Дело № 2-1550/2018

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

22 февраля 2018 года г. Петропавловск-Камчатский

Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в составе:

председательствующего судьи Ежовой И.А.,

при секретаре Хахалиной А.В.,

с участием 

старшего помощника прокурора г. Петропавловска-Камчатского Ляховенко В.В.,

представителя ответчика ФИО18,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Ранга ФИО1 к акционерному обществу (АО) «Озерновский Рыбоконсервный завод № 55» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного смертью лица (отца) в результате несчастного случая на производстве,

УСТАНОВИЛ:

Ранга С.В. обратилась в суд с иском к Акционерному обществу «Озерновский Рыбоконсервный завод № 55» (далее – АО «Озерновский РКЗ № 55») о взыскании компенсации морального вреда, причиненного смертью в результате несчастного случая на производстве. В обоснование исковых требований указала, что ДД.ММ.ГГГГ года в 02 час. 25 мин. на борту судна СРТМ «

<

данные изъяты>», принадлежащем ответчику, произошел несчастный случай, в результате которого погиб ее отец – Ранга ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, работавший в АО «Озерновский РКЗ № 55» помощником капитана по добыче. Несчастный случай произошел в период нахождения данного судна в промысловом рейсе в Охотском море, в ходе производства работ по выборке трала из воды, в результате чего, ее отцу Ранга В.Ф. были причинены телесные повреждения в виде: 

<

данные изъяты>, от которых ДД.ММ.ГГГГ года в 09 час. 40 мин. он скончался на борту судна. Указанный случай квалифицирован как несчастный случай на производстве. Смерть Ранга В.Ф. наступила в прямой связи с использованием источника повышенной опасности – морского судна и проявления его вредоносных свойств, при исполнении погибшим трудовых обязанностей и в интересах работодателя. В результате гибели отца ей причинен значительный моральный вред, его преждевременная кончина нанесла неизгладимую боль и душевную рану, смерть отца была неожиданной, нарушены родственные и семейные связи, она тяжело переживает утрату, понимая, что никогда не увидит отца. На протяжении длительного времени она находится в стрессовом и угнетенном состоянии, испытывает трудности со сном, аппетитом, что влияет на состояние ее здоровья, психо-эмоциональное состояние, ухудшилось качество жизни. Просила взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 1 200 000 рублей.

Истец Ранга С.В., ее представитель ФИО19 о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, участия в судебном заседании не принимали. Согласно переданной суду телефонограмме истец просила дело рассмотреть в ее отсутствие, настаивала на удовлетворении исковых требований в полном объеме. 

Представитель ответчика ФИО18, действующий на основании доверенности, не оспаривая факт произошедшего несчастного случая на производстве, влекущего основания для гражданско-правовой ответственности АО «Озерновский РКЗ № 55» по выплате истцу компенсации морального вреда, заявленный размер указанной компенсации полагал завышенным. Дополнительно суду пояснил, что смерть Ранга В.Ф. наступила в результате несчастного случая на производстве ДД.ММ.ГГГГ, тогда как истец обратилась с настоящим иском по истечении 

<

данные изъяты> месяцев, что свидетельствует об отсутствии причинно-следственной связи между нынешнем психологическим состоянием истца и событием, имевшим место более года назад. Просил учесть и то обстоятельство, что погибший Ранга В.Ф. на момент гибели продолжительное время болел, 

<

данные изъяты>, в связи с чем, при трудоустройстве на судно в отделе кадров он говорил, что это был его последний рейс, поскольку в силу заболевания не мог полноценно исполнять возложенные на него обязанности. Кроме того, полагал заслуживающим внимания тот факт, что причиной несчастного случая явилась грубая неосторожность самого погибшего Ранга В.Ф., а именно нарушение им требований Правил техники безопасности на судах флота рыбной промышленности, что было установлено по результатам расследования несчастного случая правоохранительными органами. Аналогичный вывод следует из результатов проверок Дальневосточного Управления государственного морского надзора и Государственной инспекции труда в Камчатском крае. Дополнительно суду пояснил, что после несчастного случая ответчиком в добровольном порядке были взяты на себя расходы, связанные с погребением Ранга В.Ф., которые составили 

<

данные изъяты> рублей, также семья погибшего Ранга В.Ф., застрахованного судовладельцем, по причине его гибели получила страховую выплату. Кроме того, по решению суда ответчиком в пользу старшей дочери Ранга В.Ф. - ФИО3 была произведена выплата компенсации морального вреда в размере 

<

данные изъяты> рублей. По изложенным основаниям просил суд уменьшить сумму компенсации морального вреда до 50 000 рублей.

С учетом мнения представителя ответчика и старшего помощника прокурора, руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, суд рассмотрел дело в отсутствие истца и его представителя.

Выслушав представителя ответчика, исследовав материалы гражданского дела, принимая во внимание заключение прокурора, полагавшего заявленные требования подлежащими удовлетворению с учетом требований разумности и справедливости, суд приходит к следующему.

Статья 12 Гражданского кодекса РФ (далее - ГК РФ) относит компенсацию морального вреда к способам защиты гражданских прав.

На основании ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

В силу пунктов 2 и 3 ст. 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения (в том числе компенсация морального вреда) должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное.

Согласно ст. 130 ГК РФ морские суда, суда внутреннего плавания отнесены к недвижимому имуществу и вместе с тем имеют все признаки источника повышенной опасности, так как они характеризуются сложным техническим устройством, требуют специальных знаний и навыков для эксплуатации, а потому являются источником повышенной опасности как для лиц их обслуживающих, так и для окружающих.

В соответствии со ст. 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Согласно ст. 22 ТК РФ, работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Как установлено в судебном заседании и следует из имеющихся в материалах дела доказательств, Ранга ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, работал в АО «Озерновский РКЗ № 55» в должности помощника капитана по добыче на судне СРТМ «

<

данные изъяты>», принадлежащем ответчику (л.д. 15-19, 64-68, 96-105).). 

ДД.ММ.ГГГГ года на борту указанного судна, находившегося в промысловом рейсе в Охотском море, в ходе производства работ по выборке трала из воды, Ранга В.Ф. получил телесные повреждения 

<

данные изъяты>, от которых ДД.ММ.ГГГГ года в 09 час. 40 мин. он скончался на борту судна. Данные обстоятельства подтверждаются материалами расследования несчастного случая на производстве.

В соответствии с актом формы Н-1 о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ года, актом о расследовании несчастного случая со смертельным исходом от ДД.ММ.ГГГГ года (форма 4), в ходе проведенного расследования несчастного случая АО «Озерновский РКЗ № 55» было установлено, что ДД.ММ.ГГГГ года судно СТРМ «

<

данные изъяты>», принадлежащее АО «Озерновский РКЗ № 55», вышло в рейс на промысел в Охотское море для добычи морских биоресурсов тралом. ДД.ММ.ГГГГ года в 02 часа 00 минут в момент нахождения судна СТРМ «

<

данные изъяты>» в Охотском море в координатах 

<

данные изъяты> заступила на вахту траловая вахта в составе: помощника капитана по добыче Ранга В.Ф., боцмана ФИО5. и матросов добычи ФИО6 и ФИО7 которая стала производить работы по выборке трала из воды. В 02 часа 15 минут при выходе из воды траловых досок произошёл разрыв стальных лапок на правой доске. Для дальнейшей выборки трала было принято решение помощником капитана по добыче Ранга В.Ф. взять правую траловую доску на борт. Начали заводить правый канат джильсоновой лебедки к правой траловой доске, канат на лебедке закусило. Помощник капитана по добыче Ранга В.Ф. с матросом ФИО8 и боцманом ФИО9 поднялись на палубу бака за надстройку к правой джильсоновой лебедке, чтобы освободить ее канат. Канат правой джильсоновой лебедки освободили и вымотали, подключив гак к правой траловой доске. После чего помощник капитана по добыче Ранга В.Ф. дал команду на мостик подобрать слабину. Так как самой джильсоновой лебедки и помощника капитана по добыче вахтенный помощник капитана ФИО10 не видел, он начал подбирать слабину каната, непрерывно наблюдая за командами работающих. В это же время, не останавливая механизм, помощник капитана по добыче начал укладывать равномерно шлаги на барабан лебедки, обхватывая правой рукой движущийся канат, вследствие чего в 02 часа 25 минут рукав спецодежды - костюма рыбацкого прорезиненного помощника капитана по добыче Ранга В.Ф. закусило между канатом и барабаном, в результате чего вращающимся барабаном начало быстро втягивать руку под барабан и его ударило подмышечной областью о прутковое ограждение барабана лебедки. По результатам осмотра судовым врачом Ранга В.Ф. был поставлен диагноз - 

<

данные изъяты>. В 09 час. 40 мин. судовой врач после многократных реанимационных мероприятий констатировал смерть помощника капитана по добыче Ранга В.Ф., ДД.ММ.ГГГГ года рождения (л.д. 96-105).

Согласно акту о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ года, Ранга В.Ф. состоял в должности помощника капитана по добыче АО «Озерновский Рыбоконсервный завод № 55» на СРТМ «

<

данные изъяты>», имел стаж работы, при выполнении которой произошел несчастный случай, 

<

данные изъяты>, в том числе 

<

данные изъяты> в данной организации. Прошел первичный инструктаж на рабочем месте 7 ДД.ММ.ГГГГ года. ДД.ММ.ГГГГ года проходил стажировку и обучение по охране труда (л.д. 15-19, 96-105). 

Из заключения эксперта ГБУЗ «Камчатское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» от ДД.ММ.ГГГГ года № №, приведенного в акте о несчастном случае на производстве, следует, что смерть Ранга В.Ф. наступила от сочетанной травмы грудной клетки и правой верхней конечности, осложнившейся массивной кровопотерей, выразившейся бледностью кожного покрова, островчатыми трупными пятнами, кровоизлияниями под внутреннюю оболочку сердца (пятна ФИО20), малокровием внутренних органов (л.д. 15-19, 96-98).

Согласно копии свидетельства о смерти серии 

<

данные изъяты> № № от ДД.ММ.ГГГГ года, Ранга ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ года, умер ДД.ММ.ГГГГ года (л.д.10).

Согласно заключению комиссии ДВУ ГОСМОРНАДЗОРА от ДД.ММ.ГГГГ года № № по расследованию аварийного случая на море, основной причиной несчастного случая явилось нарушение помощником капитана по добыче Ранга В.Ф. требований Правил техники безопасности на судах флота рыбной промышленности (л.д. 115-120). 

Указанные обстоятельства также подтверждаются представленными ответчиком копиями документов: постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 20 февраля 2017 года по факту получения Ранга В.Ф. ДД.ММ.ГГГГ года на борту судна СРТМ «

<

данные изъяты>» производственной травмы по признакам составов преступлений, предусмотренных ст. 109, ст. 124, ч. 2 ст. 216, ч. 2 ст. 143 УК РФ, по основаниям п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, то есть в связи с отсутствием событий преступлений; постановлением № № о прекращении в отношении капитана судна СРТМ «

<

данные изъяты>» ФИО12 производства по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 5.27.1 КоАП РФ, в связи с отсутствием данного состава административного правонарушения (л.д.106-114,122-125).

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Статьей 1100 ГК РФ определены основания компенсации морального вреда.

Так, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно разъяснениям, данным в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (ст. 1100 ГК РФ).

Названные обстоятельства представитель ответчика в судебном заседании не оспаривал, подтвердив, что смерть Ранга В.Ф. произошла в результате несчастного случая на морском судне, владельцем которого является ответчик, что позволяет суду с учетом особых свойств названного судна признать его источником повышенной опасности, что допустимо согласно п. 18 Постановления Пленума ВС РФ от 26 января 2010 года N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью».

В этой связи вред, причиненный при использовании морских судов, подлежит возмещению его владельцем независимо от наличия его вины.

При этом, в соответствии с ч. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В судебном заседании установлено, что погибший Ранга В.Ф. является отцом истицы Ранга С.В., что подтверждается копией свидетельства о рождении серии 

<

данные изъяты> № № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 11).

Как следует из искового заявления, смертью отца истцу был причинен значительный моральный вред, его преждевременная кончина нанесла неизгладимую душевную рану, смерть отца была неожиданной, нарушены ее родственные и семейные связи. Также указала, что отец оказывал ей поддержку, в том числе и материальную. На протяжении длительного времени она находится в стрессовом и угнетенном состоянии, испытывает трудности со сном, аппетитом, что влияет на состояние ее здоровья, психо-эмоциональное состояние, ухудшилось качество жизни, не может полноценно общаться со знакомыми, родственниками. Осознавая, что никогда не увидит отца, она тяжело переживает утрату. В связи с невозможностью справиться с горем самостоятельно, истец обратилась за помощью к квалифицированному психологу.

Согласно представленному в материалы дела заключению специалиста ФИО13 от 7 февраля 2018 года у Ранга С.В. можно констатировать наличие негативных последствий перенесенной утраты на ее состояние. 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> (л.д. 45-51).

Представитель ответчика не оспаривал тот факт, что смертью отца истцу Ранга С.В. был причинен моральный вред. 

Согласно разъяснениям, изложенным в Постановлении Пленума ВС РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.).

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Учитывая вышеуказанные обстоятельства, принимая во внимание обстоятельства, изложенные в исковом заявлении, а также пояснения представителя истца в ходе судебного разбирательства, согласно которым родственные связи между дочерью и отцом до наступления смерти Ранга В.Ф. утрачены не были, общую близость их родства по крови, тяжесть понесенной утраты, наличие нравственных страданий истца в связи с утратой близкого родственника - отца, сомнений у суда не вызывает. Не имеется оснований, по мнению суда, подвергать сомнениям, что гибель отца является для истца необратимым обстоятельством, нарушающим ее психическое благополучие, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, причиняет нравственные страдания, в связи с чем, требование истца о взыскании компенсации морального вреда является обоснованным. 

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» размер компенсации причиненного гражданину морального вреда зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, который оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимание обстоятельств. При этом должны быть учтены требования разумности и справедливости.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, выраженной в абзаце 3 пункта 32 Постановления Пленума от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности, членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. 

Вместе с тем, разрешая заявленные исковые требования, суд учитывает обстоятельства произошедшего несчастного случая, причиной которого согласно акту о расследовании несчастного случая со смертельным исходом от ДД.ММ.ГГГГ года (форма 4), заключению комиссии ДВУ ГОСМОРНАДЗОРА от ДД.ММ.ГГГГ года № № по расследованию аварийного случая на море, явилось нарушение помощником капитана по добыче Ранга В.Ф. требований Правил техники безопасности на судах флота рыбной промышленности.

Принимая во внимание вышеизложенное, изучив материалы дела, оценив представленные сторонами доказательства, с учетом фактических обстоятельств дела, при которых был причинен вред, в частности, что причиной аварийного случая явилось нарушение помощником капитана по добыче Ранга В.Ф. требований Правил техники безопасности на судах флота рыбной промышленности, степень нравственных и физических страданий, причиненных истцу, степень вины ответчика, требований разумности и справедливости, суд, руководствуясь ст. ст. 151, 1068, 1099-1101 ГК РФ, считает возможным ограничить размер взыскиваемой с ответчика денежной компенсации морального вреда до 400 000 рублей.

Доводы представителя ответчика о необходимости учитывать при разрешении заявленных исковых требований факт возмещения ответчиком расходов, связанных с погребением Ранга В.Ф., получение его родственниками страховой выплаты по причине гибели застрахованного работника, а также выплату одной из дочерей Ранга В.Ф. (сестре истца) ФИО14 компенсации морального вреда, основанием для снижения размера гражданско-правовой ответственности юридического лица служить не могут.

Статьей 184 ТК РФ установлены гарантии и компенсации при несчастном случае на производстве. Согласно положениям данной статьи в случае смерти работника в результате несчастного случая на производстве его семье возмещаются расходы, понесенные в связи со смертью.

Из содержания ст. 1094 ГК РФ следует, что лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Таким образом, с учетом вышеприведенных норм не имеет правового значения для разрешения данного спора то обстоятельство, что АО «Озерновский РКЗ № 55» понесло расходы, связанные с погребением Ранга В.Ф.

Факт выплаты ответчиком старшей дочери погибшего ФИО15 компенсации морального вреда на основании вступившего в законную силу решения суда таким основанием также не является, поскольку реализация Ранга С.В. права на защиту её личных неимущественных прав не может быть поставлена в зависимость от ранее произведенных ответчиком выплат и компенсаций другим родственникам погибшего в результате несчастного случая на производстве.

В соответствии с ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход местного бюджета подлежат взысканию судебные расходы в виде государственной пошлины в размере 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования Ранга ФИО16 удовлетворить.

Взыскать с акционерного общества (АО) «Озерновский Рыбоконсервный завод № 55» в пользу Ранга ФИО17 компенсацию морального вреда в размере 400 000 рублей. 

Взыскать с акционерного общества (АО) «Озерновский Рыбоконсервный завод № 55» в бюджет Петропавловск-Камчатского городского округа государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Камчатский краевой суд через Петропавловск-Камчатский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено «05» марта 2018 года.

Судья И.А. Ежова

Подлинник решения находится 

в деле Петропавловск-Камчатского городского суда

Камчатского края № 2-1550/2018