Судья Абдуллаева Н.Д.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

уголовное 

дело № 22-707/2021

г. Астрахань

8 апреля 2021 г.

Суд апелляционной инстанции Астраханского областного суда в составе: 

председательствующего Лисовской В.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Барковой Ю.С.,

с участием прокурора Раковской М.С.,

осужденного Садирова И. С.,

защитника в лице адвоката Анохина А.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного Садирова И.С. и его защитника - адвоката Анохина А.А. на приговор Советского районного суда г. Астрахани от 25 декабря 2020 г., которым

Садиров И.С., 

<

данные изъяты>, несудимый,

осужден по трем преступлениям, предусмотренным ч. 1 ст. 286 УК Российской Федерации, к 1 году лишения свободы за каждое.

На основании ч. 2 ст. 69 УК Российской Федерации по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначено 1 год 6 месяцев лишения свободы, с отбыванием наказания в колонии-поселении.

Срок отбывания наказания постановлено исчислять со дня прибытия осужденного в колонию-поселение.

Заслушав доклад судьи областного суда Лисовской В.А., изложившей обстоятельства дела, содержание приговора, доводы апелляционных жалоб и возражений на жалобы, выслушав осужденного Садирова И.С. и его защитника- адвоката Анохина А.А., поддержавших доводы апелляционных жалоб и дополнений к ним об отмене приговора по изложенным в них доводам, мнение прокурора Раковской М.С., полагавшей оставить приговор без изменения, суд

УСТАНОВИЛ:

Приговором суда Садиров И.С. признан виновным в том, что являясь должностным лицом - 

<

данные изъяты>, трижды совершил действия, явно выходящие за пределы его полномочий, повлекшие существенное нарушение прав и законных интересов организаций, охраняемых законом интересов общества и государства при оформлении и направлении в суд администрацией поднадзорных Садирову И.С. исправительных учреждений материалов о замене неотбытой части наказания более мягким видом наказания в отношении осужденных Р.А.В., П.А.С., А.А.Г..

Преступления совершены в 2018, 2019 годах в г. Астрахани при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину не признал.

В апелляционной жалобе адвокат Анохин А.А. считает приговор подлежащим отмене ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, существенного нарушения уголовно-процессуального закона, неправильного применения уголовного закона и несправедливости приговора.

Указывает, что, вопреки выводам суда, наличие в действиях ФИО1 умысла на введение суд в заблуждение путем организации необъективных положительных характеристик осужденных для последующей замены неотбытой части наказания более мягким видом наказания, исследованными доказательствами не подтверждено, а напротив противоречит им.

Полагает, что суд нарушил правила оценки доказательств, посчитав их совокупность достаточной для постановления обвинительного приговора, и не учел, что приведенные в приговоре доказательства имеют существенные противоречия и неустранимые сомнения, которые в силу закона должны были быть истолкованы в пользу обвиняемого.

Отмечает, что приведенные в приговоре доказательства виновности ФИО1 в совершении инкриминированных преступлений, в частности показания свидетелей, переписка между К.А.Г. и ФИО1 в системе мгновенного обмена сообщениями 

<

данные изъяты>, таковыми не являются, поскольку по преступлению в отношении Р.А.В. доказательства лишь содержат информацию о действиях самих сотрудников Учреждения, поведении осужденного Р.А.В. и не указывают на преступное поведение ФИО1, а доказательства по преступлению в отношении П.А.С. напротив устанавливают факт обоснованности получения осужденным поощрений. При этом доказательств того, что ФИО1 до 09.08.2018 обладал информацией об отрицательной характеристике Р.А.В., до 07.08.2018 встречался с К.А.Г. и давал указание последнему поощрить и трудоустроить П.А.С., до 04.07.2019 встречался с К.А.Г. относительно А.А.Г. в суд не представлено и не исследовано; судом не дана оценка сведениям о том, что ФИО1 в ИК-№ вносились различные акты 

<

данные изъяты> реагирования в виде представлений, протестов и других, по результатам рассмотрения которых, К.А.Г. к дисциплинарной ответственности не привлекался, свидетельствующим о голословности утверждения К.А.Г. в этой части и доводов обвинения, основанных на показаниях К.А.Г.; не дана оценка показаниям свидетелей, исключительно положительно характеризующих осужденного П.А.С., а также документам, содержащим сведения о том, что в период отбывания наказания Р.А.В. и П.А.С. принимали участие в выполнении общественно-полезных работ, поэтому имели право быть поощренными. Кроме того, в приговоре суд не дал оценки исследованным в судебном заседании личным делам осужденных Р.А.В. и П.А.С. и имеющимся в них психологическим характеристикам на осужденных, свидетельствующим, без вмешательства в данные выводы со стороны К.А.Г. и ФИО1, о том, что эти осужденные твердо встали на путь исправления и негативно относятся к совершенным ими ранее преступлениям, не привел показания свидетелей в полном объеме. Оставлены без оценки показания помощника прокурора Ч.М.О. и сотрудников ИК-№, опровергающие выводы суда о том, что ФИО2 давал указания Ч.М.О. относительно ходатайства осужденного Р.А.В., а К.А.Г. и А.Р.Р. в свою очередь давали указания своим подчиненным, никакого давления на свидетелей - сотрудников ИК-№ не оказывалось, все рапорты о трудоустройстве, поощрении и положительные характеристики рассматривались на заседаниях административной комиссии, а не дисциплинарной, как ошибочно указал суд. Не дана судом должная оценка и показаниям ФИО1, и тому факту, что само по себе требование прокурора к начальнику Учреждения о предоставлении характеризующих документов осужденного не может быть истолковано как незаконное требование.

Считает, что наличие протестов прокуратуры 

<

данные изъяты> двух от 30.03.2020, от 31.03.2020 года об отмене приказов о поощрении Р.А.В. и его трудоустройстве в период его отбывания наказания в Учреждении и факт последующей отмены данных приказов не являются доказательством совершения ФИО1 превышения должностных полномочий, а свидетельствует лишь о вероятной необоснованности указанных выше приказов, при отсутствии у ФИО1 на период 2018 года информации об этом, а отмененный 23.08.2019 приказ о поощрении П.А.С. не опровергает факта обоснованности ранее полученных этим осужденным поощрений.

По мнению автора жалобы, из анализа обвинительного заключения и приговора можно констатировать полное отсутствие в обвинении каких-либо определенных объемов должностной компетенции ФИО1, как 

<

данные изъяты>. При этом судом не учтено, что правовое регулирование деятельности 

<

данные изъяты> и реализация им своих полномочий осуществляется на основании ст. 45 Конституции Российской Федерации, Федерального закона от 17.01.1992 № 2202-1 ФЗ «О прокуратуре Российской Федерации», п.2.2 Приказа Генерального прокурора Российской Федерации от 07.05.2008 г. № 84 (ред. от 21.08.2019) «О разграничении компетенции прокуроров территориальных, военных и других специализированных прокуратур», п.1 Приказа Генпрокуратуры России от 16.01.2014 № 6 (ред. от 21.08.2019) «Об организации надзора за исполнением законов администрациями учреждений и органов, исполняющих уголовные наказания, следственных изоляторов при содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений». Однако, факты нарушений указанных приказов в конкретной части в обвинении не приведены, что исключает возможность вменять ФИО1 превышение должностных полномочий, и свидетельствует о том, что обвинение и обвинительное заключение составлено и предъявлено ФИО1 с нарушением требований национального законодательства и норм международного права. Между тем, в силу положений ст. 252 УПК Российской Федерации суд не вправе выйти за пределы предъявленного ФИО1 обвинения. Считают, что приведенные в приговоре нормативные акты, регламентирующие полномочия ФИО1, оправдывают последнего; суд, формально сославшись на общий перечень нормативно-правовых актов, не конкретизировал в приговоре пункты, части, статьи нормативного акта, наделяющего ФИО1 должностными полномочиями и описание конкретных действий их превышения.

Вопреки требованиям закона, судом в приговоре, не указано, в чем конкретно выразились последствия в виде существенного нарушения прав и законных интересов граждан или организаций, охраняемых законом интересов общества и государства, наступившие в результате преступных действий осужденного. Судом сделан ошибочный вывод, что указания ФИО1 привели к освобождению от дальнейшего отбытия наказания Р.А.В., П.А.С., поскольку последние не были освобождены от наказания в результате действий ФИО1, а по решению суда в отношении них произведена замена наказания в порядке ст. 80 УК Российской Федерации. Таким образом, судом нарушены требования ст. ст. 85-88, 307 УПК Российской Федерации, так как анализ содержания приговора и обвинительного заключения в указанной части свидетельствует о том, что часть приговора (описание преступного деяния и наступление предполагаемых последствий) была исполнена путем копирования обвинительного заключения. В тоже время, суд оставил без надлежащей оценки постановление Астраханского областного суда от 01.10.2019 об отказе в передаче кассационного представления для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции, свидетельствующее об отсутствии каких-либо последствий, наступивших в результате принятия судом решения от 17.12.2018 о замене Р.А.В. наказания в виде лишения свободы более мягким видом наказания. Кроме того, устанавливая прямую причинную связь между действиями ФИО1 и наступившими вредными последствиями, выразившимися в освобождении Р.А.В., П.А.С. от наказания, суд не учел, что решение о замене осужденным Р.А.В., П.А.С. наказания в виде лишения свободы более мягким видом наказания принимал 

<

данные изъяты> районный суд г. Астрахани, а не 

<

данные изъяты> ФИО1 В ходе предварительного следствия следователем по ходатайству защиты не были истребованы и приобщены к делу документы, устанавливающие факт обоснованности или необоснованности получения поощрений осужденных, что лишило защиту возможности доказать несостоятельность предъявленного ФИО1 обвинения. Приобщенные в ходе судебного разбирательства такие документы остались без оценки суда, тогда как свидетельствовали о том, что в период отбывания наказания Р.А.В. и П.А.С. принимали участие в выполнении общественно-полезных работ и мели право рассчитывать за эту добросовестную работу на поощрения.

Ставит под сомнение показания свидетеля Ж.А.Р., неоднократно изменявшего свои показания относительно указаний, полученных со стороны К.А.Г., а последнему со стороны ФИО1 в отношении осужденного А.А.Г., которые опровергаются материалами дела.

Не оспаривая факт наличия указаний К.А.Г. и Ж.А.Р. со стороны ФИО1 в части необходимости поощрения А.А.Г. в ходе рассмотрения ходатайства о замене наказания более мягким, защита не соглашается с оценкой указаний ФИО1 в этой части, как несоответствующих закону. Считают, что указания ФИО1 были правомерными, направленными на приведение в соответствие документов, характеризующих осужденного А.А.Г., поскольку первоначально представленная характеристика на осужденного содержала противоречия, что исключало вынесение по ходатайству обоснованного судебного решения. При этом суд не принял во внимание, что положительная характеристика исключала возможность А.А.Г. на обоснованное обжалование судебного решения в случае его удовлетворения судом, в отличие от возможности А.А.Г. и/или его защитника, при наличии в материалах дела отрицательной характеристики, содержащей противоречивые сведения, подать обоснованную жалобу на отказ суда в удовлетворении ходатайства. Тот факт, что в сообщении 

<

данные изъяты> 04.07.2019 между ФИО1 и К.А.Г. указано, что «процесс назначен на 10.07.» свидетельствует лишь о заблаговременной подготовке к процессу 

<

данные изъяты> и согласовании им с судом времени проведения следующего судебного заседания, при невозможности рассмотрения вопроса по существу в назначенном судебном заседании. Не дано судом оценки и тому обстоятельству, что позиция ФИО1, как 

<

данные изъяты>, о необходимости отказа в удовлетворении ходатайства осужденного А.А.Г. в суде, была сформирована до судебного заседания и не смотря на представленную в суд позднее положительную характеристику. Тогда как данные обстоятельства опровергают предположение обвинения о наличии у ФИО1 умысла на превышение должностных полномочий и желание оказать содействие осужденному А.А.Г. в незаконной замене неотбытой части наказания более мягким видом наказания. Не дано оценки судом содержанию апелляционного представления ФИО1 на постановление 

<

данные изъяты> районного суда г. Астрахани от 10.07.2019 о замене осужденному А.А.Г. неотбытой части наказания более мягким видом наказания, свидетельствующего о заблаговременном сформировании отрицательной правовой позиции 

<

данные изъяты>. При этом не состоятельным ввиду неподтверждения доказательствами является вывод суда о том, что представление ФИО1 было внесено по указанию прокуратуры 

<

данные изъяты>. Полагает, что отмена судом апелляционной инстанции по апелляционному представлению ФИО1 постановления суда от 10.07.2019 является очередным доказательством отсутствия в действиях ФИО1 состава преступления.

Перечисляет приведенные в приговоре доказательства, которые, по мнению защиты, не относятся к доказательствам виновности ФИО1, а именно протесты прокуратуры 

<

данные изъяты> от 23.08.2019, 30.03.2020, 30.03.2020, 31.03.2020; приказы врио начальника Учреждения от 23.08.2019, 31.03.2020; решения 

<

данные изъяты> районного суда г. Астрахани от 06.11.2019, 20.12.2019 об отказе в удовлетворении административных исков П.А.С. и Р.А.В. к Учреждению; явка с повинной К.А.Г., заключение по результатам проверки, приказ Генерального прокурора Российской Федерации от 19.11.2019 №-к «Об освобождении от должности и увольнении ФИО1», решение 

<

данные изъяты> районного суда г. Астрахани от 13.03.2020 об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 к Генеральной прокуратуре Российской Федерации, прокуратуре 

<

данные изъяты>, а также рапорты о поощрении и трудоустройстве осужденных Р.А.В., П.А.С., поощрении осужденного А.А.Г.

Наряду с незаконностью и необоснованностью приговора, в том числе по основанию вынесения его с обвинительным уклоном, указывает на несправедливость приговора ввиду чрезмерной суровости наказания, при назначении которого суд не принял во внимание личность осужденного, наличие у ФИО1 обстоятельств, существенно влияющих на условия жизни его близких, в случае реального лишения его свободы.

Принимая во внимание указанные выше доводы, просит приговор отменить и оправдать ФИО1 по всем трем преступлениям, предусмотренным ч. 1 ст. 286 УК Российской Федерации, на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК Российской Федерации ввиду отсутствия в его действиях составов преступлений.

В дополнениях к апелляционной жалобе адвокат Анохин А.А. ставит вопрос об отмене приговора в отношении ФИО1 ввиду несоответствия требованиям ст. 297 УПК Российской Федерации и возвращении уголовного дела прокурору для устранения существенных нарушений уголовно-процессуального закона.

Указывает, что судом не принято во внимание и не дано оценки необоснованному ограничению защиты во времени ознакомления с материалами уголовного дела, поскольку, исходя из объема уголовного дела, предоставленное следователем время для ознакомления с делом являлось недостаточным. Данное обстоятельство свидетельствует о нарушении судом национального законодательства и норм международного права, закрепляющих права обвиняемого на защиту, справедливое судебное разбирательство, поскольку фактически отведенный судом на ознакомление с оставшимися томами уголовного дела и вещественными доказательствами срок существенно повлиял на возможность защиты на стадии предварительного расследования качественно исследовать и ознакомиться с материалами дела, не позволил защите в полной мере проанализировать вышеуказанные материалы, подготовить позицию и собрать доказательства защиты, а также ограничил реализацию прав зашиты, предусмотренных ст. 217 УПК Российской Федерации, исключил возможность истребования дополнительных доказательств и привел к утрате важных для зашиты документов, имеющих ограниченный срок хранения. Более того, вывод о затягивании защитой времени ознакомления с материалами дела судом сделан необоснованно, поскольку защита, в силу конституционного, трудового законодательства, а также законодательства об адвокатской деятельности, не обязана посещать следователя в выходные дни, не дана оценка занятости адвоката в судебных заседаниях, назначенных задолго до уведомления следователя.

Обращает внимание, что решение о возбуждении уголовного дела в отношении ФИО1 о превышении им должностных полномочий (по преступлению в отношении А.А.Г.) по событиям до 05.07.2019 не принималось, уголовное дело по данному преступлению было возбуждено по событиям, имевшим место до 04.07.2019.

Выражает несогласие с постановлением суда об отказе защите в удостоверении замечаний на протоколы судебного заседания, поскольку выявленные недостатки протоколов значительны, имеют существенное значение по уголовному делу.

Считает недостоверными положенные в основу виновности ФИО1 показания К.А.Г., который имеет свой процессуальный интерес в уголовном деле, не предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний и отказ от них, чьи показания противоречат показаниям многочисленных свидетелей - сотрудников ФКУ ИК-№ УФСИН России по 

<

данные изъяты> относительно проведения в колонии административных комиссий по рассмотрению вопросов о поощрении осужденных, в том числе и Р.А.В., П.А.С., А.А.Г., предварительного согласования проектов данных приказов о поощрениях с Управлением ФСИН по 

<

данные изъяты>. Также суд не дал оценки утверждениям указанных свидетелей об их инициативе по трудоустройству и поощрению осужденных Р.А.В., П.А.С., А.А.Г., отдав предпочтение показаниям К.А.Г., без тщательного анализа этих показаний и обоснования причин доверия суда к их достоверности вопреки иным доказательствам. Не дана судом оценка и достоверности утверждений К.А.Г. о наличии у него какой-либо зависимости от ФИО1 и обоснованности опасений о привлечения его к дисциплинарной и/или иной ответственности по требованиям ФИО1

Полагает, что не могут расцениваться как действия, явно выходящие за рамки должностных обязанностей ФИО1, а потому не могут считаться преступными, дача незаконных указаний К.А.Г., в том числе и на трудоустройство осужденных Р.А.В., П.А.С. и А.А.Г., поскольку противоречат фактическим обстоятельствам дела и требованиям закона.

Просит приговор в отношении ФИО1 отменить, направить уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом либо оправдать ФИО1 на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК Российской Федерации ввиду отсутствия в его действиях состава преступления.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 приводит доводы о незаконности, необоснованности и несправедливости приговора, аналогичные доводам апелляционной жалобы адвоката Анохина А.А.

Указывает также, что, несмотря на частичное прекращение уголовного преследования в отношении него по организации превышения должностных полномочий, его, ФИО1, роль, как организатора преступления, незаконно осталась, указана в обвинении и поддержана судом. Данное обстоятельство подтверждается наличием второго неотмененного и непрекращенного уголовного дела в части, выделенного в отношении К.А.Г., которое прекращено 07.05.2020 после выделения дела в отношении К.А.Г. 29.04.2020. Кроме того, утверждение суда о том, что умыслом на превышение должностных полномочий являлась организация необъективных положительных характеристик осужденных для введения в заблуждение суда и последующей замены неотбытой части наказания более мягким видом наказания имеет предположительный характер, так как наличие такого умысла приведенными доказательствами не подтверждено, в указанной части по организации преступлений в целом прекращено.

Отмечает, что, несмотря на то, что для квалификации содеянного по обстоятельствам превышения должностных полномочий мотив преступления значения не имеет, однако, в силу положений ст. ст. 73, 171 УПК Российской Федерации, мотив преступления подлежал установлению и доказыванию.

Считает, что приведенные в приговоре в качестве нормативных актов, регламентирующих его полномочия, нормы оправдывают его действия, как 

<

данные изъяты>, которые им не превышены. Так, превышение должностных полномочий может выражаться, например, в совершении должностным лицом при исполнении служебных обязанностей действий, которые: -относятся к полномочиям другого должностного лица либо могут быть совершены только при наличии особых обстоятельств, указанных в законе или подзаконном акте, однако этого в приговоре не указано и доказательств не представлено; -совершаются должностным лицом единолично, однако могут быть произведены только коллегиально либо в соответствии с порядком, установленным законом, по согласованию с другим должностным лицом или органом. Вместе с тем, решения по осужденным П.А.С., Р.А.В. и А.А.Г. принято коллегиально без его, ФИО1, вмешательства. В приговоре, вопреки требованиям закона, отсутствует указание на какой-либо конкретный документ и пункты это документа, которым установлены права и обязанности специализированного прокурора.

Полагает, что доказательства судом оценены односторонне с обвинительным уклоном, поскольку их оценка приведена без глубокого анализа с учетом их неоднозначности, противоречивости и имеющимся неустранимыми сомнениями.

Указывает, что суд, исследовав переписку между ним, ФИО1, и К.А.Г. в системе мгновенного обмена сообщениями «

<

данные изъяты>», не дал оценки другим требованиям специализированного прокурора в рамках служебной деятельности в отношении всех осужденных, в том числе Р.А.В. и П.А.С., касающиеся устранения нарушений закона в отношении указанных осужденных.

Ссылается, что должной оценки судом не получили показания свидетелей Ч.М.О., опровергшего вывод суда о даче ему указаний с его стороны об удовлетворении ходатайства Р.А.В., показания К.А.Г. и А.Р.Р., касающиеся дачи им указаний своим подчиненным, относительно осужденных Р.А.В. и П.А.С., которые опровергаются показаниями свидетелей - сотрудниками ИК №: Х.Р.Р., Я.Н.Х., К.М.К., Д.Р.А., С.Н.И., Л.А.Ю., М.Н.Р., Б.М.С., М.Д.В. и К.Ф.Н., Б.А.С., М.Н.Р., К.С.А., Д.Р.Р. и И.А.Т. Однако, несмотря на показания вышеназванных свидетелей, суд относительно согласования рапортов о поощрении осужденных, проведения заседаний дисциплинарной комиссии и характеристик осуждённых Р.А.В. и П.А.С. начальниками их отрядов, дал им поверхностную оценку без учета и анализа всех обстоятельств по делу. Кроме этого, суд не привел и не дал должной оценки его, ФИО1, показаниям, относительно незаконной квалификации его действий по ч.1 ст.286 УК РФ в части не указания конкретных норм закона, которые он превысил и описания его действий по их превышению, а также не привел в приговоре основания, по которым не указал и не признал основополагающий приказ Генерального прокурора Российской Федерации от 16 января 2014 г. № 6 «Об организации надзора за исполнением законов администрациями учреждений и органов, исполняющих уголовные наказания, следственных изоляторов при содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», нормативным актом, непосредственно регламентирующие мои полномочия как должностного лица.

Просит также приговор отменить и оправдать его по всем трем преступлениям, предусмотренным ч. 1 ст. 286 УК Российской Федерации, на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК Российской Федерации ввиду отсутствия в его действиях составов преступлений.

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель Раковская М.С. считает приговор в отношении ФИО1 законным, обоснованным и справедливым, в связи с чем, просит его оставить без изменения, а жалобы осужденного и адвоката - без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, дополнений к апелляционным жалобам и возражений на жалобы, выслушав участников уголовного судопроизводства, суд апелляционной инстанции находит приговор законным, обоснованным и справедливым.

Вывод суда о виновности ФИО1 в совершении преступлений, за которые он осужден, при обстоятельствах, установленных судом и изложенных в приговоре, сделан в результате всестороннего, полного исследования собранных по делу доказательств, объективно оцененных в соответствии со ст. ст. 17, 88 УПК Российской Федерации при выполнении требований ст. 15 УПК Российской Федерации об осуществлении судопроизводства на основе состязательности и равноправия сторон.

Обстоятельства, при которых совершены преступления и которые в силу ст.73 УПК Российской Федерации подлежали доказыванию, установлены правильно, выводы суда не содержат каких-либо предположений, в том числе относительно обстоятельств, на которые имеются ссылки в апелляционных жалобах. В приговоре, как это предусмотрено требованиями ст. 307 УПК Российской Федерации, содержится описание преступных деяний осужденного с указанием места, времени, способа их совершения, формы вины и мотивов, изложены доказательства виновности осужденного в содеянном, приведены основания, по которым одни доказательства признаны достоверными, а другие отвергнуты судом, а также обоснование принятых решений при постановлении обвинительного приговора.

Несмотря на занятую осужденным ФИО1 позицию о непричастности к инкриминируемым деяниям, его виновность в совершении преступлений подтверждается доказательствами, исследованными в ходе судебного разбирательства и приведенными в приговоре:

Так, из показаний свидетеля К.А.Г. (в отношении которого 20.07.2020 постановлен обвинительный приговор, вступивший в законную силу), установлено, что в период 2018-2019 гг. он являлся начальником ФКУ ИК-№ УФСИН России по 

<

данные изъяты>. ФИО1 давал ему указания о поощрении, трудоустройстве, представления положительной характеристики в суд в отношении осужденных Р.А.В., П.А.С. При этом ФИО1 было известно на тот период от него (К.А.Г.) и из представляемых ему характеристик, что осужденный Р.А.В. характеризуется отрицательно, имеет непогашенные взыскания. Относительно П.А.С. ФИО1 не спрашивал, имеются ли основания для поощрения, как осужденный характеризуется. Указания ФИО1 давались ему, как при личной встрече, так и через приложение 

<

данные изъяты>. Он (К.А.Г.), в свою очередь, давал указание сотруднику воспитательного отдела А.Р.Р. о необходимости трудоустройства и поощрении Р.А.В., П.А.С., снятия взысканий с осужденного Р.А.В., пояснив, что это указание 

<

данные изъяты>, в связи с чем сотрудниками колонии по его указанию выводились рапорты о поощрении осужденного Р.А.В., которые им визировались, далее готовились приказы о поощрении, которые он также подписывал, административные комиссии по данным вопросам не проводились. Не проводились административные комиссии и в отношении осужденных П.А.С. и А.А.Г. В период с августа по ноябрь 2018 г. были 4 раза сняты ранее наложенные на осужденного Р.А.В. взыскания. ФИО1 контролировал исполнение указаний, спрашивал, неоднократно требовал от него, в том числе путем сообщений 

<

данные изъяты>, предоставить ему обновленные, то есть с учетом полученных поощрений, характеристики на осужденных Р.А.В., П.А.С. Исходя из общения с ФИО1, он понял, что у 

<

данные изъяты> имеется заинтересованность в том, чтобы осужденный П.А.С. не имел взысканий, имел поощрения, был трудоустроен, то есть положительно характеризовался. В конце июня 2019 года в ходе личной встречи ФИО1 дал указание поощрить осужденного А.А.Г., который уже подал ходатайство в суд о замене ему наказания на более мягкое. При этом ФИО1 не спрашивал, имеются ли основания для его поощрения, как он характеризуется. Материал в отношении А.А.Г. был направлен в прокуратуру официально еще в конце июня 2019 года с характеристикой, в которой А.А.Г. характеризовался отрицательно ввиду наличия у него неснятого взыскания. 04.07.2019 в приложении 

<

данные изъяты> ФИО1 прислал сообщение о представлении в суд к 10.07.2019 объективной положительной характеристики с результатами рассмотрения рапорты о поощрении. По указанию ФИО1 с А.А.Г. было снято взыскание, Ж.А.Р. был подготовлен и принесен рапорт о поощрении осужденного, на основании которого был подписан приказ о поощрении А.А.Г. и новая характеристика. Он выполнил указание ФИО1, так как его указания, как 

<

данные изъяты>, являлись для него обязательными, при этом он понимал о незаконности этих указаний. В последующем в суде ходатайства о замене неотбытой части наказания более мягким видом наказания осужденным Р.А.В., П.А.С. и А.А.Г. были удовлетворены.

В явке с повинной К.А.Г. чистосердечно признался и раскаялся в совершении трех преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 286 УК Российской Федерации;

Согласно показаниям свидетеля Б.М.С. - заместителя начальника ФКУ ИК-№ УФСИН России по 

<

данные изъяты>, он не согласовывал и не подписывал рапорт о поощрении осужденного Р.А.В. за участие в ремонте помещения школы в августе 2018 года, составленный от его имени, что нашло свое подтверждение в заключении эксперта № от 17.01.2020, которым установлено, что подпись от имени Б.М.С. в указанном рапорте, вероятно, выполнена не Б.М.С., а другим лицом. Свидетель также пояснил, что Р.А.В. в ремонтных работах участия не принимал, свои обязанности уборщика общежития не выполнял, в связи с чем был уволен. Рапорты о поощрении Р.А.В. он не готовил. В табеле учета рабочего времени не было отмечено, что осужденный Р.А.В. не выходил на работу, иначе последнего необходимо было признавать злостным нарушителем, однако решили Р.А.В. сразу не увольнять за невыход на работу. Почему было принято данное решение, ему не известно. Не составлялся им и рапорт о поощрении за участие в ремонте помещения школы в августе 2018 года осужденного П.А.С., который хоть и принимал участие в ремонте, но он не видел оснований для поощрения. Им было инициировано поощрение П.А.С. за активное участие в работах по благоустройству и ремонту карантинного помещения в период с сентября по декабрь 2018 года. За эту же работу и в тот же период (декабрь 2018 год) Х.Р.Р. был выведен рапорт о поощрении П.А.С., при этом менее чем через месяц после предыдущего приказа о поощрении.

Из показаний свидетеля А.Р.Р. - начальника отдела воспитательной работы с осужденными в ИК-№ УФСИН России по 

<

данные изъяты>, следует, что решение о поощрении принимал К.А.Г. В 2018 году ему от К.А.Г. поступили указания о необходимости вынесения нескольких поощрений осужденному Р.А.В., о трудоустройстве последнего. На его возражения об отсутствии оснований К.А.Г. пояснил, что данное указание поступило из 

<

данные изъяты>. Во исполнение данных указаний Р.А.В. был поощрен за участие в общественной и спортивной мероприятиях, однако участие в данных мероприятиях Р.А.В. не принимал. Он лично инициировал данные поощрения Р.А.В. рапортами от 26.09.2018 и от 06.11.2018, а также дал указание начальнику отряда Я.Н.Х. Рапорты о поощрении он ни с кем не согласовывал. В начале ноября 2018 г. он трудоустроил Р.А.В. на должность уборщика общежития, но осужденный не работал, за что был уволен. Также К.А.Г. вызывал его в кабинет и пояснял о необходимости поощрений и трудоустройстве осужденного П.А.С., что данное указание поступило из 

<

данные изъяты>. Он, в свою очередь, попросил начальника отряда Х.Р.Р. о поощрении П.А.С. К.А.Г. неоднократно напоминал ему о данных им указаний.

Свидетель Б.А.С. - начальник отряда ФКУ ИК-№ УФСИН России по 

<

данные изъяты> пояснял, что осужденный Р.А.В. участие в турнире по мини-футболу 24.09.2018 не принимал, приказы от 04.10.2018 и 09.11.2018 о поощрении осужденных, в том числе Р.А.В., где он указан исполнителем, им не составлялся, у К.А.Г. не подписывал, почему его указали исполнителем, ему не известно. Подписывал представления и характеристики, которые направлялись в суд, начальник колонии, с ним же согласовывались рапорты о поощрениях. В зависимости от характеристик сотрудник высказывал позицию о возможности применения условно-досрочного освобождения, замене наказания либо об отказе в этом.

Из показаний свидетеля Я.Н.Х. - начальника отряда в ФКУ ИК-№ УФСИН России по 

<

данные изъяты>, данных в ходе предварительного следствия, которые свидетель подтвердил в судебном заседании, следует, что им готовился рапорт от 30.11.2018 о поощрении Р.А.В. за участие в спортивном мероприятии по перетягиванию каната. Составить данный рапорт его просил начальник воспитательного отдела А.Р.Р. После данного поощрения дополнительные материалы о поощрении и характеристика были направлены в суд. Он не видел, чтобы Р.А.В. принимал участие в каких-либо ремонтных работах, проводимых на территории колонии. Полученными Р.А.В. поощрениями были сняты все взыскания, при этом между поощрениями имелся небольшой промежуток времени, не более месяца. Он участвовал в суде при рассмотрении ходатайства и просто прочитал характеристику.

Свидетели Д.Р.А., К.М.К., Ж.М.И., П.А.С. каждый в своей части пояснил, что осужденный Р.А.В. поощрялся и был трудоустроен по указанию К.А.Г., Р.А.В. участие в ремонтных работах в колонии не принимал, приказ от 29.10.2018 К.М.К. не составлял и не подписывал.

Из показаний свидетеля Х.Р.Р. - начальника отряда ФКУ ИК-№ УФСИН России по 

<

данные изъяты>, установлено, что по указанию начальника колонии он подготовил характеристику на осужденного П.А.С., которую передал К.А.Г. Рапорт от 10.01.2019 о поощрении П.А.С. в связи с проведением ремонтных работ в карантинном отделении учреждения в декабре 2018 года, за которые П.А.С. был поощрен ранее, написал он, не просмотрев личное дело осужденного. Давал ли указания К.А.Г. А.Р.Р. поощрить П.А.С. ему не известно, но он слышал от коллег, что К.А.Г. давал указания подчиненным выводить рапорты на поощрение конкретных осужденных. В дальнейшем после рассмотрения судом ходатайства осужденного П.А.С., ему стало известно о том, что П.А.С. ранее за свое освобождение в марте 2019 года с кем-то договорился, чтобы его отпустили.

Согласно показаниям свидетеля Ж.А.Р. - начальника отряда группы воспитательной работы с осужденными УКП при ИК-№ УФСИН России по 

<

данные изъяты>, им был подготовлен рапорт о поощрении осужденного А.А.Г. в виде снятия ранее наложенного взыскания за активное участие в благоустройстве прилегающей территории в период с 30.06.2019 по 02.07.2019, при этом А.А.Г. в благоустройстве территории учреждения на тот момент участия не принимал. В производстве суда находилось ходатайство адвоката осужденного А.А.Г. о замене неотбытой части наказания более мягким видом наказания, в суд направлены характеризующие материалы на данного осужденного, в том числе, отрицательная характеристика, поскольку осужденный имел неснятое взыскание. 05.07.2019 по ходатайству адвоката судебное заседание по рассмотрению ходатайства было отложено в связи с имеющейся информацией о наличии рапорта о поощрении А.А.Г. Будучи уведомленный о наличии у А.А.Г. непогашенного взыскания, отрицательной характеристики, ФИО1 дал ему указание о поощрении и снятии взыскания с осужденного А.А.Г., а также необходимости сделать еще одно поощрение осужденному до 10.07.2019, пояснив, что данный вопрос согласован с К.А.Г. 09.07.2019 К.А.Г. согласовал рапорт, он подготовил проект приказа о поощрении А.А.Г. за то, что на территорию колонии были привезены строительные материалы для постройки беседки. После подписания приказа о поощрении он подготовил положительную характеристику на А.А.Г., 10.07.2019 в судебном заседании высказал позицию администрации, что учреждение не возражает против замены наказания А.А.Г., суд удовлетворил ходатайство.

Свидетель К.Ф.Н. пояснял, что К.А.Г. давал ему указание передать Ж.А.Р., вывести рапорт и подготовить приказ о поощрении осужденного, который снова привезет материалы для ремонта беседки и отремонтирует беседку. В дальнейшем ему стало известно, что материалы привезли, а беседку отремонтировали, получил ли поощрение данный осужденный, не знает.

Из показаний свидетеля М.Д.В., исполнявшего в период 2018 и 2019 г.г. обязанности начальника ФКУ ИК-№ УФСИН России по 

<

данные изъяты> К.А.Г. на период отпуска, следует, что он подписывал приказ от 09.07.2019 о поощрении А.А.Г., кто его принес на подпись, не помнит, выполнял ли работы осужденный, он не проверял, приказы готовили сотрудники воспитательного отдела колонии на основании составленных рапортов. Характеристику на осужденного А.А.Г. от 09.07.2019 готовил начальник отряда, а новую в суд представили в связи с тем, что осужденный получил поощрение после того, как материал был направлен в суд. Ж.А.Р. пояснил, что вывести рапорт о поощрении А.А.Г. ему дал указание 

<

данные изъяты>, при этом осужденный в действительности данные работы не выполнял.

Согласно показаниям свидетеля Л.А.Ю. - начальника оперативного отдела ФКУ ИК-№ УФСИН России по 

<

данные изъяты> в 2018-2019 г.г., он согласовывал рапорты от имени Б.М.С. о поощрении осужденных Р.А.В. и П.А.С. за участие в ремонте помещений школы в период с 16.08.2018 по 22.08.2018, но кто их составил и принес на подпись, не помнит. При согласовании он не проверяет, участвовал ли действительно осужденный в мероприятиях. Наличие его визы на рапорте свидетельствует о том, что осужденный не состоял на оперативном учете.

Из показаний свидетеля К.В.В. - 

<

данные изъяты>, о результатах служебной проверки показаний сотрудников колонии, утверждавших, что они не выводили рапорты о поощрении, следует, что осужденным Р.А.В. действительно не выполнялись работы, за которые он был поощрен; осужденный П.А.С. был незаконно дважды поощрен за выполнение одних и тех же работ.

Свидетель Ч.М.О. указывал, что в судебном заседании им была озвучена позиция об удовлетворении ходатайства осужденного Р.А.В., принятая до процесса ФИО1 путем соответствующей резолюции на справке. Отрицал дачу указаний им Ж.А.Р. по осужденному А.А.Г., притом, что к моменту рассмотрения ходатайства осужденного в суде он уже был переведен в 

<

данные изъяты>, в связи с чем необходимости связываться с Ж.А.Р. у него не было.

Из показаний свидетеля Р.А.В. в ходе предварительного следствия следует, что он участия в ремонтах помещений школы в августе 2018 года, в турнире по мини-футболу в сентябре 2018 года, а также строительстве системы отопления в кабинете дистанционного образования в ноябре 2018 года не принимал, почему был поощрён, не знает.

Из показаний свидетеля П.А.С. установлено, что с момента прибытия в исправительную колонию он занимался ремонтными работами, однако длительное время его не поощряли. После того, как он об этом сообщил своему сыну - П.В.А., его дважды поощрили, он написал ходатайство о замене неотбытой части наказания более мягким видом наказания. При рассмотрении его ходатайства в суде участвовал в качестве 

<

данные изъяты> ФИО1, ходатайство судом было удовлетворено.

Свидетель П.В.А. пояснил об обстоятельствах его обращения к ФИО1 с просьбой помочь его отцу - П.А.С. освободиться раньше положенного срока, консультирования его ФИО1 относительно сбора документов, необходимых для обращения с ходатайством о замене неотбытой части наказания более мягким видом наказания, по результатам чего его отец был дважды поощрен, ходатайство судом удовлетворено. В судебном заседании участвовавший 

<

данные изъяты> ФИО1 не возражал против удовлетворения ходатайства.

Из показаний свидетеля А.А.Г. следует, что работы, указанные в рапорте Ж.А.Р., о выполнении им (А.А.Г.) работ по покосу и уборке растительности, крупного бытового мусора в период с 30.06.2019 года по 02.07.2019, он на самом деле не выполнял, в связи с чем в дальнейшем отменили приказ о его поощрении. Со слов Ж.А.Р., ему поступило указание от руководства колонии К.А.Г. составить данный рапорт, при условии, если он завезет строительные материалы на территорию колонии, что он и сделал. Получение поощрения необходимо было для представления в суд положительной характеристики с ходатайством о замене неотбытой части наказания более мягким видом наказания.

Виновность осужденного ФИО1 в содеянном также подтверждается письменными материалами дела:

- рапортами и приказами о поощрении осужденного Р.А.В. за активное участие в соревнованиях по мини-футболу, за активное участие в строительстве системы отопления в кабинете дистанционного образования в период с 04.11.2018 по 05.11.2018, в свое личное время, за участие в спортивном соревновании «перетягивание каната»; о досрочном снятии взысканий; о зачислении с 15.11.2018 на должность уборщика общежития осужденного Р.А.В. и последующем его увольнении с 30.11.2018, на основании которых была дана характеристика в суд о целесообразности замены осужденному Р.А.В. неотбытой части наказания более мягким видом наказания;

- сведениями, содержащимися в протестах прокуратуры 

<

данные изъяты> от 30.03.2020, 30.03.2020, 31.03.2020, на основании которых приказами Врио начальника ФКУ ИК-№ УФСИН России по 

<

данные изъяты> от 31.03.2020 №, 29.10.2018 №, №, от 09.11.2018 №, №, № «О внесении изменений в приказ начальника ФКУ ИК-№ УФСИН России по 

<

данные изъяты>.. .», «О поощрении», «О трудоиспользовании.. .», отменены поощрения осужденному Р.А.В.;

- протоколом осмотра диска, в ходе которого было установлено, что осужденный Р.А.В. не участвовал в проведении 24.09.2018 турнира по мини-футболу среди осужденных, отбывающих наказание в исправительных учреждениях 

<

данные изъяты>;

- рапортами и приказами от 04.10.2018 № о поощрении осужденного П.А.С. за активное участие в работах по капитальному ремонту помещений школы ИУ в период с 16.08.2018 по 22.08.2018 в свое личное время, от 19.02.2019 № за проведение ремонтных работ в карантинном отделении учреждения в декабре 2018 года в свое личное время, которые на основании протестов прокуратуры 

<

данные изъяты> от 23.08.2019, 30.03.2020 приказами Врио начальника ФКУ ИК-№ УФСИН России по 

<

данные изъяты> от 23.08.2019 №, от 31.03.2020 № «О внесении изменений в приказ начальника ФКУ ИК-№ УФСИН России по 

<

данные изъяты>.. .» отменены; о трудоустройстве П.А.С. с 21.08.2018;

- рапортом и приказом от 09.07.2019 о поощрении осужденного А.А.Г. за активное участие в работах по благоустройству прилегающей территории участка УК в период с 30.06.2019 по 02.07.2019 в личное время; которое было отменено на основании протеста прокуратуры 

<

данные изъяты> от 23.08.2019 приказом Врио начальника ФКУ ИК-№ УФСИН России по 

<

данные изъяты> от 23.08.2019 № «О внесении изменений в приказ начальника ФКУ ИК-№ УФСИН России по 

<

данные изъяты>.. .»; отрицательной от 24.06.2019 и положительной от 09.07.2019 характеристиками администрации исправительного учреждения на осужденного А.А.Г.;

- постановлениями 

<

данные изъяты> районного суда г. Астрахани от 17.12.2018, 22.03.2019,10.07.2019, которыми Р.А.В., П.А.С., А.А.Г. заменена неотбытая часть наказания в виде лишения свободы исправительными работами;

- протоколами осмотра переписки между К.А.Г. и ФИО1 в период 2018 и 2019 г.г., обнаруженной в мобильных телефонах марок «

<

данные изъяты>» и «

<

данные изъяты>», принадлежащих К.А.Г., подтверждающей факт дачи ФИО1 указаний К.А.Г. о поощрении осужденных Р.А.В., П.А.С., А.А.Г., трудоустройстве Р.А.В., П.А.С. для подготовки и направления в суд материалов с ходатайствами о замене неотбытой части наказания более мягким видом наказания, о контроле ФИО1 исполнения данных им К.А.Г. указаний;

- приказами начальника ФКУ ИК-№ УФСИН России по 

<

данные изъяты> К.А.Г. от 16.11.2017 №, от 30.11.2018 № «Об утверждении положения и состава дисциплинарной комиссии ФКУ ИК-

<

данные изъяты> УФСИН России по 

<

данные изъяты>», которыми утвержден состав дисциплинарной комиссии во главе председателя К.А.Г.;

- письмом начальника ФКУ ИК-

<

данные изъяты> УФСИН России по 

<

данные изъяты> от 26.03.2020, согласно которому запросов на предоставление характеристик на осужденных Р.А.В., П.А.С., А.А.Г. от сотрудников прокуратуры 

<

данные изъяты> и прокуратуры по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях Астраханской области, а также жалоб от данных осужденных в 2018-2019 г.г. не поступало;

- заключением по результатам проверки, проведенной в отношении Астраханского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях 

<

данные изъяты> ФИО1, в ходе которой установлены неслужебные отношения ФИО1 с начальником ФКУ ИК-№ УФСИН России по 

<

данные изъяты> К.А.Г., совершения ФИО1 действий вопреки интересам службы, повлекшие нарушение интересов общества и государства, а также основных принципов и целей уголовного наказания, предусмотренных ст. 43 УК Российской Федерации, а также совершение проступка, порочащего честь 

<

данные изъяты> работника, нарушения присяги 

<

данные изъяты>;

- документами, регламентирующими должностное положение и служебные полномочия свидетеля К.А.Г. и осужденного ФИО1

При совокупности приведенных выше доказательств суд обоснованно признал ФИО1 виновным в превышении должностных полномочий и правомерно квалифицировал его действия по каждому преступлению по ч. 1 ст. 286 УК Российской Федерации. В приговоре суда установлены все признаки объективной стороны преступлений, включая наступившие в результате противоправных действий ФИО1 последствия.

Вопреки доводам жалоб, оснований для оправдания ФИО1 ввиду отсутствия в его действиях составов преступлений не имеется.

Доказательства, исследованные в судебном заседании и впоследствии положенные судом в основу обвинительного приговора, согласуются между собой, дополняют друг друга и полно отражают обстоятельства произошедших событий. Перечисленные в апелляционных жалобах противоречия в показаниях свидетелей, технические ошибки и процедурные неточности, не являются существенными, и в целом они не влияют на правильность вывода суда о виновности ФИО1 в совершении инкриминированных преступлений.

Суд первой инстанции, исследовав доказательства, представленные в ходе судебного разбирательства, обоснованно пришел к выводу, что ФИО1, занимая должность 

<

данные изъяты>, то есть, являясь должностным лицом, совершил действия, явно выходящие за пределы его полномочий и эти действия повлекли за собой существенное нарушение прав и законных интересов организации, охраняемых законом интересов общества и государства, поскольку факты дачи незаконных указаний о поощрении, трудоустройстве, подготовке и направлении в суд материалов, положительно характеризующих личности осужденных для рассмотрения вопросов о замене наказания, содержащих недостоверные документы, в том числе положительные характеристики с указанием заключения администрации о целесообразности замены наказания, на основании которых судом осужденным была заменена неотбытая часть наказания более мягким видом наказания, достоверно установлены и подтверждаются совокупность доказательств.

В соответствии с требованиями закона суд привел в приговоре, какие именно права и законные интересы организаций, общества и государства были нарушены, а также сослался на конкретные статьи нормативно правовых актов, устанавливающих права и обязанности, превышенные осужденным, раскрыл содержание доказательств, изложил существо показаний осужденного, свидетелей, сведения, содержащиеся в письменных доказательствах.

Каких-либо противоречий в выводах суда, изложенных в приговоре, в том числе в части доказанности вины ФИО1 в совершении инкриминируемых ему деяний, при обстоятельствах, описанных в приговоре, не имеется. Отсутствуют и не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденного.

Анализ содержания показаний допрошенных в ходе судебного разбирательства лиц, описавших и подтвердивших определенные обстоятельства, имеющие прямое и непосредственное отношение к преступной деятельности осужденного, не свидетельствует об их недопустимости или недостоверности. Как усматривается из протоколов судебного заседания и приговора, показания свидетелей подверглись тщательной проверке и оценке, и лишь после сопоставления их с иными исследованными судом доказательствами они на законном основании положены в основу приговора. Кроме того, по ходатайствам сторон оглашались показания свидетелей, данные ими в ходе предварительного следствия, выяснялись причины противоречий в этих показаниях и путем полного и объективного исследования доказательств по делу в их совокупности эти противоречия устранялись.

Суд обоснованно не усмотрел оснований для сомнений в достоверности показаний К.А.Г., который был допрошен в полном соответствии с положениями ст. 281.1 УПК Российской Федерации и, как это и требует ч. 7 ст. 56.1 УПК Российской Федерации, без предупреждения его об уголовной ответственности по ст. ст. 307 и 308 УК Российской Федерации, о чем свидетельствует протокол судебного заседания. При этом, как следует из приговора, суд не рассматривал показания К.А.Г., как имеющие заранее установленную силу и обладающие преимуществом перед другими доказательствами, а оценил их в совокупности с другими доказательствами, и с приведением правильной мотивировки обоснованно констатировал отсутствие у К.А.Г. оснований для оговора ФИО1

Сам по себе тот факт, что К.А.Г. не привлекался к дисциплинарной ответственности по результатам рассмотрения актов 

<

данные изъяты> реагирования в виде представлений, внесенных осужденным ФИО1, как 

<

данные изъяты>, не свидетельствует о недостоверности показаний К.А.Г. в части выполнения им незаконных указаний ФИО1 в силу служебной зависимости. Суд, исходя из круга должностных полномочий 

<

данные изъяты>, должность которого ФИО1 занимал в инкриминируемый период, обоснованно не усомнился в показаниях К.А.Г. в этой части, и пришел к верному выводу, что факт отсутствия угроз, шантажа в случае отказа от исполнения требований ФИО1, как 

<

данные изъяты>, не свидетельствует о его невиновности.

Содержание исследованных судом доказательств изложено в приговоре в той части, которая имеет значение для подтверждения либо опровержения значимых для дела обстоятельств; фактов, свидетельствующих о приведении в приговоре показаний допрошенных лиц, выводов экспертизы, содержания информации о телефонных соединениях абонентов таким образом, чтобы это искажало существо исследованных доказательств и позволяло им дать иную оценку, чем та, которая содержится в приговоре, судом апелляционной инстанции не установлено.

Иная позиция осужденного и его защитника основана на собственной интерпретации исследованных доказательств в отрыве от установленных ст. ст. 87, 88 УПК Российской Федерации правил их оценки, которыми в данном случае руководствовался суд.

Процессуальный закон не предусматривает полного переноса в приговор показаний свидетелей, поэтому ссылки авторов жалоб на то, что показания свидетелей изложены в приговоре неполно, являются несостоятельными.

Отсутствие в приговоре оценки всем содержащимся в материалах личных дел осужденных Р.А.В., П.А.С., А.А.Г. характеризующим сведениям не ставит под сомнение выводы суда о виновности осужденного в совершении преступлений, за которые он осужден. Как видно из материалов уголовного дела и установлено судом, на основании полученных указанными осужденными поощрений, которыми в ряде случаев досрочно снимались ранее наложенные взыскания, сведений об их трудоустройстве, составлялись положительные характеристики. Данные положительно характеризующие сведения осужденных направлялись в суд вместе с ходатайством о замене неотбытой части наказания более мягким видом наказания и с учетом мнения администрации исправительного учреждения и прокурора учитывались судом при вынесении решения. Именно получение поощрений, снятие взысканий, трудоустройство осужденных в периоды, инкриминируемые осужденному ФИО1, стали результатом направления документов в суд и принятия судом решений о замене осужденным неотбытой части наказания в виде лишения свободы на исправительные работы, сформированных на основе ложных сведений.

Доводы апелляционных жалоб о том, что решения о поощрении осужденных Р.А.В., П.А.С., А.А.Г. в инкриминируемый следствием период принимались на заседаниях административной комиссии, высказаны вопреки материалам уголовного дела, в которых, с учетом истребованных судом соответствующих документов по запросу защиты, таких сведений не содержится.

Внесенные прокуратурой 

<

данные изъяты> протесты об отмене приказов о поощрении осужденных Р.А.В., П.А.С., А.А.Г., судебные решения апелляционной и кассационной инстанций об отмене постановлений суда первой инстанции о замене неотбытой части наказания более мягким видом наказания, а также иные документы, указанные в апелляционных жалобах осужденного и его защитника, в совокупности между собой и с другими приведенными в приговоре доказательствами подтверждают виновность ФИО1 в совершении должностных преступлений при обстоятельствах установленных судом, и не опровергают выводы суда об этом.

Утверждения защиты о нарушениях, допущенных в ходе предварительного следствия по уголовному делу, о наличии оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК Российской Федерации, как другие приведенные в апелляционных жалобах доводы, были тщательно проверены судом первой инстанции. Суд признал эти доводы несостоятельными, при этом надлежащим образом мотивировал свои выводы с приведением соответствующих норм уголовно-процессуального закона. Суд апелляционной инстанции считает данные выводы суда правильными.

Вопреки доводам жалоб, суд апелляционной инстанции не усматривает таких нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов при производстве по делу в отношении ФИО1, которые ставили бы под сомнение законность возбуждения, расследования дела, передачу его на стадию судопроизводства и в дальнейшем - саму процедуру судебного разбирательства. Приговор постановлен в рамках предъявленного и поддержанного государственным обвинителем обвинения, существенных нарушений УПК Российской Федерации, влекущих за собой безусловную отмену приговора ни в ходе предварительного расследования, ни судом допущено не было.

Обвинительное заключение составлено в соответствии с требованиями ст. 220 УПК Российской Федерации, каких-либо оснований для возвращения уголовного дела прокурору, по основаниям, указанным в ст. 237 УПК Российской Федерации, не имелось, в связи с чем постановлением судьи от 16.06.2020 по итогам предварительного слушания принято решение об отказе в удовлетворении ходатайства защиты о возвращении уголовного дела прокурору и назначено судебное заседание. Принятое судьей решение по результатам предварительного слушания основано на законе, является мотивированным, нарушений уголовно-процессуального законодательства судом не допущено.

Необоснованными следует признать доводы осужденного и его адвоката о нарушении права на защиту при выполнении органом следствия требований ст. 217 УПК Российской Федерации ввиду лишения их возможности ознакомиться с материалами уголовного дела в полном объеме и без ограничений во времени.

Как следует из материалов дела, осужденный ФИО1 и его адвокат Анохин А.А. из-за явного затягивания ими времени ознакомления с материалами дела в порядке ч. 3 ст. 217 УПК Российской Федерации были ограничены судебным решением, вступившим в законную силу, в сроках ознакомления с материалами дела. Поскольку осужденный и его защитник в установленный срок без уважительных причин не ознакомились с уголовным делом, следователь в соответствии с названной нормой закона принял решение об окончании производства данного процессуального действия, о чем указано в соответствующих протоколах ознакомления.

Проанализировав предоставленное следователем защите время для ознакомления с материалами уголовного дела, графики ознакомления осужденного и его защитника с материалами уголовного дела, в совокупности с доводами о необоснованном ограничении судом срока такого ознакомления, нарушения права на защиту осужденного ФИО1 при ограничении его во времени ознакомления с материалами дела суд апелляционной инстанции не находит.

Кроме того, как заявляет сам адвокат Анохин А.А. в апелляционной жалобе, в его наличии имелись фотокопии материалов уголовного дела в отношении ФИО1, с которыми защитник изъявил желание знакомиться, указав об этом в уведомлении следователя о явке для ознакомления с материалами уголовного дела (

<

данные изъяты>).

Не основаны на представленных материалах утверждения жалоб об односторонности и необъективности судебного разбирательства.

Из протокола судебного заседания видно, что председательствующий судья создал сторонам все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Сторона обвинения и сторона защиты активно пользовались правами, предоставленными им законом, в том числе исследуя представляемые доказательства, участвуя в разрешении процессуальных вопросов. Основанные на законе мнения и возражения сторон судом принимались во внимание. Все заявленные сторонами ходатайства были разрешены судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и в зависимости от значения их для правильного разрешения дела, с принятием по ним должных решений. Решения суда по этим ходатайствам сомнений в своей законности и обоснованности не вызывают.

Таким образов, нарушений норм уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК Российской Федерации прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на принятое по делу решение, судом апелляционной инстанции не установлено.

Замечания осужденного ФИО1, поступившие на протокол судебного заседания, рассмотрены председательствующим в соответствии с требованиями ч. 3 ст. 260 УПК Российской Федерации с вынесением процессуального решения, которое является мотивированным, и оснований не соглашаться с ним не имеется.

При назначении наказания ФИО1 судом в соответствии с ч.З ст.60 УК Российской Федерации обоснованно учтены характер и степень общественной опасности совершенных им преступлений, данные его личности, наличие смягчающих и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств суд учел наличие малолетнего и несовершеннолетнего детей, родителей, являющихся инвалидами, положительную характеристику по месту жительства и работы, совершение преступлений впервые. Отягчающих наказание обстоятельств судом не установлено.

Назначенное ФИО1 наказание отвечает принципам и целям, предусмотренным ст. ст. 6 и 43 УК Российской Федерации, при его назначении судом учтены все имеющие значение обстоятельства.

Назначение наказания, связанного с лишением свободы, и невозможность применения иного, более мягкого наказания, в том числе ст. 73 УК Российской Федерации, в приговоре суда мотивированы. Суд апелляционной инстанции не находит оснований не согласиться с мотивами принятого решения и для применения положений ч. 6 ст. 15, ст. ст. 64, 73 УК Российской Федерации.

Вид исправительного учреждения осужденному определен судом в соответствии с требованиями ст. 58 УК Российской Федерации.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора, судом при рассмотрении дела не допущено.

Оснований для отмены приговора по доводам апелляционных жалоб и оправдания осужденного ФИО1 суд апелляционной инстанции не усматривает.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 38920, 38928, 38933 УПК Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Советского районного суда г. Астрахани от 25 декабря 2020 г. в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного, адвоката - без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу со дня его вынесения и может быть обжаловано в порядке, установленном гл. 471 УПК Российской Федерации, в Четвертый кассационной суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а осужденным -в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного постановления. В случае подачи кассационной жалобы осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий