Дело № 2-28/18

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. ФИО1 16 февраля 2018 года

Можгинский районный суд Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Кожевниковой Ю.А.,

при секретаре Уразовой Е.В.,

с участием помощника Можгинского межрайонного прокурора Акборисова К.В.,

представителя истца ФИО2, действующего на основании доверенности от дд.мм.гггг,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ООО «Транспортные технологии», ООО «АвтоТрансГрупп», ООО «АТП», ФИО4 о компенсации морального вреда, причиненного источником повышенной опасности,

у с т а н о в и л:

ФИО3 обратилась в суд с иском к ООО «Транспортные технологии» о компенсации морального вреда, причиненного источником повышенной опасности.

Исковое заявление мотивировано тем, что 26.10.2016 г. около 06 час. 35 мин. на 96 км автодороги 

<

***>» водитель ФИО5, управляя автомобилем DAF FT XF 105410 госномер 

<

данные изъяты> принадлежащим ООО «Транспортные технологии», совершил наезд на И.А.А., дд.мм.гггг года рождения, которая от полученных травм скончалась на месте происшествия. В возбуждении уголовного дела в отношении водителя ФИО5 отказано за отсутствием в его действиях состава преступления.

Погибшая И.А.А. приходилась истице матерью. Узнав о гибели матери, ФИО3 испытала сильнейший стресс, у неё поднялось давление и она была вынуждена обратиться за медицинской помощью. После случившегося ФИО3 не может прийти в себя, плохо спит ночами. С потерей матери она утратила смысл жизни, стала чувствовать себя одинокой, что причиняет ей глубокие нравственные страдания. 

Компенсацию причиненного морального вреда ФИО3 оценивает в 300000 рублей. 

20.11.2017 г. по ходатайству истца определением суда к участию в деле в качестве соответчика привлечено ООО «АвтоТрансГрупп».

18.01.2018 г. по ходатайству представителя истца определением суда к участию в деле в качестве соответчиков привлечены ООО «АТП» и ФИО4. 

В судебное заседание истец ФИО3, ответчик ФИО4, представители ответчиков ООО «Транспортные технологии», ООО «АвтоТрансГрупп», ООО «АТП», третьи лица ФИО5, ФИО6 – не явились, о времени и месте рассмотрения дела были извещены надлежащим образом. 

В ходатайстве от 18.01.2018 г. истец ФИО3 просила рассмотреть дело без её участия и допустить в качестве своего представителя ФИО2

На основании ст. 167 ГПК РФ суд рассмотрел дело в отсутствие указанных лиц. 

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании на исковых требованиях настаивал, поддержал доводы, изложенные в исковом заявлении.

В предварительном судебном заседании истец ФИО3 поддержала исковые требования, суду пояснила, что 26.10.2016 г. утром она позвонила матери. На звонок ответил неизвестный мужчина и сообщил, что её маму сбила машина. От этого известия у неё был шок, ей стало плохо, она не могла встать, пришлось вызвать врача. Раз в неделю мама приезжала к ней повидаться, между ними были хорошие отношения. Гибелью матери ей причинен моральный вред, выразившийся в сильных переживаниях, ухудшении состояния здоровья. 

В письменном отзыве на исковое заявление представитель ответчика ООО «АвтоТрансГрупп» ФИО7 просил отказать в удовлетворении исковых требований, пояснив, что на момент ДТП транспортное средство DAF FT XF 105410 госномер 

<

данные изъяты> принадлежало ООО «АвтоТрансГрупп» на праве аренды, что подтверждается договором аренды транспортного средства № 02/07-13 от 17.07.2013 г. и дополнительным соглашением к нему. На момент ДТП ФИО5 являлся водителем ООО «АвтоТрансГрупп», но после происшествия водитель уволился. Из направленных в адрес ответчика документов невозможно определить действия, какого водителя ФИО5 или ФИО6 состоят в причинно-следственной связи с наступившим вредом. Как следует из пояснений второго водителя, который двигался за автомобилем ФИО5, водитель ФИО6, управлявший автомобилем МАН ТGX 18.400 госномер С400ТХ/55, увидев, что на его полосе движения что-то лежало, решил пропустить предмет между колесами автомобиля. Проезжая, он услышал, что зацепил днищем автомобиля то, что лежало на дороге. Поскольку противоправные действия и вина со стороны водителя ФИО5 отсутствуют, причинно-следственная связь между действиями и наступившим вредом не доказана. Кроме того, ответчик полагает, что истцом чрезмерно завышен размер заявленных исковых требований. Как следует из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 23.11.2016 г., И.А.А. получила телесные повреждения в результате собственных неосторожных действий, т.е. по грубой неосторожности. 

В письменном отзыве на исковое заявление представитель ответчика ООО «Транспортные технологии» ФИО8 просила отказать в удовлетворении исковых требований, пояснив, что ООО «Транспортные технологии» является собственником транспортного средства DAF FT XF 105410 госномер 

<

данные изъяты> Между тем, данное транспортное средство было передано во временное владение и пользование ООО «АвтоТрансГрупп», что подтверждается договором аренды транспортного средства № 02/07-13 от 17.07.2013 г. и дополнительным соглашением к нему. На момент ДТП водитель ФИО5 не состоял в трудовых отношениях с ООО «Транспортные технологии». По смыслу ст. 1079 Гражданского кодекса РФ ООО «Транспортные технологии» не являлось владельцем источника повышенной опасности на момент ДТП, а потому не обязано возмещать вред, который причинен при использовании автомобиля DAF FT XF 105410 госномер 

<

данные изъяты>.

Выслушав явившихся участников процесса, помощника прокурора, полагавшего, что исковые требования подлежат удовлетворению частично исходя из принципов разумности и справедливости, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующим выводам.

26.10.2016 г. около 06 часов 35 минут на 96-м км автодороги «

<

***>» водитель ФИО5, управляя автомобилем DAF FT XF 105 410 регистрационный знак 

<

данные изъяты>, допустил наезд на пешехода И.А.А., в результате чего она упала на проезжую часть и далее на неё был совершен наезд транспортным средством МАН ТGX 18.400 4х2 BLS регистрационный знак 

<

данные изъяты> под управлением водителя ФИО6. 

В результате указанного дорожно-транспортного происшествия пешеход ФИО9 от полученных множественных телесных повреждений скончалась на месте (заключение судебно-медицинской экспертизы № 373 от 16.11.2016 г.).

Обстоятельства дорожно-транспортного происшествия не оспариваются сторонами и подтверждаются: протоколом осмотра места происшествия от 26.10.2016 г., письменным объяснением ФИО5, ФИО6, заключением автотехнической экспертизы № 5324 от 17.11.2016 г.

23.11.2016 г. постановлением старшего следователя СО Межмуниципального отдела МВД России «Можгинский» по факту дорожно-транспортного происшествия отказано в возбуждении уголовного дела по ч. 3 ст. 264 УК РФ, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, за отсутствием состава преступления. 

На момент ДТП собственником транспортного средства DAF FT XF 105 410 регистрационный знак 

<

***> являлось ООО «Транспортные технологии» ИНН 

<

***> (свидетельство о регистрации ТС серии 

<

...> от 20.07.2016 г.).

Указанное транспортное средство по договору аренды № 02/07-13 от 17.07.2013 г. находилось во владении ООО «АвтоТрансГрупп» ИНН 

<

***>. Срок действия договора аренды с учетом дополнительного соглашения от 11.07.2016 г. составляет до 28 февраля 2017 года. 

Собственником транспортного средства МАН ТGX 18.400 4х2 BLS регистрационный знак 

<

данные изъяты> являлся ФИО4 (свидетельство о регистрации ТС серии 54 21 №*** от дд.мм.гггг).

Указанное транспортное средство по договору аренды от 01.07.2016 г. находилось во владении ООО «АТП» ИНН 

<

***>, сроком до 30 июня 2017 года. 

Водители ФИО5 и ФИО6 состояли в трудовых отношениях соответственно с ООО «АвтоТрансГрупп» и ООО «АТП», управляли транспортными средствами на основании договоров ОСАГО, заключенных в отношении неограниченного количества лиц, допущенных к управлению транспортным средством.

Условия и порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью, определяются главой 59 Гражданского кодекса РФ (далее по тексту ГК РФ).

Согласно ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Статьей 1099 ГК РФ предусмотрено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. 

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В силу п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Согласно ст. 648 ГК РФ ответственность за вред, причиненный третьим лицам транспортным средством, его механизмами, устройствами, оборудованием, несет арендатор в соответствии с правилами главы 59 настоящего Кодекса.

Водители ФИО5 и ФИО6 не являлись владельцами источников повышенной опасности по смыслу ст. 1068, п. 1 ст. 1079 ГК РФ.

ФИО5 являлся работником ООО «АвтоТрансГрупп», что подтверждается приказом о приеме на работу от 21.01.2014 г. и приказом об увольнении от 28.02.2017 г., а также сведениями Государственного учреждения – Отделения Пенсионного фонда РФ по Свердловской области и Межрайонной ИФНС № 29 по Свердловской области. 

На момент ДТП ФИО6 осуществлял трудовые обязанности в ООО «АТП», что следует из приказа о приёме на работу от 16.06.2016 г., путевого листа от 17.10.2016 г., а также подтверждается сведениями Государственного учреждения – Отделения Пенсионного фонда РФ по Новосибирской области. 

В пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что, если транспортное средство было передано по договору аренды без предоставления услуг по управлению им и его технической эксплуатации, то причиненный вред подлежит возмещению самим арендатором (статьи 642 и 648 ГК РФ).

Таким образом, оснований для возложения ответственности по возмещению вреда, причиненного ДТП, в рассматриваемой ситуации на собственников транспортных средств не имеется. ФИО4 и ООО «Транспортные технологии» не являются надлежащими ответчиками, т.к. на момент ДТП транспортные средства находились во владении соответственно ООО «АТП» и ООО «АвтоТрансГрупп» на праве аренды.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.).

Моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников (пункт 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

В пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

Согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

ФИО3, дд.мм.гггг года рождения, является дочерью погибшей И.А.А., дд.мм.гггг года рождения.

Между матерью и дочерью были хорошие отношения. Несмотря на то, что они проживали в разных населенных пунктах Можгинского района Удмуртской Республики, мать с дочерью общались и поддерживали родственные отношения. У суда не вызывает сомнения тот факт, что из-за гибели матери ФИО3 претерпела нравственные страдания, глубокие переживания, испытала чувство горя и потери, то есть ей причинен моральный вред. Неожиданная смерть матери явилась для неё невосполнимой утратой и сильнейшим психологическим ударом.

Свидетель М.В.С. суду пояснил, что 26.10.2016 г. сотрудник полиции позвонил брату и сообщил о гибели бабушки. Когда мама узнала о её смерти, он находился рядом с матерью. У матери был шок, она не могла прийти в себя, на нервной почве ей стало плохо, пришлось вызвать врача. Между матерью и бабушкой были хорошие отношения, бабушка часто приезжала к ним, и известие о её смерти стало для всех неожиданным. 

В амбулаторной карте ФИО3, 26.10.2016 г. фельдшером зафиксировано: «жалобы на головную боль, сердцебиение, истерику. Умерла мать». 

Согласно ст. 1083 ГК РФ вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит.

Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

В пунктах 17, 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что при разрешении спора о возмещении вреда жизни или здоровью, причиненного вследствие умысла потерпевшего, судам следует учитывать, что согласно пункту 1 статьи 1083 ГК РФ такой вред возмещению не подлежит. 

Виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (пункт 2 статьи 1083 ГК РФ).

Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности, если докажет, что вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла самого потерпевшего (пункт 1 статьи 1079 ГК РФ). Под непреодолимой силой понимаются чрезвычайные и непредотвратимые при данных условиях обстоятельства (пункт 1 статьи 202, пункт 3 статьи 401 ГК РФ). Под умыслом потерпевшего понимается такое его противоправное поведение, при котором потерпевший не только предвидит, но и желает либо сознательно допускает наступление вредного результата (например, суицид).

При отсутствии вины владельца источника повышенной опасности, при наличии грубой неосторожности лица, жизни или здоровью которого причинен вред, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности (кроме случаев, когда вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего). В этом случае размер возмещения вреда, за исключением расходов, предусмотренных абзацем третьим пункта 2 статьи 1083 ГК РФ, подлежит уменьшению.

Под обстоятельствами непреодолимой силы понимаются чрезвычайные и непредотвратимые явления, события, воздействие которых происходит извне и не зависит от субъективных факторов (наводнения, стихийные бедствия, землетрясения, ураганы, сход снежных лавин, иные природные катаклизмы, а также военные действия, эпидемии, крупномасштабные забастовки, запретительные меры государства). В рассматриваемом деле таких обстоятельств не установлено.

Умысел наличествует в действиях субъекта тогда, когда лицо осознавало общественную опасность своего деяния, предвидело возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий и желало их наступления или сознательно допускало их наступление. То есть под умыслом потерпевшего понимается осознанное желание лица, чтобы ему был причинен вред. 

Неосторожностью считается такая форма вины, когда лицо при совершении определенных действий не проявляет должной заботливости и осмотрительности. Грубая неосторожность - когда лицо предвидело возможность наступления общественно опасных последствий своих действий (бездействия), но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на предотвращение этих последствий либо не предвидело возможности наступления таких последствий, хотя должно было и могло их предвидеть.

Доводы представителя ответчика относительно того, что гибель потерпевшей возникла в результате её собственных неосторожных действий, в связи с чем в силу положений ст. ст. 1079, 1083 ГК РФ ООО «АвтоТрансГрупп» подлежит освобождению от ответственности за причиненный вред, судом отклоняются.

Пунктом 4.1 Правил дорожного движения, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 г. № 1090, установлено, что при переходе дороги и движении по обочинам или краю проезжей части в темное время суток или в условиях недостаточной видимости пешеходам рекомендуется, а вне населенных пунктов пешеходы обязаны иметь при себе предметы со световозвращающими элементами и обеспечивать видимость этих предметов водителями транспортных средств.

В соответствии с пунктом 4.3 ПДД РФ пешеходы должны переходить дорогу по пешеходным переходам, в том числе по подземным и надземным, а при их отсутствии - на перекрестках по линии тротуаров или обочин.

При переходе дороги вне пешеходного перехода пешеходы, кроме того, не должны создавать помех для движения транспортных средств и выходить из-за стоящего транспортного средства или иного препятствия, ограничивающего обзорность, не убедившись в отсутствии приближающихся транспортных средств (пункт 4.5 ПДД РФ).

Из материалов дела следует, что потерпевшая И.А.А. пересекала проезжую часть дороги вне пешеходного перехода, вне населенного пункта в темное время суток, не имея каких-либо световозвращающих элементов. При этом искусственное освещение на проезжей части отсутствовало, а пешеходный переход находился на расстоянии 54,8 метра от места происшествия. Несмотря на перечисленные обстоятельства, И.А.А., не убедившись в безопасности перехода, перебегала проезжую часть в непосредственной близости от движущегося транспортного средства под управлением ФИО5, поставив себя тем самым в опасное для жизни и здоровья состояние.

В имевшей место дорожной ситуации действия пешехода И.А.А., нарушившей пункты 4.1, 4.3, 4.5 ПДД РФ, носили характер грубой неосторожности, которая содействовала возникновению дорожно-транспортного происшествия и причинению вреда. 

Заключением автотехнической экспертизы № 5324 от 17.11.2016 г. установлено, что в данной дорожной обстановке, при заданных и принятых исходных данных, водитель технически исправного грузового седельного тягача марки DAF FT XF 105 410 регистрационный знак 

<

данные изъяты> с полуприцепом марки KRONE SD регистрационный знак 

<

данные изъяты> при движении как со скоростью 85 км/ч, так и со скоростью 70 км/ч не располагал технической возможностью избежать наезда на пешехода, приняв меры к торможению в момент пересечения пешеходом линии дорожной разметки 1.3.

В данной дорожно-транспортной ситуации водитель грузового седельного тягача марки DAF FT XF 105 410 регистрационный знак 

<

***> с технической точки зрения в своих действиях должен был руководствоваться требованиями пунктов 10.1 и ч. 3 пункта 10.3 ПДД РФ. 

Как следует из письменных объяснений водителя ФИО5, его автомобиль двигался со скоростью 85 км/ч. В письменном объяснении водитель ФИО6 указал, что его транспортное средство двигалось со скоростью 75 км/ч. 

Согласно пункту 10.1 ПДД РФ водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Согласно ч. 3 пункта 10.3 ПДД РФ вне населенных пунктов разрешается движение грузовым автомобилям с разрешенной максимальной массой более 3,5 т на автомагистралях - не более 90 км/ч, на остальных дорогах - не более 70 км/ч.

Водители ФИО5, ФИО6, управляя вышеуказанными транспортными средствами, двигавшимися со скоростью свыше 70 км/ч нарушили пункты 10.1, 10.3 ПДД РФ, но это нарушение не состоит в причинно-следственной связи с наступившими последствиями, поскольку даже при движении с допустимой скоростью (70 км/ч), они не располагали технической возможностью избежать наезда на пешехода, приняв меры к торможению транспортного средства.

Доводы представителя ООО «АвтоТрансГрупп» об отсутствии вины водителя в произошедшем ДТП судом отклоняются, поскольку ответственность по ст. 1079 ГК РФ возлагается на владельца источника повышенной опасности независимо от вины. Ответчики ООО «АвтоТрансГрупп», ООО «АТП» в рамках ст. 1079 ГК РФ в момент ДТП являлись владельцами источников повышенной опасности и должны нести ответственность в силу закона, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего, однако названных обстоятельств из материалов дела не усматривается.

При судебно-медицинской экспертизе трупа обнаружены следующие телесные повреждения: открытый линейный перелом лобной кости слева с переходом на теменную кость справа, линейный перелом теменно-височной кости справа и затылочной кости с переходом линии перелома на основание черепа с тяжелым ушибом головного мозга – кровоизлияния в мягкие мозговые оболочки в лобной области слева, теменно-височной области справка, желудочки головного мозга, в ткань вещества головного мозга в лобной доле слева и височной доле справа, кровоподтеки в области обоих глаз; перелом шейного отдела позвоночника между 6 и 7 шейным позвонком с полным пересечением спинного мозга; многооскольчатый перелом правой лопатки, 2-х сторонний перелом ребер по различным анатомическим линиям с повреждением ткани обоих легких, сердца; множественные разрывы диафрагмальной поверхности печени с размозжением ткани печени, разрывы селезенки, правой почки, брыжейки тонкого и толстого кишечника, стенки тонкого и толстого кишечника, мочевого пузыря; множественные переломы костей таза с травматической ампутацией правой нижней конечности на уровне костей таза, открытый перелом правого бедра, правой голени, обеих костей левого предплечья. 

Учитывая характер, локализацию и морфологические особенности повреждений, можно высказаться о механизме причинения следующим образом: повреждения возникли от удара частями движущегося грузового транспортного средства при вертикальном положении тела потерпевшей задней поверхностью туловища к транспортному средству с последующим падением и ударом о твердое дорожное покрытие и переездом колесом (колесами) через конечности и туловище при горизонтальном положении тела, что могло быть, например, при обстоятельствах и в срок, указанный в постановлении о назначении экспертизы. Все повреждения прижизненного происхождения, возникли в течение короткого промежутка времени и у живых лиц данные телесные повреждения по степени тяжести вреда здоровью квалифицируются как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Смерть И.А.А. наступила от сочетания тупой травмы головы, грудной клетки, живота, таза, конечностей, приведших к обильной кровопотере и травматическому шоку (заключение судебно-медицинской экспертизы № 373 от 16.11.2016 г.).

В судебном заседании судебно-медицинский эксперт Ц.В.Д. по механизму образования телесных повреждений пояснил, что от столкновения с движущимся грузовым автомобилем И.А.А. получила такие телесные повреждения как: открытый линейный перелом лобной кости слева с переходом на теменную кость справа, линейный перелом теменно-височной кости справа и затылочной кости с переходом линии перелома на основание черепа с тяжелым ушибом головного мозга (кровоизлияние в мягкие мозговые оболочки в лобной области слева, теменно-височной области справа, желудочки головного мозга, в ткань вещества головного мозга в лобной доле слева и височной доле справа), кровоподтеки в области обоих глаз, перелом шейного отдела позвоночника между 6 и 7 шейным позвонком с полным пересечением спинного мозга; многооскольчатый перелом правой лопатки; открытый перелом правого бедра, правой голени, обеих костей левого предплечья. Перечисленные телесные повреждения пострадавшая получила при ударе частями движущегося грузового транспортного средства при вертикальном положении тела (задней боковой поверхностью тела) с последующим отбрасыванием тела и ударом его о твердое покрытие.

При переезде колесами грузового автомобиля образовались такие телесные повреждения как: 2-х сторонний перелом ребер по различным анатомическим линиям с повреждением ткани обоих легких, сердца; множественные разрывы диафрагмальной поверхности печени с размозжением ткани печени, разрывы селезенки, правой почки, брыжейки тонкого и толстого кишечника, стенки тонкого и толстого кишечника, мочевого пузыря; множественные переломы костей таза с травматической ампутацией правой нижней конечности на уровне костей таза. 

Учитывая, что смерть И.А.А. наступила от сочетания полученных травм, все повреждения прижизненного происхождения, по времени действия транспортные средства следовали друг за другом, поэтому невозможно определить, от действий какого из водителей наступила смерть потерпевшей. 

В соответствии со ст. 1080 ГК РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

Поскольку действия обоих водителей находятся в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде смерти И.А.А., в этом случае разграничить ответственность водителей невозможно, соответственно, владельцы источников повышенной опасности должны нести солидарную ответственность.

Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Определяя размер компенсации морального вреда суд, исходя из принципов справедливости и разумности, принял во внимание следующие юридически значимые для дела факты: отсутствие вины водителей транспортных средств, грубую неосторожность И.А.А. в совершении транспортного происшествия, несоблюдение ею мер личной безопасности при переходе проезжей части дороги вне населенного пункта, степень причиненных истцу нравственных страданий, её возраст, обстоятельства причинения вреда. Действительно истица понесла невосполнимую утрату, пережила психологический стресс из-за утраты матери, с которой она поддерживала близкие родственные отношения. Осознание смерти родного и близкого человека, а также обстоятельства произошедшей гибели с последующим участием в мероприятиях, связанных с захоронением, свидетельствуют о высокой степени личных нравственных и физических страданий истицы. 

Учитывая изложенное, суд считает возможным определить размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчиков ООО «АвтоТрансГрупп» и ООО «АТП», в размере 70000 рублей. 

Поскольку статья 103 ГПК РФ, глава 25.3 Налогового кодекса РФ не предусматривают солидарное взыскание суммы государственной пошлины с ее плательщиков, в связи с чем в доход МО «

<

***>» с ответчиков подлежит взысканию госпошлина в размере 150 руб. с каждого.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

Исковые требования ФИО3 к ООО «АвтоТрансГрупп», ООО «АТП» о компенсации морального вреда, причиненного источником повышенной опасности, - удовлетворить частично.

Взыскать солидарно с ООО «АвтоТрансГрупп», ООО «АТП» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 70000 (семьдесят тысяч) рублей. 

Взыскать с ООО «АвтоТрансГрупп», ООО «АТП» в доход МО «Город Можга» госпошлину по 150 рублей с каждого. 

Исковые требования ФИО3 к ООО «Транспортные технологии», ФИО4 о компенсации морального вреда, причиненного источником повышенной опасности,- оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Удмуртской Республики в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме через Можгинский районный суд Удмуртской Республики. 

Мотивированное решение изготовлено 21.02.2018 г.

Председательствующий судья- Кожевникова Ю.А.