Мотивированное 

решение

 изготовлено 30 сентября 2018 года

Дело № 2-1055/2018

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

25 сентября 2018 года г. Новоуральск

Новоуральский городской суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Шаклеиной Н.И.,

при секретаре Ноженко М.В.,

с участием представителя истца адвоката Журавлева А.А.,

ответчика ФИО1,

представителя ответчика адвоката Морозова Э.О., 

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО1 о защите чести, достоинства и деловой репутации, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец обратилась в Новоуральский городской суд Свердловской области к ответчику ФИО1 с исковым заявлением о защите чести, достоинства и деловой репутации, компенсации морального вреда, в котором просила: признать несоответствующими действительности, порочащими честь, достоинство и деловую репутацию сведения, содержащиеся в заявлении ФИО1 руководителям: МАОУ «Х», Уполномоченного по правам ребенка в Свердловской области, Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Свердловской области от 15.05.2018; обязать ответчика произвести опровержение распространенной информации (сведений) не соответствующей действительности и порочащей честь, достоинство и деловую репутацию; определить порядок опровержения и сроки выполнения; взыскать компенсацию морального вреда в размере 100000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

В обосновании исковых требований указано, что 15.05.2018 в адрес руководителей: МАОУ «Х», Уполномоченного по правам ребенка в Свердловской области, Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Свердловской области ответчиком были направлены заявления в отношении истца, в которых ответчиком распространены не соответствующие действительности сведения, порочащие честь, достоинство и деловую репутацию ответчика. В первом абзаце заявления автор обвинил истца в некорректном, непедагогичном поведении в отношении несовершеннолетней дочери ответчика, оказании на нее психологического давления (четвертый абзац), неправомерности действий. При этом ответчик использует формулировки, порочащие истца как преподавателя с 35 летним стажем работы в одном образовательном учреждении, причем распространены эти сведения в форме утверждения. Ученица Х, мотивируя тем, что ей холодно, потребовала закрыть окно вопреки желанию и мнению всех присутствующих в учебном помещении. Выполнение ее требований серьезно ухудшило бы климатическую ситуацию в помещении (на улице солнечно +16, в помещении +24 - +26, отопление включено, воздух сухой). Дверь в учебное помещение была закрыты, сквозняков не было. Истцом и присутствующими в классе учениками было спокойно разъяснено Х, что выполнение ее требований противоречит желанию всех. Все учащиеся в своих объяснениях отметили отсутствие со стороны истца какого-либо высмеивания или насмешек в адрес Х. Истцом было сделано замечание Х по поводу распушенных волос и тонкого кружевного платья, которые не соответствую внутренним нормативным документам образовательного учреждения. Кроме того, Х было предложено выйти и надеть что-нибудь. Она категорически отказалась это сделать. Этим действием истец не предлагала Х покинуть класс совсем. Когда Х самостоятельно решила выйти из класса, истец словестно запретила это делать. Однако, Х вышла из класса, отодвинув истца в сторону. Замечания истца были в спокойной, выдержанной форме, в рамках требований, предъявляемых к обучающимся. Ответчик не присутствовал в учебном помещении во время проведения уроков, но утверждает, что: во время урока было открыто окно и дверь в помещении класса; образовался сквозняк; истец устроила дискуссию, к которой она подключила остальных одноклассников дочери, высмеивая дочь перед одноклассникам; вынудив ее выйти из класса; 15.05.2018 истец во время урока открыла большую раму оконного проема, а также открыла дверь в коридор; далее истец предложила выйти дочери из класса, а когда последняя пыталась выйти, истец стала ей препятствовать, продолжая высмеивать перед классом. Указанные утверждения ответчика не соответствуют действительности, а объяснения присутствующих в классе учеников свидетельствуют об обратном. Ответчик в качестве источника информации ориентируется на слова дочери, которая ему сразу же позвонила, аудиозаписи, производимой негласно Х на диктофон. В результате всех перенесенных по поводу сложившейся ситуации физических и нравственных страданий истцу причинен моральный вред, который она оценивает в 100000 рублей.

Истец в судебном заседании уточняла свои требования. В итоге просит: 1. Признать несоответствующими действительности, порочащими честь, достоинство и деловую репутацию, сведения, содержащиеся: в заявлении ФИО1 от 15 мая 2018 года, направленные руководителям МАОД «Х», Уполномоченному по правам ребенка в Свердловской области, Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека в Свердловской области, а именно, что «ФИО2 12.04.2018 и 15.05.2018 высмеивала его дочь перед одноклассниками, оказывала психологическое давление на нее, вынудила уйти из класса, нарушила п. 1 ст. 21 Конституции Российской Федерации, ст. 34, 48 Федерального закона «Об образовании в Российской Федерации», ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 5.61 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях»; в заявлении ФИО1 от 28 мая 2018 года, направленном Уполномоченному по правам ребенка Свердловской области, а именно, что «ФИО2 15.05.2018 устроила публичное обсуждение его старшей дочери, морально вынудив ее выйти из класса, подстрекала одноклассников старшей дочери к каким-либо действиям по отношению к ней»; в заявлении ФИО1 от 19.06.2018, направленном в Министерство образования и науки Российской Федерации, Федеральную службу по надзору и контролю в сфере образования и науки РОСОБРНАДЗОР, Управление по надзору и контролю в сфере образования (в структуре Министерства общего и профессионального образования Свердловской области), а именно, что «ФИО2 совершила неправомерные действия в отношении его несовершеннолетней дочери Х»; в жалобе, направленной прокурору ЗАТО г. Новоуральск от 13.06.2018. а именно, что «ФИО2 15.05.2018 совершила противоправные действия в отношении его несовершеннолетней дочери Х, вела себя неэтично, не педагогично, предлагала разные варианты одноклассникам к неопределенным действиям в отношении дочери, отсутствие педагогического такта, что ФИО2 действовала в нарушении ст. 23, 31, 32, 39, 40, 176, 177, 178 Устава МАОУ «Гимназия № 41», ст. 4.5.1, 4.5.2, 4.7.2, 4.7.3, 4.7.4, 4.7.5, 4.7.6, 4.7.7, 4.7.8, 4.7.9 Правил внутреннего трудового распорядка для работников МАОУ «Гимназия» 41», ст. 17, 21, 23. 29 Конституции Российской Федерации, ст. 8, 12, 13, 14, 19, 28, 29 Конвенции о правах ребенка, ст. 34, 48 Федерального закона от 29.12.2012 № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации». 2. Обязать ФИО1 в течение 10 дней со дня вступления решения суда в законную силу опровергнуть не соответствующие действительности, порочащие честь, достоинство и деловую репутацию сведения, путем направления письменно опровержения руководителям МАОУ «Х», Уполномоченному по правам ребенка в Свердловской области, Управление Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Свердловской области, Министерства образования и науки Российской Федерации, Федеральную службу по надзору в сфере образования и науки РОСОБРНАДЗОР, Управление по надзору и контролю в сфере образования (в структуре Министерства общего и профессионального образования Свердловской области), о том, что изложенные в заявлениях, жалобах и обращениям сведения в отношении ФИО2 не соответствуют действительности. 3. Взыскать 100000 рублей в счет компенсации морального вреда, 300 рублей расходы по уплате государственной пошлины. 

В судебном заседании представитель истца исковые требования поддержал в полном объеме, просил их удовлетворить, дополнительно пояснил следующее. Ответчик, имеет право обращаться в надзорные органы, только если информация, изложенная им в своих заявлениях, не носит оскорбительного характера. Сведения, изложенные ответчиком в его заявлениях, по мнению истца, носят оскорбительный характер и не соответствуют действительности. Все заявления ответчика были проверены компетентными органами, информация не подтвердилась, однако, с истца были затребованы объяснения, в отношении нее проводились проверки руководством учебного заведения, в котором она работает, а также правоохранительными органами.

Ответчик в судебном заседании исковые требования не признал в полном объеме, указал, что обращаясь в надзорные органы, защищал права и законные интересы своего ребенка. В своих заявлениях он выражал только свое мнение по поводу сложившейся ситуации. Ранее 12.04.2018 был аналогичный конфликт, который с помощью администрации образовательного учреждения удалось урегулировать без обращения в надзорные органы, однако, 15.05.2018 ситуация повторилась. При этом администрация школы разбираться в ситуации без письменных обращений намерена не была, в связи с чем, вынужден был обратиться за защитой прав своей дочери в надзорные органы, чтобы разобрались в сложившейся ситуации. 

Представитель ответчика в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился, указав следующее. Заявления и обращения направлялись ответчиком в надзорные органы с целью разобраться в сложившейся ситуации. Какая-либо порочащая истца информация ответчиком не распространялась, он выражал свое мнение по поводу возникшей ситуации.

Представители третьих лиц, будучи надлежащим образом уведомлены о дате, времени и месте судебного заседания, в судебное заседание не явились, предоставили заявления, в которых просили рассмотреть дело без их участия.

Заслушав представителя истца, ответчика и его представителя, исследовав материалы дела, суд установил следующее.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается в обоснование заявленных требований или возражений.

Согласно части 1 статьи 29 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется свобода мысли и слова.

В соответствии со статьей 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией. Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения. Осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

В соответствии со ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности.

Гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправе требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений.

Пунктом 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» определено, что значение для дела, которые должны быть определены судьей в ходе судебного разбирательства, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Истец обязан доказать факт распространения сведений об истце и порочащий характер этих сведений. Ответчик обязан доказать, что порочащие истца сведения соответствуют действительности.

Судом установлено, что 15.05.2018 года между истцом и дочерью ответчика – Х во время урока Х произошла конфликтная ситуация, данный факт подтверждается материалами дела, аудиозаписью и не оспаривается сторонами.

По данному факту ответчик 15.05.2018 обратился с заявлением к директору МАО «Х», Уполномоченному по правам ребенка в Свердловской области, в Управление Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека Свердловской области с заявлением, следующего содержания: «Х, поводом для обращения к Вам послужило некорректное и не педагогичное поведение преподавателя Х, ФИО2 отношении моей несовершеннолетней дочери Х, ученицы Х класса. Сегодня 15.05.2018 ФИО2 во время урока открыла большую раму оконного проема, а также открыла дверь в коридор. Моя дочь, в свою очередь, попросила Н.А. закрыть окно, в силу того, что образовался сильный сквозняк. В ответ на законные требования моей дочери, Н.А. в очередной раз устроила дискуссию. К которой она так же, как и ранее, подключила остальных одноклассников моей дочери, высмеивая мою дочь, чем оказывала психологическое давление на мою дочь. Далее Н.А. предложила выйти моей дочери из класса, а когда последняя попыталась выйти, Н.А. стала ей препятствовать, продолжая высмеивать перед классом. Чтобы не быть предметом насмешек со стороны учителя моя дочь была вынуждена выйти из класса. На основании изложенного прошу: 1. Провести соответствующие мероприятия в отношении ФИО2 на предмет неправомерных действий с её стороны в отношении моей дочери, а также прошу привлечь ее к дисциплинарной ответственности».

Аналогичные обращения были направлены ответчиком:

- 28 мая 2018 года Уполномоченному по правам ребенка Свердловской области, в которым в частности указано: «15.05.2018 во время урока Х ФИО2 позволила себе устроить публичное обсуждение моей старшей дочери, морально вынудив мою дочь выйти из класса, учитель продолжил этот диалог с одноклассниками, в ходе которого ФИО2 стала подстрекать одноклассников моей дочери к каким-либо действиям по отношению к моей старшей дочери. Чтобы не быть голословным, готов предоставить аудио запись этого разговора. Прослушав эту запись я написал заявление на имя директора (копия прилагается) и отправился в школу. Когда я пришел в школу, то у секретаря я встретил директора. Воспользовавшись моментом, я попытался объяснить директору неправомерность действий со стороны педагога, чтобы не доводить ситуацию до конфликта. Но в ответ директор стал ссылаться на нормативные документы школы и сводить всю проблему на одежду и прическу моей старшей дочери, стал повышать на меня голос, а после того как мы вышли с ним в коридор, где стояла моя старшая дочь, стал повышать голос и на нее, предъявляя ей несоответствующий вид. Поняв, что директор не хочет меня слышать, я был вынужден подать заявление. Ввиду изложенного, прошу: 2. Привлечь к надлежащей ответственности учителя Х ФИО2».;

- 13 июня 2018 года прокурору ЗАТО г. Новоуральск Х, в котором в частности указано, «15.05.2018 в МАОУ «Х» во время урока в отношении моей несовершеннолетней дочери Х года рождения, совершались противоправные действия со стороны преподавателя Х ФИО2 Во время урока Х моя дочь попросила ФИО2 закрыть окно в виду того, что была открыта фрамуга и была открыта дверь в коридор, как следствие образовался сквозняк. В ответ на просьбу моей дочери ФИО2 начала обсуждать внешность и одежду моей дочери, делая это обсуждение в присутствии других одноклассников, оказывая тем самым психологическое давление на мою дочь. Моя дочь, в свою очередь, попыталась сделать ФИО2 акцент на нарушение САНПИН 2.4.2.2821-10 со стороны ФИО2, на что последняя в свою очередь не стала слушать мою дочь и продолжила обсуждение внешности и одежды моей дочери. Ввиду того, что к беседе стали подключаться одноклассники, моя дочь была вынуждена выйти из класса, чтобы не стать предметом еще большего обсуждения. Известив о выходе из класса ФИО2, моя дочь вышла из класса. После того как моя дочь вышла из класса ФИО2 продолжила обсуждение моей дочери с оставшимися одноклассниками моей дочери. В ходе этого обсуждения ФИО2 вела себя неэтично и непедагогично, предлагая разные варианты несовершеннолетним одноклассникам моей дочери к неопределенным действиям в отношении к моей дочери, чем все больше охарактеризовывала свои действия не иначе как отсутствие педагогического такта. Отмечу, что выше описанное поведение ФИО2 не единично и ранее я устно обращался в адрес директора МАОУ «Х» с просьбой пресечь подобное поведение ФИО2 также отмечу, что мне пришлось прибегнуть к скрытой аудиозаписи в виду того, что директор МАОУ «Х» не воспринимает устные и письменные обращения всерьез, и всегда просит доказать тот или иной факт правонарушения со стороны подчиненных. В связи с чем, вышеописанный диалог был записан на аудио записывающее устройство (запись прилагается) и я имел возможность оценить действия ФИО2 Прослушав запись диалога, я сделал вывод, что ФИО2 действовала в нарушении статей 23, 31, 32, 39, 40, 176, 177, 178 Устава МАОУ «Гимназия№ 41»; статей 4.5.1, 4.5.2, 4.7.2, 4.7.3, 4.7.4, 4.7.5, 4.7.6, 4.7.7, 4.7.8, 4.7.9 Правил внутреннего трудового распорядка для работников МАОУ «Гимназия № 41»; статей 17, 21, 23, 29 Конституции Российской Федерации; статей 8, 12, 13, 14, 19, 28 Конвенции о правах ребенка»; статей 34, 48, 66 Федерального закона от 29.12.2012 № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации»»;

- 19.06.2018 в Министерство образования и науки Российской Федерации, Федеральную службу по надзору в сфере образования и науки, РОСОБРНАДЗОР, Управление по надзору и контролю в сфере образования (в структуре Министерства общего и профессионального образования), в котором в частности указано: «После очередного отказа (15.05.2018) директора МАОУ «Х» рассматривать доказательства (готов предоставить по первому требованию), зафиксированные моей несовершеннолетней дочерью, неправомерных действий со стороны преподавателя МАОУ «Гимназия № 41» ФИО2 в отношении моей несовершеннолетней дочери Х, я был вынужден обратится (28.05.2018) в Аппарат Уполномоченного по правам ребенка Свердловской области с заявлением (копия прилагается) и доказательствами. А так же после того как директора МАОУ «Х» дал мне письменный ответ (копия прилагается), где указал, что администрация МАОУ «Х» не усматривает в действиях преподавателя ФИО2 оснований для привлечений ее к административной ответственности, я был вынужден подать жалобу (копия прилагается) в Прокуратуру ЗАТО города Новоуральска для проведения следственных мероприятий в отношении преподавателя МАОУ «Х» ФИО2».

Ответчик и его представитель в судебном заседании пояснили, что обратившись в указанные органы с заявлениями тем самым реализовав свое право на обращение в государственные органы для того, чтобы разобраться в сложившейся ситуации. Никакой цели оскорбить, либо распространить в отношении истца недостоверную информацию, умаляющую честь, достоинство и деловую репутацию, у ответчика не имелось, основанием обращения было решить сложившуюся ситуацию.

Согласно ч. 3 ст. 29 Конституции Российской Федерации никто не может быть принужден к выражению своих мнений и убеждений или отказу от них.

Положениями ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрен способ защиты чести, достоинства и деловой репутации гражданина путем опровержения сведений, порочащих его честь, достоинство и деловую репутацию. Кроме того, установлено право гражданина, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство и деловую репутацию требовать возмещения убытков и морального вреда, причиненного их распространением. Таким образом, ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации определяет порядок использования конституционного права на защиту чести и доброго имени и находится в общей системе конституционно-правового регулирования, поэтому при ее применении должен обеспечиваться баланс конституционных прав и свобод, в том числе права на свободу слова и свободу выражения мнений, обращение в государственные органы и органы местного самоуправления, с учетом требований ст. 17 (ч.3), ст. 33 Конституции Российской Федерации.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 9, 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», в соответствии со статьей 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и статьей 29 Конституции Российской Федерации, гарантирующими каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, позицией Европейского Суда по правам человека при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

Статьей 33 Конституции Российской Федерации закреплено право граждан направлять личные обращения в государственные органы и органы местного самоуправления, которые в пределах своей компетенции обязаны рассматривать эти обращения, принимать по ним решения и давать мотивированный ответ в установленный законом срок. В случае, когда гражданин обращается в названные органы с заявлением, в котором приводит те или иные сведения (например, в правоохранительные органы с сообщением о предполагаемом, по его мнению, или совершенном либо готовящемся преступлении), но эти сведения в ходе их проверки не нашли подтверждения, данное обстоятельство само по себе не может служить основанием для привлечения этого лица к гражданско-правовой ответственности, предусмотренной статьей 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку в указанном случае имела место реализация гражданином конституционного права на обращение в органы, которые в силу закона обязаны проверять поступившую информацию, а не распространение не соответствующих действительности порочащих сведений. Такие требования могут быть удовлетворены лишь в случае, если при рассмотрении дела суд установит, что обращение в указанные органы не имело под собой никаких оснований и продиктовано не намерением исполнить свой гражданский долг или защитить права и охраняемые законом интересы, а исключительно намерением причинить вред другому лицу, то есть имело место злоупотребление правом (пункты 1 и 2 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пункт 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации определяет, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Анализ указанных правовых норм свидетельствует о том, что добросовестность обращения граждан в органы государственной власти презюмируется, поскольку предполагается, что заявителем преследуется цель поддержания правопорядка в целом, а также защита прав и охраняемых законом интересов его либо других лиц. При этом отсутствие намерения исполнить свой гражданский долг подтверждается тем, что обращение лица с заявлением в органы власти осуществляется в противоречии с целью защиты нарушенного права и направлено исключительно на причинение вреда другому лицу. 

Следовательно, для удовлетворения заявленных требований истцу надлежало предоставить доказательства тому, что обращения ответчика были обусловлены исключительно намерением причинить ей вред, и представляли собой злоупотребление правом. 

Оценивая собранные по делу доказательства, суд пришел к выводу о том, что сведения, на которые ссылается истец, содержащиеся в обращениях ответчика в названные выше государственные органы, не порочат честь, достоинство и деловую репутацию истца, поскольку сведения, изложенные в обращениях ответчика, не могут расцениваться как порочащие честь, достоинство и деловую репутацию истца, в данном случае ответчик, будучи не согласный с действиями преподавателя Х ФИО2, считая, что истец ненадлежащим образом исполняет свои должностные обязанности и нарушает права его несовершеннолетнего ребенка, направил соответствующее обращение директору МАОУ «Х» и в надзорные государственные органы с целью проведения проверок и разрешения сложившейся ситуации.

В данном случае имела место реализация ответчиком конституционного права на обращение в органы, которые в силу закона обязаны проверять поступившую информацию, а не распространение не соответствующих действительности порочащих сведений. Ответчик, направляя запросы в вышеуказанные государственные органы, действовал в пределах предоставленных ему полномочий, поскольку преследовал цель защитить права и интересы своей дочери, что соответствует ч. 2 ст. 10 Конвенции о защите прав человека, а не причинить вред истцу.

Доказательств обратного истцом, в условиях состязательности и равноправия процесса суду не представлено, в связи с чем, не имеется оснований для удовлетворения заявленных требований.

Согласно п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 г. № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» судам следует различать имеющее место утверждение о фактах, соответствие действительности которых можно проверить и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке ст. 152 ГК РФ, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

Оспариваемые истцом выражения, содержащиеся в обращениях и заявлениях ответчика, в своей совокупности являются оценочными суждениями, и по своей сути относятся к субъективному мнению ответчика, что не дает оснований для признания их несоответствующими действительности в порядке ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В связи с отказом в удовлетворении требований о признании не соответствующими действительности, порочащими честь, достоинство и деловую репутацию сведений, указанных истцом в исковом заявлении, с учетом ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации суд пришел к выводу, что не имеется оснований для удовлетворения требований истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда. 

На основании изложенного, в соответствии со ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не имеется оснований для удовлетворения требований истца о взыскании с ответчика судебных расходов.

Ответчиком и его представителем в судебном заседании было заявлено требование о взыскании с истца расходов по оплате услуг представителя в размере 10000 рублей.

В соответствии со ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся в частности: расходы на оплату услуг представителей; другие признанные судом необходимыми расходы.

Согласно ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 настоящего кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано. Эти же правила относятся к распределению судебных расходов, понесенных сторонами в связи с ведением дела в апелляционной, кассационной и надзорной инстанциях. 

Согласно ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Конституционный Суд Российской Федерации в своих Определениях от 21.12.2004 N 454-О, от 20.10.2005 N 355-О, и от 25.02.2010 N 224-О-О указал, что суд обязан создавать условия, при которых соблюдался бы необходимый баланс процессуальных прав и обязанностей сторон. Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым на реализацию требования ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации.

Разумные пределы расходов являются оценочной категорией, четкие критерии их определения применительно к тем или иным категориям дел не предусматриваются. По смыслу закона суд вправе определить такие пределы с учетом конкретных обстоятельств дела, объема, сложности и продолжительности рассмотрения дела, степени участия в нем представителя, а также сложившегося уровня оплаты услуг представителей по представлению интересов доверителей в гражданском процессе.

Исходя из категории спора, продолжительности его разрешения с участием представителя в судебных заседаниях, объема оказанных представителем услуг, обстоятельств и результатов разрешенного дела, суд, признаются необходимыми расходами ответчика на предоставление его интересов в суде.

Таким образом, с истца в пользу ответчика следует взыскать с учетом принципа разумности и справедливости расходы по оплате услуг представителя в размере 7000 руб. 00 коп.

Руководствуясь ст. 12, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 к ФИО1 о защите чести, достоинства и деловой репутации, компенсации морального вреда – оставить без удовлетворения.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 расходы за участие представителя в судебных заседаниях в размере 7000 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловский областной суд в течение одного месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Новоуральский городской суд Свердловской области.

Председательствующий Н.И. Шаклеина

Согласовано

Судья Н.И. Шаклеина