Дело №

45RS0008-01-2023-000176-74

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

05.05.2023 с. Кетово Курганская область

Кетовский районный суд Курганской области в составе судьи Носко И.Н.,

при секретаре судебного заседания Боблевой Е.В.,

с участием прокурора Иванова И.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» (далее - ОАО «РЖД») о компенсации морального вреда, возмещении расходов на погребение,

установил:

ФИО1 подала в суд иск к ОАО «РЖД», в котором просит, с учетом измененных требований, взыскать в счет компенсации морального вреда 500000 руб., а также возместить расходы, понесенные на погребение, в размере 41889,62 руб., указав в обоснование, что ДД.ММ.ГГГГ на посадочной платформе остановочной площадки 2579 

<

адрес> супруг истца ФИО2 не удержался и упал в колею, а впоследствии смертельно травмирован. Указано, что истец в связи со смертью супруга испытала сильные нравственные страдания, всякий раз, когда слышит или видит поезд вспоминает о своей потере, присутствуя на похоронах испытала сильный стресс видев изуродованное и искорёженное от столкновения с поездом тело родного человека, вспоминает доброту и отзывчивость супруга.

В судебном заседании представитель истца ФИО3, действующая на основании доверенности, на иске настаивала. Указала, что истец на протяжении последних 20 лет проживала с ФИО2 одной семьей. Так же объяснила, что хотя расходы на погребение ФИО2 изначально несла дочь истца ФИО4, в последующем они были ей возмещены истцом.

В предыдущем судебном заседании истец ФИО1 объяснила, что проживала с ФИО2 одной семьей на протяжении последних 20 лет, ее брак от ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с ФИО5 был фиктивным. Так же объяснила, что расходы на погребение в полном объеме были понесены дочерью истца ФИО4, денежные средства затраченные на погребение ФИО2 истец намерена вернуть ФИО4, после взыскания затраченной суммы с ОАО «РЖД".

Представитель ОАО «РЖД» ФИО6, действующая на основании доверенности, объяснила, что истцу в досудебном порядке предлагалось в счет компенсации морального вреда 30000 руб., согласие на получение данной суммы истец не выразила. Полагала, что со стороны погибшего и его родственников имела место грубая неосторожность, опосредованная тем, что зная о наличии периодических приступов у ФИО2 он тем не менее без сопровождающего переходил через железнодорожные пути, оборудованные надлежащим образом. Так же полагала, что надлежащим ответчиком по требованию о компенсации морального вреда следует считать СПАО «ИНГОССТРАХ», с которым у ОАО «РЖД» заключен договор добровольного страхования ответственности. Относительно требований иска о возмещении расходов на погребение полагала, что в данной части иск удовлетворению не подлежит, поскольку согласно объяснений истца и третьего лица ФИО4, непосредственно истец не несла расходы на погребение ФИО2, третьим лицом ФИО4 самостоятельных исковых требований относительно возмещения расходов на погребение не заявлено.

Представитель третьего лица СПАО «ИНГОССТРАХ» ФИО7, действующая на основании доверенности, полагала, что доводы ОАО «РЖД» о надлежащем ответчике по требованию о компенсации морального вреда СПАО «ИНГОССТРАХ» ввиду заключенного договора страхования являются несостоятельными, так же полагала, что требования о компенсации морального вреда являются завышенными, при том, что стороны ФИО2 имела место грубая неосторожность. Относительно требований иска о возмещении расходов на погребение, полагала, что к объяснениям представителя истца следует применить процессуальный эстоппель, поскольку они расходятся с объяснениями самого истца, данными в ходе рассмотрения дела, согласно которых расходы на погребение были понесены третьим лицом ФИО4, данных о возмещении истцом ФИО4 данных расходов материалы дела не содержат.

От третьего лица ФИО4 - явки нет, извещена. В предыдущем судебном заседании объяснила, что в последний 20 лет проживала со своей матерью ФИО1 и ее супругом ФИО2 одной семьей, имели общий бюджет. Расходы на питание несли ФИО1 и ФИО2, а крупные покупки осуществлялись за счет ее средств. Так же объяснила, что поскольку работает в 

<

адрес>, то заботу о ее детях осуществили, в том числе, ФИО1 и ФИО2 Соответственно, когда ФИО2 погиб, свои денежные сбережения ФИО4 потратила на его достойные похороны. Объяснила, что от своей матери в счет возмещения расходов на погребение деньги принимать не намерена. Объяснила так же, что ФИО2 длительное время страдал наличием приступов, в ходе которых несколько минут не понимал где находится и что происходит, такие приступы в последнее время были примерно по 2 раза в месяц. 

Третье лицо ФИО8 объяснил, что управляя электровозом первый гудок подал подъезжая к населенному пункту. Второй гудок подал так же руководствуясь инструкциями, и уже не отпускал кнопку гудка, когда увидел ФИО2, который, находясь на краю платформы, не реагировал на сигнал, перед близко идущим поездом упал в колею «солдатиком», т.е. даже не выставляя руки вперед. Относительно поставленных на разрешение вопросов полагался на усмотрение суда.

Третье лицо ФИО9 объяснил, что является помощником машиниста, подтвердил изложенное ФИО8, при рассмотрении дела полагался на усмотрение суда.

Суд определил рассмотреть дело в порядке статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Заслушав объяснения, изучив материалы дела, суд приходит к следующему. 

Согласно п. 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации право на жизнь и здоровье наряду с другими нематериальными благами и личными неимущественными правами принадлежит гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемо и непередаваемо иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с данным Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения (п. 2 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу п. 1 ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Согласно п. п. 6, 7, 10, 11 Приказа Минтранса России №18 от 08.02.2007 «Об утверждении Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути», проезд и проход граждан через железнодорожные пути допускается только в установленных и оборудованных местах. Не допускается проходить по железнодорожному переезду при запрещающем сигнале светофора переездной сигнализации независимо от положения и наличия шлагбаума; не допускается создавать помех для движения железнодорожного подвижного состава; следует отходить на расстояние, при котором исключается воздействие воздушного потока, возникающего при приближении железнодорожного подвижного состава.

В соответствии с п. 2 ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно абзацу 2 п. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации при грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Установлено, что ДД.ММ.ГГГГ около 19:ДД.ММ.ГГГГ км 8 пк перегона «Курган-Введенское» грузовым поез

<

адрес> под управлением машиниста ФИО8 смертельно травмирован ФИО2 

Из объяснения ФИО10, находящихся в материале проверки №пр-22 по факту смертельного железнодорожного травмирования ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., грузовым поез

<

адрес> под управлением ФИО8 и ФИО9 на 2346 км перегона «Курган-Введенское» следует, что ФИО2 проживал в браке с ее матерью ФИО1 в течение более 20 лет. Во время совместного проживания с ней, матерью и младшей сестрой у ФИО2 были хорошие отношения, в семье никогда конфликтов не было, отношения были доверительными. ФИО2 нигде не работал, находился на пенсии по 1-й группе инвалидности по зрению, поскольку один глаз у ФИО2 не видел совсем (видел только тени), а вторым глазом видел очень плохо, примерно -7, поэтому носил очки, в которых одним глазом видел нормально. Кроме того, у ФИО2 случались приступы, подобные эпилептическим, когда он падал в судорогах и на время «выпадал из пространства», после чего не помнил того, что происходило. Эти приступы у ФИО2 в последнее время участились, случались примерно раз в месяц. ФИО2 в связи с этими приступами состоял на учете у врача-невролога, принимал на постоянной основе таблетки по рецепту. В связи с давней травмой и приступами ему нельзя было употреблять спиртные напитки, однако, ФИО2 любил спиртное, поэтому часто сбегал из дома, чтобы украдкой выпить спиртные напитки. Считает, что ФИО2 шел к магазину купить алкоголь и возможно у ФИО2 случился приступ, поскольку в противном случае тот обязательно переждал бы, пока пройдет поезд. 

Опрошенный в рамках проверки по факту смертельного железнодорожного травмирования ФИО2, машинист ФИО8 пояснил, что в составе локомотивной бригады поезда № вместе с помощником машиниста ФИО9 по перегону «Курган-Введенское» они следовали по нечетному главному пути со скоростью около 74 км/ч при разрешенной скорости 80 км/ч. Пути на участке прямые, видимость при включенном свете прожектора составляла около 700 метров, никаких сообщений об особой бдительности они не получали. Двигаясь по данному перегону, они в установленных местах подавали сигналы громкости. Так, за 500 метров до посадочной платформы «2347 км» установлен знак «С», при приближении к которому он подавал сигнал большой громкости «тифон». На 2347 км 3 пк у посадочной платформы установлен переход, оборудованный светофором. Примерно за 400 метров до посадочной платформы он увидел, как с правой стороны по ходу движения по пандусу, выполненному в виде лабиринта, поднимается к настилу мужчина, который шел один. Увидев мужчину, он (ФИО8) подал сигнал громкости, но мужчина на данный сигнал не отреагировал и, поднявшись, стал подходить к переходному настилу. В этот момент для их поезда горел разрешающий зеленый сигнал светофора, а для пешеходов - запрещающий красный сигнал. Мужчина поднялся и встал за ограждение на расстоянии примерно 2,5 метра от пути, простоял около 10 секунд. Когда они приблизились к переходному настилу на расстоянии около 50 метров, то мужчина стал двигаться вперед. В этот момент он (ФИО8) зажал педаль сигнала громкости «тифон», непрерывно подавая сигнал, и одновременно применил экстренное торможение. Ему показалось, что мужчина сделал всего один шаг и, как бы пошатнувшись, упал лицом вниз в колею пути, при этом в сторону приближающегося поезда даже не смотрел, руки вперед также не выдвигал для страховки. Возможно, мужчине стало плохо, поскольку мужчина упал «солдатиком». Наезд ввиду малого расстояния предотвратить не удалось. 

Помощник машиниста ФИО9 в рамках проверки по факту смертельного железнодорожного травмирования ФИО2 дал аналогичные объяснения.

Постановлением следователя по ОВД Тюменского следственного отдела на транспорте Центрального межрегионального следственного управления на транспорте Следственного комитета Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ отказано в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 263 Уголовного кодекса Российской Федерации по факту смертельного железнодорожного травмирования ФИО2 в связи с отсутствием в действиях машиниста ФИО8, помощника машиниста ФИО9 грузового поезда № признаков указанного преступления, по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Также отказано в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступлений, предусмотренных ст. ст. 105, 110, 111, 263.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, то есть за отсутствием событий преступлений.

В ходе проведенной проверки установлено, что причиной смертельного железнодорожного травмирования ФИО2 явилось нарушение пострадавшим Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути, утвержденных Приказом Министерства транспорта Российской Федерации № от ДД.ММ.ГГГГ.

Пунктом 10 Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути, утвержденных Приказом Минтранса России от ДД.ММ.ГГГГ № регламентирован запрет на прохождение гражданами по железнодорожному переезду при запрещающем сигнале светофора переездной сигнализации независимо от положения и наличия шлагбаума.

Как видно из расшифровки съемного носителя локомотива серии 2ЭС6 № поезда № - в 17:04:5ДД.ММ.ГГГГ км 3 пк 83 метра (перегон Курган - Введенское) при зеленом огне на БИЛ, при скорости 63 км/ч регистрация подачи звукового сигнала большой громкости «Тифон»; в 17:07:40 на 2347 км 4 пк 67 метра (перегон Курган - Введенское) при зеленом огне на БИЛ, при скорости 70 км/ч повторная регистрация подачи звукового большой громкости «Тифон»; в 17:07:4ДД.ММ.ГГГГ км 3 пк 5 метров (перегон Курган - Введенское) при зеленом огне на БИЛ, при скорости 71 км/ч в применено экстренное торможение, тормозной путь составил 534 метра (расчетный 745 метров); 17:08 остановка на 2346 км 8 пк 35 метров. 

Материалами проверки №пр-22 от ДД.ММ.ГГГГ, постановлением от ДД.ММ.ГГГГ об отказе в возбуждении уголовного дела установлено причинение смерти ФИО2 в результате травмирования железнодорожным составом.

Данными Единого государственного реестра записи актов гражданского состояния подтверждается, что ФИО1 состояла в браке с ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ.

Проживание ФИО1 с ФИО2 совместно в последние 20 лет подтверждается объяснениями ФИО1 и третьего лица ФИО4, а так же объяснениями опрошенной в рамках материала проверки №пр-22 ФИО10 и представленным в дело фотоматериалом. 

ОАО «РЖД» не оспаривает принадлежность электропоезда.

Таким образом, так как владельцем источника повышенной опасности является ОАО «РЖД», на него должна быть возложена обязанность по возмещению вреда.

Факт нравственных страданий в связи с внезапной смертью близкого человека, которая является невосполнимой потерей, необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие супруга, несение тяжелых эмоциональных переживаний, лишение навсегда возможности общения с погибшим, очевидны, являются общеизвестным и доказыванию не подлежат в силу ч. 1 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Поскольку действиями ответчика нарушено принадлежащее истцу неимущественное благо (семейные связи), в связи со смертью супруга, ей причинены нравственные страдания, требование о взыскании с ответчика денежной компенсации морального вреда является обоснованным и подлежит удовлетворению.

Суд соглашается с доводами ответчика о наличии в действиях ФИО2 грубой неосторожности, поскольку, как было указано выше, п. п. 6, 7, 10, 11 Приказа Минтранса России № от ДД.ММ.ГГГГ «Об утверждении Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути», не допускается проходить по железнодорожному переезду при запрещающем сигнале светофора переездной сигнализации независимо от положения и наличия шлагбаума; не допускается создавать помех для движения железнодорожного подвижного состава; следует отходить на расстояние, при котором исключается воздействие воздушного потока, возникающего при приближении железнодорожного подвижного состава.

То обстоятельство, что возможно ФИО2 вышел (упал) на железнодорожные пути находясь в состоянии эпилептического приступа (эписиндром по выписке из истории болезни прослеживается с 2008 года, по состоянию на 2019 год частота приступов 2 раза в месяц) - не исключает наличие в его действиях грубой неосторожности, поскольку зная о частых (примерно два раза в месяц) приступах опосредованных не ориентацией в пространстве, очевидно, что ФИО2 вообще не должен был переходить через железнодорожные пути без сопровождающего. 

Вместе с тем, как грубая неосторожность потерпевшего не исключает обязанности ОАО «РЖД» возместить моральный вред близкому родственнику погибшего по основаниям, предусмотренным ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает уровень родственной связи, доводы изложенные в иске, а так же обстоятельства гибели потерпевшего. В связи с гибелью супруга истцу безусловно причинен моральный вред, размер компенсации морального вреда суд с учетом конкретных обстоятельств дела определяет в размере 200000 руб. 

Ссылки ответчика на судебную практику по делам о взыскании с ОАО «РЖД» компенсации морального вреда отклоняются, поскольку размер такой компенсации в каждом конкретном случае определяется индивидуально, исходя из особенностей конкретного дела, и не может быть поставлен в зависимость от размера компенсации, определенной иными судами при разрешении других дел.

Доводы ответчика о необходимости взыскания компенсации морального вреда с СПАО «Ингосстрах» суд находит не обоснованными исходя из следующего.

Как следует из материалов дела, между СПАО «Ингосстрах» и ОАО «РЖД» заключен договор на оказание услуг по добровольному страхованию гражданской ответственности ОАО «РЖД» № от ДД.ММ.ГГГГ.

Пунктом 8.1.1.3 вышеуказанного договора предусмотрено, что в случае если суд возложил на страхователя обязанность денежной компенсации морального вреда выгодоприобретателям, страховая выплата осуществляется страховщиком в размере не более 100000 руб. - лицам, которым, в случае смерти потерпевшего, страхователь по решению суда обязан компенсировать моральный вред. Выплата компенсации морального вреда этим лицам производится из общей суммы 100000 руб. в равных долях.

Таким образом, поскольку обязанность по выплате страхового возмещения возникает у СПАО «Ингосстрах» на основании решения суда, которым с ОАО «РЖД» взыскана компенсация морального вреда, суд приходит к выводу, что в силу п. 2.4 договора страхования решение суда является основанием для страховщика возместить причиненный вред в пределах страховой суммы, предусмотренной п. 3.3 договора страхования.

ОАО «РЖД» не лишено права обращения к страховщику с требованием о возмещении выплаченного вреда в пределах страховых сумм в соответствии с договором.

В силу закрепленного в ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации принципа полного возмещения причиненных убытков лицо, право которого нарушено, может требовать возмещения расходов, которые оно произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, компенсации утраты или повреждения его имущества (реальный ущерб), а также возмещения неполученных доходов, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу ст. 3 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» погребение понимается как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Погребение может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).

В соответствии со ст. 10 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №8-ФЗ, в случае, если погребение осуществлялось за счет средств супруга, близких родственников, иных родственников, законного представителя умершего или иного лица, взявшего на себя обязанность осуществить погребение умершего, им выплачивается социальное пособие на погребение в размере, равном стоимости услуг, предоставляемых согласно гарантированному перечню услуг по погребению, указанному в п. 1 ст. 9 настоящего Федерального закона.

В силу ст. 1094 Гражданского кодекса Российской Федерации лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы. Пособие на погребение, полученное гражданами, понесшими эти расходы, в счет возмещения вреда не засчитываются.

В судебном заседании истец ФИО1 и третье лицо ФИО4 объяснили, что расходы на погребение ФИО2 были понесены третьим лицом ФИО4

Доказательств возмещения истцом ФИО4 расходов на погребение не имеется.

При таких обстоятельствах, оснований для возмещения расходов на погребение истцу суд не находит.

В силу ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований (пункт 1). 

С учетом указанного выше, с ОАО «РЖД» в счет государственной пошлины подлежит взысканию 300 руб. в доход бюджета муниципального образования Кетовский муниципальный округ 

<

адрес>.

Руководствуясь ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

решил:

иск удовлетворить в части.

Взыскать с Открытого акционерного общества «Российские железные дороги» (ИНН

<

***>) в пользу ФИО1 (паспорт №) в счет компенсации морального вреда в связи с гибелью супруга 200000 руб.

В удовлетворении иска в остальной части отказать.

Взыскать с Открытого акционерного общества «Российские железные дороги» в доход бюджета муниципального образования Кетовский муниципальный округ Курганской области в счет государственной пошлины 300 руб. 

Решение может быть обжаловано в Курганский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Кетовский районный суд Курганской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Носко И.Н.