Судья: Воронкова Е.В. Гр. дело № 33-10672/2025

(Номер дела в суде первой инстанции №2-841/2025)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

02 декабря 2025 года г. Самара

Судебная коллегия по гражданским делам Самарского областного суда, в составе:

председательствующего – Евдокименко А.А.,

судей – Ретиной М.Н., Голубевой О.Н.,

с участием прокурора Атяскиной О.А.,

при секретаре Полякове А.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО14, К. на решение Автозаводского районного суда г. Тольятти Самарской области от 27 мая 2025 г.,

заслушав доклад по делу судьи Самарского областного суда Ретиной М.Н.,

УСТАНОВИЛА:

П.., К. обратились в суд с иском к ИП Л. об установлении факта трудовых отношений, обязании внести запись в трудовую книжку, восстановлении на работе, взыскании заработной платы, компенсацию за задержку выплаты заработной платы, компенсацию морального вреда.

В обоснование заявленных требований указывают, что 06.05.2024 П. повторно фактически вступил в трудовые отношения с ИП Л. (ИНН № принялся за выполнение технической работы по ремонту бытовой техники на должности мастера в сервисном центре «

<

данные изъяты>, что подтверждается: кассовыми отчётами о состоянии счётчиков ККТ с гашениями, перепиской между истцом и Д.., перепиской между истцом и Х.. П. с 06.05.2024 по 22.08.2024 повторно работал на должности мастера в сервисном центре «S-store», расположенном по адресу 

<

адрес>, что подтверждается кассовыми отчётами о состоянии счётчиков ККТ с гашениями и перепиской между истцом и его фактическим работодаталем. 22.08.2024, исходя из переписки между П. и Д.., последний незаконно уволил истца по личной инициативе, не имея на то правовых оснований. В то же время истец затребовал у Д. итоговую заработанную плату, однако, в полном объёме её не получил. Истцом в период осуществления трудовой деятельности надлежащим образом выполнялись трудовые обязанности, замечаний или иных дисциплинарных взысканий за весь период работы не имеет. После получения претензии от истца работодатель не произвел расчеты с ним. Истец получил от ответчика 15 000 руб. в качестве аванса. Истец П. с 22.08.2024 не может быть признан уволенным ввиду того, что, был незаконно отстранён от его трудовой деятельности, в связи с чем, на дату вынесения решения находится в состоянии вынужденно прогула.

15.07.2024 К. в присутствии П. и Ш. фактически вступил в трудовые отношения с ответчиком, с ведома Д.., принялся за выполнение технической работы по ремонту бытовой техники на должности мастера в сервисном центре «S-store», что подтверждается кассовыми отчётами о состоянии счётчиков ККТ с гашениями и перепиской между ними. К. с 15.07.2024 по 22.08.2024 работал на должности мастера в сервисном центре «S-store», расположенном по адресу: 

<

адрес>. 22.08.2024, исходя из переписки с Д. последний незаконно уволил его по личной инициативе, не имея на то правовых оснований и причин, истец затребовал у Д.. итоговую заработанную плату, однако, в полном объёме её не получил, истцом в период осуществления трудовой деятельности надлежащим образом выполнялись трудовые обязанности, замечаний или иных дисциплинарных взысканий за весь период работы не имеет. После получения претензии от истца К. расчет с ним не произведен. Истец К. с 22.08.2024 не может быть признан уволенным ввиду того, что, был незаконно отстранён от трудовой деятельности, в связи с чем, по дату вынесения решения находится в состоянии вынужденного прогула.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, с учетом уточнений, просили суд: установить факт трудовых отношений П.. с ИП Л. в период с 06.05.2024 по дату вынесения соответствующего решения; установить факт трудовых отношений К. с ИП Л. в период с 15.07.2024 по дату вынесения соответствующего решения; признать увольнение П. незаконным; восстановить П.. в должности мастера у ИП Л..; обязать ИП Л.. в течение трёх рабочих дней с момента вынесения решения заключить трудовой договор с П.. для работы в должности мастера в сервисном центре «S-store» расположенном по адресу: 

<

адрес>, с графиком 6/1, с окладом 2 000 руб. за единицу отработанной смены с 10:00 ч. до 19:00 ч., указать датой договора фактическое вступление сторон в трудовые отношения 06.05.2024; обязать ИП Л.. внести в трудовую книжку П.. запись о приёме на работу к ИП Л. с 06.05.2024; взыскать с ИП Л.. в пользу П. сумму невыплаченной заработанной платы с учётом вынужденного прогула в размере 497 600 руб., сумму процентов компенсации за удержание заработанной платы в размере 189 685, 12 руб., компенсацию морального вреда 15 000 руб.;

Признать увольнение К. незаконным; восстановить К. в должности мастера у ИП Л..; обязать ИП Л.. в течение трех рабочих дней с момента вынесения решения заключить трудовой договор с К. для работы в должности мастера в сервисном центре «S-store», расположенном по адресу: 

<

адрес>, с графиком вт-ср, сб-вс, с окладом 2 000 руб. за единицу отработанной смены с 10:00 ч. до 19:00. Закрепить датой договора фактическое вступление сторон в трудовые отношения, а именно 15.07.2024; обязать ИП Л. внести в трудовую книжку К. запись о приёме на работу к ИП Л.. с 15.07.2024; взыскать с ИП Л.. в пользу К. сумму невыплаченной заработанной платы с учётом вынужденного прогула в размере 354 000 руб., проценты компенсации за удержание заработанной платы в размере 134 944, 80 руб., компенсацию морального вреда 15 000 руб.

Решением Автозаводского районного суда г. Тольятти Самарской области от 27 мая 2025 г. исковые требования П., К. к ИП Л. об установлении факта трудовых отношений, обязании внести запись в трудовую книжку, восстановлении на работе, взыскании заработной платы, компенсацию за задержку выплаты заработной платы, компенсацию морального вреда – оставить без удовлетворения в полном объеме.

С данным решением не согласились истцы П. К. подали апелляционную жалобу, с учетом дополнений, в которой просили решение суда отменить, удовлетворить их требования в полном объеме, указывая, что судом сделан неверный вывод о недоказанности факта трудовых отношений между истцами и ответчиком, поскольку истцы были фактически допущены к работе, однако работодатель не оформил трудовой договор в письменной форме, кроме того, экспертным исследованием установлено, что в копиях договоров подряда, представленных ответчиком, подписи выполнены не П. а другим лицом. Помимо этого, полагают, что о наличии именно трудовых отношений свидетельствует предоставленная переписка между истцами и ФИО1, который, по мнению истцов, являлся представителем работодателя ИП 

<

данные изъяты>. Кроме того, указывают, что судом дана неверная оценка показаниям допрошенных свидетелей.

В заседании судебной коллегии ответчик ИП Л. просила оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Иные стороны, участвующие в деле, в суд апелляционной инстанции не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещались своевременно и надлежащим образом, оснований препятствующих рассмотрения дела, не установлено.

В силу статьи 327 и статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела.

Проверив законность и обоснованность оспариваемого решения суда в порядке, установленном главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав позицию участников процесса, заключение прокурора, полагавшего решение законным и обоснованным, судебная коллегия приходит к следующему.

В силу части 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим Кодексом.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (часть 3 статьи 16 Трудового кодекса РФ).

Согласно части 1 статьи 61 Трудового кодекса РФ трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено названным Кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть 1 статьи 67 Трудового кодекса РФ).

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (часть 2 статьи 67 Трудового кодекса РФ).

Частью 1 статьи 68 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" в пунктах 20 и 21 содержатся разъяснения, являющиеся актуальными для всех субъектов трудовых отношений, о том, что отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания в судебном порядке сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, части 3 статьи 16 и статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положениями части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе. Неоформление работодателем или его уполномоченным представителем, фактически допустившими работника к работе, в письменной форме трудового договора в установленный статьей 67 Трудового кодекса Российской Федерации срок, вопреки намерению работника оформить трудовой договор, может быть расценено судом как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора (статья 22 Трудового кодекса Российской Федерации) (пункт 20 названного Постановления).

При разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений статей 2, 67 Трудового кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель (пункт 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15).

В статье 57 Трудового кодекса Российской Федерации приведены требования к содержанию трудового договора, в котором, в частности, указываются: фамилия, имя, отчество работника и наименование работодателя (фамилия, имя, отчество работодателя - физического лица), заключивших трудовой договор, место и дата заключения трудового договора. Обязательными для включения в трудовой договор являются следующие условия: место работы; трудовая функция (работа по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретный вид поручаемой работнику работы); дата начала работы, а в случае, когда заключается срочный трудовой договор, - также срок его действия и обстоятельства (причины), послужившие основанием для заключения срочного трудового договора в соответствии с данным кодексом или иным Федеральным законом; условия оплаты труда (в том числе размер тарифной ставки или оклада (должностного оклада) работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты); режим рабочего времени и времени отдыха (если для данного работника он отличается от общих правил, действующих у данного работодателя); гарантии и компенсации за работу с вредными и (или) опасными условиями труда, если работник принимается на работу в соответствующих условиях, с указанием характеристик условий труда на рабочем месте, условия, определяющие в необходимых случаях характер работы (подвижной, разъездной, в пути, другой характер работы); условия труда на рабочем месте; условие об обязательном социальном страховании работника в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации и иными федеральными законами.

Трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено названным кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя (часть первая статьи 61 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть первая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в абзаце третьем пункта 2.2 определения от 19 мая 2009 г. N 597-О-О, в целях предотвращения злоупотреблений со стороны работодателей и фактов заключения гражданско-правовых договоров вопреки намерению работника заключить трудовой договор, а также достижения соответствия между фактически складывающимися отношениями и их юридическим оформлением федеральный законодатель предусмотрел в части четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации возможность признания в судебном порядке наличия трудовых отношений между сторонами, формально связанными договором гражданско-правового характера, и установил, что к таким случаям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Данная норма Трудового кодекса Российской Федерации направлена на обеспечение баланса конституционных прав и свобод сторон трудового договора, а также надлежащей защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации как социальном правовом государстве (статья 1, часть 1; статьи 2 и 7 Конституции Российской Федерации) (абзац четвертый пункта 2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. N 597-О-О).

Указанный судебный порядок разрешения споров о признании заключенного между работодателем и лицом договора трудовым договором призван исключить неопределенность в характере отношений сторон таких договоров и их правовом положении, а потому не может рассматриваться как нарушающий конституционные права граждан. Суды общей юрисдикции, разрешая подобного рода споры и признавая сложившиеся отношения между работодателем и работником либо трудовыми, либо гражданско-правовыми, должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации. Из приведенных в этих статьях определений понятий "трудовые отношения" и "трудовой договор" не вытекает, что единственным критерием для квалификации сложившихся отношений в качестве трудовых является осуществление лицом работы по должности в соответствии со штатным расписанием, утвержденным работодателем, - наличие именно трудовых отношений может быть подтверждено ссылками на тарифно-квалификационные характеристики работы, должностные инструкции и любым документальным или иным указанием на конкретную профессию, специальность, вид поручаемой работы (абзацы пятый и шестой пункта 2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. N 597-О-О).

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце третьем пункта 8 и в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", если между сторонами заключен договор гражданско-правового характера, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу части четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права. Если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Как следует из пункта 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации, гражданское законодательство, в том числе, определяет правовое положение участников гражданского оборота и регулирует договорные и иные обязательства, а также другие имущественные и личные неимущественные отношения, основанные на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности участников.

Согласно пункту 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

По договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги (пункт 1 статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 2 статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации правила настоящей главы применяются к договорам оказания услуг связи, медицинских, ветеринарных, аудиторских, консультационных, информационных услуг, услуг по обучению, туристическому обслуживанию и иных, за исключением услуг, оказываемых по договорам, предусмотренным главами 37, 38, 40, 41, 44, 45, 46, 47, 49, 51, 53 Гражданского кодекса Российской Федерации.

На основании статьи 781 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

По смыслу норм Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующих отношения по договору возмездного оказания услуг, этот договор заключается для выполнения исполнителем определенного задания заказчика, согласованного сторонами при заключении договора. Целью договора возмездного оказания услуг является не выполнение работы как таковой, а осуществление исполнителем действий или деятельности на основании индивидуально-конкретного задания к оговоренному сроку за обусловленную в договоре плату.

От договора возмездного оказания услуг трудовой договор отличается предметом договора, в соответствии с которым исполнителем (работником) выполняется не какая-то конкретная разовая работа, а определенные трудовые функции, входящие в обязанности физического лица - работника, при этом важен сам процесс исполнения им этой трудовой функции, а не оказанная услуга. Также по договору возмездного оказания услуг исполнитель сохраняет положение самостоятельного хозяйствующего субъекта, в то время как по трудовому договору работник принимает на себя обязанность выполнять работу по определенной трудовой функции (специальности, квалификации, должности), включается в состав персонала работодателя, подчиняется установленному режиму труда и работает под контролем и руководством работодателя; исполнитель по договору возмездного оказания услуг работает на свой риск, а лицо, работающее по трудовому договору, не несет риска, связанного с осуществлением своего труда.

Судом установлено и из материалов дела следует, что ИП Л.., ОГРНИП №, зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя 18.11.2020 г., в качестве одного из основных видов деятельности указана торговля розничная телекоммуникационным оборудование, включая розничную торговлю мобильными телефонами в специализированных магазинах.

Согласно информации предоставленной на запрос суда МИФНС № 2 по Самарской области П. ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ИНН № по состоянию на 28.10.2024 г. является налогоплательщиком налога на профессиональный доход, за 2023 г. им указана общая сумма дохода в размере 19 244, 14 рублей.

Как следует из позиции истцов и подтверждается справками по операциям К.. Л. перечислялись денежные средства: 31.07.2024 г. - 2 575 рублей, 02.08.2024 г. – 2 991 рубль, 08.08.2024 г. – 2 687 рублей, 16.08.2024 г. – 1 200 рублей, 18.08.2024 г. – 1 200 рублей, 01.08.2024 г. – 5 000 рублей, 18.08.2024 г. – 5 000 рублей (том №1, л.д. 54-56); П.. Л. перечислялись денежные средства: 26.05.2024 г. – 400 рублей, 18.05.2024 г. – 3 500 рублей, 15.05.2024 г. – 3 866 рублей, 14.05.2024 г. – 300 рублей, 13.05.2024 г. – 220 рублей, 28.04.2024 г. – 411 рублей, 10.08.2024 г. – 10 000 рублей, 01.08.2024 г. – 5 000 рублей, 01.07.2023 г. – 5 000 рублей, 01.07.2023 г. – 580 рублей, 10.07.2023 г. – 20 000 рублей, 14.07.2023 г. – 4 818 рублей, 18.07.2023 г. – 771 рубль, 31.07.2023 г. – 1 279 рублей, 01.08.2023 г. – 5 000 рублей.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на правильном применении к спорным правоотношениям норм материального и процессуального права, мотивированы, подтверждаются представленными доказательствами, которым судом дана надлежащая оценка в соответствии с требованиями ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Судебная коллегия отклоняет доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что судом не оценены доводы ответчика, поскольку в решении суда судом приведена оценка всем доводам ответчика.

При определении размера компенсации морального вреда суд принял во внимание физические и нравственные страдания истца, характер и тяжесть причиненного здоровью истца вреда, степень утраты его профессиональной трудоспособности и вину причинителя вреда, а также требования разумности и справедливости, при этом основанием для отказа в удовлетворении требований истца финансовое положение ответчика, не является.

Также суд первой инстанции отклонил доводы ответчика об отсутствии причинно-следственной связи между выявленным заболеванием истца и условиями работы в АО «

<

данные изъяты>», поскольку в данном случае причинно-следственная связи установлена и подтверждается допустимыми доказательствами

Доводы ответчика со ссылкой на поведение самого истца, который продолжая работать во вредных условиях труда, добровольно согласился на причинение вреда своему здоровью, также суд посчитал несостоятельными, поскольку ответчиком не представлено доказательств, подтверждающих факт отсутствия вины в причинении вреда здоровью истца, не доказан факт отсутствия вредных условий труда на рабочем месте истца в период его работы.

Установив факт наличия у истца диагноза профессионального заболевания, повлекшего частичную утрату профессиональной трудоспособности и иные связанные с этим неблагоприятные последствия, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что обязанность компенсировать физические и нравственные страдания в силу положений ст. 22, 237 Трудового кодекса Российской Федерации, статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, положений статьи 8 Федерального закона "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 подлежит возложению на причинителя вреда, которым в настоящем случае является, ответчик по делу – ОАО «РКЦ «ПРОГРЕСС».

При определении суммы компенсации морального вреда в размере 400 000 рублей суд первой инстанции применил критерии, предусмотренные статьями 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, оценил в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации все представленные по делу доказательства, учел конкретные обстоятельства дела, характер причиненных истцу нравственных и физических страданий, степень утраты профессиональной трудоспособности, иные заслуживающие внимание обстоятельства.

Установленный судом первой инстанции размер компенсации морального вреда, причиненный истцу в результате профессионального заболевания, соответствует тому объему физических и нравственных страданий, о которых заявлено истцом, согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст. ст. 21, 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости.

Вопреки доводам жалобы ответчика, в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон.

В Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (ч. 2 ст. 7 Конституции Российской Федерации), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (ч. 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации), каждый имеет право на охрану здоровья (ч. 2 ст. 41 Конституции Российской Федерации), каждому гарантируется право на судебную защиту (ч. 1 ст. 46 Конституции Российской Федерации).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Согласно части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных статьей 55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья.

Приведенные выше конституционные положения конкретизированы в соответствующих нормах трудового права и разъяснениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Так, в соответствии с частью 2 статьи 9 Трудового кодекса Российской Федерации коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 3 п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", факт получения потерпевшим добровольно предоставленной причинителем вреда компенсации как в денежной, так и в иной форме, как и сделанное потерпевшим в рамках уголовного судопроизводства заявление о полной компенсации причиненного ему морального вреда, не исключает возможности взыскания компенсации морального вреда в порядке гражданского судопроизводства. Суд вправе взыскать компенсацию морального вреда в пользу потерпевшего, которому во внесудебном порядке была выплачена (предоставлена в неденежной форме) компенсация, если, исходя из обстоятельств дела, с учетом положений статей 151 и 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации придет к выводу о том, что компенсация, полученная потерпевшим, не позволяет в полном объеме компенсировать причиненные ему физические или нравственные страдания.

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон.

Положения отраслевого соглашения и коллективного договора означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере.

Заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры не могут ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья.

Таким образом, произведенная истцу выплата в счет компенсации морального вреда на основании приказа ответчика не лишает истца права обратиться в суд с требованием о компенсации морального вреда в размере, превышающем выплаченную в добровольном порядке сумму.

В силу изложенного, довод апелляционной жалобы о повторном взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, является необоснованным.

Довод апелляционной жалобы ответчика о завышенном и необоснованном размере судебных расходов судебная коллегия находит несостоятельными, поскольку размер указанных расходов определен судом в соответствии со ст. 100 ГПК РФ, с учетом сложности дела и объема проделанной представителем работы.

По существу, доводы апелляционной жалобы сводятся к несогласию с определенным судом размером компенсации морального вреда, направлены на иную оценку исследованных судом доказательств и установленных по делу обстоятельств, выражают субъективную точку зрения ответчика о том, как должно быть рассмотрено настоящее дело и оценены собранные по нему доказательства в их совокупности, в силу чего данные доводы основаниями для отмены либо изменения решения суда явиться не могут.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, судебная коллегия полагает, что правоотношения сторон в рамках заявленных требований определены судом первой инстанции правильно, обстоятельства, имеющие правовое значение, установлены на основании добытых по делу доказательств, выводы суда первой инстанции по обстоятельствам, имеющим значение для правильного разрешения исковых требований, подробно мотивированы, подтверждены материалами дела, основаны на полном, всестороннем, объективном и непосредственном исследовании всех имеющихся в деле доказательств, нарушений норм материального или процессуального права судом не допущено.

При таких обстоятельствах, оснований для отмены либо изменения решения суда по доводам апелляционной жалобы не имеется.

На основании вышеуказанного и, руководствуясь статьями 328 -330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Автозаводского районного суда г. Тольятти Самарской области от 27 мая 2025 г., оставить без изменения, апелляционную жалобу П., К., без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Шестой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение трех месяцев.

Мотивированное апелляционное определение составлено 15 декабря 2025 г.

Председательствующий: А.А. Евдокименко

Судьи: М.Н. Ретина

О.Н. Голубева