Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

22 июня 2021 г. Центральный районный суд г. Воронежа в составе:

председательствующего судьи Багрянской В.Ю.,

при секретаре Плужник А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к УПФР в г. Воронеже об установлении факта нахождения на иждивении, возложении обязанности установить повышенную фиксированную выплату страховой пенсии по старости в связи с нахождения на иждивении 

<

данные изъяты> ФИО1,

у с т а н о в и л :

ФИО2 обратилась в суд с исковым заявлением к УПФР в г. Воронеже об установлении факта нахождения на иждивении, возложении обязанности установить повышенную фиксированную выплату страховой пенсии по старости в связи с нахождения на иждивении 

<

данные изъяты> ФИО1. Обосновывая заявленные исковые требования, указывает, что она является матерью ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, которая является 

<

данные изъяты>, нетрудоспособной, инвалидность установлена бессрочно. Решением Железнодорожного районного суда г. Воронежа от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признана 

<

данные изъяты>, истец назначена ее опекуном. С 01.11.2014 истцу была установлена страховая пенсия по старости в размере 7733, 23 рублей без учета факта нахождения на иждивении ребенка. Пенсия дочери истца составляет 11212, 36 рублей. 26.11.2020 истец обратилась к ответчику с заявлением о перерасчете размера фиксированной выплаты к страховой пенсии в связи с нахождением на иждивении 

<

данные изъяты> ФИО1, однако ответчиком в перерасчете фиксированной выплаты к страховой пенсии было отказано. Не согласившись с данным решением, истец обратилась в суд с настоящим исковым заявлением, указывает, что дочь в установленном порядке признана 

<

данные изъяты>, страдает 

<

данные изъяты>, не в состоянии себя обслуживать, совершать как юридически значимые, так и простые бытовые действия, полностью находится на иждивении истца, просит суд (с учетом уточнения требований) обязать ответчика установить с 26.11.2020 повышенную фиксированную выплату к страховой пенсии по старости в связи с нахождением на иждивении ФИО1

В судебное заседание истец ФИО2 не явилась, о слушании дела извещена надлежащим образом, просит дело рассматривать в ее отсутствие. 

Представитель ФИО2, действующий на основании ордера адвокат Дегтярев С.П., в судебном заседании заявленные исковые требования поддержал, просит суд их удовлетворить. Также просит взыскать с ответчика расходы на оплату услуг представителя в сумме 30000 рублей. 

Представитель УПФР в г. Воронеже, действующая на основании доверенности ФИО3, в судебном заседании заявленные исковые требования не признала, просит отказать в их удовлетворении. Суду представлены письменные возражения относительно заявленных требований.

Заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, исследовав представленные письменные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Истец является матерью ФИО1, которая является 

<

данные изъяты>, инвалидность установлена бессрочно (л.д. 8). Решением Железнодорожного районного суда г. Воронежа от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признана 

<

данные изъяты> (л.д. 7). Распоряжением Управы Железнодорожного района г. Воронежа от 17.09.2020 над 

<

данные изъяты> ФИО1 установлена опека, истец назначена ее опекуном пожизненно на безвозмездной основе (л.д. 11-12).

Решением УПФР в г. Воронеже от 20.05.2020 истцу назначена страхования пенсия по старости в соответствии со ст. 8 Федерального закона №400-ФЗ от 28.12.2013 «О страховых пенсиях» с 06.05.2020 в размере 5595, 62 рублей (л.д. 30). Также указанным решением истцу установлена фиксированная выплата к страховой пенсии на основании ст. 16 Федерального закона №400-ФЗ т 28.12.2013 с 06.05.2020 в размере 5686, 25 рублей.

26.11.2020 истец обратилась в УПФР в г. Воронеже с заявлением об установлении факта нахождения на ее иждивении нетрудоспособной ФИО1 (л.д. 34) и перерасчете размера фиксированной выплаты к пенсии в связи с нахождением на ее иждивении нетрудоспособной дочери (л.д. 31-33).

Решением УПФР в г. Воронеже от 02.12.2020 в удовлетворении заявления истца об установлении факта нахождения на иждивении дочери ФИО1 и перерасчете размере фиксированной выплаты к пенсии отказано, поскольку доход истца не является основным и постоянным источником средств существования ее дочери, и она не находится на ее полном содержании (л.д. 13-15).

Суд считает отказ в перерасчете фиксированной выплаты к страховой пенсии незаконным по следующим основаниям. 

Провозглашая человека, его права и свободы высшей ценностью, а признание, соблюдение и защиту прав и свобод человека и гражданина - обязанностью государства, Конституция Российской Федерации устанавливает, что Россия является демократическим правовым и социальным государством, в котором указанные права и свободы определяют смысл, содержание и применение законов и обеспечиваются правосудием и политика которого - исходя из ответственности перед нынешним и будущими поколениями, стремления обеспечить их благополучие и процветание - направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека (преамбула; статья 1, часть 1; статья 2; статья 7, часть 1; статьи 17 и 18); в Российской Федерации как социальном государстве обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства, инвалидов и пожилых граждан, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты (статья 7, часть 2); материнство и детство, семья находятся под защитой государства (статья 38, часть 1).

При этом Конституция Российской Федерации, гарантируя каждому социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом, относит определение механизма реализации данного конституционного права, в том числе установление порядка и условий пенсионного обеспечения, к компетенции законодателя (статья 39, части 1 и 2).

Осуществляя соответствующее правовое регулирование, федеральный законодатель располагает достаточно широкой свободой усмотрения и, предусматривая в законе правовые основания назначения пенсий, порядок их исчисления и выплаты, вправе устанавливать для отдельных категорий граждан специальные правила пенсионного обеспечения, учитывающие применительно к данным лицам особые объективно значимые обстоятельства, влияющие, в числе прочего, на размер назначаемых им пенсий. Такого рода дифференцированный подход при установлении условий и размеров пенсионного обеспечения согласуется и с предписаниями статей 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, которая, как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, допускает существование различий в правах граждан в той или иной сфере правового регулирования, если такие различия объективно оправданны, обоснованы и преследуют конституционно значимые цели, а используемые для достижения указанных целей правовые средства соразмерны им. При этом критерии (признаки), лежащие в основе установления соответствующих специальных норм, должны определяться с учетом преследуемой цели дифференциации в правовом регулировании, т.е. сами критерии и правовые последствия дифференциации должны быть сущностно взаимообусловлены

В соответствии с частью 3 статьи 17 Федерального закона от 28 декабря 2013 года №400-ФЗ "О страховых пенсиях" (в редакции, действовавшей на момент обращения истца с заявлением о перерасчете размере фиксированной выплаты к страховой пенсии) лицам, на иждивении которых находятся нетрудоспособные члены семьи, указанные в пунктах 1, 3 и 4 части 2 статьи 10 данного Федерального закона, повышение фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости и к страховой пенсии по инвалидности устанавливается в сумме, равной одной третьей суммы, предусмотренной частью 1 статьи 16 данного Федерального закона, на каждого нетрудоспособного члена семьи, но не более чем на трех нетрудоспособных членов семьи.

Устанавливая в Федеральном законе "О страховых пенсиях" основания возникновения и порядок реализации прав граждан Российской Федерации на страховые пенсии (часть 1 статьи 1) и предусматривая в качестве дополнительного обеспечения лиц, имеющих право на страховую пенсию в соответствии с данным Федеральным законом, фиксированную выплату к ней (пункт 6 статьи 3), законодатель определил круг получателей такого рода выплаты и ее размер (статья 16), а также закрепил возможность повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости и к страховой пенсии по инвалидности для отдельных категорий граждан, в том числе для лиц, на иждивении которых находятся нетрудоспособные члены семьи (статья 17).

При этом, поскольку нетрудоспособность, по общему правилу, определяется на основании возрастных критериев либо обусловливается наличием инвалидности, к нетрудоспособным членам семьи, нахождение которых на иждивении лица, являющегося получателем страховой пенсии по старости либо страховой пенсии по инвалидности, дает ему право на повышение фиксированной выплаты к пенсии, часть 3 статьи 17 Федерального закона "О страховых пенсиях" относит лиц, признаваемых нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца для целей получения пенсии по случаю потери кормильца и указанных в пунктах 1, 3 и 4 части 2 статьи 10 данного Федерального закона, а именно: детей, братьев, сестер и внуков, не достигших возраста 18 лет, а также детей, братьев, сестер и внуков, обучающихся по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, в том числе в иностранных организациях, расположенных за пределами территории Российской Федерации, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет, а равно детей, братьев, сестер и внуков старше этого возраста, если они до достижения возраста 18 лет стали инвалидами

При наличии на иждивении у лица, являющегося получателем страховой пенсии по старости либо страховой пенсии по инвалидности, одного или нескольких нетрудоспособных членов семьи, относящихся к какой-либо из указанных категорий, повышение фиксированной выплаты к пенсии устанавливается в сумме, равной одной третьей суммы, предусмотренной частью 1 статьи 16 Федерального закона "О страховых пенсиях" (с 1 января 2020 года - 5686 рублей 25 копеек), на каждого нетрудоспособного члена семьи, но не более чем на трех нетрудоспособных членов семьи.

Таким образом, установленное частью 3 статьи 17 Федерального закона "О страховых пенсиях" повышение фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости и к страховой пенсии по инвалидности представляет собой способ материальной компенсации иждивенческой нагрузки получателя соответствующей пенсии, а потому право на повышенную фиксированную выплату к страховой пенсии по старости и к страховой пенсии по инвалидности связывается законодателем с фактом наличия на иждивении у лица, получающего такую пенсию, нетрудоспособного члена семьи, относящегося к какой-либо из предусмотренных законом категорий.

Нормативное содержание понятия "иждивение" раскрывается в части 3 статьи 10 Федерального закона "О страховых пенсиях" применительно к определению круга лиц, имеющих право на назначение пенсии по случаю потери кормильца. Данное законоположение предусматривает, что члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию. Аналогичная правовая норма содержалась и в пункте 3 статьи 9 Федерального закона от 17 декабря 2001 года N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации".

такое понятие иждивения предполагает как полное содержание лица умершим кормильцем, так и получение от него содержания, являвшегося для этого лица основным, но не единственным источником средств к существованию, т.е. не исключает наличие у лица (члена семьи) умершего кормильца какого-либо собственного дохода

При этом признание нетрудоспособных членов семьи находящимися на иждивении умершего кормильца осуществляется с применением положений части 4 статьи 10 Федерального закона "О страховых пенсиях", устанавливающей презумпцию нахождения детей на иждивении своих родителей, за исключением детей, объявленных в соответствии с законодательством Российской Федерации полностью дееспособными или достигших возраста 18 лет. Это означает, что нахождение детей, не достигших возраста 18 лет, на иждивении своих родителей не требует доказательств, в то время как в отношении детей, объявленных полностью дееспособными или достигших возраста 18 лет, факт нахождения на иждивении их родителей подлежит доказыванию в предусмотренном законом порядке.

Данный общий подход распространяется в том числе и на детей-инвалидов, а также лиц, достигших 18 лет и ставших инвалидами до достижения этого возраста (инвалидов с детства), которых федеральный законодатель хотя и относит к категории нетрудоспособных членов семьи умершего кормильца для целей получения пенсии по случаю потери кормильца, однако прямо не признает их априори состоящими на иждивении своих родителей.

Приведенное правовое регулирование - при отсутствии в законодательстве каких-либо специальных положений - подлежит применению и при рассмотрении вопроса о признании ребенка-инвалида или инвалида с детства находящимся на иждивении у его родителя, являющегося получателем страховой пенсии по старости либо страховой пенсии по инвалидности, для определения наличия у данного родителя права на повышение фиксированной выплаты к соответствующей пенсии на основании части 3 статьи 17 Федерального закона "О страховых пенсиях".

Исходя из этого родитель, осуществляющий уход за ребенком-инвалидом в возрасте до 18 лет, - в силу презумпции иждивенства, прямо установленной законом только в отношении несовершеннолетних детей, - имеет безусловное право на предусмотренное указанным законоположением повышение фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости или к страховой пенсии по инвалидности. В случае же продолжения фактического осуществления таким родителем ухода за своим ребенком-инвалидом после достижения им совершеннолетия и отнесения его к категории "инвалид с детства" право на повышенную фиксированную выплату к установленной данному родителю страховой пенсии по старости или к страховой пенсии по инвалидности сохраняется за ним лишь при условии, что его совершеннолетний ребенок, признанный инвалидом с детства, по-прежнему находится на его иждивении. При этом сказанное актуально и в отношении родителя инвалида с детства, признанного судом недееспособным и нуждающегося в постоянном постороннем уходе и помощи (надзоре).

При разрешении данного спора суд учитывает, что дочь истца является 

<

данные изъяты>, в установленном порядке признана 

<

данные изъяты> в силу наличия 

<

данные изъяты>, истец назначена опекуном 

<

данные изъяты> дочери.

В силу вышеназванных обстоятельств и в силу закона содержит свою нетрудоспособную, 

<

данные изъяты> совершеннолетнюю дочь, которая, с учетом состояния ее здоровья, нуждается в постоянном лечении и постороннем уходе, в приобретении лекарственных средств, что предполагает и несение истцом необходимых затрат для обеспечения качественного уровня жизни нетрудоспособного инвалида.

Указанные обстоятельства, подтверждают тот факт, что ФИО1 находится на иждивении истца, поскольку истец оказывает своей нетрудоспособной дочери помощь, которая является для нее постоянным и основным источником средств к существованию, а потому доводы ответчика в части недоказанности истцом указанного обстоятельства суд находит необоснованными, при этом суд учитывает, что положения ч. 3 ст. 17 Закона не ограничивают право на расчет пенсии с учетом иждивенца конкретным размером получаемого иждивенцем дохода либо соотношением такого дохода с уровнем прожиточного минимума.

При разрешении данного спора суд руководствуется конституционными принципами правового государства, справедливости, гуманизма, а также конституционными предписаниями о социальном характере государства, государственной поддержке семьи и инвалидов, защите государством детства и семьи (статья 1, часть 1; статья 7; статья 38, часть 1, Конституции Российской Федерации), и приходит к выводу, что для признания инвалида с детства находящимся на иждивении своего родителя не имеет значения соотношение размеров доходов самого инвалида с детства и его родителя, поскольку помощь, которую оказывает инвалиду с детства его родитель при осуществлении необходимого такому инвалиду постоянного ухода за ним и после достижения совершеннолетия, может выражаться не только непосредственно в денежной форме, но и в иных, также требующих определенных денежных затрат, формах (например, в приобретении продуктов питания, одежды, лекарственных средств, оплате медицинских и иных услуг в целях жизнеобеспечения инвалида с детства и др.).

Данный подход позволяет сохранять родителю, осуществлявшему уход за ребенком-инвалидом до достижения им возраста 18 лет и фактически продолжающему его осуществлять и после достижения этим ребенком-инвалидом совершеннолетнего возраста и признания его инвалидом с детства, право на повышенную фиксированную выплату к страховой пенсии по старости.

Иное толкование норм закона не соответствует вышеприведенным основным принципам социального обеспечения в Российской Федерации и противоречит целям Федерального закона "О страховых пенсиях". 

Кроме того, постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 22.02.2020 №20-П часть 3 статьи 17 Федерального закона "О страховых пенсиях" признана не соответствующей Конституции Российской Федерации, ее статьям 19 (части 1 и 2) и 39 (часть 1), в той мере, в какой она в силу неопределенности нормативного содержания, порождающей на практике неоднозначное ее истолкование и, соответственно, возможность произвольного применения, допускает в системе действующего правового регулирования различный подход к решению вопроса о праве родителя инвалида с детства на сохранение после достижения этим инвалидом совершеннолетнего возраста и признания его судом недееспособным повышенной фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости, установленной такому родителю, при том, что он фактически продолжает осуществлять необходимые данному инвалиду с детства постоянный уход и помощь (надзор).

В связи с принятием данного постановления Федеральным законом от 24.02.2021 №18-ФЗ "О внесении изменений в статьи 17 и 18 Федерального закона "О страховых пенсиях" ст. 17 Федерального закона «О страховых пенсиях» дополнена ч. 3.1 следующего содержания «Родителям, которые являются опекунами лиц из числа недееспособных инвалидов с детства (если эти лица не находятся на полном государственном обеспечении), повышение фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости и к страховой пенсии по инвалидности устанавливается в сумме, равной одной третьей суммы, предусмотренной частью 1 статьи 16 настоящего Федерального закона, на каждого недееспособного инвалида с детства, но не более чем на трех недееспособных инвалидов с детства». 

Ответчик, возражая относительно заявленных требований, указывает, что истец имеет право на повышение фиксированной выплаты к пенсии только с 24.02.2021, то есть с даты внесения изменений в Федеральный закон «О страховых пенсиях».

Однако на момент обращения истца с заявлением о перерасчете размера фиксированной выплаты 26.11.2020, ч. 3 ст. 17 данного закона уже была признана не соответствующей конституции, суд считает, что ответчик обязан был принять во внимание указанное постановление Конституционного Суда Российской Федерации и учитывать разъяснения, данные в указанном постановлении по вопросу применения ч. 3 ст. 17 Федерального закона «О страховых пенсиях».

На основании изложенного суд приходит к выводу о том, что требования истца о возложении на ответчика обязанность установить фиксированную выплату к страховой пенсии по старости в связи с нахождением на ее иждивении 

<

данные изъяты> с 26.11.2020 подлежат удовлетворению.

Кроме того, истцом заявлены требования о взыскании с ответчика расходов на оплату услуг представителя в размере 30000 рублей. В подтверждение понесенных расходов представлены договор об оказании юридической помощи, квитанции к приходным кассовым ордерам.

В соответствии со ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, суммы, подлежащие выплате экспертам, расходы на оплату услуг представителя (ст. 94 ГПК РФ).

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

Как предусмотрено ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. Согласно требованиям Закона расходы на оплату услуг представителя взыскиваются в разумных пределах. Разумные пределы подразумевают под собой установление с учетом представленных доказательств справедливой и соразмерной компенсации, обеспечивающей баланс интересов сторон. 

Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (части 3) Конституции Российской Федерации. Поэтому пределы размера возмещения должны определяться с учетом сложности дела, продолжительности его разбирательства, количества потерянного времени, объема выполненной представителем работы.

В судебном заседании установлено, что представителем истца было составлено исковое заявление, также представитель истца участвовал в двух судебных заседаниях. За оказанные услуги истцом оплачена денежная сумма в размере 30000 рублей, из которых 10000 рублей – составление искового заявления, 20000 рублей – участие представителя в двух судебных заседаниях (по 10000 рублей за каждое судебное заседание).

Суд, оценивая доводы истца, с учетом принципа разумности и справедливости, учитывая объем выполненной представителем истца работы, учитывая, что представители истца, оказывающие юридическую помощь, являются адвокатами, существовавшие на период представительства интересов минимальные расценки на оказание юридической помощи, а также учитывая, что заявленные исковые требования удовлетворены, полагает разумным взыскать с ответчика расходы на оплату услуг представителя в размере 30000 рублей. Ответчиком доказательств чрезмерности взыскиваемых расходов не представлено. 

Руководствуясь ст. ст. 12, 56, 194-198 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

Обязать УПФР в г. Воронеже установить ФИО2 повышенную фиксированную выплату к страховой пенсии по старости в связи с нахождением на иждивении 

<

данные изъяты> ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения с 26.11.2020.

Взыскать с УПФР в г. Воронеже в пользу ФИО2 судебные расходы в сумме 30000 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Воронежский областной суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья Багрянская В.Ю.

Решение в окончательной форме принято 29.06.2021. 

1версия для печати