№ 2-236/2025

УИД 22RS0013-01-2024-004661-40

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

19 февраля 2025 года г. Бийск, Алтайский край

Бийский городской суд Алтайского края в составе: 

председательствующего Максимовой Н.С., 

при секретаре Котовой К.А., 

с участием помощника прокурора г. Бийска Алтайского края Беспаловой О.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 ФИО13 к ФИО1 ФИО14 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО3, в котором с учетом уточнения требований (л.д. 27-32, 193), просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда, причиненного дорожно-транспортным происшествием (далее – ДТП) в сумме 1 000 000 руб.

В обоснование заявленных требований указывает, что 31.03.2022 года около 07 часов водитель ФИО3, в светлое время суток, при ясной погоде без осадков, в условиях неограниченной видимости в направлении движения, управляя технически исправным принадлежащем ему на праве собственности легковым автомобилем марки Тойота Марк2 (Toyota Mark II), государственный регистрационный знак № регион, в салоне которого находились пассажиры ФИО4, ФИО5, двигался со скоростью не менее 80 км/час со стороны г. Новосибирск в направлении г. Барнаула Алтайского края на указанном автомобиле вне населенного пункта по своей полосе движения автомобильной дороги федерального значения Р-256 «Чуйский тракт» сообщением «Новосибирск-Барнаул-Горно-Алтайск-граница с Монголией», имеющей асфальтированное горизонтальное мокрое покрытие, без выбоин и дефектов. 

В пути следования водитель ФИО3 в нарушение п.п. 1.3, 1.5 Правил дорожного движения РФ (далее – ПДД РФ), являясь участником дорожного движения, проявляя преступную небрежность, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своих действий в виде причинения тяжкого вреда здоровью человека, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, двигаясь по 101 км. автомобильной дороги федерального значения Р256 «Чуйский тракт» сообщением «Новосибирск-Барнаул-Горно-Алтайск-граница с Монголией» в Черепановском районе Новосибирской области, в нарушение п.п. 1.4, 9.1, 9.4, 10.1 ПДД РФ, не учитывая дорожные и метеорологические условия, интенсивность движения, видимость в направлении движения, развил скорость движения своего автомобиля не менее 80 км/час, которая не обеспечивала ему возможности постоянного контроля за движением управляемого им транспортного средства для выполнения требования Правил дорожного движения, совершил выезд на полосу встречного движения, где на 101 км. автомобильной дороги федерального значения Р256 «Чуйский тракт» сообщением «Новосибирск-Барнаул-Горно-Алтайск-граница с Монголией» совершил столкновение с движущимся во встречном ему направлении движения легковым автомобилем Kia Ceed государственный регистрационный знак № регион под управлением ФИО2

В результате указанного ДТП, вследствие преступных действий ФИО3 истцу был причинен тяжкий вред здоровью, а именно повреждения в виде: открытой тупой травмы правой голени в виде оскольчатых поперечных переломов диафизов большеберцовой и малоберцовой костей правой голени на границе средней и нижней трети со смещением, травматического отека мягких тканей в проекции переломов, ссадины на передней поверхности в средней трети голени, которые составляют единую тупую травму правой нижней конечности.

Полученные ФИО3 травмы в результате ДТП в виде перелома диафиза большеберцовой кости правой голени на границе средней и нижней трети, влечет за собой значительную стойкую утрату общей трудоспособности свыше 30% независимо от исхода и оказания медицинской помощи.

В связи с характером и степенью тяжести полученных истцом в результате ДТП травм ФИО2 на протяжении продолжительного времени после момента травмирования необходима реабилитация и другие меры социальной поддержки. Полученные истцом в результате ДТП травмы, носят глубочайший характер и до настоящего времени причиняют ему боль и дискомфорт.

Постановлением Черепановского районного суда Новосибирской области от 30 мая 2024 года по делу №1-20/2024 действия ФИО3 были квалифицированы по ч. 1 ст. 264 УК РФ, уголовное дело по обвинению ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ прекращено по основаниям, предусмотренным п. 3 ч.1 ст. 24 УПК РФ, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Полагает, факт того, что именно в результате действий ФИО3, выразившихся в нарушении последним правил дорожного движения, повлекших по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, истцом были получены травмы, установлен постановлением Черепановского районного суда Новосибирской области от 30 мая 2024 года по уголовному делу №1-20/2024, которое вступило в законную силу и является обязательным для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий ФИО3

Нравственные страдания ФИО2 причинил тот факт, что в связи с полученными им травмами в результате ДТП, истец долгое время не имел возможности осуществлять трудовую деятельность, на протяжении продолжительного времени после аварии у него отсутствовала возможность самостоятельно передвигаться. Боль, сопровождающая лечение полученных травм, а также тот дискомфорт, который истец испытывает по настоящее время, доставляют ФИО2 нравственные и физические страдания. Испытываемые им негативные эмоции в связи с полученными тяжелыми травмами в результате ДТП полагает очевидными.

Указывая на данные обстоятельства, ссылаясь на положения ст. ст. 150, 151, 1064, 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), истец просит об удовлетворении заявленных требований.

Представитель истца ФИО6, действующая по ордеру, в судебном заседании, организованном посредством видеоконференц-связи с Черепановском районным судом Новосибирской области, настаивала на удовлетворении исковых требований в части взыскания компенсации морального вреда по основаниям, указанных в исковом заявлении, указав, что требование о взыскании расходов на оплату услуг представителя, понесенных истцом в рамках рассмотрения уголовного дела, сторона истца на разрешение суда в рамках настоящего гражданского дела на ставит, такое требование не заявляет, о чем представлено уточненное исковое заявление.

Истец ФИО2 о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, в судебное заседание не явился, указанное обстоятельство не является препятствием к рассмотрению дела в его отсутствие. В ходе рассмотрения дела истец настаивал на удовлетворении требования о взыскании компенсации морального вреда, пояснял относительно обстоятельств получения травм, причинивших тяжкий вред здоровью, указывал на длительный реабилитационный период – около 8 месяцев, в течение которого истец несколько раз находился на стационарном лечении. В это время истец был лишен возможности трудиться, обеспечивать свою семью, помогать супруге в уходе за малолетним ребёнком. В связи с полученными травмами истцу был выполнен остеосинтез костей ноги с целью их консолидации, истец испытывал сильную физическую боль, был ограничен в возможности свободно передвигаться (в период с апреля по июнь 2022 находился в гипсе, передвигался при помощи костылей, в июле 2022 в месте перелома образовался ложный сустав (нога начала сгибаться в этом месте), в связи с чем в августе 2022 была проведена операция, затем металлоконструкции были заменены на штифт, после чего истец передвигался с костылем). В настоящее время истец осуществляет трудовую деятельность, однако испытывает боль при физических нагрузках, в связи с чем принимает без назначения врача обезболивающие средства. Полагает, что восстановился на 90%.

Ответчик ФИО3 о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом по месту прохождения военной службы в воинской части №, согласно сведениям командира войсковой части №, МИН обороны России (л.д. 207,209) ответчик проходит военную службу в указанной ВЧ с 14.06.2023 по настоящее время, участие в выполнении задач специальной военной операции на территории Украины не принимает. При этом судом отмечается, что ФИО4 известно о рассмотрении настоящего дела, о чем свидетельствует направленное им ходатайств об отложении судебного заседания, назначенного на 29.08.2024, при этом ФИО3 об отложении настоящего судебного заседания с указанием на то уважительных причин не просил, представителя для участия в рассмотрении дела не направил, письменных пояснений суду не представил.

Представитель 3 лица ЗАО "ПО "Спецавтоматика" по доверенности ФИО7 в судебном заседании оставила разрешение исковых требований на усмотрение суда.

Третье лицо ФИО8, о времени и месте судебного заседания извещался надлежащим образом, в судебное заседание не явился, указанное обстоятельство не является препятствием к рассмотрению дела в его отсутствие.

На основании ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), суд определил о рассмотрении дела при данной явке.

Выслушав пояснения участников процесса, изучив материалы настоящего дела, заслушав заключение прокурора г. Бийска Алтайского края Беспаловой О.В., полагавшей требования о взыскании компенсации морального вреда в денежной форме подлежащими удовлетворению с учетом принципов разумности и справедливости, суд приходит к следующим выводам.

При разрешении спора из вступившего в законную силу 15.06.2024 постановления Черепановского районного суда Новосибирской области от 30.05.2024 года по уголовному делу № 1-20/2024 по обвинению ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 264 УК РФ ( л.д. 50-55) установлено, что 31.03.2022 около 07 часов водитель ФИО3, имея разрешение на управление транспортными средствами категорий «В, В1, М», в светлое время суток, при ясной погоде без осадков, в условиях неограниченной видимости в направлении движения, управляя технически исправным принадлежащим ему на праве собственности легковым автомобилем марки ТОЙОТА МАРК 2 (TOYOTA MARK II) государственный регистрационный знак № регион, в салоне которого находились пассажиры ФИО9, ФИО5, двигался со скоростью не менее 80 км/час со стороны г. Новосибирска в направлении г. Барнаула Алтайского края на указанном автомобиле вне населенного пункта по своей полосе движения автомобильной дороги федерального значения Р-256 «Чуйский тракт» сообщением «Новосибирск - Барнаул - Горно-Алтайск - граница с Монголией», имеющей асфальтное горизонтальное мокрое покрытие, без выбоин и дефектов. В пути следования в указанные дату и время водитель ФИО3, управляя указанным автомобилем в нарушение п.п. 1.3, 1.5 ПДД РФ, являясь участником дорожного движения, который обязан знать и соблюдать относящиеся к нему требования Правил и действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда, проявляя преступную небрежность, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своих действий в виде причинения тяжкого вреда здоровью человеку, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, двигаясь по 101 км автомобильной дороги федерального значения Р-256 «Чуйский тракт» сообщением «Новосибирск - Барнаул - Горно-Алтайск - граница с Монголией» в Черепановском районе Новосибирской области, в нарушение п.п. 1.4, 9.1., 9.4, 10.1 ПДД РФ, не учитывая дорожные и метеорологические условия, интенсивность движения, видимость в направлении движения развил скорость движения своего автомобиля не менее 80 км/ч, которая не обеспечивала ему возможность постоянного контроля за движением управляемого им транспортного средства для выполнения требований ПДД, совершил выезд на полосу встречного движения, где на 101 км (100 км + 260 м) автомобильной дороги федерального значения Р-256 «Чуйский тракт» сообщением «Новосибирск - Барнаул - Горно-Алтайск - граница с Монголией» совершил столкновение с движущимся во встречном ему направлении движения легковым автомобилем KIA CEED государственный регистрационный знак №, 122 регион, под управлением водителя ФИО2 В результате дорожно-транспортного происшествия из-за преступной небрежности водителя ФИО3 водитель автомобиля KIA CEED ФИО2 получил тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть.

Согласно заключению эксперта № 98Д/22-2023 от 03.04.2023 года, у ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, имелись следующие телесные повреждения: открытая тупая травма правой голени в виде: оскольчатых поперечных переломов диафизов большеберцовой и малоберцовой костей правой голени на границе средней и нижней трети со смещением, травматического отека мягких тканей в проекции переломов, ссадины на передней поверхности в средней трети правой голени. Указанные выше повреждения у ФИО2 образовались в результате воздействия твердым тупым предметом, учитывая характер и локализацию, с учетом обстоятельств дела, приведенных в постановлении, не исключена возможность их причинения в условиях дорожно-транспортного происшествия, имевшего место 31.03.2022 года, и оцениваются в своей совокупности. Повреждений, образование которых характерно при нахождении на сидении водителя в момент дорожно-транспортного происшествия у ФИО2 не имеется (в медицинских документах не отражено). Вышеуказанные повреждения составляют единую тупую травму правой нижней конечности, оцениваются в совокупности как тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть, согласно п. 6.11.8 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 апреля 2008 г. № 194н, так как имевшийся перелом диафиз большеберцовой кости правой голени на границе средней и нижней трети влечет за собой значительную стойкую утрату общей трудоспособности свыше 30 процентов независимо от исхода и оказания (неоказания) медицинской помощи. Телесное повреждение, указанное в медицинских документах как «Закрытый перелом 11 ребра слева со смещением» не подлежит судебно-медицинской оценке, так как не подтверждено рентгенологическими данными.

В соответствии с заключением эксперта № 996, 997/7-5 от 19.04.2023 года, место зафиксированной схемой дорожно-транспортного происшествия, на удалении 0.75 метров от правого по ходу движения автомобиля «Киа» края проезжей части, не противоречит заявленным обстоятельствам дорожно-транспортного происшествия и является наиболее вероятным местом столкновения. В данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля «Тойота» должен был руководствоваться требованиями п. 10.1 (абзац 1) Правил дорожного движения. В данной дорожно-транспортной ситуации, водитель автомобиля «Тойота» имел техническую возможность избежать дорожно-транспортное происшествие.

Причиной дорожно-транспортного происшествия послужило грубое нарушение водителем автомобиля ТОЙОТА МАРК 2 (TOYOTA MARK II) ФИО3 пунктов 1.3, 1.4, 1.5, 9.1, 9.4, 10.1 ПДД РФ.

В ходе рассмотрения указанного уголовного дела ФИО4 вину в совершении инкриминируемого преступления не признал, однако, суд в рамках рассмотрения уголовного дела № 1-20/2024 пришел к выводу о том, что действия ФИО3 обоснованно квалифицированы органами предварительного расследования по ч.1 ст.264 УК РФ, поскольку он совершил нарушение правил дорожного движения, управляя автомобилем, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, в связи с чем суд согласился с предложенной органами предварительного расследования квалификацией содеянного.

Подсудимый ФИО3, не признав вину в совершении инкриминируемого ему преступления, ходатайствовал о прекращении уголовного дела в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности. Последствия прекращения дела по п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ, ст.78 УК РФ ФИО3 судом были разъяснены и понятны.

Гражданский иск, предъявленный ФИО2 о компенсации морального вреда, предъявленный в рамках рассмотрения указанного уголовного дела, был оставлен без рассмотрения с передачей на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства (л.д. 49).

В силу ч. 4 ст. 61 ГПК РФ, разъяснений, содержащихся в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003 года N 23 "О судебном решении", вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Тот факт, что ФИО3 не привлечен к уголовной ответственности в связи с прекращением в отношении него уголовного дела, не может служить основанием для его освобождения от гражданско-правовой ответственности по компенсации морального вреда.

Разрешая исковые требования о взыскании компенсации морального вреда, суд принимает о внимание следующее. 

Ст. 12 ГК РФ относит компенсацию морального вреда к способам защиты гражданских прав.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В силу п.п. 14,15 вышеуказанного постановления Пленума ВС РФ под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции). Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Согласно разъяснениям, изложенным в п.11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», по общему правилу, установленному п.п. 1 и 2 ст. 1064 ГК ПФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (п. 1 ст. 1070, ст. 1079, п. 1 ст. 1095, ст. 1100 ГК РФ). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (ст.ст. 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 ГК РФ). 

В силу п.п. 12,19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ). Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). По общему правилу, ответственность за причинение морального вреда возлагается на лицо, причинившее вред (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ).

Таким образом, по общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности ст. 1100 ГК РФ.

Согласно данными ФИС ГИБДД-М, карточкам учета транспортных средств (л.д. 86-88) собственником автомобиля Тойота Марк 2, государственный регистрационный знак №, в период с 28.11.2019 по 01.11.2022 являлся ФИО8; собственником автомобиля Киа Сид, государственный регистрационный знак №, с 07.08.2020 является ООО «ПО «Спецавтоматика» (л.д. 182,189,190).

На дату ДТП 31.03.2022 гражданская ответственность владельца автомобиля Тойота Марк 2, государственный регистрационный знак №, застрахована была, о чем свидетельствуют открытые данный сайта РСА ( л.д. 111, 134).

При определении надлежащего ответчика по спору суд исходит из следующего.

Как следует из материалов гражданского дела и установлено судом в момент ДТП автомобилем Тойота Марк 2, государственный регистрационный знак №, управлял ФИО3, при этом транспортное средство было зарегистрировано в органах ГИБДД на имя ФИО8

В материалы дела по запросу суда Черепановским районным судом Новосибирской области из материалов уголовного дела № 1-20/2024 представлена копия договора купли-продажи автомобиля от 25.03.2022, согласно которому продавец ФИО8 продал, а покупатель ФИО3 приобрел автомобилем Тойота Марк 2, государственный регистрационный знак №, за 100 000 руб. ( л.д. 119).

В соответствии с пунктом 2 статьи 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В силу статьи 223 указанного кодекса право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором (пункт 1).

Согласно пункту 1 статьи 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В пункте 6 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26 апреля 2017 г. разъяснено, что транспортные средства не отнесены законом к объектам недвижимости, в связи с чем относятся к движимому имуществу, следовательно, при отчуждении транспортного средства действует общее правило относительно момента возникновения права собственности у приобретателя - с момента передачи транспортного средства покупателю.

Передача транспортного средства, ключей и документов, подтверждает переход права собственности на автомобиль как на движимую вещь.

В соответствии с п. 3 ст. 15 Федерального закона от 10 декабря 1995 г. N 196-ФЗ "О безопасности дорожного движения" допуск транспортных средств, предназначенных для участия в дорожном движении на территории Российской Федерации, за исключением транспортных средств, участвующих в международном движении или ввозимых на территорию Российской Федерации на срок не более шести месяцев, осуществляется согласно законодательству Российской Федерации путем регистрации транспортных средств и выдачи соответствующих документов.

Приведенными выше законоположениями предусмотрена регистрация самих транспортных средств, обусловливающая допуск транспортных средств к участию в дорожном движении.

При этом регистрация транспортных средств носит учетный характер и не служит основанием для возникновения на них права собственности.

Гражданский кодекс Российской Федерации и другие федеральные законы не содержат норм, ограничивающих правомочия собственника по распоряжению транспортным средством в случаях, когда это транспортное средство не снято им с регистрационного учета.

Отсутствуют в законодательстве и нормы о том, что у нового приобретателя транспортного средства по договору не возникает на него право собственности, если прежний собственник не снял его с регистрационного учета.

Нахождение автомобиля Тойота Марк 2, государственный регистрационный знак №, и документов на право владения автомобилем (СР) в момент ДТП у ФИО3 (л.д. 120), управление им автомобилем в момент ДТП, подтверждает приобретение указанного автомобиля ответчиком по договору купли-продажи с возникновением права собственности на него 25.03.2022, то есть до даты ДТП. 

Кроме того, в ходе рассмотрения настоящего гражданского дела ответчик ФИО3 не оспаривал обстоятельства ДТП, факт владения данным автомобилем как его собственником, вину в совершении данного ДТП.

Каких либо относимых и допустимых доказательств недействительности представленных в материалы дела договора купли-продажи указанного автомобиля от 25.03.2022 суду не представлено, соответствующих требований об оспаривании данных договоров стороной истца не заявлено. 

Неисполнение ответчиком ФИО3 обязанности по постановке автомобиля на учет, а также страхования своей автогражданской ответственности не может являться основанием для возложения на предыдущего собственника материальной ответственности за причиненный при использовании автомобиля ущерб.

Таким образом, суд приходит к выводу, что надлежащим ответчиком по спору является ФИО3, на котором лежит обязанность по возмещению морального вреда, причиненного истцу.

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (ст.ст. 1064 - 1101 ГК РФ) и ст. 151 ГК РФ.

Ст. 1101 ГК РФ предусматривает, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (п. 1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2).

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью, юридически значимыми и подлежащими доказыванию, являются обстоятельства, связанные с тем, что ФИО2 перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, так как установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Таким образом, в соответствии с нормами материального права, подлежащими применению к спорным отношениям сторон (ст.ст. 1064, 1099, 1100 ГК РФ) именно стороной ответчика должно быть доказано отсутствие вины в создании условий, приведших к причинению вреда здоровью ФИО2 

Ст. 150 ГК РФ закреплено, что нематериальные блага - жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с данным Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред. 

В соответствии с ч.1 ст.1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и ст. 151 указанного Кодекса. 

Из материалов дела следует, что истцу ФИО2 в результате ДТП были причинены телесные повреждения в совокупности причинившие тяжкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья, что подтверждается заключением эксперта ГБУЗ НО «Новосибирское областное клиническое бюро судебно-медицинской экспертизы» от 31.03.2023 № 98Д/22-2023 ( л.д. 57-61).

Согласно выписному эпикризу из медицинской карты стационарного больного на имя ФИО2 ( л.д. 194), истец в период с 31.03.2022 по 21.04.2022 находился на стационарном лечении в ГБУЗ НО «Черепановская центральная районная больница», где ему в связи с полученными в ДТП травмами произведен 12.04.2022 остеосинтез с использованием биодеградируемых материалов, заживление первичным натяжением, швы не сняты. По выписке рекомендовано: наблюдение у травматолога по месту жительства, гипсовая иммобилизация 8 недель, косыночная повязка, прием лекарственных препаратов, в том числе обезболивающих, ограничение физической нагрузки на конечность в течение 3 месяцев, ходить на костылях, не наступая на конечность. Нетрудоспособен с 31.03.2022 по 21.04.2022, о чем выдан больничный листок.

В соответствии с выпиской из медицинской карты стационарного больного ФИО2 ( л.д. 196), истец в период с 22.08.2022 по 31.08.2022 находился на стационарном лечении в КГБУЗ «Краевая клиническая больница скорой медицинской помощи» по поводу формирующегося ложного сустава средней трети правой большеберцовой кости с дефектом костной ткани в условиях металлоостеосинтеза пластиной винтами от апреля 2022. Выполнен 23.08.2022 интрамедуллярный блокируемый остеосинтез, реконструкция кости, коррегирующая остеотомия голени. По выписке рекомендовано: наблюдение и лечение у хирурга по месту жительства, снять швы на 14-е сутки с момента операции, ходить при помощи костылей с дозированной нагрузкой на правую ногу 2,5 мес., ЛФК, рекомендован прием лекарственных средств. Нетрудоспособен по 09.09.2022.

В соответствии с выпиской из медицинской карты стационарного больного ФИО2 ( л.д. 195), истец в период с 29.09.2022 по 12.10.2022 находился на стационарном лечении в КГБУЗ «Краевая клиническая больница» по поводу вышеуказанной травмы, рекомендовано: наблюдение и лечение у хирурга по месту жительства, ЛФК, прием лекарственных средств, ограничение статистических, динамических нагрузок на больные суставы, ограничить движения, связанные с повышенной нагрузкой на суставный хрящ, диета, временно нетрудоспособен.

Согласно ст. 151 ГК РФ и п. 3 ст. 1099 ГК РФ независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда потерпевший вправе требовать от причинителя вреда компенсации морального вреда - физических и нравственных страданий, причиненных ему вследствие нарушения его личных неимущественных прав.

Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего (п. 18 постановления).

Моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности (ст. 1079 ГК РФ).

В силу п. 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 28,29 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

Разрешая спор о компенсации морального вреда, суд в числе иных заслуживающих внимания обстоятельств может учесть тяжелое имущественное положение ответчика-гражданина, подтвержденное представленными в материалы дела доказательствами (например, отсутствие у ответчика заработка вследствие длительной нетрудоспособности или инвалидности, отсутствие у него возможности трудоустроиться, нахождение на его иждивении малолетних детей, детей-инвалидов, нетрудоспособных супруга (супруги) или родителя (родителей), уплата им алиментов на несовершеннолетних или нетрудоспособных совершеннолетних детей либо на иных лиц, которых он обязан по закону содержать).

Тяжелое имущественное положение ответчика не может служить основанием для отказа во взыскании компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Согласно ч.2, 3 ст. 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. Суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Гражданский кодекс Российской Федерации в качестве общего основания ответственности за причинение вреда устанавливает, что лицо, причинившее вред, освобождается от его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064). При этом законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда, что является специальным условием ответственности (ст. 1079 ГК РФ).

Грубой неосторожности в действиях потерпевшего ФИО2 судом не установлено, обратного стороной ответчика не доказано.

Согласно материала дела ответчик ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, находится в трудоспособном возрасте, проходит службу по контракту в воинской части №, не имеет иждивенцев (л.д. 50, 204), не имеет на праве собственности объектов недвижимости, зарегистрированных на его имя транспортных средств ( л.д. 83,85).

Оценив с учетом требований закона все заслуживающие внимания обстоятельства, суд исходит из того, что компенсация морального вреда не должна носить формальный характер и призвана служить целям реального возмещения ущерба от перенесенных истцом физических и нравственных страданий, в связи с причинением ему вследствие действий ответчика тяжкого вреда здоровью.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд, в силу действующего законодательства, принимает во внимание обстоятельства, при которых истцу был причинен вред здоровью, индивидуальные особенности потерпевшего, возраст истца, последствия причинённых травм, периоды нахождения на стационарном лечении (3 раза), выполненные медицинское вмешательства (2 операции), последствия полученных травм в виде длительного ограничения в передвижении и нагрузках, ограничение трудоспособности, наличие на иждивении малолетнего ребенка, необходимость дополнительных реабилитационных мер (наблюдение и лечение у хирурга), принимает во внимание и тот факт, что ответчик не предпринял меры к возмещению причиненного вреда (не извинился, не произвел денежную выплату), учитывая отсутствие в действиях истца грубой неосторожности, имущественное положение ответчика, то, что вред здоровью был причинен при использовании источника повышенной опасности и, исходя из требований разумности и справедливости, суд полагает возможным определить ко взысканию с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 450 000 руб. 

Суд полагает, что определенный в такой сумме размер компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст. ст. 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.

В удовлетворении остальной части требований о взыскании компенсации морального вреда истцу надлежит отказать.

В силу ст.103 ГПК РФ с ответчика в доход бюджета муниципального образования городского округа г.Бийск подлежит взысканию государственная пошлина, от которой истец был освобожден при подаче иска, в сумме 300 руб. по требованию не имущественного характера о взыскании компенсации морального вреда.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 ФИО15 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 ФИО16 (паспорт №) в пользу ФИО2 ФИО17 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 450 000 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с ФИО1 ФИО18 (паспорт №) в доход бюджета муниципального образования город Бийск Алтайского края государственную пошлину в размере 300 руб. 

На решение могут быть поданы апелляционные жалоба, представление прокурора в Алтайский краевой суд через Бийский городской суд Алтайского края в течение месяца со дня составления судом решения в окончательной форме.

Судья Н.С. Максимова

Дата составления мотивированного решения суда 05 марта 2025 года.