Судья: Стреляев Д.С. № 22-2400/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

22 сентября 2025 года г. Иркутск

Суд апелляционной инстанции Иркутского областного суда в составе председательствующего Першина В.И.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Жарковой Н.В.,

с участием прокурора Ненаховой И.В.,

осужденного ФИО1,

защитника - адвоката Готовко Л.Г.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника - адвоката Готовко Л.Г. на приговор Ангарского городского суда Иркутской области от 9 июня 2025, которым

ФИО1, родившийся Дата изъята в 

<

адрес изъят>, гражданин РФ, не судимый, 

осужден по ч.3 ст.264 УК РФ к наказанию в виде 3 лет лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права управления транспортными средствами на 2 года.

Определено самостоятельное следование до колонии-поселения по предписанию уголовно-исполнительной инспекции за счет государства.

Срок наказания в виде лишения свободы исчислен со дня прибытия осужденного в колонию-поселение. Зачтено в срок отбытого наказания время следования ФИО1 к месту отбывания наказания в соответствии с предписанием, из расчета один день за один день.

В порядке ч.4 ст.47 УК РФ срок лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, исчислен со дня отбытия ФИО1 основного наказания в виде лишения свободы.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения, по вступлении приговора в законную силу постановлено отменить.

Приговором решена судьба вещественных доказательств.

Заслушав мнения сторон, суд апелляционной инстанции 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 по приговору суда признан виновным и осужден за то, что, управляя автомобилем, совершил нарушение правил дорожного движения, что повлекло по неосторожности смерть ФИО6

Преступление совершено 

<

адрес изъят> Дата изъята при обстоятельствах, установленных судом и изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе защитник - адвокат Готовко Л.Г. находит приговор суда незаконным, необоснованным, поскольку выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судом первой инстанции, допущены существенные нарушения уголовного и уголовно-процессуального законов.

В обоснование доводов подробно приводит содержание приговора в части обстоятельств преступного деяния, признанного судом доказанным. Анализирует заключение автотехнической экспертизы Номер изъят, согласно выводам которой водитель ФИО1 не располагал технической возможностью остановиться у стоп-линии, поскольку остановочный путь автомобиля больше удаления автомобиля от стоп-линии в момент включения сигнала светофора; кроме того водитель автомобиля (данные изъяты) в данной дорожной ситуации должен был руководствоваться требованиями п.13.8 ПДД.

Обращает внимание, что согласно выводам эксперта Номер изъят у потерпевшего в крови обнаружено содержание этилового алкоголя 0,6 о/оо.

Анализирует дополнительную автотехническую экспертизу Номер изъят и обращает внимание, что выводы эксперта основаны только на данных, содержащихся в пояснениях свидетеля Свидетель №2, пояснения ФИО1 не приняты во внимание. Согласно выводам указанной экспертизы ФИО1 в создавшейся дорожно-транспортной ситуации располагал технической возможностью предотвратить ДТП при применении мер к торможению в момент возникновения опасности. 

Ссылается на положения ч.1 ст.80 УПК РФ, Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2010 года № 28 «О судебной экспертизе по уголовным делам» и обращает внимание, что в материалах дела имеется два взаимоисключающих заключения автотехнических экспертиз.

Полагает, что органом предварительного следствия необоснованно отклонено ходатайство стороны защиты о проведении дополнительной автотехнической экспертизы после проведения дополнительного осмотра места происшествия с участием ФИО1

Подвергает критической оценке, данные полученные в ходе дополнительного осмотра места происшествия со свидетелем ФИО28., считает, что фактически проведен следственный эксперимент, но без участия ФИО1, в условиях, несоответствующих обстановке происшествия. Находит полученные результаты в ходе данного следственного действия недостоверными. В связи с чем полагает, что в основу экспертного заключения Номер изъят положены результаты следственного эксперимента, полученные с нарушением уголовно-процессуального закона, что влечет признание данного заключения недопустимым доказательством.

Ссылается на показания свидетелей Свидетель №1, Свидетель №6, ФИО7

Обращает внимание, что из материалов дела следует, что ФИО1 принимал меры к предотвращению ДТП, следы торможения зафиксированы в протоколе осмотра места происшествия, схеме, а также подтверждается показаниями свидетелей и самого ФИО1

Ссылается на п.10.1 ПДД и считает, что в рассматриваемый ситуации моментом возникновения опасности для движения является момент начала движения автомашины (данные изъяты) под управлением потерпевшего и продолжение движения транспортного средства под управлением ФИО1

Просит приговор суда отменить, уголовное дело направить на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе.

В возражениях государственный обвинитель ФИО8 просит доводы апелляционной жалобы оставить без удовлетворения, при этом подробно мотивирует свою позицию.

В заседании суда апелляционной инстанции осужденный ФИО1, защитник-адвокат Готовко Л.Г. просили доводы апелляционной жалобы удовлетворить. 

Прокурор Ненахова И.В. возражала удовлетворению доводов апелляционной жалобы.

Выслушав стороны, проверив в апелляционном порядке материалы уголовного дела, доводы апелляционной жалобы, поступивших возражений, суд апелляционной инстанции находит приговор суда законным, обоснованным и справедливым, доводы апелляционной жалобы не подлежащими удовлетворению в связи с их несостоятельностью.

Вина ФИО1 в том, что он, управляя автомобилем, совершил нарушение правил дорожного движения, что повлекло по неосторожности смерть ФИО6 при обстоятельствах, изложенных в приговоре, установлена судом на основании доказательств, которые представлены сторонами, получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, исследованы в судебном заседании с участием сторон и оценены в соответствии со ст.ст. 17, 87,88 УПК РФ, с точки зрения относимости, допустимости, а в своей совокупности достаточности для постановления обвинительного приговора.

Обстоятельства, при которых осужденным совершено инкриминируемое ему преступление, и которые в силу ст. 73 УПК РФ подлежали доказыванию, судом установлены верно.

Выводы суда о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, являются правильными, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на проверенных в судебном заседании доказательствах, полно, подробно и правильно изложенных в приговоре. 

Судом первой инстанции обоснованно положены в основу приговора показания осужденного ФИО1, в части не противоречащей обстоятельствам, установленным судом; потерпевшего ФИО10, свидетелей Свидетель №2, Свидетель №10, Свидетель №8, Свидетель №4, Свидетель №6, Свидетель №7, ФИО11, Свидетель №1, Свидетель №9 об известных им обстоятельствах по делу, протоколы следственных действий: осмотров места происшествия, заключения судебных экспертиз и другие доказательства, подробно приведенные в приговоре.

Так, из показаний осужденного ФИО1 следует, что он, управляя грузовым автомобилем «(данные изъяты)», на расстоянии около 43 м от перекрестка увидел, что светофор переключился на зеленый мигающий сигнал; попытался затормозить, но большая масса груза не позволяла выполнить экстренное торможение, стал завершать маневр. Когда светофор переключился на желтый сигнал, он выехал на перекресток. Справа на перекресток выехал автомобиль «(данные изъяты)», который, по его мнению, должен был уступить ему дорогу, поскольку он завершал маневр. Он принял меры к экстренному торможению, но произошло столкновение передней правой частью его автомобиля с автомобилем «(данные изъяты)». 

Согласно показаниям свидетеля Свидетель №2, он, как и ФИО12, стоял перед перекрестком на запрещающий сигнал светофора, начали движение лишь после того, как тот переключился на разрешающий, и уже после этого он увидел автомобиль под управлением ФИО1, выехавший на перекресток. Он и автомобиль впереди остановились, пропуская лесовоз. Лесовоз столкнулся с автомобилем «(данные изъяты)».

Из показаний свидетеля Свидетель №10 следует, что она, управляя автомобилем и поравнявшись с автомобилем «(данные изъяты)» под управлением ФИО1, снизила скорость и остановилась перед перекрестком. Светофор стал переключаться на запрещающий сигнал. Грузовой автомобиль выехал на перекресток в прямом направлении, по пересекаемой дороге начали движение автомобили, два слева выехали за стоп-линию и остановились, пропуская лесовоз, а справа на перекресток выехал автомобиль (данные изъяты)», который столкнулся с лесовозом.

В ходе осмотра места происшествия установлено место дорожно-транспортного происшествия (т.1 л.д.6-39).

Из заключения судебно-медицинской экспертизы Номер изъят от Дата изъята следует, что смерть ФИО6 наступила в результате тупой сочетанной травмы головы, груди множественных переломов костей скелета, повреждения головного мозга, легких, аорты, которая расценивается, как причинившая тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, стоит в прямой причинной связи с наступлением смерти, возникла от действия тупых твердых предметов, чем могли быть части салона автомобиля (т.1 л.д.69-71).

Судом первой инстанции правильно установлено, что ФИО1, управляя в качестве водителя технически исправным автомобилем «(данные изъяты) Номер изъят» г/н Номер изъят с прицепом Номер изъят, г/н Номер изъят, нарушил п.п. 1.5, 6.13, 10.1 ПДД РФ, согласно которым он должен был действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда; должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, и обеспечивающей ему возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований ПДД РФ, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные условия, при возникновении опасности для движения, которую в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства; при запрещающем сигнале светофора он должен остановиться перед стоп-линией, а именно: не учтя значительную массу перевозимого груза, около 55т, выбрал и поддерживал при движении скорость, которая не обеспечивала ему возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований ПДД РФ, подъезжая к перекрестку с 

<

адрес изъят> не остановился перед стоп-линией, а выехал на перекресток на запрещающий желтый сигнал светофора, при возникновении опасности для движения не принял возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, а допустил столкновение на указанном перекрестке с автомобилем «(данные изъяты)», г/н Номер изъят под управлением ФИО6, который двигался по автодороге Номер изъят со стороны 

<

адрес изъят> в направлении 

<

адрес изъят> на разрешающий зеленый сигнал светофора, в результате чего ФИО13 причинены телесные повреждения, от которых наступила его смерть на месте преступления.

Кроме того суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что то обстоятельство, что потерпевший ФИО12 продолжил движение, не пропустив ФИО1, не свидетельствует о его виновности в данном дорожно-транспортном происшествии, поскольку именно осужденный нарушал правила проезда перекрестка, и действия ФИО1 состоят в прямой причинной связи с наступившими последствиями.

Суд апелляционной инстанции не имеет оснований не согласиться с данными выводами суда первой инстанции.

Так, в соответствии с п.п.6,7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 декабря 2008 года № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения» уголовная ответственность по ст.264 УК РФ наступает, если у водителя имелась техническая возможность избежать дорожно-транспортного происшествия и между его действиями и наступившими последствиями установлена причинная связь. Опасность для движения следует считать возникшей в тот момент, когда водитель имел объективную возможность ее обнаружить.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что ДТП явилось следствием несоблюдения осужденным требований п.1.5, п.6.13, п.10.1 ПДД РФ, препятствий к выполнению которых у него не имелось, объективно установив, что ФИО1 неверно оценил дорожную обстановку, осуществлял движение при ясной погоде в светлое время суток, перед ним отсутствовали иные транспортные средства, видимость была не ограничена. При подъезде к перекрестку 

<

адрес изъят> тракта светофор был хорошо видим. При переключении светофора с зеленого на зеленый мигающий сигнал, далее на желтый ФИО1 мер к снижению скорости и остановке транспортного средства не принял, не остановился перед стоп-линией, а продолжил движение и выехал на перекресток на запрещающий сигнал светофора, проигнорировав особенности своего транспортного средства, связанные с высокой массой автопоезда около 55т, предполагающей протяженный тормозной путь. Это свидетельствует о том, что он выбрал и поддерживал при движении скорость транспортного средства, которая не позволяла ему в полной мере выполнить требования правил дорожного движения.

Несмотря на то, что как участник дорожного движения ФИО1 мог и должен был это сделать, с учетом опыта вождения, метеоусловий, состояния в момент ДТП, не принял своевременные меры к снижению скорости, вплоть до остановки, вследствие чего допустил столкновение на указанном перекрестке с автомобилем под управлением ФИО6, в результате чего последний получил телесные повреждения, повлекшие его смерть на месте. 

Из представленных данных системы мониторинга ГЛОНАС «Автограф5Про» следует, что скорость автомобиля «(данные изъяты)» Дата изъята в период: 14 часов 04 минуты с 43 секунд до 53 секунд, находилась в диапазоне 47-51 км/ч. Затем к 14 часам 04 минутам 57 секундам в момент дорожно-транспортного происшествия она снизилась до 4 км/ч (т.1 л.д.171-186). Указанные данные объективно свидетельствуют о том, что водитель ФИО1, подъезжая к перекрестку, не снижал скорость, несмотря на то, что скорость не превышала разрешенную, вел транспортное средство со скоростью, которая не позволяла ему в полной мере выполнить требования правил дорожного движения.

Таким образом, в сложившейся дорожно-транспортной ситуации возможность предотвращения ДТП зависела не от действий потерпевшего, на что указывает сторона защиты (находился в состоянии алкогольного опьянения, не позволил ФИО1 закончить маневр), а от выполнения ФИО1 вышеуказанных требований ПДД РФ.

Суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что нарушение осужденным вышеуказанных требований ПДД явилось причиной произошедшего ДТП, тогда как в действиях потерпевшего не установлено нарушения ПДД, которые находились бы в причинно-следственной связи с наступившими последствиями, в связи с чем утверждение адвоката об обратном несостоятельно.

При таких обстоятельствах, нельзя согласиться с доводами стороны защиты о наличии противоречий в заключениях автотехнических экспертиз.

Так, по заключению эксперта Номер изъят, которому были представлены материалы дела и данные, полученные в ходе осмотра места происшествия с участием осужденного ФИО1, сделан вывод о невозможности водителя автомобиля «(данные изъяты)» остановиться у стоп-линии при скорости движения 40 км/ч, исходя из принятых экспертом данных, основанных на показаниях подсудимого, о том, что ФИО1 увидел переключение с зеленого мигающего на желтый сигнал, когда находился в 7м от стоп-линии. Таким образом, были проверены показания осужденного ФИО1 относительно обстоятельств инкриминированного ему деяния.

Вместе с тем, в ходе осмотра места происшествия с участием свидетеля Свидетель №2, который находился за управлением автомобилем «(данные изъяты) г/н Номер изъят, фиксировалась последовательность его действий в период, предшествующий ДТП. Согласно протоколу следственного действия, он начал движение при включении зеленого сигнала светофора по 

<

адрес изъят> в направлении промзоны (данные изъяты), перед ним находился еще один автомобиль, далее было установлено место, где он остановился, увидев приближающийся грузовой автомобиль «(данные изъяты). Время в пути за три повторения составило 5,65с, 3,93с, 5,58 с, а среднее – 5,05 

<

адрес изъят> Свидетель №2 указал место, расположенное на удалении 20 м от стоп-линии в направлении движения автомобиля «(данные изъяты), где он его увидел (т.1 л.д.217-220).

При этом вопреки доводам стороны защиты, нарушений требований уголовно-процессуального закона при проведении данного следственного действия не допущено, поскольку согласно положениям ст.176 УПК РФ осмотр местности может проводиться в целях обнаружения следов преступления, выяснения других обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела. Таким образом, в ходе осмотра места происшествия с участием свидетеля Свидетель №2, в ходе которого принимали участие понятые, а результаты фиксировались при помощи технических средств, были установлены обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела. Следовательно, участие осужденного ФИО1 в производстве данного следственного действия не требовалось, и его право на защиту не нарушено, поскольку осмотр места происшествия с участием ФИО1 был также проведен, результаты которого зафиксированы с помощью технических средств. Оснований для повторного осмотра места происшествия с участием осужденного ФИО1 не имелось, не усматривает таких оснований и суд апелляционной инстанции. Кроме того, суд апелляционной инстанции отмечает, что выбор проведения того или иного следственного действия относится к исключительной компетенции следователя, который самостоятельно определяет ход и направление предварительного расследования. 

По результатам, полученным в ходе осмотра места происшествия с участием свидетеля Свидетель №2, была назначена автотехническая экспертиза. Согласно заключению эксперта Номер изъят при заданных и принятых исходных данных удаление автопоезда в составе седельного тягача «(данные изъяты)», г/н Номер изъят с прицепом от стоп-линии в заданный в исходных данных момент времени при движении со скоростью 50 км/ч определено около 91,8м. При условии движения данного автопоезда со скоростью 40 км/ч, 50 км/ч, 60 км/ч его водитель имел техническую возможность остановить автопоезд до стоп-линии путем применения экстренного торможения, так как значение удаления от стоп-линии (91,8м) в заданный момент больше значения его остановочного пути (соответственно 25м / 35,3м / 47,2м) (т.1 л.д.238-243).

Таким образом, каких-либо противоречий приведенные выше заключения авто-технических экспертиз не содержат. Вопреки доводам стороны защиты, эксперту, проводившему экспертизу Номер изъят, были предоставлены материалы уголовного дела, в том числе и заключение эксперта Номер изъят. При таких обстоятельствах, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для назначения дополнительной автотехнической экспертизы, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции.

Все доказательства, положенные в основу приговора и подтверждающие вину осужденного, проанализированы и оценены, являются последовательными, взаимодополняющими друг друга. 

Нарушений требований уголовно-процессуального закона в ходе предварительного следствия не допущено.

Оснований для оговора осужденного со стороны потерпевшего и свидетелей суд не усмотрел, не находит таковых и суд апелляционной инстанции.

Заключения судебных экспертиз отвечают требованиям ст.204 УПК РФ, являются научно обоснованными и мотивированными, сомнений в компетентности экспертов не имеется.

Суд первой инстанции учел и оценил все обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы о виновности ФИО1, исследовал имеющиеся в материалах уголовного дела доказательства, каких-либо противоречий в представленных доказательствах, способных повлиять на законность и обоснованность приговора, суд апелляционной инстанции не усматривает, оснований сомневаться в правильности указанных выводов из материалов дела не имеется. 

Приговор соответствует требованиям ст. 307 УПК РФ, судом приведена совокупность доказательств, на которых он основал свои выводы о виновности осужденного ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления, всем доказательствам дана надлежащая оценка в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ. 

Правильно установив фактические обстоятельства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о доказанности вины ФИО1, верно квалифицировав действия осужденного по ч.3 ст.264 УК РФ как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

С учетом данных о личности виновного, его поведения в ходе предварительного расследования и в суде суд первой инстанции обоснованно не нашел оснований сомневаться во вменяемости осужденного в отношении инкриминированного ему деяния.

При назначении наказания ФИО1 суд первой инстанции учел в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ характер и степень общественной опасности преступления, данные о личности виновного, наличие обстоятельств, смягчающих и отсутствие отягчающих наказание, влияние назначенного наказания на его исправление и условия жизни его семьи.

Характеризующие осужденного данные, в том числе с места жительства и работы, условия его жизни, сведения о его личности, семейном положении, а также все нашедшие свое объективное подтверждение смягчающие наказание обстоятельства при назначении наказания учтены в полной мере. 

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1 суд обоснованно учел: в соответствии с п. «г» ч.1 ст.61 УК РФ наличие малолетних детей у виновного, в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ принесение извинений потерпевшему. Оснований для признания смягчающими наказание каких-либо иных обстоятельств не имеется. Дополнительно представленные в суд апелляционной инстанции сведения о беременности жены осужденного сами по себе не являются самостоятельным основанием для учета данного обстоятельства в качестве смягчающего наказание и не влекут смягчение назначенного наказания, поскольку судом учтено влияние назначенного наказания на условия жизни семьи осужденного.

Обстоятельств, отягчающих наказание, судом не установлено.

Суд апелляционной инстанции приходит к убеждению, что назначенное ФИО1 судом первой инстанции наказание в виде реального лишения свободы, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, по своему виду и размеру соответствует характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного, т.е. является справедливым, оснований для его смягчения не имеется.

Суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для применения положений ч.6 ст.15, ст.73, ст.53.1, ст.64 УК РФ, не находит таких оснований и суд апелляционной инстанции.

Отбывание наказания в виде лишения свободы обоснованно назначено в колонии-поселении в соответствии с требованиями п. «а» ч.1 ст.58 УК РФ.

Судебное разбирательство по уголовному делу проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с соблюдением всех принципов судопроизводства, в том числе, состязательности и равноправия сторон, права на защиту, презумпции невиновности, что следует из протокола судебного заседания. Все представленные сторонами суду доказательства были исследованы, заявленные ходатайства разрешены. 

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену или изменение судебного решения, по делу не допущено.

Принимая во внимание изложенное, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены или изменения приговора, в том числе, по доводам апелляционной жалобы.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Ангарского городского суда Иркутской области от 9 июня 2025 в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника - адвоката Готовко Л.Г. -без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции (г.Кемерово) через суд первой инстанции в течение 6 месяцев со дня вступления в законную силу приговора. 

В случае подачи кассационных жалобы, представления, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: Першин В.И.

Копия верна: судья ФИО23