АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

20 января 2026 года город Ханты-Мансийск

Судебная коллегия по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в составе:

председательствующего судьи Ишимова А.А.,

судей Максименко И.В., Ковалёва А.А.,

при секретаре Бессарабове Е.А.,

с участием

истца ФИО1,

представителя истца ФИО2,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Ханты-Мансийскому автономному округу - Югре о признании права на назначение досрочной страховой пенсии по старости, признании решения незаконным, возложении обязанности назначить досрочную страховую пенсию по старости, взыскании компенсации судебных расходов

по апелляционной жалобе истца ФИО1 на решение Ханты-Мансийского районного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 22 сентября 2025 года, которым постановлено:

«Исковое заявление ФИО1 (паспорт (номер) выдан 

<

данные изъяты>, (дата), код подразделения (номер)) к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Ханты-Мансийскому автономному округу-Югре (ИНН (номер)) о назначении досрочной страховой пенсии по старости, оставить без удовлетворения».

Заслушав доклад судьи Максименко И.В., пояснения истца ФИО1, представителя истца ФИО2, поддержавших доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Ханты-Мансийскому автономному округу-Югре (далее ОСФР по ХМАО-Югре) о признании права на досрочное назначение страховой пенсии по старости на основании пункта 6 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 года №400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее Федеральный закон №400-ФЗ) с уменьшением пенсионного возраста до 55 лет; незаконным решения об отказе в назначении досрочной страховой пенсии; возложении обязанности назначить досрочную страховую пенсию по старости на основании пункта 6 части 1 статьи 32 Федерального закона №400-ФЗ; взыскании компенсации судебных расходов по оплате государственной пошлины в размере 9 000 рублей.

Требования мотивированы тем, что ФИО1 обратился в ОСФР по ХМАО-Югре с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости. Решением ОСФР по ХМАО-Югре от 23 мая 2025 года №676 в назначении страховой пенсии по пункту 1 части 1 статьи 32 Федерального Закона №400-ФЗ о старости отказано в связи с отсутствием факта воспитания ребенка до достижения им возраста 8 лет. Полагает с учетом стажа работы в Салехардской окружной стоматологической больнице с 6 февраля 1993 года по 31 декабря 2001 года; в Салехардской окружной клинической больнице с 1 января 2002 года по 31 декабря 2014 года, больнице с 1 января 2015 года по 31 декабря 2015 года, с 1 января 2016 года по 31 декабря 2016 года, с 1 января 2017 года по 31 сентября 2022 года, у ответчика имелись основания для назначения страховой пенсии по старости на основании пункта 6 части 1 статьи 32 Федерального Закона №400-ФЗ. Основанием для обращения с заявлением явилось достижение им возраста 55 лет, при этом истец не указывал на назначение пенсии по пункту 1 части 1 статьи 32 Федерального Закона №400-ФЗ.

Судом постановлено вышеуказанное решение.

В апелляционной жалобе истец ФИО1 просит решение суда отменить, принять новое об удовлетворении требований. Вопреки выводам суда первой инстанции, на основании постановления Совмина РСФСР от 6 сентября 1991 года №464 и определения кассационного суда от 1 декабря 2022 года, период работы с 6 февраля 1993 года по 30 октября 1999 года зубным техником стоматологической поликлиники, подлежал включению в стаж, дающий право на назначение досрочной пенсии. Судом первой инстанции не была дана оценка доводам о наличии права на снижение пенсионного возраста до 55 лет в связи с работой в районах Крайнего Севера. В соответствии с пунктом 6 части 1 статьи 32 Федерального Закона №400-ФЗ, при стаже работы в районах Крайнего Севера более 15 лет пенсионный возраст снижается на 5 лет. Поскольку у истца имеется 17 лет стажа работы в районах Крайнего Севера, он имеет право на назначение пенсии в 55 лет (снижение на 68 месяцев из расчета 4 месяца за год работы).

Возражений на апелляционную жалобу от ответчика ОСФР по ХМАО-Югре не поступило.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции ответчик ОСФР по ХМАО-Югре не явился, извещен о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в том числе посредством размещения соответствующей информации на официальном сайте суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в сети «Интернет», о причине неявки не сообщил, заявлений и ходатайств об отложении слушания дела не заявил, в связи с чем, судебная коллегия, руководствуясь статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившегося ответчика.

Исследовав материалы дела, заслушав истца, представителя истца, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность судебного решения в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных частью 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены или изменения в апелляционном порядке решения суда, поскольку оно постановлено в соответствии с фактическими обстоятельствами дела и требованиями закона.

Как установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами дела, ФИО1, (дата) года рождения, зарегистрированный в системе обязательного пенсионного страхования 4 октября 1999 года, обратился в ОСФР по ХМАО-Югре 21 мая 2025 года с заявлением о назначении страховой пенсии по старости.

Решением ОСФР по ХМАО-Югре №676 от 23 мая 2025 года ФИО1 в назначении досрочной страховой пенсии по старости, предусмотренной пунктом 1 части 1 статьи 32 Федерального закона № 400-ФЗ отказано, в связи с отсутствием факта воспитания ребенка до достижения им возраста 8 лет.

При этом в страховой стаж и стаж работы в районах Крайнего Севера не были включены периоды отпуска без сохранения заработной платы с 1 января 2008 года по 5 января 2008 года, 28 января 2018 года; в стаж работы в районах Крайнего Севера не были включены периоды работы: с 30 апреля по 13 июня 2012 года, с 1 по 14 декабря 2014 года в связи с отсутствием кода территориальных условий в выписке из индивидуального лицевого счета; периоды учебных отпусков: с 12 по 31 октября 2015 года, с 4 по 23 апреля 2016 года, с 14 ноября по 11 декабря 2016 года, с 3 по 23 апреля 2017 года, с 8 по 27 января 2018 года, с 4 по 28 июня 2018 года, с 12 ноября по 4 декабря 2018 года, с 18 марта по 13 апреля 2019 года, с 20 мая по 29 июня 2019 года.

По имеющимся документам и сведениям индивидуального (персонифицированного) учета стаж ФИО1 на дату подачи заявления составил: страховой 35 лет 4 месяца 11 дней; стаж работы в районах Крайнего Севера - 28 лет 10 месяцев 10 дней; стаж работы в местности, приравненной к районам Крайнего Севера – 1 год 8 месяцев 21 день, что при суммировании составляет 30 лет 1 месяц 25 дней. На дату обращения ФИО1 возраст ребенка-инвалида ФИО3 составляет 6 лет 5 месяцев.

Указано, что право на назначение досрочной страховой пенсии у ФИО1 возникает на основании пункта 6 части 1 статьи 32 Федерального закона №400-ФЗ по достижении возраста 60 лет – с 15 марта 2030 года, либо при условии факта воспитания ребенка-инвалида до достижения им возраста 8 лет.

Из трудовой книжки серия АТ-IV номер 3442581, заполненной 15 августа 1990 года следует, что ФИО1 работал в районах Крайнего Севера – Салехарде: с 6 февраля 1993 года по 31 декабря 2001 года в Салехардской окружной стоматологической больнице; с 1 января 2002 года по 31 декабря 2014 года, с 1 января по 31 декабря 2015 года, с 1 января по 31 декабря 2016 года, с 1 января по 30 сентября 2022 года в Салехардской окружной клинической больнице.

Согласно справке ГБУ здравоохранения «Салехардская окружная клиническая больница» от 30 мая 2025 года № 89-1882/01-07-739 ФИО1 был принят на полный рабочий день 6 февраля 1993 года зубным техником стоматологической поликлиники (приказ от 9 февраля 1993 года № 51/к. разрешить внутреннее совместительство с 3 марта 2003 года в должности зубного техника (литейщика) на 0,5 ставки, приказ от 4 марта 2003 года № 22/к; уволен 30 сентября 2022 года, приказ от 26 сентября 2022 года № 14209/к).

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 30, 32 Федерального закона № 400-ФЗ, постановления Совета Министров РСФСР от 6 сентября 1991 года № 464; постановления Правительства Российской Федерации от 29 октября 2002 года № 781; постановления Правительства Российской Федерации от 22 сентября 1999 года № 1066, исходил из того, что периоды работы в должности зубного техника не может быть учтен как стаж осуществления медицинской деятельности, а также у истца отсутствует необходимый возраст и специальный стаж для досрочного назначения страховой пенсии по старости.

Судебная коллегия соглашается с данными выводами суда первой инстанции, поскольку обстоятельства, имеющие значение для дела определены и установлены правильно, выводы суда соответствуют установленным по делу обстоятельствам и основаны на доказательствах, которым судом дана надлежащая оценка.

Конституция Российской Федерации провозглашает Российскую Федерацию социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека, и закрепляет, что в Российской Федерации охраняется труд и здоровье людей, обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства, инвалидов и пожилых граждан, развивается система социальных служб, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты (статья 7); семья, материнство и детство находятся под защитой государства (часть 1 статьи 38); каждому гарантируется социальное обеспечение, в том числе для воспитания детей (часть 1 статьи 39).

В целях обеспечения конституционного права каждого на получение пенсии законодатель вправе, как это вытекает из статьи 39 (часть 2) Конституции Российской Федерации, определять механизм его реализации, включая закрепление в законе правовых оснований назначения пенсий, установление их размеров и порядка исчисления особенностей приобретения права на пенсию отдельными категориями граждан.

В соответствии со статьей 8 Федерального закона №400-ФЗ право на страховую пенсию по старости имеют лица, достигшие возраста 65 и 60 лет (соответственно мужчины и женщины) (с учетом положений, предусмотренных приложением 6 к настоящему Федеральному закону) (часть 1). Страховая пенсия по старости назначается при наличии не менее 15 лет страхового стажа (часть 2). Страховая пенсия по старости назначается при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 (часть 3).

Согласно пункту 1 части 1 статьи 32 Федерального закона №400-ФЗ страховая пенсия по старости назначается ранее достижения установленного возраста, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 следующим гражданам: женщинам, родившим пять и более детей и воспитавшим их до достижения ими возраста 8 лет, достигшим возраста 50 лет, если они имеют страховой стаж не менее 15 лет; одному из родителей инвалидов с детства, воспитавшему их до достижения ими возраста 8 лет: мужчинам, достигшим возраста 55 лет, женщинам, достигшим возраста 50 лет, если они имеют страховой стаж соответственно не менее 20 и 15 лет; опекунам инвалидов с детства или лицам, являвшимся опекунами инвалидов с детства, воспитавшим их до достижения ими возраста 8 лет, страховая пенсия по старости назначается с уменьшением возраста, предусмотренного статьей 8 настоящего Федерального закона по состоянию на 31 декабря 2018 года, на один год за каждые один год и шесть месяцев опеки, но не более чем на пять лет в общей сложности, если они имеют страховой стаж не менее 20 и 15 лет соответственно мужчины и женщины.

В соответствии с пунктом 6 части 1 статьи 32 Федерального закона №400-ФЗ страховая пенсия по старости назначается ранее достижения установленного возраста, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 мужчинам по достижении возраста 60 лет и женщинам по достижении возраста 55 лет (с учетом положений, предусмотренных приложениями 5 и 6 к настоящему Федеральному закону), если они проработали не менее 15 календарных лет в районах Крайнего Севера либо не менее 20 календарных лет в приравненных к ним местностях и имеют страховой стаж соответственно не менее 25 и 20 лет. Гражданам, работавшим как в районах Крайнего Севера, так и в приравненных к ним местностях, страховая пенсия устанавливается за 15 календарных лет работы на Крайнем Севере. При этом каждый календарный год работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, считается за девять месяцев работы в районах Крайнего Севера. Гражданам, проработавшим в районах Крайнего Севера не менее 7 лет 6 месяцев, страховая пенсия назначается с уменьшением возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, на четыре месяца за каждый полный календарный год работы в этих районах. При работе в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, а также в этих местностях и районах Крайнего Севера каждый календарный год работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, считается за девять месяцев работы в районах Крайнего Севера.

Пункт 6 части 1 статьи 32 Федерального закона № 400-ФЗ, в редакции, действовавшей до 1 января 2019 года, предусматривал назначение страховой пенсии по старости мужчинам по достижении возраста 55 лет.

В соответствии с частью 2 статьи 10 Федерального закона от 3 октября 2018 № 350-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам назначения и выплаты пенсий» (далее Федеральный закон № 350-ФЗ) за гражданами, достигшими до 1 января 2019 года возраста, дающего право на страховую пенсию по старости (в том числе на ее досрочное назначение), на социальную пенсию, и (или) имевшими право на получение пенсии, но не обратившимися за ее назначением либо не реализовавшими право на назначение пенсии в связи с несоблюдением условий назначения страховой пенсии по старости, предусмотренных Федеральным законом от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», сохраняется право на страховую пенсию по старости (в том числе на ее досрочное назначение), на социальную пенсию без учета изменений, внесенных настоящим Федеральным законом.

Согласно части 3 статьи 10 Федерального закона № 350-ФЗ гражданам, которые указаны в части 1 статьи 8, пунктах 19 - 21 части 1 статьи 30, пункте 6 части 1 статьи 32 Федерального закона № 400-ФЗ и которые в период с 1 января 2019 года по 31 декабря 2020 года достигнут возраста, дающего право на страховую пенсию по старости (в том числе на ее досрочное назначение) в соответствии с законодательством Российской Федерации, действовавшим до 1 января 2019 года, либо приобретут стаж на соответствующих видах работ, требуемый для досрочного назначения пенсии, страховая пенсия по старости может назначаться ранее достижения возраста либо наступления сроков, предусмотренных соответственно приложениями 6 и 7 к указанному Федеральному закону, но не более чем за шесть месяцев до достижения такого возраста либо наступления таких сроков.

В соответствии с пунктом 20 части 1 статьи 30 Федерального закона №400-ФЗ страховая пенсия по старости назначается ранее достижения установленного возраста, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30: лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения не менее 25 лет в сельской местности и поселках городского типа и не менее 30 лет в городах, сельской местности и поселках городского типа либо только в городах, независимо от их возраста с применением положений части 1.1 настоящей статьи.

Согласно статье 33 Федерального закона №400-ФЗ при определении стажа работы в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях для досрочного назначения страховой пенсии по старости в связи с работой в указанных районах и местностях (за исключением случаев определения стажа работы в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях для установления повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии, предусмотренного статьей 17 настоящего Федерального закона) к указанной работе приравнивается работа, дающая право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в соответствии с пунктами 1 – 10 и 16 - 18 части 1 статьи 30 настоящего Федерального закона, в порядке, определяемом Правительством Российской Федерации (часть 1). Лицам, проработавшим не менее 15 календарных лет в районах Крайнего Севера или не менее 20 календарных лет в приравненных к ним местностях и имеющим необходимый для досрочного назначения страховой пенсии по старости, предусмотренной пунктами 1 - 10 и 16 - 18 части 1 статьи 30 настоящего Федерального закона, страховой стаж и стаж на соответствующих видах работ, возраст, установленный для досрочного назначения указанной пенсии, уменьшается на пять лет.

До 1 ноября 1999 года на основании Списка профессий и должностей работников здравоохранения и санитарно-эпидемиологических учреждений, лечебная и иная работа которых по охране здоровья населения дает право на пенсию за выслугу лет, утвержденного постановлением Совета Министров РСФСР от 6 сентября 1991 года № 464 работа в должности зубного техника включалась в стаж работы, дающий право на назначение пенсии за выслугу лет.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 22 сентября 1999 года № 1066 утвержден новый Список должностей, работа в которых засчитывается в выслугу, дающую право на пенсию за выслугу лет в связи с лечебной и иной работой по охране здоровья населения, который вводился в действие на территории Российской Федерации с 1 ноября 1999 года и не предусматривал включение в стаж, дающий право на назначение пенсии в связи с лечебной и иной работой по охране здоровья населения, работы в должности зубного техника.

Список должностей и учреждений, работа в которых засчитывается в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения, в соответствии с подпунктом 11 пункта 1 статьи 28 Федерального закона №400-ФЗ (в действующей редакции - Список должностей и учреждений, работа в которых засчитывается в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения, в соответствии с подпунктом 20 пункта 1 статьи 27 Федерального закона №400-ФЗ), утвержденный постановлением Правительства Российской Федерации от 29 октября 2002 года № 781, также не предусматривает возможность зачета в стаж работы, дающей право на назначение пенсии в связи с лечебной и иной работой по охране здоровья населения, периодов работы в должности зубного техника.

После принятия Постановления Правительства Российской Федерации от 22 сентября 1999 года № 1066 работникам указанной профессии стало известно, что их работа после 1 ноября 1999 года не будет включаться в стаж, дающий право на назначение пенсии в связи с лечебной и иной работой по охране здоровья населения. В связи с чем, обеспечивалась необходимая стабильность в правовом регулировании, гражданам предоставлялась возможность адаптироваться к изменившимся условиям их пенсионного обеспечения.

Правильно применив нормы правового регулирования, суд первой инстанции пришёл к правильному выводу, что периоды работы с 6 февраля 1993 года по 30 октября 1999 года истца зубным техником стоматологической поликлиники не может быть учтен, как льготный (в связи с осуществлением медицинской деятельности).

С учетом включения спорного периода с 6 февраля 1993 года по 30 октября 1999 года страховой стаж ФИО1 составит 35 лет 4 месяца 11 дней; стаж работы в районах крайнего Севера 28 лет 10 месяцев 10 дней, стаж работы в местности, приравненной к районам Крайнего Севера 1 год 8 месяцев 21 день, что при суммировании составляет 30 лет 1 месяц 25 дней, специальный (в связи с осуществлением медицинской деятельности) стаж составит 6 лет 8 месяцев 25 дней, что не дает право на назначение истцу досрочной страховой пенсии в соответствии с частью 20 статьи 30 Федерального закона №400-ФЗ, поскольку отсутствует 30 лет специального (в связи с осуществлением медицинской деятельности) стажа.

При этом, как следует из искового заявления и протокола судебного заседания, ФИО1 не заявлял требований о включении периода работы зубным техником в стаж лечебной деятельности или в северный стаж, назначении пенсии в связи с осуществлением медицинской деятельности. Суд правильно рассмотрел требования истца, в порядке статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах заявленных требований.

Кроме того, на дату обращения за назначением пенсии у ФИО1 отсутствовало право на назначение пенсии в связи с уходом и воспитанием ребенка-инвалида ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в связи не достижением ребенком возраста 8 лет. Указанное право на данную пенсию у истца возникнет с 6 декабря 2026 года.

Как правильно установил суд первой инстанции, страховой стаж истца составляет 35 лет 4 месяца 11 дней; стаж работы в районах Крайнего Севера – 28 лет 10 дней; стаж работы в местности, приравненной к районам Крайнего Севера 1 год 8 месяцев 21 день, что при суммировании составляет 30, лет 1 месяц 25 дней стажа работы в районах Крайнего Севера. С учетом приложения 6 к Федеральному закону №400-ФЗ право на пенсию у ФИО1 возникает по достижении возраста 60 лет, что есть с 15 марта 2030 года.

Согласно частям 1, 2 статьи 22 Федерального закона № 400-ФЗ страховая пенсия назначается со дня обращения за указанной пенсией, но во всех случаях не ранее чем со дня возникновения права на указанную пенсию.

Днем обращения за страховой пенсией считается день приема органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, соответствующего заявления со всеми необходимыми документами, подлежащими представлению заявителем с учетом положений части 7 статьи 21 Федерального закона № 400-ФЗ.

Исходя из системного толкования перечисленных выше положений, следует, что начало течения срока для назначения досрочной пенсии по старости законодатель связывает с двумя обстоятельствами, а именно с заявительным порядком назначения пенсии и наличием у гражданина права на её получение.

Если хотя бы одно из указанных условий не было соблюдено, то оснований для назначения досрочной страховой пенсии по старости не имеется.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, для назначения пенсии ФИО1 необходимо наличие не только страхового стажа, стажа работы в местности, приравненной к районам Крайнего Севера, но и достижение установленного возраста, поскольку истец не достиг необходимого возраста для назначения пенсии по пункту 6 части 1 статьи 32 Федерального закона №400-ФЗ, отсутствует факт воспитания ребенка-инвалида до 8 лет, отсутствует необходимый стаж лечебной деятельности; то вывод суда об отсутствии оснований для назначения досрочной страховой пенсии по старости, является правильным.

Ввиду того, что доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, но при этом, в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, достаточных и объективных доказательств в опровержение этих выводов стороной истца не представлено, судебной коллегией заявленные в апелляционной жалобе доводы истца были проверены в полном объеме, в связи с чем судебная коллегия не находит предусмотренных законом оснований для отмены обжалуемого судебного решения, которое постановлено с соблюдением принципов и правил, предусмотренных статьями 2, 5, 8, 10, 12, 56, 59, 60, 67, 195, 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и разъяснений, приведенных в пунктах 1 - 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении».

Предусмотренных статьёй 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований к отмене решения суда по доводам апелляционной жалобы нет, равно как и нет оснований, названных в части 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены решения суда независимо от доводов жалобы.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Ханты-Мансийского районного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 22 сентября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 без удовлетворения.

Определение вступает в законную силу со дня его вынесения и может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев через суд первой инстанции.

Мотивированное определение изготовлено 27 января 2026 года.

Председательствующий Ишимов А.А.

Судьи Максименко И.В.

Ковалёв А.А.