Дело № 2-1782/2017

Решение

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Волгоград 21 сентября 2017 года

Ворошиловский районный суд г. Волгограда

в составе: председательствующего судьи Болохоновой Т.Ю.

при секретаре судебного заседания Назаренко Ю.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 ФИО18 к ФИО3 ФИО19, ФИО4 ФИО20 о восстановлении срока для принятия наследства, признании сделок недействительными, аннулировании реестровой записи о регистрации права, признании принявшим наследство и признании права собственности на наследственное имущество,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 ФИО18 обратился в суд с иском, в котором с учетом внесенных в порядке ст. 39 ГПК РФ изменений (уточнений) просит восстановить срок для принятия наследства, открывшегося после смерти его тети ФИО2, умершей ДД.ММ.ГГГГ, признать недействительными нотариальную доверенность, составленную ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ в пользу ФИО4 ФИО20, и договор дарения, составленный ДД.ММ.ГГГГ от имени ФИО24. в пользу ФИО3 ФИО19 аннулировать реестровую запись о регистрации права № от ДД.ММ.ГГГГ, признать его принявшим наследство за умершей ФИО2 в виде 

<

адрес> и признании за ним право собственности на указанную квартиру.

Свои требования мотивирует тем, что он приходится племянником ФИО2 и является наследником по закону и по завещанию от ДД.ММ.ГГГГ к имуществу своей тети ФИО2, умершей ДД.ММ.ГГГГ. В установленный законом срок он не смог реализовать свое право на обращение за оформлением наследственных прав на имущество тети, поскольку вплоть до ДД.ММ.ГГГГ не знал о ее смерти. Последний раз общался по телефону с ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ, она поясняла, что серьезно больна и не может передвигаться, в связи с чем он пообещал приехать к ней ДД.ММ.ГГГГ, чтобы отвезти в больницу. Однако ДД.ММ.ГГГГ дверь в квартиру ему никто не открыл, а соседка ФИО3 ФИО19 сообщила, что ФИО2 забрала карета скорой медицинской помощи. О факте смерти ФИО2 ему стало известно из постановления ОП-5 УМВД по 

<

адрес> об отказе в возбуждении уголовного дела по его заявлению от ДД.ММ.ГГГГ об утрате родственной связи с последней. В этой связи просит восстановить пропущенный по уважительной причине срок для принятия наследства и признать его принявшим открывшееся со смертью ФИО2 наследство. При обращении к нотариусу 

<

адрес> Глубокой ФИО40 по вопросу оформления наследственных прав в декабре 2016 году ему стало известно о том, что ФИО2 незадолго до смерти подарила принадлежавшую ей 

<

адрес> ранее не знакомой ФИО3 ФИО19

Полагает, что дарение указанного объекта недвижимости было осуществлено ФИО2 в условиях, когда она в силу своего состояния здоровья на фоне злоупотребления алкогольными напитками была не способна понимать значения своих действий и руководить ими, а следовательно составленная ей доверенность на имя ФИО4 ФИО20 на оформление договора дарения спорной квартиры, как и непосредственно договор дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ являются недействительными сделками, поскольку не соответствуют требованиям ст. 21, 168, 177 ГК РФ, совершены под обманом ранее незнакомого ФИО2 лица ФИО3 ФИО19 

В этой связи просит признать данные сделки недействительными, аннулировать реестровую запись о регистрации за ФИО3 ФИО19 права собственности на 

<

адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ и признать за ним право собственности на указанную квартиру в порядке наследования по завещанию.

В судебном заседании истец ФИО1 ФИО18 исковые требования поддержал, суду пояснил, что ФИО2 являлась родной сестрой его отца, в ДД.ММ.ГГГГ году после смерти своего единственного сына она стала злоупотреблять спиртными напитками, его отец оказывал ей всяческую поддержку и помощь, в связи с чем она предложила подарить свою квартиру его отцу, на что тот сказал, что у него надобности в жилье нет, и предложил ей подарить свою квартиру его сыну (ФИО1 ФИО18.). ФИО2 после раздумий предложила оформить на него не договор дарения, а завещание, с чем он согласился. При этом он предупредил ФИО2, что возможности для оказания ей существенной помощи не имеет. Всяческую помощь ей оказывал его отец. После смерти его отца в ДД.ММ.ГГГГ году их взаимоотношения с ФИО2 свелись к нерегулярным посещениям по звонкам ФИО2, когда она по состоянию здоровья просила оказать ей помощь в покупке продуктов питания и медикаментов. Последний раз он навещал ее в ДД.ММ.ГГГГ года, она выглядела нормально. ДД.ММ.ГГГГ она позвонила ему и сообщила, что серьезно больна, попросила отвезти ее в больницу. Поскольку он был занят на работе, предложил вызвать на дом карету скорой помощи или дождаться его приезда через три дня. ФИО2 согласилась его подождать, из чего он сделал вывод о несерьезности ее заболевания. ДД.ММ.ГГГГ после сообщения соседки ФИО3 ФИО19 о госпитализации ФИО2 он предпринимал попытки навестить ее в больнице №, где ему предоставить какую-либо информацию о ее состоянии здоровья отказали со ссылкой на то, что он не является близким родственником. Он был уверен, что ФИО2 была благополучно выписана из больницы. В ДД.ММ.ГГГГ года ввиду того, что ФИО2 больше ему не звонила и дверь в квартиру не открывала, он обратился к участковому уполномоченному полиции ОП-5 УМВД по 

<

адрес> с заявлением о розыске ФИО2, однако в принятии такого заявления в устной форме ему было отказано. В последующем в связи с возникшими на работе проблемами данным вопросом он не занимался, возобновил поиски ФИО2 осенью ДД.ММ.ГГГГ года, в ДД.ММ.ГГГГ года обратился в ОП-5 УМФД по 

<

адрес> официально и за помощью в прокуратуру района, после чего ему позвонили и сообщили о смерти ФИО2 Не оспаривал, что фактически не принял наследственное имущество, поскольку по вине ответчиков не имел к тому физической возможности. Считает, что ФИО2 в силу имевшихся у нее хронических заболеваний при составлении нотариальной доверенности не была способна в полной мере понимать значения своих действий и руководить ими, не обладая дееспособностью в полном объеме, что является основанием для признания оспариваемых сделок недействительными.

Ответчики ФИО3 ФИО19 и ФИО4 ФИО20 будучи надлежаще извещенными, в судебное заседание не явились, воспользовавшись правом на ведение гражданского дела в суде через представителя.

Представитель ответчиков ФИО5 ФИО36 возражал против заявленных требований и просил в удовлетворении иска в полном объеме отказать. Полагал, что имеются основания для признания недобросовестности в действиях истца, поскольку он имел возможность узнать о смерти ФИО2 до истечения шестимесячного срока со дня ее смерти, однако отнесся к этому халатно. Как установлено, истцу ДД.ММ.ГГГГ было известно об ухудшении состояния здоровья ФИО2, а ДД.ММ.ГГГГ – о ее госпитализации в стационар в болезненном состоянии. ФИО1 ФИО18 знал, куда была госпитализирована его тетя, однако необходимых и достаточных мер к тому, чтобы получить информацию о результатах ее лечения и наступлении ее смерти, не принял. Указанное дает основание для вывода о том, что установленный законом срок на вступление в права наследования истцом был пропущен по неуважительным причинам, а потому в восстановлении пропущенного им срока для принятия наследства следует отказать. Из показаний допрошенной в ходе судебного разбирательства помощника нотариуса Свидетель №1 следует, что ФИО2, несмотря на свое физическое состояние, при составлении дарения на оформление договора дарения принадлежащей ей квартиры находилась в здравом уме и отдавала отчет своим действиям, высказывала намерение на продажу квартиры своей соседке ФИО3 ФИО19 осуществлявшей уход за ней. Оснований для критической оценки свидетельских показаний Свидетель №1 не имеется. Просил учесть, что выводы судебной экспертизы об обратном носят вероятностный характер. Доказательств тому, что ФИО2 в силу своего состояния здоровья находилась под психологическим воздействием со стороны ответчиков, стороной истца не представлено, что не может служить достаточным основанием для признания оспариваемых сделок недействительными. Более того, поскольку срок на принятие наследства истцом был пропущен по неуважительным причинам, основания для вывода о том, что заключением договора дарения были нарушены права или законные интересы истца, отсутствуют. Тот факт, что истец фактически не принимал наследственное имущество ФИО2, ФИО1 ФИО18 не оспаривается.

Третье лицо – нотариус 

<

адрес> Глубокая ФИО40 будучи надлежаще извещенной, в судебное заседание не явилась, об уважительности причин неявки не сообщила, об отложении слушания дела не ходатайствовала, в заявлении от ДД.ММ.ГГГГ ходатайствовала о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Выслушав истца и представителя ответчиков ФИО5 ФИО36 исследовав материалы дела, суд находит иск необоснованным и неподлежащим удовлетворению.

Согласно ст. 1 Протокола № от ДД.ММ.ГГГГ к «Конвенции о защите прав человека и основных свобод» от ДД.ММ.ГГГГ каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права.

Статьей 35 Конституции РФ декларировано, что право частной собственности охраняется законом, право наследования гарантируется. Каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами.

Согласно п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества. В случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Согласно ст. 572, 574 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом. Договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

В состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности (статья 1112 ГК РФ).

В соответствии со ст. 1110 ГК РФ, при наследовании имущества умершего (наследство, наследственное имущество), переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил настоящего Кодекса не следует иное. 

По смыслу закона собственник вправе распорядиться своим имуществом, в том числе путем дарения, что влечет исключение подаренной с соблюдением требований закона вещи из состава имущества дарителя и, соответственно, из состава наследственной массы в случае смерти последнего.

В силу ст. 1111 ГК РФ, наследование осуществляется по завещанию и закону. Согласно ст. 1141 ГК РФ наследование по закону осуществляется в порядке очередности, предусмотренной статьями 1142 - 1145 и 1148 настоящего Кодекса.

Исходя из пункта 2 статьи 1143 ГГК РФ, при наследовании по закону, дети полнородных и неполнородных братьев и сестер наследодателя (племянники и племянницы наследодателя) относятся к наследникам второй очереди по праву представления.

В силу положений ст. 1152-1154 ГК РФ для приобретения наследства наследник должен его принять. Принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство. Срок для принятия наследства по общему правилу составляет шесть месяцев. Принятие наследником части наследства означает принятие всего причитающегося ему наследства, в чем бы оно ни заключалось и где бы оно ни находилось.

Согласно п. 2 ст. 1153 ГК РФ признается, пока не доказано иное, что наследник принял наследство, если он совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, в частности, если наследник: вступил во владение или в управление наследственным имуществом; принял меры по сохранению наследственного имущества, защите его от посягательств или притязаний третьих лиц; произвел за свой счет расходы на содержание наследственного имущества; оплатил за свой счет долги наследодателя или получил от третьих лиц причитавшиеся наследодателю денежные средства.

В ходе судебного разбирательства установлено, что ДД.ММ.ГГГГ умерла ФИО2, что подтверждается свидетельством о её смерти серии II-PK № от ДД.ММ.ГГГГ, выданным отделом ЗАГС администрации 

<

адрес>.

Истец ФИО1 ФИО18 приходится племянником умершей ФИО2 по линии своего отца ФИО1 ФИО8., умершего в ДД.ММ.ГГГГ году, что отчасти подтверждено документально, следует из объяснений истца и не оспаривалось стороной ответчиков.

В силу положений ст. 1143 ГК РФ ФИО1 ФИО18 является наследником второй очереди по закону к имуществу ФИО2

Также установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 на имя истца было составлено завещание, по которому последнему ей было завещано все свое имущество, в чем бы оно не заключалось и где не находилось, в том числе и 

<

адрес>, что подтверждено документально. 

Сведения об аннулировании данного завещания или прекращении его действия в связи с составлением ФИО2 иного завещания отсутствуют, что позволяет признать за ФИО1 ФИО18 право наследования к имуществу ФИО2 по завещанию.

Из сообщения нотариуса г. Волгограда Глубокой ФИО40. за исх. № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что наследственное дело к имуществу умершей ФИО2 не заводилось. 

Согласно пояснениям истца, ему стало известно о смерти наследодателя лишь ДД.ММ.ГГГГ из постановления ОП-5 УМВД по г. Волгограду об отказе в возбуждении уголовного дела по его заявлению от ДД.ММ.ГГГГ об утрате родственной связи с ФИО2, после чего в декабре 2016 года в устной форме он обратился к нотариусу г. Волгограда Глубокой ФИО40 по вопросу оформления наследственных прав на 

<

адрес>, на что им был получен отказ со ссылкой на отсутствие в собственности ФИО2 указанного имущества.

Изложенное объективно свидетельствует о пропуске ФИО1 ФИО18 установленного законом срока для принятия наследства, открывшегося после смерти ФИО2

В силу требований п.1 ст. 1155 ГК РФ по заявлению наследника, пропустившего срок, установленный для принятия наследства (статья 1154), суд может восстановить этот срок и признать наследника принявшим наследство, если наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил этот срок по другим уважительным причинам и при условии, что наследник, пропустивший срок, установленный для принятия наследства, обратился в суд в течение шести месяцев после того, как причины пропуска этого срока отпали.

Согласно п. 40 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам о наследовании» от 29.05.2012 № 9, требования о восстановлении срока принятия наследства и признании наследника принявшим наследство могут быть удовлетворены лишь при доказанности совокупности следующих обстоятельств:

а) наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил указанный срок по другим уважительным причинам. К числу таких причин следует относить обстоятельства, связанные с личностью истца, которые позволяют признать уважительными причины пропуска срока исковой давности: тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п. (статья 205 ГК РФ), если они препятствовали принятию наследником наследства в течение всего срока, установленного для этого законом. Не являются уважительными такие обстоятельства, как кратковременное расстройство здоровья, незнание гражданско-правовых норм о сроках и порядке принятия наследства, отсутствие сведений о составе наследственного имущества и т.п.;

б) обращение в суд наследника, пропустившего срок принятия наследства, с требованием о его восстановлении последовало в течение шести месяцев после отпадения причин пропуска этого срока. Указанный шестимесячный срок, установленный для обращения в суд с данным требованием, не подлежит восстановлению, и наследник, пропустивший его, лишается права на восстановление срока принятия наследства.

Из пояснений истца и представленных им документов следует, что ФИО2 являлась родной сестрой его отца ФИО1 ФИО8. ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в ДД.ММ.ГГГГ году после смерти своего единственного сына она стала злоупотреблять спиртными напитками, ФИО1 ФИО8 оказывал ей всяческую поддержку и помощь, в связи с чем она предложила подарить свою квартиру ему, на что тот сказал, что у него надобности в жилье нет, и предложил ей подарить свою квартиру его сыну (ФИО1 ФИО18 ФИО2 после раздумий предложила оформить на него не договор дарения, а завещание, с чем он согласился. При этом он предупредил ФИО2, что возможности для оказания ей существенной помощи не имеет. Всяческую помощь ей оказывал его отец. После смерти ФИО8 в ДД.ММ.ГГГГ году их взаимоотношения с ФИО2 свелись к нерегулярным посещениям по звонкам ФИО2, когда она по состоянию здоровья просила оказать ей помощь в покупке продуктов питания и медикаментов. Последний раз он навещал ее в январе 2016 года, она выглядела нормально. ДД.ММ.ГГГГ она позвонила ему и сообщила, что серьезно больна, попросила отвезти ее в больницу. Поскольку он был занят на работе, предложил вызвать на дом карету скорой помощи или дождаться его приезда через три дня. ФИО2 согласилась его подождать, из чего он сделал вывод о несерьезности ее заболевания. ДД.ММ.ГГГГ после сообщения соседки ФИО3 ФИО19 о госпитализации ФИО2 он предпринимал попытки навестить ее в больнице №, где ему предоставить какую-либо информацию о ее состоянии здоровья отказали со ссылкой на то, что он не является близким родственником. Он был уверен, что ФИО2 была благополучно выписана из больницы. В июле 2016 года ввиду того, что ФИО2 больше ему не звонила и дверь в квартиру не открывала, он обратился к участковому уполномоченному полиции ОП-5 УМВД по г. Волгограда с заявлением о розыске ФИО2, однако в принятии такого заявления в устной форме ему было отказано. В последующем в связи с возникшими на работе проблемами данным вопросом он не занимался, возобновил поиски ФИО2 осенью 2016 года, в декабре 2016 года обратился в ОП-5 УМФД по г. Волгограда официально и за помощью в прокуратуру района, после чего ему позвонили и сообщили о смерти ФИО2 

В судебном заседании ФИО1 ФИО18 не оспаривал, что фактически не принял наследственное имущество, также указал, что имеет высшее юридическое образование, что позволяет признать относительно высоким уровень его правовой грамотности и осведомленности об установленных законом сроках и порядке вступления в права наследования.

В ходе судебного разбирательства нашло свое объективное подтверждение то, что ФИО1 ФИО18 мог и при проявлении должной заинтересованности должен был узнать о наступлении смерти наследодателя в марте 2016 года, поскольку ему было заведомо известно о нахождении ФИО2 по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ в болезненном состоянии, как и по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ - о ее госпитализации в ГУЗ «Клиническая больница скорой медицинской помощи №», где ДД.ММ.ГГГГ наступила ее смерть.

Сведения о пропуске установленного законом срока в силу иных объективных препятствий, истцом суду представлены не были и о наличии таковых ФИО1 ФИО18 не заявлялось.

Отвечающих принципу относимости и допустимости доказательств, подтверждающих совершение в течение шести месяцев после смерти ФИО2 действий, направленных на фактическое вступление в права наследования к имуществу последней, истцом в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суду представлено не было.

Напротив, в судебном заседании ФИО1 ФИО18 пояснил, что не совершал действий, направленных на фактическое принятие наследства, поскольку до ДД.ММ.ГГГГ года не располагал информацией о смерти наследодателя, а в последующем узнал о совершенной ФИО2 незадолго до смерти сделки по отчуждению принадлежащей ей квартиры.

В этой связи суд приходит к выводу о том, что основания для восстановления истцу пропущенного срока для принятия наследства после смерти ФИО2 и признания ФИО1 ФИО18 принявшим наследство, открывшееся со смертью вышеуказанного лица, отсутствуют.Находя необоснованными остальные исковые требования ФИО1 ФИО18 и отказывая в удовлетворении указанной части иска, суд принимает во внимание следующее.

Как установлено, ФИО2, будучи собственником 

<

адрес>, ДД.ММ.ГГГГ реализовала свое право на распоряжение данным имуществом путем дарения своей соседке -проживающей в 

<

адрес> 

<

адрес> ФИО3 ФИО19

ДД.ММ.ГГГГ Управлением Росреестра по 

<

адрес> была осуществлена государственная регистрация перехода права собственности на спорный объект недвижимости от ФИО2 в лице представителя по доверенности ФИО4 ФИО19 к ФИО3 ФИО19 о чем составлена регистрационная запись №.

Из материалов регистрационного дела следует, что основанием к осуществлению указанной государственной регистрации послужило обращение к государственному регистратору с соответствующими заявлениями ДД.ММ.ГГГГ сторон сделки - непосредственно ФИО3 ФИО19 и ФИО4 ФИО20 действующей от имени и в интересах ФИО2 на основании удостоверенной ДД.ММ.ГГГГ врио нотариуса г. Волгограда Глубокой ФИО40 Свидетель №1 доверенности серии 

<

адрес>8, выданной ФИО2 непосредственно на осуществление дарения вышеуказанного объекта недвижимости ФИО3 ФИО19

Истцом заявлено о том, что переход права собственности на спорное имущество от ФИО2 к ФИО3 ФИО19 путем оформления нотариальной доверенности ФИО2 на имя ФИО4 ФИО20 и заключения договора дарения ДД.ММ.ГГГГ был совершен под влиянием обмана, когда даритель находилась в таком состоянии здоровья, при котором не могла понимать значение своих действий, отдавать им отчет и руководить ими.

Находя данные доводы несостоятельными, суд руководствуется тем, что отвечающих принципу относимости доказательств тому стороной истца представлено не было, в то время, как из имеющихся в деле доказательств прийти к такому выводу не представляется возможным.

В силу ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) (п. 3 ст. 154 ГК РФ). 

Сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого (п. 1 ст. 182 ГК РФ).

Согласно ст. 185 ГК РФ доверенностью признается письменное уполномочие, выдаваемое одним лицом другому лицу или другим лицам для представительства перед третьими лицами.

Доверенность на совершение сделок, требующих нотариальной формы, на подачу заявлений о государственной регистрации прав или сделок, а также на распоряжение зарегистрированными в государственных реестрах правами должна быть нотариально удостоверена, за исключением случаев, предусмотренных законом (п. 1 ст. 185.1 ГК РФ).

Статья 188 ГК РФ устанавливает, что действие доверенности прекращается со смертью гражданина, выдавшего доверенность.

Следовательно, совершенные уполномоченным доверенностью лицом сделки от имени и в интересах доверителя до наступления смерти последнего подлежат признанию действительными.

В соответствии с положениями ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Согласно ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с п. 1 ст. 168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно п. 2 настоящей статьи, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу п. 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Как следует из разъяснений, данных в п. 99 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 25 от 23.06.2015 года «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского Кодекса Российской Федерации», сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 2 статьи 179 ГК РФ). Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 ГК РФ). Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки (пункт 2 статьи 179 ГК РФ). Следует учитывать, что закон не связывает оспаривание сделки на основании пунктов 1 и 2 статьи 179 ГК РФ с наличием уголовного производства по фактам применения насилия, угрозы или обмана. Обстоятельства применения насилия, угрозы или обмана могут подтверждаться по общим правилам о доказывании.

Таким образом, по смыслу закона правом на оспаривание сделки по основанию ее совершения под влиянием обмана принадлежит исключительно потерпевшему, коим в настоящем случае следует считать ФИО2, но не истца, что не позволяет признать доводы истца об обратном состоятельными.

Согласно п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения. Если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 настоящего Кодекса, согласно которым каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость.

Анализ установленных по делу фактических обстоятельств и оценка представленных суду доказательств не позволяет признать совершение ФИО2 сделки по выдаче ФИО4 ФИО20 доверенности на дарение принадлежащей ей 

<

адрес> в состоянии, когда она не была способна понимать значение своих действий или руководить ими.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 выдала доверенность серии №, которой уполномочила ФИО4 ФИО20 подарить от ее имени гражданке ФИО3 ФИО19 квартиру, находящуюся по адресу: 

<

адрес>.

Указанная доверенность в соответствии с требованиями п. 1 ст. 185.1 ГК РФ была удостоверена нотариусом - временно исполняющей обязанности нотариуса г.Волгограда Глубокой ФИО40 Свидетель №1 и зарегистрирована в реестре за №, что подтверждено документально.

Допрошенная в качестве свидетеля Свидетель №1 суду пояснила, что для удостоверения вышеуказанной доверенности ДД.ММ.ГГГГ дважды приезжала по месту жительства ФИО2 на ул. 

<

адрес> 

<

адрес>, являлась очевидцем того, что ФИО2 находилась в болезненном состоянии, была прикована к постели, при этом была трезва, опрятна, находилась в здравом уме, четко отвечала на поставленные вопросы. Пояснила, что желает подарить принадлежащую ей квартиру своей соседке ФИО3 ФИО19 которая на протяжении длительного времени оказывала ей помощь и осуществляла уход, однако в силу своего физического состояния здоровья осуществить это самостоятельно не может, в связи с чем хочет выдать доверенность на совершение сделки дарения квартиры на иное лицо. Со своей стороны она разъяснила ФИО2 особенности заключения сделки дарения, выдачи доверенности на совершение такой сделки, последствия данных действий, на что ФИО2 пояснила, что указанное ей понятно, настаивала на оформлении доверенности. В первый раз подписать доверенность ФИО2 не смогла, поскольку у нее сильно затекала рука, в связи с чем ей (Свидетель №1) пришлось приезжать в этот день на дом ФИО2 повторно. На ее вопрос, не передумала ли она выдавать доверенность на совершение сделки дарения своей квартиры, ФИО2 ответила, что не передумала и хочет, чтобы ее квартира перешла в собственность ФИО3 ФИО19 Для подписания доверенности был приглашен рукоприкладчик ФИО15 ФИО2 В.В. сама изъявила желание на то, чтобы доверенность от ее имени была подписана данным лицом. ФИО3 ФИО19 при оформлении доверенности ни в первый, ни во второй раз не присутствовала. Иных лиц при выяснении у ФИО2 мотивов оформления данной доверенности также в квартире не было.

Оснований для критической оценки свидетельских показаний Свидетель №1 у суда не имеется, поскольку сведений о заинтересованности последней в исходе настоящего дела судом не установлено и о наличии таковых стороной истца не заявлялось.

Вместе с тем суд принимает во внимание, что Свидетель №1 имеет высшее юридическое образование и в силу исполняемых ей за нотариуса г. Волгограда Глубокую ФИО40 полномочий и должностных обязанностей не может не отдавать отчета совершаемым ей действиям, наделена специальными полномочиями на выяснение мотивов и установление воли лица, выдающего доверенность, а также на оценку состояния здоровья на предмет дееспособности данного лица.

Также установлено, что ФИО2 при жизни на учете у врача-нарколога и врача-психиатра не состояла, имела ряд хронических заболеваний, в том числе обусловленных злоупотреблением алкоголя.

В этой связи по ходатайству истца по делу назначалось проведение судебной комплексной психолого-психиатрической экспертизы в отношении ФИО2, производство которой было поручено экспертам ГБУЗ «Волгоградская областная клиническая психиатрическая больница №2».

Согласно заключению комиссии экспертов ГБУЗ «Волгоградская областная клиническая психиатрическая больница №2» № от ДД.ММ.ГГГГ, на основании изучения материалов гражданского дела и предоставленной медицинской документации, учитывая наличие у ФИО2 энцефалопатии II-III, отмечаемые в стационаре затруднение контакта, вялость, адинамичность, нарушение двигательных функций, хронической алкогольной интоксикации, желтухи, прогрессирующей печеночно-почечной недостаточности, цирроза печени алкогольного генеза, которые явились непосредственной причиной смерти, с высокой степенью вероятности можно сделать вывод, что ФИО2 на момент выдачи ДД.ММ.ГГГГ доверенности ФИО4 ФИО20 на дарение 

<

адрес> в пользу ФИО3 ФИО20 обнаруживала признаки психического расстройства в форме органического расстройства личности и поведения. В связи с вышеизложенным с высокой степенью вероятности можно предположить, что ФИО2 на данный момент не могла понимать значение своих действий и руководить ими. 

По результатам психологического анализа материалов гражданского дела и предоставленной медицинской документации выявить индивидуально-психологические особенности ФИО2 на интересующий суд период не представляется возможным. Однако, учитывая наличие совокупности тяжести соматических заболеваний (энцефалопатии II – III, хронической алкогольной интоксикации, цирроза печени алкогольного генеза, желтухи, прогрессирующей печеночно-почечной недостаточности, нарушений двигательных функций), а также сложившейся жизненной социально-бытовой ситуации, ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершая ДД.ММ.ГГГГ могла в момент выдачи доверенности ДД.ММ.ГГГГ находиться под влиянием кого-либо или в зависимости от каких-то обстоятельств, влияющих на её волеизъявление.

Выводы судебной экспертизы о психическом состоянии ФИО2 на день составления рассматриваемой доверенности носят вероятностный, предположительный характер, что не позволяет однозначно установить тот факт, что ФИО2 на момент выдачи доверенности на дарение квартиры не могла понимать значение своих действий и руководить ими, находилась под влиянием ответчиков или поставлена ими в зависимость от каких-либо обстоятельств, влияющих на ее волеизъявление. 

При этом доказательств того, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 находилась под влиянием непосредственно ФИО3 ФИО20 или поставлена последней в зависимость от каких-либо обстоятельств, влияющих на ее волеизъявление, стороной истца суду представлено не было и в ходе судебного разбирательства указанное своего объективного подтверждения не нашло.

Напротив, установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 уведомила ФИО1 ФИО18 о своем болезненном состоянии, обратилась к нему за помощью в госпитализации, на что получила отказ. 

В этой связи нельзя отвергать, что принятие ФИО2 решения на отчуждение своей квартиры, ранее завещанной ФИО1 ФИО18 соседке ФИО3 ФИО20 оказывающей ей необходимую помощь и уход, могло быть обусловлено поведением ФИО1 ФИО18 отказавшего ей в требуемый момент в помощи и моральной поддержке, что при имеющихся объективных данных свидетельствует о выражении ФИО2 таким образом своей воли по распоряжению своего имущества в пользу иного лица не в угоду интересов истца.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что в ходе судебного разбирательства не нашло своего объективного подтверждения то, что ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ при составлении доверенности на имя ФИО4 ФИО20 на заключение договора дарения принадлежащей ей 

<

адрес> находилась в таком состоянии, когда не была способна понимать значение своих действий или руководить ими, либо находилась в зависимости от ответчиков или была поставлена ими в зависимость от каких-либо обстоятельств, влияющих на ее волеизъявление. 

Оценивая в совокупности установленные по делу фактические обстоятельства и анализируя приведенные доказательства, не опровергнутые ответчиком, суд приходит к выводу о том, что в момент составления оспариваемой истцом доверенности ФИО2 обладала полной дееспособностью, осознавала значение своих действий и могла руководить ими, не находилась в зависимости от ответчиков, а потому основания для признания недействительной оспариваемой ФИО1 ФИО18 доверенности отсутствуют, в связи с чем в удовлетворении указанной части исковых требований ФИО1 ФИО18 надлежит отказать.

Разрешая требования истца о признании договора дарения, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 ФИО20 и представителем ФИО2 ФИО4 ФИО20 недействительным и аннулировании реестровой записи о регистрации права за № от ДД.ММ.ГГГГ и отказывая в удовлетворении иска в заявленной части, суд исходит из того, что оспариваемый договор дарения заключен в письменной форме, соответствует требованиям ст. 572, 574 ГК РФ, предъявляемым к форме и содержанию договора, подписан сторонами, в том числе действующим от имени и в интересах дарителя поверенным ФИО4 ФИО20 право которого на совершение данной сделки прямо оговорено в выданной ФИО2 нотариальной удостоверенной доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, что отвечает требованиям ст. 182, 185.1 ГК РФ, что в свою очередь подтверждает достижение между сторонами сделки дарения соглашения по всем существенным условиям сделки. 

Настоящий договор был представлен сторонами, в том числе действующей от имени и в интересах ФИО2 ФИО4 ФИО20 на государственную регистрацию ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с п. 2.2 договора стороны подтвердили фактическую передачу подаренного имущества от дарителя к одаряемому, что в совокупности позволяет признать соблюденными сторонами договора все требования, предъявляемые законом к такого рода сделкам.

Не подлежит оставлению без внимания, что ФИО2 вплоть до ДД.ММ.ГГГГ не принимала мер, в том числе через иное доверенное лицо, к отзыву выданной на имя ФИО4 ФИО20 доверенности или прекращению регистрационных действий, связанных с оформлением государственной регистрации перехода права собственности на принадлежавшую ей квартиру, в то время, как доказательств того, что она была лишена такой возможности, истец не представил.

Указанное дает основание для вывода о том, что совершенная между сторонами сделка дарения в полной мере отвечает требованиям закона и признанию недействительной не подлежит, в связи с чем спорная квартира подлежит исключению из состава наследственного имущества наследодателя ФИО2 и не подлежит наследованию по закону и по завещанию в пользу ФИО1 ФИО18 поскольку в соответствии с личным волеизъявлением была отчуждена ФИО2 при жизни в пользу иного лица.

Доводы истца, входящие в противоречие с выводами суда, являются несостоятельными, поскольку основаны на неверном толковании действующего законодательства, регулирующего спорные правоотношения, и неправильной оценке фактических обстоятельств.

В этой связи в удовлетворении иска ФИО1 ФИО18 в полном объеме надлежит отказать.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198, 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

ФИО1 ФИО18 в удовлетворении иска к ФИО3 ФИО20, ФИО4 ФИО20 о восстановлении срока для принятия наследства после смерти тети ФИО2, умершей ДД.ММ.ГГГГ, признании недействительными нотариальной доверенности, составленной ФИО2 в пользу ФИО4 ФИО20, и договора дарения, составленного ДД.ММ.ГГГГ от имени ФИО2 в пользу ФИО3 ФИО20, аннулировании реестровой записи о регистрации права 34-34/001-34/001/027/2016-503/2 от ДД.ММ.ГГГГ, признании ФИО1 ФИО18 принявшим наследство за умершей ФИО2 в виде 

<

адрес> 

<

адрес> и признании за ним права собственности на указанную квартиру в полном объеме отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Волгоградский областной суд через Ворошиловский районный суд г. Волгограда в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме.

Решение вынесено в окончательной форме 26 сентября 2017 года.

Председательствующий Т.Ю. Болохонова