Судья ФИО3 Дело №к-2177/2021

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

г. Махачкала 

<

дата>

Верховный Суд Республики Дагестан в составе: председательствующего судьи Пономаренко Д.В., при секретаре судебного заседания ФИО4, с участием прокурора ФИО5, обвиняемого ФИО1, защитника - адвоката ФИО6, рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференц - связи материалы по апелляционной жалобе защитника - адвоката ФИО6 на постановление Дербентского городского суда Республики Дагестан от 

<

дата>, которым в отношении 

ФИО1, 

<

дата> года рождения, уроженца 

<

адрес> ССР, гражданина РФ, не судимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 159 УК РФ, избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 2 месяца, то есть до 

<

дата>. 

Изучив материалы дела, заслушав выступления защитника - адвоката ФИО6 и обвиняемого ФИО1, поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора, полагавшего апелляционную жалобу оставить без удовлетворения, а постановление суда без изменения, суд 

у с т а н о в и л:

Органами предварительного следствия ФИО2 М.Г. обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 159 УК РФ. 

<

дата> в соответствии со ст. ст. 91, 92 УПК РФ ФИО2 М.Г. задержан в качестве подозреваемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 159 УК РФ. 

<

дата> постановлением Дербентского городского суда Республики Дагестан в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 2 месяца, то есть до 

<

дата>. 

В апелляционной жалобе и дополнении к ней адвокат ФИО6, выражая несогласие с судебным решением, полагает, что постановление суда противоречит требованиям уголовно-процессуального закона, судебной практике Верховного Суда РФ, 4-го кассационного суда общей юрисдикции, нормам международного права по вопросам избрания меры пресечения в виде заключения под стражу. 

Указывает, что при принятии решения судом первой инстанции не принято во внимание, что в соответствии с ч. 1.1 ст. 108 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения при отсутствии обстоятельств, указанных в п.п. 1 - 4 ч.1 ст. 108 УПК РФ, не может быть применено в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных чч. 1 - 4 ст. 159, ст. ст. 159.1 - 159.3, 159.5, 159.6, 160, 165 и 201 УК РФ, если эти преступления совершены членом органа управления коммерческой организации в связи с осуществлением им полномочий по управлению организацией либо в связи с осуществлением коммерческой организацией предпринимательской или иной экономической деятельности, а также чч. 5 - 7 ст. 159, ст. ст. 171, 171.1, 171.3 - 172.3, 173.1 - 174.1, 176 - 178, 180, 181, 183, 185 - 185.4 и 190 - 199.4 УК РФ.

Из постановления о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого следует, что он, являясь должностным лицом - генеральным директором ООО «Первый строительный» в период с 2015 г. по 2018 г. совершил действия связанные с преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности по договорам долевого участия в строительстве многоквартирного жилого дома по адресу: Республика Дагестан, 

<

адрес>, чем предположительно причинил ущерб физическим лицам на сумму более 100000000 рублей. Данные действия квалифицированы в настоящее время предварительным следствием по ч. 4 ст. 159 УК РФ.

Из обстоятельств преступного деяния, как оно изложено в постановлении о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого следует, что оно связано с осуществлением им в качестве члена органа управления коммерческой организации (генеральным директором) полномочий по управлению организацией и осуществлению ею предпринимательской деятельности. В материалах дела представлены документы о добросовестном осуществлении активной предпринимательской деятельности по исполнению обязанностей, предусмотренных договорами долевого участия, и вложению указанных в обвинении денежных средств в строительство многоквартирного дома (получение разрешение на строительство, подготовка проектной документация, прошедшей необходимые экспертизы, проведение значительной части строительных работ (протокол осмотра дома) и т.д.).

Автор апелляционной жалобы приходит к выводу, что при отсутствии предусмотренных пп. 1 - 4 ч.1 ст. 108 УПК РФ обстоятельств, обвиняемый ФИО2 М.Г. относится к числу лиц, в отношении которых мера пресечения в виде заключения под стражу избрана быть не может.

Между тем, в постановлении суд первой инстанции в нарушение данных требований закона указал, что единственным основанием для избрания такой жесткой меры пресечения, как заключение под стражу, является тяжесть предъявленного ФИО1 обвинения.

В обоснование выводов о необходимости избрания в отношении обвиняемого ФИО1 самой строгой меры пресечения суд сослался на то, что ФИО2 М.Г. был объявлен в розыск, но не исследовал ни обстоятельства объявления в розыск, ни обстоятельства задержания ФИО1, ни связи объявления в розыск и наличия действительных попыток скрыться, а также доказательств того, что обвиняемый реально скрывался от органов предварительного следствия.

Вместе с тем само по себе объявление обвиняемого в розыск не свидетельствует о наличии оснований, предусмотренных п.4 ч.1 ст. 108 УПК РФ.

Защитник полагает, что представленные в суд материалы не содержат ни одного доказательства того, что в период с момента возбуждения 

<

дата> уголовного дела и соответственно начала уголовного преследования, до объявления ФИО1 в розыск, осуществлялись какие-либо мероприятия, направленные на установление его места нахождения, а также результаты этих мероприятий, которые бы свидетельствовали о том, что ФИО2 М.Г. действительно скрылся от органов предварительного следствия, зная, что в отношении него начато уголовное преследование. 

Обращает внимание, что с 2018 года ФИО2 М.Г. постоянно проживал на территории 

<

адрес> совместно с женой и детьми, ни от кого и никуда не скрывался, он сам и члены его семьи обращались в различные государственные учреждения, ребенок ходил в детский сад. То есть, задолго до возбуждения уголовного дела (и даже задолго до проверочных мероприятий в порядке ст. ст. 144-145 УПК РФ, которые начаты с 

<

дата>) и очевидно не в связи с ними, ФИО2 М.Г. сменил свое место жительство. Свободный выбор гражданином своего места жительства, гарантированный Конституцией РФ, не может является основанием для предположения о том, что лицо скрывается от кого-либо.

Когда ФИО1 стало известно об уголовном преследовании, он обратился в правоохранительные органы с целью разобраться в ситуации, поскольку никаких преступлений не совершал, в результате добровольно прилетел в Дагестан и явился к следователю в Дербенте, где согласно протоколу задержания в кабинете следователя и был задержан.

Согласно же представленным в суд первой инстанции материалам, никаких доказательств подтверждающих, что ФИО2 М.Г. до 

<

дата> был извещен следователем или иным образом знал о возбужденном уголовном деле, и предпринимал какие-либо действия по уклонению от явки к следователю или что-либо подобное, не имеется. Каким образом ФИО2 М.Г. скрывался от следствия не установлено.

Автор апелляционной жалобы считает, что при таких обстоятельствах следует прийти к выводу о том, что ФИО2 М.Г. был объявлен в розыск при отсутствии доказательств того, что он действительно скрылся, зная об осуществлении в отношении него уголовного преследования. Наиболее вероятно, целью объявления в розыск явилось необходимость установить таким образом точное местонахождение ФИО1, а соответственно один только факт объявления в розыск очевидно не мог служить основанием для вывода о том, что ФИО2 М.Г. скрылся и в результате являться единственным основанием для заключения его под стражу. Кроме того, доводы стороны защиты о фиктивности и незаконности объявления его в розыск судом надлежащим образом не проверены.

Кроме этого, не исследуя на настоящем этапе вопросы виновности или невиновности ФИО1, следует указать, что органом предварительного следствия не представлено и судом первой инстанции не исследовано каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО2 М.Г. совершил именно преступление, предусмотренное ч.4 ст. 159 УК РФ, в том числе похитил, то есть обратил поступившие от дольщиков средства в свое личное распоряжение, а не направил их на строительство. Наоборот, следователем в ходе судебного разбирательства суда первой инстанции достоверно доказано, в том числе представленным протоколом осмотра недостроенного дома, что безвозмездность изъятия денежных средств дольщиков в инкриминируемом деянии отсутствует, поскольку основная часть строительных работ по возведению дома, произведена. Имеются основания полагать, что объем вложенных в строительство данного многоквартирного жилого дома денежных средств может превышать сумму внесенной дольщиками.

Материалами дела достоверно подтверждено, что намерений похитить денежные средства дольщиков у ФИО1 не имелось, а наоборот предпринимались активные и добросовестные меры по строительству дома (задолго до заключения договоров, арендован участок; получено разрешение на строительство; разработана проектная документация и проведены всевозможные строительные экспертизы; проведены все технические работы по подключению дома к сетям; геодезические работы и т.д. Застройщик незадолго до начало строительства данного объекта уже завершил несколько других многоквартирных домов. Все это и многое другое прямо свидетельствует об отсутствии у ФИО1 даже умысла на хищение средств.

Суд первой инстанции устранился от проверки обоснованности подозрения ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления, при наличии указанных выше многочисленных фактов, которые существенно ставят под сомнение обоснованность такого подозрения.

Следует обратить внимание, что избрание такой меры пресечения как содержание под стражей полностью препятствует совершению ФИО1 мер по завершению строительства многоквартирного дома, для чего ФИО2 М.Г. и прибыл в Дагестан, что в свою очередь только еще больше усугубляет ситуацию и вызывает социальную напряженность. Избрание иной меры пресечения не только никаким образом не может воспрепятствовать предварительному расследованию, но и может способствовать завершению строительства дома в наиболее короткие сроки.

Согласно показаниям потерпевших, единственное требование их состоит в завершении ФИО1 строительства дома и получении ими жилья, а содержание ФИО1 под стражей полностью препятствует окончательному исполнению условий заключенных договоров долевого участия со стороны ФИО1, как директора ООО «Первый строительный»,

В нарушение требований закона судом первой инстанции не исследованы и в решении не приведены какие-либо фактические обстоятельства или доказательства, которые могли бы свидетельствовать о том, что ФИО2 М.Г. может действительно воспрепятствовать расследованию или скрыться от следствия.

Судом первой инстанции не приняты во внимание индивидуальные сведения о ФИО1, которые свидетельствуют об отсутствии действительных оснований для применения в отношении него такой меры пресечения, как содержание под стражей, а именно возраст, семейное положение, (женат, имеет 5-х детей, 3-е из которых малолетние); не судим, к административной ответственности не привлекался, на учетах у нарколога и психиатра не состоит; по месту жительства характеризуется положительно.

Защитник полагает, что указанные нарушения уголовно-процессуального закона, допущенные судом при избрании ФИО1 меры заключения в виде содержания под стражей существенные и являются основанием для отмены судебного решения на основании п.2 ч.1 ст. 389.15 УПК РФ, а отношении обвиняемого ФИО1 необходимо избрать меру пресечения в виде домашнего ареста. 

Суд апелляционной инстанции, исследовав представленные сторонами письменные материалы, обсудив доводы апелляционной жалобы и выслушав участников процесса, находит постановление подлежащим отмене по следующим основаниям.

В соответствии с ч.4 ст. 7 УПК РФ постановление суда должно быть законным, обоснованным и мотивированным. Таким признается судебный акт, соответствующий требованиям уголовного и уголовно-процессуального законов, содержащий основанные на материалах дела выводы судьи по обстоятельствам, относящимся к предмету разрешаемых вопросов.

Вопросы, связанные с избранием меры пресечения, регулируются главой 13 УПК РФ. В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ № от 

<

дата> «О практике рассмотрения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога» разъяснены, какие обстоятельства должен исследовать суд и дать им оценку при принятии решения по делу.

При рассмотрении ходатайства следователя в отношении обвиняемого ФИО1 указанные требования закона в полном объеме не соблюдены.

Как следует из представленных материалов, ходатайство следователя об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу внесено надлежащим процессуальным лицом с согласия соответствующего руководителя следственного органа.

Согласно требованиям закона, обстоятельства, служащие основанием для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу должны быть реальными, обоснованными, то есть подтверждаться достоверными сведениями.

Суд первой инстанции пришел к выводу об обоснованности доводов органа предварительного следствия, согласившись с ними и отказав в удовлетворении ходатайства защиты об избрании иной меры пресечения, не связанной с содержанием под стражей, учитывая тяжесть и характер преступления, в котором обвиняется ФИО2 М.Г., полагая, что последний, находясь на свободе, может скрыться от следствия и суда, воспрепятствовать производству по уголовному делу. 

Вместе с тем, в обоснование необходимости избрания меры пресечения в виде заключения под стражу судом первой инстанции перенесены все данные, приведенные в ходатайстве следователя об избрании меры пресечения, при этом оценка исследованным материалам, представленным следователем, не дана, в связи с чем суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что ходатайство рассмотрено формально, выводы суда в постановлении фактическими обстоятельствами и материалами не подтверждены.

В постановлении суда не приведены фактические обстоятельства, которые свидетельствовали бы о реальной возможности совершения обвиняемым ФИО1 действий, указанных в ст. 97 УПК РФ, и невозможности беспрепятственного осуществления уголовного судопроизводства посредством применения в отношении него иной меры пресечения.

Кроме того, избрание в качестве меры пресечения заключения под стражу допускается только после проверки судом обоснованности подозрения в причастности лица к совершенному преступлению.

Также, в нарушение уголовно-процессуального закона при решении вопроса об избрании меры пресечения, обоснованность подозрения ФИО1 в причастности к совершению преступления, указанного в ходатайстве следователя, которая должна подтверждаться конкретными сведениями, судом первой инстанции надлежащим образом не проверена, в судебном решении отсутствуют ссылки на соответствующие доказательства, представленные органом предварительного следствия. Суд первой инстанции лишь формально сослался в постановлении на то, что ФИО2 М.Г. обоснованно задержан по подозрению в совершении преступления. 

Одновременно с этим, суд апелляционной инстанции отмечает, что исходя из положений ч. 1.1 ст. 108 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения при отсутствии обстоятельств, указанных в пунктах 1-4 ч.1 ст. 108 УПК РФ, не может быть применено в отношении обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 159 УК РФ, если это преступление совершено членом органа управления коммерческой организации в связи с осуществлением им полномочий по управлению организацией либо в связи с осуществлением коммерческой организацией предпринимательской или иной экономической деятельности.

В соответствии с п.7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 

<

дата> № «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога» при рассмотрении вопроса об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ст. ст. 159 - 159.6, 160 и 165 УК РФ, суд во всех случаях должен выяснить, в какой сфере деятельности совершено преступление.

Однако, несмотря на требования ч. 1.1 ст. 108 УПК РФ, данный вопрос судом не исследовался, в оспариваемом постановлении суд не привел суждений о том, что инкриминируемое ФИО1 преступление по ч. 4 ст. 159 УК РФ совершено не в связи с осуществлением полномочий по управлению коммерческой организацией или не в связи с осуществлением коммерческой организацией предпринимательской или иной экономической деятельности.

Суд первой инстанции не дал оценку обоснованности постановления органа следствия от 

<

дата> об объявлении подозреваемого ФИО1 в розыск, и какими объективными фактическими данными была вызвана необходимость объявления последнего в розыск, а также скрывался ли ФИО2 М.Г. от следствия, было ли известно его местонахождение, была ли установлена его юридическая обязанность являться по вызову в правоохранительные органы. 

При рассмотрении ходатайства об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении обвиняемого ФИО1 в нарушении разъяснений постановления Пленума Верховного Суда РФ № от 

<

дата> судом первой инстанции в ходе судебного заседания не обсуждалась возможность применения иной, более мягкой, меры пресечения.

В суде первой инстанции доводы защиты о возможности применения в отношении обвиняемого ФИО1 иной меры пресечения, не связанной с изоляцией от общества, надлежащим образом не проверены.

Вопреки положениям ст. ст. 97, 99, 108 УПК РФ, суд, принимая решение об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении обвиняемого ФИО1, не дал должной оценки совокупности сведений о личности обвиняемого, который, согласно представленным материалам, имеет регистрацию и место жительства на территории РФ, личность его документально установлена, женат, имеет малолетних детей, не выяснен вопрос о наличии или отсутствии у ФИО1 постоянного дохода. 

Помимо этого, суд не дал должной оценки обстоятельствам инкриминируемого ФИО1 преступления, не проанализирована возможность последнего повлиять на ход предварительного расследования с учетом объема выполненных по уголовному делу следственных действий, не выяснен вопрос о его поведении после совершения инкриминируемых противоправных действий. 

Таким образом, постановление подлежит отмене с учетом требований ст. ст. 389.15, 389.16, 389.17 УПК РФ, поскольку при его вынесении допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона, а выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, поскольку не учтены сведения, которые могли бы повлиять на существо принятого решения.

Допущенные нарушения не могут быть устранены в суде апелляционной инстанции, в связи с чем, постановление подлежит отмене с передачей материала на новое судебное разбирательство, исходя из положений ст. 389.22 УПК РФ. 

При новом рассмотрении ходатайства органа следствия суду следует принять решение, соответствующее требованиям закона, объективно с учетом всех представленных документов оценить доводы, как стороны защиты, так и обвинения, а мотивы принятого решения изложить в постановлении.

В целях охраны прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства и проведения судебного заседания в разумные сроки, принимая во внимание положения ст. 97 и ст. 99 УПК РФ, тяжесть инкриминируемого обвиняемому ФИО1 преступления, данные о его личности, суд апелляционной инстанции считает необходимым до повторного рассмотрения ходатайства следователя избрать в отношении ФИО1 меру пресечения в виде заключения под стражу на 15 суток, то есть до 

<

дата> включительно.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд 

п о с т а н о в и л:

постановление Дербентского городского суда Республики Дагестан от 

<

дата>, которым обвиняемому ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 2 месяца, то есть до 

<

дата>, - отменить. 

Материал направить на новое судебное разбирательство в тот же суд, в ином составе.

До повторного рассмотрения ходатайства избрать в отношении ФИО1, 

<

дата> года рождения, меру пресечения в виде заключения под стражу на 15 (пятнадцать) суток, то есть до 

<

дата> включительно.

Апелляционную жалобу адвоката ФИО6 - удовлетворить частично.

Настоящее апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в порядке выборочной кассации, предусмотренном статьями 401.10 - 401.12 УПК РФ, непосредственно в Пятый кассационный суд общей юрисдикции. 

Подозреваемый (обвиняемый) вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции. 

Председательствующий: