Дело № 2-16/2020

75RS0002-01-2019-000855-63

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Чита 30 июля 2020 года

Ингодинский районный суд г.Читы в составе председательствующего судьи Шишкаревой С.А., при секретаре Петровой В.А., 

с участием истца, представителя истца ФИО1, представителей ответчиков - ФИО2, ФИО3, ФИО4, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5 к МБОУ "Средняя общеобразовательная школа №18", ФИО6 о признании незаконными и отмене приказа о внесении изменений в штатное расписание, дополнительного соглашения к трудовому договору, взыскании заработной платы, компенсации за задержку выплаты заработной платы, компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

обратившись в суд с вышеназванным иском, ФИО5 указала, что с 01.11.2016 работала в МБОУ "Средняя общеобразовательная школа №18" (далее - школа, учреждение) на различных должностях, с 01.09.2017 и по настоящее время работает в должности заместителя директора по административно-хозяйственной части (далее - заместитель по АХЧ). Трудовой договор и должностная инструкция ей выданы лишь 22.06.2018, до этого трудовой договор не заключался, а должностная инструкция не подписывалась истцом по мотиву неознакомления с локальными актами школы. 01.09.2017 издан приказ №204 о доплате за стаж 5%, однако условие об этом в трудовой договор не внесено. 

В период руководства директора школы 

<

данные изъяты>. ФИО5 на основании приказа №29 от 09.03.2018 привлечена к дисциплинарной ответственности за невыполнение должностных обязанностей, с чем в иске не согласна, считая это следствием предвзятого к ней отношения со стороны директора. 

В апреле 2018 года должность директора школы заняла ФИО6, которая, по мнению истца, также допускала необоснованно предвзятое к ней отношение: в апреле - мае 2018 года инициировала проведение внеплановой и повторной инвентаризации, оказывала на истца психологическое давление, вынуждая уволиться, вызывала в школу полицию в отношении ФИО5, в сопровождении своего заместителя ФИО7 и иных лиц в период отпуска истца (июль 2018 года) приезжала к ней домой для подписания документов, где данные лица громко стучали в дверь, кричали, требовали родственников вызвать истца. Так как дверь им никто не открывал, 

<

данные изъяты> и иные лица приезжали к истцу вновь по указанию ФИО6 В очередной их приезд сестра истца открыла дверь, 

<

данные изъяты> настаивала на подписании документов, сообщив, что от соседей обладает компрометирующей об истце и ее семье информацией. 

На основании приказов директора ФИО6 № 81 23.05.2018, №84 от 28.05.2018, № 116 от 16.06.2018 ФИО8 привлечена к дисциплинарной ответственности в виде выговоров. 

14.08.2018, хотя истец находилась в отпуске, ФИО6 составлен акт об отсутствии на рабочем месте, в дальнейшем составлялись и иные акты о невыполнении работ, проведено планерное совещание, где технический персонал по предложению ФИО6 высказывал истцу претензии по рабочим вопросам, претензии в грубой форме высказывали и иные работники школы, после очередного совещания 24.08.2018 

<

данные изъяты> по указанию ФИО6 составила с истцом беседу и намекнула о возможном распространении собранного на истца компрометирующего материала.

24.07.2018 директором ФИО6 издан приказ №146 о внесении изменений в штатное расписание, согласно которому введена единица заместителя директора по безопасности на 0,5 ставки за счет сокращения наполовину ставки заместителя по АХЧ, 15.08.2018 истцу вручено уведомление о данном изменении ставки с сохранением прежних обязанностей за исключением ведения табеля, а 15.10.2018 с истцом заключено дополнительное соглашение к трудовому договору, в соответствии с которым рабочее время истца табелируется по 3,6 часа, вдвое сокращен размер заработной платы, однако новый режим рабочего времени в соглашении не оговорен, истец продолжает работать полный рабочий день. 

Все перечисленные действия со стороны директора школы негативно отразились на состоянии здоровья истца, причинили физические и нравственные страдания, вызванные стрессом и переживаниями, в результате 24.08.2018 истец заболела и с этой даты по 24.09.2018 находилась на больничном. 

29.08.2018 ФИО5 обратилась в трудовую инспекцию, по итогам проверки предоставлен ответ о нарушении работодателем ст.ст.22, 189, 192, 193 Трудового кодекса РФ и о выдаче предписания, в том числе об отмене дисциплинарных взысканий. С приказом об отмене последних истец не была ознакомлена. 06.11.2018 ФИО6 уволилась, в школе стабилизировалась рабочая обстановка.

Истец ссылается на то, что в настоящее время продолжает выполнять трудовые обязанности в соответствии с должностной инструкцией, фактически работая полный рабочий день согласно установленному в трудовом договоре режиму, в том числе в режиме ненормированного рабочего времени (до 19.00-20.00), за уменьшенную вдвое оплату труда, с чем не согласна, считая данные действия работодателя дискриминационными и нарушающими ст. 57 Трудового кодекса РФ. 

Кроме того, в дополнение к существующим обязанностям приказом директора №217 от 1.10.2018 истец обязана организовать обеспечение оптимального температурного режима в школе, а приказом №267 от 2.11.2018 - назначена ответственной за исправное состояние и безопасную эксплуатацию тепловых энергоустановок, т.е., по мнению истца, ей вменены дополнительные обязанности рабочего (оператора) по обслуживанию теплоэнергоустановок, в то время как оплата за это не производится. 

На основании изложенного истец в первоначальной редакции иска просила признать незаконным и отменить дополнительное соглашение к трудовому договору № от ДД.ММ.ГГГГ, приказ от ДД.ММ.ГГГГ № «О внесении изменений в штатное расписание", внести в трудовой договор условие о выплате 5 % (приказ от ДД.ММ.ГГГГ №), отменить дисциплинарные взыскания, взыскать заработную плату за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ за фактически исполненные должностные обязанности за полный рабочий день в сумме 63 063 рублей (до вычета НДФЛ), обязать производить доплату за дополнительную работу, взыскать с ФИО6 компенсацию морального вреда 100000 рублей. 

В редакции от 24.05.2019 истец свои требования уточнила, конкретизировав данные оспариваемых приказов о дисциплинарных взысканиях и размеры заработной платы, просила отменить дисциплинарные взыскания, примененные на основании приказов от 09.03.2018 №29, от 23.05.2018 №81, от 28.05.2018 №84, от 16.06.2018 №116, взыскать заработную плату за фактически исполненные должностные обязанности в сумме 75044,97 рублей (до вычета НДФЛ) за 7 календарных месяцев, взыскать заработную плату за фактически исполненные дополнительные обязанности оператора теплосетей 3 разряда с 06.02.2019 по 31.05.2019 в сумме 24119,94 рулей, обязать производить доплату за дополнительную работу оператора теплосетей на основании п.1 приказа №217 от 01.10.2018. 

В ходе судебного разбирательства истец 02.10.2019 и 29.10.2019 представила заявления об отказе от иска в части требований о признании незаконными и отмене приказов о назначении дисциплинарных взысканий от 09.03.2018 №29, от 23.05.2018 №81, от 28.05.2018 №84, от 16.06.2018 №116, внесении в трудовой договор выплаты 5 % в соответствии с приказом от 01.09.2017 №204). Определениями суда от 02.10.2019 и 29.10.2019 данные отказы от иска в части приняты, производство по делу в соответствующей части требований прекращено. 

В документе, поименованном как отзыв на возражения, принятом 07.11.2019, истец уточнила обстоятельства, обосновывающие иск, помимо прочего дополнила, что директор ФИО6 по отношению к ней была непостоянна в своих указаниях, периодически меняла их, предъявляла претензии по поводу качества санитарного состояния школы, пыталась очернить перед другими работниками, полицией, на проводимых директором собраниях обсуждались личные качества истца с унизительным тоном и высказываниями, истец неоднократно вызывалась в полицию по поводу заявления ФИО6 о недостаче, выявленной в ходе инвентаризации. Все перечисленные действия причинили истцу моральный вред. 

По мнению истца, изменение с 15.10.2018 тарифной ставки вызвано лишь личной инициативой директора ФИО6, не было необходимым. Дополнительное соглашение к трудовому договору в нарушение ст.74 Трудового кодекса РФ ухудшает положение истца.

К участию в деле в качестве третьих лиц привлечены администрация городского округа "Город Чита", Комитет образования администрации городского округа "Город Чита" (далее - Комитет образования), профсоюзная организация Читинская городская организация профсоюза работников народного образования и науки. 

11.12.2019 производство по делу приостанавливалось по причине болезни истца. 06.03.2020 производство возобновлено, однако 25.03.2020 приостановлено вновь в связи с введением ограничительных мероприятий по противодействию распространению новой коронавирусной инфекции, 25.05.2020 производство по делу возобновлено. 

В судебном заседании от 03.06.2020 истец требования уточнила и в дополнение просила изложить п.4 просительной части иска следующим образом: взыскать заработную плату за период с 15.10.2018 по 07.10.2019 в сумме 127 368,78 рублей, компенсацию за задержку выплаты заработной платы 113 710,91 рублей, доплату за дополнительную работу оператора тепловых узлов с 06.02.2019 по 27.11.2019 в сумме 30630 рублей (п.5), взыскать с работодателя компенсацию морального вреда 30 000 рублей. В обоснование сослалась на то, что по ее обращению государственной инспекцией труда проведена проверка, в отношении работодателя 18.11.2019 составлен протокол об административном правонарушении в том числе по факту нарушений ст.ст.22, 57, 72, 136, 236 Трудового кодекса РФ, отсутствия в дополнительном соглашении режима рабочего времени, нарушения сроков выплаты заработной платы, отпускных, надбавок. Новый режим рабочего времени с учетом измененной ставки согласован лишь 07.10.2019, а дополнительное соглашение о режиме рабочего времени подписано 25.12.2019. 

В дальнейшем истец требования в части компенсации за задержку выплаты заработной платы уменьшила до 22094 рублей. 

В судебном заседании истец при участии своего представителя иск в уточненной редакции поддержала.

ФИО2 (представитель школы, администрации городского округа "Город Чита" и Комитета образования), ФИО4 (директор школы), ФИО3 (представитель ФИО6) с заявленными требованиями не согласились по доводам письменных возражений и дополнений к ним, полагали пропущенным срок давности применительно к требованиям об оспаривании приказа об изменении штатного расписания и дополнительного соглашения к трудовому договору.

В судебном заседании допрошены свидетели стороны истца 

<

данные изъяты>, свидетели стороны ответчика - 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> показала, что в школе проводилось собрание по поводу того, что истец не справляется со своими обязанностями. Считает эти претензии необоснованными, т.к. истец работает до вечера и в субботу. 

<

данные изъяты> показала, что у истца и ФИО6 сложились конфликтные отношения. Истец достаточно импульсивная, но свою работу выполняет, не считаясь с личным временем. 

<

данные изъяты> (сестра истца) показала, что в период отпуска истца к ним домой неоднократно приезжала 

<

данные изъяты> и иные лица с работы, вели себя шумно в подъезде, стучались в двери, требовали подписать документы. 

<

данные изъяты> пояснила, что писала докладные на ФИО5, т.к. ее заставляли это делать (без уточнения, кто именно); ФИО5 бывает в школе весь день рабочий или половину дня, в том числе в период каникул. 

<

данные изъяты> (технический инженер ПАО "ТГК-14") описала порядок взаимодействия со ФИО5 в части работы теплоузла. 

Свидетель 

<

данные изъяты> охарактеризовала ФИО5 как исполняющую свои обязанности ненадлежащим образом, на ФИО5 часто поступали жалобы от работников, по характеру она конфликтная. На собраниях ФИО6 в адрес истца оскорбительных высказываний не допускала. Свидетель 

<

данные изъяты> пояснила, что ФИО5 конфликтная, при свидетеле ФИО5 ударила телефонной трубкой по голове 

<

данные изъяты> На работу ФИО5 приходит по-разному: либо с утра, либо после обеда. Свидетель 

<

данные изъяты> показала, что ФИО5 конфликтная, свои обязанности надлежащим образом не исполняет, ударила телефонной трубкой по голове 

<

данные изъяты> в ходе конфликта, правовое решение по этому поводу не принято. Свидетель 

<

данные изъяты> (заместитель председателя Комитета) пояснил, что от директора ФИО6 поступали обращения на ненадлежащее исполнение истцом своих обязанностей. Также указал, что обслуживанием теплоузлов занимается специальная организация, заместитель по АХЧ снимает только показания, осуществляет контроль за работой теплоузла. Задвижки открывать/закрывать нельзя, т.к. теплоузел выйдет из строя. 

ФИО6 в судебное заседание не явилась при надлежащем извещении, представила заявление о рассмотрении дела в отсутствие.

Профсоюзная организация явку представителя не обеспечила при надлежащем извещении.

В соответствии с положениями ст.167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле. 

Заслушав объяснения участвующих в деле лиц, показания свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему. 

Регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из Трудового кодекса Российской Федерации, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права, иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, указами Президента Российской Федерации, постановлениями Правительства Российской Федерации и нормативными правовыми актами федеральных органов исполнительной власти, нормативными правовыми актами органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления (абзацы первый и второй части 1 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения регулируются также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права (часть 2 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ).

Трудовые отношения в силу положений части 1 статьи 16 ТК РФ возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого в соответствии с ТК РФ. 

Обязательными для включения в трудовой договор являются условия оплаты труда (в том числе размер тарифной ставки или оклада (должностного оклада) работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты), режим рабочего времени и времени отдыха (если для данного работника он отличается от общих правил, действующих у данного работодателя) (часть 2 статьи 57 ТК РФ).

Согласно статье 72 ТК РФ изменение определенных сторонами условий трудового договора, в том числе перевод на другую работу, допускается только по соглашению сторон трудового договора, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Соглашение об изменении определенных сторонами условий трудового договора заключается в письменной форме.

Исключения из общего правила регламентированы статьей 74 ТК РФ. 

В соответствии с частями 1 - 4, 8 статьи 74 ТК РФ в случае, когда по причинам, связанным с изменением организационных или технологических условий труда (изменения в технике и технологии производства, структурная реорганизация производства, другие причины), определенные сторонами условия трудового договора не могут быть сохранены, допускается их изменение по инициативе работодателя, за исключением изменения трудовой функции работника.

О предстоящих изменениях, определенных сторонами условий трудового договора, а также о причинах, вызвавших необходимость таких изменений, работодатель обязан уведомить работника в письменной форме не позднее чем за два месяца, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

Если работник не согласен работать в новых условиях, то работодатель обязан в письменной форме предложить ему другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.

При отсутствии указанной работы или отказе работника от предложенной работы трудовой договор прекращается в соответствии с пунктом 7 статьи 77 настоящего Кодекса.

Изменения определенных сторонами условий трудового договора, вводимые в соответствии с настоящей статьей, не должны ухудшать положение работника по сравнению с установленными коллективным договором соглашениями.

Как разъяснено в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", разрешая дела о восстановлении на работе лиц, трудовой договор с которыми был прекращен по пункту 7 части 1 статьи 77 Кодекса (отказ от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора), либо о признании незаконным изменения определенных сторонами условий трудового договора при продолжении работником работы без изменения трудовой функции (статья 74 Трудового кодекса Российской Федерации), необходимо учитывать, что исходя из статьи 56 ГПК РФ работодатель обязан, в частности, представить доказательства, подтверждающие, что изменение определенных сторонами условий трудового договора явилось следствием изменений организационных или технологических условий труда, например, изменений в технике и технологии производства, совершенствования рабочих мест на основе их аттестации, структурной реорганизации производства, и не ухудшало положения работника по сравнению с условиями коллективного договора, соглашения. При отсутствии таких доказательств прекращение трудового договора по пункту 7 части 1 статьи 77 Кодекса или изменение определенных сторонами условий трудового договора не может быть признано законным.

Из приведенных нормативных положений ТК РФ и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что работодатель имеет право по своей инициативе изменять определенные сторонами условия трудового договора (за исключением изменения трудовой функции работника) в случае изменения организационных и технологических условий труда и невозможности в связи с этим сохранения прежних условий трудового договора. Вводимые работодателем изменения не должны ухудшать положение работника по сравнению с установленным коллективным договором, соглашениями, а при их отсутствии - по сравнению с трудовым законодательством, иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Как установлено из дела, с 01.11.2016 истец работала в школе на различных должностях, с 01.09.2017 работает в должности заместителя директора по административно-хозяйственной части, принята на основании приказа директора школы №41 от 01.09.2017, в эту же дату с ней заключен договор о полной материальной ответственности. 

Сведений о заключении сторонами трудового договора при принятии на работу не имеется, согласно приказу №41 от 01.09.2017 работнику установлен оклад 11550 рублей, 30% за выслугу лет, 40% районный коэффициент, приказом №204 от 01.09.2017 установлена стимулирующая выплата за стаж в образовательном учреждении 5 %. 

Фактически трудовой договор заключен между сторонами 22.06.2018 на неопределенный срок с 01.09.2017, истцу установлена 6-дневная рабочая неделя продолжительностью 40 часов с одним выходным днем (воскресенье), рабочее время с 08.00 до 16.00, перерыв на обед с 13.00 до 14.00, в структуру заработной платы включены должностной оклад 11550 рублей, районный коэффициент 40%, надбавка за работу в местностях с особыми климатическими условиями 30%. 

Согласно штатному расписанию, утвержденному директором школы с 01.01.2018 и согласованному с председателем Комитета образования, в школе предусмотрена одна штатная единица заместителя директора по АХЧ с базовым окладом 11550 рублей и таким же окладом на ставку, надбавкой за выслугу лет 2887,50 рублей, индексацией в размере 577,50 рублей, районным коэффициентом и надбавкой за работу в местностях с особыми климатическими условиями, итого 25525,50 рублей, также предусмотрено по одной единице заместителя директора по учебно-воспитательной работе, заместителя директора по воспитательной работе. 

В аналогичной редакции применительно к ставкам заместителя директора школы действовали штатные расписания от 01.02.2018, 01.05.2018, 01.09.2018. 

06.07.2018 директор школы ФИО6 обратилась в Комитет образования со служебной запиской о согласовании введения в штатное расписание единицы заместителя директора по безопасности с учетом специфики работы школы, нуждаемости в данной единице, особенностей распределения обязанностей между действующими заместителя директора и директором, фактического невыполнения обязанностей в части обеспечения ряда требований безопасности заместителем директора по АХЧ. 

В дальнейшем на основании приказа директора школы ФИО6 №146 от 24.07.2018 в штатное расписание внесены изменения, одна штатная единица заместителя директора по АХЧ перепрофилирована с 1 на 0,5 штатной единицы данного заместителя и 0,5 штатной единицы заместителя директора по безопасности с 14.10.2018. 

В различные периоды времени заместителями директора по безопасности работали 

<

данные изъяты>. (с ДД.ММ.ГГГГ), 

<

данные изъяты> (с ДД.ММ.ГГГГ по наст. время). 

Суд отмечает, что по своему функционалу должности заместителя директора по АХЧ и по безопасности значительно отличаются. Так, исходя из должностной инструкции, заместитель по АХЧ обеспечивает материально-техническую и бытовую сторону функционирования школы, тогда как деятельность заместителя директора по безопасности направлена на создание безопасных условий образовательной деятельности с учетом требований антитеррористического законодательства, пожарной безопасности, задач гражданской обороны, соблюдения внутреннего режима, профилактических мероприятий. 

15.08.2018 истец в письменной форме уведомлена о предстоящем изменении с 14.10.2018 штатного расписания в учреждении и уменьшении ставки по занимаемой ею должности заместителя директора по АХЧ с 1 ставки до 0,5 ставки с сохранением обязанностей в прежнем объеме за исключением ведения табеля. 

15.10.2018 между работодателем и истцом подписано дополнительное соглашение к трудовому договору, в соответствии с которым стороны пришли к соглашению о сокращении вдвое размера ставки, определению базового оклада 12012 рублей за полную ставку и оклада в размере 6006 рублей (исходя из размера изменившейся ставки) с 15.10.2018 с выплатой районного коэффициента в размере 2402,40 рублей (40%), надбавки за работу в местностях с особыми климатическими условиями 1801,80 рублей (30%), 5 % за выслугу лет. 

Также внесены изменения в штатное расписание, предусматривающие по 0,5 штатной единице заместителя директора по АХЧ и заместителя директора по безопасности, базовые оклады обоих 12012 рублей и фактические оклады (исходя из 0,5 ставки) - 6006 рублей, надбавка за выслугу лет 600,60 рублей, районный коэффициент и надбавка за работу в местностях с особыми климатическими условиями 4624,62 рублей, итого 11231,22 рублей. 

В первоначальном дополнительном соглашении от 15.10.2018 стороны не оговорили новый режим рабочего времени, что является нарушением требований части 2 ст.57 ТК РФ, в этой связи директор школы 

<

данные изъяты> и учреждение постановлениями должностного лица Государственной инспекции труда в Забайкальском крае № 75/7-2254-19-ОБ/12-11669-И/73-272 и № 75/8-356-19-И/12-12931-И/73-272 от 21.11.2019 подвергнуты наказанию по ч.1 ст.5.27 КоАП РФ. 

Фактически график рабочего времени с учетом измененной ставки подписан сторонами после проведенной государственной инспекций труда проверки - 07.10.2019, истцу с понедельника по четверг установлено рабочее время с 9.30 до 13.30, в пятницу - с 14.00 до 18.00, суббота - выходной (т.3 л.д. ), 26.11.2019 заключено дополнительное соглашение к трудовому договору о режиме рабочего времени (исходя из 0,5 ставки - 20 часов в неделю, понедельник - четверг - с 9.20 по 13.30, пятница - 14.00 - 18.00, суббота, воскресенье - выходные дни). 

Вместе с тем, исходя из фактических обстоятельств дела, табелей учета рабочего времени, начиная с 15.01.2018 и в течение всего юридически значимого периода время работы истца составляет 3,5 часа в день, за такое же количество отработанных часов произведена оплата труда в соответствии с дополнительным соглашением от 15.10.2018, что видно из расчетных листков, которые истец получала ежемесячно, что она подтвердила в суде. 

Таким образом, тот факт, что истец с 15.10.2018 и до настоящего времени продолжает трудиться в новых условиях (при новом количестве рабочих часов, в изменившемся режиме работы, с новой оплатой труда) подтверждается табелями учета рабочего времени, расчетными листками по заработной плате.

Часть 1 ст. 61 ТК РФ предусматривает вступление трудового договора в силу не только со дня его подписания работником и работодателем, но и со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя.

Абзацем 3 ст. 16 ТК РФ также одним из оснований возникновения трудовых отношений между работником и работодателем установлено фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя.

В силу ст. 67 ТК РФ трудовой договор, не оформленный в письменном виде, считается заключенным, если работник, приступил к работе с ведома, или по поручению работодателя или его представителя.

Таким образом, исходя из указанных правовых норм, несмотря на то, что дополнительное соглашение, касающееся режима рабочего времени, подписано сторонами лишь в период рассмотрения настоящего дела, фактически по истечении двухмесячного срока после уведомления истец продолжила исполнять трудовые обязанности в новых условиях, в т. ч. в части оплаты труда и режима рабочего времени, при том, что уменьшение ставки на 0,5 делали очевидными пропорциональное уменьшение рабочего времени и оплаты труда, о чем истец располагала сведениями и, как пояснила в суде, осознавала, что с данными изменениями ее рабочее время сокращено вдвое. 

Доводы истца о том, что фактически в рассматриваемый период она осуществляла работу в режиме полного рабочего дня, существовавшем до заключения дополнительного соглашения от 15.10.2018, т.е. 40 часов в неделю при 6-дневной рабочей неделе, а иногда и сверх данной нормы, работая до 19.00 или 20.00 часов, опровергаются письменными доказательствами - табелями учета рабочего времени и расчетными листками за данный период. 

Утверждение ФИО5 и показания свидетелей 

<

данные изъяты> об её нахождении в школе в течение всего рабочего дня не служат подтверждением сверхурочной работы истца, поскольку доказательств того, что ФИО5 оставалась на работе за пределами 3,5 часов в день именно по заданию работодателя и для исполнения возложенных трудовых функций, не представлено. При отсутствии таковых приводимые истцом факты нахождения на работе полный рабочий день указывают на соответствующую личную инициативу истца, не связанную с требованиями работодателя. 

В соответствии со ст. 22 ТК РФ работодателю предоставлено право заключать, изменять и расторгать трудовые договоры с работниками в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами, принимать локальные нормативные акты.

Применительно к рассматриваемым правоотношениям, п. п. 4, 5 ч. 3 ст. 28 Федерального закона от 29 декабря 2012 г. № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» к компетенции образовательной организации относят установление штатного расписания, если иное не предусмотрено нормативными правовыми актами Российской Федерации, прием на работу работников, заключение с ними и расторжение трудовых договоров, если иное не установлено настоящим Федеральным законом, распределение должностных обязанностей.

В силу изложенного, принятие решения об изменении структуры, штатного расписания, численного состава работников организации относится к исключительной компетенции работодателя. 

Такой вывод нашел отражение и в правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 26 мая 2016 года N 951-О. 

В соответствии с п. 2.1.8, 2.1.10 Положения об оплате труда работников учреждения от 29.06.2018 штатное расписание учреждения формируется в пределах фонда оплаты труда и включает в себя все должности руководителей, специалистов, служащих, рабочих. Фонд оплаты труда формируется в пределах ассигнований бюджета Забайкальского края (субвенция) и бюджета городского округа "Город Чита". а также средств, поступающих от приносящей доход деятельности. 

Таким образом, формирование штатного расписания поставлено в зависимость от фонда оплаты труда (его базовой части), определяемого в пределах ассигнований, выделяемых учреждению из местного бюджета на финансовый год.

Конституционный Суд РФ неоднократно отмечал, что, реализуя закрепленные Конституцией РФ (статья 34 часть 1, статья 35 часть 2) права, работодатель в целях осуществления эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом вправе самостоятельно, под свою ответственность принимать необходимые кадровые решения, обеспечивая при этом в соответствии с требованиями ст. 37 Конституции РФ закрепленные трудовым законодательством гарантии трудовых прав работников, что в данном случае и было сделано образовательным учреждением с учетом выявленной нуждаемости в введении единицы заместителя директора по безопасности. 

Суд полагает, что указанные действия директора учреждения совершены в пределах своей компетенции, предусмотренной, в том числе п.2.12 должностной инструкции директора, а также в рамках предоставленных ему, как работодателю, трудовым законодательством полномочий, соответствуют ранее упомянутому положению в части формирования и утверждения штатного расписания в пределах фонда оплаты труда, а потому оснований считать права истца нарушенными вследствие издания работодателем оспариваемого приказа не имеется, как и не имеется оснований для признания состоятельными доводов о том, что сокращение ставки не было необходимым. 

Как установлено в суде, следует из объяснений ФИО6 и отмечено выше, введение должности заместителя директора по безопасности для школы было необходимым, в связи с чем работодатель, оценив кадровую обстановку, воспользовавшись своим правом, счел возможным введение этой должности на 0,5 ставки именно за счет сокращения на данную единицу ставки заместителя директора по АХЧ, не имя иного варианта поведения с учетом лимитированного фонда оплаты труда и большой служебной нагрузки у остальных заместителей (по учебной и воспитательной части). При этом, исходя из объяснений как предыдущих директоров школы – ФИО6, 

<

данные изъяты>., так и действующего – ФИО4, такое кадровое решение является эффективным, не повлекло ущерба для производственного процесса, т.к. оба заместителя (по безопасности и по АХЧ) с учетом режима рабочего времени обеспечивают выполнение возложенных на них функций. Последующие директоры школы: и 

<

данные изъяты>., и ФИО4 подтвердили в суде нуждаемость в должности заместителя директора по безопасности и отсутствие необходимости в сокращении данной ставки, в связи с чем доводы истца о введении этой должности за счет сокращения ставки истца исключительно из-за предвзятого отношения к ней со стороны директора ФИО6, являются надуманными. 

При изложенных обстоятельствах, разрешая требование о признании незаконными и отмене приказа директора от 24.07.2018 о внесении изменения в штатное расписание и дополнительного соглашения от 15.10.2018, суд учитывает, что истец в порядке ст.74 ТК РФ выразила согласие на продолжение работы с новыми условиями работы и оплаты труда, а в силу статьи 72 ТК РФ изменение определенных сторонами условий трудового договора допускается по соглашению сторон трудового договора. В данном случае такое соглашение фактически достигнуто, принято истцом добровольно, оно не нарушает права истца, истец продолжает выполнять прежнюю работу, но за исключением ведения табеля учета рабочего времени, в пределах сокращенного рабочего времени при пропорциональной оплате труда. По данным основаниям в указанных требованиях следует отказать. 

Кроме того, заслуживает внимание заявление стороны ответчика о пропуске срока для обращения в суд с требованиями об оспаривании указанного приказа и дополнительного соглашения. 

Сроки обращения работника в суд за разрешением индивидуального трудового спора установлены ст. 392 ТК РФ.

В части 1 ст. 392 ТК РФ предусмотрено, что работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении (ч. 2 ст. 392 ТК РФ).

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных чч. 1, 2 и 3 ст. 392 ТК РФ, они могут быть восстановлены судом (ч. 4 ст. 392 ТК РФ).

В абзаце пятом п. 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" (далее также - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2) разъяснено, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 29 мая 2018 г. N 15 также разъяснил следующее. Судам необходимо учитывать, что при пропуске работником срока, установленного статьей 392 ТК РФ, о применении которого заявлено ответчиком, такой срок может быть восстановлен судом при наличии уважительных причин (часть четвертая статьи 392 ТК РФ). В качестве уважительных причин пропуска срока для обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, объективно препятствовавшие работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, как то: болезнь работника, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимости осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и т.п.

К уважительным причинам пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть также отнесено и обращение работника с нарушением правил подсудности в другой суд, если первоначальное заявление по названному спору было подано этим работником в установленный статьей 392 ТК РФ срок.

Обратить внимание судов на необходимость тщательного исследования всех обстоятельств, послуживших причиной пропуска работником установленного срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Например, об уважительности причин пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может свидетельствовать своевременное обращение работника с письменным заявлением о нарушении его трудовых прав в органы прокуратуры и (или) в государственную инспекцию труда, которыми в отношении работодателя было принято соответствующее решение об устранении нарушений трудовых прав работника, вследствие чего у работника возникли правомерные ожидания, что его права будут восстановлены во внесудебном порядке.

Из норм трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что работникам, не реализовавшим свое право на обращение в суд в установленный законом срок по уважительным причинам, этот срок может быть восстановлен в судебном порядке. Перечень уважительных причин, при наличии которых пропущенный срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть восстановлен судом, законом не установлен. Приведенный в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации перечень уважительных причин пропуска срока обращения в суд исчерпывающим не является.

В данном случае истцу 15.08.2018 вручено уведомление о сокращении 0,5 ставки заместителя директора по АХЧ. По истечении двух месяцев волеизъявления истца о расторжении трудового договора либо о несогласии с новыми условиями не последовало. Дополнительное соглашение к договору подписано 15.10.2018. 

По правилам ч.1 ст.392 ТК РФ истец могла обратиться за разрешением возникшего спора в части оспаривания приказа и дополнительного соглашения не позднее 15.01.2019. Вместе с тем, настоящий иск подан в суд 10.04.2019, т.е. за пределами данного срока. При этом стороной истца каких-либо ходатайств с приведением уважительных причин пропуска срока не заявлено.

Доводы истца о том, что срок не пропущен, т.к. впервые о допущенных нарушениях она заявила в государственную инспекцию труда, прокуратуру, а лишь затем в суд, являются безосновательными.

Установлено, что впервые истец обратилась в Государственную инспекцию труда Забайкальского края (далее – инспекция) 29.08.2018 и 11.09.2018, дважды - в прокуратуру Ингодинского района г.Читы (16.10.2018 и 26.09.2018) (т.1 л.д. ). В обращении от 29.08.2018 описана с точки зрения истца сложившаяся рабочая обстановка в школе и особенности взаимоотношений с директором ФИО6, в хронологическом порядке приведены действия работодателя в отношении истца с 07.02.2018 по август 2018 года, содержится просьба проверить правомерность действий директора, обеспечить внесение изменений в трудовой договор и должностную инструкцию, как имеющие несоответствия. Обращение от 11.09.2018 посвящено недовольству решением директора о смене рабочего кабинета истца, непредоставлением помощи разнорабочего при переезде в новый кабинет, новым требованиям директора к истцу об изготовлении документов при помощи компьютера, а не вручную, принуждением приобретать предметы необходимости для нужд школы за свой счет без последующей оплаты. Жалоба от 16.10.2018 содержит доводы о несогласии с действиями директора по проведению 15.08.2018 и 23.08.2018 собрания коллектива, где обсуждалась истец и ее рабочие качества, а после собрания от 23.08.2018 ФИО7 предупредила о том, что ей известны некоторые факты личной жизни истца, о которых могут узнать в школе; действиями ФИО6 и ФИО7 по приезду в июле 2018 к истцу домой за подписью в документах; о привлечении истца к дисциплинарным взысканиям, которые после инспекторской проверки отменены. В жалобе от 26.09.2018 отражены сведения о кадровых особенностях в школе с 25.09.2017 и мнение истца о создании директором сложной психологической обстановки в коллективе. 

Из содержания данных обращений (жалоб) видно, что истцом не ставились перед контролирующими органами вопросы о проверке законности изменения штатного расписания и сокращения ставки заместителя директора по АХЧ на 0,5, а также законности оспариваемого дополнительного соглашения от 15.10.2018, не сообщались сведения о конкретных нарушениях трудовых прав истца, требующих восстановления, по своей сути эти обращения носят эмоциональный характер. 

Государственной инспекцией труда на поданные обращения 28.09.2018 истцу предоставлен ответ, согласно которому при проверке выявлены следующие нарушения: неознакомление истца с правилами внутреннего трудового распорядка, положением об оплате труда, применение к истцу дисциплинарных взысканий, не предусмотренных законом, также сообщено, что в адрес работодателя выдано предписание об устранении данных нарушений, и истцу разъяснено, что проверка качества и результативности работы не входит в компетенцию инспекции и что истец вправе обратиться в суд за разрешением трудового спора в течение 3 месяцев. 

Согласно предписанию от 28.09.2018 на школу возложена обязанность в срок до 28.10.2019 ознакомить истца с указанными правилами и положением, графиком отпусков оформить надлежащим образом личную карточку работника, отменить дисциплинарные взыскания в виде выговора, примененные с января 2018 года. 

Вместе с тем, решения об устранении нарушений трудовых прав истца, являющихся предметом разбирательства в данном деле, инспекцией или прокуратурой не принимались, вследствие чего отсутствуют основания полагать, что у истца имелись правомерные ожидания восстановления прав во внесудебном порядке. 

При изложенном ответе инспекции от 28.09.2018, из которого видно, что рассматриваемые в данном деле вопросы не ставились и не оценивались, в случае, если истец полагала незаконным и нарушающим права дополнительное соглашение от 15.10.2018, она, прибегнув уже на том этапе к юридической помощи представителя (подтверждено истцом в суде), и, зная о возможных вариантах защиты своих прав путем обращения в инспекцию, прокуратуру или суд, не была лишена возможности своевременного обращения в срок до 15.01.2019 за судебной защитой, однако данных мер не предприняла, не имея и к тому объективных препятствий.

В этой связи суд считает возможным согласиться с заявлением стороны ответчика о пропуске истцом предусмотренного ст.392 ТК РФ срока применительно к требованиям об оспаривании приказа от 24.07.2018 и дополнительного соглашения от 15.10.2018. Пропуск данного срока является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении данных требований. 

Поскольку требование о взыскании задолженности по заработной плате за период с 15.10.2018 по 07.10.2019 (дата подписания графика рабочего времени исходя из 0,5 ставки) в сумме 127 368,78 рублей (из расчета 10720,71 рублей (0,5 от заработка по полной ставке) умноженное на период просрочки) является производным от требования об оспаривании дополнительного соглашения от 15.10.2018, в котором отказано, и поскольку из дела не установлены и истцом надлежащими доказательствами не подтверждены факты работы в режиме полного рабочего дня, в удовлетворении названного требования также следует отказать. 

Также следует отказать в требованиях о взыскании заработной платы в размере 30630 рублей за дополнительную работу слесаря, оператора тепловых узлов, обязании производить доплату за данную дополнительную работу с учетом «Единого тарифно-квалификационного справочника работ и профессий рабочих (ЕТКС). Выпуск №9. Работы профессии рабочих электроэнергетики». 

Так, из дела следует, что в соответствии с приказом директора школы №267 от 02.11.2018 ФИО5 назначена ответственной за исправное состояние и безопасную эксплуатацию тепловых установок школы. 

Как следует из объяснений истца и представителя ответчика в судебном заседании, с июля 2018 года сокращена должность рабочего, который осуществлял соответствующие работы по тепловому узлу. 

После этого штатным расписанием школы должность соответствующего рабочего либо указанного истцом оператора тепловых сетей (теплоузла) 3 разряда не предусмотрена. 

В то же время, из возражений и объяснений стороны ответчика установлено, что фактически выполнение обязанностей рабочего по обслуживанию тепловых узлов осуществляется силами МКУ "Служба технического и материального обеспечения учреждений образования городского округа "Город Чита", дежурные бригады которого осуществляют выезды в школу, необходимый ремонт и обслуживание оборудования, включая тепловые узлы. Это же следует из показаний свидетеля 

<

данные изъяты> (работник названной службы). 

Истец указала, что в отношении теплоузла выполняет следующие работы: проверку на предмет течи, вызов аварийной службы при необходимости, снятие показаний приборов учета, организацию ремонтных работ помещения теплоузла один раз в год, замену масла один раз в полгода, "регулировку заглушек" с целью регулирования температурного режима. 

Свидетель 

<

данные изъяты>. показал, что замена масла - нетрудоемкий процесс, предполагает залив масла в соответствующую деталь, при этом регулирование температурного режима путем "регулирования заглушек" силами школы невозможно, т.к. вмешательство в работу повлечет порыв и аварийную ситуацию.

Проанализировав объяснения сторон, показания свидетеля стороны ответчика - 

<

данные изъяты> и свидетеля стороны истца - 

<

данные изъяты> (работник ПАО "ТГК-14"), которая по функциям истца в отношении теплоузла показала аналогичное показаниям сторон и уточнила, что сама очевидцем перекрытия истцом заглушек не являлась, суд с учетом содержания приказа от 02.11.2018 приходит к выводу, что фактически истцу какие-либо дополнительные обязанности в части обслуживания теплоузла не установлены, а существовавшие и существующие обязанности предполагают контроль за его исправным состоянием. 

Это согласуется с самим существом работы заместителя директора по АХЧ, ответственного за всю хозяйственную и административную часть деятельности школы, с п. 3.11, 3.15 должностной инструкции заместителя директора по АХЧ, в соответствии с которыми в должностные обязанности последнего включено соблюдение требований охраны труда при эксплуатации основного здания и других построек школы, технологического, энергетического оборудования, их периодический осмотр и организация текущего ремонта; организация проведения ежегодных измерений сопротивления изоляции электроустановок и электропроводки, заземляющих устройств, периодических испытаний и освидетельствований оборудования теплового узла, анализ воздушной среды на содержание пыли, газов и паров вредных веществ, замеры освещенности, наличие радиации, шума в помещениях школы в соответствии с правилами и нормами по обеспечению безопасности жизнедеятельности. 

Принимая во внимание изложенное, оснований для взыскания оплаты за дополнительную работу и понуждении к оплате на будущее не имеется, таковых стороной истца не доказано. 

Истцом наряду с требованиями о взыскании вышеуказанной задолженности по заработной плате в размере 30 630 рублей и в размере 127 368,78 рублей заявлено требование о присуждении компенсации в порядке ст.236 ТК РФ за задержку данных выплат за период с 15.10.2018 по 07.10.2019 в сумме 22094 рублей. Поскольку в требованиях о взыскании истребуемой задолженности отказано, оснований для присуждения данной компенсации не имеется, в связи с чем в этом требовании также следует отказать. 

В то же время суд находит заслуживающими внимание доводы истца о причинении действиями работодателя морального вреда вследствие нарушения трудовых прав. 

Требование о компенсации морального вреда мотивировано истцом в том числе нарушениями, выявленными Государственной инспекцией труда Забайкальского края в ходе проверок в ноябре 2019 года и феврале 2020 года. 

Установлено, что в ходе проведённой по жалобе истца в период с 07.11.2019 по 12.11.2019 инспекцией проверки выявлены нарушения школой ст.ст.22, 136, 236 ТК РФ в части, касающейся трудовых прав истца: в дополнительном соглашении со ФИО5 от 15.10.2018 не указан установленный режим работы, полагающийся при работе по ставке 0,5, не выплачена в установленный законом срок компенсация в порядке ст. 236 ТК РФ в размере 80,47 рублей за несвоевременную выплату стимулирующей надбавки в размере 5 % оклада за сентябрь, октябрь 2017 года.

За данные нарушения постановлением №75/8-356-И/12-12930-и/73-272 от 21.11.2019 учреждение признано виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 6 статьи 5.27 КоАП РФ, и подвергнуто административному штрафу в размере 30 000 рублей. Решением судьи Ингодинского районного суда г.Читы от 23.12.2019 назначенное наказание изменено на предупреждение, в том числе по мотивам выплаты начисленной компенсации 18.11.2019 до вынесения постановления.

Также в период с 21.01.2020 по 06.02.2020 инспекцией по жалобе истца проведена проверка, в ходе которой установлены нарушения ст.22, ч.6 ст.136, 123 ТК РФ, ст. 15 ФЗ "Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством", а именно: вопреки дополнительному соглашению к коллективному договору от 06.02.2019 заработная плата выплачивалась с нарушением установленных сроков (30 число текущего месяца за первую половину и 15 число - за вторую половину), что видно из платежных поручений от 08.11.2019, 18.11.2019, 21.11.2019, 26.11.2019, 18.11.2019, 22.01.2020, 22.01.2020, 05.12.2019; ФИО5 не ознакомлена своевременно с графиком отпусков и приказом от 11.01.2020 о предоставлении отпуска; личная карточка ФИО5 не подписана кадровым работником, ФИО5 не ознакомлена со всеми записями, вносимыми в трудовую книжку; оплата отпуска ФИО5 произведена 15.01.2020 - после наступления отпуска (начало с 13.01.2020), не выплачена компенсация за задержку отпускных; допущена просрочка оплаты пособия по временной нетрудоспособности (вместо 15.01.2020 - 22.01.2020) и не начислена компенсация за несвоевременную выплату данного пособия. 

За данные нарушения постановлениями от 21.02.2020 №75/7-27-20-ОБ/12-1893-И/409, №75/7-27-20-ОБ/12-1895-И/409, №75/7-27-20-ОБ/12-1882-И/409, №75/7-27-20-ОБ/12-1876-И/409 директор школы 

<

данные изъяты> и школа подвергнуты административным наказаниям по ч.6 ст.5.27 КоАП РФ, ч.1 ст.5.27 КоАП РФ соответственно. 

21.02.2020 в адрес школы выдано предписание от 06.02.2020 об устранении выявленных нарушений в срок до 20.02.2020. 18.02.2020 школой представлены сведения об устранении данных нарушений и платежные поручения от 11.02.2020 о перечислении истцу истребованной компенсации в порядке ст. 236 ТК РФ в сумме 10,70 рублей и 2,91 рубля за задержку выплат отпускных и пособия.

В рамках настоящего дела при заявлении требований о взыскании компенсации в порядке ст.236 ТК РФ истец с учетом редакции данных требований и представленных расчетов вопрос о присуждении денежной компенсации за выявленную при проверке в период 21.01.2020 по 06.02.2020 задержку соответствующих выплат не ставит, в связи с чем с учетом пределов судебного разбирательства (ч.3 ст.196 ГПК РФ) судом данный вопрос исследованию не подлежит. 

Согласно абз. 2 п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" суд в силу ст. ст. 21 (абз. 14 ч. 1) и 237 ТК РФ вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав.

Как было установлено из материалов проверки и не оспорено по делу, ответчиком допущены нарушения трудовых прав истца, выразившиеся в отсутствии в дополнительном соглашении от 15.10.2018 вновь установленного режима работы, полагающегося при работе по ставке 0,5, невыплате в установленный законом срок компенсации в порядке ст. 236 ТК РФ за несвоевременную выплату стимулирующей надбавки в размере 5 % оклада за сентябрь, октябрь 2017 года, отпускных, пособия по временной нетрудоспособности, выплате заработной платы с нарушением установленных сроков в рамках платежных поручений от 08.11.2019, 18.11.2019, 21.11.2019, 26.11.2019, 18.11.2019, 22.01.2020, 22.01.2020, 05.12.2019, задержке выплаты отпускных и пособия по временной нетрудоспособности, в этой связи неправомерными действиями работодателя истцу был причинен моральный вред, который подлежит возмещению в денежной форме на основании ч. 1 ст. 237 ТК РФ. 

Определяя размер компенсации морального вреда, учитывая характер допущенного работодателем нарушения трудовых прав истца и длительность такого нарушения, значимость нарушенного права (недопустимость посягательства на гарантированное конституционное право на своевременную оплату труда, недопустимость невнесения существенных условий в трудовой договор), степень вины ответчика, степень причиненных истцу нравственных страданий, а также учитывая требования разумности и справедливости, суд полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в сумме 15000 рублей. Также по правилам ч.1 ст.98 ГПК РФ с учреждения в местный бюджет подлежит взысканию государственная пошлина 300 рублей. 

Разрешая требования истца к ответчику ФИО6 о взыскании компенсации морального вреда, суд приходит к следующему. 

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Как предусмотрено п. 2 ст. 1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В п. 8 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации разъяснено, что степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что сами по себе нарушения личных неимущественных прав потерпевшего или посягательство на нематериальные блага не являются безусловными основаниями для удовлетворения требований о компенсации морального вреда. Обязательным условием удовлетворения названных требований является факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий.

Кроме того, обязательными условиями для возникновения ответственности для целей компенсации морального вреда являются сам факт страданий как следствие нарушенных личных неимущественных прав, факт неправомерных действий (бездействия причинителя вреда), причинная связь между данными действиями (бездействием) и наступлением морального вреда, вина причинителя вреда. 

Из дела установлено, что ФИО6 в период с 23.04.2018 по 06.11.2018 работала директором школы. 

Причинение морального вреда истец связывает с действиями данного директора, выразившимися в неправомерном, по мнению истца, проведении инвентаризации, собраний коллектива школы, публичных унижениях истца на данных собраниях перед работниками, угрозе распространения несоответствующих действительности сведений об истце и ее близких, дискриминационных действиях по отношению к истцу, составлении актов и вынесении приказов о дисциплинарных взысканиях, сокращении ставки истца, обращении в полицию и прокуратуру, что привело к неврологическому заболеванию истца и нахождению на больничном с 24.08.2018 по 24.09.2018. 

Из дела установлено, что при вступлении в должность директора ФИО6 для проверки фактического положения дел в школе инициировано проведение инвентаризации материально-товарных ценностей. Инвентаризация проведена 28.04.2018, повторная - в июле 2018 года, выявлены недостача и излишки, по поводу недостачи ФИО6 обращалась с соответствующим заявлением в правоохранительные органы, окончательное правовое решение не принято. Поскольку ФИО5, будучи материально ответственным лицом, уклонялась от подписания документов об инвентаризации, затем находилась в отпуске и на телефонные звонки не отвечала, ФИО6 в комиссионном составе, (а в дальнейшем данная комиссия без ФИО6) трижды выезжала по месту жительства последней для подписания этих документов, ФИО5 двери не открывала, лишь на 3 визит документы были подписаны. В связи с наличием претензий со стороны ФИО6 к истцу по поводу качества и полноты выполнения должностных обязанностей проведены проверки с составлением соответствующих актов и отбором у работника объяснений, применены дисциплинарные взыскания на основании приказов директора ФИО6 от 23.05.2018 №81 (об объявлении выговора за нарушение правил внутреннего трудового распорядка и причинения физического насилия работнику школы 

<

данные изъяты> от 28.05.2018 №84 (выговор за нарушение правил ведения учетных документов и самого учета товарно-материальных ценностей), от 16.06.2018 №116 (выговор за допущенное антисанитарное состояние туалетов, отсутствие контроля за работой технического персонала, некорректное поведение по отношению к техническому персоналу). 

В последующем на основании предписания инспекции от 28.09.2018 приказом и.о. директора школы №252 от 27.10.2018 указанные приказы, как и ранее вынесенные с 20.02.2018 приказы о дисциплинарных взысканиях в отношении истца, изданные предыдущими руководителя школы, отменены. 

Основанием для вынесения предписания в данной части и отмены приказов послужило применение дисциплинарных взысканий в виде выговоров, которые применительно к правоотношениям сторон не предусмотрены, при этом инспекция на предмет наличия или отсутствия фактических оснований для привлечения истца к дисциплинарной ответственности не высказывалась, что видно из материалов проверки за 3 полугодие 2018 года. От требований об оспаривании данных приказов истец отказалась, отказ принят судом, производство по делу в соответствующей части прекращено. 

Проанализировав доводы истца, вышеуказанные обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что ФИО6, являясь в указанное время директором школы, действовала в соответствии с предоставленными ей локальными актами и должностной инструкцией полномочиями по проведению инвентаризации, собраний коллектива, решению кадровых вопросов, обращению в правоохранительные органы для защиты нарушенных прав. Истцом не представлены доказательства незаконности оспариваемых действий ФИО6, как и доказательств причинения данными действиями физических и нравственных страданий, не доказано, что ФИО6 в адрес истца допускались оскорбительные высказывания, а также угрозы распространения сведений о личной жизни истца. В нарушение ст. 56 ГПК РФ доказательств того, что поставленные в период временной нетрудоспособности в период с 24.08.2018 по 24.09.2018 диагнозы "остеохондроз, ШОП, дорсопатия" явились следствием действий данного ответчика, стороной истца не предоставлено. Кроме того, отмечается, что в своем обращении в инспекцию от 11.09.2018 истец связывала причины заболевания и нахождения на больничном в данный период ни с указанными действиями ФИО6, а с переносом тяжестей при переезде в другой рабочий кабинет (т.1 л.д. ), что дает основания суду для критической оценки доводов истца о развитии заболевания вследствие оспариваемых действий ответчика.

На основании изложенных выводов суд считает необходимым в требованиях к ФИО6 отказать в полном объеме. 

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л:

исковые требования ФИО5 к МБОУ "Средняя общеобразовательная школа №18", ФИО6 о признании незаконными и отмене приказа о внесении изменений в штатное расписание, дополнительного соглашения к трудовому договору, взыскании заработной платы, компенсации за задержку выплаты заработной платы, компенсации морального вреда удовлетворить частично. 

Взыскать с МБОУ "Средняя общеобразовательная школа №18" в пользу ФИО5 компенсацию морального вреда 15000 рублей. 

В удовлетворении требований в остальной части, в том числе к ответчику ФИО6, отказать в полном объеме. 

Взыскать с МБОУ "Средняя общеобразовательная школа №18" в бюджет городского округа "Город Чита" государственную пошлину в размере 300 рублей. 

Решение также может быть обжаловано в Забайкальский краевой суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Ингодинский районный суд г.Читы.

Судья С.А. Шишкарева

Решение суда в окончательной форме принято 06.08.2020