Дело №

Изг. 05.07.2019 г.

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Ярославль

23 мая 2019 года

Заволжский районный суд города Ярославля в составе:

председательствующего судьи Ратехиной В.А.,

при секретаре Черненко Т.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению 

<

...> к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного работником при исполнении трудовых обязанностей,

у с т а н о в и л:

<

...> обратился в суд с вышеуказанным иском к бывшему работнику ФИО2. В обоснование требований истец указал, что ФИО2 с 10.04.2017 г. по 07.12.2018 г. была трудоустроена в гражданской должности 

<

...>, с ней был заключен трудовой договор № от 10.04.2017 г. 

11.04.2017 г. с ответчицей был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности, ФИО2 было поручено принять вещевое имущество и имущество службы КЭС, находящееся на хранении в хранилище № 6/102 (ППЛС), 6/75 (2 этаж), 6/80 (2 этаж).

На основании дополнительного соглашения к трудовому договору и приказа № 1 от 01.12.2017г. командира войсковой части ФИО2 была переведена с 01.12.2017 г. на должность заведующей хранилищем группы хранения техники и имущества тыла и медицинской службы. 

Приказом № 237 от 26.10.2018 г. 

<

...> была назначена полная плановая проверка хозяйственной деятельности с инвентаризацией имущества по всем службам, период инвентаризации: с 26.10. 2018 г. по 20.12.2018 г.

В связи с подачей 30.11.2018 г. ФИО2 заявления о предстоящем увольнении дополнительно был издан приказ № 291 от 30.11.2018 г. о передаче материальных ценностей от ФИО2 на ответственное хранение помощнику начальника организационно-планового отделения рядовому ФИО3

В соответствии с приказом № 291 от 30.11.2018 г. 

<

...> комиссия при передаче на ответственное хранение материальных ценностей помощнику начальника ОПО рядовому ФИО3 от заведующей складом ФИО2 выявила недостачу, а именно: 1) костюм летний (флора) – 402 комплекта на сумму 114 529,80 руб.; 2) перчатки зимние пятипалые – 76 пар на сумму 55 241,36 руб. Общий размер прямого действительного ущерба, причиненного ФИО2, составил 169 771,16 руб.

Просчет имущества производился в присутствии ФИО2 неоднократно, по причине ее несогласия с результатами. Итоги просчета с выявленной недостачей отражены в акте о результатах инвентаризации № ШГ000053 от 01.12.2018 г. и инвентаризационной описи (сличительной ведомости) № ШГ000116 от 01.12.2018 г. 

Размер ущерба подтверждается накладной от 31.05.2017 г. № ШГ000041, согласно которой при приеме ФИО2 имущества его наличие соответствовало учетным данным. Не было выявлено недостачи и при проведении инвентаризации в период с 11.05.2018 г. по 01.06.2018 г.

С ответчицы было затребовано объяснение о причинах случившегося, из которого следовало, что с недостачей она не согласилась, в инвентаризационных ведомостях ответчица расписываться отказалась. В добровольном порядке ФИО2 отказалась возместить причиненный ущерб. 

Ссылаясь на изложенные обстоятельства, истец с учетом уточнения просил взыскать с ФИО2 в пользу 

<

...> сумму причиненного материального ущерба в размере 169 772,10 руб.; взысканную сумму материального ущерба перечислить в пользу довольствующего органа 

<

...> – 

<

...>

Протокольным определением суда к участию в деле в качестве третьих лиц были привлечены 

<

...>

В судебном заседании 

<

...> ФИО4 исковые требования поддержал по доводам, изложенным в письменных объяснениях. 

Ответчик ФИО2 исковые требования не признала, указала, что в период работы на нее была возложена материальная ответственность за сохранность имущества на складах № 6/75, 6/102, 6/64/2 и 6/80. В связи с тем, что в хранилище № 6/75 протекала кровля, в период с октября 2017 г. по апрель 2018 г. по распоряжению командира войсковой части силами бойцов (8-10 человек) осуществлялось перемещение имущества со склада 6/75 в хранилище № 6/102, 6/64/2. В мае 2018 г. когда ответчица была на больничном, бригада 

<

...> производила раскладку имущества на складе в отсутствие ФИО2 При проведении в дальнейшем инвентаризации 01.06.2018 г. ответчица не участвовала, документы были составлены формально, пересчет имущества не производился. В августе 2018 г. при обходе хранилищ заметила, что была сорвана печать и сломан замок, о чем доложила командиру. После этого пересчет имущества не производился. Считает, что недостача при работе образовалась не по ее вине. 

Представитель третьего лица 

<

...> ФИО5, действующая на основании доверенности, полагала, что иск подлежит удовлетворению.

Представитель третьего лица ФКУ «УФО МО РФ по Ярославской, Костромской и Вологодской областям» ФИО7, действующий на основании доверенности, оставил разрешение исковых требований на усмотрение суда.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей ФИО15 исследовав письменные материалы дела, суд считает заявленные исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям. 

В силу ст. 232 ТК РФ сторона трудового договора, причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с ТК РФ и иными федеральными законами.

Согласно ст. 233 ТК РФ материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действия или бездействия), если иное не предусмотрено ТК РФ или иным федеральным законом.

Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба. В соответствии со ст. 238 ТК РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб, под которым понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя.

По общему правилу, закрепленному ст. 241 ТК РФ, за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено ТК РФ или иными федеральными законами.

В силу ст. 242 ТК РФ в случаях, предусмотренных Трудовым кодексом, на работника может возлагаться полная материальная ответственность, которая состоит в обязанности работника возместить причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере. Эти случаи перечислены в ст. 243 ТК РФ. В частности, в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 243 ТК РФ материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника при недостаче ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора. 

Таким специальным письменным договором в силу ст. 244 ТК РФ является письменный договор об индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности, заключаемый по типовым формам (договорам), утвержденным Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 31 декабря 2002 года № 85 во исполнение Постановления Правительства Российской Федерации от 14 ноября 2002 года № 823 «О порядке утверждения перечней должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности».

Согласно ч. 1 ст. 244 ТК РФ письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности могут заключаться с работниками, непосредственно обслуживающими или использующими денежные, товарные ценности или иное имущество. Согласно указанным Перечням должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности, к таким работникам относятся, в том числе, лица, осуществляющие получение, заготовку, хранение, учет, выдачу, транспортировку материальных ценностей.

Кроме того, в силу п. 2 ч. 1 ст. 243 ТК РФ материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника при недостаче ценностей, полученных им по разовому документу. 

На основании ч. 1 ст. 247 ТК РФ до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

Таким образом, по смыслу действующего трудового законодательства к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения спора о возмещении ущерба работником, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности. При этом бремя доказывания этих обстоятельств в суде лежит на работодателе. 

Аналогичные разъяснения даны в п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.11.2006 года № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю». 

В силу ст. 67 ГПК РФ суд оценивает допустимость и достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами (ст. 60 ГПК РФ). При недоказанности работодателем хотя бы одного из перечисленных обстоятельств материальная ответственность ответчика исключается.

Судом установлено, что ФИО2 в период с 10.04.2017 г. по 07.12.2018 г. работала по трудовому договору № от 10.04.2017 г. в гражданской должности 

<

...> 

На основании дополнительного соглашения к трудовому договору и приказа № 1 от 01.12.2017г. командира войсковой части ФИО2 была переведена с 01.12.2017 г. на должность заведующей хранилищем группы хранения техники и имущества тыла и медицинской службы (л.д. 17, 50-58). С должностной инструкцией заведующей хранилищем ФИО2 была ознакомлена 25.01.2018 г. (л.д. 59).

Согласно объяснениям истца в судебном заседании 22.02.2019 г. (л.д. 74 оборот) ответчица была уволена по собственному желанию по п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ, на основании заявления от 30.11.2018 г. (л.д. 24). Данные обстоятельства не отрицались ФИО2

В период работы с ответчицей был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности от 11.04.2017 г., согласно п. 1 которого ФИО2 приняла на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного ей имущества, а также за ущерб, возникший у работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам (л.д. 19).

Надлежащих доказательств, свидетельствующих о том, что на основании договора о полной индивидуальной материальной ответственности, ФИО2 было вверено определенное имущество, находящееся на хранении в хранилищах № 6/75, 6/80, 6/102, 6/64/2, в деле отсутствуют. В самом договоре перечень имущества, номера хранилищ не указаны. Допустимых и достоверных доказательств того, что за ФИО2 были закреплены указанные хранилища, не предоставлено. На основании приказа № 1 от 01.12.2017 г. ФИО2 включена в список должностных лиц, которые имеют право вскрывать хранилища № 6/64/2, 6/75, 6/80, 6/102, доказательств ознакомления ФИО2 с указанным приказом в дело не предоставлено.

Вместе с тем, имущество, в том числе в отношении которого по сведениям истца возникла недостача, было принято ответчицей от техника отделения МТО ФИО16. на основании требования-накладной № ШГ000041 от 31.05.2017 г. (л.д. 38). В частности, ответчицей было принято имущество: костюм «Флора» в количестве 1 944 шт. на общую сумму 553 850 руб. (без НДС) и перчатки зимние пятипалые камуфлированной расцветки «Цифра» в количестве 2361 шт. общей стоимостью 1716111,92 руб. 

Согласно объяснениям сторон указанное имущество хранилось в разных хранилищах.

Судом установлено, что на основании приказа № 237 от 26.10.2018 г. 

<

...> была назначена полная плановая проверка хозяйственной деятельности с инвентаризацией имущества и обязательств по службам материально-технического обеспечения за 2018 г. по состоянию на 01.12.2018 г., за исключением имущества, выданного в личное пользование. 

Согласно подп. «в» п. 2 приказа, для проведения инвентаризации имущества в состав инвентаризационных комиссий назначены по имуществу вещевой службы: председатель комиссии капитан ФИО8, члены комиссии: рядовой ФИО9, гражданский персонал ФИО10, ФИО11; период инвентаризации: с 26.10.2018г. по 20.12.2018 г. (л.д. 20-23).

В связи с предстоящим увольнением ФИО2, был издан приказ № 291 от 30.11.2018 г. о передаче материальных ценностей от ФИО2 на ответственное хранение помощнику начальника организационно-планового отделения рядовому ФИО9 (л.д. 25). 

П. 2 указанного приказа для проведения инвентаризации имущества с последующим его приемом (передачей) в дополнение к подп. «в» и «п» пункта 3 приказа № 237 от 26.10.2018 г. с целью ускоренного просчета материальных ценностей в состав комиссии были дополнительно привлечены: помощник начальника организационно-планового отделения ефрейтор ФИО12 и инженер организационно-планового отделения гражданский персонал ФИО13 

Сведений об ознакомлении с указанным приказом ФИО2, в деле не имеется.

Согласно акту № ШГ000053 от 01.12.2018 г. о результатах инвентаризации (ответственное лицо: ФИО2) выявлена недостача вещевого имущества, а именно: 1) костюм летний (флора) – 402 комплекта на сумму 114 529,80 руб.; 2) перчатки зимние пятипалые «Цифра» – 76 пар на сумму 55 241,36 руб. Общая сумма недостачи составила 169 771,16 руб. 

Указанный акт суд не принимает в качестве достоверного и допустимого доказательства в подтверждение факта недостачи: в акте, датированном от 01.12.2018 г. имеется указание на то, что к акту прилагается ведомость расхождений № 1 от 04.12.2018г., таким образом, дата составления акта недостоверна. Из акта следует, что инвентаризация проводилась за период с 23.08.2018 г. по 04.09.2018 г., тогда как приказом № 237 от 26.10.2018 г. была назначена полная плановая проверка хозяйственной деятельности с инвентаризацией имущества и обязательств по службам материально-технического обеспечения за 2018 г. по состоянию на 01.12.2018 г. 

Согласно п. 5, 6 Порядка проведения инвентаризации имущества и обязательств в Вооруженных Силах Российской Федерации, утв. Приказом Министра обороны РФ от 16.10.2010 N 1365 для проведения инвентаризации в воинской части приказом командира назначается постоянно действующая инвентаризационная комиссия. В целях единовременного проведения инвентаризации при большом объеме работ могут создаваться рабочие инвентаризационные комиссии, которые подчиняются председателю инвентаризационной комиссии. Инвентаризационная комиссия осуществляет свою деятельность в соответствии с графиком проведения инвентаризаций, утвержденным командиром воинской части. Персональный состав постоянно действующей (рабочей) инвентаризационной комиссии (далее именуется - инвентаризационная комиссия) утверждается приказом командира воинской части, который в обязательном порядке доводится под роспись до председателя инвентаризационной комиссии и ее членов. Отсутствие хотя бы одного члена инвентаризационной комиссии при проведении инвентаризации служит основанием для признания результатов инвентаризации недействительными. В этом случае командиром воинской части издается приказ о внесении изменений в состав инвентаризационной комиссии.

Из материалов дела следует, что в состав инвентаризационной комиссии на основании приказа № 237 от 26.10.2018 г были дополнительно включены помощник начальника организационно-планового отделения ефрейтор ФИО12 и инженер организационно-планового отделения гражданский персонал ФИО13, вместе с тем, в акте № ШГ00053 от 01.12.2018 г., а также в сличительной ведомости № ШГ 000116 (л.д. 27-30) их подписи отсутствуют. Как пояснил истец, акт № ШГ00053 от 01.12.2018 г. был составлен в том числе и во исполнение приказа № 237 от 26.10.2018 г. Из показаний свидетеля ФИО8 следует, что он принимал участие только в инвентаризации, которая проводилась в мае-июне 2018 г., в то же время согласно объяснительной от 03.12.2018 г. ФИО8 принимал участие в инвентаризации на основании приказа от 30.11.2018 г. № 291. Поскольку допустимых и достоверных доказательств участия членов комиссии в полном составе в проведении инвентаризации в деле не имеется, суд приходит к выводу о признании результатов инвентаризации недействительными.

В силу п. 11 Порядка проведения инвентаризации имущества и обязательств в Вооруженных Силах Российской Федерации, утв. Приказом Министра обороны РФ от 16.10.2010 N 1365 при выявлении фактов недостачи материальных ценностей инвентаризации подвергается 100 процентов имущества, принятого на ответственное хранение материально ответственным лицом. Вместе с тем, достаточных доказательств того, что истцом была проведена инвентаризация всего имущества, принятого на хранение ФИО1, в дело не предоставлено. В материалы дела не представлены приложенные к акту инвентаризационные описи в полном объеме. 

Из материалов дела следует, что по факту недостачи была проведена проверка, в рамках которой с ответчицы было затребовано объяснение о причинах случившегося. Из объяснительной ФИО1 от 03.12.18 г., 04.12.2018 г. (л.д.31-32) следует, что она не согласна с итогами инвентаризации, недостача произошла не по ее вине, хранилища вскрывались в ее отсутствие, в мае 2018 г. силами бригады производилась раскладка имущества в хранилище 6/104, в августе была сорвана печать и сорван замок на складе № 6/64, о чем было доложено командиру 06.08.2018 г. в письменном виде. 

Указанные доводы ответчицы не были надлежащим образом проверены и не были учтены при вынесении приказа от 06.12.2018 г. № 296 «О недостаче материальных ценностей и наказании виновных» (л.д. 45).

В силу ст. 239 ТК РФ материальная ответственность работника исключается в случае неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику.

Из объяснений истца следует, что в период с февраля 2018 г. по май 2018 г. было осуществлено перемещение имущества в хранилище № 6/102, 6/64-2 в связи с протеканием кровли в хранилище № 6/72, перемещением имущества осуществлялось личным составом войсковой части, данные обстоятельства подтверждаются показаниями свидетелей и не оспариваются ответчиком.

В дальнейшем, в соответствии с планом подготовки войсковой части в период с 29.05. по 02.06.2018 г. были проведены учения с привлечением личного состава войсковой части. В целях проведения учений истцом издан приказ № 3 от 14.05.2018 г. о комиссионном вскрытии хранилища № 6/102 в связи с болезнью ФИО2 Доказательств ознакомления с указанным приказом ФИО1 в деле не имеется. Свидетель ФИО6 показала, что в отсутствие ФИО2 склад вскрывали неоднокртно в целях учений. Согласно постовым ведомостям вскрытие хранилищ производилось 19,20, 22, 24 мая 2018 г. единолично Мусинским, то есть в нарушение приказа, не комиссией. Доказательств, свидетельствующих о комиссионном вскрытии хранилищ, в материалы дела не предоставлено. 

Из материалов дела следует, что согласно акту № ШГ000028 от 01.06.2018 г. о результатах инвентаризации, излишки и недостача имущества, находящегося на ответственном хранении ФИО2, не выявлены. Вместе с тем, указанный акт судом в качестве достоверного доказательства отсутствия недостачи не принимается. В материалы дела не был предоставлен приказ о назначении комиссии № 105 от 10.05.2018 г., приказ о проведении инвентаризации. Сведений о том, что в ходе инвентаризации проверялось наличие имущество в полном объеме, также не предоставлено. Свидетель Мусинский показал, что пересчет имущества проводился выборочно: считали имущество, которое не было упаковано.Вместе с тем, согласно п. 11 Порядка проведения инвентаризации имущества и обязательств в Вооруженных Силах Российской Федерации, утв. Приказом Министра обороны РФ от 16.10.2010 N 1365 по материальным ценностям, хранящимся в неповрежденной упаковке поставщика, количество этих ценностей определяется на основании первичных учетных документов при обязательной проверке в натуре (на выборку) части этих ценностей. 

По смыслу ст. 247 ТК РФ в обязанность истца входило установление не только размера ущерба, но и причин его возникновения, вины работника в причинении ущерба, противоправности поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; причинной связи между поведением работника и наступившим ущербом. 

Суд считает, что истцом не представлено суду достаточных и убедительных доказательств, подтверждающих вину работника в причинении ущерба, причинную связь между поведением работника и наступившим ущербом, что лишает работодателя возможности возлагать на работника (в том числе бывшего работника) материальную ответственность за возникший ущерб.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

Исковые требования 

<

...> оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в Ярославский областной суд в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Заволжский районный суд города Ярославля.

Судья В.А. Ратехина