Дело № 2-32/2024

УИД 33RS0002-01-2023-002995-92

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

08 мая 2024 года г.Владимир

Октябрьский районный суд г.Владимира в составе:

председательствующего судьи Язевой Л.В.

при секретаре Жировой С.А.

с участием

представителя истца ФИО1

представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО4 о взыскании материального вреда, причиненного дорожно-транспортным происшествием, и судебных расходов, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО4 о взыскании материального вреда, причиненного дорожно-транспортным происшествием, в размере 110 314 руб., расходов по оплате услуг эксперта в размере 6 000 руб. и по оплате государственной пошлины в размере 3 406 руб. 

В обоснование заявленных требований указано, что ДД.ММ.ГГГГ по вине ФИО4, управлявшего автомобилем 

<

данные изъяты>, произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого принадлежащему истцу автомобилю 

<

данные изъяты>, причинены технические повреждения. Гражданская ответственность ФИО3 застрахована САО «ВСК», гражданская ответственность ФИО4 – СПАО «Ингосстрах». На основании соглашения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между САО «ВСК» и ФИО3, страховщик выплатил страховое возмещение в денежной форме в размере 373 096 руб. Рыночная стоимость поврежденного транспортного средства, согласно экспертному заключению агентства «Региональный центр оценки и экспертизы» ### от ДД.ММ.ГГГГ, составила 644 409 руб., стоимость годных остатков – 160 999 руб. Таким образом, размер невозмещенного ущерба составляет 110 314 руб., за вычетом выплаченного страхового возмещения и стоимости годных остатков.

В судебном заседании представитель истца ФИО3 – ФИО1 поддержала заявленные требования по изложенным в иске основаниям, дополнительно пояснив, что по результатам судебной повторной экспертизы установлена причинно-следственная связь между допущенными ответчиком нарушениями Правил дорожного движения РФ и столкновением транспортных средств.

Представитель ответчика ФИО4 – ФИО2 иск не признал, в возражениях указав, что заключением судебной экспертизы, проведенной ООО «Автоэкспертиза», установлена вина истца в дорожно-транспортном происшествии. Заключение судебной повторной экспертизы считает противоречивым. При этом даже при обоюдной вине участников дорожно-транспортного происшествия вред истцу возмещен путем выплаты страхового возмещения.

Третьи лица САО «ВСК», СПАО «Ингосстрах», ФИО5, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения иска в суд не явились и своих представителей не направили.

Выслушав явившихся лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст.15 Гражданского кодекса (далее – ГК) РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. 

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). 

Согласно ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1). 

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2). 

Обязанность страховать имущественные интересы, связанные с риском гражданской ответственности владельца транспортного средства по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства на территории РФ, предусмотрена Федеральным законом от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - Закон об ОСАГО).

В соответствии с п. 1 ст. 12 Закона об ОСАГО потерпевший вправе предъявить страховщику требование о возмещении вреда, причиненного его имуществу при использовании транспортного средства, в пределах страховой суммы, установленной настоящим Федеральным законом, путем предъявления страховщику заявления о страховом возмещении или прямом возмещении убытков и документов, предусмотренных Правилами обязательного страхования. Заявление о страховой выплате в связи с причинением вреда имуществу потерпевшего направляется страховщику, застраховавшему гражданскую ответственность лица, причинившего вред, а в случаях, предусмотренных п. 1 ст. 14.1 Федерального закона об ОСАГО, страховщику, застраховавшему гражданскую ответственность потерпевшего, направляется заявление о прямом возмещении убытков.

Согласно ст.1072 ГК РФ юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ по адресу: 

<

...>, в районе 

<

...> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля 

<

данные изъяты>, под управлением его собственника ФИО4, и автомобиля 

<

данные изъяты>, под управлением его собственника ФИО3

Постановлением по делу об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4, нарушивший п.9.10 Правил дорожного движения РФ, признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 12.15 КоАП РФ (том 1, л.д.124).

Решением командира отдельного батальона дорожно-патрульной службы ГИБДД УМВД России по г.Владимиру от ДД.ММ.ГГГГ указанное постановление оставлено без изменения, жалоба ФИО4 – без удовлетворения (том 1, л.д.126, оборот-127).

Как следует из названных постановления и решения, водитель ФИО4, управляя автомобилем 

<

данные изъяты> не выдержал безопасной дистанции до движущегося впереди и снижавшего скорость автомобиля «

<

данные изъяты>».

В результате дорожно-транспортного происшествия автомобилю истца были причинены технические повреждения.

На момент данного события гражданская ответственность ФИО3 была застрахована САО «ВСК», гражданская ответственность ФИО4 – СПАО «Ингосстрах».

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 обратился в САО «ВСК» за страховым возмещением в порядке прямого возмещения убытков (том 1, л.д.68-69).

ДД.ММ.ГГГГ между САО «ВСК» и ФИО3 заключено соглашение об урегулировании страхового случая, в соответствии с которым страховщик осуществляет выплату страхового возмещения в размере ### руб. (том 1, л.д.112).

Платежным поручением ### от ДД.ММ.ГГГГ САО «ВСК» перечислило ФИО3 в счет страхового возмещения ### руб. (том 1, л.д.114).

Согласно преамбуле Закона об ОСАГО данный закон определяет правовые, экономические и организационные основы обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств в целях защиты прав потерпевших. 

При этом в отличие от норм гражданского права о полном возмещении убытков причинителем вреда (ст. 15, п. 1 ст.1064 ГК РФ) Закон об ОСАГО гарантирует возмещение вреда, причиненного жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в пределах, установленных этим законом (абзац второй ст.3 Закона об ОСАГО): страховое возмещение вреда, причиненного повреждением транспортных средств потерпевших, ограничено названным законом как лимитом страхового возмещения, так и специальным порядком расчета страхового возмещения, осуществляемого в денежной форме. 

В силу абзаца второго п. 23 ст. 12 Закона об ОСАГО с лица, причинившего вред, может быть взыскана сумма в размере части требования, оставшейся неудовлетворенной в соответствии с данным законом. 

В п.63 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 08.11.2022 N 31 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" разъяснено, что причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда страхового возмещения недостаточно для полного возмещения причиненного вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064, статья 1072 и пункт 1 статьи 1079 ГК РФ). 

Давая оценку положениям Закона об ОСАГО во взаимосвязи с положениями главы 59 ГК РФ, Конституционный Суд РФ в постановлении от 31.05.2005 N 6-П указал, что требование потерпевшего (выгодоприобретателя) к страховщику о выплате страхового возмещения в рамках договора обязательного страхования является самостоятельным и отличается от требований, вытекающих из обязательств вследствие причинения вреда. Различия между страховым обязательством, где страховщику надлежит осуществить именно страховое возмещение по договору, и деликтным обязательством непосредственно между потерпевшим и причинителем вреда обусловливают разницу в самом их назначении и, соответственно, в условиях возмещения вреда. Смешение различных обязательств и их элементов, одним из которых является порядок реализации потерпевшим своего права, может иметь неблагоприятные последствия с ущемлением прав и свобод стороны, в интересах которой установлен соответствующий гражданско-правовой институт, в данном случае - для потерпевшего. И поскольку обязательное страхование гражданской ответственности владельцев транспортных средств не может подменять собой и тем более отменить институт деликтных обязательств, как определяют его правила главы 59 ГК РФ, применение правил указанного страхования не может приводить к безосновательному снижению размера возмещения, которое потерпевший вправе требовать от причинителя вреда. 

С учетом изложенного положения Закона об ОСАГО не отменяют право потерпевшего на возмещения вреда с его причинителя и не предусматривают возможность возмещения убытков в меньшем размере. 

Применительно к случаю причинения вреда транспортному средству это означает, что в результате возмещения убытков в полном размере потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы его право собственности не было нарушено. 

Ограничение данного права потерпевшего либо возложение на него негативных последствий в виде утраты права требовать с причинителя вреда полного возмещения ущерба в части, превышающей рассчитанный в соответствии с Единой методикой размер страховой выплаты в денежной форме, противоречило бы как буквальному содержанию Закона об ОСАГО, так и указанным целям его принятия и не может быть оправдано интересами защиты прав причинителя вреда, который, являясь лицом, ответственным за причиненный им вред, и в этом случае возмещает тот вред, который он причинил, в части, превышающей размер страхового возмещения в денежной форме, исчисленной в соответствии с Законом об ОСАГО и Единой методикой. 

Согласно п.16.1 ст.12 Закона об ОСАГО страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется путем почтового перевода суммы страховой выплаты потерпевшему (выгодоприобретателю) или ее перечисления на банковский счет потерпевшего (выгодоприобретателя) в случае: а) полной гибели транспортного средства, ж) наличия соглашения в письменной форме между страховщиком и потерпевшим (выгодоприобретателем).

При реализации потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе в случаях, предусмотренных пунктом 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО, с причинителя вреда в пользу потерпевшего подлежит взысканию разница между фактическим размером ущерба и надлежащим размером страховой выплаты. Реализация потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе и в случае, предусмотренном подпунктом "ж" пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО, является правомерным поведением и сама по себе не может расцениваться как злоупотребление правом (п.64 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 08.11.2022 N 31 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств").

Таким образом, потерпевший применительно к вышеприведенным нормам права и разъяснениям высшей судебной инстанции РФ имеет право на заключение соглашения со страховщиком. В данном случае размер выплаченного страхового возмещения обоснован заключением ООО «АВС-Экспертиза» ### от ДД.ММ.ГГГГ, составленным в рамках рассмотрения заявления ФИО3 о страховом возмещении.

Согласно представленному истцом экспертному заключению агентства «Региональный центр оценки и экспертизы» ### от ДД.ММ.ГГГГ рыночная стоимость транспортного средства «

<

данные изъяты>, на дату дорожно-транспортного происшествия составляет 644 409 руб., рыночная стоимость годных остатков – 160 999 руб.

В соответствии с п.5 ст.393 ГК РФ размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. Суд не может отказать в удовлетворении требования кредитора о возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства. 

В п.11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что, применяя статью 15 ГК РФ, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством.

Согласно п.п. 12,13 того же постановления Пленума Верховного Суда РФ размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу п.1 ст. 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

При разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества. 

Таким образом, принцип полного возмещения убытков применительно к случаю повреждения транспортного средства предполагает, что в результате возмещения убытков в полном размере потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы его право собственности не было нарушено.

Объем установленных повреждений автомобиля, равно как и размер ущерба, ответчиком в установленном законом порядке не оспорены. Доказательств, которые могли ставить под сомнение объективность и достоверность выводов эксперта-техника, в силу требований ст.56 ГПК РФ, суду не представлено.

При таких обстоятельствах, учитывая, что заключение составлено экспертом-техником, чьи образование и квалификация подтверждены соответствующими документами, суд принимает его в качестве надлежащего доказательства размера причиненного ущерба.

Таким образом, размер фактического ущерба, причиненного истцу в связи с повреждением его транспортного средства в результате дорожно-транспортного происшествия, составляет 483 410 руб. (рыночная стоимость автомобиля – стоимость годных остатков).

Соответственно разница между реальным размером ущерба и выплаченным страховым возмещением составляет 110 314 руб.

Не оспаривая размер ущерба в ходе судебного разбирательства, ответчик не согласился с возложением на него в полном объеме вины в дорожно-транспортном происшествии.

Согласно заключению судебной экспертизы ### от ДД.ММ.ГГГГ, назначенной по ходатайству ответчика и проведенной ООО «Автоэкспертиза» (том 1, л.д.169-191), действия водителя автомобиля «

<

данные изъяты>, с технической точки зрения не соответствовали требованиям п.п. 1.3, 1.5 абз.1, 10.2 Правил дорожного движения РФ, однако при отсутствии технической возможности предотвратить столкновение с автомобилем 

<

данные изъяты>, действия водителя автомобиля «

<

данные изъяты>, с технической точки зрения не находятся в причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием, произошедшим ДД.ММ.ГГГГ.

Действия водителя «

<

данные изъяты>, с технической точки зрения не соответствовали требованиям п.п.1.3, 1.5 абз.1, 8.1,8.2,8.5 абз.1, 9.1, 10.5, дорожного знака 5.15.1 Правил дорожного движения РФ и с технической точки зрения находятся в причинно-следственной связи с ДТП, произошедшим ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно объяснениям, данным экспертом ФИО6 в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, водитель автомобиля «

<

данные изъяты>» совершил резкое торможение на полосе движения, предусматривающей движение только прямо, в связи с чем создал аварийную ситуацию. Водитель автомобиля «

<

данные изъяты>» не имел технической возможности предотвратить столкновение, с учетом его скорости и остановочного пути. 

Также эксперт дополнительно пояснил, что квалификация «видеотехник» у него отсутствует, поэтому все необходимые технические параметры им устанавливались расчетным путем. Установить, применял ли водитель «

<

данные изъяты>» торможение, невозможно, поскольку на видеозаписи с регистратора «

<

данные изъяты>» панель приборов не видна.

По ходатайству стороны истца судом назначена повторная экспертиза, проведение которой поручено ООО «Экспертный центр».

В соответствии с заключением повторной судебной экспертизы ### от ДД.ММ.ГГГГ, составленным ООО «Экспертный центр» (том 2, л.д.41-79), в данном случае водитель автомобиля «

<

данные изъяты>» должен был руководствоваться требованиями п.10.5 Правил дорожного движения РФ, его действия не соответствовали данному пункту Правил. Иные требования Правил дорожного движения РФ на действия водителя автомобиля «

<

данные изъяты>» с технической точки зрения не распространяются, так как до момент происшествия некоторое время двигался ближе к правому краю проезжей части, остановился за счет штатной тормозной системы, к моменту столкновения данное транспортное средство находилось в неподвижном состоянии, то есть фактически какого-либо маневра не совершало.

Действия водителя автомобиля «

<

данные изъяты>» регламентированы требованиями п.9.10 Правил дорожного движения РФ, и предотвращение происшествия зависело не от технической возможности, а от соблюдения требований Правил (не соответствовали требованиям п.9.10).

В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации остановка автомобиля «

<

данные изъяты>» с включенным левым указателем поворота в правой полосе при включенном зеленом сигнале светофора опасности для движения автомобиля «

<

данные изъяты>» не создавала. Остановка транспортного средства может быть вызвана любыми дорожными ситуациями (появление препятствия, техническая неисправность, физическое состояние водителя и т.д.), то есть в рассматриваемом случае единственной причиной возникновения дорожно-транспортного происшествия с экспертной точки зрения следует считать несоответствие действий водителя автомобиля «

<

данные изъяты>» требованиям п.9.10 Правил дорожного движения РФ.

Анализ заключения эксперта ООО «Автоэкспертиза» указывает на следующие несоответствие требованиям методической литературы, рекомендованной к использованию ЭКЦ МВД России и Минюста России:

- в заключении имеется математическая ошибка (стр.15) при расчете расстояния перемещения автомобиля «

<

данные изъяты>» от места столкновения до конечного положения;

- неверно выбраны параметры торможения (замедления) транспортных средств (противоречит табличным данным методической литературы, на которую ссылается эксперт);

- наличие математической ошибки и неверный выбор параметров торможения автомобиля «

<

данные изъяты>» привел к неправильному выводу о скорости движения данного транспортного средства. Фактическая скорость движения автомобиля «

<

данные изъяты>», определенная с использованием видеозаписи и с учетом расчета по перемещению и массам, составляла порядка 55 км/ч;

- приведенный комплекс Правил, которым должен был руководствоваться водитель автомобиля «

<

данные изъяты>», фактически не относится к рассматриваемому случаю, за исключением требований пункта 10.5 Правил дорожного движения РФ;

- неправильный вывод о скорости движения автомобиля «

<

данные изъяты>» привел к ошибочности выбора комплекса Правил дорожного движения РФ в отношении водителя данного транспортного средства, то есть пункты 10.1 и 10.2 к рассматриваемой ситуации отношения не имеют (скорость движения не превышает максимально разрешенного значения при движении в населенных пунктах). В то же время экспертом проигнорирован п.9.10 Правил дорожного движения РФ, который непосредственно регламентирует действия водителя автомобиля «

<

данные изъяты>» при движении за автомобилем «

<

данные изъяты>»;

- определение момента возникновения опасности для движения и выбор самой методики проведения расчета как таковой не соответствует методическим рекомендациям, рекомендованным ЭКЦ МВД России и Минюстом России при исследовании подобного рода дорожно-транспортных ситуаций;

- вывод об отсутствии у водителя автомобиля «

<

данные изъяты>» технической возможности предотвратить столкновение с автомобилем «

<

данные изъяты>» не соответствует фактическим обстоятельствам дела. Предотвращение происшествия не требовало от водителя применения экстренного торможения, так как в его распоряжении было более чем достаточно времени для снижения скорости вплоть до полной остановки;

- вывод о том, что действия водителя автомобиля «

<

данные изъяты>» привели «к возникновению опасной дорожно-транспортной ситуации, а затем к возникновению аварийной ситуации, при которой столкновение транспортных средств стало неизбежным» по своей сути является абсурдным, в равной как и вывод, что действия водителя автомобиля «

<

данные изъяты>» не находятся в причинной связи с фактом дорожно-транспортного происшествия.

В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ эксперт ФИО7 подтвердил выводы заключения, дополнительно пояснив, что водитель автомобиля «

<

данные изъяты>» имел возможность предотвратить столкновение без применения экстренного торможения, однако не предпринял никаких действий для этого. 

Оценивая имеющиеся в деле заключения судебных экспертиз, суд исходит из того, что у эксперта ООО «Автоэкспертиза» отсутствуют специальные знания в области видеотехники, выбранные параметры торможения (замедления) транспортных средств противоречат табличным данным методической литературы, на которую ссылается данный эксперт, неправильно выбран коэффициент сцепления шин с дорогой (величина взята для состояния «заноса») и соответственно допущена математическая ошибка при определении скорости автомобиля ответчика, безрасчетно определено время нахождения автомобиля истца в опасной зоне. Кроме того, указанный эксперт не учитывал время включения сигнала поворота, стоп-сигналов и количество пассажиров в автомобиле истца.

В свою очередь эксперт ООО «Экспертный центр» имеет квалификацию судебного эксперта, в том числе по специальности «Исследование видеоизображений, условий средств, материалов и следов видеозаписей», что позволяет устанавливать технические параметры по соответствующим видеозаписям. Само заключение содержит описание проведенных исследований, указание на источники, которыми руководствовался эксперт и примененные им методы. Выводы эксперта логичны, однозначны и мотивированны.

При таких обстоятельствах, исходя из положений ст.67 Гражданского процессуального кодекса (далее - ГПК) РФ, с точки зрения полноты исследования суд признает надлежащим доказательством по делу экспертное заключение ООО «Экспертный центр» и при принятии решения основывается на этом заключении.

Ходатайств о назначении повторной/дополнительной экспертизы сторонами не заявлено.

Определяя лицо, виновное в дорожно-транспортном происшествии, суд исходит из следующего.

Согласно п. 9.10 Правил дорожного движения РФ водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения.

В соответствии с п.10.1 Правил дорожного движения РФ водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. 

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. 

Как следует из объяснений водителя ФИО3, данным сотруднику ГИБДД на месте дорожно-транспортного происшествия, он «двигался со стороны 

<

...> в сторону 

<

...>. На перекрестке с 

<

...> остановился в правом ряду, почувствовал удар сзади» (том 1, л.д.122).

Как следует из объяснений водителя ФИО4, данных сотруднику ГИБДД на месте дорожно-транспортного происшествия, он, «двигаясь со стороны 

<

...> в направлении 

<

...> столкнулся с транспортным средством «

<

данные изъяты>», занявшим правую полосу движения, затормозившим и поворачивающим налево. Не смог уйти от столкновения».

Допрошенный в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ свидетель ФИО8 пояснил, что находился в автомобиле «

<

данные изъяты>» в качестве пассажира в момент столкновения. В тот день шел дождь, была плохая видимость, поэтому не могли найти нужный поворот, так как ехали без навигатора. Узнав знакомую улицу, свидетель сообщил водителю о том, что необходимо поворачивать, в связи с чем автомобиль остановился перед поворотом, а затем произошел удар.

В ходе проведения повторной экспертизы экспертом, имеющим диплом о профессиональной подготовке по программе «судебная экспертиза видео- и звукозаписей» (том 2 л.д.83), была исследована видеозапись с регистратора автомобиля «

<

данные изъяты>», по результатам чего установлено, что в момент времени 00:01:17 на автомобиле «

<

данные изъяты>» наблюдается включение стоп-сигналов с последующим включением левого указателя поворота и дальнейшей остановкой. Моменту столкновения транспортных средств соответствует значение временно числового маркера с показаниями 00:01:22. К моменту столкновения автомобиль «

<

данные изъяты>» находилось в неподвижном состоянии. По двум различным методикам (с использование видеозаписи и при использовании традиционных расчетов) определена скорость автомобиля «

<

данные изъяты>» к моменту столкновении 55 км/ч. С момента включения стоп-сигналов до момента столкновения прошло не менее 4 секунд (с учетом покадрового подсчета 4,5 секунды) и данного времени, с учетом скорости автомобиля «

<

данные изъяты>», времени реакции водителя и время нарастания замедления было достаточно для снижения скорости и полной остановки этого транспортного средства без применения экстренного торможения. При этом до момента столкновения снижение скорости автомобиля «

<

данные изъяты>» не происходило, то есть водитель меры к торможению не применял. Между тем, автомобиль «

<

данные изъяты>» находился в опасной для автомобиля «

<

данные изъяты>» зоне с момента включения стоп-сигналов.

Причинно-следственной связи между остановкой автомобиля «

<

данные изъяты>» в правой полосе движения, предназначенной для движения прямо, при зеленом сигнале светофора с включенным левым указателем поворота и столкновением эксперт не усматривает.

Как пояснил эксперт ФИО7, торможение автомобиля «

<

данные изъяты>» было плавным и не создавало аварийной дорожной ситуации.

Анализируя изложенное в совокупности, суд приходит к выводу о том, что приведенные обстоятельства прямо указывают на отсутствие со стороны ФИО4 либо правильного выбора безопасной дистанции до движущегося впереди транспортного средства, которая позволяла среагировать на снижение скорости и остановку впереди едущего автомобиля, либо надлежащей реакции водителя, предписанной п. 10.1 ПДД РФ – торможение до полной остановки. 

Надлежащие доказательства, подтверждающие, что если бы ответчик применил своевременное торможение до столкновения с автомобилем «

<

данные изъяты>», то столкновение все равно бы имело место, в материалах дела отсутствуют.

При этом возложение на истца в какой-то части вины в дорожно-транспортном происшествии означало бы признание правомерности действий ответчика, совершившего наезд на стоящий автомобиль при наличии полной возможности избежать данного столкновения.

В силу абзаца 4 п.10.5 Правил дорожного движения РФ водителю запрещается создавать помехи другим транспортным средствам, двигаясь без необходимости со слишком малой скоростью.

Как указано выше, действия истца, снижающего скорость при зеленом сигнале светофора и остановившегося до перекрестка (до пересечения проезжих частей) были обусловлены ошибкой при выборе направления движения.

Существенным обстоятельством, имеющим значение для правильного разрешения настоящего дела, является наличие причинно-следственной связи между действием (бездействием) водителей, иных обстоятельств, повлиявших на развитие дорожной ситуации, с произошедшим дорожно-транспортным происшествием, в результате которого был причинен ущерб, а именно кто из водителей обладал технической возможностью предотвратить столкновение, действия какого из водителей не соответствовали требованиям правил дорожного движения и повлекли развитие дорожного события, приведшего к столкновению транспортных средств. 

В силу п.12.1 Правил дорожного движения РФ остановка и стоянка транспортных средств разрешаются на правой стороне дороги на обочине, а при ее отсутствии - на проезжей части у ее края и в случаях, установленных пунктом 12.2 Правил, - на тротуаре.

Несмотря на то, что истец остановился на зеленый сигнал светофора, суд принимает во внимание, что снижение скорости автомобилем истца было планомерным и заблаговременным и само по себе аварийной ситуации не создавало, истец двигался ближе к правому краю дороги, ответчик располагал возможностью снизить скорость до полной остановки без применения экстренного торможения, экспертным путем установлено отсутствие причинно-следственной связи между движением автомобиля истца с малой скоростью с последующей остановкой (абзац 4 п.10.5 Правил дорожного движения РФ) и дорожно-транспортным происшествием, и приходит к выводу о том, что виновным в дорожно-транспортном происшествии является ФИО4

Следовательно, истец имеет право на взыскание с причинителя вреда разницы между выплаченным страховым возмещением и фактическим размером ущерба, которая составляет 110 314 руб.

В соответствии с ч.1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. 

Согласно ч.1 ст.88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам (ст.94 ГПК РФ).

Так, истцом произведены расходы по оплате услуг эксперта по определению рыночной стоимости и годных остатков автомобиля в размере 6 000 руб., о чем имеется квитанция к приходному кассовому ордеру от ДД.ММ.ГГГГ.

Поскольку оценка размера ущерба являлась необходимым условием для обращения в суд с настоящим иском и обосновывала размер заявленных требований, представленное истцом экспертное заключением о размере ущерба положено в основу решения суда, данные расходы должны быть возмещены проигравшей стороной, то есть ответчиком 

При подаче настоящего иска в суд истцом уплачена государственная пошлина в размере 3 406 руб., что подтверждается чеком-ордером от ДД.ММ.ГГГГ (том 1, л.д.11).

Исходя из положений п.1 ст.333.19 Налогового кодекса РФ, с учетом результата рассмотрения спора, в пользу ФИО3 с ФИО4 подлежит взысканию в возврат уплаченной государственной пошлины 3 406 руб.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО3 удовлетворить.

Взыскать с ФИО4 (

<

данные изъяты>) в пользу ФИО3 (

<

данные изъяты>) в возмещение материального ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, 110 314 руб., расходы по оплате услуг эксперта в размере 6 000 руб. и расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 406 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке во Владимирский областной суд через Октябрьский районный суд г. Владимира в течение месяца со дня изготовления решения суда в мотивированной форме. 

Председательствующий судья Л.В.Язева

В мотивированной форме решение изготовлено 17.05.2024.

Председательствующий судья Л.В. Язева