Дело № 2 – 37/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Большой Камень 04 мая 2018 года

Шкотовский районный суд Приморского края в составе:

председательствующего судьи Аркадьевой Е.П.,

с участием помощника Большекаменского межрайонного прокурора Баштакова А.Н.,

представителя ответчика ООО «ДальСпецТехМонтаж» ФИО10,

при секретаре Андрияновой О.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО11, ФИО12 к ООО «Завод ЖБИ-Строй», ООО «ДальСпецТехМонтаж» о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью,

УСТАНОВИЛ:

ФИО11, ФИО12 обратились в суд с иском к ООО «Завод ЖБИ-Строй», указав, что 23 февраля 2017 г. они принимали участие при выполнении строительных работ в 

<

адрес> по возведению пешеходного моста на ж/д станции Смоляниново. В момент монтажа верхней лестничной площадки произошло обрушение лестничного пролета. В момент обрушения пролета на нем находились истцы. В результате обрушения (падения) ФИО11 получил разрыв симфиза, перелом правой подвздошной и седалищной кости со смещением, разрыв КПС справа, ФИО12 получил закрытый метаэпифизарный оскольчатый перелом правой большой берцовой кости со смещением. Ещё один работник ФИО1 скончался от полученных травм. Прямой или косвенной вины самих истцов в наступившем несчастном случае не имеется. По результатам расследования несчастного случая на производстве с учетом проведенной технической экспертизы соответствующей комиссией установлено, что причиной обрушения послужил производственный брак железобетонных изделий, а именно: армирование косоуров выполнено с отступлением от проектного указания, а также с применением бетона более слабого класса, чем требуется для подобных изделий. Ответственным за изготовление железобетонных изделий является завод-изготовитель ООО «ЗаводЖБИ-Строй», который специально привлекался в рамках возведения объекта строительства для предоставления соответствующих железобетонных изделий. В результате несчастного случая причинены физические страдания истцам, вызванные разрывами внешних и внутренних тканей. В течение длительного времени с момента несчастного случая и по сегодняшний день истцы вынуждены испытывать боли в связи с заживлением их органов, испытывать неудобства в связи с наложением гипса. Особое внимание заслуживает причинение физической боли в течение нескольких часов после получения травмы. Ссылаясь на ст.ст. 151, 1101 Гражданского кодекса РФ, просили взыскать с ООО «Завод ЖБИ-Строй» в пользу каждого компенсацию морального вреда в размере 1 000 000, 00 руб.

Определением суда от 30 октября 2017 г. к участию в деле для дачи заключения была привлечена Государственная инспекция труда в 

<

адрес>.

Третьим лицом при подаче иска было завялено ООО «ДальСпецТехМонтаж», которое определением суда от 30 марта 2018 г., ввиду наличия между ФИО11, ФИО12 и ООО «ДальСпецТехМонтаж» фактических трудовых отношений, было привлечено по инициативе суда к участию в деле в качестве соответчика.

Исковое заявление было подано от имени истцов представителем ФИО10, который в дальнейшем представлял их интересы в судебных заседаниях. Одновременно ФИО10 являлся представителем третьего лица ООО «ДальСпецТехМонтаж», в дальнейшем привлеченного к участию в деле в качестве соответчика. Учитывая, что доверенность на имя ФИО10 на представление интересов ООО «ДальСпецТехМонтаж» выдана ранее почти на год, чем доверенности на представление интересов истцов ФИО11 и ФИО12; со слов истцов ФИО11 и ФИО12 в судебном заседании 06 декабря 2017 г., с данным исковым заявлением им предложил обратиться в суд главный инженер ООО «ДальСпецТехМонтаж» ФИО2 в дальнейшем и.о. генерального директора ООО «ДальСпецТехМонтаж», то есть иск был подан по инициативе ООО «ДальСпецТехМонтаж»; имея альтернативную возможность, предусмотренную ч. 5 ст. 29 ГПК РФ, предъявить иск по месту жительства истцов в 

<

адрес>, представителем ФИО10 иск был предъявлен в Шкотовский районный суд, что затруднило в связи с отдаленностью места проживания и состоянием здоровья в связи с полученными травмами явку истцов в судебные заседания и реализацию права на непосредственное участие в судебных заседаниях; позиция представителя ФИО10 в части возникших между истцамиФИО11, ФИО12 и ООО «ДальСпецТехМонтаж» правоотношений противоречит позиции истцов ФИО11 и ФИО12; ФИО10 представлял интересы ООО «ДальСпецТехМонтаж», являющегося ответчиком по другому гражданскому делу по иску ФИО3 к ООО «ДальСпецТехМонтаж» о взыскании расходов на погребение и компенсации морального вреда в связи с гибелью ещё одного работника ФИО1 выполняющего монтажные работы совместно с ФИО11 и ФИО12, решение по которому принято 29 ноября 2017 г., апелляционное определение – 13 марта 2018 г., суд пришел к выводу о том, что представитель ФИО10 действовал исключительно в интересах ООО «ДальСпецТехМонтаж», вопреки интересам истцов. Задача суда состоит в том, чтобы не только оказывать лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав и охраняемых законом интересов, но и контролировать добросовестное осуществление сторонами и другими лицами, участвующими в деле, их прав. В этой связи, а также учитывая, что одно и то же лицо не может представлять интересы истцов и ответчика одновременно, руководствуясь ч. 1 ст. 12 ГПК РФ, в соответствии с которой правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, судом было определено отказать ФИО10 в допуске к участию в деле в качестве представителя истцов.

Истцы ФИО11, ФИО13 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещались надлежащим образом, их ходатайства об отложении слушания дела оставлены судом без удовлетворения.

Представитель ответчика ООО «ДальСпецТехМонтаж» ФИО10 в судебном заседании полагал, что ответственность за причиненный истцам вред здоровью подлежит возложению на завод-изготовитель ООО «Завод ЖБИ-Строй», вина которого установлена. Вина ООО «ДальСпецТехМонтаж» отсутствует. Между истцами и ООО «ДальСпецТехМонтаж»сложились гражданско-правовые отношения в рамках заключенных с истцами договоров подряда. ФИО11 имеет статус индивидуального предпринимателя, что исключает возникновение трудовых отношений между ним и ООО «ДальСпецТехМонтаж». Истцы регулярно проходили инструктаж, они были обеспечены инструментами, инвентарем, им были выданы каски, обувь, перчатки, одежда. У истцов был график работы, они были обеспечены рабочим местом, им был предоставлен вагончик, где они жили, они подчинялись внутреннему распорядку, однако отношения не были трудовыми, а носили гражданско-правовой характер. В исковом заявлении истцы не просили установить трудовые отношения, суд не вправе выходить за пределы иска.

Представитель ответчика ООО «Завод ЖБИ-Строй» в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещался надлежащим образом по юридическому адресу, письменных возражений по существу иска не представил.

Представитель Государственной инспекции труда в 

<

адрес> в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещался надлежащим образом, заключения по делу не представил.

Помощник Большекаменского межрайонного прокурора Баштаков А.Н. в своем заключении полагал, что между истцами и ООО «ДальСпецТехМонтаж» возникли трудовые отношения, на работодателе лежит обязанность по обеспечению безопасных условий труда, кроме того, доказана вина ООО «Завод ЖБИ-Строй», в связи с чем компенсация морального вреда в пользу истцов подлежит взысканию с ответчиков солидарно в разумных пределах с учетом уменьшения.

Оценив доводы сторон, заключение прокурора, исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

20 февраля 2017 г. между истцом ФИО11 и ООО «ДальСпецТехМонтаж» был заключен договор на выполнение работ № 12, между истцом ФИО12 и ООО «ДальСпецТехМонтаж» заключен договор на выполнение работ № 8.

Истцы в указанных договорах поименованы как подрядчики, ООО «ДальСпецТехМонтаж» - заказчиком.

По условиям договоров подрядчик по заданию заказчика обязуется выполнить следующие работы на объекте «Строительство пешеходного моста на станции Смоляниново Дальневосточной железной дороги»: монтаж железобетонных конструкций лестничных сходов, остекление, благоустройство (п. 1). Сроки выполнения работ с 20 февраля 2017 г. по 30 июня 2017 г. (п. 2). Сумма вознаграждения за работу составляет 22 955, 00 руб. и является авансом, окончательное вознаграждение заказчик обязуется оплатить подрядчику на основании подписанного сторонами акта сдачи-приемки работ в течение 10 рабочих дней с даты подписания акта путем наличного (или безналичного) перечисления денежных средств на лицевой счет.

Истцы ФИО11, ФИО12 в судебном заседании 06 декабря 2017 г. пояснили, что с ООО «ДальСпецТехМонтаж» у них заключены трудовые договоры, ФИО11 работает в указанной организации с августа 2015 г., ФИО12 – с сентября 2015 г., работали в составе бригады, режим работы с 08.00 час. до 20.00 час., перерыв на обед с 13.00 час. до 14.00 час., мастер вел табель учета рабочего времени и следил за трудовой дисциплиной, они ежедневно расписывались в журнале по технике безопасности, заработная плата у ФИО11 составляла 30 000, 00 руб. в месяц, суточные по 300, 00 руб. в день, заработная плата у ФИО12 составляла от 20 000, 00 руб. до 30 000, 00 руб., суточные по 300, 00 руб. в день, заработная плата выдавалась ежемесячно наличными либо зачислялась на карту, при получении заработной платы расписывались в ведомостях, в дальнейшем были задержки по выплате зарплаты, ФИО11 выдавался рабочий инвентарь (рабочая одежда, перчатки, каски, верхонки, жилетки), ФИО12 выдавался сварочный аппарат, кислородный баллон, резак, пропан, электроды, при трудоустройстве ФИО12 предъявлял трудовую книжку, которая впоследствии ему была возвращена.

В соответствии со ст. 15 Трудового кодекса РФ трудовыми отношения признаются отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Согласно ст. 16 Трудового кодекса РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании заключаемого ими трудового договора.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 3 п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2, если между сторонами заключен договор гражданско-правового характера, однако, в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу части четвертой статьи 11 Трудового кодекса РФ должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

К характерным признакам трудового правоотношения, позволяющим отграничить его от других видов правоотношений, в том числе гражданско-правового характера относятся: личный характер прав и обязанностей работника, обязанность работника выполнять определенную, заранее обусловленную трудовую функцию, выполнение трудовой функции в условиях общего труда с подчинением правилам внутреннего трудового распорядка, возмездный характер трудового отношения.

Таким образом, юридически значимыми обстоятельствами, подтверждающими трудовые отношения между сторонами, являются обстоятельства, свидетельствующие о достижении сторонами соглашения о личном выполнении работником за определенную сторонами плату конкретной трудовой функции, его подчинении правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором, независимо от оформления такого соглашения в порядке, установленном Трудовым кодексом РФ при фактическом допущении к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя.

Факт трудовых отношений между ООО «ДальСпецТехМонтаж» и ФИО11, ФИО12, личное выполнение истцами трудовой функции, подчинение их правилам внутреннего трудового распорядка подтверждается совокупностью имеющихся доказательств.

Так, согласно справке за подписью генерального директора ООО «ДСТМ» от 06 декабря 2016 г., ФИО12 с 01 апреля 2016 г. по настоящее время работает в ООО «ДСТМ» в должности сварщик; согласно акту о расследовании группового несчастного случая, произошедшего 23 февраля 2017 г., ФИО12 замещал должность электросварщика, ФИО11 – плотника-бетонщика, расследование группового несчастного случая было проведено в порядке, предусмотренном ст. 229.2 Трудового кодекса РФ; в протоколах опроса пострадавших при несчастном случае от 09 марта 2017 г., производившего 

<

данные изъяты> ФИО4, указано, что ФИО11 работает в ООО «ДальСпецТехМонтаж» в должности плотника-бетонщика, ФИО12 – в ООО «ДальСпецТехМонтаж» в должности электросварщика; 20, 21, 22, 23 февраля 2017 г. ФИО11 и ФИО12 расписывались в журнале по технике безопасности ООО «ДальСпецТехМонтаж»; согласно договорам на выполнение работ, заключенным с истцами, заказчик ООО «ДальСпецТехМонтаж» обязался ежемесячно производить оплату труда в размере 22 955, 00 руб.

Проанализировав представленные доказательства, а также пояснения истцов ФИО11 и ФИО12 в судебном заседании 06 декабря 2017 г., пояснения представителя ответчика ООО «ДальСпецТехМонтаж»ФИО10 в судебном заседании 04 мая 2018 г., суд приходит к выводу о том, что факт трудовых отношений между истцами ФИО11, ФИО12 и ООО «ДальСпецТехМонтаж» по состоянию на 23 февраля 2017 г. нашел свое подтверждение, поскольку истцы лично выполняли трудовую функцию, были обеспечены инструментами, инвентарем, одеждой, обувью, подчинялись правилам внутреннего трудового распорядка, были допущены до выполнения работы с ведома работодателя – ООО «ДальСпецТехМонтаж», им регулярно производилась оплата труда.

Также суд учитывает, что апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Приморского краевого суда от 13 марта 2018 г. установлен факт наличия трудовых отношений между ООО «ДальСпецТехМонтаж» и третьим работником – ФИО1., с которым был заключен 20 февраля 2017 г. аналогичный договор на выполнение работ № 6, и который 23 февраля 2017 г. выполнял совместно с ФИО11 и ФИО12 строительно-монтажные работы по устройству пешеходного схода № 1 между опорами № 2 - № 3 на объекте «Строительство пешеходного моста на станции Смоляниново Дальневосточной железной дороги».

Кроме того, суд руководствуется также ч. 3 ст. 19.1 Трудового кодекса РФ, согласно которой неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

В этой связи, доводы представителя ответчика ФИО10 о том, что между сторонами фактически сложились гражданско-правовые правоотношения, суд находит несостоятельными. Тот факт, что истец ФИО11 имеет статус индивидуального предпринимателя не исключает возможности осуществления им трудовой деятельности по трудовому договору. Кроме того, в судебном заседании 06 декабря 2017 г. ФИО11 пояснял, что не осуществляет деятельность в качестве индивидуального предпринимателя.

Из материалов дела следует, что ФИО11 и ФИО12 по заданию ООО «ДальСпецТехМонтаж» выполняли трудовые обязанности на объекте «Строительство пешеходного моста на станции Смоляниново Дальневосточной железной дороги», а именно монтаж железобетонных конструкций лестничных сходов, как указано в договорах на выполнение работ от 20 февраля 2017 г. № 12 и № 8, где 23 февраля 2017 г. произошел несчастный случай.

Из акта расследования группового несчастного случая, произошедшего 23 февраля 2017 г. с работниками ООО «ДальСпецТехМонтаж», а также медицинских заключений № 1, № 2 следует, что в 17.45 часов на объекте «Строительство пешеходного моста на станции Смоляниново Дальневосточной железной дороги» при выполнении строительно-монтажных работ по устройству пешеходного схода № 1 между опорами № 2 - № 3 произошло обрушение железобетонных элементов конструкций лестничного пролета, в результате которого ФИО11 получил тяжелую травму (разрыв симфиза, перелом правой подвздошной и седалищной кости со смещением, разрыв КПС справа), ФИО12 получил легкую травму (закрытый метаэпифизарный оскольчатый перелом правой большой берцовой кости со смещением).

Согласно акту о расследовании группового несчастного случая, техническому отчету по материалам строительно-технической экспертизы на объекте «Строительство пешеходного моста на станции Смоляниново Дальневосточной железной дороги», заключению технической комиссии о результатах установления причин нарушения законодательства о градостроительной деятельности, причиной, вызвавшей несчастный случай, является брак железобетонных косоуров завода изготовителя ООО «Завод ЖБИ-Строй», допустившего при изготовлении указанных конструкций фактическое армирование этих элементов с отступлением от проектного, а также применение бетона более низкой прочности.

Вместе с тем, довод представителя ответчика ООО «ДальСпецТехМонтаж» об отсутствии вины работодателя в причинении вреда здоровью истцов и, как следствие, необходимости освобождения от ответственности, судом не принимается.

Так, в соответствии со ст. 21 Трудового кодекса РФ работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В силу абз. 4 ч. 2 ст. 22 Трудового кодекса РФ работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда.

В абз. 16 ч. 2 ст. 22 Трудового кодекса РФ указано, что работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами.

Положениями ст. 212 Трудового кодекса РФ на работодателя возложена обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда, в том числе по обеспечению: безопасности работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; применения прошедших обязательную сертификацию или декларирование соответствия в установленном законодательством Российской Федерации о техническом регулировании порядке средств индивидуальной и коллективной защиты работников; обучения безопасным методам и приемам выполнения работ и оказанию первой помощи пострадавшим на производстве, проведение инструктажа по охране труда, стажировки на рабочем месте и проверки знания требований охраны труда; недопущения к работе лиц, не прошедших в установленном порядке обучение и инструктаж по охране труда, стажировку и проверку знаний требований охраны труда; организации контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, а также за правильностью применения работниками средств индивидуальной и коллективной защиты.

Факт несчастного случая был расследован, оформлен и учтен ответчиком в соответствии со статьей 227 Трудового кодекса РФ.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», по общему правилу, установленному п. п. 1 и 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Установлено, что несчастный случай на производстве наступил во время выполнения ФИО11 и ФИО12 строительно-монтажных работ на объекте «Строительство пешеходного моста на станции Смоляниново Дальневосточной железной дороги», а именно при монтаже железобетонных конструкций лестничных сходов.

Разделом 5.42.2 Постановление Госстроя РФ от 08 января 2003 г. № 2 «О Своде правил «Безопасность труда в строительстве. Отраслевые типовые инструкции по охране труда», предписано соблюдать требования безопасности труда для обеспечения защиты от воздействия опасных и вредных производственных факторов, связанных с характером работы монтажников, такими как расположение рабочих мест на значительной высоте; обрушение незакрепленных элементов конструкций зданий и сооружений.

Монтажники не должны приступать к выполнению работы при: наличии дефектов у предназначенного для монтажа оборудования (п.г раздел 5.42.9).

Несмотря на то, что ФИО11 являлся плотником-бетонщиком, ФИО12 – электросварщиком, в момент несчастного случая они осуществляли именно монтажные работы, по договорам на выполнение работ от 20 февраля 2017 г. они также обязались выполнять монтаж железобетонных конструкций лестничных сходов, в связи с чем указанное Постановление Госстроя РФ от 08 января 2003 г. № 2 подлежит применению к возникшим правоотношениям.

В соответствии с положениями национального стандарта Российской Федерации ГОСТ Р ЕН 363-2007 «ССБТ. Средства индивидуальной защиты от падения с высоты. Страховочные системы. Общие технические требования» (п.2.5.) от падения с высоты предназначено средство индивидуальной защиты для удержания человека в месте закрепления таким образом, что падение с высоты либо предотвращается, либо безопасно останавливается.

При отсутствии ограждения рабочих мест на высоте, монтажники обязаны применять предохранительные пояса в комплекте со страховочным устройством.

На работодателе лежит обязанность доказать соблюдение указанных требований обеспечения им безопасных условий труда работника, соблюдения правил охраны труда и техники безопасности, однако таких доказательств ответчиком в материалы дела представлено не было.

Работодатель не освобожден от гражданско-правовой ответственности по возмещению компенсации морального вреда в результате несчастного случая на производстве, поскольку именно на работодателе лежит обязанность по обеспечению безопасности и условий труда, которые должны соответствовать государственным нормативным требованиям охраны труда.

Вина работодателя применительно к возникшим правоотношениям заключается в непринятии в нарушение положений ст.ст. 22, 212 Трудового кодекса РФ мер по обеспечению безопасности условий труда ФИО11 и ФИО12, а именно, по выявлению наличия дефектов у предназначенных для монтажа железобетонных косоуров, и неприменении страховочной системы, предотвращающей падение работника при выполнении им монтажных работ на значительной высоте.

Кроме того, заключением технической комиссии о результатах установления причин нарушения законодательства о градостроительной деятельности от 2017 г. установлено, что ООО «ДальСпецТехМонтаж» также нарушены требования ч. 2 ст. 53, ч. 1 ст. 55.8 Градостроительного кодекса РФ, а именно: выполнение работ, которые оказывают влияние на безопасность объектов капитального строительства, без наличия выданного саморегулируемой организацией свидетельства о допуске к таким работам.

В силу ч. 2 ст. 12 ГПК РФ, суд создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел.

Установив, что между истцами ФИО11 и ФИО12 и ответчиком ООО «ДальСпецТехМонтаж» на момент несчастного случая имелись трудовые отношения, а также вину работодателя в причинении вреда здоровью работников, суд приходит к выводу о применении при разрешении настоящего гражданского дела норм трудового законодательства.

В этой связи, суд полагает правомерным возложение обязанности по компенсации морального вреда именно на работодателя - ООО «ДальСпецТехМонтаж», а не на ООО «Завод ЖБИ-Строй», с которым истцы в каких-либо правоотношениях не состоят.Ответственность ООО «Завод ЖБИ-Строй» перед истцами ФИО11 и ФИО12 по компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью на производстве могла наступить только в случае отсутствия вины в действиях работодателя ООО «ДальСпецТехМонтаж». В свою очередь, ООО «ДальСпецТехМонтаж» вправе заявить требования к ООО «Завод ЖБИ-Строй», допустившему брак железобетонных косоуров, в порядке регресса.

Аналогичные выводы о непринятии работодателем ООО «ДальСпецТехМонтаж» мер по обеспечению безопасности условий труда работника ФИО14,который 23 февраля 2017 г. выполнял совместно с ФИО11 и ФИО12 указанные выше строительно-монтажные работы, содержатся в апелляционном определении судебной коллегии по гражданским делам Приморского краевого суда от 13 марта 2018 г. 

Ответственность ООО «ДальСпецТехМонтаж» не является солидарной с ООО «Завод ЖБИ-Строй», поскольку солидарность обязанности (ответственности) в данном случае не предусмотрена каким-либо договором и не установлена законом, предмет обязательства в данном случае не является неделимым, как того требует ч. 1 ст. 322 Гражданского кодекса РФ. Напротив, ответственность одного ответчика перед истцами исключает ответственность перед истцами второго ответчика.

21 сентября 2017 г. следователем по особо важным делам Приморского следственного отдела на транспорте Дальневосточного следственного управления на транспорте Следственного комитета Российской Федерации вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по факту травмирования на производстве ФИО14, ФИО12 и ФИО15 по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием события преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 143 УК РФ. Указанным постановлением установлено, что никакие правила охраны труда в данном случае работниками ООО «ДальСпецТехМонтаж» ФИО5, ФИО12, ФИО11, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 не нарушены.

Вместе с тем, указанное постановление не свидетельствует об отсутствии вины работодателя ООО «ДальСпецТехМонтаж» перед работниками ФИО11 и ФИО12 по обеспечению безопасности условий труда, поскольку следователем оценивались действия конкретных работников, а именно ФИО5, являющегося прорабом ООО «ДальСпецТехМонтаж», а также электросварщика ФИО12, плотника-бетонщика ФИО11, плотника-стропальщика ФИО6, электрогазосварщика-монтажника ФИО7, плотника-бетонщика ФИО8, плотника-бетонщика ФИО9, то есть непосредственно рабочих, занятых при производстве монтажа железобетонных конструкций лестничных сходов.

В силу ст. ст. 20, 41 Конституции РФ, ст. 150 Гражданского кодекса РФ жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу частей 1, 2 статьи 1101 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме, её размер определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда, в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

При этом компенсация морального вреда должна носить реальный, а не символический характер.

В разъяснениях, содержащихся в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» указано, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Как указывалось выше, согласно медицинским заключениям № 1, № 2от 06 марта 2017 г. ФИО11 получил тяжелую травму (разрыв симфиза, перелом правой подвздошной и седалищной кости со смещением, разрыв КПС справа), ФИО12 получил легкую травму (закрытый метаэпифизарный оскольчатый перелом правой большой берцовой кости со смещением).

Из справки о заключительном диагнозе пострадавшего от несчастного случая на производстве от 25 августа 2017 г. следует, что ФИО11 проходил лечение в период с 23 февраля 2017 г. по 25 августа 2017 г. по поводу закрытого перелома подвздошной и седалищной кости справа со смещением, разрывалонного сочленения. 

Из справки о заключительном диагнозе пострадавшего от несчастного случая на производстве от 27 июля 2017 г. следует, что ФИО12 проходил лечение в период с 23 февраля 2017 г. по 27 июля 2017 г. по поводу закрытого перелома н/з обеих костей левой голени со смещением, перелома ногтевой фаланги I п. стопы слева.

ФИО11 в судебном заседании 06 декабря 2017 г. пояснил, что находился в больнице в 

<

адрес> 33 дня, 29 марта 2017 г. выписали из больницы, три недели находился дома на постельном режиме, передвигался с помощью костылей около месяца, потом с помощью трости, через месяц после выписки врач разрешил присаживаться, полностью восстановился через шесть месяцев после происшествия, не может долго сидеть, так как испытывает дискомфорт. 

ФИО12 в судебном заседании 06 декабря 2017 г. пояснил, что испытывает боли до настоящего времени, опухоль не спадает, ему сказали, что ходить будет, но работать больше не сможет, 2-3 недели был на вытяжке, наложили лангет, далее – гипс, выписали из больницы с гипсом на одной ноге, после выписки из больницы находился дома на лечении, передвигался в гипсе около пяти месяцев, выписали 27 июля 2017 г.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает тяжесть полученной каждым истцом травмы (у ФИО11 – тяжелая, у ФИО12 – легкая), длительность прохождения ими лечения и восстановительного периода (ФИО11 – с 23 февраля 2017 г. по 25 августа 2017 г., ФИО12 – с 23 февраля 2017 г. по 27 июля 2017 г.), характер и степень нравственных страданий, которые истцы вынуждены претерпевать в связи с производственной травмой, обстоятельства произошедшего несчастного случая, и приходит к выводу о взыскании компенсации морального вреда в пользу ФИО11 размере 400 000, 00 руб., в пользу ФИО12 – 350 000, 00 руб.

Согласно части 1 статьи 103 ГПК РФ, государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этой связи в доход бюджета городского округа Большой Камень подлежит взысканию сумма государственной пошлины с ответчика ООО «ДальСпецТехМонтаж» в размере 300, 00 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194 -199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО11, ФИО12 к ООО «Завод ЖБИ-Строй», ООО «ДальСпецТехМонтаж» о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «ДальСпецТехМонтаж» в пользу ФИО11 компенсацию морального вреда в связи с причинением вреда здоровью в размере 400 000, 00 руб. 

Взыскать с ООО «ДальСпецТехМонтаж» в пользу ФИО12 компенсацию морального вреда в связи с причинением вреда здоровью в размере 350 000, 00 руб.

В остальной части в удовлетворении иска отказать.

В удовлетворении требований к ООО «Завод ЖБИ-Строй» отказать в полном объеме.

Взыскать с ООО «ДальСпецТехМонтаж» в доход бюджета городского округа Большой Камень государственную пошлину в размере 300, 00 руб.

Решение может быть обжаловано в Приморский краевой суд в течение месяца со дня принятия его судом в окончательной форме, то есть с 10 мая 2018 г., путем подачи апелляционной жалобы через Шкотовский районный суд. Апелляционная жалоба подается по количеству сторон, участвующих в деле.

Решение изготовлено с применением компьютера.

Судья Е.П. Аркадьева