Судья Тарасов А.Ю.

Дело № 22-903/2024

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 28 февраля 2024 года

Пермский краевой суд в составе

председательствующего судьи Погадаевой Н.И.,

при секретаре Колегановой Ю.А., 

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференцсвязи уголовное дело Л. по апелляционному представлению государственного обвинителя Гулина Д.А. на постановление Чусовского городского суда Пермского края от 12 декабря 2023 года, которым прекращено уголовное преследование в отношении Л. по обвинению в совершении пяти преступлений по ч. 1 ст. 291.2 УК РФ по основаниям, предусмотренным ч. 2.2 ст. 27, п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, а также по апелляционным жалобам осужденного и в его защиту адвоката Ефремова О.Б., апелляционному представлению государственного обвинителя Гулина Д.А. на приговор Чусовского городского суда Пермского края от 12 декабря 2023 года, по которому

Л., дата рождения, уроженец ****, ранее не судимый, осужден:

за каждое из четырех преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 291.2 УК РФ, к штрафу в размере 100000 рублей;

каждое из девяти преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 285 УК РФ, к наказанию в виде 1 года 7 месяцев лишения свободы, которое в силу ст. 53.1 УК РФ заменено принудительными работами на 1 год 7 месяцев с удержанием 15 % из заработной платы в доход государства;

каждое из восьми преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 292 УК РФ, к наказанию в виде 1 года 6 месяцев лишения свободы, которое в силу ст. 53.1 УК РФ заменено принудительными работами на 1 год 6 месяцев с удержанием 15 % из заработной платы осужденного в доход государства с лишением права занимать должности, связанные с осуществлением функций представителя власти на государственной службе, в органах местного самоуправления, правоохранительных органах, на 2 года;

по ч. 1 ст. 292 УК РФ к штрафу в размере 90000 рублей. 

На основании п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ Л. освобожден от наказания, назначенного за каждое из четырех преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 291.2 УК РФ, и по ч. 1 ст. 292 УК РФ в связи с истечением сроков давности уголовного преследования. 

В соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения назначенных наказаний (по преступлениям, предусмотренным ч. 1 ст. 285 и ч. 2 ст. 292 УК РФ) окончательно назначено наказание в виде 3 лет принудительных работ с удержанием из заработной платы осужденного 15 % в доход государства с лишением права занимать должности, связанные с осуществлением функций представителя власти на государственной службе, в органах местного самоуправления, правоохранительных органах, на 3 года с отбыванием основного наказания в местах, определяемых учреждениями и органами уголовно-исполнительной системы, куда осужденному предписано следовать самостоятельно за счет государства в порядке частей 1, 2 ст. 60.2 УИК РФ.

Изложив содержание приговора и постановления, существо апелляционных жалоб и представления, а также поступивших возражений государственного обвинителя, заслушав выступления осужденного Л. и адвоката Ефремова О.Б. по доводам жалоб и представления, мнение прокурора Кочетовой Е.А. об отмене судебных решений с передачей уголовного дела на новое рассмотрение, суд

УСТАНОВИЛ:

Л. признан виновным в том, что в период работы в должности начальника регистрационно-экзаменационного отдела ГИБДД Межмуниципального отдела МВД России «Чусовской» получил через посредника четыре мелкие взятки в размере, не превышающем 10000 рублей, а также в злоупотреблении должностными полномочиями из корыстной заинтересованности, повлекшем существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства (девять преступлений), служебном подлоге из корыстной заинтересованности (девять преступлений), повлекшем в восьми случаях существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства.

Преступления совершены в период времени и при обстоятельствах, изложенных в приговоре. 

Уголовное преследование Л. по обвинению в получении через посредника пяти мелких взяток в размере, не превышающем 10000 рублей, прекращено за непричастностью к их совершению.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Гулин Д.А. поставил вопрос об отмене решения о прекращении уголовного преследования по пяти преступлениям, предусмотренным ч. 1 ст. 291.2 УК РФ (по эпизодам с П1., Б., П2., К1., К2.) и направлении дела на новое судебное рассмотрение. Полагает, что изменения, внесенные в ст. 27 УПК РФ, вступившие в законную силу 24 июня 2023 года, не могут применяться к оценке расследования до вступления изменений в законную силу, поскольку уголовно-процессуальный закон обратной силы не имеет. Считает, что установленный ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ 2-х месячный срок расследования, по истечении которого с момента истечения сроков давности уголовного преследования по преступлению небольшой тяжести дело подлежит прекращению, должен исчисляться с 24 июня 2023 года, тогда применительно с настоящему делу этот срок истек после 24 августа 2023 года, когда дело находилось в производстве суда. Вместе с тем отмечает, что приняв решение о прекращении уголовного преследования за непричастностью, суд в нарушение ч. 1 ст. 134 УПК РФ не разъяснил Л. право на реабилитацию.

В апелляционном представлении на приговор и дополнении к нему государственный обвинитель Гулин Д.А., не оспаривая доказанность вины и квалификацию действий Л., обратил внимание, что при назначении наказания за преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 292 УК РФ, в виде штрафа в размере 90000 рублей суд не учел, что санкцией статьи максимальное наказание в виде штрафа предусмотрено до 80000 рублей, в связи с чем назначенное за данное преступление наказание подлежит смягчению. В тоже время, считая в целом наказание чрезмерно мягким, поставил вопрос об его усилении и исключении указания на применение положений ст. 53.1 УК РФ, полагая, что эта норма судом применена необоснованно, без учета характера и степени повышенной общественной опасности совершенных Л. преступлений коррупционной направленности, и назначении наказания в виде 3 лет лишения свободы с его отбыванием в колонии-поселения с дополнительным наказанием в виде лишения права занимать должности, связанные с осуществлением функций представителя власти на государственной службе, в органах местного самоуправления, правоохранительных органах на срок 3 года. Кроме того, обращает внимание, что суд в нарушение положений ст. 104.2 УК РФ, а также разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 14.06.2018 № 17 «О некоторых вопросах, связанных с применением конфискации имущества в уголовном судопроизводстве», не произвел конфискацию суммы полученных Л. взяток в размере 90000 рублей и не обратил взыскание на автомобиль «Honda Accord», на который наложен арест, с учетом соразмерности суммы полученной взятки. В связи с чем просит конфисковать в доход государства 90000 рублей (общую сумму взяток), обратив взыскание на указанный автомобиль.

В апелляционной жалобе осужденный Л. поставил вопрос об отмене приговора, указав, что его вина в совершении преступлений не доказана, приговор построен на предположениях и является незаконным. По его мнению, доказательств, которые бы прямо или косвенно подтверждали факт оказания им помощи при сдаче теоретического экзамена на право управления транспортными средствами за денежное вознаграждение, не имеется, а приговор основан исключительно на показаниях К3., который его оговаривает ввиду заинтересованности во избежание привлечения к уголовной ответственности за мошенничество, поэтому все доказательства, полученные с его участием, считает недопустимыми, включая явку с повинной К3., полученную в связи с его задержанием по подозрению в совершении преступления в рамках ОРМ, проводившихся в отношении него, и данную под психологическим давлением сотрудников правоохранительных органов. Обращает внимание и на противоречивость показаний К3., заявлявшего изначально, что мест передачи денег Л. не помнит, но указавшего эти места спустя полгода расследования. Утверждает, что доказательств, свидетельствующих о том, что К3. или иные лица переводили ему денежные средства, не имеется, как и данных о телефонных звонках К3. после сдачи экзамена всеми указанными в приговоре лицами, что подтверждается информацией об электронных соединениях, нет очевидцев их встреч в то время и тех местах, которые указывает К3. При этом показаниями свидетелей установлено, что последний брал деньги себе, однако не доказано, что передавал их ему – Л., ни один из свидетелей не указал, что именно для него передавал денежные средства К3. Свидетели П2., К1., К2., К4., В., И. его в получении денежных средств от К3. не уличают, следовательно, показания данных лиц доказательствами его виновности служить не могут. Видеозаписи с камер видеонаблюдения у АЗС, о которой сообщает К3., как о месте передачи денег, к делу не приобщены. Таким образом, корыстный мотив считает недоказанным, как и нарушение им прав и интересов общества и государства, поскольку водительские удостоверения указанным в приговоре лицам он не выдавал, кроме того, их выдача предусмотрена после успешной сдачи и практического экзамена, который восемь кандидатов из девяти успешно сдали, подтвердив знание правил дорожного движения.

Обращает внимание на противоречивые выводы в приговоре на примере эпизода с В., по которому его действия переквалифицированы судом с ч. 2 ст. 292 УК РФ на ч. 1 ст. 292 УК РФ в связи с тем, что водительское удостоверение ей выдано не было, и сделан вывод об отсутствии существенного вреда, вместе с тем при квалификации его действий по ч. 1 ст. 285 УК РФ по признаку существенного нарушения интересов общества и государства по тому же преступлению суд не указал, в чем таковое выразилось, и оставил без внимания, что П1., Б., К4., И. так же после сдачи теоретического экзамена водительские удостоверения выданы не были, однако он осужден по эпизодам с указанными лицами по ч. 2 ст. 292 УК РФ. Кроме того, судом не указано, в чем выразился служебный подлог по событиям с К1., если подпись в экзаменационном листе ему не принадлежит. Полагает, что поскольку по эпизодам с П1., Б., П2., К1., К2. судом вынесено постановление о прекращении уголовного преследования по ч. 1 ст.291.2 УК РФ за непричастностью его к получению взяток от указанных лиц, то он не может быть осужден и за другие составы преступлений в отношении указанных лиц, поскольку получение взяток, а значит, и корыстный мотив не доказан еще и по этим основаниям. 

В случае несогласия суда с его позицией просит об исключении из приговора осуждения по ч. 1 ст. 285 УК РФ. Считает, что суд первой инстанции не разграничил в приговоре и не указал конкретно, какие противоправные действия, составляющие объективную сторону служебного подлога, злоупотребления должностными полномочиями и мелкой взятки были совершены. При описании действий в рамках осуждения за служебный подлог и злоупотребление должностными полномочиями указаны одни и те же дата и время, описаны одни и те же обстоятельства совершения преступлений, приведены одинаковые мотивы, что свидетельствует о том, что в нарушение ч. 3 ст. 17 УК РФ одни и те же действия трижды квалифицированы как преступления, предусмотренные разными статьями уголовного закона. Нарушение интересов общества и государства в целом описано идентично, а вывод суда о том, что его действиями поставлены под угрозу право граждан на безопасность, повышен риск совершения дорожно-транспортных происшествий, объективно ничем не подтвержден, поскольку дорожно-транспортных происшествий с участием лиц, указанных в приговоре, зафиксировано не было, каких-либо обращений граждан в ОВД, размещение статьей в СМИ, на основании которых можно было бы сделать вывод о дискредитации и существенности нарушения прав общества и государства в лице ОМВД РФ «Чусовской», не имеется, в связи с чем выводы суда, что его действия повлекли существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства, действительности не соответствуют. Считает, что внесение искажений в официальный документ в данном случае представляло собой вид использования полномочий вопреки интересам службы, что не требовало дополнительной квалификации по ч. 1 ст. 285 УК РФ, в связи с чем просит об исключении из приговора его осуждение по 9 преступлениям, предусмотренным ч. 1 ст. 285 УК РФ. Ссылаясь на правовую позицию Верховного Суда РФ, указал, что действия, связанные с внесением в экзаменационные листы и зачетные книжки студентов ложных сведений – оценок за экзамены и отметок за сдачу зачетов без фактической аттестации составляют объективную сторону состава преступления, предусмотренного ст. 290 УК РФ, и дополнительной квалификации не требуют.

Полагает, что при проведении предварительного следствия было нарушено его право на защиту, поскольку вопреки положениям ч. 1 ст. 24 УПК РФ уголовные дела по ч. 1 ст. 291.2 УК РФ и ч. 1 ст. 292 УК РФ (события с П1.) были возбуждены за пределами срока привлечения к уголовной ответственности. Кроме того, при возбуждении уголовных дел, предусмотренных ч. 1 ст. 292 УК РФ, нарушены требования УПК РФ, поскольку в процессуальных документах прокуратуры указано о нарушениях, допущенных инспектором ГИБДД, в то время как он занимал должность начальника РЭО ГИБДД, в связи с чем повод и основания в данном случае для возбуждения уголовных дел по ч. 1 ст. 292 УК РФ считает незаконными, чему в приговоре оценки не дано. Указывает, что изначально по преступлениям, связанным с П1., Б., П2., К1. и К2. ему предъявлено обвинение 17 марта 2023 года по ч. 1 ст. 292 УК РФ, повторно 22 июня 2023 года – по ч. 2 ст. 292 УК РФ, то есть по истечении срока давности привлечения к уголовной ответственности по ряду дел, возбужденных изначально по ч. 1 ст. 292 УК РФ, при этом решения о переквалификации его действий не имеется. Помимо этого указывает на нарушение права на защиту против выдвинутого обвинения судом, не предоставившим ему время для подготовки к даче показаний, в связи с чем от дачи показаний он вынужденно отказался. 

Находит чрезмерно суровым и несправедливым назначенное ему наказание. Обращает внимание, что смягчающие обстоятельства, перечисленные в приговоре, должным образом судом не оценены, а по ч. 1 ст. 292 УК РФ ему назначено наказание более строгое, чем предусмотрено санкцией данной статьи. Просит принять во внимание, что он с 2022 года уволен со службы и не является сотрудником правоохранительных органов, что свидетельствует об изменении обстановки, применить ч. 6 ст. 15 УК РФ, если суд придет к выводу о доказанности его вины, изменив категорию преступлений, прекратить уголовное преследование по всем статьям, исключив осуждение по ч. 1 ст. 285 УК РФ как излишне вмененное, действия с ч. 2 ст. 292 УК РФ переквалифицировать на ч. 1 ст. 292 УК РФ и прекратить уголовное дело за давностью, в связи с изменением обстановки или с назначением судебного штрафа. Вместе с тем просит о вынесении оправдательного приговора.

В апелляционной жалобе и дополнении к ней защитник Ефремов О.Б. находит приговор суда незаконным и необоснованным в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, неправильным применением уголовного закона и несправедливостью приговора. Считает, что факт получения Л. денежных средств от К3. в судебном заседании не нашел подтверждения, соответственно, его вина в мелком взяточничестве не доказана, а корыстный мотив при описании деяний, предусмотренных ч. 1 ст. 285 и ч. 2 ст. 292 (ч. 1 ст. 292) УК РФ, не установлен. По мнению защитника, положенные в основу обвинительного приговора показания свидетелей, за исключением К3. и производных от них протоколов осмотра места происшествия и проверки показаний на месте с его участием, не отвечают требованиям ч. 1 ст. 74 УК РФ, поскольку не подтверждают причастность Л. к совершению вменяемых ему деяний и поэтому не могут представлять собой совокупность доказательств. Считает, что в нарушение ст.ст. 87 и 88 УПК РФ суд, положив в обоснование приговора показания К3., не учел их противоречивости, не сопоставил с другими доказательствами, которые их опровергают. Приводя содержание показаний свидетеля К3., данных им в ходе предварительного расследования, в том числе в явке с повинной и объяснениях, в ходе очной ставки с подозреваемым Л., делает их анализ, давая им собственную оценку, утверждая при этом, что показания К3. о передаче денег Л. являются единственным прямым доказательством по делу, а все остальные показания свидетелей и документы, на которые сослался суд в приговоре, подтверждают лишь подачу подсказок экзаменуемым, но не факт получения денег Л. Считает, что явка с повинной К3. дана им вынужденно после его задержания и требованиям ст. 142 УПК РФ не отвечает, следовательно, таковой не является и не может служить доказательством вины Л. Отмечает, что суд выборочно привел объективные доказательства – данные о телефонных соединениях К3. и Л., и акцентирует внимание, что после сдачи экзаменов в указанные К3. дни какие-либо телефонные соединения с осужденным отсутствуют, а допрошенные в судебном заседании свидетели факт предназначения денежных средств именно осужденному не подтверждают. Полагает, что судом необоснованно приняты в качестве доказательств виновности Л. протоколы осмотра места происшествия с участием К3. и проверки показаний на месте от 29 ноября 2022 года, при проведении которых понятые отсутствовали, а избранная следователем процедура фиксации следственных мероприятий путем фотографирования не соответствует требованиям ст. 170 УПК РФ, поскольку последовательность действий участников осмотра, воспроизводство речи зафиксировать на фото не представляется возможным, что не позволяет исключить факт возможной фальсификации хода и результатов следственного действия.

Указывая на неопределенность предъявленного Л. обвинения, защитник обращает внимание, что суд не учел разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 16.10.2009 №19 (в ред. от 11.06.2020) «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий», и оставил без внимания, что ссылка в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого на нормативно-правовые акты носит общий характер и не конкретизирует, какие именно нормы нарушил Л., не указано, какими именно полномочиями он злоупотребил, и в чем это выразилось, что свидетельствует о необходимости возвращения дела прокурору. Считает, что по эпизодам, предусмотренным ст. 292 УК РФ, при описании объективной стороны преступления в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого не указано, в чем выразилась корыстная заинтересованность, получал ли фактически Л. денежные средства за внесение в официальные документы заведомо ложных сведений, а если получал, то когда, от кого и в какой сумме. В тоже время в приговоре при описании преступного деяния по ст.292 УК РФ суд указал, что к Л. обращался К3. с просьбой обеспечить положительную сдачу экзамена за вознаграждение в размере 10 000 рублей, тогда как в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого сумма вознаграждения не фигурировала, следовательно, суд в данной части вышел за пределы предъявленного обвинения. При этом, признавая вред, причиненный действиями Л. существенным, суд ограничился лишь общими фразами, не отразил в приговоре, какие именно вредные последствия и для кого наступили, и какая причинная связь имеется между данными последствиями и действиями Л., никаких доказательств существенности нарушения прав и законных интересов граждан и организаций в приговоре не привел.

Полагает, что суд необоснованно квалифицировал действия Л. тремя составами преступлений, изложив при описании преступных деяний одни и те же обстоятельства, мотивы совершения преступлений и одни и те же последствия, что не соответствует правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в ряде определений, в соответствии с которой обвинение одновременно по указанным статьям возможно только при наличии реальной совокупности преступлений. Считает, что Л. фактически вменено совершение одного преступного деяния, состоящего из двух или более действий, совершаемых одним лицом, в одном месте, с одной целью, единым умыслом и одинаковыми наступившими последствиями, поэтому осуждение по трем разным составам преступлений свидетельствует о нарушении принципа справедливости и противоречит требованиям ч. 2 ст. 6 УК РФ, в соответствии с которыми никто не может нести уголовную ответственность дважды за одно и то же преступление. Просит об отмене обвинительного приговора и вынесении оправдательного приговора.

В возражениях государственный обвинитель Гулин Д.А. считает, что постановленный в отношении Л. приговор изменению по доводам апелляционных жалоб осужденного и его защитника Ефремова О.Б. не подлежит.

Проверив материалы дела, доводы апелляционных представления и жалоб, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с п. 2 ст. 389.15, ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ основанием для отмены судебного решения в апелляционном порядке являются нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных Уголовно-процессуальным кодексом РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

На основании ч. 1 ст. 389.22 УПК РФ обвинительный приговор или иные решения суда первой инстанции подлежат отмене с передачей уголовного дела на новое судебное разбирательство, если в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции были допущены нарушения уголовно-процессуального или уголовного законов, неустранимые в суде апелляционной инстанции.

Согласно ч. 4 ст. 7 УПК РФ во взаимосвязи с положениями ст. 297 УПК РФ решения суда должны быть законными, обоснованными и мотивированными. Такими признаются судебные акты, отвечающие требованиям Уголовно-процессуального кодекса РФ и основанные на правильном применении уголовного закона.

По смыслу уголовно-процессуального закона, судебное решение должно быть изложено таким образом, чтобы исключить возможность двойного толкования выводов суда по ключевым вопросам обвинения, поскольку иное ставит под сомнение его правосудность.

Вынесенные по делу в отношении Л. решения (приговор и постановление о прекращении уголовного преследования в части) указанным требованиям не соответствуют.

Как видно из материалов дела, органами предварительного расследования действия Л., занимавшего должность начальника РЭО ГИБДД Межмуниципального отдела МВД России «Чусовской» и наделенного полномочиями по приему теоретического и практического экзаменов на предоставление специального права на управление транспортными средствами и выдачу водительских удостоверений, связанные с получением денежного вознаграждения от каждого из 9 лиц в размере 10000 рублей за помощь в сдаче теоретического экзамена на знание правил дорожного движения путем подсказок правильных ответов, а затем внесение в экзаменационные листы заведомо ложных сведений об успешной сдаче ими экзамена, квалифицированы по ч. 1 ст.291.2 УК РФ (9 преступлений), как получение взятки через посредника в размере, не превышающем 10000 рублей, а также по ч. 1 ст. 285 УК РФ (9 преступлений) и ч. 2 ст. 292 УК РФ (9 преступлений), как злоупотребление должностными полномочиями и служебный подлог, совершенные из корыстной заинтересованности и повлекшие существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства.

По результатам судебного разбирательства судом принято два процессуальных решения, одним из которых прекращено уголовное преследование Л. по пяти преступлениям, предусмотренным ч. 1 ст.291.2 УК РФ (по фактам получения взяток от П1., Б., П2., К1., К2.), за непричастностью к их совершению по основаниям, предусмотренным п. 1 ч. 1, ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ.

Вместе с тем фактически за те же действия, взаимосвязанные с обвинением в получении пяти мелких взяток от указанных лиц, при тех же обстоятельствах, установленных предварительным следствием и основанных на одних и тех же доказательствах, суд признал Л. виновным в злоупотреблении должностными полномочиями и служебном подлоге, указав при описании преступных деяний, предусмотренных ч. 1 ст. 285 и ч. 2 ст. 292 УК РФ, на их совершение из корыстной заинтересованности – за денежное вознаграждение в размере 10000 рублей, допустив тем самым взаимоисключающие выводы и противоречия с постановлением о прекращении уголовного преследования, повлиявшие на исход дела, что ставит под сомнение законность, как данного судебного акта, так и приговора, которые действие принципа правовой определенности не обеспечивают.

Допущенные судом нарушения уголовно-процессуального закона являются существенными и непреодолимыми в апелляционной процедуре, поскольку лишают возможности на основании указанных процессуальных решений сделать вывод относительно фактических обстоятельств инкриминируемых Л. преступлений и принять по делу итоговое решение.

Кроме того, как установлено п. 1 ч. 1 ст. 73 УПК РФ, при производстве по уголовному делу в числе иных обстоятельств подлежит доказыванию событие преступления, включающее время его совершения.

Оно же подлежит исследованию и оценке судом первой инстанции с обязательным указанием в итоговом решении по существу дела (п. 1 ч. 1 ст. 299, п. 1 ч. 1 ст. 305, п. 1 ст. 307 УПК РФ), при соблюдении пределов судебного разбирательства, установленных ч. 1 ст. 252 УПК РФ.

По преступлению, предусмотренному ч. 1 ст. 291.2 УК РФ, – по факту получения взятки от В. суд при описании преступного деяния указал на получение Л. денежных средств в размере 10000 рублей в качестве взятки в один из дней в период с 9 декабря 2021 года, не обозначив конечной даты совершения преступления.

Вместе с тем, из постановления о привлечении Л. в качестве обвиняемого и обвинительного заключения следует, что органами предварительного расследования время совершения данного преступления указано 9 декабря 2021 года, при этом об изменении обвинения государственным обвинителем заявлено не было.

Таким образом, суд в нарушение положений ст. 252 УПК РФ фактически изменил обвинение, чем вышел за его пределы, не мотивировав свое решение в этой части и нарушив право осужденного на защиту.

Вышеуказанные обстоятельства свидетельствуют о допущенных судом первой инстанции существенных нарушениях уголовно-процессуального закона, повлиявших на исход дела и ставящих под сомнение законность судебных актов, которые могут быть исправлены только посредством отмены судебных актов – как постановления о прекращении уголовного преследования, так и приговора с передачей уголовного дела на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе.

В связи с отменой приговора по процессуальным основаниям доводы, приведенные в апелляционных жалобах, в которых оспаривается причастность Л. к инкриминируемым преступлениям, правильность квалификации его действий, справедливость назначенного наказания, как и доводы апелляционного представления о конфискации денежных средств подлежат оценке при новом рассмотрении уголовного дела, в ходе которого необходимо также обратить внимание на описание обстоятельств совершения злоупотребления должностными полномочиями и служебного подлога в предъявленном Л. обвинении, включая аналогичные мотивы, цели, схожие наступившие последствия в виде причинения вреда одинаковым общественным отношениям, и принять решение в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального и уголовного законов РФ. 

Учитывая необходимость обеспечения рассмотрения дела в разумные сроки, меру пресечения Л. в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении необходимо сохранить.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Чусовского городского суда Пермского края от 12 декабря 2023 года в отношении Л. и постановление от 12 декабря 2023 года, которым прекращено уголовное преследование в отношении Л. по обвинению в совершении пяти преступлений по ч. 1 ст. 291.2 УК РФ (по фактам получения взяток от П1., Б., П2., К1., К2.) по основаниям, предусмотренным ч. 2.2 ст.27, п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, отменить.

Уголовное дело по обвинению Л. в совершении девяти преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 291.2 УК РФ, девяти преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 285 УК РФ, девяти преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 292 УК РФ, направить на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе суда.

Меру пресечения Л. в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении сохранить.

Судебное решение может быть обжаловано в кассационном порядке в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции (г. Челябинск) путем подачи кассационной жалобы, представления через Чусовской городской суд Пермского края в течение шести месяцев со дня вступления судебного решения в законную силу с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном ст. ст. 401.10 - 401.12 УПК РФ. 

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий