дело № 2-624/2017

Мотивированное 

решение

 изготовлено 10 мая 2017 года

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Верхняя Пышма 02 мая 2017 года

Верхнепышминский городской суд Свердловской области в составе председательствующего судьи Вершининой М.П., 

при секретаре Максимовой А.С.,

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, представителя третьего лица СУ СК Российской Федерации по Свердловской области - ФИО3, представителя третьего лица прокуратуры Свердловской области – ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству Финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, в порядке реабилитации,

установил:

истец обратилась в Верхнепышминский городской суд Свердловской области с иском к ответчику с вышеуказанными требованиями, обосновав их незаконным уголовным преследованием.

В обоснование иска указала, что 18.05.2015 Следственным отделом по городу Верхняя Пышма Следственного Управления Следственного комитета Российской Федерации по Свердловской области возбуждено уголовное дело № 150523119 по признакам преступления, предусмотренного частью 1 статьи 292 Уголовного кодекса Российской Федерации, 21.05.2015 ФИО5 избрана мера пресечения в виде подписке о невыезде и надлежащем поведении. 21.05.2015 ФИО1 было предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 292, частью 1 статьи 292 Уголовного кодекса Российской Федерации. Из текста обвинения следовало, что в период времени с 16.12.2014 по 16.02.2015, точные дата и время следствием не установлены, в служебном кабинете № 4 отделения дознания ММО МВД России «Верхнепышминский» по адресу: 

<

...> рабочих, 34, дознаватель ОД ММО МВД России «Верхнепышминский» ФИО1, являясь должностным лицом полиции, действуя из личной заинтересованности, внесла в официальный документ – протокол осмотра предметов (документов) от 17.12.2014 по уголовному делу № 141360119, соединенному 19.12.20.14 в одно производство с уголовным делом № 141063119, заведомо ложные сведения, то есть совершила служебный подлог. 22.06.2015 ФИО1 предъявлено новое обвинение в совершении преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 292, частью 1 статьи 292 Уголовного кодекса Российской Федерации. 16.07.2015 уголовное дело № 150335119 в отношении ФИО1 было направлено в Верхнепышминский городской суд ля рассмотрения по существу предъявленного обвинения. 24.04.2016 истец была осуждена Верхнепышминским городским судом и признана виновной в совершении двух преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 292 Уголовного кодекса Российской Федерации. 03.08.2016 апелляционным приговором судебной коллегии по уголовным делам Свердловского областного суда приговор Верхнепышминского городского суда Свердловской области от 27.04.2016 отменен и постановлен новый, в соответствии с которым ФИО1 признана невиновной и оправдана по обвинению в совершении двух преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 292 Уголовного кодекса Российской Федерации, на основании пункта 2 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с отсутствием в ее действиях состава преступлений. За истцом признано право на реабилитацию. В результате незаконного и необоснованного привлечения к уголовной ответственность и осуждения истец была лишена прав, гарантированных статьями 27, частью 2 статьи 50 Конституции Российской Федерации. В связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности, длительным судебным разбирательством, вынесением неправосудного приговора, истец испытывала нравственные страдания, ей было тяжело психологически переживать обстоятельства, связанные с уголовным делом и ее обвинением в совершении данных преступлений. 09.07.2015 она была отстранена от исполнения служебных обязанностей. 29.12.2015 была уволена из органов внутренних дел по окончании контракта. На ее увольнение повлиял факт возбуждения уголовного дела и производства в тот период предварительного расследования. В период следствия ФИО1 находилась в состоянии беременности, в связи с чем, ее нравственные страдания влияли на прохождение беременности, она дважды проходила стационарное лечение. Размер компенсации морального вреда оценивает в 1 000 000 рублей. Кроме того, ей были понесены расходы на представителя в размере 25 000 рублей (л.д. 17-20).

В судебном заседании истец и ее представитель ФИО2, действующая на основании доверенности от 29.11.2016 (л.д. 41), настаивали на удовлетворении исковых требований по доводам, изложенным в иске.

Представитель третьего лица СУ СК России по Свердловской области – ФИО3, действующий на основании доверенности от 10.03.2017 (л.д. 60), возражал против удовлетворения требований, представил возражения на иск, согласно которым третье лицо считает требования необоснованными и не подлежащими удовлетворению, поскольку истцом не обосновываются и не подтверждаются обстоятельства причинения вреда, наличие причинно-следственной связи между действиями деликвентов и его наступлением, характер и степень причиненных страданий, а также размер подлежащей выплате компенсации, что также исключает возможность удовлетворения заявленных требований. Не обоснованы доводы истца об ухудшении состояния здоровья, о том, что она вынуждена была проходить стационарное лечение в связи с указанными обстоятельствами. Факты ухудшения здоровья должны быть подтверждены доказательствами, устанавливающими причинно-следственную связь между заболеванием и причинами, способствовавшими заболеванию, то есть экспертизой. Данная экспертиза не проводилась, подобных ходатайств со стороны истца не заявлялось. Доказательств данным доводам истца не представлено. Истцом лишь представлены документы, свидетельствующие и подтверждающие факт прохождения лечения, доказательств, устанавливающих причинно-следственную связь между заболеванием и лечением суду не представлено. Действия следователей в рамках расследования указанного уголовного дела в порядке статьи 125 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации не обжаловались, фактов нарушений закона, волокиты при производстве расследования уголовного дела не установлено и не имеется. Действия следователей носили законный и обоснованный характер, незаконными не признаны. Не подтвержден соответствующими доказательствами довод истца о том, что она вынуждена была уйти с занимаемой должности в связи с указанными обстоятельствами. Отстранение от занимаемой должности ФИО1 произведено на основании приказа начальника ММО МВД России «Верхнепышминский» на законном основании. В дальнейшем ФИО1 уволена из органов внутренних дел по окончании срока действия срочного контракта. Доказательств, свидетельствующих о том, что на ее увольнение повлиял факт возбуждения уголовного дела, не обоснован и не подтвержден доказательствами. Кроме того, размер расходов на представителя чрезмерно завышен и не соответствует критериям разумности и справедливости (л.д.72-78). 

Представитель третьего лица – Прокуратуры Свердловской области – ФИО4, действующая на основании доверенности от 26.04.2017 (л.д. 90), полагала заявленный истцом размер компенсации морального вреда явно завышенным, представила возражения на иск, согласно которым полагала, что в силу принципов разумности и справедливости подлежит снижению до 50 000 рублей. Кроме того, указала, что судом апелляционной инстанции установлено, что ФИО1, являясь должностным лицом, действительно внесла в два протокола осмотра предметов заведомо ложные сведения об участии понятых при производстве следственных действий, указав личные данные знакомых ей лиц. В ходе судебного разбирательства вина ФИО1 в преступлениях, предусмотренных частью 1 статьи 292 Уголовного кодекса Российской Федерации не нашла своего подтверждения. Судом апелляционной инстанции сделан вывод, что в материалах уголовного дела отсутствуют сведения о стремлении ФИО1 к получению каких-либо личных благ путем внесения в протоколы осмотра предметов заведомо ложных сведений об участии понятых. Взаимосвязь между улучшением показателей в работе, как личной заинтересованности, и составлением процессуальных документов в рамках уголовного дела не установлена. Уголовные дела возбуждены 31.03.2015 и 18.05.2017 по признакам преступления, предусмотренного частью 1 статьи 292 Уголовного кодекса Российской Федерации, 22.06.2015 – по двум эпизодам части 1 статьи 292 Уголовного кодекса Российской Федерации ФИО1 предъявлено обвинение. Фактически необоснованное уголовное преследование в отношении истца в части ее обвинения продолжалось с 22.06.2015 по 03.08.2016. Вместе с тем, истец незаконно под стражей не содержалась, поскольку в отношении нее избиралась мера пресечения в виде подписки о невыезде. Доводы о наличии переживаний, волнений, нравственных страданий в связи с привлечением к уголовной ответственности, носят общий характер, какими-либо доказательствами не подтверждены. Доказательств наличия причинно-следственной связи между привлечением истица к уголовной ответственности и ухудшением состояния ее здоровья не имеется. 29.12.2015 ФИО1 уволена из органов внутренних дел по окончании контракта (по обстоятельствам, не зависящим от воли сторон). Утверждение истца о том, что ее увольнение могло бы не состояться при отсутствии факта уголовного преследования, носит предположительный характер и какими-либо относимыми и допустимыми доказательствами не подтверждено (л.д. 101-103). 

Ответчик в судебное заседание не явился, извещался надлежащим образом о месте и времени судебного заседания, его представителем ФИО6, действующей на основании доверенности от 25.10.2016 (л.д. 88), заявлено ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя Минфина России, а также представлены возражения на иск, согласно которым ответчик считает заявленную сумму компенсации морального вреда необоснованно завышенной, поскольку истцом не представлено доказательств наличия причинно-следственной связи между привлечением к уголовной ответственности и возникшими проблемами со здоровьем, в связи с чем просит максимально снизить размер компенсации морального вреда (л.д. 84-87). 

Заслушав участников процесса, исследовав письменные материалы дела, материалы уголовного дела №, суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 46, статьи 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на судебную защиту его прав и свобод и на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно пункту 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом. 

В силу статьи 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В соответствии с положениями статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункты 1, 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании статьи 133 (часть 1) Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда. 

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», при рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Пунктом 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному, судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Судом установлено, что органами предварительного следствия ФИО5 обвинялась в служебном подлоге (два эпизода по части 1 статьи 292 Уголовного кодекса Российской Федерации), в связи с чем 21.05.2015 в отношении нее была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Уголовные дела возбуждены 31.03.2015 и 18.05.2015, приговором Верхнепышминского городского суда Свердловской области от 27.04.2016 ФИО1 признана виновной в совершении двух преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 292 Уголовного кодекса Российской Федерации, и ей назначено наказание в виде штрафа в размере 60 000 рублей за каждое. На основании части 2 статьи 69 Уголовного кодекса Российской Федерации по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено наказание в виде штрафа в размере 100 000 рублей. Освобождена от назначенного наказания на основании пункта 9 Постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 24.04.2015 № 6576-6 ГД «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной Войне 1941-1945 годов» (л.д. 21-27).

Апелляционным приговором от 03.08.2016 ФИО1 оправдана в совершении указанных преступлений в связи с отсутствием составов преступлений (л.д.28-33). За истцом признано право на реабилитацию.

Представленными в судебном заседании доказательствами, которые оценены судом в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, установлен факт незаконного уголовного преследования истца. Длительность данной процедуры – один год четыре месяца, безусловно, сопровождались претерпеванием истцом ограничений, выраженных в свободе географического перемещения по своему усмотрению. Факт привлечения истца к уголовной ответственности, возбуждения в отношении нее уголовного дела, совершения процессуальных действий в отношении истца в ходе производства по уголовному делу, рассмотрения уголовного дела в суде, учитывая, что истец длительное время была подвергнута уголовному преследованию, безусловно, нарушили личные неимущественные права ФИО1, принадлежащие ей от рождения: достоинство личности, право не быть привлеченным к уголовной ответственности за преступления, которых она не совершала, честное и доброе имя, деловую репутацию, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства.

Нарушение данных неимущественных прав причинило истцу нравственные страдания, поскольку она не могла не переживать и не испытывать чувство унижения, стыда по поводу того, что подвергалась уголовному преследованию и претерпевала в связи с этим вышеуказанные лишения. Истец обязана была являться для участия в процессуальных действиях к следователю, впоследствии, для участия в судебном слушании неоднократно, что не могло не повлечь появление стрессового состояния истца.

Ухудшение состояния здоровья, а также увольнение истца из органов внутренних дел вследствие незаконного уголовного преследования, вместе с тем не нашло подтверждения в судебном заседании. Представленный выписной эпикриз из медицинской карты больного и выписка из истории болезни, об обратном не свидетельствуют, поскольку из содержания данных документов не прослеживается причинная связь между перенесенным стрессом (беспокойством), сопровождающим, как утверждает истец, ее состояние при незаконном преследовании, и ухудшением здоровья. Никаких иных доказательств приобретения в ходе незаконного уголовного преследования заболеваний, доказательств ее увольнения в связи с незаконным уголовным преследованием, истцом не представлено. Утверждение истца о том, что ее увольнение могло бы не состояться при отсутствии факта уголовного преследования, носит предположительный характер.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу ФИО1, суд принимает во внимание фактические обстоятельства дела, возраст и должностное положение истца, длительность периода уголовного преследования, а также то обстоятельство, что ни суд, ни органы предварительного следствия не избирали в отношении истца меру пресечения, связанную с ограничением свободы. Истец не была лишена возможности общаться с семьей. 

Кроме того, суд учитывает, что обязанность по соблюдению, предусмотренных законом требований разумности и справедливости должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

Истец, заявляя требование о взыскании компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей, не доказала соразмерность заявленного размера степени перенесенных страданий. Учитывая изложенные обстоятельства, а также тот факт, что вследствие незаконного уголовного преследования не наступило необратимых, тяжких последствий для истца, суд, руководствуясь критерием соразмерности размера компенсации степени причинения вреда, а также исходя не только из обязанности максимально возместить причиненный моральный вред реабилитированному лицу, но и не допустить неосновательного обогащения потерпевшего, полагает необходимым уменьшить требуемую истцом сумму до 55 000 рублей, полагая, что данный размер отвечает критериям справедливости.

ФИО1 также заявлено о взыскании понесенных в связи с рассмотрением дела судебных расходов.

Квитанцией к приходному кассовому ордеру № 025431 от 07.11.2016 подтвержден факт несения ФИО1 расходов на представителя в размере 25 000 рублей.

На основании изложенного, суд, разрешая вопрос о размере компенсации судебных расходов ФИО1, учитывая, что закон не связывает возможность присуждения расходов на оплату услуг представителя с обстоятельствами, из-за которых возник судебный спор, а также принимая во внимание характер и категорию спора, переданного на рассмотрение суда, общую продолжительность судебного разбирательства (два судебных заседания), объем выполненных работ, сложность дела, объем представленных суду доказательств и размер удовлетворенных требований, и с учетом принципа разумности и справедливости, считает необходимым взыскать в пользу ФИО1 в возмещение расходов на представителя 7 000 рублей. 

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к Министерству Финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, в порядке реабилитации, - удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда 55 000 рублей, в возмещение расходов на представителя 7 000 рублей. 

В удовлетворении требования о взыскании компенсации морального вреда в большем размере отказать. 

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца с момента принятия решения в окончательном виде с подачей жалобы в Свердловской областной суд через Верхнепышминский городской суд Свердловской области.

Судья М.П. Вершинина