ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

10 сентября 2018 г. г. Севастополь

Севастопольский гарнизонный военный суд в составе:

председательствующего – Пагеева К.В.,

при секретаре судебного заседания Льдоковой О.Н.,

с участием государственного обвинителя – заместителя военного прокурора – войсковая часть (номер) (изъято) юстиции ФИО5,

подсудимых – ФИО6 и ФИО7,

защитников – Широяна В.Г., Кононенко В.Н. и Овчаренко М.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании в помещении суда в присутствии личного состава уголовное дело в отношении военнослужащих войсковой части (номер) (изъято)

ФИО7, (личные данные изъяты), ранее не судимого, (личные данные изъяты), проходящего военную службу по контракту с апреля 2017 года, (личные данные изъяты),

и (изъято)

ФИО6, (личные данные изъяты), ранее не судимого, (личные данные изъяты), проходящего военную службу по контракту с июля 2017 года, (личные данные изъяты),

обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ.

Судебным следствием военный суд,

установил:

в период с 21 до 23 часов 17 декабря 2017 г. на участке местности неподалеку от жилого дома № 15 по ул. Колобова в г. Севастополе через некоторое время после того, как находившиеся в состоянии опьянения Пыжьянов и ФИО6 применили физическое насилие к гражданину ФИО1, последний повалил ФИО6 на землю, а сам упал сверху на него, не предпринимая более никаких насильственных действий. В этой связи Пыжьянов и ФИО6, выражая недовольство действиями ФИО1, действуя совместно и с прямым умыслом на причинение тяжкого вреда здоровью, применили к последнему физическое насилие. 

Так, Пыжьянов нанес не менее одного удара левой ногой, обутой в кроссовок, в область левой боковой поверхности груди, не менее двух ударов кулаками в область правого плеча, а затем не менее четырех ударов кувалдой, которую выхватил из руки ФИО1, по голове последнему. 

Далее ФИО6, препятствуя попытке ФИО1 подняться, нанес тому по одному удару правой ногой по правой руке и в область правого плеча, а также не менее пяти ударов ногой, обутой в кроссовок, по голове, в том числе по лицу, а Пыжьянов нанес ФИО1 не менее двух ударов правой ногой в область ног и не менее пяти раз толкнул правой ногой в голову ФИО1 сверху.

После этого Пыжьянов и ФИО6 покинули место происшествия, а ФИО1 в этот же вечер госпитализирован в ГБУЗС «Городская больница № 1 им. Н.И. Пирогова».

В результате примененного ФИО7 и ФИО6 физического насилия потерпевшему ФИО1 причинена открытая тупая травма головы (изъято), причинившие тяжкий вред здоровью и находящиеся в причинно-следственной связи с его смертью 26 декабря 2017 г., а также (изъято), повлекший средний тяжести вред здоровью и иные множественные ссадины и кровоподтеки.

В судебном заседании подсудимые Пыжьянов и ФИО6, каждый в отдельности, виновными себя в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью ФИО1 признали полностью. Пыжьянов при этом показал, что желал устранить исходящую от ФИО1 угрозу в отношении ФИО6, а нанося удары кувалдой, не думал, что бьет по голове, полагая, что удары приходились в область плеч потерпевшего. Воспользовавшись ст. 51 Конституции Российской Федерации, Пыжьянов и ФИО6 от дачи показаний отказались. 

Виновность каждого из подсудимых в содеянном подтверждается совокупностью следующих исследованных в суде доказательств.

Согласно оглашенным в суде показаниям ФИО7, данным в ходе предварительного следствия, он по договоренности с ФИО6, находясь в состоянии алкогольного опьянения, в период с 21 до 22 часов 17 декабря 2017 г. с целью беседы по поводу недопустимости антиобщественного образа жизни и употребления наркотиков направились к месту проживания лиц без определенного места жительства – на участок местности, находящийся неподалеку от дома, расположенного по адресу: 

<

...>, где в кунге в ответ на нецензурные высказывания гражданина ФИО1 вместе с ФИО6 нанесли побои ФИО1 и покинули кунг, намереваясь уходить. На улице ввиду того, что ФИО1 и повалил ФИО6 на землю и сам упал сверху, Пыжьянов стал бить ФИО1 кулаками по различным частям тела, а затем нащупал в левой руке ФИО1 кувалду, которой стал наносить удары, полагая, что бьет в области плеч, но в последующем понял, что удары пришлись по голове потерпевшего. ФИО6 нанес ФИО1 удар правой ногой по правой руке, препятствуя встать, затем той же ногой толкнул того в область правого плеча, повалив на бок, и нанес последнему несколько ударов правой ногой в область головы, в том числе лица. Он, Пыжьянов, также нанес ФИО1 один или два удара правой ногой в нижнюю часть тела, а также несколько раз толкнул правой ногой в голову ФИО1. 

Как следует из показаний ФИО6, он с ФИО7, находясь в состоянии опьянения, в кунге в указанные выше время и месте побили ФИО1 за высказанное в адрес ФИО7 нецензурное выражение и направились в сторону дома ФИО7. Но его в нескольких метрах от указанного кунга повалил на землю ФИО1, который выбежал из кунга с фонариком, ослепив его, и навалился на него сверху. Через несколько секунд он услышал глухой звук трех-четырех ударов, от которых ФИО1 обмяк и на его, ФИО6, лицо закапали капли, как он потом понял, крови. Поднявшись на ноги, он увидел у ФИО7 в руке кувалду. ФИО1 начал приходить в себя, что-то неразборчиво говорить, приподниматься и потянулся правой рукой за каким-то предметом, в связи с чем он ударил ФИО1 по этой руке, толкнул того ногой в плечо, повалив на правый бок, а затем вместе с ФИО7 стали наносить удары ногами по различным частям тела. Лично он пять или шесть раз ударил правой ногой в область головы, в том числе лица, ФИО1, а Пыжьянов – примерно столько же ударов ногой в область живота и ног, а затем Пыжьянов несколько раз наступил на голову потерпевшему.

Свидетель ФИО2 показал, что в период 21 до 22 часов 17 декабря 2017 г., он недалеко от жилого дома по адресу: 

<

...> видел, как находившиеся в состоянии алкогольного опьянения Пыжьянов и ФИО6 применили насилие к ФИО1 в вагончике. Затем на улице выбежавший с фонарем и кувалдой в руках ФИО1 споткнулся и навалился на ФИО6 сверху. Каких-либо ударов ФИО1 не наносил. При этом Пыжьянов нанес ФИО1 один удар ногой в область левого бока, несколько ударов кулаками по туловищу ФИО1, а затем подобрал лежавшую рядом с ФИО1 кувалду и нанес ею последнему около четырех ударов по голове, от которых ФИО1 обмяк и из головы пошла кровь. Попытавшемуся встать с земли ФИО1 ФИО6 нанес удар ногой по руке, ногой повалил на землю и вместе с ФИО7 стали избивать ФИО1 ногами. ФИО6 бил по лицу, а Пыжьянов по туловищу и ногам, каждый нанес около пяти ударов. Помимо этого Пыжьянов около пяти раз наступил ФИО1 ногой на голову.

На своих показаниях подсудимый ФИО6, а также свидетель ФИО2 настояли в ходе очной ставки, проведенной с их участием 18 июля 2018 г., уточнив своих показания и конкретизировав их.

Как следует из протоколов проверки показаний на месте с участием обвиняемого ФИО7 от 10 февраля и 9 июня 2018 г., обвиняемого ФИО6 от 8 июня 2018 г, а также свидетеля ФИО2 от 18 июля 2018 г. в ходе проведения этого следственного действия, каждый из указанных лиц в отдельности безошибочно указал место применения к ФИО1 насилия со стороны ФИО7 и ФИО6 17 декабря 2017 г., а также механизм нанесения ударов каждым из подсудимых.

Из показаний свидетелей ФИО3 и ФИО4, медицинских работников ГБУЗС «Центр экстренной медицинской помощи и медицины катастроф», каждого в отдельности следует, что они по вызову около 23 часов 17 декабря 2017 г. на указанном в фабуле приговора участке местности обнаружили мужчину с травмами головы и лица, после чего доставили его в ГБУЗС «Городская больница № 1 им. Н.И. Пирогова».

Из сообщения главного врача ГБУЗС «Городская больница №1 им. Н.И. Пирогова» от 26 декабря 2017 г. № 4812 следует, что ФИО1, находившийся на лечении в данном медицинском учреждении с 18 декабря 2017 г., скончался 26 декабря 2017 г.

Как следует из заключения комиссии судебно-медицинских экспертов от 5 марта 2018 г. № 18 у ФИО1 на момент поступления в больницу имелись открытая тупая травма головы (изъято), квалифицирующиеся по признаку опасности для жизни человека как причинившие тяжкий вред здоровью. 

Также у ФИО1 на день поступления в городскую больницу имелся (изъято), повлекший средней тяжести вред здоровью, а также (изъято), не повлекшие вреда здоровью.

Названные повреждения образовались в период от 8 до 10 суток до наступления смерти ФИО1. 

Причиной смерти потерпевшего явились открытая тупая травма головы (изъято).

Сопоставляя причиненные ФИО1 вышеописанные повреждения с указанным в названной экспертизе механизмом их образования и количеством ударных воздействий, от которых возможно образование таких повреждений, а также заключением судебно-медицинского эксперта от 25 июля 2018 г. № 52, составленным по результатам ситуационной судебной экспертизы, следует прийти к выводу, что полученные потерпевшим телесные повреждения образовались от ударов, описанных в фабуле приговора.

Как видно из протокола осмотра места происшествия от 18 декабря 2017 г. в недостроенном здании, расположенном рядом с участком местности напротив дома № 18, расположенном на просп. Столетовском (рядом с ул. Колобова, д. 15) в г. Севастополе, обнаружена и изъята кувалда со следами вещества бурого цвета.

Согласно протоколам обыска от 19 декабря 2017 г.: 

- по результатам обыска в жилище по адресу: (адрес) изъяты принадлежащие ФИО7 кроссовки, джинсы, свитер, куртка; 

- по результатам обыска в жилище по адресу: (адрес), изъяты принадлежащие ФИО6 кроссовки, джинсы, футболка и куртка.

Из заключения эксперта от 4 апреля 2018 г. № 23, составленного по результатам молекулярно-генетической судебной экспертизы, видно, что на куртке и кроссовках, принадлежащих ФИО7, а также куртке, джинсах, футболке и кроссовках, принадлежащих ФИО6, обнаружены следы крови ФИО1, бурое вещество на молотке является кровью ФИО1. Согласно заключению судебно-медицинского эксперта от 11 апреля 2018 г. № 5 (изъято) могли быть причинены изъятой с места происшествия кувалдой.

По заключениям комиссии судебно-медицинских экспертов от 5 апреля 2018 г. № 33 и 34 Пыжьянов и ФИО6, каждый в отдельности, каким-либо хроническим или временным психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики в период совершения инкриминируемого им деяния не страдали и не страдают в настоящее время, в полной мере могли осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими, в состоянии аффекта или каком-либо ином эмоциональном состоянии, которое бы существенно ограничило способность к осознанию значения своих действий и произвольной волевой регуляции поведения не находились. 

Оценивая изложенные доказательства в их совокупности, военный суд находит их достаточными для постановления в отношении ФИО7 и ФИО6 обвинительного приговора.

Давая юридическую оценку содеянному подсудимыми, суд исходит из следующего. 

Согласно обвинительному заключению, Пыжьянов и ФИО6, каждый в отдельности, обвиняются в причинении тяжкого вреда здоровью ФИО1, повлекшего смерть потерпевшего, из хулиганских побуждений, то есть по незначительному поводу – в связи с нецензурным высказыванием ФИО1 в адрес ФИО7 в автомобильном кунге.

Между тем, наличие такого квалифицирующего признака не нашло своего подтверждения в судебном заседании, так как в связи с данным высказыванием ни Пыжьянов, ни ФИО6 насилия, повлекшего тяжкий вред здоровью ФИО1, не применяли. А после нанесения побоев в автомобильном кунге, не повлекших вреда здоровью потерпевшего, направились домой.

Повлекшее же причинение тяжкого вреда здоровью насилие подсудимые применили в связи с другим обстоятельством – выражая недовольство действиями самого потерпевшего ФИО1, который спустя некоторое время после нанесения ему побоев подсудимыми в кунге, сбил с ног на улице ФИО6.

То есть умысел на применение насилия, возникший в кунге в связи с нецензурным высказанным ФИО1 в адрес ФИО7, не находится в причинно-следственной взаимосвязи с действиями подсудимых, связанных с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего, а такой квалифицирующий признак, как преступление, совершенное из хулиганских побуждений, а также физическое насилие, примененное к ФИО1 в кунге (четыре удара палкой со стороны ФИО7, а также один удар ногой со стороны ФИО6) подлежат исключению из объема предъявленного обвинения, как излишне вмененные. Также суд исключает из объема вменяемого ФИО6 примененного насилия шестой удар ногой по голове ФИО1, поскольку исходя из исследованных в суде доказательств, достоверно установлено лишь пять таких ударов.

По заключению судебно-медицинского эксперта от 25 июля 2018 г. № 52 вышеописанная травма головы, повлекшая тяжкий вред здоровью потерпевшего, явилась результатом сочетания совокупности всех травмирующих воздействий на голову ФИО1 и каждое последующее травматическое воздействие и повреждение усугубляло и утяжеляло течение предыдущего повреждения, выделить какое-либо конкретное воздействие, послужившее причиной возникновения указанной травмы невозможно. С учетом такого вывода эксперта о наступившем тяжком вреде здоровью потерпевшего от совместно примененного насилия, а также поскольку то обстоятельство, что заранее не договаривавшиеся о причинении тяжкого вреда здоровью Пыжьянов и ФИО6 действовали совместно, подтверждается иными доказательствами по делу, то суд признает действия подсудимых по применению к ФИО1 насилия совершенными группой лиц.

Как видно из протоколов допроса ФИО7, ФИО6 и ФИО1, в период исследуемых событий у места совершения преступления указанные лица видели других людей, в том числе на расстоянии, а ФИО7 также пытался преследовать одного из них. Также Пыжьянов видел, как ФИО1 бежал в сторону ФИО6, который, как следует из показаний ФИО8, находился примерно на расстоянии пятнадцати метров от ФИО7. С учетом этого, суд признает надуманными доводы ФИО7 о том, что он в темноте, но находясь в непосредственной близости от потерпевшего, якобы не видел, куда наносил удары кувалдой.

Каждый подсудимый наносил потерпевшему удары по голове – жизненно важному органу, то есть осознавал возможность причинения тяжкого вреда здоровью ФИО1, в том числе по признаку опасности для жизни. При этом совместное насилие ФИО7 и ФИО6, в том числе удары по голове, применялось и в то время, когда потерпевший не был способен оказать и не оказывал какого-либо сопротивления. Принимая во внимание заключения эксперта о том, что каждый подсудимый в полной мере мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими, суд приходит к выводу, что Пыжьянов и ФИО6 действовали умышленно. Так как оба подсудимых после ударов кувалдой по голове продолжили совместно применять физическое насилие, в том числе с ударным воздействием в область головы потерпевшего, то суд полагает, что каждый подсудимый желал причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшего, то есть действовал с прямым умыслом. Их же действия после применения физического насилия, связанные с тем, что оставили потерпевшего в тяжелом состоянии, не предприняли мер к оказанию ему помощи, свидетельствуют о безразличном отношении подсудимых по отношению к последствиям, повлекшим смерть ФИО1.

Ввиду того, что Пыжьянов, применяя насилие, использовал кувалду, следовательно, преступление совершено им с применением предмета, используемого в качестве оружия. 

Из показаний всех очевидцев исследуемых событий следует, что ФИО1, фактически, не применил ни к кому насилия, из показаний ФИО7 и ФИО6 также следует, что подсудимые не видели в руках ФИО1 орудий, следовательно, оснований у них для причинения вреда ФИО1 с целью защиты чьей-либо жизни или здоровья не имелось, то есть признаков необходимой обороны не усматривается.

Таким образом, действия ФИО7 с использованием кувалды, а также ФИО6, которые, умышленно, группой лиц 17 декабря 2017 г. причинили потерпевшему ФИО1 телесные повреждения, квалифицируемые как тяжкий вред здоровью, что повлекло по неосторожности смерть потерпевшего, суд расценивает как умышленное причинение группой лиц, а действия ФИО7 также с применением предмета, используемого в качестве оружия, тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего, и квалифицирует содеянное каждым подсудимым по ч. 4 ст. 111 УК РФ.

При назначении наказания каждому из подсудимых суд учитывает, что Пыжьянов и ФИО6 ранее не судимы, в быту и по службе характеризуются положительно.

В качестве обстоятельства, смягчающего наказание каждому подсудимому, суд в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ признает активное способствование раскрытию и расследованию преступления.

Кроме того, на основании п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ обстоятельством, смягчающим наказание, суд признает наличие малолетнего ребенка у ФИО6. 

При назначении наказания суд также принимает во внимание, что каждый подсудимый раскаялся в содеянном, а также учитывает, что мать содержащегося под стражей ФИО7 понесла расходы на ритуальные услуги, связанные со смертью потерпевшего.

Определяя размер подлежащего назначению наказания, суд принимает во внимание степень участия каждого из подсудимых в применении насилия, объем примененного насилия каждым из них.

Согласно ч. 1.1. ст. 63 УК РФ, учитывая характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения, а также показания каждого из подсудимых, что состояние опьянения имело существенную роль в совершении преступления, суд находит необходимым в качестве обстоятельства, отягчающего наказание, признать каждому подсудимому совершение преступного деяния в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

В соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ суд не находит оснований для изменения категории совершенного каждым из подсудимых преступления на менее тяжкую.

Поскольку подсудимые Пыжьянов и ФИО6 являются военнослужащими, суд в соответствии с ч. 6 ст. 53 УК РФ не назначает им предусмотренное санкцией ч. 4 ст. 111 УК РФ дополнительное наказание в виде ограничения свободы.

Определяя вид исправительного учреждения, в котором ФИО7 и ФИО6 надлежит отбывать наказание, суд руководствуется п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Время, в течение которого подсудимый Пыжьянов был задержан в порядке ст. 91, 92 УПК РФ и содержался под стражей, суд засчитывает в срок отбытия им наказания, который полагает необходимым исчислять со дня задержания, то есть с 19 декабря 2017 г.

Для обеспечения исполнения приговора и подлежащего назначению наказания, суд считает необходимым сохранить ФИО7 избранную ему меру пресечения в виде содержания под стражей, а ФИО6 меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении – изменить на меру пресечения в виде заключения под стражу.

При рассмотрении вопроса о судьбе вещественных доказательств суд руководствуется положениями ч. 3 ст. 81 УПК РФ.

Процессуальные издержки, связанные с участием в деле защитника Кононенко Н.В. по назначению в соответствии со ст. 132 УПК РФ подлежат взысканию с ФИО6

На основании изложенного, руководствуясь ст. 307-309 УПК РФ, военный суд

приговорил:

ФИО7 признать виновным в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшем по неосторожности смерть потерпевшего, совершенном с применением предмета, используемого в качестве оружия, группой лиц, то есть в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 6 (шесть) лет в исправительной колонии строгого режима.

ФИО6 признать виновным в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшем по неосторожности смерть потерпевшего, совершенном группой лиц, то есть в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 4 (четыре) года в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбывания наказания осужденному ФИО7 с зачетом времени его задержания и содержания под стражей исчислять с 19 декабря 2017 г.

Меру пресечения осужденному ФИО7 в виде содержания под стражей до вступления приговора в законную силу оставить без изменения и содержать в ФКУ «Следственный изолятор №1 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Крым и г. Севастополю».

Меру пресечения ФИО6 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении – изменить и до вступления приговора в законную силу избрать ему меру пресечения в виде заключения под стражу с содержанием в ФКУ «Следственный изолятор №1 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Крым и г. Севастополю», взяв его под стражу в зале суда.

Процессуальные издержки, связанные с выплатой вознаграждения защитнику по назначению Кононенко В.Н. в сумме 24400 (двадцать четыре тысячи четыреста) рублей взыскать с осужденного ФИО6 в доход государства.

Вещественные доказательства по уголовному делу: 

- хранящиеся в 531 военном следственном отделе марлевые тампоны, кувалду, а также рубашку, спортивные брюки, трусы, футболку и носок ФИО1 – уничтожить, как не представляющие ценности;

- хранящиеся в 531 военном следственном отделе куртку, брюки, свитер, кроссовки ФИО7, а также кроссовки, брюки, футболку и куртку ФИО6 – передать законным владельцам.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Северо-Кавказского окружного военного суда, через Севастопольский гарнизонный военный суд, в течение десяти суток со дня его постановления, а содержащимися под стражей осуждёнными ФИО7 и ФИО6, – в тот же срок со дня вручения им копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы и направления уголовного дела в судебную коллегию по уголовным делам Северо-Кавказского окружного военного суда для рассмотрения в апелляционном порядке осужденные вправе ходатайствовать о своём участии в заседании суда апелляционной инстанции, поручить осуществление своей защиты избранным ими защитникам, отказаться от защитников либо ходатайствовать перед судом апелляционной инстанции о назначении им защитников.

Председательствующий по делу К.В. Пагеев