту жительства, но и по месту работы, что является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, вследствие чего принятое судом решение необоснованно.

Указывают, что по ходатайству стороны защиты были приобщены к материалам дела: копия свидетельства о браке ФИО1 с ФИО5, с которой он проживает совместно с 2003 года; копия свидетельства о рождении сына, ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года, который на сегодняшний день является малолетним и находится на его иждивении; данное обстоятельство сторона защиты ходатайствовала признать смягчающим вину обстоятельством, однако суд не дал оценки данному обстоятельству.

Также указывают, что к материалам дела в судебном заседании был приобщён ряд медицинских документов, подтверждающих наличие у ФИО1 серьёзных заболеваний, требующих постоянного лечения и нахождения под наблюдением у врачей: выписки из истории болезней, в которых указано, что он проходил лечение ГБУЗ «ЦРБ» г.о. Прохладный в неврологическом отделении, в терапевтическом отделении с диагнозом: инфаркт мозга в виде левостороннего гемипареза, хроническая дисциркуляторная энцефалопатия 2 степени; декомпенсация; атеросклероз аорты, венечных церебральных сосудов, артериальная гипертония 2 степени, степень риска 4; справка, выданная ГБУЗ « ЦРБ» г.о. Прохладный и Прохладненского муниципального района, в которой указано, что ФИО1 состоит на диспансерном учёте у врача - невролога с диагнозом: ЦВБ; последствия инфаркта мозга от 15 марта 2018 года в виде левостороннего гемипареза; хроническая декомпенсация; выписка из истории болезни, выданная ГБУЗ «Кардиологический Центр» г. Нальчика, где он проходил очередное лечение с диагнозом: атеросклероз коронарных, церебральных артерий, аорты; артериальная гипертония 3 степени, степень риска 4; ХСН-

стадия, ф.кл.2. хроническая ишемия головного мозга 3 степени, стадия СМА в виде левостороннего гемипареза и дизартрии; системный тромболизис от 15 марта 2018 года; жировой гепотоз; хронический холецистит, хронический панкреатит. Однако все перечисленные медицинские документы не были признаны доказательством наличия у ФИО1 таких серьёзных заболеваний.

Указывают, что у стороны защиты фактически не было возможности представить медицинское или комиссионное заключение о наличии у него хронических заболеваний, препятствующих содержанию под стражей, поскольку он был задержан 26 декабря 2019 года в 22 часа 50 минут, а судебное заседание об избрании ему меры пресечения в виде заключения под стражу состоялось сразу же на следующий день, 27 декабря 2019 года, но наличие серьёзных хронических заболеваний, требующих наблюдения врачей, фактически было подтверждено представленными медицинскими документами. Данные обстоятельства также свидетельствуют о том, что ФИО1 не намерен с таким состоянием здоровья скрываться от органов следствия и суда и продолжать заниматься преступной деятельностью.

Просят приобщить к материалам дела и исследовать в судебном заседании при рассмотрении апелляционных жалоб медицинскую справку № 269 от 28 декабря 2019 года, выданную ГБУЗ ЦРБ г.о. Прохладного и Прохладненского муниципального района, в которой указано, что ФИО1 состоит на «Д» учёте с диагнозом: последствия инсульта (5 марта 2018года) в виде левостороннего гемипареза, дизартрии; хронической ДЭП 2 степени с вегетативными нарушениями; регулярно получает курсы сосудистой терапии; нуждается в очередном лечении в домашних условиях. Данная справка не была исследована судом первой инстанции, поскольку её не успели получить именно от лечащего врача.

Указывают, что стороной защиты в судебном заседании было заявлено ходатайство об избрании более мягкой меры пресечения в виде домашнего ареста с установлением соответствующих ограничений, предусмотренных уголовно-процессуальным законом. Представить в суд документы, подтверждающие, что ФИО1 является собственником домовладения, в котором проживает в 

<

адрес> со своей семьей, также не имели возможности, поскольку были ограничены во времени, а также в виду отдалённости местонахождения. Все необходимые документы находились в г. Прохладном, а судебное разбирательство проходило в г. Нальчике и к назначенному времени слушания дела документы подвезти не успели. Копию свидетельства о государственной регистрации права собственности на домовладение, заверенное нотариусом, прилагают к жалобам, а также заявление ФИО9, выражающей своё согласие и согласие малолетнего сына Сергея на проживание ФИО1 с ними при избрании ему меры пресечения в виде домашнего ареста по вышеуказанному адресу.

Считают, что избрание меры пресечения в виде домашнего ареста является достаточным для обеспечения целей, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Находясь дома и не имея возможности покинуть место жительства без ведома органа предварительного следствия, ФИО1 будет лишён возможности скрыться, оказать какое -либо давление на свидетелей, продолжать заниматься преступной деятельностью или иным образом воспрепятствовать производству по делу.

Считают незаконным, необоснованным и существенно нарушающим уголовно-процессуальный закон указание в резолютивной части постановления: «Избрать меру пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО1 сроком на 2 месяца, то есть до 27 февраля 2020 года включительно», поскольку ФИО1 был задержан 26 декабря 2019 года в 22 часа 50 минут, следовательно, двухмесячный срок заключения под стражу должен истекать 26 февраля 2020 года в 22 часа 50 минут, а не как указано в постановлении.

Полагают, что судом при вынесении постановления нарушена часть 1 статьи 109 УПК РФ, где ФИО1 необоснованно продлён срок содержания под стражей, что также влечет отмену вынесенного постановления как незаконного и необоснованного.

Указывают, что безосновательное вменение возможности скрыться от следствия и суда и продолжения заниматься преступной деятельностью без подтверждения объективными доказательствами является нарушением презумпции невиновности, предусмотренной статьёй 14 УПК РФ и статьёй 49 Конституции Российской Федерации, поскольку указанными возможностями, как способностью совершать определенные действия, обладают все дееспособные лица. 

Считают, что объективных данных в обоснование необходимости заключения под стражу органами следствия суду не представлено.

В дополнении к апелляционной жалобе ФИО1 указывает, что суд не учёл состояние его здоровья, что после перенесённых инфаркта и инсульта он состоит на учёте у невролога и ему необходимо постоянно находиться под наблюдением у врача и регулярно принимать лекарства, а в условиях следственного изолятора он этого лишён. 

В возражениях на апелляционные жалобы старший прокурор отдела управления Генеральной прокуратуры РФ в СКФО Шалимов Р.В. считает, что постановление является законным и что оснований для его отмены, а также для изменения меры пресечения ФИО1 на более мягкую не имеется.

Указывает, что суд в полном объёме исследовал данные о личности подозреваемого и с учётом анализа обстоятельств, свидетельствующих о необходимости применения меры пресечения в виде заключения под стражу (сведения о причастности к совершённым тяжким преступлениям, невозможность обеспечения надлежащего поведения подозреваемого при условии применения иной, более мягкой, меры пресечения), принял обоснованное и мотивированное решение об избрании ФИО1 данной меры пресечения.

Указывает, что освидетельствование ФИО1 в установленном Правилами медицинского освидетельствования подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений, утверждёнными Постановлением Правительства Российской Федерации от 14 января 2011 года № 3 порядке не проводилось, в связи с чем полученные в установленном законом порядке сведения о наличии у подозреваемого заболеваний, препятствующих его содержанию под стражей, суду не представлялись.

Представленные в судебном заседании документы, свидетельствующие о наличии у ФИО1 ряда заболеваний, не являются основанием для отказа в применении в отношении него меры пресечения виде заключения под стражу. Суд, приняв документы, дал им надлежащую оценку.

Проверив представленные материалы, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений на них, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 108 УПК РФ и разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога», заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трёх лет, при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения.

На первоначальных этапах производства по делу тяжесть обвинения (подозрения) и в этой связи возможность назначения наказания в виде лишения свободы на длительный срок могут служить основанием для заключения подозреваемого или обвиняемого под стражу ввиду того, что он может скрыться от дознания, предварительного следствия.

Оба преступления, в которых подозревается ФИО1, в соответствии со статьёй 15 УК РФ относятся к категории тяжких преступлений и на первоначальных этапах предварительного следствия этого обстоятельства достаточно для избрания в отношении него меры пресечения в виде заключения под стражу. 

Избрание такой меры пресечения допускается после проверки обоснованности подозрения в причастности лица к преступлению.

Суд первой инстанции пришёл к выводу об обоснованности подозрения в причастности ФИО1 к преступлениям, по признакам которых возбуждено уголовное дело.

Это обстоятельство не оспаривается.

Требования части 1 статьи 100 УПК РФ о необходимости в случае избрания меры пресечения подозреваемому предъявления обвинения не позднее 10 суток с момента применения меры пресечения, а если подозреваемый был задержан – в тот же срок с момента задержания выполнены.

Согласно пояснениям стороны защиты обвинение ФИО1 предъявлено 28 декабря 2019 года в совершении преступлений, предусмотренных частью 2 статьи 222 и частью 2 статьи 223 УК РФ.

Довод жалоб о наличии у ФИО1 тяжёлых заболеваний судом 1-й инстанции и судом апелляционной инстанции исследован.

При наличии у него заболевания, входящего в Перечень тяжёлых заболеваний, препятствующих содержанию под стражей подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений, утверждённого Постановлением Правительства Российской Федерации от 14 января 2011 года № 3 «О медицинском освидетельствовании подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», он, его защитник вправе обратиться к лицу (органу), в производстве которого находится уголовное дело, либо к начальнику места содержания под стражей с заявлением о направлении на медицинское освидетельствование, в зависимости от результатов которого может быть поставлен вопрос об изменении меры пресечения.

В настоящее время данных о наличии у ФИО1 таких заболеваний не имеется.

Ребёнок ФИО1, ФИО6, родившийся ДД.ММ.ГГГГ года (исполнилось 14 лет), является несовершеннолетним (л.д. 76), а не малолетним, как указывается в жалобе.

Вывод суда об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу обоснован.

Вместе с тем, постановление подлежит изменению по следующим основаниям.

По смыслу статей 108, 109, 128 УПК РФ сроки, предусмотренные Уголовным кодексом Российской Федерации, а также сроки, предусмотренные статьями 108, 109 УПК РФ (сроки заключения под стражу, продления содержания под стражей), исчисляются с первого дня наступления события, а не со следующего дня, как это имеет место с другими процессуальными сроками (сроками рассмотрения дел, сроками обжалования судебных решений и др.). 

В данном случае первым днём заключения ФИО1 под стражу в соответствии с пунктом 1 части 10 статьи 109 УПК РФ является день его задержания, то есть 26 декабря 2019 года (л.д. 50-53).

Судом мера пресечения избрана на 2 месяца. При таких обстоятельствах последним днём двухмесячного срока является дата – 25 февраля 2020 года, а не 27 февраля 2020 года, как указано в постановлении.

Кроме того, уголовное дело возбуждено 23 декабря 2019 года (л.д. 103).

Оснований избирать меру пресечения свыше сроков предварительного следствия не имеется.

При таких обстоятельствах судебная коллегия, с учётом всех обстоятельств, считает достаточным избрание меры пресечения в виде заключения под стражу до 22 февраля 2020 года включительно – на 1 месяц 28 дней. 

Соответствующее изменение следует внести в постановление.

В остальной части постановление следует оставить без изменения.

Руководствуясь статьями 389.15, 389.19, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

п о с т а н о в и л а:

постановление Нальчикского городского суда Кабардино-Балкарской Республики от 27 декабря 2019 года в отношении ФИО1 изменить.

Срок содержания ФИО1 под стражей сократить до 1 месяца 28 дней – до 22 февраля 2020 года включительно.

В остальной части постановление оставить без изменения, апелляционную жалобу в остальной части – без удовлетворения.

Председательствующий Л.Х. Заникоева