№ 2-2742/18 

<

данные изъяты>

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 ноября 2018 года Центральный районный суд г. Воронежа в составе:

председательствующего судьи Панина С.А., 

при секретаре Волощенко Р.О.,

с участием:

представителя ответчика АО «НАСКО» по доверенности ФИО3, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к АО «НАСКО» о взыскании страхового возмещения в размере 61 430 рублей, расходов по определению стоимости восстановительного ремонта в размере 10 000 рублей, компенсации морального вреда в размере 5000 рублей, штрафа в размере 30715 рублей, расходов по оплате услуг по составлению претензии в размере 2000 рублей, расходов по оплате услуг представителя в размере 12000 рублей, 

установил:

Истец ФИО4 обратился в суд с указанным иском, ссылаясь на то, что 19 марта 2018 года произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля №, под управлением ФИО1, и автомобиля №, принадлежащего истцу, в результате которого автомобилю истца были причинены технические повреждения, виновным в указанном ДТП является водитель ФИО1, гражданская ответственность которого за причинение вреда при использовании транспортного средства застрахована ответчиком по договору обязательного страхования; на обращение истца с целью получения страхового возмещения ответчиком не была произведена страховая выплата (л.д.3-6).

В судебном заседании представитель ответчика АО «НАСКО» по доверенности ФИО3 возражала против удовлетворения исковых требований по основаниям, изложенным в письменных возражениях (л.д. 50-56), дополнительно пояснив, что истцом не доказан факт наступления страхового случая с учетом заключения судебной экспертизы.

Истец ФИО4 о месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом, в судебное заседание не явился, причина неявки не известна, в заявлении в суд просит рассмотреть дело в его отсутствие

Выслушав объяснения представителя ответчика, исследовав материалы дела, суд находит исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно определению об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении от 19 марта 2018 года, в 17 часов 15 минут 19 марта 2018 года у д. 82 на ул. Грамши в г. Воронеже водитель ФИО1, двигаясь на автомобиле №, в нарушении п. 8.12 ПДД при движении задним ходом не убедился в безопасности совершаемого маневра и допустил столкновение с автомобилем истца; в результате дорожно-транспортного происшествия автомобили получили технические повреждения (л.д. 29).

Как следует из справки о дорожно-транспортном происшествии от 19 марта 2018 года, свидетельства о регистрации транспортного средства (л.д. 28, 31) собственником транспортного средства №, на момент дорожно-транспортного происшествия являлся истец. Кроме того, согласно справке о дорожно-транспортном происшествии от 19 марта 2018 года гражданская ответственность виновника ДТП за причинение вреда при использовании транспортного средства застрахована ответчиком по договору обязательного страхования.

На обращение истца с заявлением о наступлении страхового случая ответчиком 11 апреля 2018 года было направлено уведомление об отказе в выплате страхового возмещения со ссылкой на выводы экспертного заключения, согласно которым повреждения на исследуемом ТС потерпевшего, указанные в соответствующем акте осмотра, по своему характеру и локализации не соответствуют обстоятельствам заявленного ДТП (л.д. 80).

28 мая 2018 года истец обратился к ответчику с претензией о выплате страхового возмещения (л.д. 33).

До настоящего времени страховое возмещение не выплачено. 

Согласно ст. 931 ГК РФ по договору страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда имуществу других лиц, может быть застрахован риск ответственности самого страхователя или иного лица, на которое такая ответственность может быть возложена.

В случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

Согласно ст. 1 Федерального закона «Об обязательном страховании ответственности владельцев транспортных средств» № 40-ФЗ от 25.04.2002 года под страховым случаем понимается наступление гражданской ответственности владельца транспортного средства за причинение вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства, влекущее за собой в соответствии с договором обязательного страхования обязанность страховщика осуществить страховую выплату.

В соответствии с п. 1 ст. 6 Закона объектом обязательного страхования являются имущественные интересы, связанные с риском гражданской ответственности владельца транспортного средства по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства на территории Российской Федерации.

Законом РФ от 27.11.1992 N 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» установлено, что страховым риском является предполагаемое событие, на случай наступления которого проводится страхование. Страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам.

По смыслу вышеприведенных норм Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» и Закона РФ «Об организации страхового дела в Российской Федерации» событие, на случай наступления которого производится страхование, должно обладать признаком случайности, то есть страхователь должен находиться в добросовестном неведении относительно наступления этого события. Не возмещается ущерб в виде восстановительного ремонта транспортного средства, повреждение которого не вызвано страховым случаем, а также ущерб, напрямую не связанный со страховым случаем.

В подтверждение причиненного ущерба в результате дорожно-транспортного происшествия истцом представлено экспертное заключение ИП ФИО2 «Воронежская независимая экспертиза» № 5455 от 14 марта 2018 года, согласно которому стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца с учетом износа составляет 61430 рублей (л.д. 7-22).

Согласно представленного представителем ответчика в материалу дела заключению специалиста № У-102-025415-18 от 05 сентября 2018 года, выполненному ООО «ВПК-А» с технической точки зрения повреждения автомобиля №, не могут являться следствием контактного взаимодействия с автомобилем № в ходе ДТП 19.03.2018 года (л.д. 98-125).

В ходе разбирательства дела по ходатайству представителя ответчика была назначена судебная автотехническая и автотовароведческая экспертиза в целях определения относимости заявленных повреждений к указанному выше ДТП и стоимости восстановительного ремонта транспортного средства.

Согласно заключению судебного эксперта ФБУ «Воронежский региональный центр судебной экспертизы» № 9379-9380/7-2 от 29 октября 2018 года, исходя из анализа данных о повреждениях ТС участников ДТП, с учетом проведенных выше исследований и установленного механизма контактирования ТС следует, что механизм образования всех повреждений автомобиля №, указанных в акте осмотра ТС № 5455 от 14 марта 2018 года, не соответствует установленному механизму контактирования ТС при заявленных обстоятельствах ДТП от 19 марта 2018 года, следовательно, все эти повреждения в своей совокупности не могли быть образованы одномоментно на движущемся автомобиле №, при контакте с пластиковой накладкой заднего бампера автомобиля №, который двигаясь задним ходом, приближается к автомобилю №, спереди справа (то есть при заявленных обстоятельствах ДТП) (л.д. 135-142).

Из мотивировочной части указанного заключения следует, что исходя из анализа совокупности данных о заявленных обстоятельствах ДТП (конфигурация дороги, направления движения ТС до ДТП, их конечное расположение) о повреждениях ТС участников можно сделать промежуточные выводы о механизме контактирования ТС при заявленных обстоятельствах ДТП: перед столкновением оба ТС двигались в перекрестном направлении, то есть автомобиль №, двигаясь задним ходом (выезжая с места парковки), приближался к движущемуся автомобилю № – спереди справа и их курсы должны были пересечься под углом близким к 90 градусам, при таких заявленных обстоятельствах ДТП, должно иметь место перекрестное столкновение, при котором первоначально движущийся автомобиль № передней частью своей правой боковой стороны, должен контактировать с задней частью (наиболее вероятно, судя по описанию его повреждений – правой задней частью) автомобиль №, приближавшемуся к автомобилю №) спереди справа (взаимное расположение ТС в момент такого первичного контакта); при этом к правой боковой стороне автомобиля № будет приложено ударное воздействие (направление действия которого складывается, как равнодействующая сил инерции каждого из ТС перед столкновением), общим направлением спереди назад и справа налево относительно продольной оси автомобиля; после чего продолжающий свое движение автомобиль №должен проскальзывать вдоль задней части автомобиля №, с обязательным образованием на правой габаритной плоскости автомобиля № повреждений от такого контакта, а именно: как повреждений в виде объемных вмятин (объем и глубина которых должны нарастать от передней части к задней части кузова автомобиля, по мере внедрения в нее движущегося автомобиля №), так динамических следов трения скольжения, в виде горизонтально ориентированных царапин, потертостей, наслоений и т.п., все такие повреждения должны быть непрерывными (от точки первичного контакта до места окончания контактирования на правой габаритной плоскости автомобиля №)), взаимопереходящими (переходящими с одного элемента на другой) и располагаться на всем их протяжении примерно на одной высоте от опорной поверхности (от дороги), при этом в точке первичного контакта (начиная на передней части правой стороны автомобиля) эта высота от опорной поверхности должна соответствовать расположению наиболее выступающих элементов задней части автомобиля №, а именно его заднему бамперу; кроме того, на всем протяжении участка контактирования ТС – объем, выраженность и глубина повреждений должны нарастать от передней части к задней части кузова автомобиля, по мере внедрения в правую габаритную плоскость автомобиля № выступающих частей движущегося автомобиля №. Сопоставляя повреждения на автомобилях по высотным характеристикам эксперт делает вывод, что повреждения на правой габаритной плоскости автомобиля №) должны иметь максимальное выражение (максимальную глубину внедрения), кроме того повреждения должны быть непрерывными на всей правой боковой стороне автомобиля № что не подтверждается иллюстрациями фактических повреждений ТС.

Исходя из анализа фототаблицы и других данных о повреждениях полученных ТС при заявленных обстоятельствах ДТП, а также о вещественной обстановке места ДТП от ДД.ММ.ГГГГ, эксперт делает промежуточные выводы: в месте ДТП отсутствуют какие-либо осколки стекла, пластика, которые должны были образоваться при заявленном повреждении (разбитие оптического элемента) «правой передней фары» автомобиля №), состояние проезжей части (опорной поверхности) позади правого заднего колеса автомобиля № не подтверждает саму возможность движения указанного автомобиля задним ходом до контакта с автомобилем № характер повреждений (в виде разнонаправленных линейных царапин, потертостей и наслоений вещества темного цвета, которые имеются не только на выступающих частях, но и в технологических углублениях накладки) на пластиковой накладке заднего бампера № не позволяет подтвердить возможность образования таких повреждений, именно при контакте с правой габаритной плоскостью автомобиля №). При заявленных обстоятельствах ДТП в контакт с правой боковой частью автомобиля №) не мог вступить только задний бампер (его пластиковая накладка) автомобиля №, никакие другие части, на которых отсутствуют какие-либо повреждения и следы контакта, автомобиля № с автомобилем № не контактировали; повреждения фары правой с нарушением оптического элемента и элементов крепления находятся вне зоны контактирования с задним бампером автомобиля № при заявленных обстоятельствах ДТП от 19 марта 2018 года; повреждения корпуса зеркала наружного правого и закрепленного на нем повторителя указателя поворота правого с разрушением оптического элемента и элементов его крепления находятся вне зоны контактирования с задним бампером автомобиля № при заявленных обстоятельствах ДТП, более того, наличие в верхней средней части корпуса зеркала трасс направлением спереди назад (а не на его торцевой – что чисто теоретически, могло быть при контакте с крышей багажника автомобиля №, движущегося задним ходом), свидетельствует об их образовании при контакте с иным объектом, нежели автомобиль № иных обстоятельствах; относительно повреждений переднего бампера с разрешением ЛКП, хотя на правой боковой части переднего бампера имеются отдельные локальные, ограниченные по площади, в основном линейные повреждения ЛКП, но ни по форме, ни по расположению отнести их к контакту именно с задним бампером автомобиля № в ходе заявленного ДТП нельзя, кроме того, они носят накопительный характер, и наиболее вероятно, образованы в процессе предыдущей эксплуатации автомобиля, тем более, что с учетом такого контакта на заднем бампере автомобиля № должны быть следы контакта с вращающимся правым передним колесом автомобиля (должны быть концентрические, дугообразные следы в виде потертостей и царапин) по всей выступающей пластиковой накладке заднего бампера, чего по факту нет на имеющихся фотографиях автомобиля №. Что касается повреждений переднего правого крыла и передней правой двери, то глубина внедрения следообразующего объекта в повреждениях на правом переднем крыле и правой передней двери различны – на правом переднем крыле заведомо больше, направление образования отдельных массивов следов (потертостей и царапин) вышеуказанных повреждений различны и отличаются от заявленного механизма контактирования ТС при ДТП. 

С учетом изложенного, одномоментное образование всех таких повреждений на правом переднем крыле и правой передней двери на движущемся автомобиле №) при контакте с пластиковой накладкой заднего бампера автомобиля №, который двигаясь задним ходом, приближается к автомобилю №) спереди справа, то есть при заявленных обстоятельствах ДТП, невозможно.

Суд считает, что при принятии решения по настоящему спору следует руководствоваться заключением эксперта ФБУ «Воронежский региональный центр судебной экспертизы» № 9379-9380/7-2 от 29 октября 2018 года. Заключение является мотивированным в своих выводах и объективным. Эксперт, составивший данное заключение, был предупрежден об уголовной ответственности за составление заведомо ложного заключения. Также суд учитывает, что ходатайств о назначении дополнительной или повторной экспертизы сторонами не заявлялось.

В соответствии с положениями статьи 86 ГПК РФ заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы.

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Согласно ст. 59 ГПК РФ, суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела.

На основании ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

В этой связи суд отмечает, что согласуясь с закрепленными в статьях 6 и 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод праве каждого на справедливое судебное разбирательство и праве на эффективное средство правовой защиты, предусмотренном в п. 1 ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, ч. 1 ст. 19, ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ принципе состязательности и равноправия сторон, установленном в ст. 9 ГПК РФ принципе диспозитивности, приведенные выше положения ГПК РФ предполагают, что свобода определения объема своих прав и обязанностей в гражданском процессе и распоряжения процессуальными средствами защиты предусматривает усмотрение сторон в определении объема предоставляемых ими доказательств в подтверждение своих требований и возражений.

При этом стороны сами должны нести ответственность за невыполнение обязанности по доказыванию, которая может выражаться в неблагоприятном для них результате разрешения дела, поскольку эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности.

Суд, содействуя сторонам в реализации этих прав, осуществляет в свою очередь лишь контроль за законностью совершаемых ими распорядительных действий, основывая решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании, и оценивая относимость, допустимость, достоверность каждого из них в отдельности, а также достаточность и взаимную связь их в совокупности.

Обязанность по доказыванию приведенных обстоятельств возложена процессуальным законом на заинтересованное лицо, обратившееся в суд за защитой права.

При разрешении спора о страховой выплате в суде страхователь (выгодоприобретатель, потерпевший) обязан доказывать наступление страхового случая, а именно причинение имуществу убытков и их размер, возникновение опасности, от которой производится страхование, и наличие причинной связи между данной опасностью и причиненными убытками.

В качестве доказательства дорожно-транспортного происшествия истцовая сторона ссылается на материалы дорожно-транспортного происшествия с участием водителей ФИО1 и ФИО4 

В данных материалах содержатся справка о дорожно-транспортном происшествии, схема происшествия, письменные объяснения водителей, определение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении.

Между тем, по мнению суда, материалы ДТП в рассматриваемом случае не являются достаточным основанием для удовлетворения исковых требований, поскольку они с достоверностью не подтверждают наличие причинно-следственной связи между заявленными обстоятельствами дорожно-транспортного происшествия и повреждениями автомобиля истца, отраженными в акте осмотра транспортного средства.

Сотрудники ГИБДД очевидцами заявленного происшествия не являлись, документы о дорожно-транспортном происшествии с указанием механизма повреждения автомобиля истца и перечня поврежденных в результате деталей ими составлены только со слов водителей транспортных средств.

В ходе производства по административному делу не проводилось специальных исследований по вопросу возможности образования всех повреждений автомобиля № указанных истцом и зафиксированных сотрудниками полиции, в результате обстоятельств происшествия.

С учетом вышеизложенных норм права, суд приходит к выводу, что истцом ФИО4 в условиях состязательности и равноправия судебного заседания суду не представлено относимых и допустимых доказательств, свидетельствующих об обоснованности заявленных им к ответчику исковых требований о взыскании суммы страхового возмещения иных требованиях, так как материалами дела не установлен факт наступления страхового случая, являющегося основанием для возложения на ответчика обязанности по выплате страхового возмещения.

Разрешая исковые требования, суд, с учетом принимаемого во внимание заключения проведенной по делу судебной автотехнической и автотовароведческой экспертизы, приходит к выводу, что повреждения автомобиля истца не могли образоваться при обстоятельствах заявлено ДТП 19 марта 2018 года, а истцом в нарушении ст.ст. 12, 56 ГПК РФ не предоставлено убедительных и достаточных доказательств, подтверждающих, что заявленные повреждения его автомобиля возникли именно в результате дорожно-транспортного происшествия 19 марта 2018 года при заявленных им обстоятельствах.

Принимая во внимание, что в удовлетворении требования о взыскании страхового возмещения отказано, суд не усматривает оснований для удовлетворения исковых требований о взыскании убытков, штрафа, компенсации морального вреда, судебных расходов являющихся производным в зависимости от результатов разрешения требования о взыскании страхового возмещения. 

Руководствуясь ст. ст. 56, 194, 198 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО4 к АО «НАСКО» о взыскании страхового возмещения в размере 61 430 рублей, расходов по определению стоимости восстановительного ремонта в размере 10 000 рублей, компенсации морального вреда в размере 5000 рублей, штрафа в размере 30715 рублей, расходов по оплате услуг по составлению претензии в размере 2000 рублей, расходов по оплате услуг представителя в размере 12000 рублей отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Воронежский областной суд через Центральный районный суд г. Воронежа в течение одного месяца со дня его принятия судом в окончательной форме.

Судья С.А. Панин

Решение суда изготовлено в окончательной форме 26 ноября 2018 года.

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>